Текст книги "Парализованная жена генерала дракона (СИ)"

Автор книги: Кристина Юраш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 31

Вглядевшись в лицо Вэндэла Моравиа – отца Найтверта – я почувствовала, как весь мир вокруг сжался в один острый, болезненный комок.

Он был сильным, но холодным и непреклонным, как будто нес на плечах груз тяжелых решений. В его глазах читалась не только власть, но и глубокая тоска. Казалось, он сам носил в сердце какую-то тайну, которую никто не должен был узнать.

Глядя на меня, Вэндэл Моравиа произнёс:

– То, что говорит Эффи – правда?

Я сглотнула комок в горле, закрыв глаза. Мои мысли запутались, сердце билось так сильно, что я боялась, что его услышит весь дом. Я кивнула, не в силах произнести ни слова, потому что внутри меня бушевала буря чувств – страх, надежда, обида и какая-то безысходная усталость.

Эффи, словно не заметив всей этой сцены, всхлипнула.

– Заберите её! – запричитала старушка, указывая на меня. Её голос дрожал, а слёзы блестели на щеках. Она стояла рядом, вся в слезах, с трепетом в голосе – будто бы она знала, что её слова могут стать последним шансом на мое спасение.

Вэндэл, не колеблясь, спокойно ответил:

– Хорошо. Я заберу вас.

И в этот момент внутри меня всё сжалось от облегчения, смешанного с благодарностью. Я едва не расплакалась от счастья, ощущая, как в сердце загорается искра надежды. В этот миг я почувствовала, что всё-таки есть кто-то, кто способен защитить нас – кто-то, кто не оставит нас на произвол судьбы.

Эффи бросилась меня обнимать, её руки теплыми и мягкими, и я беззвучно плакала, ощущая, что мой мир снова может измениться.

– Скоро все будет хорошо, деточка, – шептала старушка.

В её глазах я увидела уверенность и теплое сострадание.

– Я говорила, что всё будет хорошо, – прошептала она, гладя мои волосы. – Господин Вэндэл не даст вас в обиду.

Эти слова звучали так искренне, так надежно, что я почувствовала, как внутри меня растет новая сила.

Но внезапно в дверь вошел дворецкий.

– Господин Найтверт, ваш сын, просил передать его вам, если вы приедете в поместье, когда его не будет. Он просил прочитать его сразу же, как только вы его получите.

Его голос был тихим, строгим, он держал в руке запечатанный конверт, который протянул Вэндэлу.

Я заметила, как генерал взял письмо, сорвал печать и начал быстро читать. Его лицо оставалось невозмутимым, но глаза – глубокими, словно он пытался понять каждое слово, каждую строчку, скрытую в этом письме.

Я, не зная содержания, наблюдала за ним с тревогой.

Внутри меня разгорелось любопытство: что там, в этом длинном письме? Что он там прочитал? Почему его брови хмурятся, а он бросает на меня странные взгляды?

В этот момент Эффи, словно почувствовав мое волнение, тихо прошептала:

– Нам нужно взять платье, бельё… Сейчас я принесу саквояж.

Она суетливо бросилась к гардеробной, открыла дверь, собирая всё самое необходимое, будто бы пытаясь подготовиться к бегству, к новой жизни.

В этот момент мои глаза зацепились за Вэндэла. Его брови поднялись, словно он не мог поверить тому, что читает. Я заметила, как он внимательно следит за каждым движением Эффи, словно пытаясь понять, что именно он должен делать дальше. Мне стало интересно: что он думает? Какие мысли сейчас у него в голове?

Я поймала его взгляд, и в нем я увидела не только власть и строгость, но и внутреннюю борьбу.

Глава 32

Эффи уже вылетела из комнаты, а я смотрела, как она спешит, неся в руках ворох моих платьев. В центре комнаты появился раскрытый саквояж – словно символ моего бегства, моего спасения. Старая нянька тут же бросилась в гардеробную, вынося оттуда мое белье. И только сейчас я осознала. Мы собираемся оставить этот дом, оставить прошлое. Впереди – новая жизнь.

