Текст книги "Ловушка для чужестранки"

Автор книги: Лана Рисова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Ох, чтоб вас! Моя мысль оказалась материальной, потому что повозка с исишу все-таки не вписалась в поворот, о чем сообщил громкий треск, грохот и блеяние несчастного хьюрша. Обо всем этом мне удалось подумать во время полета между домами, когда внезапная мысль испортила весь задорный настрой – а правильно ли я рассчитала длину щупов?!

Узнать это мне было не суждено – я приземлилась точнехонько на спину огромного хьюрша и, ударившись в живот всаднику, повалила того на землю, соскальзывая следом. Эта неожиданно объявившаяся подмога отлично самортизировала приземление. Поэтому я просто лежала сверху, зажмурив глаза, боясь поверить своей удаче.

– Знаешь, Лиссэ, – раздался немного приглушенный недовольный голос Лий'она, – я предпочел бы лидирующее положение мужчины.

– Перебьешься, – выдохнула я, понимая, что со связанными за спиной руками не смогу подняться самостоятельно.

– Что-что? – В голосе вельможи появились ехидные нотки. – Лиор Рассьен не учил тебя, что говорить с набитым ртом не красиво?

Гневный вопль пришлось проглотить, потому что две сильные руки одним движением оторвали меня от теплой груди Лий'она и поставили на ноги.

– Эти тоже уничтожены, – доложил дроу из маленького отряда, поравнявшегося с нами, кузену Кирсаша.

Тот мрачно кивнул.

– Так и знал, – процедил он, доставая нож и разрезая веревки, стягивающие мне кисти.

Я была рада, что он не начал с кляпа. Кровь ринулась к бедным рукам с такой силой, что у меня поплыло перед глазами, я не удержалась и замычала, оседая на землю. Без этой тряпки во рту мой вопль разнесся бы по всему району.

– О Сестры! – выдохнул дроу, опускаясь на колени рядом со мной и аккуратно вытаскивая кляп. – Прости!

Он бережно взял мои ладони в свои и начал тихонько массировать их пальцами. Круги перед глазами постепенно рассеивались, и я успела заметить смазанное движение сбоку, от которого Лий'он отлетел далеко в сторону.

– Не смей ее касаться, – еле слышно прошипел Кирсаш, занимая его место, и накрыл мои опухшие багрово-синие кисти ладонями. Он бросил быстрый взгляд на окружавших нас дроу, и каждый из них поспешил отвернуться.

Я ошарашенно заглянула в его чернющие, излучающие бешенство глаза и перевела взгляд на его кузена.

– Не стоило этого делать, – выдавил родственник, зажимая рассеченную скулу. Между пальцами обильно струилась кровь, заливая белое кружево манжеты.

– Переживешь, – буркнул Кир, пробегая прохладными пальцами по моим затекшим конечностям.

А день обещал быть таким приятным…

Глава 4
СКОРОСТНАЯ

Есть кое-что стремительнее нача – это полет мысли.

Кронпринц Меаранатового Дома

Лиссанайя

– Какая идиллия! – Шиаду картинно всплеснул руками, проходя в залу.

Не понимаю, что такого идиллического он мог обнаружить в обычном врачебном осмотре. Разве что Кирсаша с Рюшем, сидящих по другую сторону кровати от целителя и буравящих меня всеми своими десятью глазами – на двоих, конечно.

Главный дворцовый лекарь лиор Риссарш вообще был, по-моему, больше озабочен присутствием кагарша, чем собственно диагностикой. Его прямо распирало от любопытства. Я недовольно кривилась, Рюш категорически отказался прятаться, и во время нашей перепалки вошел этот сухощавый лекарь-дроу, который не то что не был напуган, но чуть было сам не накинулся на моего маленького друга. Теперь же он бросал на Кирсаша странные ехидные взгляды, которые грозили вывести того из себя.

– А все остальное в норме, – с легкой улыбкой развел руками целитель, напрочь игнорируя появление кронпринца.

Мы с Киром кивками поприветствовали вошедшего Шиаду, который невозмутимо прошествовал к креслу возле окна.

