Текст книги "Русалка Асфальта (СИ)"

Автор книги: Ладиса Крегер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 17. Автомагичка

66.

– Посмотрю, что с ней, – сказал Кир и направился к раненой.

Я последовала за ним.

Знала: отсидеться не выйдет, а преодолевать опасности грядущего Столкновения нам лучше вместе. В том, что оно произойдет сомнения не было. Ни малейшего. Встреча с ведьмой расставила все на свои места.

Все в этом мире было борьбой, испытанием, ловушкой, сражением или иным препятствием на пути к поставленной цели. Задача была озвучена: от нас требовалось защитить пассажиров.

Успех и будет победой. Ведь так?..

Проблемы начались буквально с первого шага.

Стоило Киру шагнуть в сторону истекающей кровью пассажирки, как два разделявших нас метра превратились в четыре.

– Что происходит? – я схватилась за кинжал.

Салон минивэна стремительно удлинялся. Четыре метра превратились в восемь, восемь в шестнадцать. Кто-то явно противился тому, чтобы мы добрались до девушки, привалившейся спиной к задней дверце авто.

– Водитель, это твои шутки? – Кир обернулся.

Дед глянул в зеркало, оценил объем постигших салон изменений и протянул:

– Ну сильна. – Вздохнул.

– Кто? – не врубилась я.

– Внучка моя. Чует в вас аварийщиков. Боится.

– Она у тебя автомагичка? – Сомоусый нахмурился.

– Угу. Только она немного… э-э… того.

– В смысле того?

– Говорю же: змея ее хозяйку укусила. И с ее тенью случилось что-то странное. В общем, нужно, чтобы кто-то за ней присмотрел.

– А сразу предупредить нельзя было?

– А вы бы тогда отказались. Кто в здравом уме согласится защищать от аварий безумную автомагичку? С ней в одной машине ехать-то опасно!

Мы переглянулись. Не говорить же ему, что мы в любом случае взялись бы за эту работу. Выбор у нас был не особо богат. Парень вздохнул.

– Ладно, я понял. Поможем тебе, дед.

За время нашего разговора авто стало длиннее на сотню метров и продолжило разрастаться. Оптимизма тенденция не внушала. Интересно, можно ли это считать началом Столкновения? Или худшее еще впереди?

Кир резко стартовал с места, бросившись к пассажирке словно спринтер. Он разбирался в здешних порядках куда лучше меня, поэтому я встретила его идею с восторгом.

Вперед так вперед!

Сильно трясло, тачку кидало из стороны в стороны. Дед пока довольно лихо управлялся с рулем, но что будет дальше? Мой спутник добрался до конца салона. Добавленные автомагичкой еще полсотни метров роли не сыграли, Сомоусый оказался быстрее ее магии. Над шоссе теперь скользил отнюдь не минивэн, а скорее гигантский червь, внутри которого нам и предстояло бороться за выживание.

Осмотрев пассажирку, Кир покачал головой.

Выглядела она не очень.

Волосы спутаны, одежда в крови. Возрастом – мне ровесница. Или чуть старше. Возлежала в луже собственной крови, вытекавшей из раны на шее.

И натекло ее много. Слишком много. Даже моих скромных познаний в биологии хватило, чтобы слегка озадачиться. Кир тоже сделал выводы.

Но немного иные.

– Вставай, – скомандовал он, – хватит валяться, притвора!

– Кир, ты чего? – возмутилась я. – Она ж умирает!

– Умирает ее хозяйка в реале. И умрет, если этот ленивый кусок пассажирки бороться не будет! – заявил аварийщик тоном, не допускающим возражений.

– У нее из раны кровь течет, – напомнила я.

– Она движительница. И должна сражаться пока жива, – отрезал он. И, схватив раненую за плечо, грубо встряхнул ее. – Хватит кровь из себя выпускать! Заканчиваем цирк, аплодировать никто не будет!

Честно, я не думала, что его тактика подействует, но ведь сработало!

Пассажирка открыла глаза. Синего цвета, они придавали ее взгляду страдания и пронзительности. Она потянулась, зевнула, недовольно поджала губы. И прошипела:

– Что тебе надо, аварийщик? Решил утопить меня? – Кровавый ручеек на шее дрогнул, резко уменьшаясь в объема, и затем иссяк.

– Видала? – Кир обернулся ко мне.

– Она что притворялась? – не поверила я. – Но зачем?

