Текст книги "Академические будни Бабы Яги (СИ)"

Автор книги: Лана Светлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 17

– Хозяйка, вставай! – раздался над моим ухом противный скрипучий голос. Я промычала что-то невнятное в ответ и накрылась подушкой с головой. Кто бы там ни хозяйничал в моей спальне, разбудить себя я не позволю.

– Хозяйка! Вставай же! – снова загнусавил противный голос.

Так. Стоп. В моей спальне и впрямь кто-то есть! Сон мигом как рукой сняло. Я открыла глаза и настороженно выглянула из-под подушки. Из ночной тьмы на меня таращились два красных как угли глаза.

– Хозя-я-й-ка-а-а! – заунывно проскрипели глаза, и их обладатель зашевелился человеческой тенью над самой моей головой. Сердце мигом ушло в пятки, но я старалась не шевелиться, чтобы выиграть хотя бы пару лишних секунд для размышления. Кто это? И что оно делает в моей спальне?

Тень наклонилась ко мне ближе, и перед глазами мелькнул лоскуток сшитого из занавески платья. Красные глаза возникли прямо перед моим лицом:

– Вставай! – резко гаркнула кукла и взмахнула корявой ручкой. На миг мне почудилось, что в ее кулачке блеснуло сталью лезвие ножа, и я на инстинктах шарахнулась прочь, перекатываясь через кровать. Кажется, мои практиканты решили меня прикончить!

Сгруппировавшись, я приземлилась на пол, и выглянула из-за края кровати. Подушку я выставила перед собой в качестве щита. Я ожидала, что кукла со зловещим хохотом кинется меня убивать, в голове уже пролетали картинки острого ножа, распотрошенной подушки и взлетающих в воздух перьев, но несчастное создание лишь мигнуло постепенно угасающими глазами:

– Вставай, хозя-а-а… – произнесла кукла, и ее голова снова безвольно опустилась на грудь. Магический запас оказался слабеньким, и оберег, выполнив свою функцию, ушел в режим подзарядки. Ну, или кукла поняла, что упустила свой шанс прикончить меня во сне, и решила дождаться другого удобного момента. Впрочем, эту мысль я тщательно гнала от себя прочь.

Я осторожно обошла кровать и, подхватив с лавки теплый свитер, выглянула в гостиную. Кукла разбудила меня неспроста, и я очень хотела понять, что же ее встревожило.

Гостиная была пуста. Я лично объявила отбой вчера поздно вечером и разогнала практикантов по постелям. Вот и сейчас я слышала раскатистый храп из комнат ребят, значит, они спали. Или нет?

…Девчонки были на месте. Когда я открыла дверь, Ирия заворочалась в постели, а Турислава даже не отреагировала, продолжая выводить оглушительно громкие рулады. А вот в комнате парней меня ждал сюрприз. Постели Еремея и Ратмира пустовали.

От звука открывающейся двери почти сразу проснулся Назар:

– Что случилось? – спросил он, подняв от подушки вихрастую голову.

– Друзья твои куда-то запропастились, – проворчала я.

В этот момент из леса донесся приглушенный испуганный вопль. Я выругалась и бросилась к двери на улицу. Назар кинулся за мной, на ходу натягивая порты.

Поисковое заклинание сорвалось с моих рук и потянулось туманной нитью вглубь леса. Назар затеплил магический огонек для освещения пути, и мы вдвоем кинулись на поиски практикантов.

…Тропа вывела нас к небольшой поляне, по которой перекатывались трое парней, одинаково пыльных и побитых. В двоих драчунах я опознала Еремея и Ратмира, а вот третий был мне незнаком. Его рубаха, расшитая шелковой нитью, была порвана в нескольких местах, в русых кудрях застряли засохшие сосновые иголки, а по красивому породистому лицу змеилась свежая царапина. К босой пятке парня надежно приклеилась заячья ловушка, и незнакомец без стеснения пользовался деревянным ящиком, норовя ударить практикантов своей утяжеленной ногой.

Я подхватила с земли расшитый каменьями сафьяновый сапог и метнула его в самую гущу потасовки:

– Прекратили быстро! – рявкнула я таким командным тоном, что драка мигом утихла. Еремей и Ратмир в четыре руки удерживали незнакомца прижатым к земле, но бить его перестали.

