Текст книги "Поцелуй дракона для рыжей бестии (СИ)"
Автор книги: Ксюра Невестина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)
– К черту Фьюзу! Что вы трое за драку устроили здесь? Еще и потолок проломили! – отчитала мужчин, как маленьких детей. Чем более скандальной я буду выглядеть, тем более безобидной буду казаться. Разве нет?
Лучшая защита – это нападение. Я даже не надеялась, что кто-то из этих троих партизанов расскажет мне правду, но и молча наблюдать за тем, как что-то делали с драконом моего мужа, я не могла. Притвориться истеричкой мне показалось самым лучшим решением, ведь тогда меня не станут воспринимать всерьез. Это означало, что я вряд ли стану неудобной помехой для наследного принца Вуксара, который оставался для меня темной лошадкой.
– Это не драка, а всего лишь проверка, – отмахнулся Вуксар, но мне не оставляла в покое его напряженность в движениях. – Девушки… даже эксперимент от драки отличить не могут! Как же с вами сложно! Держись, Спаркл! Жена – худшее из проклятий.
Принц панибратски ударил мужа по плечу, и тот фыркнул. Это и вправду смешно, когда мальчишка лет двадцати, оставаясь холостым, начинал рассуждать о тяготах брачного сожительства. Даже я, вот уже месяца полтора как замужняя женщина, этих самых тягот прочувствовать еще не успела. А вот Арктур их познал сполна. Его неожиданно карие глаза налились кровью. (Разве у него не серые, как у Ала?)
– Она перешла грань дозволенного, – сверкнул злым взглядом Арктур. – Прошу прощения.
Арктур по-солдатски кивнул, одновременно вытянув руки по бокам. Попрощавшись, он круто развернулся и зашагал прочь. Представив картину, как он тащил Фьюзищу в укромный уголок и отчитывал как нашкодившего в его тапки котенка, не сдержала кроткого смешка.
– Ооо… я должен это видеть! – сказал принц Вуксар, спеша нагнать Арктура. Видать, тихим-мирным журением тот не отделается. Неужели скандал устроит? Быть того не могло! Аристократы же!
Спаркл молча смотрел на меня, явно не собираясь ничего объяснять. С другой стороны, его игра в молчанку меня уже задрала, и если он хотел и дальше исполнять обязанности моего мужа(точнее начать их исполнять), то ему придется рассказать мне если не все, то очень многое. Если Зольдина привыкла к такому отношению, то я привыкать не собиралась!
– Ты расскажешь мне все.
Я не спрашивала и не просила. Я требовала. Нет, я приказывала объясниться сейчас, а не после того, как я огребу и за него, и за всех тех, чьи деяния ему припишут.
– Немедленно, Спаркл! Я не буду тихо сидеть в сторонке, как Зольдина, и трепетно надеяться, что ты соизволишь снизойти до меня! – я кричала, и мой крик эхом отражался от стен и потолка. – Потому что я на самом деле беспокоюсь за тебя. И не только потому, что завишу от тебя. Но и потому, что действительно надеюсь, что мы поладим в ближайшем будущем. Потому что… ты мне нравишься. Внешность, характер, самостоятельность… и так бесит твоя скрытность!
– Не знаю.
– Что значит, ты не знаешь???
Он издевался надо мной? Это я не знала, что здесь творилось, и то из-за того, что банально была иномирянкой! Как мог ученый (согласна, не ученый, а «ремесленник») не понимать, что с ним только что произошло? Зачем они с Арктуром и наследным принцем отошли? Что было темой их разговора? В чем на этот раз обвиняли Спаркла?
– Не стоит думать, что я бестолковая девчонка. Я еще не успела переговорить с Алом и уволиться из мисталийства. Я могу помочь. Хотя бы попробовать.
– Чем помочь? – с усмешкой, достойной наследного принца, поддел Спаркл. – Объяснишь, откуда взялась моя сила? Как я смог превратиться в дракона, каких наш мир не видел на протяжении последних девятисот лет?
Мне нечего было ответить: слова Спаркла перекликались с моими мыслями, но дальше них дело не заходило.
