Текст книги "Эмоции нас объединят (СИ)"

Автор книги: Кристина Стародубова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 11. К чему это приводит

Утром Вивьен чувствовала себя вполне бодро. Приняв душ, она надела спортивную форму, как и было велено, и спешно отправилась на выход. Вивьен спала чуть дольше, чем ее соседки по комнате, поэтому те ушли раньше, даже Алиса.

Не успев дойти до конца коридора, Вивьен вдруг почувствовала, как легкие сжало, словно кто-то пытался выкачать из них воздух. Озираясь по сторонам, она никого не увидела. Все студенты уже ожидали на улице. Отогнав неприятное ощущение, Вивьен продолжила идти, но теперь резко закружилась голова, мир вокруг поплыл. Ноги ее подогнулись, и она спиной оперлась о стену. Перед глазами потемнело, и Лейн не заметила, как скатилась вниз, распластавшись на полу. Рядом послышался женский голос кого-то из преподавателей, но Вивьен уже была не в состоянии разобрать, кто это. Она всеми силами пыталась удержать себя в сознании, но разум сдался.

Очнулась она в лечебном кабинете. Головокружение прошло, но слабое тело еще казалось невесомым. Вивьен не сразу поняла, что рядом кто-то есть, пока ее не одернул знакомый мужской голос.

– Очнулись?

Вивьен повернула голову в сторону. Перед ней сидел хмурый и недовольный, но вместе с этим обеспокоенный Корвин. Она пыталась вспомнить, как оказалась здесь, но в голове мелькнули лишь обрывки того, как она шла по коридору. Вивьен неуверенно кивнула.

– Вы потеряли сознание, Лейн, – слишком суровым тоном констатировал Ричард. – Благо, вас увидела миссис Гордьюнер и незамедлительно обратилась ко мне. Вивьен, о чем вы вообще думали? Вы же понимаете, что послужило причиной вашего плохого самочувствия?

Под тяжелым взглядом Корвина было трудно думать о чем-то, но Вивьен все же понимала, однако боялась произнести. По ее глазам Ричард увидел, что она осознала причину.

– А вы понимаете, что вам несказанно повезло, что в качестве целителя поехал именно я? Вы же в курсе, что знающий целитель запросто может распознать, что в вашем организме? То, чем вы себя травите, влияет и на кровь. Даже через простой анализ можно выяснить, какая дрянь у вас в ней. И что было, если бы кто-то другой на моем месте проверил вас? А это первое, что он должен был бы сделать. Любой целитель осудил бы вас и поинтересовался, как вам удалось без рецепта добыть сбор.

Ричард бросал каждое слово с таким гневом, что Вивьен стало не по себе. Она понимала, что эта злость небезосновательна. И ведь действительно не представляла, что было бы, осмотри ее кто-то другой. Сразу узнали бы все вокруг. От этого дрожь пронеслась по телу, приводя в чувство. Стало так стыдно и страшно одновременно.

Поднявшись с места, Корвин начал ходить от одного угла комнаты к другому. Движения были дерганные, нервные. Он не только злился, но и ужасно переживал, будто Вивьен пила что-то смертельно опасное, и это не укрылось от нее.

– Простите, – еле шевеля губами, прошептала она, чувствуя вину.

– Передо мной-то вам зачем извиняться? Вы бы о себе подумали, – тон стал спокойнее, и Ричард, умоляюще глядя на студентку, произнес: – Вивьен, перестаньте себя травить. Вам это абсолютно не нужно. Разве вы не видите, к чему это приводит? Прекратите, прошу вас.

Вивьен показалось, что ему это было действительно важно. Однако она вспомнила, что и сам Корвин травит себя. Может, потому и предупреждает, что знает, на что способен сбор, тем более целитель может лучше прочувствовать все процессы у себя в организме, да и о свойствах трав явно осведомлен больше.

– Но вы же тоже… – начала Вивьен, но ее перебили.

– Это совсем другое. Моя причина куда серьезнее, чем кажется. У меня нет выбора, в отличие от вас.

– Что же это за причина такая, которая не дает выбора? – смело поинтересовалась Вивьен.