– Почему вы не в доме? – строго спросила я у парней.

– Елень Ягинична, у нас сигнальное заклятие сработало!

– Мы пошли проверить, а тут шпион! Он к нашему дому крался! – наперебой загомонили Еремей и Ратмир.

Я задумчиво оглядела незнакомца:

– Что, и правда шпион? – хмуро поинтересовалась я.

Парень вскинул русую голову:

– Я не шпион! Я Иван Царевич!

– Что, и ты тоже?! – расплодилось нынче царевичей, и все Иваны, будто других имен нет! – И чей же ты сын? Надеюсь, не царя Берендея?

Представляю, какой вой этот старый пройдоха поднимет, если узнает, что опальная преподавательница со своими сообщниками избила в лесу его драгоценную кровиночку!

– Нет, не Берендеев, я сын царя Выслава! Я странствую по свету, чтобы добыть жар-птицу, которая яблоки из отцовского сада ворует!

…Мой облегченный выдох слышен был, наверное, за версту…

– Да врет он все! – заспорил Ратмир. – Откуда издалека он мог приехать, если у него даже коня нет?!

И впрямь. Я с подозрением оглядела поляну. Под деревом валялась сума, дорогой кафтан и второй сапог. А вот следов лошади поблизости не имелось.

– Так волк моего коня задрал, одни косточки остались! – крикнул в отчаянии Иван Царевич. – Пришлось мне пешим идти через лес, уже со счета сбился, сколько блуждаю, отчаялся к людям выйти! Мне бы хоть какую деревню отыскать, чтобы коня себе купить да дорогу узнать, но здесь кругом один только лес! Наткнулся я на камень-указатель, обрадовался. Думаю, есть же кто-то, кто камень этот поставил? Значит, люди рядом! Ну и пусть, что рассудком могу тронуться, зато хоть живой останусь! Кинулся прямо по тропе, и еще неделю в светящемся лесу блуждал. Насилу вышел! Остановился переночевать, да услышал шорох в кустах. Пошел посмотреть, что там, а оказалось… вот! – Иван с тоской поднял с земли ногу, приклеенную к ловушке, и потряс ей в воздухе.

Я пожала плечами. А нечего ходить там, где мои студенты практикуются! И впрямь можно рассудком тронуться!

– Ладно, коль скоро инцидент исчерпан, тогда мы пойдем, – махнула я рукой.

Еремей и Ратмир дернули за ящик, и ловушка нехотя отделилась от босой пятки царевича.

– Ну уж нет! Я от вас теперь ни на шаг не отстану! – крикнул царевич, поднимаясь с земли. – Продайте мне хоть лошадь свою! Сгину же без помощи!

Я отрицательно мотнула головой:

– Мне лошадь и самой для передвижения нужна!

– Так у вас же метла есть, – заботливо подсказал Еремей, но Ратмир тотчас же пихнул друга локтем в бок.

– Значит, есть все же лошадь?!

Вот ведь какой приставучий, и впрямь теперь не отвяжется! Но не в избушку же его звать, у меня и так там не продохнуть! А вести его среди ночи в деревню желающих не найдется.

В лесу снова зашуршало, и все, как один, напряженно воззрились в темноту.

– Что прячешься?! – хмуро спросила я у кустов. – Это ты проблему создал, вот сам ее и расхлебывай!

На залитую лунным светом поляну вышел большой серый волк. Парни медленно попятились назад, и только Иван Царевич выдохнул:

– Так это он моего коня съел!

– Ага, – кивнула я, наблюдая, как волк уселся на землю и стал по-собачьи чесать себя за ухом. – Сожрал коня, и все это время за тобой по пятам ходит!

– Меня он тоже съесть хочет?! – лицо Ивана побелело. Кажется, он решил, что для нас самым простым способом избавиться от проблемы будет скормить эту проблему волку. Эх, жаль, что моя высокоморальная натура отвергает такие решения, и впрямь это было бы удобно.

Волк прекратил чесаться и посмотрел на царевича с обидой:

– Вообще-то, я за тобой приглядываю, чтобы ты без коня в лесу не сгинул, – сообщил он хриплым голосом, с трудом ворочая языком в клыкастой пасти.