– Этому может быть лишь одно объяснение, Лала. Псевдодинастия. И я… истинный король. Только истинного короля нельзя связать никакими путами. Именно так в прошлом проверяли, кто из наследников достоин взойти на престол. В прошлом, во времена расцвета гаремов и многоженства, пока однажды ревнивые жены не перебили детей друг друга, прервав кровное наследие прародителя.
– Ты… станешь новым королем? Хочешь этого?
– Тогда мои руки будут по локоть в крови. Ты хочешь этого?
– Не перебивай меня! И не выворачивай мои слова наизнанку! Если… так, то… лучше верни меня обратно. В мой мир. По крайней мере… моей жизни ничего не будет угрожать. Я не… я не хочу влезать в битву за власть.
– Я тоже не хочу. По моей вине пострадало немало людей и магов, и немагов. На этом я бы хотел закончить.
– Тебя… нет, нас, просто убьют вне зависимости, от наших желаний и отсутствия амбиций. Исключительно ради того, чтобы обезопасить себя и свое правление. Разве ты не понимаешь этого? Это страшно.
– Тогда они не оставят мне выбора, – Спаркл хмыкнул, и от его хмыка я необоснованно улыбнулась. – И они это понимают лучше кого-либо другого.
Мне совершенно не нравилось, куда вильнула наша история и в какие дебри нас завела. Проблемы, связанные с престолонаследием и властью, априори не могли быть простыми с легкими решениями «росчерком пера».
Чудовищное наваждение окутало меня, а голова сразу же начала думать, что мне делать, чтобы не стать обузой. Моих боевых навыков явно не хватало даже для того, чтобы отстоять собственную жизнь, а уж оказать помощь в реальной битве я не смогла бы сто процентов. А если Зольдина – слабый маг? Или вообще немаг? Не, вряд ли. Она же мать Спаркла. Мощь родителей ведь должна оказывать какое-то влияние на силу ребенка, не так ли?
Из дворца мы выходили через дальний запасной ход, который выходил в цветущий сад. Можно было бы восхититься невероятной работой «взвода» садовников, но после произошедшего моему сердцу было не до романтики.
Зато в окнах дворца, где, по моим предположениям, проводился бал, свет снова горел исправно и доносилась громкая музыка оркестра. Бал снова заиграл и затанцевал, но мне не было там места. Мир светских господ блистал богатством, но с моим нищебродским менталитетом казался настолько вычурным и слащавым, что я могла отравиться им смертельно.
– Отвратительно? – спросил, будто уточнил или подметил муж, и я немедленно с ним согласилась. – Если ты не потакаешь их прихотям, они ненавидят тебя больше всего на свете. В светском обществе нельзя выделяться. Особенно женщинам. Загрызут от зависти или обиды, а то и от того и другого вместе взятого.
– Мне там не место, – повторила и задумалась. Если бы я захотела, я бы смогла влиться в ряды светских львиц, примеряя на себя моральный облик Алиса и ее окружения. Я примерно знала, как себя нужно было вести, но боялась, что тогда Спаркл возненавидит меня. – Лучше я попробую заниматься артефакторикой. А вдруг понравится? Что-то изобретать и испытывать явно увлекательнее зубрежки тысячи тысяч томов кадантара.
Спаркл легко засмеялся, раскрываясь пере домной. Пожалуй, таким свободным я его не видела еще ни разу. Он начинает доверять мне? Становится ближе? Мы с ним наконец-то становимся друзьями?
Да, я действительно хотела подробнее разобраться в занятии, которое является смыслом его жизни. Даже если артефакторика мне не зайдет, я все равно получу бесценные знания и узнаю Спаркла таким, какой он на самом деле. А заодно он раскроет передо мной, куда же он уходит среди ночи, а то и загуливается на несколько суток!
Пожалуй, последнее интересовало меня больше всего. Где Спаркл мог пропадать часами и даже сутками? Вопрос не давал мне покоя, и я не буду откладывать его «до лучших времен», как то делает Зольдина. Муженек сам ни за что не расскажет, а выпытывать у него бесполезно. Он будет молчать хуже партизана в стане врага вне зависимости от примененных пыток.