Я вспомнила, как Найтверт брал меня на руки, и мы гуляли по огромному парку, окружающему поместье. Моменты счастья пролетели перед глазами, а я попыталась отогнать подступившую к горлу тоску. Тоску по тому, что уже было, но никогда не повторится. Тоску по временам, когда я чувствовала любовь и заботу от того, кто был для меня самым дорогим. Эта проклятая тоска вдруг запершила в горле, и мне на мгновенье стало страшно что-то менять. Словно я привыкла к этому ужасу вокруг, к этому голоду и к этим издевательствам.

«Ты с ума сошла?» – спросила я у себя. – «Дальше будет только хуже! Эй, очнись! Если муж уже сейчас позволяет себе такое, то что будет дальше? Беги, глупая!»

Можно бесконечно осуждать тех, кто вместо того, чтобы бежать навстречу новой жизни, вдруг вспоминает все самое светлое, все самое лучшее, что было в ненавистных стенах, чувствуя с каждой секундой, что решимость куда-то испаряется.

И вдруг становится страшно что-то менять.

– Значит так. Пока отставить сборы, – произнес отец Найтверта, бросая письмо в горящий камин. – Сначала я должен поговорить с сыном.

Он резко вышел, а я слышала, как удаляются его шаги. Дворецкий вышел следом, чтобы проводить гостя.

– Что значит «отставить сборы»? – прошептала я.

– Не переживай, – подбодрила меня Эффи. – Сейчас господин генерал во всем разберется. Поверьте, это – самый благородный и справедливый мужчина, которого я знаю. И я уверена, что он не даст вас в обиду.

– Письмо! – вдруг дернулась я. – Надо достать его из камина! Оно еще не прогорело!

Что-то мне подсказывало, что это – мой последний шанс понять, что происходит вокруг меня. Внутри я чувствовала, что эта бумага – моя надежда, мой ключ к будущему, и я должна сохранить ее любой ценой.

– Так, сейчас… Одну минутку… Эть… Эть… – засуетилась Эффи, хватая кочергу. Она бросилась к камину и стала пытаться вытащить письмо из пламени. Вернее, то, что от него осталось.

– Давай, – шептала я, видя, как из камина на пол летят угольки, а кочерга пытается поддеть бумагу.

– Получилось! – прошептала Эффи, бросая кочергу и хватая письмо и дуя на пальцы. Оно еще тлело, чернело, но даже отсюда я видела, что там что-то осталось!

– Сейчас потушу и принесу, – вертелась Эффи, а потом додумалась бросить письмо на пол и затоптать ногами пламя.

– Неси, – шептала я, видя, как она поднимает обгоревшую бумагу и несет его мне.

Я чувствовала, что это – не просто письмо. Это что-то очень важное.

– Читай, – взмолилась я, глядя на сосредоточенную Эффи, которая смотрела на строчки с близоруким прищуром, сидя рядом на кровати.

Глава 33
Дракон

Не успел я дойти до кареты, как вдруг позади послышался голос Молли.

– Неужели вам не интересно, что чувствует ваша жена?

Мгновенно вспомнились глаза Люси, её слёзы, её страдания. И я понял – я так долго игнорировал её чувства, всеми силами стараясь сохранить лицо, сохранить контроль над собой, что забыл о том, что она тоже человек, тоже страдает.

– Я уверен, что ничего хорошего, – заметил я.

– Знаете, господин генерал, – послышался голос сзади, а я обернулся. – Я сначала была уверена, что папа сошел с ума. Я смотрела на него, не понимая, что случилось. Еще вчера это был любимый папочка, а сейчас он морит меня голодом! И ведет себя так, словно я ему не нужна… – произнесла Молли. – Потом я ненавидела его. Я мечтала, чтобы меня кто-то спас. Я молилась всем богам, просила покойную матушку заступиться за меня и послать кого-нибудь из родственников, чтобы они меня спасли… А потом я мечтала убить его… Я мысленно убивала его, представляя, как он мучается. Мне хотелось, чтобы он мучился так же, как и я! Но потом я пугалась собственных мыслей. Ведь где-то в глубине души я все равно продолжала любить его… Каким бы он ни был… Да, я потом с ним дня три не разговаривала… Но я уверена, что у вашей жены хватит сил вас простить. Только обещаете, что не скажете этого папе.