– Так в этом же ты сам и повинен! – возмутился Иван.

Волк переступил с лапы на лапу и виновато повел головой:

– Я был голоден! У меня не было выбора! Если тебе станет легче, то я сожалею о своем поступке! Но исправить уже ничего не могу!

– Вообще-то всегда можно попытаться исправить то, что ты натворил! – вклинилась в их диалог я. Вдруг повезет, и получится спихнуть эту проблему со своей шеи?

Волк посмотрел на меня, потом тяжело вздохнул и подошел к парню:

– Ладно, виноват я перед тобой, Иван Царевич. Садись на меня да держись крепче. Сослужу тебе службу верную, довезу, куда скажешь.

Парень растерянно посмотрел на меня, но я лишь пожала плечами. Пусть сам решает, своя голова для этого есть.

Иван Царевич размышлял недолго. Почти сразу он подхватил с земли свои вещи, залез на спину волка, и, даже не попрощавшись, скрылся на нем в лесной чаще. Хоть бы спасибо сказал, отпрыск царский. Так себе этот Иван Царевич оказался, не самый благодарный и положительный персонаж. Впрочем, это их с волком личные дела.

– Знаете, какая мораль у этой истории? – спросила я у практикантов, глядя в ночную тьму леса.

– Чужое брать нехорошо? – предположил Еремей.

– Даже с волком можно договориться? – выдвинул свою гипотезу Ратмир.

– Нет, – я покачала головой. – Бойся тех, кто внушает тебе чувство вины. Как правило, они делают это для того, чтобы прокатиться на твоей спине!

Назар зажег магический огонек, чтобы осветить нам дорогу назад к избушке:

– У меня есть другой вариант, – произнес он, невесело усмехнувшись. – Никогда не делай людям гадости. Замучаешься потом с собственной совестью договариваться!

– Что ж, этот вывод мне тоже нравится, – согласно кивнула я, и мы двинулись назад в сторону дома.

Глава 18

– Доброе утро! – бодро сообщил профессор Лесовски на следующий день, выходя в гостиную. Я с трудом подняла голову от чашки с травяным чаем и неохотно буркнула в ответ:

– Угу.

– Как спалось? – продолжал развлекать себя светской беседой Змей.

Моим взглядом, наверное, можно было убить, но Горыныч выдержал его стойко.

– Ты сейчас точь-в-точь как Турислава по утрам! – усмехнулся профессор. – Такая же добрая!

Я поморщилась. Похождения по лесу для меня не прошли даром. Практиканты после возвращения мгновенно заснули, а вот я остаток ночи провела, вздрагивая от каждого шороха. То ли сказывался стресс, то ли присутствие куклы в моей комнате, то ли старость или что-то еще – не знаю. Но задремать удалось только под утро. Короткий неглубокий сон не освежил, и теперь я страдала от усталости и жуткой головной боли. А тут еще излишне бодрый профессор со своими шутками!

– А ты точь-в-точь как те жизнерадостные жаворонки по утрам, которые всех и всегда бесят, – проворчала я, отхлебывая чай.

Горыныч уселся напротив и мигом посерьезнел:

– Какие планы на день для твоих практикантов?

Я пожала плечами.

– Ну, они изъявили желание побольше узнать про магических существ этого леса, и Леший с Лянкой любезно согласились провести им сегодня дневную экскурсию.

– Значит, ты относительно свободна? – оживился Змей.

– Начало мне уже не нравится…

– Да брось, – отмахнулся Горыныч. – У меня есть для тебя отличное предложение. Понимаешь, я прокручивал в голове то, что нам рассказали разбойники в той корчме. Я имею в виду про вампира, который их нанял… Ты же помнишь, что один из оппонентов, который видел мою работу, как раз из мира вампиров? Профессор Ревиш. Он, конечно, уважаемый ученый, не думаю, что он в этом как-то замешан… Но он может быть ниточкой к тем, кто устроил покушение. В связи с этим у меня к тебе вопрос: как насчет того, чтобы побывать в мире вампиров?

Я покачала головой:

– Вообще-то это закрытый мир, или ты забыл?

– У меня есть для тебя ответ всего в три слова. Контрабандист. Фей. Мартин, – торжественно произнес Змей. – Ну, что скажешь?