– Я разберусь, – пообещал Спаркл и тайной тропой повел меня за дворцовую стену.
Уверенность последнего утверждения передалась мне, легкая улыбка не сходила с моего лица, но внутри поселилась тяжесть нехорошего предчувствия.
10
Алвойс Роу, королевский дворец
Свет вспыхнул также неожиданно, как и потух. Маги из дворцовой стражи оперативно накинули барьеры для защиты гостей Их Величеств, и никто не пострадал. Я был наивно уверен в этом настолько сильно, что мог бы совершить серьезнейшую оплошность, если бы мне дали немного времени. Но времени на раздумья я не имел: снаружи метались из угла в угол серые тени с желтыми мазками – меченые химеры. Те самые, что были изъяты из лаборатории Спаркла.
Пол еще несколько раз тряхнуло, пока химеры облепляли периметр барьеров. Время шло и играло не на нашей стороне: маги, собранные для охраны зала, натренированы на гашение споров и разгула перепивших, а не чудовищ. Им не продержать барьеры дольше двадцати минут. И тогда началось: тела химер взрывались, оставляя на внешней стороне барьера кляксы желтой жидкости и ошметки болотно-зеленого мяса.
Дядя Арктур и его особенная способность дракона крови. Один взмах его руки и любой, в ком текла кровь, мог быть подчинен его воле. Ужасающая способность строго контролировалась и не могла быть использована против закона. Именно поэтому на дяде, как на Спаркле и любом другом «цветном» драконе, был маркер, подобный маркеру на химерах.
– Алвойс, найди Фьюзу и уведи ее отсюда, – приказал дядя сразу же, как только барьеры магов из охраны рухнули. – Мальдину я уже отправил в поместье с сопровождением.
– Лала... – выдохнул я, но был жестко перебит.
– Она с мужем. Забудь эту женщину. Женишься на той, кто будет полезна роду.
Если я и мог на кого-то положиться в этой жизни, так это на дядю Арктура. Всегда собранный, всегда решительный. Я без сомнений доверился ему и отправился на поиски его «горячо любимой» жены. Мъялы его мисталийства в течение нескольких минут взяли ситуацию под контроль, и мое присутствие более не требовалось. Потрясающая выучка! На ближайших учениях начну внедрять нормативы секретной службы в тренировки своих подчиненных. Полезные умения!
Как у одного из мисталей, у меня было разрешение на проход в закрытую часть дворца, не доступную широкой публике. И пока я шел по отголоску следа, думал о словах дяди и браке по расчету. Свадьбы без взаимного согласия запрещены с тех пор, как сменилась династия. Как дядя мог предлагать (нет, приказывать!) мне нечто подобное?
– Гетти! – пронзительно заверещала Фьюза и замолкла.
Находясь вне себя от переполняющего гнева и стараясь удерживать эмоции под контролем, я остановился, услышав мольбы и плачь весьма знакомого голоса. Как же порой не хватало способности дракона тени, которой владел мой предшественник на посту мисталя.
Я не мог выйти из укрытия, чтобы не быть обнаруженным. Именно любопытство, раскрытие тайн однажды привело меня в мисталийство правопорядка, и оно же останавливало меня от решительных действий сейчас. Какое отношение Фьюза имела к королю Гетхену, отцу Ксара? Как она посмела фривольно сокращать его имя, если то запрещено делать даже королеве и наследному принцу?
Мне и в голову не приходило, что падкий на красавиц король мог опуститься до выделения внимания такой, как Фьюза. Она в принципе никогда не была особенной и стала женой дяди только потому, что дочь тайрона Шайса, на момент свадьбы имевшего весьма серьезное влияние в столице. Он мог бы стать идеальным помощником, если бы не сложил полномочия, посчитав свою главную задачу – успешно выдать дочь-дурнушку замуж – выполненной.
Как только дядя понял, насколько сильно ошибся, он был вне себя от ярости. А хотелки Фьюзы, возомнившей из себя невесть кого, только росли пропорционально ее объемам.