– Я уже вам говорил, – отмахнулся Ричард.

– И вы думаете, я вам поверила?

Корвин вплотную подошел к Вивьен, и она заметила, как напряжены мышцы его лица. Пристально глядя на нее, Ричард произнес:

– Можете не верить. В любом случае, это ничего не изменит. Я не обязан вам что-то доказывать. Думаю, нам стоит прекратить этот разговор, кто-нибудь может зайти сюда и услышать нас. Если вам стало лучше, отправляйтесь на улицу, подышите свежим воздухом. Помнится мне, вы упоминали, что любите гулять возле леса. Может, так в вашей голове хоть что-нибудь прояснится.

И он отошел к окну, поворачиваясь к Вивьен спиной и давая понять, что разговор окончен. Она медленно поднялась, вставая на ноги. Не попрощавшись и не поблагодарив, молча вышла из кабинета, осторожно закрывая за собой дверь.

На улице прохладный ветер обдул лицо Вивьен, освежая и пробуждая еще больше. С щемящим чувством она последовала на спортивную площадку, где вовсю занимались ее однокурсники. Дженкинсон, поинтересовавшись самочувствием студентки, предложил ей просто прогуляться недалеко от других девушек. Те в это время разминались, а парни бегали по тропе.

Вивьен старалась не привлекать к себе внимания, но за нее это сделала Дебора, которая будто только и занималась тем, что искала очередной повод поддеть.

– О, глядите, кто явился! – нарочито громко воскликнула она. – Лейн, ты с виду такая тихоня, а всех парней и мужиков себе загрести хочешь. Признаюсь, даже я от тебя такого не ожидала.

– Что за бред ты несешь? – скривилась Вивьен.

Оборачиваясь на возникший шум, все девушки стали наблюдать за начавшейся перепалкой между одногруппницами.

– А ты думала, никто не поймет, что ты не просто так свой обморок подстроила? – Дебора прищурилась. – Мало тебе Лингстера, так ты еще и на преподавателя решила перейти. И как он? Хорош?

Вивьен инстинктивно сжала кулаки. Хотелось подойти и со всей дури врезать Деборе, но так она еще больше спровоцирует конфликт, да и мараться об эту наглую особу не хотелось.

– Да, Дебора, – невозмутимо ответила Вивьен, – он очень хорош. Как целитель, разумеется. Видишь, я жива и здорова.

– И очень жаль, – ядовито бросила Дебора. – Что, будешь теперь отлынивать от занятий? Пожалуйста, Лейн. Все мы знаем, что тебе все равно никакие занятия не помогут. Эмпат, надо же! И какой с этого толк?

Две девушки среди одногруппниц недовольно нахмурились. Это замечание задело и их, но возразить Деборе не хватало смелости. Однако Вивьен все-таки не выдержала.

– Такой, что я теперь поняла, в чем истинная причина твоей ненависти ко мне, Дебора.

Как бы Вивьен ни хотелось поставить одногруппницу на место, она не стала уподобляться дурному примеру Ливс и промолчала о том, какая именно причина, чтобы не выдавать ее при других девушках. Вивьен не знала, скрывает ли Дебора от всех то, что влюблена в Лингстера, но решила, что лучше не упоминать об этом прямо, хотя так хотелось подгадить и озвучить.

Дебора, замерев, смерила Вивьен своим фирменным ненавистным взглядом и грозно процедила:

– Ничего ты не знаешь, Лейн!

И вдруг замолчала, сосредоточившись на упражнении. Вивьен поняла, что попала в цель. Она тихо устроилась на бруске, наблюдая за остальными. Вернулись парни, запыхавшиеся и уставшие после бега. Эрно, заметив присутствие Вивьен, мигом подбежал к ней.

– Вивьен, ты в порядке? – тревожно поинтересовался он.

– Ого! Ты помнишь мое полное имя? – съязвила Лейн.

Эрно не оценил шутку и серьезно посмотрел на Вивьен.

– Вообще-то я действительно переживал. Когда сказали, что ты упала в обморок, я ужасно испугался и хотел прийти к тебе, но меня не впустил проклятый Корвин, – фамилию преподавателя Лингстер произнес крайне пренебрежительно.

