355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ксавьера Холландер » Парижское Танго » Текст книги (страница 21)
Парижское Танго
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 23:12

Текст книги "Парижское Танго"


Автор книги: Ксавьера Холландер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 26 страниц)

41. КВАДРАТНЫЕ ГВОЗДИ В КРУГЛЫХ ДЫРКАХ

Очень скоро мои шалости подошли к концу, поскольку наступило время расставаться с Нассау. Я должна была вернуться в Торонто, чтобы вычитать гранки, а также предстояло летать туда и обратно через Атлантику, чтобы закончит свои дела с издателями в Европе. Это позволило увидеть родителей и возобновить дружбу с Лео и Марикой.

После того ужасного дня в Сен-Тропезе, когда они попросили меня уехать из их дома, мы иногда продолжали встречаться. Для начала пообедали, когда приехал Ларри, а позднее неплохо позабавились на их вилле в Раматюэлле во время свинг-вечеринки с использованием наркотиков.

С того времени прошло несколько месяцев; они вернулись в Голландию, а я продолжала вояжировать, но все это время мы обменивались открытками, чтобы показать, что не забываем друг друга и, конечно, когда я бывала в Амстердаме, мы обязательно встречались. Наши отношения восстановились, и мы оказались способны, оглядываясь назад, расценить те ухабистые летние дни, как часть болезненности, которая иногда встречается на пути к подлинной и длительной дружбе. Мы всего только раз коснулись в разговоре Фреды; они продолжали сексуально общаться с ней, но все равно у нее в этой области продолжали существовать серьезные проблемы. Они тоже, в конце концов, были вынуждены признать, что она действительно может надоесть.

Во время наездов в Амстердам помимо свиданий с матерью и отцом, а также с Лео и Марикой, я иногда навещала своих старых знакомых, которых не смогла повидать весной. Так, через несколько месяцев после моего возвращения я наконец встретилась с Фрэнком, который был моим дружком много лет тому назад – когда я была в сладком (и сексуальном) шестнадцатилетнем девичестве.

Было здорово снова увидеться со своей старой любовью. Мы были близкими друзьями, а иногда и любовниками, никогда при этом не ссорясь. По возвращении домой я сразу же позвонила ему, но он уехал куда-то за границу.

Сейчас он вернулся, был как раз день его рождения, и он пригласил меня, разрешив прихватить с собой парочку-другую моих друзей, если уж мне так хочется. Хотя я знала, что это чисто «прямая» вечеринка, я спросила у Лео и Марики, не выразят ли они желание проехаться со мной, и они согласились.

Фрэнку сейчас было тридцать три, его густые черные волосы кое-где были прострелены сединой. Ростом он около 188 см, причем каждый сантиметр его тела необычайно привлекателен, и явно выделяется среди сероликой массы голландских увальней. Днем он работал продавцом автомашин, но его настоящим увлечением и любовью была вечерняя работа – барабанщиком в одном из джаз-оркестриков по типу ново орлеанских. Он все еще играл в футбол, поэтому не удивительно, что многие мужчины из числа присутствующих у него были или футболисты, или музыканты.

По-настоящему веселье началось, когда музыканты достали свои инструменты и начали играть, как они это делают для своего удовольствия.

Я уже давно не была на голландских вечеринках. Оркестр, конечно, был великолепен, но казалось довольно странным (по крайней мере, для меня) находиться в окружении полностью одетых людей. Это напомнило мне те времена, когда я была ученицей старших классов и меня называли Верой – это была моя школьная кличка, которую я страшно ненавидела.

Как же я изменилась, и – о, Боже! – как изменились они! Например, мужчина, абсолютно лысый и с толстыми очками слыл в наше время дон жуаном, имел густую шевелюру и не носил очков. Я узнала его только по голосу и глазам.

Еще один парень, казавшийся лет на пять моложе меня, на самом деле был моим одноклассником и на два года старше. Он стал профессиональным музыкантом и вполне подходяще для этого выглядел – волосы до плеч, заношенный до дыр свитер и синие линялые джинсы, которые, вероятно, могли стоять сами по себе. Хотя мне на такие вещи плевать, но он явно был белой вороной в толпе хорошо одетых мужчин и женщин.