Я смерила профессора внимательным взглядом:

– Скажу, что общение с нами плохо на тебя повлияло!

– То есть ты согласна? – приподнял левую бровь профессор.

Пустая чашка со звоном опустилась на стол:

– Конечно же, да! Только дай мне пару минут, чтобы собраться!

…Портал выбросил нас в дождливые сумерки мира вампиров. Мартин клятвенно обещал, что мы окажемся на городской улице, неподалеку от дома профессора Ревиша, и потому я невольно ожидала, что мы возникнем прямо посреди проезжей части или перед носом случайных прохожих. Однако реальность оказалась совершенно иной.

Мы с Деваром стояли на абсолютно безлюдной дорожке, выложенной брусчаткой, а над нашими головами шумели высокие вековые деревья. Мелко моросил дождь, создавая в воздухе сырую пелену, сквозь которую расплывчатыми золотистыми шарами проглядывали одинокие светильники, лежащие прямо на земле. Создавалось впечатление, что мы оказались в слегка облагороженном лесу или в очень диком парке, но точно не в центре крупного вампирского города.

– Кажется, мы попали куда-то не туда, – проворчала я, натягивая на голову капюшон. Он не защищал от моросящего дождя, но давал хоть некоторое подобие тепла. Интересно, как мы теперь будем искать отсюда дорогу?

Девар подошел к краю тропы и стал изучать большую каменную плиту, похожую на памятник.

– Да нет, все в порядке, – произнес профессор. – Мы почти на месте.

Я заглянула через плечо профессора, пытаясь разобрать символы вампирского языка, выбитые на камне.

– Ты что, умеешь читать на языке мира вампиров? – удивилась я.

– А ты разве еще этому не научилась? – так снисходительно посмотрел на меня Змей, что я почувствовала себя студенткой, завалившей экзамен.

От камня исходила магия тьмы, и я невольно протянула руку, чтобы лучше прочувствовать ее. Из-за моего прикосновения плита вдруг на миг окуталась красной дымкой, и символы изменились, будто пытаясь мне что-то сообщить.

– Поздравляю, ты только что попыталась без приглашения вторгнуться в чужой дом, и тебе отказали, – усмехнулся Змей, пристально глядя на меня.

Я покрутила головой:

– Какой еще дом, здесь вокруг один лес?

Профессор указал вперед, где вдоль тропы виднелось множество таких же камней:

– Это входы в частные домовладения, а вон те круглые камни – это стационарные порталы для передвижения по городу.

Ого! Пространственная магия тьмы! Я с трудом справилась с удивлением, а вот профессор выглядел совершенно невозмутимым.

– Ты здесь когда-то уже был?! – догадалась я.

Змей не стал отпираться:

– Да. Но это было однажды и очень давно. Пойдем.

Мы медленно двинулись вперед по влажно блестевшей брусчатке. Дождь чуть усилился, и из леса пополз туман, делая безлюдную тропинку окончательно негостеприимной. Внезапно возле одного из камней прямо перед нами вынырнула парочка вампиров – мужчина и женщина. Они двигались бесшумно, будто призраки. Пара скользнула по нам равнодушными взглядами и, приблизившись к стационарному телепорту, исчезла снова. Только изящный зонтик женщины мелькнул светлым пятном в дождливых сумерках.

Судя по тому, что присутствие человека на улицах города не вызвало у вампиров удивления, люди не были здесь какой-то экзотической расой.

– Пришли, – вдруг сказал мне Девар, останавливаясь перед очередным камнем. – Дом профессора Ревиша.

Змей провел рукой над плитой, и та окуталась слабой голубой дымкой.

– Хм, здесь открыто, – удивленно произнес он.

Прямо за камнем золотистыми искрами засверкала дорожка, ведущая к возникшему из ниоткуда мрачному особняку в готическом стиле. Мы с Деваром двинулись вперед и, едва пересекли невидимую границу, как за нашими спинами незаметным дуновением ветра закрылся портал в город. Вместо мокрой от дождя брусчатки с круглыми лампами-фонарями позади нас простирался все такой же бескрайний вековой лес, единственным искусственным пятном в котором оставалась плита входа.