– Фьюзу Роу загрызла желтая химера, – безжалостно сказал король Гетхен, и я вздрогнул. – Во время нападения она выбежала из бального зала, и тогда ее настигла жестокая смерть.
О чем это его величество? Могу поклясться, я только что слышал ее противный визг! Запах мертвой крови раздразнил обоняние, и я немедленно закрыл нос рукой. Убийство? Кому был отдан приказ убрать тело? Я ненавидел эту женщину, но смерти ей не желал и не хотел видеть ее мертвое тело. Если бы запах ее крови имел другую отдушку, показался бы незамедлительно. Но шанса спасти ее жизнь не было. Был только шанс подставиться самому.
– Уничтожь ребенка до того, как Роу взбредет в голову проверить отцовство. Он меняет жен ежедневно и не пожалеет одного ребенка при подозрении на подкидыша.
Жестокие слова короля били сильнее магического луча опасной атаки. Ребенок точно не виноват, что его обделенной умом матери вздумалось заполучить больше власти и каким путем? осознание накрыло меня с головой и пробило молнией сквозь все тело с головы до пят.
Кто настоящий отец ребенка? Кто настолько ненавидит Арктура Роу и ту власть, которой он обладает? Репутация дяди гораздо чище репутации короля, все показательные выступления которого никогда не сравнятся в эффективности с магией мисталя секретной службы.
Могло ли это быть мотивом? Могла ли Фьюза родить от короля? Это возможно только при условии, что он немаг, а «его» сила – активированные заклинания из накопителя. Его выступления слишком грациозны, что являются скорее шоу, нежели чем-то большим.
Король на самом деле немаг???
Предположение не укладывалось в голове. Разве такое могло быть на самом деле? Невозможно носить корону, не обладая магией. Или слухи, что королевством управляет королева, используя короля как подставное лицо – правда? Тогда кто отец Ксара? Или из-за отца немага он родился с силой каменного, а не цветного дракона при могущественной матери?
Возможно, дядя прав: чем более сильная женщина станет женой цветного дракона, тем больше вероятность, что один из совместных сыновей также сможет достигнуть уровня отца и даже перелететь его. Несмотря на силу каменного, во мне великолепные гены, и я смогу...
...нет, оно того не стоит. Слава и гордыня не стоят гиблой жизни с нелюбимой женщиной.
Тухлый запах мертвой крови перестал раздражать обоняние, и я очнулся от размышлений: тело было убрано, как и уничтожены вес признаки произошедшего убийства. Моих навыков хватало, чтобы ментально найти даже мельчайшие частички, о которых обычно либо не знают, либо забывают, но я ничего не чувствовал. Идеальная и быстрая работа настоящего профессионала... из моего мисталийства или дядиного?
И тогда я, не веря, вышел из укрытия. Гостиная к этому времени уже опустела, и здесь находился только я. Упав на колени, я увеличил чувствительность ладоней и пальцев до возможного максимума, но все равно не смог найти ни одной зацепки. Могу поклясться, что мне не послышалось! И это не были галлюцинации! Я отчетливо слышал, как Фьюза прокричала «Гетти»!
«Фьюзу Роу загрызла желтая химера» – вдруг вспомнив слова, произнесенные голосом короля, и я наконец понял то, в чем не мог разобраться последние несколько лет. Загадка, мучившая меня долгие месяцы, наконец раскрылась мне, дав ясный ответ.
Почему Спаркл не мог контролировать собственную магию? Почему его эксперименты постоянно приносят разрушения, сколько бы степеней защиты не накладывалось на его лабораторию?
До этого момента ответ был лишь один, но я не хотел в него верить. Это было критически невозможно. Я не верил, что Спаркл специально творил зло и претворялся невиновным, несмотря на обвиняющие его улики. Поэтому дядя доверился мне уже столько раз и не посадил Спаркла на цепь, ограничившись связующими путами. Он знал, что кто-то целенаправленно подводит все улики, чтобы обвинить Спаркла в преступлениях. Но зачем? Просто потому, что обвинить странного затворника проще всего?