На мне был надет соблазнительный ансамбль из тесно облегающих черных креповых брюк и пестрой блузы с пышными рукавами. Почти крестьянка. Но – и вот именно здесь была изюминка – застегивалась блуза только на одну маленькую пуговичку спереди и, когда обстановка накалилась, я нечаянно расстегнула эту пуговку. Лифчика на мне, естественно, не было, и поэтому все содержимое вывалилось наружу. Именно сочетание крестьянской невинности и Иезавели с окровавленными руками свела с ума многих в этот вечер. Однако все это никак не отразилось на Лео и Марике. Казалось, вечер их немножко утомил, хотя Лео вздрогнул, когда заиграл оркестр; как всякий музыкант, он всегда отдавал должное хорошей музыке.

Марика выглядела довольной. Она встретила девушку, которая работала за стойкой агентства КЛМ, а поскольку Марика сама летала стюардессой на самолетах этой компании, они очень быстро нашли общий язык, вспоминая воздушные линии и знакомых.

Девушку звали Хетти, и она была сногсшибательна! Ей было около двадцати шести лет, шикарные коричневые с рыжеватым отливом волосы спускались у нее вдоль спины. Зеленый в обтяжку свитер очерчивал красивые торчащие груди, а обтягивающие брюки свидетельствовали о том, что мимо ее попки в Италии не прошли бы. В ее миндалевидных глазах было какое-то детское выражение, но если всмотреться, можно было обнаружить в ней явное наличие восточной крови. Она была очень и очень сексуальной особой, кажущейся на первый взгляд холодной, но в действительности имеющей очень горячее сердце.

Из разговора я узнала, что Хетти подружка Ханса, брата Фрэнка. Будучи еще совсем зеленой, я делила постель с обоими братьями и поэтому знала: хотя братья хорошо «вооружены», любовниками они были посредственными. Ханс в те времена скакал от одной девчонки к другой. Я была приятно удивлена, что он жил с Хетти уже два года. Она могла влиять на него только положительно.

Лео и Марика беседовали с Хетти, а я изучала компанию. Я приметила одного очень приятного мужчину, который сидел около оркестра. Длинные прямые волосы свешивались ему на лицо и почти закрывали один глаз. Высоко поднятые скулы выдавали славянское происхождение; его наряд – черный свитер с пиджаком в клетку и черные вельветовые брюки – очень шел ему.

Он заметил, что я уставилась на него и встал, чтобы получше рассмотреть меня, потому что мешали танцующие пары. Я улыбнулась ему, он улыбнулся в ответ и начал очень осторожно пробираться ко мне. У него это получилось изящно, и он сел рядом со мной. Из своего опыта я знала, что мужчины, которые ведут себя непринужденно и двигаются с определенной грацией, обычно хорошо сложены. Да, у этого мужчины было фантастическое тело; даже не прикасаясь к нему, я знала, что быть с ним близкой будет громадным удовольствием.

Он представился как Сергей; это имя ему подходило. Именно его отец, русский по национальности, дал ему славянскую внешность и имя, а мать была датчанкой. Он пригласил меня на танец, и я сгорала от нетерпения убедиться в правильности своей теории о телосложении. Я обвила руками его широкие плечи и, тесно прижавшись, почувствовала, как двигаются мускулы его бедер – не чрезмерно развитые, как у культуриста, но, безусловно, разработанные в результате регулярных длительных упражнений. Я не могла долго сопротивляться искушению и опустила руки на его зад. Прекрасные, хорошей формы ягодицы сразу напомнили мне Рудольфа Нуриева (правда, ребятки, я видела его только в балетном трико и никак иначе).

Когда я сделала Сергею комплимент относительно его телосложения и умения двигаться, он сказал, что семь лет работал танцовщиком при джаз-оркестре и сейчас руководит своей танцевальной школой. Он вызвался давать мне уроки, но я сказала, что окажусь неблагодарной ученицей.

Мы танцевали минут тридцать. Лео и Марика тоже танцевали, то же делали Ханс и Хетти. Вскоре мы воссоединились: три пары в очень тесном и интимном кругу. Но Сергей стал уводить меня из общего круга в довольно темный угол комнаты. Я села к нему на колени и почувствовала, как его поднимающийся член рвется сквозь мое нижнее белье. Я прижалась поплотнее и опустила руку ему на колени, возбуждая его полуспящую красоту. Затем я забралась под свитер и положила руку на его волосатую грудь. Эта тихая ласка очень возбудила нас.