Эти слова зазвучали как нож в сердце. Я понял, что её страдания – не только внешние, но и внутренние, что она до сих пор борется с собой, с чувствами, с болью, которую никто, кроме нее, не может понять. И эта боль навсегда осталась в ее памяти. Хоть отец и просил у нее прощения за свою жестокость.

– Обещаю, – кивнул я.

– Вы хотели у него что-то спросить, – продолжила Молли. – Но вы можете спросить у меня. Быть может, я смогу вам помочь.

Я все не решался, но потом, глядя ей в глаза, задал вопрос, с которым я ехал.

– Она перестала реагировать на еду, – заметил я, чувствуя, что меня это тревожит. – И пока что прогресс у нас – три пальца на правой руке.

– Ну раз она перестала реагировать на еду, значит, ее кто-то кормит! – заметила Молли.

– Я это и так знаю, – улыбнулся я, глядя на ее босые ноги. – Но я никак не могу это пресечь. В этом замешан дорогой мне человек. И я не хочу применять силу. А еще меня тревожит то, что она впала в какое-то уныние. Раньше в ее глазах была искра злости, но сейчас пустота. Она словно медленно угасает.

– Поставьте замок на комнату, – произнесла Молли. – Но… Я бы на вашем месте попробовала бы кое-что еще… Ну, это как бы женская хитрость… Папа вам о такой точно не расскажет! Понимаете, папа не просто ставил еду и уносил ее. Когда у меня остановился прогресс и я впала в уныние, он… Он стал рассказывать мне о этой Лиззи Боннет! Я ее терпеть не могу! Она просто противная зазнайка и ведет себя так, словно родилась герцогиней! И папа рассказывал мне о том, что лучше бы его дочкой была Лиззи. Она здоровая. И не полезла бы на черешню… Он говорил о том, что завидует родителям Лиззи. Что она намного красивей, чем я, и что даже если бы я была здорова, то по сравнению с Лиззи я так себе. И если она будет стоять рядом, то замуж меня никто не позовет! Понимаете, он нарочно злил меня! А я тогда так разозлилась. До сих пор помню, как дернула руками, словно желая закрыть уши и не слышать про эту Лиззи. Он просто издевался надо мной…

– То есть, – замер я, глядя на Молли.

– Ну, в вашем случае вы можете сказать, что… эм… нашли другую! Она красивая, здоровая… Помните, вам нужно хорошенько разозлить вашу жену! Прямо до белого каления! И тогда есть шанс, что она на эмоциях что-то сделает… Я не знаю, что именно, но на эмоциях я просто подняла руки, закрыла уши, чтобы не слышать про эту проклятую зазнайку Лиззи. Это случилось на третий или четвертый день. Оно само собой как-то получилось.

Молли промолчала.

– Надеюсь, я смогла вам помочь? – спросила Молли, улыбаясь.

– Думаю, да, – кивнул я, как вдруг я услышал шелест крыльев и нас накрыла тень.

– Ого! – прошептала Молли, открыв рот и задрав голову. – Дракон…

– Отец, – выдохнул я, видя, как дракон приземляется в огородике.

– Господин дракон! – крикнула Молли, бросаясь к нему. – Осторожней! Там помидоры!

Отец уже обернулся человеком и замер, глядя себе под ноги. Он осторожно прошел по грядкам, стараясь не наступать на поросль.

– Это самое безумное письмо, которое я читал, – произнес отец, подходя ко мне. – Ты оставил адрес, где тебя искать. Итак, есть что добавить к письму?

– Да, – ответил я, показывая на Молли, которая поднимала помидоры, подпирая их палками. – Вот она. Молли Джейден. Та, которую удалось поднять на ноги этим жестоким способом.

Молли подошла к нам, щурясь на солнце, улыбаясь немного робко, но в глазах ее горел огонек интереса.

– Здравствуйте! – поздоровалась она, улыбаясь. – А вы брат господина генерала?