– Да уж, вампиры, видимо, очень ценят свое уединение…

– Именно так, – рассеянно согласился Девар, разглядывая высокие стрельчатые окна особняка. В них не горело ни единого огонька, а это значило лишь одно – хозяина на месте не было. Либо, учитывая открытый доступ в дом… Я зябко поежилась, отгоняя неприятные мысли.

Массивная дверь, окованная по углам железом, отворилась со скрипом. В лицо повеяло прохладным, но спертым воздухом закрытого наглухо помещения.

Сумеречный свет, льющийся сквозь цветные витражи стекол, почти не разгонял полумрак. Я невольно попыталась зажечь магический огонек, но осеклась, вовремя вспомнив, что стихийная магия в мире вампиров отсутствует, а, значит, мои попытки будут бесплодными.

Змей коснулся какого-то артефакта на стене, и тусклые огоньки ламп осветили огромную захламленную гостиную, занимающую весь первый этаж. Здесь в беспорядке были свалены книги, свитки рукописей, приборы, а также какие-то старые, явно отслужившие свой срок вещи. В углу поблескивал холодильный шкаф, и я с опаской приоткрыла дверцу, по всем канонам ожидая увидеть внутри голову несчастного профессора. Обошлось. На полках аккуратными рядами стояли всевозможные склянки, пробирки и колбы, заполненные разноцветными жидкостями.

В углу гостиной обнаружилась лестница, ведущая на второй этаж, видимо, в спальню, и я немедленно с любопытством сунулась туда.

В опочивальне профессора тоже царил немыслимый кавардак: одежда была вынута из шкафов и разбросана по комнате. Я провела пальцем по тумбочке у изголовья кровати. Судя по слою пыли и общему беспорядку, профессор покидал свой дом второпях, причем случилось это не меньше месяца назад.

– Эл, иди сюда! – крикнул мне снизу Змей.

Видимо, Девару удалось найти что-то любопытное. Я поспешила спуститься к нему, и обнаружила, что профессор с головой зарылся в записи Ревиша.

– Смотри, – протянул он мне один из свитков.

На листе рукой вампира были выведены формулы, которые я видела совсем недавно, в работе Змея. Только вот записи Ревиша, судя по многочисленным зачеркиваниям и исправлениям, продолжали и развивали работу моего научного руководителя.

– Что он высчитывал? – выдохнула я, уже догадываясь, каков будет ответ.

– Мощность источника стихийной магии, достаточного для того, чтобы взаимодействовать с магией тьмы, – подтвердил мои подозрения Девар.

– И каков результат?

Профессор стал торопливо перебирать записи, отыскивая итог научных изысканий. Последний листок замер в воздухе перед глазами Змея, и лицо ученого медленно вытянулось:

– Результат…

Я перехватила свиток и торопливо пробежалась по нему глазами. Потом сдавленно выругалась сквозь стиснутые зубы. По результатам расчетов выходило, что для взаимодействия с магией тьмы источник стихийной магии должен быть очень мощным, настолько, чтобы формировать квази-связи.

– Кажется, мы оба знаем, куда отправился профессор Ревиш, – мрачно произнесла я.

Змей кивнул:

– Нам нужно срочно возвращаться в Мир Преданий.

Мы схватили листы с записями профессора Ревиша и бросились к выходу из дома. Тяжелая дверь скрипнула, медленно отворяясь.

– Добрый вечер, – вдруг раздался незнакомый голос.

Снаружи, прислонившись спиной к арке крыльца, стоял высокий крепкий вампир в темной кожаной куртке. Капюшон закрывал его лицо от дождя, но светлые глаза смотрели внимательно и холодно.

Заметив наше замешательство, вампир медленно поднял вверх правую руку, обнажив запястье со сложной вязью татуировки:

– Я представляю Орден Тьмы, и у нас есть к вам пара вопросов, – требовательно произнес он.

Глава 19

– Да, конечно, – покладисто согласился Змей, чем несказанно меня удивил.

Неужели он не понимает, что мы находимся в мире вампиров нелегально? Представляю, как удивится Орден Тьмы, когда этот факт вскроется в ходе допроса! Нет, нельзя нам беседовать, нельзя… А что тогда делать, если мы даже стихийную магию здесь применить не можем?

