Текст книги "Отвергнутая невеста. (не)нужная жена (СИ)"

Автор книги: Кристина Юраш

Соавторы: Кария Гросс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 21

Я услышала сквозь темноту: “... призрак снова вернулся… Иди, я подежурю… ”.

Слова словно ускользали, но я вцепилась в них, вцепилась в мужской голос, словно он был проводником, а потом ощутила, что непроглядная тьма становится светлее.

Но тут все умолкло.

Голос больше не звучал, и я снова потерялась в темноте, где меня ничто не тревожило, не беспокоило. Такая уютная, тихая темнота, без единой мысли, без чувств, без воспоминаний.

Я нежилась в ней, не желая ее покидать.

Дверь скрипнула и закрылась, а я почувствовала, как у меня дрожат веки. Осторожные шаги заставили меня насторожиться. Снова скрипнула дверь. Потом шаги, к которым я прислушалась.

Потом я все-таки стала приходить в себя. Не знаю, сколько времени прошло с момента моего обморока.

Пальцы ощущали что-то мягкое. Сквозь ресницы виднелся туман. Все казалось расплывшимся и слегка мутным. Это была не моя комната. Я точно знаю.

– Ммм, – простонала я, как роженица, открывая глаза.

Я словно вынырнула в реальный мир, слыша вокруг звуки, чувствуя запахи. Я явственно ощущала запах мужского парфюма, резковатого и сладкого, витавшего в воздухе.

Пару мгновений мне потребовалось, чтобы осознать, что я вернулась в реальности. И нахожусь в комнате будущего мужа.

Рядом с кроватью я увидела кресло, на котором спал Розен. Темные волосы живописно рассыпались по его плечам, чуть склоненная голова лежала на спинке кресла, а грудь мерно вздымалась. Сейчас он казался таким красивым. И мне хотелось прижаться к нему, хоть я и не люблю его. Но было что-то, что вызывало странное тепло внутри.

Я улыбнулась, как вдруг увидела его руку с разбитыми костяшками пальцев. Раны заживали на глазах.

Дракон спал крепко, а я осмотрелась. В комнате, кроме нас, никого не было. Сквозь прикрытые шторы пробивался луч дневного света.

Внезапно все начало вставать на свои места. Комок тошноты подкрался к горлу, а я дернулась, словно меня обожгло. Я вспоминала шатающуюся походку Аскеля, крик, который расцарапал горло болью, поцелуи, от которых хотелось увернуться и…

Я села на кровати, чувствуя, как постепенно вернувшаяся реальность меня пугает. Сейчас мне отчаянно хотелось обратно в темноту.

Я снова видела картинку, от которой прилив жгучего стыда заставил задыхаться. А вместе с ним вернулось дикое желание отмыться от всего этого. И побыть одной, чтобы успокоиться.

– Ничего страшного не случилось, – мысленно прошептала себе я. – Он своей цели не добился.

Пожалуй, это – единственное, что меня утешало. “Ты сама виновата!”,– шептали мне навязчивые внутренние голоса.

Мне стало нехорошо от их осуждающего шепота.

Я спустила ноги на пол, а потом покачнулась. Стараясь издавать, как можно меньше шума, я поправила разорванное платье. Будущий муж спал, а я посмотрела на него, пытаясь угадать, что он думает о произошедшем.

Вспомнив его холодный, пронизывающий, как зимний ветер, взгляд, я понимала, что свадьбы, скорее всего, не будет. И теперь у него появилась отличная лазейка, чтобы разорвать помолвку. И даже не платить мне отступные.

Мысль об этом заставила стиснуть зубы.

“А ну прекратите!”, – прошептала я своему стыду и каким-то внутренним сомнениям. А потом увидела дверь с золотой ручкой. Мне туда!

Мягко ступая по ковру, чтобы не разбудить Розена, я вошла в роскошную ванную. Купальня была выполнена из нефрита, ручки на кранах поблескивали золотом. Тяжелые шторы создавали полумрак.

Скинув с брезгливостью разорванное платье, я закрыла засов и стала набирать воду. Вода набиралась медленно, а я мысленно торопила ее.

Когда воды стало достаточно, я опустилась в горячую воду. Мурашки побежали по спине… А у меня даже дыхание перехватило.

На секунду разучившись дышать, я с дрожью погрузилась в воду и простонала об накатившего чувства блаженства.

– Мы просто забудем это, – прошептала я пару, который поднялся над водой. – Этого не было… Просто забудем…

Мне было стыдно за то, что я когда-то полюбила не того человека! Это чувство заставило меня пойти на погружение.