Пора бы наконец дяде объяснить, что здесь вообще происходит! Объяснить до того, как будет найдено тело Фьюзы, растерзанное обещанной химерой с желтым маркером, которым Спаркл помечал созданных им собственноручно тварей! Наверняка тех самых, что были изъяты из его лаборатории и почему-то не уничтожены, использовали настоящие преступники, чтобы подставить его!
Теперь я по-настоящему жалел, что месяц назад разорвал с ним всякие связи, прекратив общение. Если бы Спаркл наравне со всеми окончил академию, он мог бы обзавестись нужными связями и обвинить его было бы многократно сложнее. Если бы только он согласился подать заявку повторно, после увольнения отвергнутого поклонника его матери с поста ректора...
Лала Сагеш, родовое поместье Роу
Нехорошее предчувствие оправдало себя на все сто процентов, но обо всем по порядку. Первое, что бросилось мне в глаза – Спаркл перенес меня не в поместье Сагеш, а в уже знакомую серую комнату с красным диваном. Призрачный бульдожик не заставил себя ждать, появившись в тот же самый момент, что и мы с мужем. Зачем он привел меня сюда? Где находилось это «перевалочное» помещение?
– Закрытая комната в поместье Роу, – пояснил Спаркл. Наверное, я спросила вслух. – Всего несколько человек имеют доступ. Артур, я, Вуксар. Других ты не знаешь. – После объяснения он обратился к щеночку. – Сообщи хозяину.
Ждать пришлось долго, и я даже успела заскучать. После пережитого шока из-за падения и недолгого полета на спине дракона (о чем я конечно же никому не расскажу, вдруг это«некомильфо») мне хотелось только одного – спать и как можно скорее завалиться в любимую мягкую кроватку, в которой запросто поместятся человек десять.
Арктур появился с двумя бокалами, наполненными вином необычного, черного, как смола, цвета. Мне отчего-то совершенно не понравился его торжественный настрой, жаждущего победы человека, который находится от нее всего в одном шаге и уже готов принять причитающиеся почести.
– Более тысячи лет выдержки, – сообщил он, передав один бокал мужу. – Оригинальный состав и рецепт. В моей виннице сохранилось немало превосходного вина лучших лет.
Меня Арктур не замечал, будто бы меня здесь не существовало.
– Ждешь, что я дам согласие на давнее предложение? – язвительно подначил Спаркл, от его обидчивой манеры рычи не осталось ни следа. Я совершенно не узнавала его.
– Разве не для этого мы собрались здесь? Мне лишь неясны причины, по которым эта женщина тоже здесь. Из-за перехода между мирами в ней проявилась особенная магия?
Обо мне говорили, как о вещи, но обида не перевесила разум, и я не стала влезать в их разговор. Я просто молчала, понимая всю серьезность ситуации, в которую угодила: я вышла замуж за настоящего короля, самого могущественного дракона этой страны, и его существование претило лжекоролю, привыкшему к власти, почестям и деньгам.
– Мой подарок тебе. Женщина из другого мира поможет пересилить яд, наполняющий твое тело...
Вдруг Спаркл замолчал и щелкнул пальцами. Следом за этим щелкнул замочек на моем брачном браслете, и украшение скатилось с руки. Вдруг я перестала понимать их речь, их язык вновь стал неведом мне, и я почувствовала себя полностью беспомощной и неспособной оградить себя от подступающей паники.
Обручальное кольцо Спаркла, которое появилось на его пальце в момент нашего первого поцелуя, превратилось в прах на моих глазах. Узы между нами уничтожены. Теперь уничтожат меня за то, чему стала невольной свидетельницей? Я ведь не враг! Почему? За что?
Я пыталась одеть браслет заново, но ничего не выходило. Сколько бы я не прикладывала его к кисти, не надевала связанное цепочкой кольцо, замочек браслета не защелкивался, сколько бы усилий я не прикладывала. Разве этот браслет можно снять с живого человека? Или я уже умерла, просто не заметила этого.