Будто отвечая на мой вопрос, профессор сделал несколько шагов к вампиру, а затем внезапно нанес ему хук справа. Силы Горынычу было не занимать. Удар на миг ослепил незнакомца, и тот дезориентировано отпрянул.

– Эл, беги! – заорал мне Девар, перепрыгивая через перила крыльца и кидаясь в сторону улицы.

За годы жизни в Мире Преданий я привыкла сначала действовать, а потом рассуждать. Потому я бросилась за Змеем, стараясь не отставать. Камень входа белел совсем рядом, главное, успеть до него добраться, а там нас уже не отыщут…

…А что если этот вампир был не один? – вдруг с запозданием пришла в мою голову светлая мысль, а тело уже летело кубарем, подсеченное ударом сбоку.

Короткая жесткая трава немилосердно ткнулась мне в лицо, а руки за спиной уже кто-то выкручивал. Я завозилась, пытаясь спихнуть с себя нападавшего, но тот довольно бесцеремонно зафиксировал коленом мою поясницу. Все, что я могла сделать – это лишь слегка приподнять голову и убедиться: профессору Лесовски тоже не дали уйти, и теперь незнакомый жилистый вампир отрабатывал на моем руководителе болевой захват. Змей бледнел от боли, сучил ногами, но стойко молчал.

Пострадавший вампир приблизился к нам, потирая лицо. Капюшон упал с его головы, и под ним обнаружился красивый молодой мужчина с густыми каштановыми волосами.

– Ну и для каких целей вам понадобился профессор Ревиш? – недружелюбно поинтересовался вампир, склоняясь над нами.

Неудобное положение не располагало к душевным разговорам. Я с чувством выплюнула лезущую в рот жесткую траву и промолчала. Профессор, видимо, был со мной солидарен, потому как тоже не спешил отвечать на заданный вопрос.

Невозмутимый вампир пожал плечами и поднял с земли рассыпавшиеся рукописи Ревиша.

– Не хотите говорить – не нужно, – равнодушно произнес красавчик. – Думаю, ответ мы и так узнаем из этих свитков. Но вы сами усложняете себе жизнь – я могу обидеться и внезапно заинтересоваться вопросом легальности вашего нахождения здесь. Если выяснится, что вы проникли сюда незаконно… Думаю, вы знаете, что вам за это полагается?

Я фыркнула. Чем он может нас испугать? Депортацией назад в миры Содружества? Тоже мне угроза. Мир вампиров не курорт, скучать по нему я не планирую.

Приподняв голову, я столкнулась взглядом с профессором Лесовски. Тот, кажется, побледнел еще сильнее, а во взгляде сквозил… страх? Нехорошее предчувствие заворочалось где-то в районе грудной клетки.

– И что же нам за это полагается? – на всякий случай уточнила я, а голос отчего-то стал неожиданно хриплым.

Вампир смерил меня оценивающим взглядом и коротко ответил:

– Смерть.

Что?! Он издевается? Они не имеют права! Я гражданка Содружества, это невозможно! Или… все-таки возможно?

Я снова заерзала, тщетно пытаясь сбросить со спины удерживающего меня вампира. Вниз по позвоночнику хлынули неприятные мурашки. Ощущать себя во власти равнодушных и кровожадных созданий было крайне неуютно. Нет! Они не посмеют меня тронуть! Никогда! В конце концов, у меня есть связи в здешнем мире!

– Я буду отвечать на вопросы только перед Магистром Ордена Тьмы! – выпалила я, вспомнив сухощавого немолодого мужчину с тысячелетней мудростью в глазах.

Красавчик-вампир на миг замер от моей наглости. Его испытующий взгляд пробрал меня до костей.

– Что?! – недоуменно уставился на меня он.

Я почувствовала его растерянность и решила бить наверняка:

– Передайте Магистру, что Эллин Даркен хочет с ним поговорить!

Надеюсь, старый вампир вспомнит, кто я такая. У него, вообще-то, передо мной должок! Это я решила его проблему с артефактом Ваира, так что пусть отрабатывает!

Красавчик наконец-то моргнул, выходя из оцепенения:

– Хорошо, – произнес он. – Я передам Магистру вашу просьбу. Однако не думаю, что он снизойдет до вас, у Магистра слишком много дел.