– Почему сделал он, а стыдно должно быть мне? – сглотнула я, как вдруг увидела на полу нечто странное. Я переместилась на другую сторону купальни и протянула руку, по которой стекала вода.

Разжав пальцы, я увидела атласную розу кремового цвета. И несколько торчащих ниток. Я поднесла ее к носу, чувствуя цветочный запах духов леди Кэтрин. Что? Леди Кэтрин была здесь?

– Стефания! – послышался шум за дверью и удар в нее. – А ну быстро открой! Иначе я вынесу дверь…

Мокрая роза с платья леди Кэтрин лежала у меня на руке, а я смотрела на нее, а потом на дверь. А что она делает в санузле моего мужа? Мысль о том, что по всему дому дружно сломались туалеты, а единственный рабочий остался тут, я отмела сразу.

– Стефания! – послышался удар об дверь.

– Что? – спросила я, а при звуке моего голоса удары стихли.

– Открой сейчас же! – в голосе слышался приказ.

Я вылезла из ванной, замоталась в полотенце.

– Не делай глупостей! – послышался резкий голос Розена и удар о дверь. – Немедленно открой дверь! Считаю до трех! Три!

Дверь с грохотом вылетела, а я обернулась, уронив от неожиданности маленькую розу на пол.

Будущий муж застыл на месте, глядя на упавший цветок с чужого платья.

Визуал и выбор

Мы нашли розу с платья леди Кэтрин в ванной комнате будущего мужем.

1. Устроить скандал.

2. Сделать вид, что ничего не заметила и розу не узнала.

Глава 22

– Это что такое? – спросила я, глядя на цветок. Мой взгляд мгновенно переместился на будущего мужа.

– Похож на цветок с платья леди Кэтрин, – заметил Розен, поднимая цветок с пола. – Если ты думаешь, что я тайно встречаюсь с леди Кэтрин, я тебя расстрою. Тайных встреч не было и нет.

Мне почему-то было гадко. Как проверить то, что он говорит?

– Почему ты меряешь меня по моему брату? – спросил Розен, а черты его лица ожесточились.

– Наверное, потому что я тебя не знаю, – произнесла я, глядя ему в глаза. – Мы с тобой обменялись только парой фраз! Почему ты меряешь меня по тем девушкам, которым достаточно одного взгляда, чтобы влюбиться и верить безоговорочно каждому слову!

– Опыт с моим братом показал, что ты именно такая, – надменно заметил Розен. – Нет, я понимаю, он произвел на тебя впечатление. Собственно, как на всех. Иначе я никак не могу объяснить твою любовь к нему!

– То есть ты считаешь меня ветренной и безмозглой особой, которая влюбилась исключительно потому, что это красавец и дракон? – спросила я, делая глубокий вдох. – А что если выбирала из двух зол меньшее?

– Меньшее? – ужаснулся Розен. – Я представить не могу того, кого ты посчитала большим злом! Бедная его семья, если она еще есть!

– А ты попробуй, представь! – полушепотом заметила я.

– Значит, был еще один жених! – глаза Розена сверкнули. – И кто же это?

“Он намного хуже жениха. Брат”, – подумала я.

И выбирая между жизнью приживалки и служанки в доме брата, я выбрала Аскеля. О чем прямо и заявила в суде! В любом случае я теряла все. Но я надеялась, что здесь будет намного лучше, чем там!

– Как же я ошиблась, – прошептала я, глядя будущему мужу в глаза. На меня снова накатило чувство страха и безысходности. – Если бы я знала, чем это обернется ни за что бы так не сделала.Я бы никогда сюда не приехала.

– Надеюсь, это не ты подбросила цветок с платья леди Кэтрин, чтобы обвинить меня в измене и уехать отсюда к своему второму жениху, – заметил Розен.

– То есть, ты допускаешь мысль, что цветок нарочно подбросила я? – возмутилась я. – Какой мне смысл это делать?

– А какой мне смысл встречаться с леди Кэтрин? – с нажимом спросил Розен, а на его губах появилась усмешка. – Если бы я хотел на ней жениться, то я бы женился на ней. И ничто бы мне не помешало!

– Но как-то он здесь очутился? – спросила я, глядя на будущего мужа. – И это – факт! Хочешь сказать, что его просто подбросили?

Теория показалась крайне правдоподобной! Тем более, что сквозь забытье я отчетливо слышала скрип двери и шаги.

– Хочешь сказать, что подлая леди Кэтрин воспользовавшись тем, что я уснул, крадется в ванную и срывает украшение с платья? – усмехнулся Розен. – И какие у нее мотивы?