Взять под контроль страх и нарастающую панику не получалось, и я подняла голову, позволив брачному браслету упасть на пол. Надо мной возвышалось двое мужчин: Арктур стоял, прикрыв ладонью глаза в жесте фейспалма, и почему-то смеялся. Спаркл был серьезен и жесток, как никогда. Неужели он специально совершил все те ужасные поступки, которые (он клялся!) были последствием его вышедшей из-под контроля гигантской силы.
Зачем я вернулась после ДНК-теста? Я ведь могла остаться там, в родном мире. Небольшие способности по розжигу походных костров никогда бы без обучения не вышли на принципиально другой уровень. Я бы так и осталась слабенькой «зажигалкой» и не более того.
Спаркл сел рядом со мной, положив руку на мое плечо. От его ладони, мне показалось, исходили маленькие энергетические «кольца», как от камня, брошенного в воду. Спустя одну секунду моя одежда истлела, как обручальное кольцо всего минуту назад, оставив меня под холодными взглядами двух мужчин полностью обнаженной.
Я даже пискнуть не смогла, как плечо запульсировало. Мне не было больно, но ощущение, что внутри что-то стреляет, удовольствия не приносило. На коже начали проступать бледно-серые контуры цветочного рисунка, который, как лоза, полз от плеча к груди, затем к животу и ниже.
Тогда я ошалела от происходящего, закрыла грудь руками, попытавшись дернуться и отстраниться от лежащей у меня на плече руки, но ничего не вышло. Смогла только ноги подтянуть, чтобы прикрыть ими низ.
– Она будет понимать речь? – спросил Арктур, и я осознала, что снова «изучила» их язык.
– Для того и было создано это заклинание, – сообщил муж. Полагаю, что уже бывший. – Зато читать и писать больше не сможет. Заклятие будет мешать обучению, насколько это возможно.
– Что?.. – только и смогла выдавить я.
Конечно, еле заметный «полый» рисунок на теле гораздо предпочтительней красивой побрякушки, которую я не могла снять. Но разве нужно было уничтожать мою одежду и оставлять голой? Заклинание не могло подействовать, когда на мне была одежда? Да и читать и писать мне бы хотелось уметь на местном языке, а не только на своем.
– Все хорошо, Лала, – успокоил Спаркл, выдернув мою руку и взяв ее ладонь в ладонь своей. – Можешь не бояться ни Вуксара, ни кого-либо другого. Арктур позаботится о тебе.
– Ясно, – сглотнула. Небольшое объяснение помогло привести эмоции в норму, и я вспомнила последние сказанные Спарклом слова перед тем, как мой брачный браслет был снят. – О каком яде в теле Арктура ты сказал? Чем я могу помочь?
Фразу «мой подарок тебе» я предпочла проигнорировать. Мало ли что он на самом деле имел в виду! Вряд ли по прямому значению!
– Ты станешь первой женщиной в его гареме, а я прекращу убегать от своей судьбы. Я потерял отца в этой битве и не готов пожертвовать другими дорогими мне людьми. Я верну истинную династию и султанат. Только так я смогу защитить всех.
За пафосными речами я только спустя несколько минут осознала, что с меня собираются начать создавать гарем.
Что???
Лала, родовое поместье Роу
Оглушенная новостью, я не могла выдавить из себя ни звука, что мужчины, наверное, приняли за согласие. Стать частью гарема, первой женой, которую все остальные будут люто ненавидеть? О гаремах я имела представление исключительно из фильмов и сериалов, подобных «Великолепному веку» и не скажу, что была в восторге от идеи.
Арктур наклонился ко мне и, приобняв за поясницу, резко дернул вверх, подняв меня на ноги. Обнаженная, я чувствовала себя куклой барби, с которой играла крайне жестокая девочка, приготовившая ножницы то ли для стрижки, то ли для раскроя нового платья.
– Прощай, Лала, – прошептал Спаркл с той долей нежностью, на которую вообще способен в нынешней ситуации.
Со столика он поднял бокал с вином, к которому даже не прикоснулся, и приставил к моим губам, позволив немного пригубить. Алкоголь ударил в голову, и у меня помутилось в глазах. Из чего было сделано это тысячелетнее вино? Точно из винограда? Вино отдавало запахом смолы, как и цвет.