– Нет, я его отец, – послышался голос отца.

– Молли, – попросил я. – Расскажи ему про черешню.

Глава 34
Дракон

– А! История долгая! Так что лучше зайти в дом! – улыбнулась Молли, отряхивая землю со стройных ножек. – Я вам еще покажу то, что писали доктора! Папа всё хранит в секретере. Только ключ найду! Ну чего стоите! Пойдемте в дом!

Я посмотрел на нее с благодарностью. Это была самая простая, самая светлая и самая открытая девушка. И я, так же как и ее отец, переживал за нее.

– Эту девочку отец смог поднять на ноги, – произнес я, глядя, как Молли ищет ключ на полке. – Ректор Магической Академии дал их адрес. И я поговорил с мистером Джейденом. Остальное я описал в письме. Я очень люблю свою жену. Она для меня всё. Весь мир… И я сделаю всё, чтобы поднять ее на ноги.

Молли уже открыла секретер и принесла ворох бумаг. Среди них была даже вырезка из газеты, где рассказывали о чуде.

Отец вдумчиво просмотрел бумаги, а потом вернул их Молли.

– Я уж было подумал, что ты решил опозорить честь семьи и мундира, – послышался голос отца. Теперь мы вместе смотрели на то, как Молли запихивает бумаги обратно.

– Я рад, что ты мне веришь, – прошептал я.

– Ты понимаешь, что твоя жена тебя ненавидит, – произнес отец негромко.

– Да, – глухо ответил я. – Я понимаю.

– Ты понимаешь, что как только она выздоровеет, она уйдет от тебя, – произнес отец.

– Да. Это я тоже понимаю, – ответил я. – Но я должен выиграть эту битву. А дальше, как судьба распорядится. Я не жду от нее понимания, благодарности и любви. Но я буду знать, что она здорова. Этого мне будет достаточно. Я буду знать, что сделал всё, что мог, ради того, чтобы она снова ходила.

Отец молчал, а я почувствовал, как мне на плечо легла его рука.

– Горжусь, – произнес он.

– Спасибо, – прошептал я едва слышно, положив руку поверх его руки. Этот жест меня приободрил. Поддержка отца была для меня очень важной. Теперь я точно не имею права отступиться.

– Я хотел забрать ее, но прочитав твое письмо, решил поговорить с тобой, – произнес отец. – А сейчас мне пора. Надо успокоить твою драгоценную маму. Она тоже прочитала письмо Эффи и теперь места себе не находит.

– Я надеюсь, что ты сохранишь это в тайне, – произнес я, глядя в глаза отца.

– Я умею хранить тайны, – усмехнулся отец. – И мама твоя тоже. Просто поверь.

– И да, – дернулся я, склонившись к уху отца. Я шептал ему мою просьбу, а отец сначала нахмурился, а потом кивнул.

Отец развернулся и вышел из дома, а я увидел, как Молли уже бежит с подносом в руках, на котором стоят кружки с чаем.

– А что? Ваш отец уже ушел? – послышался ее расстроенный голос. – А я тут, значит, чай готовила! А он!

Я смотрел на Молли, чувствуя теплоту. За это время она стала для меня как младшая сестра.

– Но хоть вы-то чай будете? – спросила Молли. – Или я зря руку обожгла о чайник?

Мистер Джейден однажды заметил, что раньше Молли была другой. Она была капризной, привередливой, часто плакала и расстраивалась по пустякам. Но после того, как она снова встала на ноги, ее словно подменили.

– Буду, – ответил я, чтобы не обижать хозяйку. – Молли, я прошу тебя. Я вижу, что ты легко сходишься с людьми. Твой отец не зря за тебя так переживает. Я понимаю, что ты любишь жизнь, ты всегда открыта людям… Ты даже не знакома с моим отцом, а уже готова тащить его в дом.