– Скажи ему спасибо, что помог мне очухаться.

Лингстер задумался и неожиданно выдал с твердой уверенностью в голосе:

– Если так ты меня простишь, то я скажу. Хочешь, коснись меня и почувствуй, что я говорю правду, если твоя способность как-то в этом поможет.

Глаза Вивьен округлились. Она прекрасно считывала, как Эрно не любил Корвина, и понимала, что переступить через свою гордость и поблагодарить преподавателя ему будет крайне сложно. Но по глазам она видела, что намерения Лингстера серьезны. Неужели он готов ради нее пойти на этот шаг?

Однако соглашаться Вивьен не спешила. Представила, как нелепо будет выглядеть эта сцена, и решила, что неловко будет всем троим.

– Хорошо, Эрно, я прощаю тебя, – спокойно ответила она. – Но не нужно этого делать. Поверь, это лишнее. Я оценила твое рвение, правда.

Казалось, лицо Эрно просияло. Он и не думал, что Вивьен так быстро простит его. Однако Лингстер решил пойти дальше и на самом деле поговорить с Корвином, дабы удивить одногруппницу еще больше.

В обед, когда все собрались в столовой, Лингстер, отогнав от себя друзей, завел непринужденный разговор с Вивьен. Та не сопротивлялась, больше слушала, чем говорила сама. По крайней мере, Эрно не делал ничего предосудительного, поэтому можно было его не отталкивать, хотя в душе Вивьен понимала, что ей куда комфортнее без него.

Забалтывая Вивьен, Лингстер как бы случайно подвел ее к Корвину, который в это время набирал еду в поднос. Преподавателю совершенно не было никакого дела до студентов. Вивьен, заметив, как близко они подошли к нему, захотела свернуть в другую сторону. Ей почему-то была неприятна мысль, что он увидит, как она сядет есть рядом с Эрно. Но Лингстер громко окрикнул преподавателя:

– Мистер Корвин!

Тот медленно повернул голову, и до Вивьен дошло, что одногруппник собирался сделать.

– Нет, Эрно, – умоляюще пролепетала она, – я же говорила, что не нужно…

– Очень даже нужно, Ви, – он снова вернулся к своей манере.

Вивьен захотелось сбежать, лишь бы только не быть свидетелем нелепого вымученного разговора, который сейчас состоится.

– Я вас слушаю, Лингстер.

– Я хочу сказать вам спасибо за то, что утром вы помогли Вивьен. Не знаю, что с ней произошло, но я очень переживал, и мне было крайне неприятно, что вы не позволили мне побыть с ней рядом. Но она сказала, что вы помогли ей восстановиться, за что я вам благодарен.

Корвин с неподдельным недоумением оглядел студента, а после перевел взгляд на Вивьен. Та обреченно покачала головой.

– Вы умеете благодарить, Лингстер? Я думал, вы даже такого слова не знаете, – с иронией произнес Ричард.

Лицо Эрно не дрогнуло. Он продолжал в упор смотреть на преподавателя. Ужасно хотелось бросить колкость, но он держатся, поджимая губы.

– Ладно, я принимаю вашу благодарность. Я просто выполнял свою работу, вот и все. Не отдыхать сюда приехал, – равнодушным тоном сказал Корвин и продолжил наполнять поднос.

Эрно отвел Вивьен к свободному столику, за которым они устроились и принялись обедать. Лейн уже сто раз пожалела, что вообще заикнулась о Корвине, когда Лингстер интересовался ее самочувствием.

– Я же просила тебя этого не делать, – немного возмутилась она.

– Ты ценишь поступки, – жующим ртом говорил Эрно, – вот я и показал, что способен их совершать, а не просто трепаться.

Молча кивнув, Вивьен продолжила есть. Ей стало приятно, что Эрно переступил через свою неприязнь к Корвину, но в то же время было до ужаса неловко перед самим преподавателем. Понял ли он, зачем Лингстер это сделал? Скорее всего, да. Что он думает о Вивьен, видя, что она общается с Эрно, как ни в чем не бывало?