Марика, которая танцевала рядом, поняла, что происходит, и одобрительно подмигнула нам. В свою очередь Хетти несколько раз пронеслась в танце мимо и послала нам несколько воздушных поцелуев, и я была очень признательна ей. Она танцевала очень чувственно, извиваясь как змея, казалось, что она может заставить двигаться любую часть своего тела, оставаясь при этом неподвижной.

Когда музыка кончилась, я жестом пригласила Хетти присоединиться к нам. Она приблизилась с довольно застенчивым видом, не зная, что будет дальше. Я поняла из ее нервных движений, когда она села ко мне на колени, что она никогда не была близка с женщиной. Это не удивительно – большинство знакомых мне в Голландии женщин были «сверхправильными». Я уже успела пошептаться с Сергеем о возможном свинге при условии, что подберем подходящую компанию. Он был полностью за – а почему бы нет, если на его сильных коленях уже сидели две женщины.

Естественно, что свинг должен состояться в доме Лео и Марики. Нужно было только уговорить Хетти присоединиться к нам. Я не думала, что Ханс будет против, поскольку он и Фрэнк когда-то были очень необузданными парнями и трахались налево и направо. Но меня очень долго не было в Амстердаме, и они за это время могли посолиднеть. Кто знает?

Когда я предложила Хетти, которой понравились и Лео, и Марика, поехать после вечеринки к ним домой, она восприняла предложение с охотой и интересом, не отдавая себе отчета, что мы имели в виду. Когда шел разговор, я ласково поглаживала ее спину под зеленым свитером и вскоре расстегнула ее лифчик. Она захихикала и обернулась, чтобы посмотреть не глядит ли кто-нибудь на нас, но Сергей подавил ее робость поцелуем, а я в это время извлекла из-под свитера бюстгалтер и бросила его на кресло. Когда я ласкала пальцами ее спину, Сергей запустил ей под свитер руки и начал гладить от живота до грудей, а потом стал мягко и настойчиво массажировать соски.

Все это было очень эротично, но мы поняли, что не сможем осуществить свои фантазии до тех пор, пока не распрощаемся с компанией. Я решила быть осторожной с Хетти и рассказать ей о наших намерениях; к моей радости она согласилась, хотя призналась, что это будет внове для нее. В этот момент подошел Ханс, разыскивающий ее. Он был больше чем на взводе.

– Ханс, я еду с Ксавьерой и этими людьми к ним домой… чтобы посвинговать.

Его пьяные глаза сузились.

– Ты не сделаешь этого. Я даже не хочу слышать об этом.

– Я хочу поехать, Ханс.

– Ты не поедешь на оргию, Хетти. Мы никогда не делали что-либо подобное раньше и не сделаем этого сейчас. Я не позволю, чтобы моя девушка трахалась с каким-то мужиком, – он сердито взглянул на меня, – или бабой.

Ханс должно быть знал, что у меня очень часто меняются аппетиты – от мальчиков до девочек. Хетти же очень хотелось поехать с нами, ей нравился Сергей, а к тому же она надеялась узнать от меня что-то новенькое. Но ей нужно было получить согласие от своего дружка и, поэтому она пошла, чтобы принести ему еще бутылку пива. В это время мы стали обрабатывать его, используя самые рациональные и дипломатические доказательства. Я говорила ему:

– Послушай, Ханс, мы ведь хорошие друзья. Именно поэтому я могу так говорить с тобой. Мне в самом деле нравится Хетти, но я не хочу и тебя обидеть. Это будет просто безобидная сексуальная игра, без каких-либо эмоций.

Он продолжал трясти головой в знак протеста. Тогда я попробовала подойти к нему иначе.

– Если ты хочешь узнать что-нибудь о свинге, почему бы тебе не поговорить с Лео и Марикой? Они женаты уже давно и занимаются им тоже порядочное время. И знаешь что? Они до сих пор живут вместе. Может быть, свинг как-то освободит вас и сделает менее ревнивыми.

Он начал прислушиваться ко мне, а это уже было хорошим знаком. Я убеждала его еще минут двадцать, и в результате он согласился поехать с нами. Я подумала, не позвать ли нам с собой Фрэнка, но потом отказалась от этой мысли. – Ведь, в конце концов, это был его день рождения, и он должен был занимать своих гостей.