– Она любит вас! – утвердительно произнесла я, как вдруг опомнилась. – Это видно по ее глазам и манере поведения.

– То есть, ты хочешь сказать, что мой брат и леди Кэтрин вступили в преступный сговор, чтобы нашей свадьбы не было? – удивился Розен. – Исключительно потому, что они так хотят! И при этом каждый преследует свою цель?

– Именно, – произнесла я. – По-другому я объяснить не могу! Или есть какие-то другие версии? Призрак, например! И не надо так смотреть на меня. Я слышала обрывки разговоров про призрака. И в курсе, что случилось с твоей предыдущей невестой.

– Значит, мы снова упираемся в то, что ты решила покинуть особняк, – заметил Розен. – И теперь ищешь способ это сделать под благородным предлогом.

– А может, это все-таки ты решил найти предлог, чтобы свадьбы не было? – спросила я, сощурив глаза. – Взять, так сказать, вину на себя? Мол, я джентльмен и будет лучше, если она сама обидится и уедет?

И сейчас мне это казалось правдой. Нет, а что? После вчерашнего Розен сомневается, стоит ли на мне жениться? А если и правда он подбрасывает этот цветок, чтобы я усомнилась? Хотя…

– Тогда бы мне было бы проще притащить сюда саму леди Кэтрин, а не часть ее платья! – заметил Розен с усмешкой. – Согласись, так было бы намного интересней. И куда более эффективней! Особенно в силу некоторых обстоятельств, о которых поведал мне мой брат.

– И что же это за обстоятельства? – спросила я.

– Не каждый мужчина готов мириться с тем, что он у тебя не первый! Поэтому не стоит пытаться отсюда сбежать, – произнес Розен.

– Что значит не первый? – ужаснулась я.

– Успокойся. Не надо ломать комедию, – голос Розена казался сдавленным. – Мой брат мне все сказал. Я готов закрыть на это глаза в первую брачную ночь

Я не успела возразить! В ванную вошла Бэтани. Она осмотрелась, глядя на нас.

– Вы этот… Цветок не видели? – раздраженно спросила Бэтани, а мы с Розеном переглянулись. – Там у леди Кэтрин истерика! Отпала часть ее гербария с грудей, пока я здесь чистила и отстирывала платье. Слышите, завывает?

Мы с Розеном снова переглянулись.

– Вот, – произнес он, протягивая Бэтани цветок. Та схватила его, отряхнула в руке и направилась к двери. – То с одной посиди, то второй платье отстирай! Видите ли освежить надо! А я одна! И вот как я и платье отстирывать буду, и за болящей следить?

– Погоди, Бэт, это ты его уронила? – спросил Розен, поднимая брови. Я стояла молча. Тут тайны, интриги, расследования! Почти скандал с подозрениями, а все оказалось так банально.

– Нет, привидение! Его можно узнать по стертым пальцам и запаху порошка! – фыркнула Бэтани. – Я! Кто же еще! Платье притащила, замочила в купальне, порошка насыпала, выглянула в открытую дверь. Спит, вроде. И дальше отстирывать!

Она вышла ворча.

– Вчера вечером ничего не было. Он не успел, – произнесла я Розену.

– Давай будем считать так, – почти мягко произнес дракон. Он положил мне руки на плечи. – Все хорошо. Все в порядке… Ты, главное, не переживай.

В дверь комнаты послышался стук. Стучали громко и отчетливо.

– Кого еще принесло? – рявкнул Розен, выходя из комнаты.

Я отчетливо услышала голос Аскеля.

– Я пришел извиниться за вчерашнее перед Стефанией, – произнес он, а голос был убитый. – Я хотел бы поговорить с ней… Не стану же я это делать за ужином?

– Только в моем присутствии, – резко произнес Розен, а в его голосе слышался металл. Я не успела опомниться, как будущий муж зашел в ванну и вручил мне свой халат. Он наклонился и поднял рваное платье, унося его с собой.

Я укуталась в огромный халат, чувствуя какое-то смятение. Смогу ли я смотреть в глаза Аскелю после всего, что он сделал? А с другой стороны, мы живем в одном поместье. И я не смогу избегать его вечно. Рано или поздно мы все равно столкнемся.

– А ты уверен, что она хочет тебя видеть после произошедшего? – послышался насмешливый голос Розена за дверью. – Я бы на месте девушки хотел бы видеть только твой труп, братец. На, полюбуйся! Это было платье, которое я ей подарил.

– И все равно, я настаиваю, – произнес взволнованный голос Аскеля. – Я должен с ней поговорить…

– Захочет ли она выслушать тебя, вот в чем вопрос! – произнес Розен.