Он коротко кивнул держащим нас вампирам. Те довольно бесцеремонно поставили меня на ноги и, открыв портал, впихнули внутрь. Следом полетел Девар. Сверкнула вспышка перехода, от которой я на миг зажмурилась. Когда глаза перестали слезиться, я обнаружила, что мы находимся в неуютном каменном здании. Небольшое помещение было абсолютно пустым – ни мебели, ни окон, ни даже дверей.

Темные стены выглядели мрачно, однако потолок давал слабое подобие света. Он был похож на ночное небо: крохотные серебристо-белые искорки, разбросанные по черному фону, складывались в рисунки незнакомых созвездий. Я села на пол, прислонившись к стене, и, за неимением другого занятия, стала их разглядывать. Девар молча устроился рядом.

Не знаю, сколько времени прошло, но в какой-то момент стены и потолок в нашей комнате стали стремительно светлеть, а в противоположной от нас стене прорезался прямоугольник двери.

В помещение один за другим стали заходить вампиры. Давешний красавчик плелся в хвосте процессии, а первым уверенно шел одетый в стильное черное пальто… Сандер?!

Я озадаченно уставилась на своего бывшего жениха. Он осунулся, а под глазами залегли глубокие тени. Но при этом весь он излучал такую уверенную властность, что другие вампиры разве что не скакали вокруг него преданными собачками, заглядывая в рот. Весь его вид был напряженно-сосредоточенным. Он остановился напротив, и наши глаза на миг встретились.

То ли Сандер изумительно владел собой, то ли ему было абсолютно все равно, но на его лице не дрогнул ни единый мускул.

– Вот те люди, о которых я говорил, – подобострастно произнес красавчик, пробираясь сквозь толпу вперед.

Сандер молчал, не сводя с меня тяжелого взгляда. На миг мне стало неуютно. Я почувствовала себя нашкодившим ребенком, пойманным на месте неудавшейся шалости.

– А где Магистр? – спросила я, чтобы хоть как-то избежать неловкой паузы.

Сандер едва уловимо вздрогнул от звука моего голоса:

– Я Магистр, – хрипло произнес он.

Что? Но почему? Разве… Я озадаченно мотнула головой:

– А где прежний Магистр?!

– Прежний Магистр мертв. Трагически погиб неделю назад, – влез в разговор красавчик. Сандер немедленно полоснул по нему взглядом, и вампир сдулся, втянув голову в плечи.

– Так что вы хотели мне сказать? – повторил свой вопрос Сандер, продолжая смотреть только на меня и будто совсем не замечая Девара.

Я почувствовала, как к горлу подкатил ком жгучей обиды. Вот и вся причина таинственного отъезда нашего гордого вампира. Наговорил мне кучу гадостей, выставил виноватой в наших не сложившихся отношениях, уехал, прикрываясь красивыми целями… А на самом деле, просто умчался, чтобы застолбить вакантное место главы Ордена Тьмы! Вдруг кто опередит и заявит свои права раньше него?!

– Хотела лично поздравить нового Магистра с такой долгожданной должностью! Желаю, чтобы дружный вампирский коллектив этого мира не сожрал нового Магистра так же быстро, как старого! – зло выдохнула я и отвернулась, чтобы вампиры не увидели вскипевших на глазах слез.

На скулах Сандера заиграли желваки. Видно было, что мои слова задели его за живое. Он явно боролся с желанием приблизиться и придушить меня, но по каким-то причинам не хотел выказывать своего истинного отношения на публике.

Наконец он все же совладал с собой и, решительно развернувшись к красавчику, процедил:

– Сдайте этих двоих Службе Содружества по официальным дипломатическим каналам. С упоминанием, что они нарушили миграционный режим, и мы крайне недовольны. Пусть забирают их и сами решают, что с ними делать!

– Но наш закон… – заспорил было вампир, однако Сандер резко его перебил:

– Мы не станем раздувать конфликт с Содружеством из-за такого незначительного повода, как два незаконных мигранта! Время для этого еще пока не пришло, Артур!