Спаркл растворился в воздухе без спецэффектов, которые сопровождали каждую телепортацию Ала или Арктура. Силен! Мне становилось дурно от мыслей, во что он собирался ввязаться из-за моих слов. Неужели мои страхи так сильно повлияли на него? Стали последней каплей в чаше терпения? Мне не хотелось об этом даже задумываться, но мысли то и дело возвращались к ненавистной теме.
И в следующее мгновение я упала на мягкую постель, о которой мечтала уже столько времени. Наконец-то! Оглянувшись, я заметила, что это была не моя постель и даже не мое поместье. На белом ворсистом покрывале моя загорелая из-за частых тренировок с огненной магией под палящим солнцем и темные волосы делали меня шоколадной конфеткой на фарфоровом блюдечке.
От высокой степени пошлости мыслей я засмущалась и попыталась прикрыться покрывалом, но мне помешал Арктур. Он поставил колено у моей руки, ограничив всякую возможность спрятаться. Он нависал надо мной, как готовый к бою любовник. И почему у меня возникло именно такое сравнение?
– Ар-ктур, что ты... де-лаешь? – заикаясь, я закрывала руками грудь, надеясь, что вниз, на талию и ноги, он смотреть не будет.
Мне так плохо из-за глотка выдержанного вина? Из-за пережитого стресса? Или собственных фантазий, неожиданно захвативших разум? Арктур молча смотрел на меня сверху вниз, и предположение об иллюзорности происходящего мне казалось наиболее логичным.
Его рука оглаживала грудь снизу из-под прикрывающих ее моих рук, а губы впились в меня поцелуем. Я ошалела от его перемены настроения, совершенно не понимая логических причинно-следственных связей. Моя беспомощность и бездействие выглядели скорее легким согласием, чем попыткой перезапустить мозг, чтобы что-то предпринять.
Меня спас детский плач. Ребенок разрывался от рева, пытаясь привлечь к себе внимание. В то же время Арктур остановился, приподнялся на руках и сел рядом со мной, прикрывая меня от тех, кто мог войти в комнату. И я оказалась права. Он в гневе выкрикнул какое-то имя, которое не отложилось у меня в памяти, и спустя всего три секунды в комнату забежала служанка. А я вся такая... «красивая».
– Тайрон, – девушка склонилась в подобии реверанса. – Чем могу служить?
– Почему здесь ребенок? Почему вещи не собраны? Я приказывал выбросить из дома все личные вещи Фьюзы Роу, за исключением драгоценностей, мехов и любых других вещей, инкрустированных или вышитых камнями! Я запретил выносить из дома вещи, представляющие хоть какую-либо ценность!
– Тай... – всхлипнула служанка. – Тая приказала...
– Какая тая?! – Арктур мог не взглядом, голосом убить, настолько он был зол. – В этом доме есть только одна тая, тая Мальдина Роу. Никакой другой таи, имеющей права обсуждать мои приказы, в этом доме нет! Чтоб я этого ублюдка больше не слышал! Утром его духу в моем доме быть не должно! Ты все поняла?!
Арктур рычал, и несчастная девушка, съежившись под его злым взглядом, вытащила из кроватки ребенка практически за секунду до того, как в ту полетел белый шар концентрированной магии, и вокруг все заледенело. Жуть какая! Взвизгнув, надрывающаяся девушка выбежала из комнаты с плачущим ребенком на руках.
Она хотя бы могла убежать, а вот меня отпускать явно никто не собирался.
Как только за служанкой захлопнулась дверь, Арктур тут же обратил внимание на меня, по всей видимости собираясь продолжить начатое. Разве мог так сильно измениться мужчина, с которым я весело гуляла по ночному Ярославлю совсем недавно? Что изменилось с тех пор? Что его изменило?
Маленькая передышка дала мне достаточное количество времени, чтобы успокоиться и привести кисельные мысли в порядок.