– Откуда мне знать? – пожал плечами аварийщик. – В реале ее укусила змея, а в Аварийке она помутилась рассудком. Такое бывает. Ты в курсе, что дед твою хозяйку сейчас в больницу везет? – последний вопрос был адресован пассажирской тени.

– В курсе, – девушка злобно сверкнула глазищами. – Тебе какое дело?

– Дед твой нас нанял, чтобы мы помогли доехать без ДТП.

– Совсем сдурел. Связаться с аварийщиками!

– Мы хотим помочь, – включилась в беседу я, надеясь, что мой спокойный голос немного облегчит ее состояние. Увы, я ошиблась.

– Вали в акулью пасть, подстилка русалочья! Ты тоже аварийщица?

– Нет. Я…

– Идиотка! Идиотка ты! Дрянь, что б тебе пусто было, что б русалки тебя…

Я промолчала. Я только сильнее ее разозлила. Психолог из меня никакой. Главное, не сморозить еще какой-нибудь глупости. Пусть лучше Кир с ней возится.

Но он решил иначе.

– Смотрю, вы подружились, – и, не обратив внимание, что мы обе явно не были с этим согласны, Кир заявил: – Не буду мешать вашей приятной беседе. Твоя задача, Ладиса, следить за происходящим в салоне. Я полезу наверх и стану отгонять от нас спрутов и прочую нечисть. А ты, – он обратился к автомагичке, – не могла бы вернуть нашей тачке прежний размер? И впредь, давай, обойдемся без шуток с пространством?

– Перебьешься, погань хвостатая! – отрезала девушка, театрально хлопнула ресницами и вновь прикрыла глаза. Помогать нам она явно не собиралась.

Кир пожал плечами. И сказал мне:

– Я на крышу. Охраняй их.

– От кого? – Мой вопрос потонул в шуме ветра, ворвавшегося в окно.

Приспустив стекло, Кир полез из машины наверх. Я чуть прикрыла окно за ним, но до конца закрывать не стала: мало ли, вдруг ему потребуется срочно вернуться в салон?

Охранять, значит.

Попробуем. Главное, запастись терпением. Видимо, суть этого Столкновения заключалась именно в этом. В налаживании диалога. Что ж, болтать всяко лучше, чем драться с пираньями или зомби. На крайняк позову Кира…

Примерно так я и рассуждала.

Блин, как же я ошибалась!

67.

Особенно сложным оказалось терпеть оскорбления.

Пассажирка прошлась по всем моим предкам вплоть до десятого колена, сравнивая их с селедками, крабами, головастиками и еще спрут знает с кем.

Затем настало время вопросов.

– Давно в Аварийке?

Вопрос был задан тем же тоном, что и предыдущий, который, если не ошибаюсь, касался моего умственного развития и вряд ли требовал ответа.

– Отвечай или я… – пол в салоне заходил ходуном.

Я понятия не имела, что у нее в голове, но в том, что автомагичка искала повод применить дарованные ей Аварийкой силы никаких сомнений не было.

– Стой! – закричала я, испугавшись за Кира. – Не надо!

– Тогда отвечай!

– Недавно я в Аварийке! Совсем недавно! Ты довольна?

Казалось бы, пять минут назад ничего не предвещало беды. На крыше нес дежурство опытный аварийщик. Где-то в начале салона «крутил баранку» водитель. В глубине души очень хотелось верить, что Столкновение ограничится испытанием моего терпения.

И тут такое…

– Сколько за тобой Столкновений? – не унималась движительница.

– Всего три, – сказала я. Поправилась: – Нет, четыре. – Героическое уничтожение посуды в кабинете ведьмы я тоже записала на свой боевой счет.

Девушка скривилась.

– Дед нанял мне в охрану такую слабачку? Фу!

– Зато Кир не слабак, – зачем-то парировала я. Нет бы промолчать. – На его счету более восьми тысяч схваток с различными аварийными тварями, ловушками, преградами…

– Маньяк, – резюмировала пассажирка. – Мой дед нанял мне в охрану маньяка!

– Он не маньяк. Он…

– Аварийщик, – перебила она. И продолжила с нарастающей яростью: – Это почти синонимы. Они охотятся на движителей. Они…

– Он меня спас, – оборвала ее я.

Откровенничать не хотелось. Движители скорее поверят в безобидность акулы, чем в то, что Кир не такой как другие аварийщики. Однако… разговор позволял тянуть время. По словам старика нам требовалось продержаться не так уж и много. Всего четыре часа.