Около двух часов ночи мы удалились, чтобы продолжить удовольствие на свой вкус. Перед уходом Сергей наконец-то познакомил нас со своей дамой – Надей, которая была не старше двадцати двух лет. На лицо она была не очень хорошенькой, а платье, надетое на ней – очень свободное – не могло сказать что-нибудь о ее фигуре. Хотя Надя выглядела . довольно невинным созданием, я почувствовала, что если она дружит с таким сверхсексуальным парнем как Сергей, то это говорит в ее пользу.

Мы приехали в дом Лео и Марики, и я радовалась, что все идет прекрасно. Не знаю, что другие ожидали от людей, уверовавших в групповой секс, но они были очень поражены, с каким художественным вкусом Лео и Марика обставили свое жилище – громадная комната с подшитым деревянными брусьями потолком, многочисленные предметы искусства, разноцветные лампы, эротические картины и скульптуры. Большие кожаные диваны и уютные бра дополняли впечатление.

Последовали напитки, а затем Лео уселся за свою любимую мебель – пианино и сыграл несколько своих композиций, Затем я познакомила наших новых гостей с домом. Проходя мимо ванной комнаты, выложенной голубым и белым кафелем я шутя заметила, что для того, чтобы принять участие в свинге, нужно обязательно искупаться в одиночку или же с партнером.

Я ведь только пошутила, не успев даже догадаться, что происходит, как все начали лихорадочно раздеваться. Я тоже стала готовить ванну – добавила в воду «Бадедас» (или, как называют в Европе – «Витбас»), а потом увидела стоящих в чем мать родила Хетти, Ханса, Надю и Сергея. Естественно, я не могла оставаться одетой и последовала их примеру.

Мы восхищенно смотрели друг на друга, а затем я и Надя первыми нырнули в ванну. Очень быстро к нам присоединилась Хетти, и вместе с ней мы образовали целую толпу; я взяла большой кусок душистого мыла и стала намыливать ее тело. Славная девушка! Она пришла посвинговать, и нужно было, чтобы она не упустила ни одной мелочи.

У обеих девушек были великолепные груди. У Хетти они были особенно твердые и стояли, как каменные, с темными сосками и ореолом, что свидетельствовало о ее азиатском происхождении. Груди Нади были более мягкими, но тоже очень привлекательными, а соски ее были почти такого же цвета, как и остальное ослепительно белое тело.

Процесс намыливания был очень чувственным, поэтому Сергей не мог долго оставаться в стороне. Он подошел к краю ванны со стоящим членом. У него действительно было сказочно красивое тело – с головы до пят. Но я была занята, развлекаясь с густо заросшей киской Хетти и целуя ее соски, от чего она радостно хихикала. Тем временем Надя, это сексуальное молодое создание, осторожно трогала и исследовала мой зад – это был еще тот водяной балет!

В конце концов я вышла из ванны, чтобы уступить свое место в кордебалете Сергею, и как только я это сделала, он упер свой член прямо в мои груди. Это уж было слишком, и я не могла удержаться, чтобы не поцеловать его прекрасный инструмент, прежде чем он опустится в ванну. Он немножко побарахтался с Хетти и Надей, но подошла очередь купаться мужчинам, и они вдруг стали застенчивыми, боясь случайно задеть друг друга членами, и, что самое забавное, стали прикрывать свое хозяйство руками, входя в ванну.

Однако понадобилось не очень много времени, чтобы распрощаться с этим предрассудком, и вскоре мужчины вовсю плескались. Тем временем я нашла стопку полотенец, и мы начали вытираться. В ванную вошли Лео и Марика и сказали, что в спальне готовы мягкий свет и хорошая музыка. После купания все поняли, что свинг – это реальность и почувствовали себя несколько скованно. Ханс даже стал натягивать на себя подштанники, а Хетти нацепила лифчик.

Лео наклонился ко мне и прошептал:

– Похоже, сегодня будет спектакль с любительским составом.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я, будучи настроена оптимистично.

– А увидишь. Так, как мы хотели, не получится.

– Но они так хорошо вели себя в ванной, Лео.

– Подожди и увидишь.

С шутками я заставила Ханса снова раздеться и повела их через длинный коридор в главную спальню, освещенную двумя красными светильниками, имевшими форму фаллоса.