И, казалось бы, какая разница, что подумает Корвин? Но Вивьен это почему-то заботило. Она взглядом нашла преподавателя, сидящего в другом конце столовой. Он с хмурым видом поглощал суп, глядя в одну точку перед собой. Вивьен предпочла бы сейчас сидеть рядом с ним за столом, нежели с Эрно. Но ничего уже не изменить. Тем более что к Корвину подсели другие преподаватели и завели разговор о своем.

После обеда проводилось занятие по ментальной магии на свежем воздухе. Тех, у кого уже открылись ментальные силы, объединили в группы в зависимости от способностей. Вивьен познакомилась с двумя девушками, которые утром хмурились на Дебору. Миссис Гордьюнер давала им упражнения по тому, как сдерживать энергию и не пускать ее всякий раз к другому человеку, ловя его эмоции или передавая свои. Одна из девушек уже давно открыла в себе эмпатию, и для нее это не представляло труда, а вот вторая вместе с Вивьен мучилась. Контролировать эмпатию было непросто. Вивьен вообще еще не до конца чувствовала эту способность. Казалось, что все ее проявления происходили случайно.

После этого занятия Дженкинсон проводил практику по улавливанию воздушных потоков. Вивьен поникла, в очередной раз убеждаясь, что ее тело и энергия сопротивляются стихийной магии. От Деборы это, конечно, не ускользнуло, и та с превеликим удовольствием демонстративно подчиняла и направляла потоки, которые иногда как бы случайно летели в Вивьен.

Другие ученики прекрасно видели, в каких отношениях находились девушки, но большинство вставало на сторону Деборы, видя в ней лидера. Вивьен это разочаровывало, ведь Дебора сама по себе практически ничего не представляла. Но толпа чаще всего ведется именно на таких: заносчивых, самоуверенных, острых на язык. Каждый понимает, что, если он пойдет против такого человека, то может сам стать предметом издевок, обсуждений, может стать изгоем. Никому не хотелось бы этого, поэтому проще признать лидерство человека, с кем, возможно, в душе они и не согласны во многом.

Поздно вечером Вивьен снова пришла в столовую, чтобы заварить отвар. В каморке она увидела Корвина, который пришел за тем же самым. В отличие от Вивьен, он просто набирал кипяток в стакан и шел в свою комнату. Ему не было нужны заваривать травы именно в столовой, ведь соседей по комнате у него нет.

Заметив студентку, Ричард разочарованно покачал головой, глядя ей в глаза. Вивьен казалось, что он смотрел ей глубоко в душу. И так захотелось отступиться от своей идеи и выбросить красный сбор, никогда больше не иметь с ним дел. Но все-таки она не могла себя пересилить.

Корвин не проронил ни слова. Взяв стакан, он молча вышел, по пути случайно задевая локтем Вивьен. Она почувствовала его обиду. То ли от того, что она снова пила отвар, то ли от того, что общалась с Лингстером и простила его, то ли от всего сразу.

Вивьен долго не могла уснуть. После выпитого отвара резко скрутило живот, и она корчилась, пытаясь усмирить боль. Пусть лучше так, чем падать в обморок и снова оказаться у Корвина в лечебном кабинете. На самом деле ей хотелось бы оказаться с ним рядом. Но не там, не по этой причине.

Думая о Корвине, Вивьен вдруг осознала, что этот человек стал посещать ее мысли чаще, чем кто-либо другой. Например, чаще, чем тот, кто был ей ближе и роднее всех. Тот, о ком она никогда не забудет. Тот, кто навсегда останется лишь в ее памяти. Тот, без кого в мире вдруг стало пусто. Тот, по кому она плакала в день ярмарки.

Но вот появился Ричард, и пустота внутри словно начала заполняться чем-то другим. Имеет ли Вивьен право на то, чтобы забыть о своей скорби, отвлечься от нее? Где-то в глубине подсознания она понимала, что да. Нельзя поникать от утраты вечно. Но сердце болело от мысли, что она сейчас здесь, живет и существует, а его нет. Когда Вивьен вспоминала о нем, казалось, что он все еще есть. Он все еще в этом мире. Но это лишь иллюзия. Его нет.