Этого времени должно было хватить, чтобы реальный человек, которому принадлежала тень нашего водителя, доставил реальную хозяйку пассажирки в больницу. Их дальнейшая судьба нас не трогала. Да, и вряд ли мы хоть как-то могли на нее повлиять. Полем нашей битвы был асфальт, а не больничные коридоры.

Автомагичка прищурилась.

– Кир не дал тебе вернуться к хозяйке?

На этот раз смысл ее вопроса и впрямь не дошел до меня.

– К какой еще хозяйке?

– К твоей хозяйке, тенью которой ты была. Ты ведь тоже когда-то была движительницей, русалочья подстилка. Пока не свалила в Аварийку с концами.

– М-м, все было немного не так.

– Нет, так.

– Нет, не так!

Терпение, сказала я себе мысленно, эта несчастная просто помутилась рассудком. И тебя наняли присматривать за ней, отвлекать болтовней от безумных затей. Спокойно, Ладиса. Спокойно…

Но все же я возразила:

– А если у меня не было никакой хозяйки? Что если я попала сюда человеком? Просто провалилась в Аварийку? Как в книжках про попаданок? – Я надеялась, что мое предположение побудит девушку проникнуться ко мне сочувствием.

И тут по окну хлестануло. И это был не дождь...

Уродливое темное щупальце впилось в стекло, заелозило присосками…

– Спрут! – закричала я.

68.

Громадное щупальца обхватило минивэн, затем начало сжимать. У атаковавшего нас кракена определенно имелись в отношении авто далеко идущие планы.

Минивэн вильнул, надеясь избавиться от обидчика, но водитель забыл, что его машина стала на триста метров длиннее.

БАМ!

Меня бросило под потолок.

Подпрыгнули, на волне, называется. Минус ребро, несколько трещин в кости. Ох, после таких покатушек мне точно понадобятся целебные чернила, подумала я. Пока гостила на подлодке, научилась ставить диагнозы. И себе, и другим.

Я тряхнула головой. Тень я или нет, но домой я вернусь человеком!

Раздался топот и лязг. На крыше минивэна вел бой Кир.

Минивэн окунуло в дорогу. Нас облило просочившейся сквозь щели водой. Раненая автомагичка взвизгнула, словно ее обдало кипятком. Нам нельзя оставаться в хвосте, запоздало подумала я. Нужно переместиться ближе к водителю. Тот все же справился: выровнял автомобиль и повел дальше. Пассажирка кинулась бежать – с весьма неожиданной для «умирающей» прытью. Я устремилась за ней. Минивэн стал крениться, словно вознамерившись встать на дыбы. А потом в нем начали исчезать окна.

– Ты что творишь?! – заорала я, наблюдая как стекла зарастают коростой металла.

Но разве мой крик мог остановить пассажирское колдовство?

Что же… что же делать? Кир остался снаружи. Он бьется с кракеном, а автомагичка изолирует минивэн от внешней среды! Случись с ним что, как он вернется обратно?

В салоне резко стемнело.

– Лобовуху не тронь! – до нас донесся вопль водителя.

– Ах ты, дрянь! – до меня дошло, что из-за фокусов автомагички мы сейчас точно улетим в кювет или станем завтраком спрута.

– Офонарела? – Повиснув на креслах, словно на гимнастических брусьях, она пнула меня в живот. – Может мне и тебя заколдовать?

Я отлетела в конец салона.

Жутковато хихикая, придурковатая внучка поспешила к дедушке. Взревев, я бросилась за ней, подозревая, что ничем хорошим их встреча не кончится.

Стены авто трещали. Снаружи продолжалась жестокая схватка. Помочь в ней Киру я не могла. Металл стонал, деформируясь, щупальца стегали по обшивке. Сомневаться не приходилось: поединок был в самом разгаре.

Я полезла по креслам.

Мне надо догнать эту идиотку. И остановить ее.

– Де-да, ты где-е? – блеяла безумица, продвигаясь к водителю. Обо мне она позабыла, захваченная новой идеей. Интересно, какой?

В глаза ударил свет – старый движитель все же избавился от наросшей на лобовухе заплатки. Вовремя – навстречу нам летел столб.

Крутанув руль, дед избежал такой нежелательной встречи.

– Закройте све-е-ет! – заорала внучка, почти добравшаяся до любимого дедушки.