42. ПРЕРВАННЫЙ СВИНГ

Колыхающиеся на стенах тени, приводящая в хорошее настроение музыка – очень ритмичная и в то же время успокаивающая – в сочетании с общей чувственной обстановкой, все это создавало хорошую атмосферу для расслабленного секса, и, как я думаю, эта атмосфера служила для того, чтобы снять у всех страхи и опасения, поэтому мы без слов расположились на гигантской кровати. Ханс и Хетти держались друг друга, лежа в центре постели, ее ноги были слегка расставлены, а он крепко сжимал свои. Я не могла больше терпеть и нырнула между ног Хетти, начав с жадностью пожирать ее. А Ханса я оставила для других.

Мне не нужно было беспокоиться. Через секунду Марика стала сосать его член, который, я бы сказала, имел не очень сильную эрекцию. Через пять минут Марика оседлала его крепко держа его член и направляя его в свою подстриженную вагину.

В то время, когда Марика ездила на нем, Ханс повернул голову, глядя в глаза Хетти, как будто бы пытаясь сохранить свою любовь для нее. В другой части постели Лео забавляла Надиными титьками и покусывал ее ушные мочки, тогда как Сергей обрабатывал главное поле, плотно приклеив свой рот к ее съедобной киске. Работа Марики с Хансом и мой язык, который давно уже проложил себе путь сквозь растительность Хетти внутрь ее чудесно увлажненной вагины, казалось, еще более тесно сблизили двух молодых влюбленных, которые страстно целовались.

Я не хочу быть грубой – или не романтичной – но клитор Хетти все больше набухал, и я знала, что она близка к оргазму. Не очень задумываясь о последствиях, в возбуждении я, оттолкнула Ханса, взобрались поверх Хетти и, тесно прижимаясь к ней, стала тереться о нее, сама содрогаясь в оргазме. Но Хетти все никак не могла кончить, поэтому мне снова пришлось приложиться ртом к ее курчавой киске.

Марика слезла с Ханса, и он с каким-то отрешенным любопытством наблюдал, как я поедала Хетти. Настроившись только на одну цель, я продолжала работать языком, и вот уже Хетти не могла удержаться от стонов, а ее таз судорожно прижимался к моему лицу, обхватив руками мой затылок, она пыталась как можно глубже засунуть в себя мою голову, я чувствовала, что задыхаюсь. Затем, с последним криком наслаждения, она откинулась на кровать, выглядя несколько потерянной и утратившей ощущение реальности. Ханс моментально наклонился к ней и обнял ее. Казалось, он был потрясен той силой и неистовством, с которыми она реагировала на мою любовь.

Честно говоря, я была слишком возбуждена, чтобы обращать внимание на его расстроенные чувства – об этом можно будет поговорить попозже. Доставив удовольствие Хетти, я была более чем готова заняться моей другой симпатией – Сергеем. Он сидел в центре кровати в нерешительности, что не должно случаться с мужчиной с такими талантами и такой невероятной эрекцией. Он следил за Хетти и мной и сейчас пододвигался ко мне с явным намерением потрахаться. Но я была в этот вечер в сосательном наклонении, и хотя мне хотелось бы почувствовать внутри себя эту русскую ракету, я все же намеревалась так отсосать Сергея, чтобы он запомнил меня на всю жизнь. Я пристроилась у него между ног и приблизила к себе его член. Ну и зрелище же это было! Он был раздут, кожа напряглась и были отчетливо видны синие вены.

Приняв мой сигнал, Сергей откинулся на подушки и стал внимательно следить за каждым мои движением, как будто бы перед ним разворачивалась хореографическая пантомима. Я начала с того, что разыграла сюиту о Щелкунчике, порывисто двигая языком слева направо, затем вокруг головки и передвигая его вниз к заросшему волосами основанию, а затем длинными медленными, скользящими движениями снова возвращаясь к головке. Затем я полностью заглотила его член и стала молчаливо и торжественно сосать по всей его длине, пока не добралась до обрезанной крайней плоти. Сейчас наступило время играть на флейте из живой плоти. Сергей уже не мог оставаться простым зрителем. Он стал ласкать мою голову и просовывать свой член вглубь моего горла, пока я почти полностью не проглотила его. Я жевала, лизала, сосала, попутно теребя его яички одной рукой и дразня свой клитор другой. Сергей вдруг с силой рухнул на кровать, предоставив дальнейшее природе, что она и сделала – сначала с громким воплем, исторгнутым из глубины его горла, а затем с сильным ударом вглубь моего горла, когда его сперма брызнула мне в рот.