Снова мысли утекли в черную дыру из печали и отчаяния. Вивьен опять вспомнила август и то, что произошло. Слезы нахлынули рвущимся потоком, и она вжалась в подушку, пытаясь плакать бесшумно, чтобы не разбудить соседок. Никому не стоит знать, как ей тяжело.

Позже Вивьен уснула. Она понятия не имела, что вместе с ней в комнате не спала и Алиса. Одногруппница прекрасно знала, что Вивьен плакала, как знала и о причине этих слез. Когда Вивьен погрузилась в сон, Алиса и сама окунулась в омут безысходности от потери, пытаясь спрятаться под одеялом и не всхлипывать. Она, как никто другой, понимала Вивьен и испытывала те же самые скорбные чувства.

По тому же самому человеку.

Глава 12. Неизвестный человек

Весь следующий день лил сильный дождь. Но Дженкинсона плохая погода не остановила, и он организовал очередную практику – на этот раз по магии воды. После плотного завтрака всех студентов повели на площадку, не снабжая зонтами или плащами. Крутом царило негодование и непонимание, мокнуть никому совершенно не хотелось. Хорошо было лишь тем, кто уже обладал водной магией, те просто отгоняли от себя капли.

– Чаще всего способности, особенно стихийные, проявляются в экстренных ситуациях, – пояснял Дженкинсон. – Когда нам очень нужно спастись или защититься от чего-то, например. Вот сейчас идет ливень. В городе вы сразу прячетесь под крыши, зонты, но не пытаетесь почувствовать стихию. А сейчас вам будет некуда деться, поэтому постарайтесь направить свою энергию на спасение от дождя.

Ловя на себе холодные капли, студенты недовольно стояли, разбросанные по всей площади так называемой лесной аудитории. Пахло сыростью и мокрой корой.

– Чувствую себя грибом, – улыбнулась Алиса, подставляя лицо под капли дождя.

Казалось, ее такая погода совершенно не волновала и не приносила дискомфорта.

– А я чувствую, что заболею после этого занятия, – с небольшим возмущением подметила Вивьен.

– О, Лейн, да ты же мечтаешь об этом! – тут же влезла в разговор Дебора. – Заболеешь, так тебя сразу к Корвину отправят.

– Смотри, чтобы тебя никуда не отправили, например, к психически больным, – буркнула про себя Алиса, но Вивьен услышала и удивилась тому, что тихая одногруппница вслух съязвила Деборе, хоть та и не расслышала фразу, сосредоточив свое внимание лишь на Лейн.

Вивьен не стала ничего отвечать Ливс, а пыталась ощутить стихию. Но ничего не чувствовала. Ни воду, ни воздух. Впрочем, она и не надеялась почувствовать воду. Обычно у тех, кто склонен к магии, появляются всего две способности. Больше – великая редкость. Вивьен вообще думала, что у нее будет лишь одна.

Спортивный костюм с каждой минутой все сильнее намокал, прилипая к телу, от чего появились мурашки, стало зябко. Длинные волосы совсем промокли и еще больше растянулись под тяжестью воды. Хотелось скорее вернуться в помещение и переодеться. По лицам других студентов Вивьен понимала, что и они желали того же. Один из студентов вдруг громко крикнул о том, что у него получилось. Кажется, он впервые почувствовал, что водный. Другие одобрительно охнули, а преподаватель поздравил ученика с новой способностью.

– Ну вот! – воскликнул Дженкинсон. – Не все так безнадежно.

Когда всех студентов вернули в помещение, они сушились с помощью огненных и водных. Одни испаряли влагу, другие вытягивали.

– А если мы и правда заболеем? – недовольно спросил один из студентов.

– Не заболеете, – с непоколебимой уверенностью заявил Дженкинсон, – утром в столовой вы пили не просто чай. Вам туда добавили зелье, укрепляющее иммунитет, так что ничего с вами не случится.

Эта новость студентов слегка успокоила, хоть и имелись недовольные от того, что их не предупредили.