Визуал и выбор

Итак, у нас есть выбор! Аскель пришел извиниться и поговорить.

1. Согласиться на разговор, так как все мы живем в одном доме. И рано или поздно этот разговор состоиться.

2. Отказаться от разговора.

Глава 23

Я положила руку на ручку двери, как вдруг отдернула ее, словно меня ужалило. Мне не хотелось разговаривать с Аскелем. Но с другой стороны…

Рука опять скользнула к ручке.

Если я сейчас откажусь, то вопрос о моей девственности так и будет висеть в воздухе. К тому же Аскель не успокоится, пока не поговорит…Так что лучше будет, если разговор состоится в присутствии Розена.

Сделав над собой усилие, я открыла дверь.

– Хорошо, я согласна поговорить… – стиснув зубы, произнесла я.

Аскель бросился ко мне, не обращая внимания на своего брата, который наградил его неодобрительным взглядом.

– Стефания, – прошептал Аскель, пытаясь поймать меня за руку. – Прости меня… Я… Я не знаю, что на меня нашло…

Аскель сделал глубокий вдох. Я увела руку за спину.

А потом стиснула зубы и присела в кресло. Заламывая пальцы, я смотрела на Аскеля.

На спинке кресла послышался шелест. Рука Розена скользнула по бархату, а я ощущала его присутствие.

– Я действительно не знаю, что на меня нашло, – простонал Аскель, глядя на меня несчастными глазами. – Словно какое-то помутнение… Я бы никогда… Не причинил бы тебе зла и боли…

Он простонал и прижал руку к своему лбу. Он словно смазал себе лицо, опуская руку вниз. Пока его рука не остановилась его губах. Сквозь пальцы виднелись приоткрытые губы, которые хотели что-то сказать… Он отдернул руку. Губы превратились в тонкую напряженную ниточку.

– Я знаю, что так не должно было быть, – продолжил Аскель, глядя на меня собачьими глазами. – И я чувствую свою вину перед тобой… Если бы можно было бы как-то ее загладить…

Он покаянно опустил голову, а внезапно встал на колени и посмотрел на мою руку. Я сжала кулак, но Аскель взял меня за руку и поднес мою руку к своим губам, а потом прижал ее к своему лицу.

– Я понимаю, как это было низко с моей стороны… Я напугал тебя… Сделал больно… – шептал он в мою ладонь. – Прости… Прости меня…

Он покрывал поцелуями мою холодеющую руку.

– Если бы можно было как-то искупить вину, я бы… все сделал…

– Лучше скажи, – произнесла я. – Что ничего не было. Что ты не успел. Скажи правду, Аскель.

– Боюсь, что я точно не помню, – сдавленно прошептал Аскель, тяжело вздыхая.– И я не могу тебя обнадежить…

Голос его сел. Он закрыл глаза и вжался в мою руку, снова целуя ее.

– Больше всего на свете я люблю тебя, – прошептал Аскель, покрывая поцелуями мою ладонь. Позади меня послышалось предупреждающее покашливание.

Аскель поднял покрасневшие от слез глаза на брата.

– Да, но это правда! – простонал Аскель, нервно улыбаясь, не давая мне вернуть руку на подлокотник. Аскель удерживал ее. – Правда! Правда, Розен! Для меня нет никого дороже, чем она! Ты заставил меня жениться на леди Кэтрин! Ты изначально был против свадьбы со Стефанией! Как только я приехал, рассказал тебе о ней, ты сказал, что рад за меня. Но как только я стал рассказывать о ней чаще и показал тебе ее портрет, ты почему-то изменился. С тех пор ты делаешь все, лишь бы… лишь бы… мы не были вместе! Помнишь, я хотел приехать к ней осенью? Так ты же сказал, что не дашь положенного мне месячного содержания! Ты был против ее присутствия в этом доме! Ты сразу сказал, что ноги ее здесь не будет!

Я с удивлением посмотрела на будущего мужа и вспомнила письмо о планах на осень. Отец тогда был рад, что у с Аскелем будет время узнать друг друга получше. Все готовились к приезду младшего герцога. Но он в последний момент не приехал, ссылаясь на неотложные дела.

– Ты… – прошептал Аскель. – Ты отказался дать деньги на свадьбу! Хотя, по завещанию отца, ты обязан был это сделать! И чтобы заработать на свадьбу мне пришлось играть в карты! Иногда мне очень везло. А один раз крупно не повезло. И ты заставил меня жениться на леди Кэтрин, не желая выплачивать долг! Я помню эту радость в твоих глазах, когда отец леди Кэтрин предложил свою дочь в качестве жены. Они ниже нас по происхождению, и свадьба с герцогом была для них огромной честью! Они готовы были простить весь долг, лишь бы породниться с Кронхаймами. И ты, против моей воли, дал согласие!