Надя с интересом следила за нами и, судя, по выражению лица, была удивлена, что Сергей так неистово кончил у меня во рту. Не знаю, почему она удивилась, ведь именно в этом и заключалась идея, но в этот момент с ней никого не было и поскольку ей приходилось играть роль постороннего наблюдателя, она, возможно, чувствовала себя одинокой. Но не надолго. Ханс, наконец-то возбужденный происходящим, покинул свое райское насиженное местечко подле Марики и переместился к Наде, которая с удовольствием раздвинула для него ноги.

С чувством и видом пионера-первопроходца Ханс засунул свой член в Надин вагинальный туннель и начал исследовать его. Она показала, что оценила его машину, серией ответных движений и громким стоном – и действительно эти звуки имели основание, а сама сцена подогрела всю нашу четверку за исключением Хетти, которая выглядела так, будто подверглась нападению свирепых пчел. И когда Ханс, не помня себя, закричал, требуя, чтобы Надя полностью приняла его член, Хетти подпрыгнула, оттолкнула Лео, который стоял со стоячим членом у ее лица, и выбежала из комнаты. Не все обратили внимание на эту драму, найдя себе занятие по вкусу, но я-то заметила ее бегство… возможно, потому что ожидала подобное.

Я направилась в ванную комнату и нашла там рыдающую Хетти. От слез весь ее макияж расплылся по лицу. Через пару минут туда же ворвался Ханс, очень растроенный, и стал извиняться перед ней, хотя тут же выказывал недовольство тем, что она занималась сексом с Лео и со мной. Хорошая же парочка лицемеров! – но не время было говорить с ними на эту тему. Я высказала предположение, что поскольку это был их первый опыт участия в групповом сексе, то ревность – нормальное явление.

Что в действительности огорчило Хетти, так это факт, что Ханс получил такое же удовольствие от секса с Надей, как и с ней. А она думала, что только с ней он может получить истинное наслаждение. Какой же наивной дурочкой она была! И вот в ванной уже собралась вся наша честная компания. Марика, которая никогда не была хорошей дипломаткой, сказала:

– Ну, что, влюбленная парочка, не все уж так плохо. После сегодняшнего вечера мы, вероятно, никогда не увидимся, поэтому не принимайте все это всерьез.

Надя тоже обозлилась на Сергея за то, что ему было так хорошо, когда я обрабатывала его… интересно, что же она думала – что он будет мученически страдать при этом?

Все в порядке, нужно было спустить на тормозах, на этот раз – с помощью слов, а не музыки. Лучше всего было бы, конечно, разойтись, предварительно попытавшись смягчить их неприятные впечатления; скоро должно было взойти солнце, и Лео убедил нас, все еще совершенно голых, спуститься в кухню, а Марика тем временем приготовит кофе и накроет на стол.

– Ну хорошо, Хетти, – продолжал Лео, – почему ты плачешь? Что так расстроило тебя?

– Не знаю. Я считала, что мы с Хансом любим друг друга. Я не была против того, что он трахался с Марикой, потому что он в мыслях был со мной. Ну, а потом эта Надя – и он забыл обо мне. Видите ли, все нормально, пока он не кончает внутри другой женщины, ведь именно оргазм является пиком отношений.

– Все это ерунда, – стала объяснять Марика. – Ты сама не веришь в эту белиберду. Если даже мужчина и трахает другую Женщину, все равно он может любить тебя. Это просто сексуальный акт, без всяких эмоций, особенно при групповом сексе, с каждым из присутствующих… какие же можно испытывать при этом чувства? Свинг – это очень честный способ удовлетворить свои сексуальные желания.

– Не думаю, что Бог создал мужчину и женщину для этого, – заявил Ханс. – Мужчина должен любить свою женщину, а она должна любить и уважать его и оставаться ему верной. Надо руководствоваться десятью заповедями. Нельзя обманывать и лгать. Иначе всем будет больно.

Лео не верил ушам своим.