Пролом в морде авто вновь принялся зарастать.

– На помощь! – завопил водитель.

Нас разделяло меньше метра. Выбора не оставалось. Я выхватила кинжал и впечатала рукоять в затылок поехавшей движительницы.

Пространство схлопнулось. Причем моментально – оглушенную автомагичку отбросило к задней двери, где мы ее впервые увидели. Сколько же хлопот она нам создала!

Я устояла на ногах.

– Кир! – спохватилась.

Он мог свалиться!

Он…

Я перевела взгляд на водителя.

И резко забыла обо всем на свете.

Вокруг шеи деда обвилась лиловая петля, в которой, приглядевшись я с ужасом опознала язык. Язык проклятой жабы, залезшей на крышку капота.

Земноводное было большим: с корову размером.

Ядовито-зеленая чешуя, развитые надбровные дуги, перепончатые лапы. Заметив меня, тварь злобно квакнула и удвоила усилия.

Ни секунды не сомневаясь, я вновь пустила в дело кинжал. Сталь рассекла лиловую плоть жабы-душительницы. Тварь с визгом сорвалась в асфальт.

Легкий противник.

Но один ли он здесь?

– Тварь с Автолова, – прохрипел дед. – Пряталась под днищем. Проворонил стражник, видать. Да и я проглядел. Совсем старый стал. Спасибо тебе, аварийщица. Дважды спасибо. Ты спасла мне жизнь. За внучку не волнуйся. Я чувствую, что скоро она придёт в себя.

– Она была одна?

– Кто?

– Жаба, говорю, одна там была? – я выругалась, взбешенная тупостью движителей. Не только они были тенями, их разум был тенью ума! И, опомнившись, заорала: – Кир!!!

Бросилась назад. Шутница-пассажирка вернула минивэну прежний вид, поэтому мое перемещение в кормовую часть авто заняло секунду.

Виновница всех наших бед сидела на полу. Она очнулась!

– Не надо, аварийщица, не ходи туда.

Но помогать было нужно не ей.

Я распахнула дверь.

69.

Две головы.

Они торчали из асфальта; зеркальная гладь дороги еще колебалась после схватки со спрутом; вопросом куда он пропал можно было не задаваться, дичь обмельчала и щупальца соскользнули с нее.

Одна голова была сомоусой. Вторая принадлежала Сирене.

Видимо, она тоже уцепилась за днище, как и та хищная жаба. Или нашла иной способ отправиться в путь вместе с нами, чтобы напасть в самый неподходящий момент.

Краснокосая русалка улыбалась, с каждым мгновением отдаляясь от меня. Скоро мы должны были скрыться за поворотом.

– Стой! – приказала водителю я. Даже моего зрения хватило, чтобы разглядеть приставленный к горлу моего друга кинжал. Она взяла Кира в заложники.

– Нет, аварийщица, – голос старика прозвучал неожиданно твердо. – Ты помогла мне. Но ты всего лишь телохранитель. Внучке моего хозяина надо в больницу. Я должен думать о своей цели.

Я взревела.

Нас уносило прочь.

– Тебе не справиться с ней, – сказала автомагичка. Она больше не смеялась надо мной и не истерила. Лишь констатировала.

Скорую смерть.

Его смерть.

Ведь я знала, что ему не жить. Взгляд Сирены обещал это. Секунды складывались в вечность. Я могла уехать с ними. Ведь бой со спрутом окончился нашей победой.

Но вместо этого я прыгнула в воду.

Глава 18. Казнь

70.

Я погрузилась с головой.

Асф обжег холодом. Сработали прорезавшись жабры. Остудившись, я разом осознала все свое безрассудство. Я ведь не справлюсь с ней. Кто я против хвостатой твари?

Двуногая…

Никто.

Сердце сжалось. Если бы я была настоящей русалкой…

Я вынырнула.

Минивэн уехал. Движители продолжили двигаться к цели, но уже без нас.

Сирена наблюдала за мной. Ее кинжал продолжал оставаться у горла парня. Но на лице краснокосой аварийщицы разгоралась улыбка.

– Идиотка!

Русалка расхохоталась.

– Какая же ты идиотка!

Оставаться на воде было глупо. В три гребка достигнув левой обочины, я выбралась на берег. Извлекла клинок и, немного подумав, отстегнула ножны от бедра, чтобы не мешались.

Если проиграю, то они больше не понадобятся.