– Раньше всё было иначе. Но сейчас… Вы просто не понимаете! Вы просто никогда не были на моем месте! Когда ты снова можешь ходить, тебе очень хочется жить. Ты радуешься каждой травинке, каждому цветочку, каждому гостю. Иногда, когда мне грустно, я вспоминаю свое лежание! И в этот момент я начинаю идти или танцевать. И я понимаю, какое это счастье! Счастье что-то хватать руками! Счастье самой дойти до двери! Люди, которые это не пережили, не ценят того, что у них есть, заметила Молли, поедая печенье из вазы. – Они думают: «А! Пустяки! Ерунда всё это! Мне это подарила матушка природа! Тоже мне, подарок! Я вот, например, мечтаю путешествовать! Но папа против. Я хочу видеть разные города, деревни… Я хочу видеть всё! Хочу побывать в Северном Форте! Про него столько пишут в газетах! И о нем столько рассказывает Фер… ой».

– Твой лейтенант рассказывает тебе о Северном Форте? – спросил я, цепляясь за ее слова.

– Ну да, – кивнула Молли, немного смутившись, словно на эмоциях взболтнула лишнего. – Он там служил одно время! Он рассказывал про крыс в комнате! Огромные, размером с кошку! И ядовитые! И про то, что со стены форта видна долина и горы. Он рассказывал о комнатах, в которых жили семьи солдат и офицеров. Говорят, там суровые условия!

Есть зацепка.

Вряд ли кто-то выпустил открытки с видом со стен Северного Форта. И про крыс знают только те, кто действительно там был. Надо будет навести справки, кто из этой части служил в Северном Форте.

Глава 35

«…Люблю ее так сильно, что света…» – прочитала Эффи, вглядываясь в сгоревшую бумагу. – «Не вижу… Кроме нее, у меня никого… Предместье… Фоксглоу, дом, кажется, одиннадцать…»

Я проглотила обиду, понимая, что это – место, где пропадает мой муж с другой женщиной.

Внутри меня бушевала буря эмоций – боль и отчаяние. Я мысленно видела перед собой образ мужа: его лицо, голос, глаза, полные обмана и холодности. Сердце сжималось от предательства, а страх потерять его навсегда усиливался.

– А где находится этот Фоксглоу? – спросила я, пытаясь разглядеть хоть что-то в туманной тени текста.

– Полагаю, это где-то за городом! – произнесла Эффи, глядя на письмо, словно надеясь, что в её голосе прозвучит хоть отблеск уверенности.

– А больше ничего не разобрать? – с надеждой спросила я, видя, как старушка смотрит на письмо и так, и эдак, словно надеется, что оно вдруг само откроет свои тайны.

– Увы, милая… Тут всё почернело… – вздохнула она, и в её голосе слышалась усталость и боль. – Нам остается только дождаться генерала Вэндэла. Вещи собраны. Давайте вместе радоваться, что скоро мы уедем отсюда! И вы будете в безопасности!

Я почувствовала, как внутри меня просыпается тревога.

– Если он откажется? – прошептала я, чувствуя, как сжимается горло. Я боялась даже допустить мысль об отказе.

– О, в этом я сомневаюсь! – поспешила успокоить меня Эффи, её глаза засияли надеждой, хотя на ее лице мелькнула тень сомнения. И тут же с гордостью добавила. – Генерал Вэндэл Моравиа – это образец благородства и справедливости. Я уверена, что он именно сейчас высказывает своему сыну, какой он негодяй!

Время шло, и каждая минута казалась мне вечностью. Я уже устала ждать. Когда снаружи послышалось хлопанье крыльев, я замерла. Нет, не показалось. Где-то в огромном парке приземлился дракон!

Послышались уверенные шаги. Я замерла от волнения, когда дверь открылась.

– Господин Вэндэл! – обрадовалась Эффи, её лицо озарилось светом надежды. – Ну наконец-то! Я так рада! Мы уже собрали все вещи! Вот мой саквояж, вот саквояж Люси! Нам многого не надо…

Я смотрела на стены, которые надоели мне до оскомины. Внутри бушевала смесь чувств – от волнения до тихого страха.

Чувство счастья вдруг захлестнуло меня так, что стало трудно дышать. Я увижу что-то кроме этих стен! О, сколько времени я не была на улице. А сейчас – предвкушение поездки, приключений… Для кого-то приключение – покататься на американских горках, но для тех, кому не дано даже шагу ступить, приключением становится обычная поездка.