Аскель выдохнул, а потом прижался к моей руке. Он молчал, а я не знала, что ответить…

– Ты прощаешь меня? – прошептал он.

Визуал и выбор

Аскель пришел просить прощения. У нас есть выбор.

1. Простить

2. Не простить

Глава 24

– Ты… ты не просил прощения, – произнесла я, понимая, что не могу простить такое!

Психологи говорили, что прощать – полезная штука. Я посылала лучи прощения всем. Но что-то помогало мало. Люди борзели, наглели и садились мне на голову.

– Прости меня, пожалуйста, – обреченным голосом прошептал Аскель, снова целуя мои руки и снова прижимая их к своему лицу.

Ком в горле не проглатывался.

– Нет, – прошептала я, глядя ему в глаза. – Нет, Аскель… Я не могу тебя простить… Пока что не могу…

– Ты просто слишком близко воспринимаешь все к сердцу, – прошептал Аскель, снова целуя мои руки.

– Ты что? Линейкой измерял, насколько близко или далеко я все принимаю? – начиная злиться, спросила я. Мне вдруг захотелось выдернуть руку из его руки. Я услышала, как скользит рука будущего мужа позади меня по спинке кресла. – Нет, Аскель. Я не прощу. Такие вещи не прощаются.Ну, или не сразу.

– Я буду сидеть здесь, пока ты меня не простишь, – прошептал он, горячо обжигая руку дыханием.

– Я сказала, что я тебя не прощу, – произнесла я тверже. – Есть вещи, которые нельзя простить! Я попросила убежища в этом доме, попросила защиты… И вместо этого…

– Но я же извинился,– произнес Аскель.

– Извинений мало! – в отчаянии от того, что меня не понимают, произнесла я. – Понимаешь, никакие слова не способны стереть из памяти вчерашний ужас! Если бы так все просто было! Разорванное платье, страх, боль, отчаяние…

Что-то красноречие меня покинуло.

– А потом слово – ластик “извини”, и все снова хорошо. Ты так это видишь? – произнесла я, выдергивая руку из его руки. Аскель пытался удержать ее, но я подобрала ее к себе и вцепилась в подол халата. – Аскель, словно “извини” не может стереть страх, боль, отвращение. Не может.

– Что я могу сделать, чтобы ты меня простила? – прошептал Аскель.

– Покинуть этот дом, – прошептала я.

– Дом я покинуть не могу. Семья Кронхаймов всегда жила вместе в одном поместье. И это указано в завещании отца, – произнес Аскель, покачав головой. – Чтобы мы с братом продолжили семейную традицию. Тот, кто уедет или не выполнит условия завещания – лишиться всего. Он потеряет титул, доступ к семейным деньгам и родовой магии.

Я обернулась на Розена.

– Это правда. Завещание скреплено магией, поэтому мы не имеем права его нарушать, – произнес Розен, скрипнув зубами.

Я слышала про такие завещания. Обычно их оставляли скандальные тетушки “многокотовного” возраста, дабы их пушистая армия не оставалась без присмотра, а уж тем более на улице по велению алчной и бессердечной родни. Буквально месяц назад в газетах гремела статья про то, как отчаявшаяся дама переписала все на комнатную собачку, чтобы ее непутевый сын не выгнал собаку из дома. В итоге получилось, что владельцем всего состояния и огромного особняка на улице Дубов является песель Адамант, которого кто-то умудрился украсть. И теперь сын мадам остался без средств к существованию и ищет всеми силами своего кормильца. Так же упоминался факт неоднократных укусов в области спины со стороны Адаманта, когда его подопечный приходил домой навеселе или приводил компанию кутил. Но я не думала, что здесь все так серьезно…

– Я сделаю все, чтобы ты меня простила, – прошептал Аскель. – Я пойду на все…

– Можешь пока пойти на хрен! – выругался Розен. Я облокотилась на спинку, чтобы чувствовать его руку. – Аскель. Я так понимаю, разум вообще потерял право голоса в твоей голове. Тебе придется постараться, чтобы выглядеть нормальным в ее глазах. И в моих тоже. Так что, дверь там.

Аскель вздохнул, встал с колен и направился к двери. Когда дверь за ним закрылась, я почувствовала, как обессиленно сползаю по креслу.

– Это правда, что ты был против нашей свадьбы? – спросила я, глядя на Розена.