Интересно, на что я рассчитываю?

Увидев меня, Кир издал горлом тихий хрип. Он бы точно не одобрил моего поступка и предпочел, чтобы я его бросила, уехав с движителями. Только сейчас я обратила внимание, что реакции парня странно замедлены. С ним было что-то не так! Неужели истратил все силы в бою? Или это работа Сирены?

Я замерла на обочине, не пройдя и половины пути.

– Что ты с ним сделала?! – прокричала я.

– Яд черной каракатицы! Я смазала им лезвие. Пять капель парализуют человека на месяц, десять русалку на неделю. Как ты думаешь, сколько капель попало в его кровь?

Сирена слегка надавила на лезвие, углубляя уже нанесенную царапину. Сомоусый задергался в ее руках.

– Но зачем? Зачем ты преследуешь нас? Что мы тебе сделали? – Я знала, что слова бесполезны. Здесь нужна была сталь. Или какая-то особая сила, боевые способности, которых у меня не было.

Аварийка оставалась для меня загадкой. Я слишком мало знала об этом мире и так не стала полноправной его жительницей. Возможно, будь у меня чуть больше опыта, я бы сумела здесь развернуться, но сейчас я была никем по сравнению с этой могучей и уверенной в себе хищницей, чей хвостовой плавник был подобен остро наточенному серпу.

И, разумеется, мои вопросы лишь разозлили ее.

– Мне плевать и на тебя, и на твоего сомоусого приятеля, – отчеканила она, поддерживая обмякшего заложника над поверхностью воды. – Но таков был приказ Стрекача!

Краснокосая сорвалась на крик. И я поняла, что не будь приказа, она бы перерезала горло и мне, и Киру. Вожак, поняла я. Это он желает вернуть меня. Ревность – вот причина ее ненависти. Она предполагает, что, возвратив меня на подлодку, Реф сохранит мне жизнь.

Вот только…

Участь Кира тогда предрешена. Если я интересую вожака, то сомоусый аварийщик для него конкурент. К тому же крайне надоедливый.

– Сирена, я прекрасно тебя понимаю… – начала я.

– Заткнись, Двуногая.

– Сирена, я не хочу возвращаться на борт Стрекача. Я не хочу претендовать на твое положение. Я…

– Заткнись!!!

– Отпусти нас! – не унималась я. – И я не буду тебе соперницей! – Кажется, последнюю фразу я сморозила зря. Очень зря.

Сирена впала в ярость.

– Да, я лучше убью тебя, дрянь! – Краснокосая аварийщица отшвырнула пленника и бросилась ко мне. – И к спруту приказы! – Вылетела из воды, на ходу расплетая хвост в ноги, но поторопилась и рухнула на обочину: подвели ступни, на секунду запоздав с трансформацией.

Вот он шанс!

Не смея верить в удачу, я бросилась к ней. Нас разделял десяток метров, который я преодолела очень быстро, но куда мне было тягаться с опытной аварийщицей?

Даже в человеческой форме она превосходила меня в ловкости. В меня полетел смазанный ядом клинок. Крутанувшись в воздухе, лезвие вошло мне в плечо.

Левая рука повисла плетью. Я взвыла.

Боль, показавшаяся мне невыносимой, свалила меня на песок, а затем попавшая в мою кровь «черная каракатица» доказала мне, что я очень мало знала о боли.

В глазах померкло.

– Пришло время сдохнуть, автобусница!

Я приготовилась к смерти. К этому моменту я потеряла возможность управлять своим телом, только дыхательная мускулатура еще работала, но сама по себе.

– Остановись, воевода! – я узнала голос Хрома, услышала топот его шагов.

Благодаря крепкому телосложению он и на двух ногах мог потягаться с Сиреной. Оттащив от меня разъяренную русалку, он произнес:

– Не надо, госпожа. Стрекач в минуте отсюда. Вам будет очень плохо, если вожак узнает о вашем отношении к приказам Стрекача.

– Отвали! Я убью тебя, ублюдок! Причем здесь Стрекач? Это его приказы! Этого бледного хвостатого поганца! – Сирена ни на шутку разошлась.

– Тем более! – оборвал ее Хром.

– Он сохранит ей жизнь!

– Нет.

– Сохранит…

– Нет, – повторил парень. – Ее ждет казнь всем в назидание.