Новый Магистр решительно направился к двери, а я прожигала его спину взглядом, в глубине души надеясь, что способности стихийной магии вдруг проявятся, и Сандер наконец-то задымится. Однако вампир оставался невредимым. Уже у самой двери он остановился, будто вспомнив о чем-то, и обернулся к Артуру:

– Ах, да. И пусть твои люди проследят за одним контрабандистом по имени Мартин. Наводку на него я тебе дам. Если этот фей еще раз попытается сунуться в наш мир или каким-то образом связаться с этими двоими, перекройте ему все контрабандистские каналы, а его самого сдайте с потрохами в Службу Содружества!

После этого Сандер окончательно покинул помещение, более не оглядываясь. Когда дверь за последним вампиром из его свиты захлопнулась, Девар подошел ко мне и сочувственно обнял за плечи:

– Не знаю, что вы друг другу наговорили при расставании, – произнес он, – но обидела ты его очень сильно.

Я сбросила руку Змея со своего плеча и снова уселась на пол у дальней стены, обхватив колени руками. Эмоции зашкаливали. Потому говорить мне не хотелось совершенно, для начала нужно было хоть немного успокоиться.

Впрочем, времени для этого мне не дали. Примерно через полчаса дверь снова лязгнула, отворяясь, и в комнату вошла Агнесса Асцерийская в сопровождении незнакомого мужчины в форме Службы Содружества.

– Так-так, – произнесла она, устало стягивая с пальцев перчатки. – Я даже не удивлена. Кто еще из наших сотрудников мог додуматься до того, чтобы проникнуть нелегалом в закрытый мир? Только ты, Эллин!

Я вскинула голову, борясь с душившей меня обидой:

– А почему только я?! Вообще-то, профессор в этом тоже участвовал!

– Уверена, что ты просто не оставила ему выбора, – Агнесса поджала сухие губы в подобии усмешки.

Девар сочувственно вздохнул, положив свою руку на мое плечо:

– Это репутация, Эл… Она бежит впереди тебя…

Мужчина в форме Службы Содружества кхекнул, привлекая наше внимание, и официальным тоном произнес:

– Эллин Даркен, Девар Лесовски. Вы признаны виновными в нарушении миграционного режима с закрытым Миром Вампиров. По решению Службы Содружества вы лишены права перемещения между мирами сроком на один год. В этот период вы обязаны находиться в месте отбывания наказания, рядом с лицами, которые согласны быть вашими поручителями.

– Твоим поручителем, Эллин, буду я, как твой непосредственный работодатель, – произнесла Агнесса. – Поэтому ты сможешь отбывать наказание в Лукоморском филиале. А вот Девар, к сожалению, в данный момент является официально безработным, и в качестве его поручителей могут выступать лишь члены его семьи.

– Ну нет… – простонал Змей, понимая, к чему клонит Агнесса. Ректор Асцерийская сочувственно развела руками:

– Поскольку единственным членом твоей семьи является брат, правитель Мира Драконов Альбер II Золотокрылый, тебе придется отбывать наказание за пределами Мира Преданий, в его дворце.

– Агнесса, пожалуйста, только не туда, – в голосе профессора впервые засквозили умоляющие нотки. Не знаю, что за родственные отношения были у Змея с братом, но Девар явно был не в восторге от предстоящей встречи. Однако ректор Асцерийская лишь непреклонно покачала головой:

– Прости, Девар, но таков закон… Я ничем не могу тебе помочь.

Мне стало нестерпимо жалко Змея. Покинуть Мир Преданий на целый год, когда впереди ждет защита докторской диссертации, а вокруг творится что-то странное… Представляю, каково ему!

Внезапно в моей голове проскользнули обрывки разговора в корчме, и, прежде чем все толком обдумать, я выпалила:

– Я буду его поручителем!

Все трое уставились на меня с полным недоумением. Девар с сомнением приподнял бровь, а Агнесса устало закатила глаза. Однако я лишь пожала плечами:

– Я буду его поручителем как член его семьи. Я его жена!

Я приблизилась к ошарашенному Девару, сгребла его в свои объятия и, прежде чем он опомнился, страстно поцеловала в челюсть – ну, куда дотянулась. Кажется, в голове Змея тоже что-то сложилось, и он, отойдя от шока, по-хозяйски обнял меня за талию, крепче притянув к своему боку.