– Руки будут в норме уже к утру. – Лиор Риссарш едва заметно шевельнул кистью, и я почувствовала, как к пальцам снова прилила кровь и тут же отхлынула, принося такое облегчение, что я даже выдохнула. Виртуозные целительские плетения, наложенные в доли секунды, работали идеально. Я невольно прониклась уважением к ехидному темному – неудивительно, что он носит такое высокое звание.

– Отдыхайте, лайнере, у вас был трудный день, – дроу встал. – Кстати, не видел вашего представления, но, говорят, оно было восхитительно. Мои поздравления. Надеюсь как-нибудь поболтать с вами и вашим другом, – он стрельнул глазами в сторону Рюша, – за чашечкой юфы.

Я выдавила слова благодарности.

– Бархатной ночи, лайнере, Кирсаш, ваше высочество, – дроу поклонился и вышел.

– Ну и как вы могли докатиться до такого? – начал кронпринц, едва закрылась дверь.

– На повозке, – буркнула я.

– Об этом мне доложили, – спокойно кивнул Шиаду. – Как вы в ней оказались?

Глубоко вздохнув, я начала пересказывать по новой то, что уже раза три рассказывала Кирсашу.

– Хороша задумка, – согласился дознаватель при упоминании паршана, – почему только вы не подали никакого знака патрульным отрядам, как только пришли в себя? Ни за что не поверю, что этому могли помешать веревки на руках и кляп. Впоследствии же их наличие вас не смутило.

– Ну, – бросила я быстрый взгляд на фейрина, – я хотела посмотреть, куда меня везут. И, возможно, узнать, кому могла понадобиться.

Хассур яростно зашипел что-то себе под нос.

– Не согласен, брат, – Шиаду одобрительно хмыкнул, – наоборот, считаю это весьма похвальным решением.

– Странно, что ты не в курсе событий, – слова Кирсаша сочились ядом, – ведь еще вчера обещал не спускать с Лиссэ глаз.

– А с чего ты решил, что я не в курсе? – притворно удивился кронпринц.

Он встал, прошел несколько шагов к столику, но, не найдя на нем виасса, с досадой вернулся обратно.

– Мне нужно было услышать точку зрения единственного выжившего в произошедших событиях существа.

Тугой комок застрял у меня в горле, отчего удалось выдавить фразу только со второй попытки:

– Они все мертвы?

– Трогательное участие к тем, кто похитил вас и, возможно, хотел лишить жизни… – В голосе принца сквозила скука. – Да, если вам интересно. Жутковатая смерть.

Мне поплохело. Оказывается, я страшный изверг!

– Говорят, когда тело подвергается самоуничтожению, каждая его частица чувствует неизмеримую боль.

– Что-что? – Я непонимающе моргнула. – Но я не…

– Я не сказал, что это были вы, – дознаватель дернул щекой, – ваши плетения – детские фокусы по сравнению с этим.

Повисла долгая пауза.

– Вы понадобились какой-то очень влиятельной персоне, – Шиаду задумчиво пожевал губу, – и мне не нравится, что это происходит в свете текущих событий.

– Что же делать?

– Сидеть здесь, – приказал Кирсаш.

– Отнюдь! – Голос кронпринца приобрел властные нотки. – Вести себя как прежде – свободно и раскованно. Пойти наконец на скачки или даже принять в них участие. В троеборье, например.

– Кому? Мне?! – Я просто обалдела от такого предложения. – На хьюршах? Я пас.

Фейрин согласно засопел.

– Как ты собираешься следить за ней в толпе? – недовольно бросил он. – Один раз уже упустили.

– Мы были не совсем готовы.

– Так и этот тухлый шакр будет намного осторожнее!

Я поперхнулась.

– Что значит будет? Вы считаете, что такое повторится?

– Скорее всего.

– Не следует исключать такую возможность.

Шиаду с Киром произнесли это одновременно и недовольно переглянулись.

– Зачем я могла понадобиться исишу?

Мое недоумение Рюш принял за беспокойство и пронзительно затрещал. Я подхватила его на руки, успокаивающе поглаживая мягкий синий мех на спинке. Кагарш блаженно закурлыкал. Мне показалось или Кирсаш действительно бросил на него завистливый взгляд?

– Исишу – своеобразный народ, – протянул кронпринц задумчиво.

– Вот уж точно!

– И Аршалан не самый типичный его представитель, – усмехнулся Кир, – слишком долго живет в среде дроу. Основная же часть их общества довольно закрыта. Они предпочитают вариться в собственном котле, мало обращая внимания на происходящее вокруг. Их не так много, поэтому по большей части они могут себе это позволить.

– Взять хотя бы отношение к женщинам. – Мое бормотание не укрылось от темных. И они – мерзавцы! – заулыбались.

– Закрыли бедолаг ото всех! – с иронией проговорил кронпринц. – Под эту лавочку очень удобно кого-нибудь выкрасть.

– Закрыли не то слово – они предпочитают называть это защитой. – Улыбка не сходила с лица хассура.

– Ну-ну.

– Тем не менее их женщин вполне устраивает подобное отношение – во всяком случае, еще ни одна не взбунтовалась. – Шиаду передернул плечами. – И за несколько веков никто и никогда не видел лица ни одной из них.

– Никто и никогда? Обалдеть! Не может этого быть! – отрезала я.

Чай не в Эмиратах живут, а во вполне себе светском обществе!

Кронпринц обиженно выпятил нижнюю губу.

– Да они наверняка так обычны и просты, что, окажись среди толпы без паршана, их никто в упор и не разглядит! – настырно предположила я.

Шиаду изумленно переглянулся с Киром. Широкая улыбка появилась на его идеальных губах, смягчая лицо, делая его почти открытым и удивительно привлекательным. Он моргнул и захохотал.

Смеялся принц долго и неожиданно заразительно. Так, что невольно и мы с Киром заулыбались.

– Хороша! – выдавил Шиаду, погрозив мне пальцем, и смахнул слезу с ресниц.

Не переставая смеяться, он громко хлопнул себя по бедру и, снова погрозив мне, вышел из спальни.

– Давно его таким не видел. – Хассур ошарашенно покачал головой.

– А я вообще никогда. – Мои глаза, наверно, были сейчас вполлица.

Мы переглянулись и снова расхохотались. На душе опять стало легко, и неприятный осадок практически выветрился из головы, оставив после себя лишь серую пыль четырех распавшихся тел.

– И все же это не объясняет, кому я могла понадобиться, – решила я поднять вопрос, потому что стало как-то неловко вот так молча сидеть рядом с Кирсашем. В голову упорно лезла последняя сценка на улице с лежащим на мостовой Лий'оном.

– У высокородных исишу есть страсть к собирательству. – После ухода брата хассур как-то напрягся, ушел в себя, отвернувшись к окну. По ночному прохладному небу медленно проплывала Первая Сестра, кутаясь в редкие облака, словно в пуховую шаль. А ведь одного спутника мне уже мало! Я заметила, что машинально ищу глазами Вторую Сестру, если, засидевшись допоздна, зацеплю взглядом кусочек неба в окне.

– Кто-то коллекционирует виасс, кое-кто оружие, ну и есть ценители женщин, – тем временем продолжил Кирсаш, и я вздрогнула от того, как неожиданно четко прозвучал в тишине его мягкий голос.

– Не очень-то хочется становиться экспонатом частного собрания, – кисло выдавила я.

– Не станешь, – пообещал темный, и я почему-то поверила.

Молчание затягивалось. Было довольно поздно, за всеми передрягами и суетой я не сразу заметила, что давно пора спать. Патрульные и поисковые отряды, брошенные на мои розыски, переполошили весь город, несмотря на то что для удобства и мобильности были малочисленными – не более трех существ. Такой отряд под предводительством Лий'она и обнаружил меня. Какой тут сон?!

– Что насчет скачек? – Я решилась наконец оборвать возникшую паузу.

Кирсаш медленно перевел взгляд от окна на меня.

– Ты же слышала приказ братца, – неохотно заговорил он, – идем на скачки, ведем себя непринужденно. Только не надейся отойти от меня даже на шаг.

– Слушаюсь, фейрин, – бодро выдала я. Действительно, интересно взглянуть на бега.

– И еще, – хассур не отводил от меня хмурого взгляда, – возьмешь с собой Рюша.

– А как же – «не привлекать внимания»?!

– Раньше ты его как-то носила?

Кир огрызнулся неожиданно зло. Неужели так переживал за меня? Я сглотнула, стараясь думать только о завтрашнем развлечении. Надо развеяться.

– Хорошо, – пришлось покладисто согласиться.

Дроу все еще не торопился уходить. В груди разливалось приятное тепло после того, как он прилюдно показал свои чувства ко мне, и в то же время была страшная неловкость – откровенно говоря, я не знала, как теперь себя вести.

Я демонстративно зевнула, поерзав на подушках. Темный встрепенулся и наконец встал.

– Бархатной ночи, Лиссэ. – Его взгляд промчался по комнате, задержался на окне и наконец остановился на моем лице. Он будто боялся оставить меня одну даже здесь, во дворце, с кучей охраны, где любая тень могла оказаться Тенью. Помедлив, словно собирался что-то еще сказать, дроу коротко кивнул и вышел, аккуратно прикрыв дверь. А я уснула, едва прикрыв глаза, а может быть, просто моргнула и тут же провалилась в сон.

Утром я долго валялась в постели, отходя от очередного кошмара. Поглаживая сонного Рюша, по установившемуся обычаю разбудившего меня в момент очередного вопля, я старалась переключиться на что-то приятное. При мыслях о Кирсаше меня бросало из крайности в крайность, пока не пришло решение оставить пока все как есть и подождать первых вестей из Академии. Ведь если удастся вернуться, наши отношения могут стать помехой. Поэтому, сладко потянувшись, я отправилась в ванную, чтобы выйти посвежевшей и обновленной. Если уж Шиаду решил использовать меня в качестве живца, надо выглядеть соответствующе. Трепещите, враги! Я знаю, что вы есть!

В будуаре было странно тихо, да и в соседних залах тоже. Фейрин не упустил случая разогнать перепуганных слуг. По собственной инициативе Синь не оставила бы своего утреннего поста возле моей спальни. Вызывать ее я не стала, самостоятельно выбрав в гардеробной прогулочное платье песочного цвета, типа амазонки, очень легкое и в прямом смысле, и в плане простоты облачения.

Все-таки мужчинам никогда не понять женщин. Я скептически оглядела себя в зеркале. Ну и куда мне прятать Рюша? Носила я его, видите ли, раньше! Так там была совсем другая одежда – крой моего походного шарсая позволял делать это без проблем! Если эти скачки почти официальное мероприятие, нельзя появляться на них в патрульной форме, особенно женщине. Пометавшись по комнатам и испробовав несколько вариантов запрятать маленького, но такого большого Рюша в складках, лифе и подоле платья, я сдалась и, бурча под нос местный аналог таблицы умножения – исключительно ради успокоения, насупленно уселась на кровати, скрестив руки на груди. Это все равно что спрятать крупный апельсин у себя под одеждой: куда ни сунь, либо пошлость какая-то, либо патология, либо вообще ходить невозможно! И тут меня осенило! Рванув к гардеробной, я вытащила оттуда искусно плетеный металлический поясок. То что надо!

Закончив и удовлетворенно улыбнувшись своему отражению, я направилась в столовую. Пусть этот темный только попробует что-нибудь сказать! Засуну ему Рюша… за шиворот – пусть ходит с ним сам! А где он, собственно, есть-то? Стало даже немножко обидно. Я-то втайне надеялась, что он проведет ночь, охраняя дверь моей спальни. А его и след простыл.

Стол был уже накрыт, но есть в одиночестве было как-то тоскливо, здесь у меня такого еще не случалось. Поэтому, схватив со стола тарталетку, я прямо пальцами засунула ее в рот и направилась к выходу. Дверь открылась раньше, чем я успела взяться за ручку, и, растерявшись от неожиданности, я получила удар по лбу. Раздался истошный писк.

Суматошно разгоняя летающие перед глазами искры, я одновременно пыталась разжевать тарталетку. Синь стояла передо мной, как жертва перед палачом. Убью этого дроу!

– Ты чего пищишь? – мой невнятный бубнеж был понятен только благодаря вопросительной интонации.

– Так вы же… лайнере… дверь. – Девчушка чуть не плакала.

У них за это казнят, что ли?

– Ну, по лбу получила. Это у меня хобби такое с недавнего времени, – интенсивное растирание помогло унять боль, – мозгу иногда нужна встряска.

Синь смотрела на меня во все глаза.

– Только ты смотри, – я испугалась выражения благоговейного восторга у нее на лице, – сама такого не делай… специально.

– К вам лайнере Риилла хочет прийти, – наконец заговорила служаночка.

– О! Так зови скорее.

Ураган влетел в столовую через пару минут. Оказывается, до моих покоев эльфийку провожал отец, поэтому пришлось вместе с ним ждать официального разрешения войти. Сам высокородный имел пару дел в другой части дворца, поэтому – слава Сестрам! – заходить не стал.

– Как такое могло произойти? – завопила эльфийка с порога. – Выкрасть представляющегося прямо из-под носа семьи и толпы зрителей?

– Именно благодаря толпе. – Я умоляюще взглянула на подругу, чтобы она составила мне компанию за столом.

– Ешь-ешь, – Риилла махнула рукой, – я юфы холодненькой глотну. Теперь видишь, что происходит, – до тебя под присмотром хожу.

Девушка поморщилась.

– Это хорошо, что ты родня князю, а то бы вообще не отпустили.

Я с аппетитом уминала половину холодной зеленоглазой яичницы – как же приятно сидеть вот так под трескотню подруги.

– Ты расскажи, они были страшные, – Риилла даже голос понизила, – эти исишу? Я их побаиваюсь немного, даже Аршалана из отряда фейрина Кирсаша, хотя Тай от него в восторге.

– Тай от всего в восторге, – пробубнила я.

– И надо же было надеть на тебя эту их одежду!

– Ты знаешь, она совсем неплоха… В определенном смысле… Я хочу сказать, что иногда очень удобно, когда тебя не узнают.

– Хм… – Риилла поставила чашечку на стол. – Может, ты и права.

– Эй, – я поспешно замахала руками, – ты только меня не подставляй. А то если по дворцу будут расхаживать эльфийки в паршанах, все сразу поймут, откуда ноги растут.

– Это и так всем давно понятно, – укоризненно покачала головой подруга.

– Это выражение такое, – пробулькала моя чашка вместо меня.

– И что ты теперь будешь делать? – Ри всплеснула руками.

– Кир обещал меня на скачки сводить, кхм… Сопроводить.

– И как у тебя хватает смелости выходить после случившегося? – пораженно выдохнула эльфийка, но в ее голосе прослеживались завистливые нотки.

– Просто страха уже на все не хватает, честно говоря.

– Тогда тебе должно понравиться. Мой отец не пропускает ни одного забега. Сегодня, правда, он сильно занят, поэтому страшно злится! Но самое главное – это завтра. Троеборье он не пропустит ни за что!

– Что за троеборье? – Я вспомнила, что его упоминал вчера Шиаду, и даже предлагал принять участие в этом состязании.

– О! Ну и глушь, прости, твой Дом, раз вы не слышали о троеборье! – воскликнула Риилла. – Это едва ли не самый увлекательный из забегов.

– Ну у нас бывают скачки. На местном стадионе.

Я чувствовала себя преотвратно: пора было рассказать Ри о том, кто я есть на самом деле. Уф, в следующий раз обязательно!

– Участвуют трое, – продолжала Ри, – хьюрш, ведущий – всадник и замыкающий – плетун.

Я хмыкнула.

– Название не из-за этого придумано, – насупилась эльфийка, – дослушай. Цель – прийти первым, но есть препятствия: сплетенные ловушки, само поле и соперники. То есть соревнование в скорости, плетении и бое.

– Не поняла, – я недоуменно моргнула, – разве соперники не входят в пункт «скорость», их не надо опередить?

– Только не в троеборье, – торжествующе улыбнулась Ри, – их мало опередить – их надо устранить. На финише должна быть только одна группа.

Моя челюсть с грохотом упала на стол. И в этом мне предложил поучаствовать кронпринц?! Маньяк! Никакие исишу ему в подметки не годятся.

– Зато победителей чествуют едва ли не как принцев! – мечтательно протянула Ри. – Сертай страшно расстроен, что не сможет посмотреть. А через пару лет ему уже можно будет участвовать.

– Он и так принц, – мое внимание привлекла оставшаяся на тарелке тарталетка, – ему-то зачем?

– Хочет переплюнуть лиора Лий'она, его рекорд количества побед еще не был побит.

– Лий'он участвует в скачках?!

Моя тарталетка зависла над тарелкой.

– Сейчас нет, только выставляет своих хьюршей. – Риилла подхватила закуску в воздухе и отправила в рот, не обращая внимания на, мое раздосадованное пыхтение. – Он дисквалифицирован на сто пятьдесят циклов.

– За что?

– Жульничал. Будучи ведущим, плел во время забега.

– Лий'он плел? – Что-то у меня ничего в голове не укладывается.

– Не то чтобы профессионально, но даже такая мелочь категорически запрещена. Ты что, не знаешь эту историю?

Я ошарашенно покачала головой.

– В свое время она наделала шума. – Ри налила нам еще юфы. – Его отец спал и видел сына студентом Академии, ну и когда пришло время, надавил на него. Лий'он блестяще поступил, но проучился пять циклов и со скандалом бросил. Дисциплина Академии оказалась не для него: выпивка, сомнительные женщины не сказались благоприятно на успеваемости. Хотя знаешь, некоторые мастера до сих пор вспоминают его как удивительно одаренного студента. Естественно, чему-то он научился, вот и пользуется этим то там, то сям. На скачках, видишь, уже доигрался.

Да, характер у кузена Кирсаша был тот еще! Его бы в правильное русло направить – цены бы не было!

– Пойду я, – вздохнула эльфийка, – со списком никак не совладаю, а к приезду Тая надо бы закончить. Если пойдешь завтра на троеборье, может, увидимся?

– Да, конечно! – пообещала я.

Не успела закрыться дверь за Рииллой, как из соседней комнаты раздались голоса и удивленный возглас моей подруги, а мгновение спустя в столовую ввалились упоминаемый ранее лиор Лий'он и его кузен. У обоих дроу вид был, мягко говоря, потасканный. Мокрые, мятые, в кровоточащих порезах и разорванных сиршани они тем не менее излучали чувство глубокого удовлетворения.

– Еда еще осталась? – воскликнул Лий'он, плюхаясь на стул. – О горе, Кир! Она все съела!

– Что, совсем ничего не оставила? – Хассур подошел к шакру, чтобы вызвать слугу, с таким видом, будто я объела полдворца.

Набрав в легкие воздуха, я приготовилась к гневной отповеди, но меня нагло перебили.

– Я тебе сразу сказал, что от нее толку немного. – Лий'он подвинул к себе чайничек и, заглянув внутрь, горестно вздохнул. – Разве это хозяйка?

Он продемонстрировал пустую посуду с сиротливыми травинками на донышке. Похоже, там на улице он мало получил! Но, к моему великому удивлению, Кирсаш согласно покивал.

– Ничего не поделать, друг, послали Сестры чудо на мою голову. – Ирония во фразе не смягчала самого смысла. Я начала медленно закипать.

– Значит, помирилисссь? – Мое шипение вырвалось сквозь стиснутые зубы и оттого показалось более зловещим. Видимо, только мне.

Лий'он прочистил пальцем ухо:

– Похоже, у тебя в покоях, брат, завелась пещерная хрисса, надо бы изловить.

Как он меня назвал?!

– Осторожно!

Крик Кирсаша утонул в грохоте посуды. Неосознанные плетения тем и страшны, что ты не можешь предсказать их последствий. Стол взвился к потолку, раскручиваясь по радиусу, отчего посуда полетела в разные стороны, в том числе и в меня. Воины залегли за опрокинутым комодом, периодически высовывая из-за него кончики остроконечных ушей – разведывали обстановку. Используя в качестве прикрытия спинку стула, я дернула за клубок, и посуда полетела исключительно в сторону окопавшихся темных. Но как все хорошее, она скоро закончилась. Улетучился и мой гневный настрой, оставивший острое чувство вины за учиненный беспорядок – кому-то ведь придется убирать. Но никакие муки совести не могли заставить меня обречь саму себя на восстановление обстановки. Этак можно угробить не один день. Я просто опустила стол на место и невидимым скребком собрала черепки и мусор в одну кучу, завернув ее в скатерть. Как только громыхание осколков прекратилось, из-за комода показались сразу две эльфийские макушки.

– Кажется, мы выдержали осаду, – выдохнул Лий'он.

В этот момент раздался стук в дверь и в залу въехал столик с едой. Лицо низкорожденного дроу, толкающего его перед собой, было абсолютно невозмутимо. Он расстелил новую скатерть и принялся ловко сервировать стол. Видно, послали самого крепкого, прослышав, что здесь происходит.

Я махнула рукой на перебрасывающихся шуточками дроу, хотя почти все они касались меня, и налила себе свежей юфы. Раз такое поведение помогает им сгладить вчерашние события – пусть забавляются. Но все же неуловимая струна напряжения, едва заметная на общем позитивном фоне беседы, сохранялась. И вряд ли она исчезнет так быстро.

Кирсаш

Девчонка разошлась не на шутку. Все-таки мы перегнули палку и задели ее самолюбие. Но удивительная отходчивость, которая мне нравилась в ней с самого начала, сработала и на сей раз. Человечка успокоилась так же быстро, как воспламенилась, и даже убрала за собой побитую посуду. Демонстративно спокойно налив себе юфы, она больше не реагировала на наши с кузеном подколки.

– Так что насчет скачек? – как бы между прочим поинтересовалась девушка, аккуратно держа чашечку за ободок.

– Идем, – мы с Лий'оном кивнули одновременно.

– Дай нам пятнадцать минут, – попросил я, и, быстро проглотив завтрак, мы с кузеном умчались в разные стороны.

Лиссэ ждала нас в прихожей, задумчиво вглядываясь в рисунок пола. Ей очень шел цвет выбранного платья, равно как его крой. А это что?! Мой вопрос вырвался вместе с пучком льйини.

– Милый аксессуар, не так ли? – Плетунья надула губки на манер дворцовых модниц и, обмотав пояс вокруг кисти, покачала из стороны в сторону блестящим круглым шаром на конце, оказавшимся спящим кагаршем. – Он отлично служит и украшением, и зеркалом.

Она взяла снорга в руку и, заглянув в свое отражение на круглом боку, убрала невидимую соринку из глаза. Мне хватило вдоха, чтобы оценить ее задумку, осмотрев каждую нить ее наряда, и сообразить, что это было единственно верное решение.

– Шара-ла! – воскликнул Лий'он, показываясь из-за входной двери. – Отличная вещица. Ха! Готов поспорить, что после сегодняшних скачек десятки охотников отправятся за тушками убиенных кагаршей. Ты начинаешь оправдывать имя своего рода, – он отвесил глубокий поклон Лиссэ, – С'Сертеф всегда слыли законодателями моды.

– Не лучше ли было оставить его здесь? – Маленькая складочка появилась у Лиссэ над переносицей.

– Нет. – Я был категоричен.

Плетунья отреагировала на отказ спокойно, просто пожав плечами. Похоже, она начала заранее предугадывать мою реакцию, уже смирившись с окончательным ответом. Тут я ей проигрывал, надо бы как-нибудь устроить ей небольшую встряску.

– Если не поспешим – опоздаем и на второй забег, – торопил Лий'он, и мы довольно быстро понеслись по коридорам, благо они были пусты: часть двора изволила еще почивать, остальные были заядлыми болельщиками. Равно как и отец, которого мы обнаружили не на княжеской трибуне, а в обычной нижней ложе для высокорожденных.

– Отсюда вид лучше, – с улыбкой объяснил он свой выбор ошарашенной Лиссэ. – Славный пояс…

Трудно было предположить, что больше повлияло на нее – вид поля или присутствие самого князя. Взгляд метался между ними обоими. Тио'ширес усадил человечку на пустующее место по левую руку, туда, где обычно находилась фаворитка, чем заработал мой самый негодующий взгляд, который, как водится, был проигнорирован. Теусса в очередной раз совершила ошибку, предпочтя проваляться в постели все утренние забеги. Возможно, эта игра наскучила ей до такой степени, что она перестала держать руку на пульсе. В таком случае пусть пеняет только на себя, когда получит отставку. Появившийся из воздуха Вайссориарш занял второе место рядом с Лиссэ, заставляя меня передвинуться дальше в сторону.

– Не шипи, Кирсаш, ты похож на чайник с юфой в очаге на кухне.

– Вижу, ты близко знаком с кухонной утварью, – выдавил я, пытаясь сдержать ругательства.

– Не понаслышке. – Невозмутимость ректора была непревзойденной как всегда.

– Успокойся, друг, – мне на плечо легла рука кузена, расположившегося позади, – ты же сам хотел, чтобы девчонка была в безопасности. Трудно найти лучшее место в Такрачисе, отвечающее этой цели.

Плетун чуть обернулся на эту реплику, хмыкнув себе под нос. Выбор у меня все равно был небольшой: остаться здесь или уйти вовсе. Раз Тио'ширес захотел пообщаться с человечкой – просто так он ее не отпустит. Но их милая беседа «ни о чем» заставляла меня еле сдерживаться от гнева. На какое-то время они замолчали – принесли виасс, а на поле подходил к концу последний круг первого забега, и из-под земли прямо перед несущимися хьюршами стали вырастать каменные глыбы. Один из всадников упустил нужный момент, и скакун не успел уклониться, задевая скалу и кубарем валясь на землю под ноги остальным участникам. Лиссэ прижала руку ко рту, сдерживая крик. Лидирующий черно-коричневый хьюрш, перепрыгивая новое препятствие, смазал бег и позволил обогнать себя паре идущих ноздря в ноздрю крапчатых. Князь с досадой хлопнул себя по бедру.

– Мои скакуны еще не выиграли ни одного забега с начала скачек, – услышал я его голос. – Может, все дело в неотесанности наездников?

– Просто они питаются гораздо хуже моих, – самодовольно хмыкнул Вайсс, следя, как ловко крапчатые уворачиваются от новых препятствий.

– Кто? Наездники? – Лиссэ вся отдалась зрелищу, еле удерживаясь на кончике кресла и сжимая кулачки. – Смотрите, он поднялся.

– Дорогая, все-таки это не Алмазная площадь, – укоризненно покачал головой князь, – здесь не часто гибнут люди или снорги.

– Это последние… лучшие плоды нашей цивилизации, – вставил Вайсс, постукивая себя длинными пальцами по подбородку, – было бы непростительным расточительством разбрасываться такими ресурсами.

– Куда же их? В домашнюю коллекцию?

Девушка улыбнулась, оборачиваясь к Лий'ону. Кузен ответил ослепительной улыбкой.

– Почему же? – снова заговорил плетун, князь в этот момент отвлекся на свою пару сноргов, постепенно набирающую скорость. – Всадники, обычно лучшие воины патрулей, становятся со временем учителями в Школах воинов. Хьюрши, побеждающие в скачках, дают прекрасное потомство, способное отлично показать себя в чаще.

Лиссанайя одобрительно кивнула, снова устремив взгляд на поле. В этот момент черно-коричневый хьюрш князя обогнал одного из крапчатых и поравнялся с лидирующим вторым – до финиша оставались считаные длины. Вся наша ложа подалась вперед, затаив дыхание. Внезапно перед крапчатым выросла глыба камня, вызвав дружных вздох на трибунах. Но всадник послал хьюрша прямо на нее, запрыгивая на вершину, и, с неимоверным усилием оттолкнувшись от самой макушки, они пролетели оставшиеся длины по воздуху, первыми обрывая льйини финиша.

Трибуны взревели. Многие повскакивали с мест, громко аплодируя.

– Ты сделал это нарочно, – недовольно буркнул князь плетуну.

– Что?! – Плетун показал раскрытые ладони. – Ручки-то вот они.

– Айаре! – Тио'ширес состроил гримасу. – Едят они лучше! Как же! Похоже, друг, ты решил присоединиться к нашему дисквалифицированному родичу.

– Упаси меня Торш! – в притворном испуге воскликнул ректор.

– Нашел кого просить, – поморщился отец, отдавая распоряжение склонившемуся перед ним секретарю о следующем участнике из его стойников.

– Ну не у этих же баб искать защиты. – Вайссориарш скривился, будто съел что-то кислое.

Лицо Лиссэ вытянулось при его последних словах – не часто можно было встретить такое пренебрежительное отношение к их темнейшествам, а также к их светлым врагиням.