Я валялась у их ног. Я утешалась тем, что тем больше враги болтают, тем ниже погружается Кир. Ну, его тело. Сирена что-то говорила о сроке действия парализующей дряни. Кажется, речь шла о неделе. Через неделю к нему вернется подвижность.

Он будет жить.

Если, конечно, аромат его крови не приманит пираний. Если…

Блин, кого я обманываю?

Никаких шансов.

71.

Реф встречал меня в главном зале подлодки, в обстановке близкой к торжественной, ведь на этот раз вожак русалок со Стрекача обзавелся «троном», которым ему служила легковая колымага, сошедшая с конвейера по меньшей мере лет сто назад.

Из железной морды торчала рукоять стартера. Насквозь ржавая, как и сама машина, более уместная на свалке, чем где бы то ни было. Разрозненные куски металла напоминали автомобиль лишь наличием маленьких круглых фар. И лишь стекла в тачке были как новенькие.

Любопытно.

Я бы поразглядывала машину еще, да вот беда: мой конвоир приподнял мне правое веко только на пять секунд, да и то лишь для того, чтобы убедиться, что мои зрачки все еще реагируют на свет.

– Противоядие, – скомандовал Реф.

И Малёк, мастер чернил, лично влил мне в рот какую-то вязкую гадость со вкусом горелых водорослей.

А затем пришла боль – мои мышцы начали оживать.

В себя я приходила еще минут десять. Все это время толпа аварийщиков наблюдал за мной с молчанием. Лишь плавники шелестели. Я заметила Нику. Она стояла поодаль от всех и глядела с сочувствием.

Не с первой попытки, но я поднялась на ноги. Вожак словно этого и ждал, подплыл поближе, заглянул в глаза, поискал в них что-то…

Не нашел.

Звонкая пощечина свалила меня обратно.

– Поняла за что?

Ненавижу аварийщиков.

– За то, что не сумела сбежать от тебя?

Зря. Лучше бы промолчала. Ответ не требовался. Нужны были слезы. Мои слезы, клятвы в вечной верности и мольба о пощаде. Дерзость стоила мне зуба. Я выплюнула белые осколки. Однажды мама водила меня к стоматологу. Тогда было страшней.

– За то, что мы возлагали на тебя большие надежды, – хмуро ответил Реф. Кажется, сегодня он не был расположен к речам. – А ты… нас предала.

– Я никого… – я вновь попыталась подняться, – не предавала…

Ударом плавника он опрокинул меня навзничь. И продолжил:

– Хуже того, ты убила одну из нас. Наказанием за подобное может быть только… – вожак возвысил голос: – Смерть!

– Смерть! – закричала Сирена.

Стая поддержала ее одобрительным гулом.

72.

Рану на плече мне залечивать не стали, перевязали сосуды и забинтовали. К чему переводить целебные чернила на приговоренную к смерти?

Меня заперли в арсенале, запихнув в одну из множества клеток, использовавшихся для содержания тренировочных монстров.

Казалось бы, совсем недавно Кир обучал меня здесь работе с гарпуном, кинжалом и факелом, а теперь мне предстояло сидеть здесь же взаперти точно выловленной из асфальта одинокой миноге. Интересно, как он там? Жив ли еще?

Хотелось верить, что жив.

– Ты очень скоро сдохнешь, – пообещала Сирена, запирая клетку на замок. Затем она капнула в его скважину какую-то жидкость и оставила меня наедине с мрачными мыслями.

Вскрывать замки мама меня не учила. Да, и все, что могло помочь мне сбежать, аварийщики у меня отобрали.

Больше всего было жаль мамин амулет. Его тоже кто-то забрал, воспользовавшись моим беспомощным состоянием. Наверное, Сирена или Хром. Здоровяк до сих пор злился на меня за ту историю с часами. Блин, как давно это было…

Сорвав зло на прутьях решетки, а заодно проверив их на прочность, я упала на спину и закрыла глаза.

Разбудил меня шелест плавников. В арсенал заплыло сразу четверо незнакомых аварийщиков. Ржавые плавники, хмурые лица. Все парни. На миг я запаниковала, приняв их за своих палачей, но все оказалось иначе.

– Кир! – я не смогла сдержать эмоций, когда увидела, что они притащили с собой носилки, на которых возлежал мой сомоусый приятель.

Его заперли в соседнюю клеть. Похоже его тоже напоили противоядием, но оживал аварийщик куда медленее меня – видно, отравы ему досталось больше.