– Ты должно быть рехнулся, Ханс! Какое это имеет отношение к христианству? Ты считаешь, что мужчина и женщина должны быть прикованы друг к другу, даже если сексуально надоели? Скажи, что плохого в еще одной сексуальной связи? Скажи честно… разве ты не изменял Хетти за те два года, что живешь с нею?

– Ну… да. Но только один раз! И это была просто шлюха. Это был разовый заход, без всяких эмоций. К тому же это случилось за городом, во время деловой поездки.

Я, конечно, не преминула укусить его.

– Что ты имеешь в виду, говоря «просто шлюха»? Ты же знаешь, что я занималась проституцией два года. Кроме этого, я содержала первоклассный бордель. Почему ты говоришь «просто шлюха»? Они тоже люди. Или ты хочешь сказать, что раз платишь деньги, то это не считается изменой?

– Да, более или менее. В этом случае исключается привязанность, – ответил он.

Марика буквально прочитала мои мысли, опередив меня.

– Значит, следует понимать так: если ты платишь, то не чувствуешь за собой вину, но если пользуешься любовью бесплатно, то виноват!

Дискуссия была прервана новым взрывом ярости со стороны Хетти, которая не могла оставаться равнодушной к тому, что ее возлюбленный ходил к проститутке. Между ними возникла форменная перепалка на повышенных тонах, вплоть до крика, пока не вступил Лео и не утихомирил их.

Марика же в свою очередь не могла простить Хансу отсутствие логики в его рассуждениях.

– Вернемся к мысли Ханса о христианстве, – заявила она. – Вы знали, что должно произойти, мы честно рассказали обо всем еще на дне рождения. И ты хочешь сказать, что трахая меня и Надю, не получал удовольствия?

– Да, как насчет этого? – ядовито осведомилась Хетти. – Ты противоречишь сам себе, грязный подонок. Я попробовала успокоить ее.

– Ну, послушай, Хетти, не заводись так сильно. Ты ведь тоже любилась со мной, не так ли? И тебе понравилось, ты даже кончила… Ты не притворялась. Так почему же ты так обозлилась на Ханса за то же самое?

– Но это ведь совершенно разные вещи, Ксавьера, – сказала она. – Быть с другой женщиной было для меня в новинку, это совершенно другие ощущения. Это не то что трахаться с другим мужчиной. Когда ко мне приблизился Лео, меня чуть не вырвало.

– А тебе никогда не приходило в голову, – сходу ответила я, – что мужчина иногда может более сильно ревновать свою девушку, когда видит, как ее ублажает женщина? Он знает, как нужно соперничать с другим мужчиной. Но не думаю, что мужчина может соперничать с женщиной. Поэтому можно предположить, что мои любовные занятия с тобой были более опасны для твоих отношений с Хансом, чем его утехи с другой женщиной.

Тут вступил в разговор Сергей, который согласился со мной:

– Если ты получаешь оргазм от того, что Ксавьера целует твою дырку, то почему Ханс не может испытать оргазм, трахая мою подружку? Он делал это нормальным способом, а ты получила его по-лесбиянски. У всех нас имеются гомосексуальные тенденции. Если Ксавьера вызвала их к жизни в тебе… возможно, что в один прекрасный день ты обнаружишь, что женщины тебе нравятся больше, чем мужчины.

Его подруга Надя решила поставить точку над «i».

– Давай я расскажу тебе о наших с Сергеем отношениях. Самое большое, что мы себе позволяем, это пригласить еще какую-нибудь девицу, чтобы переспать втроем… потому что мне обычно не нравится трахаться с двумя парнями сразу. Я предпочитаю Сергея другим мужикам, поэтому у меня нет оснований трахаться налево и направо. Я получаю удовольствие от любовных шалостей с другой женщиной, но в конце концов больше всего мне нравится трахаться с Сергеем. На мой взгляд, самое идеальное сочетание – это счастливая любовь втроем.

Дискуссия, как это обычно бывает, вышла за рамки обсуждения группового секса. Мы затронули проблемы брака и свободы женщины, а также другие вопросы, касающиеся отношений мужчины и женщины.

Вскоре солнечные лучи осветили комнату, и подошло время уходить. Все это было прекрасно, но поскольку мне довольно часто приходилось участвовать в подобного рода дебатах, я бы предпочла действия, а не разговоры о них.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю