Текст книги "Походная жена генерала дракона (СИ)"

Автор книги: Кристина Юраш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 30

Он был без сознания, но жив.

– Понятненько! Ясненько! Хреновастенько! – сплюнула я волосы.

Я осмотрелась. Место было довольно жутковатым. Ветки деревьев словно когти, цеплялись за небо, а земля была покрыта слоем мертвой листвы и мха. В этом полумраке казалось, что даже воздух пропитан зловещим шепотом мертвых листьев, и скрытыми тайнами, а каждая тень казалась чудовищем, которое следит за каждым твоим движением.

И тут я вспомнила про карту. Я достала ее, расстелив на траве.

– Я сейчас попробую понять, где мы, – заметила я, сразу вспомнив, что маг из меня так себе. Мы с сыном когда-то баловались. И я придумала одно заклинание… И назвала его Джипиэс. Сейчас, если все получится, то на карте на пару секунд мелькнет точка.

Я зажмурилась и сконцентрировалась, пытаясь вспомнить правильные слова. Из-за того, что Лисмирии было мало развлечений, я читала книги по магии. И оттуда я выучила парочку простеньких заклинаний. А потом узнала, что можно их совмещать. Делать из двух заклинаний – одно. Правда, автор этой книги сразу предупредил, что снимает с себя любую ответственность и посоветовал заранее позаботиться о завещании. Но я и не собиралась лезть в магические дебри. Мне хватало простеньких заклинаний, которые легко было запомнить.

– Конфлюм тройда вексум, – прошептала я, видя, как на карте мигнула точка посреди леса.

– Ты что делаешь? – спросил Вальтерн, придя в себя.

– Эм… Ищу место, где мы находимся, чтобы знать, куда идти? – ответила я.

– Такой магии нет, – усмехнулся он.

– Обижаешь! Мы здесь! – произнесла я, показывая точку на карте.

Но Вальтерн не ответил. Он снова закрыл глаза.

– Господин генерал, – заметила я. – Как-то невежливо умирать, когда рядом дама!

– Я не… – послышался слабый голос. Да, крепко ему досталось. Ему бы срочно в форт! Там есть доктор!

Я вертела карту, пытаясь понять, ориентиры, но пока что ориентиров не было.

– Мне кажется, стоит залезть на дерево и посмотреть, – выдохнула я.

Я не знала, с кем разговаривала. Сама с собой или с ним. Но от звука собственного голоса становилось спокойней.

Сейчас у меня внутри было такое странное чувство, словно все мои силы мобилизовались. Я не чувствовала усталости, боль в босой ноге притупилась и стала ноющей, но терпимой. Какой-то такой бодрячок появился внутри.

Есть люди, которые теряются в критической ситуации. А есть те, кто наоборот чувствует прилив сил. Мне немного повезло. Сегодня я узнала, что я отношусь ко вторым.

– Я попробую влезть повыше, чтобы понять, где там горы. Если повезет, то рассмотрю что-то еще!

Ветки были высоко, а я понимала, что не допрыгну.

Я уже присмотрела дерево, где ветки были пониже и подпрыгнула, пытаясь закинуть на него ноги. Юбка цеплялась за ветки, а я решила ее снять. Спрыгнув на землю, я стала отвязывать юбку, радуясь экономности своего супруга. Цельные платья покупать было не выгодно, зато разборные намного дешевле. Всегда можно было поменять корсет или юбку, чтобы получилось что-то новое.

Я стала расстегивать пуговицы и искать завязки. Наконец я очутилась в одних плотных панталонах. Так сказать, наших северных стрингах с начесом до колен.

Без юбки дело пошло быстрее. Я медленно карабкалась наверх, чувствуя, как прилипают руки к смоле.

– Осторожней! – послышался слабый голос генерала, который снова пришел в себя.

Я посмотрела вниз. Пролезла я всего ничего. Мешали мелкие острые веточки. Но я не сдавалась и карабкалась, изредка отдыхая. Единственное, что меня радовало, так это то, что спускаться будет проще.

Прошло довольно много времени, а я поняла, что дальше лезть опасно – ветки слишком тонкие. Но даже отсюда я могла немного осмотреться. Верхушка раскачивалась, а я вцепилась в нее обеими руками, видя на горизонте горы и больше ничего. Несколько высоких гор напоминали зубцы от короны.

– Так, запомнили, – прошептала я, пытаясь осторожно слезть.

Я была права. Обратный путь занимал куда меньше времени, чем подъем, что не могло не радовать.

Наконец, я спрыгнула на землю, указывая примерное направление и пытаясь липкими от смолы руками взять карту.

– Нам нужно идти туда, – прикинула я. – Горы, похожие на корону называются Королевскими. И нам нужно идти в их сторону. Там начинается Северный форт!

Я впряглась в волокуши и потащила. Продвигалась я медленно, тщательно выбирая дорогу. Здесь лес был не такой густой, но все же…

Я шла, шла, шла, изредка останавливаясь, чтобы проверить, все ли в порядке.

– Я еще живой, – послышался голос. – Не надо проверять так часто.

– Может, я решила скормить тебя медведю, – пошутила я. Хотя да, шутка получилась так себе.

– И почему еще не скормила? – бледных губ коснулась слабая тень улыбки.

– Не каждый медведь достоин съесть генерала. Вот, выбираю, – улыбнулась я.

Если он еще понимает шутки и может шутить, то пока все не так плохо. Ну, это мое личное мнение!

Я впряглась и потащила, чувствуя, как рука прилипает к смоле. Я уже выбивалась из сил, как вдруг услышала грубый окрик.

– Стой! Кто идет! – произнес грубый голос.

Глава 31

Из-за деревьев показались знакомые мундиры – словно тень надежды, оживающая на границе реальности.

Я замерла, не имея никаких сил радоваться.

– Иду я, едет генерал! – выдохнула я, словно удивляясь сама себе, – Он ранен!

Внезапно рядом раздался шум – и к нему бросился отряд.

– Господин генерал! – крикнули солдаты, спешно приближаясь.

Я чувствовала, как внутри все начало разжиматься. Я снова почувствовала себя уставшей и измотанной.

– Быстрее! Его нужно доставить в Северный Форт! – дергалась я, ощущая, что теперь дело пойдет куда легче. И правда, ситуация начала развиваться быстрее: шаг за шагом, минута за минутой.

Спустя примерно двадцать минут мы достигли северных стен.

Я никогда не думала, что когда-нибудь буду рада этим каменным глыбам, этим суровым стенам, но сейчас я чувствовала лишь облегчение. Я справилась. Я смогла!

– Быстрее! Доктора! – прозвучал голос, полный тревоги. – Носилки!

В суматохе я заметила знакомого старика, который склонился к ране генерала, как будто пытаясь остановить кровотечение. Солдаты уже перегрузили Вальтерна на носилки, а я, как будто в тумане, наблюдала, как доктор пытается оказать первую помощь.

Генерала спешно перенесли в больничное крыло. Я спешила вслед за процессией, забыв про боль и усталость.

Я не сводила настороженного взгляда с узловатых пальцев доктора. С них слетали заклинания, в них мелькали флаконы. А потом я с тревогой смотрела на кристалл, лежащий на вздымающейся груди Вальтерна. Мелькали в голове вопросы: а все будет хорошо? А он очнется? Я все сделала правильно?

– Кто это сделал? – спросил доктор, показывая на две палочки и чулок, которые я использовала для фиксации.

Я смутилась, понимая, что сейчас меня могут за это ругать.

– Ну… – начала я, готовясь выслушать лекцию,– я. А что?

Доктор посмотрел на меня с удивлением.

– А ведь я ошибался насчет вас, – произнес он мягко. – Надо было догадаться! —

Он устало отошел от раненого, а медсестры тут же занялись бинтованием его ран.

Я стояла в уголке, как бедная родственница, словно не знаю, куда мне себя деть.

– Беру свои слова обратно, – вдруг произнес доктор, обращаясь ко мне. – Сегодня я приятно ошибся в человеке. Леди, если вы хотите стать медсестрой – я только за.

Я вздохнула с облегчением.

– Спасибо, – прошептала я.

На меня вдруг обрушилась волна усталости. Глаза слипались, а мне обработали ногу каким-то мазевым средством.

– Знаете что? – заметил доктор, снова обращаясь ко мне. – За такое вас могут представить к ордену! Вы спасли жизнь генерала! Я подготовлю документы для королевской медицинской службы! Думаю, что ваш подвиг оценят! Я уверен, что родные будут вами гордится.

Я испугалась и смутилась.

– Не нужно, – быстро ответила я, – я бы не хотела… эм… огласки… Тем более, что в этом нет ничего такого героического…

– Ну как же! – нахмурился доктор, смотря на меня серьезно. – Вы совершили подвиг! Вы спасли жизнь генерала. А значит – целую армию! Такие поступки не должны остаться без огласки! Тем более, что ваш подвиг поднимет боевой дух!

Я попыталась перевести все в шутку:

– Извините, я не хотела… – улыбнулась я. – У меня случайно получилось.

В этот момент лицо доктора озарила искренняя улыбка.

– Вот вам, – сказал он, подавая стопку одежды, – переоденьтесь. Одежду медсестры вы заслужили. И переобуйтесь – тут полно ядовитых змей.

– Змей? – я замерла.

Если бы я знала об этом раньше, то и шага не сделала бы! Как хорошо, что узнала только сейчас!

– Да, но… – заметила я, глядя на комплект одежды, который мне предлагают.

Пока не найду сына, в столицу не вернусь. Мне придется остаться здесь.

– Учтите, в этой крепости кто не работает – тот не ест, – заметил доктор довольно строгим голосом. – А я готов принять вас к себе в службу.

– А как вас зовут? – спросила я, взглянув на старика.

– Генри Уолш, – ответил он спокойно.

Я немного растерялась. Честно, я же не медик? Я вообще к медицине отношения не имею. А получится ли у меня?

– Вижу, вы сомневаетесь. Так что у вас есть время подумать. А пока я вам расскажу о службе. Когда раненых мало или их совсем нет, у вас появится время наладить быт. Поверьте, это непросто, но я уверен – у вас все получится. К тому же, нужно постараться добиться у генерала разрешения на комнату – для этого придется просить его лично. Здесь никто не потерпит ненужных людей. Присутствие каждого в этой крепости быть оправдано пользой, которую он приносит.

– Я поняла, – кивнула я, надеясь на лучшее.

– И еще, – добавил доктор, оглядывая меня с ног до головы, – вы должны всегда выглядеть чисто и безупречно. Поэтому у вас должно быть два комплекта одежды. Никаких пятен и грязи – только чистота. Я уже сделал исключение, пустив вас сюда в ужасающем таком виде.

Я вздохнула, понимая, что впереди – еще много испытаний.

– И последнее, – улыбнулся доктор, – с вашей внешностью вам будет очень тяжело здесь.

Глава 32...

Доктор Уолш выразительно посмотрел на меня. Я удивленно подняла брови.

– А что со мной не так? – настороженно спросила я.

– Наоборот. Все очень даже так! – усмехнулся старик, но это был не комплимент. Это было что-то другое. И прозвучало как-то грустно. – Вы очень хорошенькая, но вам стоит помнить, где вы находитесь. Здесь женщин не так много. К тому же, многие из них уже семейные. Так что …

Доктор Уолш почему-то замолчал, словно подыскивая нужные слова.

– Ухажеров здесь хоть отбавляй, – голос доктора понизился до шепота. – И далеко не все из них предпочитают долгий путь ухаживаний. Если вы понимаете, о чем я. Многие торопятся жить, зная, что в любой момент их жизнь оборвется. Поэтому вам стоит быть очень осторожной. Даже если вы просто останетесь в крепости.

Эти слова прозвучали как холодный удар в сердце. Мне стало не по себе. Получается, муж был в чем-то прав?

– Вот это я как раз и поняла, – прошептала я, чувствуя, как неприятное напряжение сковывает мои мысли. – Как-то очень неприятно прозвучало.

– Знаю, – кивнул доктор Уолш. – Увы…

– Но я замужем, – прошептала я, показывая обручальное кольцо.

– Ваш муж здесь? – поинтересовался доктор Уолш. – Он в крепости?

– Нет, – тут же ответила я. – Он в сейчас в Столице.

– Сомневаюсь, что он прилетит сюда, услышав ваши крики о помощи. В армии, конечно, железная дисциплина, но всегда найдутся подонки, – заметил доктор, задумчивым взглядом посмотрев на стену.

Я увидела круглую рамку с небольшим портретом хорошенькой кудрявой девушки. Личико у нее было круглое, от она выглядела милой и смешливой. Ее нельзя было назвать ну прямо красавицей, но было в ней что-то наивное, детское, в то же время кокетливо взрослое. Словом, такие, как она невольно притягивают взгляды окружающих. К уголку портрета была приколота маленькая медаль в виде сердца с короной, украшенная бриллиантом и бантом.

– Это моя дочь, Мэри Уолш, – вздохнул доктор Уолш, улыбнувшись. – Мэри, познакомься, это …

– Шарли, – кивнула я портрету, понимая, что для старика это важно. – Очень приятно, Мэри.

– Ей было бы тоже очень приятно с вами познакомиться. Она сейчас принялась бы вас расспрашивать про Столицу, и вы бы не заметили, как стали друзьями за считанные минуты. Она всегда умела располагать к себе людей. Жаль, что она вам не ответит, – сокрушенно произнес доктор Уолш, поправляя медаль. – Она работала в госпитале. Спасла много бойцов.

Я снова посмотрела на Мэри Уолш. Внезапно лицо доктора изменилось. Из ласково– сентиментального, оно вдруг стало холодным и отчужденным. Изменился и голос. Теперь он был звенящим, как металл.

– Подонков, которые сотворили с ней это зло судили трибуналом. Они больше не топчут эту земли. Генерал Вальтерн Моравиа, казнил их своими руками, выстроив на плацу весь гарнизон, чтобы другим неповадно было, – заметил доктор, вздохнув. – А Мэри так и не смогла это пережить. Она бросилась со стены вниз.

– О, боги, – прошептала я, глядя на милую девушку. Мне вдруг стало ее так жаль. Разве можно умирать такой юной? Мне захотелось обнять ее, утешить, выслушать, поддержать. Но я опоздала.

– Я говорю это всем девушкам, которые прибывают сюда, – заметил доктор, а его голос не дрогнул, словно он уже смирился с ее смертью. – Раньше я бы первым набил морду тому, кто посоветует это моей дочери, но сейчас я понимаю, что лучше так, чем как Мэри. Постарайтесь найти себе покровителя, если вы решили остаться в крепости. Желательно кого-то старшего по званию. Не обязательно становится его любовницей. Достаточно того, чтобы вас часто видели вместе. Если будут спрашивать, ничего не отрицайте. Так будет лучше для вас.

Я была удивлена этой искренности и такой прямолинейности. Но взглянув на Мэри, которая позировала для портрета, не зная, какой удар готовит для нее судьба, задумалась.

– Ладно, вы пока думайте, – вздохнул доктор Уолш. – А пойду, вздремну пару часиков.

– Идите, – нервно кивнула я, стараясь улыбаться. Но как только мой взгляд упал на Мэри, то улыбка сползла с моего лица.

Я сидела возле постели генерала, как вдруг он открыл глаза.

– Все хорошо, – произнесла я. – Ты в безопасности. Как ты себя чувствуешь?

– А медведю меня ты так и не скормила, – усмехнулся Вальтерн.

– О, все какие-то слабенькие попадались. Хилые… Недостойные, можно так сказать, – произнесла я, немного покраснев. Мне до сих пор было стыдно за мою неудачную шутку.

Вальтерн помолчал. Он почему-то смотрел на меня пристально, словно пытаясь что-то понять.

– Ты ведь не Анна – Шарлотта, – внезапно послышался голос генерала. И в этом вопросе прозвучало утверждение.

Глава 33

Вопрос застал меня врасплох.

Я резко подняла брови, словно удивляясь самому вопросу.

– Эм… А кто я? – спросила я, немного напрягшись, пытаясь понять, куда завела меня эта странная ситуация.

Вальтерн смотрел на меня внимательно, его взгляд был проницательным и чуть холодным, словно он видел сквозь меня.

– Ты не она, – медленно произнес он, его голос звучал спокойно и будто с нотками скрытой боли. – Ты не та, кого я знаю.

Обжигала эта фраза, словно лед.

– Нет, я – Анна – Шарлотта, – быстро ответила я, чувствуя, как сердце бьется сильнее.

Я знала, что мне нужно стоять на своем.

Вальтерн вздохнул, его лицо стало серьезным.

– Я хорошо знал Анну – Шарлотту, – заметил он. – И ты – не она. Вы совершенно разные.

Я улыбнулась, стараясь скрыть нервозность, и посмотрела на его перебинтованную руку.

– Но знаешь, – произнесла я, – брак иногда меняет людей. И не всегда в лучшую сторону.

Он чуть помолчал, затем произнес тихо:

– Хочешь сказать, что твой муж, когда вы жили в Лисмирии, отпускал тебя в лес ловить белок на ужин? – и его голос стал чуть более жестким. – Анна – Шарлотта, которую я знал, никогда бы не полезла на дерево. Она падала в обморок при виде крови. Кто ты?

Я попыталась улыбнуться.

Но его глаза вдруг сузились, и генерал спросил:

– Что я подарил тебе на помолвку? – и этот вопрос словно удар по моему спокойствию.

Я замерла, сердце забилось быстрее. В памяти мелькнули туманные образы, и я поняла – я не могу вспомнить. Даже если бы хотела! Я ведь попала в тело под конец помолвки, а что было в начале для меня тайна покрытая мраком.

– Эм… украшение, – наугад произнесла я.

Обычно дарят украшения, так что… логично.

Генерал пристально взглянул на меня, и я почувствовала на себе его внимательный, пронизывающий взгляд.

– Какое? – спросил он.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам.

– Не помню точно, – призналась я, – тогда произошло так много разных событий…

Он кивнул, словно принял это.

– Хорошо. – В его голосе прозвучала нотка раздумий. – А как звали твоего дедушку, о котором ты мне столько рассказывала?

Я поморщилась, чувствуя, как внутри все сжалось.

– Не помню, – тихо ответила я.

Между нами воцарилась гнетущая тишина. Я смотрела ему в глаза, а он – в мои.

– Кто ты? – наконец спросил он, его голос стал холодным и строгим. – Ты говоришь по-другому, с другими интонациями, жесты… всё не так, как обычно.

Я вздохнула, чувствуя, как внутри всё покрывается защитной броней.

– А что ты хотел? – ответила я, стараясь звучать спокойно. – Мы в лесу, а не на светском рауте!

– Отвечай! – приказал он. И его голос не терпел возражений. – Иначе я не стану тебе помогать. Кто ты?

Этот вопрос – словно удар ниже пояса.

Я вздохнула, опустив голову.

– Хорошо. – моя улыбка получилась натянутой, почти нервной. – Я – не она. Доволен? Не знаю, как попала в ее тело. Звучит, честно говоря, как полный бред. Просто очнулась – и вот я здесь. В теле Анны-Шарлотты. Кто-то взял мою душу и … переселил.

Генерал замолчал, его лицо стало серьезным.

– А где она? – спросил он тоскливо, и в его голосе звучала тревога.

– Честно? – я пожала плечами, – не знаю.

Чувствовала, как сердце сжалось.

– Не могу тебе сказать. Прости… – добавила я.

Наступила гнетущая тишина. Мне казалось, что происходит что-то очень нехорошее.

– Когда это случилось? – его голос прозвучал холодно, и в нем слышался допрос. – На помолвке?

Я кивнула, вспоминая тот момент.

– Я очнулась, окруженная людьми. Не понимала, что происходит, и где я. А тебя я помню… – ответила я, глядя на свои руки.

– Тогда ты спросила: "Кто ты?" – произнес Вальтерн. – Вот почему ты меня не узнала. Это было не обида.

Я чуть покраснела, немного робея.

– Да, – призналась я. – Для меня это было как открытие. Я никого не знала, все суетились вокруг меня… Я растерялась.

Генерал задумался, его лицо стало мрачным.

– Мне очень жаль, что так вышло, – тихо сказала она, прерывая молчание. – Правда, очень жаль.

– Ты не представляешь, как сильно я любил её, – впервые за все время, которое мы провели вместе, голос его задрожал. – Она была для меня всем. Моей жизнью. Я бы отдал весь мир за одну ее улыбку…

Я сглотнула, ощущая себя виноватой, будто я украла чужую жизнь.

– Мне жаль, – прошептала я, чувствуя, какую боль причинила ему признанием. – Меня любить не обязательно. Если бы могла – все бы исправила. Поверь, это случилось не по моему желанию… У меня была своя жизнь…

Генерал вздохнул.

– Ты права. Слова ничего не изменят. Сегодня ты уедешь обратно в Столицу. Я постараюсь найти твоего сына, но тебе здесь делать нечего, – голос его был глухим, словно от горя. – Тебя сопроводят. Это приказ!

Глава 34

Я смотрела на него, чувствуя, как будто лучше было бы промолчать. Может, было бы разумнее упереться рогом и стоять на своем. А с другой стороны, правда – как прыщ: имеет тенденцию вылезать в самый неподходящий момент.

– Увы, – сглотнула я, вспоминая про форму, которая лежала на соседней кровати. – Ты не можешь меня сопроводить домой. Я уже подписалась на службу. Теперь я работаю здесь. Мне уже выдали форму!

Я показала стопку, глядя в серые глаза.

– Тогда я увольняю тебя! – произнес Вальтерн.

– А я дойду до короля, и меня восстановят! – заметила я, гордо вскинув голову. – Я понимаю твою боль. Я пытаюсь представить, каково это, когда узнаешь, что в теле любимого человека сидит кто-то другой. Ты видишь во мне врага. Того, кто отнял у тебя любимую, присвоив ее внешность. Но я – не враг.

Я положила руку поверх его руки, легонько пожимая ее. В моих глазах сверкнули слезы.

– Почему ты отправляешь меня в Столицу? – произнесла я. – После того, как я тащила тебя на себе, ты решил от меня избавиться? Вот так просто?

– Да, – произнес Вальтерн, вскинув голову. – Мне невыносимо смотреть на тебя. Невыносимо видеть ту, которую любил больше жизни. Ту, за которую я чуть не убил отца. Ту, ради которой совершал ужасные поступки. Чтобы сегодня узнать о том, что передо мной сидит оболочка с чужой душой! Нечто, что присвоило внешность любимой женщины и смотрит на меня ее глазами!

– Понимаю, – заметила я. – Но если бы я могла выбрать тело, я бы выбрала кого-нибудь другого. Но, извини, выбора мне не дали! И оправдываться я не стану. Я не ты, чтобы пожизненно терзать себя виной. Вина делает меня слабее. А сила мне еще пригодится. Мне нужно найти сына.

Я вздохнула и встала, направляясь к выходу.

– Сядь! – послышался голос Вальтерна, а я удивленно обернулась. – Дежурные! Коменданта крепости сюда! Живо!

Я не ожидала, что при слове “дежурные” в комнату тут же войдут двое солдат.

– Есть! – произнес один из них, развернувшись и направившись на выход.

Вальтерн откинулся на подушки. Он молчал. И это молчание пугало.

– Господин генерал! – послышался голос сурового усатого мужчины. – Вызывали?

– Да. Нужна свободная комната, – произнес Вальтерн, а мое сердце вдруг радостно забилось. – Для нее.

– Так, – прокашлялся комендант. – Одну минуту. Сейчас вернусь.

Я увидела, как он покидает лазарет, и мой взгляд тут же устремился на Вальтерна.

– Спасибо, – едва не расплакалась я.

Он промолчал. Я понимала, что требовала от него слишком многое.

– Давай попробуем представить, что я просто ее сестра – близнец? – вздохнула я. – Так ведь проще будет? Здесь же бывают близнецы? Или просто похожая женщина!

Опять молчание. Да, все я лезу со своими добрыми советами! А мне ведь так хочется облегчить ему боль. Хочется, хоть как-то помочь пережить эту новость, ведь я вижу в его глазах под маской ледяного спокойствия раздирающую душу боль.

– Господин генерал, – вошел комендант, листая какой-то журнал. – Эм… Свободных комнат нет! Крюгетсы попросили расселения. Тут как бы тоже пришлось выделить две! По закону! У них теперь четверо детей! Можно, конечно, попросить кого-то на подселение. Но, вряд ли семья согласится, если с ними будет жить еще одна дама… Хотя, кажется, мужчины будут не против.

Он усмехнулся, осматривая меня и взглядом одобряя.

– Однако даме может быть некомфортно, – заметил комендант. – Но я могу предложить ей пожить у меня…

Он тут же залихватски подкрутил ус, заигрывая со мной с молодцеватой дерзостью.

– Нет, – резко произнес Вальтерн. – Она будет жить у меня! Я все равно чаще нахожусь в штабе, а комнатой пользуюсь редко.

Я посмотрела на коменданта, а тот спокойно кивнул, ставя в пожелтевших бумагах какую-то галочку.

– Я буду предупреждать заранее о своем визите, – заметил Вальтерн. – Отведи ее в мою комнату.

– Поправляйтесь, – кивнула я, беря комплект формы и туфли. В голове вертелась одна мысль: “Главное, не потерять!”.

Я шла по гулкому коридору, следуя за комендантом. Тот шел вальяжно, подкручивал ус и добродушно насвистывал. На его бедре позвякивала связка ключей.

– Ну что ж, – произнес он, когда мы миновали лестницу. – Ваша комната. Неподалеку штаб. Вон дверь. Все, так сказать, в шаговой доступности! Враги тоже!

Он открыл дверь, а я увидела совершенно лысую комнату с узким и пыльным окном – бойницей, в которое бил луч закатного солнца. Столп пыли серебрился прямо в центре комнаты. Кроме кровати, столика и кувшина в комнате не было ничего. Хотя, нет! Была еще дверь! Я открыла ее, видя серые удобства.

– А вы что ожидали? – спросил комендант. – Здесь у всех все одинаковое. Даже у генерала!

Я вдохнула, чувствуя, как пыль щекочет нос. Стены привели меня в уныние.

– Обустраивайтесь! – заметил комендант, вручая мне запасной ключ.

Я обвела взглядом серость стен, подошла к окну, открыла его, видя, как закатное солнце заливает долину. Было в этом нечто красивое. Пожалуй, самое красивое зрелище. которое я видела.

– Так, не унываем, – вздохнула я, присаживаясь на кровать.

Ей, богу! Чувствую себя как в темнице! Я сидела пару минут, глядя в трещину на стене, как вдруг в дверь постучали.