– Кир! – я приникла к прутьям решетки, когда его глаза распахнулись.

– Зачем? – первое слово, которое он произнес. – Зачем ты спрыгнула? Почему не уехала с движителями? – Встать он все еще не мог. Только говорить.

– Спасти тебя хотела.

– Спасла?

– Я не могла поступить иначе!

– Через пару недель ты была бы уже в Питере…

– Стрекач бы нас все равно догнал, Кир. Только тогда погибли бы и дед с внучкой. А так они сумели уехать. Знаешь, кажется, у вожака ко мне что-то личное. Во всяком случае, так считает Сирена.

– Реф… – Кир выругался. – Он просто хочет… сломать тебя. Он таких любит.

– Каких таких?

– Таких, которые долго не могут решить, кто они. Русалки или нет. Он таким помогает типа сделаться злее, жестче, затем чувствует себя благодетелем, мать его за хвост. – Парень схватился за навешанный на клетку замок, сжал его в кулаке.

– Осторожно, они капнули что-то в замки.

– Заметно, – Парень разжал пальцы. С замком ровным счетом ничего не произошло. – Это какое-то специальное зелье, чтобы пленник не смог раздавить замок. Это Малёк придумал. Его работа. Нам сильно повезло с ним… – он осекся. – Прости. Им повезло. А нам… нет.

– Кто бы спорил, – пробормотала я.

Мы проговорили еще часа два.

Сначала Кир вкратце поведал мне о своем поединке с кракеном. Сирена атаковала его, подло напав со спины, когда спрут отпустил минивэн. Порезала клинком, затем стащила вниз.

– Я попался так глупо… – сокрушался аварийщик, а я слушала его и ловила себя на мысли, что просто наслаждаюсь тем, что он говорит, каждым словом, что он произносит.

Ведь жить нам осталось недолго.

73.

Через пару часов к нам прокралась Ника. Сначала Кир в грубой форме посоветовал ей идти лесом, но заметив, что она притащила с собой еду, сменил гнев на милость.

– Что там у тебя?

– Хлеб и яблоки.

Буханка разбухла от воды, но оказалась неожиданно вкусной. Про яблоки и говорить нечего: мы сожрали их вместе с косточками.

– Простите меня, – повинилась Ника. Видимо, ее мучила советь. Ведь именно она первой обнаружила нас в таверне и передала информацию Хрому.

– Не надо, – сказала я. – Я все понимаю.

– Я попыталась дать вам время, – блондинка виновато закусила губу. Встречаться с нами взглядом она избегала. – Но…

– Но ты предпочла доложить о нас, – закончил за нее Кир. И пробормотал: – Вкусные яблоки, даже жаль это наша последняя трапеза.

Парень провел ребром ладони по решетке и выругался. Ника испуганно сжалась, точно его проклятья были адресованы ей.

– Не бойся, он злится не на тебя, – сказала я девушке. – Не знаешь, мы здесь надолго? Что они планируют с нами сделать?

– Вас казнят.

– Будто мы без тебя не знали! – фыркнул Кир.

– Дай ей сказать, – попросила его я.

– Я ничего толком не знаю. Я теперь на подлодке совсем одна. Ну, без хвоста. Со мной только Хром и разговаривает. Остальные шпыняют только…

– Ближе к сути, – скрипнул зубами аварийщик.

– Реф задумал что-то совсем плохое, – призналась Ника. И вдруг ойкнула. – Ой, совсем забыла. Вот. Забери. Я увидела его у Хрома.

И она протянула мне амулет.

Мамин амулет. С куском янтаря. Я вздрогнула, осознав, что совсем не помню, когда его лишилась. Видно, когда валялась под воздействием яда.

– Хром сказал, что забрал эту вещь у тебя.

– Этот амулет принадлежал моей матери. Он отдал его тебе?

– Нет. Я его утащила.

– Твой парень убьет тебя, – отвесил замечание Кир.

– И пускай! – Ника топнула ногой, подняв в пространство маленький вихрь из ила. Возле клеток было довольно грязно. – Все равно меня прикончат, когда отмеренный мне на превращение срок истечет. Сегодня я все поняла. Мне никогда не стать русалкой, сколько бы я не старалась! – Она взглянула на меня. И сказала: – Я горжусь тем, что делила с тобой одну воду, сестра-пассажирка!

Я закашлялась. Уж чего, а похвалы я услышать не ожидала.