И вдруг мне стало так жалко себя.

Радость долгожданной возможности выйти из дома переплелась с ощущением, что я – пленница своей судьбы. Люди каждый день куда-то ездят, и это кажется им таким обыденным. А мне? Мне казалось, что каждое новое впечатление – это драгоценный дар, который я должна ценить.

Я ощущала, как внутри пробегает волна волнения при мысли о длинной дороге в карете. Каждая минута – это шанс изменить свою жизнь, почувствовать свободу, снова почувствовать себя живой.

– Карета сейчас прибудет. Придется немного подождать, – сообщил Вэндэл, а я поняла, что мне уже не терпится сесть в нее.

Глава 36

Когда я услышала, что карета прибыла, сердце забилось быстрее. Вэндэл Моравиа подошел к окну, его лицо было скрыто тенью, но я чувствовала, что передо мной тот, кто не бросает слова на ветер.

– Я сейчас спущусь и предупрежу кучера, чтобы ехал осторожно, – произнес отец Найтверта строго, но с легкой ноткой заботы.

Я смотрела на чемоданы, на взволнованную Эффи, которая все время пожимала мою левую руку – будто боялась, что это сон. Кажется, она сама не верила в то, что скоро мы будем уже далеко.

– Дорогая Эффи, ты можешь уже садиться, а я пока подумаю, как перенести Люси, – спокойно сказал Вэндэл, его голос был тихим, но уверенным.

– Да, конечно! – закивала Эффи, беря свой саквояж, её лицо сияло смесью волнения и решимости.

Она спешно вышла в коридор, оставляя меня одну, готовую к путешествию. Вэндэл стоял и смотрел в окно – словно ищет что-то в своих мыслях или скрывает что-то от меня. Он не торопился меня поднимать, и я утешила себя мыслями, что он просто задумался, как лучше это сделать.

И тут я услышала, как карета тронулась. Звук был знакомым, я не могла его перепутать с никаким другим!

– Вы что⁈ – вдруг послышался пронзительный крик Эффи улицы. – С ума сошли! Сейчас должны принести Люси! Куда вы едете? А ну выпустите меня!!! Куда вы меня везете⁈

Звук удаляющейся кареты вперемешку с криками Эффи был слышен еще полминуты, будто карета уносила не только мою единственную помощницу, но и мои надежды. Только сейчас до меня дошло, что дракону не нужна карета, ведь у него есть крылья!

Внезапная догадка осенила меня!

– Вы увезли Эффи! – догадалась я, сердце сжалось от боли. – Вы… вы обманули нас! И разлучили!

Серые глаза Вэндэла наполнились какой-то странной нежностью, но внутри я чувствовала холод. Он молчал.

– Зачем⁈ Зачем вы так поступили!!! – кричала я, ощущая, как внутри меня рождается гнев и отчаяние. – Что вам такого наговорил ваш сын! Какую ерунду он вам наплел!

Но Вэндэл молчал. Его взгляд был полон тайны, и я чувствовала – он не собирается раскрывать свои мотивы.

– Я… я была о вас лучшего мнения, господин генерал! – мои слова срывались в отчаянный крик. – Но вы и вся ваша семья… Вы… – задыхалась я, – вы все друг друга стоите! Вы такой же, как и ваш сын! За что вы хотите моей смерти? Я вам что? Мешаю? Клянусь, никому ничего не скажу! Только дайте мне уехать к родственникам! Я ни слова не скажу газетам, чтобы ваша безупречная репутация не пострадала! Магическая клятва… всё что угодно! Только отпустите меня!

Я чувствовала, как голос предательски дрожит, слезы наворачивались на глаза.

– Мне жаль, – коротко произнес Вэндэл и вышел, оставляя меня в полном смятении, разрываемой внутренним конфликтом и ощущением, что моя жизнь меняется навсегда.

Да, предчувствия меня не обманули. Это было началом новой жизни. Жизни без Эффи. Жизни, в которой у меня не будет ни помощи, ни поддержки… У меня ничего не будет!

Но радовало только то, что жизнь будет недолгой.