– Какого черта, Арктур? – прорычала я, откинув его стремящуюся ко мне руку, придав ускорение магическим огоньком. – Хватит! Объяснись!
Пламя как вспыхнуло, так и погасло. Кончики моих пальцев обледенели под давлением его силы. Обученный маг, мисталь тайной службы против фактически самоучки? Я понимала, что шансов выстоять против него у меня ноль целых и ноль десятых, но попробовать все равно стоило. Хотя бы попробовать привести его в чувство!
– Что ты задумал? И во что я влипла?
– Зачем? Теперь ты в безопасности. Разве это не главное?
Арктур спокоен, как удав, а меня не покидала мысль, что из меня делают дуру. Да, я все еще многое не знала об этом мире, но я узнала достаточно, чтобы быть хотя бы частично дееспособной. А права дееспособности меня деспотичным образом лишали!
– По-твоему плен имеет что-то общее с безопасностью? – фыркнув, мне-таки удалось отвоевать кусочек махрового покрывала и прикрыться им. Так я хотя бы чувствовала себя немного защищенной. – Перескажи, о чем вы говорили со Спарклом, когда я не могла понимать вас? Разве так сложно рассказать?! Я ни черта не понимаю, что здесь происходит!
– Твое знание ничего не изменит, – холодно сообщил Арктур и прилег рядом, подставив руку под голову и утыкаясь локтем в подушку. Второй рукой он теребил прядь моих волос и, как мне показалось, пребывал в достаточно добром расположении духа. – Твой контроль над огненной стихией вырос в следствие тренировок, как и доступный объем магического огня. С такими способностями никто не рискнет отправить тебя обратно в твой мир. Я бы и подружек твоих потребовал привести сюда. Так будет правильно.
Он долго говорил, насколько опасен может быть магический дар, имей он возможность влиять на немагический мир. Мы оба стали свидетелями, что происходит с немагами, ни разу не контактировавшими с магией. Та женщина, лаборантка, сильно пострадала из-за простенького заклинания ускорения времени. Я помню, с каким ужасом и криками она выбежала из лаборатории и поняла, что с тех пор ни разу не удосужилась узнать, как она сейчас себя чувствовала. Оправилась ли?
– Я не вещь, Арктур...
– По закону, человек или животное без документов, родословная которого также не зарегистрирована минимум в трех поколениях, считается вещью того, на чьем содержании находится. Так что Спаркл имел полное право тебя мне подарить.
– Издеваешься??? – я подскочила, как ошпаренная. А он рассмеялся. Дурак. – Нельзя же так шутить!
– Это не шутка. Это выписка из четырнадцатого тома кадантара, второй его половины.
К сожалению, Арктур был более чем серьезен, и мне это совершенно не нравилось. Мозг отказывался работать в новых условиях, но я была бы не я, если бы опустила руки и не попыталась что-нибудь предпринять. Вот только что? Надо заболтать его ненадолго, чтобы выиграть еще немного времени! Если подумать, мне так и не дали конкретного объяснения, что за яд в теле Арктура!
– О каком яде говорил Спаркл в комнате с красным диваном? – эта тема показалась мне достаточно «говорибельной», чтобы занять Арктура на некоторое время.
Он скосил на меня взгляд, как бы раздумывая, стоит ли мне рассказывать, и выдохнул, что-то решив. Надеюсь, мой предварительный план сработает и мне хватит ума, что-нибудь придумать. Вариант с побегом я даже не рассматривала. Это было настолько глупо остаться без еды и крыши над головой, брести куда глаза глядят в надежде, что меня не поймают и на каждом шагу буду находить «рояли в кустах» в виде денег и друзей... Нет, так не бывает в реальной жизни.
– Не яд. Скорее проклятье, – наконец заговорил Арктур. – Уже несколько десятилетий я считаюсь сильнейшим магом не только в стране, но и на континенте. Поэтому после смерти Аркена я стал новым главой рода Роу, а не регентом его сына Алвойса... В детстве эта мощь была смертельно опасна для меня, поэтому Хранитель рода сковал меня изнутри льдом. Предполагалось, что через несколько лет, как только я смогу взять магию под контроль...