– Тихо! – приказал Кир. – Слышите?

Мы прислушались.

Вновь шелест плавников.

– Кто-то плывет сюда! Скорее прячься!

Я едва успела повесить амулет обратно на шею. Ника заметалась по арсеналу, не зная, куда деться. Наконец приметила кучу рыбацких сетей и зарылась в них. Притаилась.

Вовремя.

В арсенал заплыла Сирена.

– Чего уставилась? – Кир взялся за прутья. Металл загудел, но удержал аварийщика в клетке. Видно, и здесь не обошлось без магии особых чернил.

– Запоминаю ваши лица, предатели. Ведь их у вас скоро не будет. Их сожрут черви. Вас сожрут черви. Как и всех кто осмелится встать у меня на пути! – Краснокосая психопатка рассмеялась, донельзя довольная собой.

Видимо, смерть нам и впрямь уготовили особо мучительную.

74.

В стороне от берега, под почерневшей от дождей осиной аварийщики вырыли яму. Работа заняла около двенадцати часов.

Прикрученные к подножию рекламного щита, нависавшего над шоссе, мы имели возможность наблюдать за процессом с берега. Таков был приказ вожака. Ради того, чтобы сделать несколько взмахов лопатой, аварийщикам приходилось надолго задерживать дыхание и, не дыша пробегать пару десятков метров, а затем возвращаться назад.

Под конец даже самые крепкие выбились из сил.

– Я чуть не сдох, – пожаловался Хром, отбрасывая опостылевшую лопату. Он с завистью посмотрел на Сирену, которая все это время не работала, а караулила нас. – Не понимаю я этой затеи с гробом, – пробурчал аварийщик, разминая плечи. – Они ведь задохнутся прежде, чем мы забросаем могилу землей, разве нет?

– Твоя задача не понимать, а копать, – осклабилась аварийщица, опираясь на копье. И, когда парень подошел ближе, добавила тише: – Не надо было мне мешать. Тогда бы и лопатой махать не пришлось. – С этими словами она подмигнула обессилевшему здоровяку.

Тот пробурчал:

– Тогда Реф зарыл бы здесь тебя. Я тебе, Сирена, можно сказать жизнь спас. За это ты могла бы быть ко мне чуточку добрее...

– Смотри как бы тебя Реф не зарыл за такие подкаты, – рассмеялась Сирена. Краснокосая психопатка находилась в прекрасном расположении духа. Она даже не ткнула в здоровяка копьем, когда тот отвернулся к Нике, чтобы принять у подошедшей девушки кусок ткани.

– Вытри пот, милый, ты устал, – прощебетала его постоянная спутница, избегая даже глядеть в нашу сторону.

Надеюсь, он не узнает, что амулет вернулся ко мне, иначе Нике несдобровать. Она ведь хорошая девушка, хоть и немного трусливая.

Закончив работу, другие аварийщики молча ныряли в воду. Кроме Хрома никто особо не возмущался: если, конечно, его нытье можно называть возмущением.

Некоторые бросали на нас угрюмые взгляды, словно мы были виноваты в том, что им пришлось потрудиться. В глазах остальных была полная покорность воле вожака.

– Пышные у вас будут похороны, – разглядывая вырытую яму, заметила Сирена, когда Хром и Ника отошли от нас. – Мой Реф большой затейник, конечно. Это ж надо до такого додуматься: совместить казнь с похоронами. Ради такого можно и попотеть, я считаю.

– Твой Реф? – я все же не удержалась от иронии.

– Смотри, не перетрудись, – проворчал Кир.

Сирена нахмурилась. Кажется, нам удалось немного испортить ей настроение. Наша маленькая победа. Интересно, это тоже Столкновение?

Концепция ведьмы из Гайки прочно засела в моей голове.

– Вы оба даже не представляете скольких душевных трудов мне стоит борьба с желанием прикончить вас прямо сейчас, – сказала краснокосая аварийщица. – Но парни уже поднимают машину. Ой, простите, ваш гроб.

Проржавевшая морда колымаги высунулась из асфальта, затем аварийщики выволокли на обочину всю бесколёсную тушу.

– Тва-а-арь! – вдруг заоорал Хром.

Сирена вскинула копье, заозиралась, опасаясть нападения обочечных монстров или конкурентов из вражеских стай, но оказалось, что взявшемуся помогать парню Ники зажало пальцы крышкой капота. Несколько минут ушли на освобождение бедолаги.