– Если бы вам сказали о зелье, – вкрадчиво пояснял преподаватель, – то вы бы расслабились совсем, и плевать бы вам было на то, что заболеете. А так вы переживали, от чего энергия быстрее пыталась вас защитить.

Дальнейшие занятия проводились уже в небольших кабинетах отдельно для каждой группы. За весь день Вивьен ни разу не встретила Корвина, словно он скрывался. Даже в столовой не удалось пересечься. В памяти все еще всплывал его разочарованный взгляд, и это ухудшало настроение до невозможности. И вновь посетило чувство бесконечного одиночества.

Думая о Корвине, Вивьен понятия не имела, что встретит его этой ночью.

Миссис Гордьюнер велела провести практику по онейромагии – способности проникать в чужие сновидения. Перед сном студентам дали специальное зелье – анисовую бодрость. Для организма оно безвредное, и человека, который не имеет склонности к магии сновидений, оно просто усыпит. Онейромаги же под действием этого зелья могут с легкостью проникнуть в сон другого. Студентам также велели убрать от себя артефакт защиты от магического воздействия и предупредили, что в их сегодняшний сон могут попасть.

Перспектива встретиться с кем-то во сне не сулила ничего хорошего. Вивьен сразу же испугалась после объявления о такой практике. Она точно не является онейромагом, а вот в ее сон проникнуть вполне могут. Тем более, оказалось, что ее соседка из третьей группы – онейромаг. Вдруг ей вздумается попасть именно в сон Вивьен? И мало ли, что может присниться.

Игнорируя правила, Вивьен не допила зелье, а ночью не стала засыпать. Сон как-то и не шел. Девочки в комнате уже мерно сопели, будучи под действием зелья, но Лейн лежала с открытыми глазами, глядя в окно на луну, свет которой покрывал верхушки деревьев леса.

Обстановка была тихая и спокойная, но вдруг что-то мелькнуло, словно кто-то пробежал мимо окна. Комната девушек располагалась на первом этаже, и было видно, как другие могли ходить по улице. Но кто мог гулять в столь поздний час?

Долго не раздумывая, Вивьен подошла к окну. Неподалеку от их комнаты стоял человек. Лейн не могла понять, кто это и в чем он, но определила, что голова была повернула вверх, глядя на второй этаж. Стало вдруг не по себе. Что это за человек?

Вивьен боялась шелохнуться, будто это могло ее выдать перед незнакомцем. Тем более что окно ее комнаты было приоткрыто. Показалось, что человек осматривал стену, раздумывая, как забраться наверх. Но этого делать не пришлось. Открылось окно на втором этаже, и из него выпрыгнул другой человек. Его Вивьен узнала бы при любых обстоятельствах, даже в темноте ночи. Корвин.

От неожиданности и испуга Вивьен зажала себе рот ладонями, стараясь дышать медленнее и тише. Она молча наблюдала за тем, как мужчины отошли куда-то в лес. Из-за мрака Вивьен не могла распознать, как далеко они ушли. Она еще долго стояла, смотря в окно, не в силах отпустить ситуацию. Наконец силуэт преподавателя начал вновь приближаться к их базе. Вивьен испытала облегчение от того, что Корвин вернулся цел и невредим, но ее смутила другая деталь. Второго человека не было.

Конечно, залезть по стене в свою комнату Ричард не мог, поэтому он пошел как-то обходить, но Вивьен уже не видела этого. Решив, что можно выбежать из комнаты под предлогом того, что захотелось пить, она накинула на себя халат и помчалась, стараясь не шуметь.

Вивьен знала, что для прохода к лестнице на второй этаж нужно в любом случае пройти мимо их коридора, поэтому замедлилась, прохаживаясь по нему. И вот из угла вышел Корвин. Видя стоящую перед ним студентку, он вздрогнул от неожиданности и остановился. Но, всмотревшись, узнал ее, и оцепенение спало. Вивьен ждала, когда же он к ней приблизится, но сердце в это время стучало, как бешеное.

– Вы что здесь делаете? – прошептал Корвин.

– Жажда одолела, ходила попить воды, – тоже шепотом ответила Вивьен. – А вы что, были на улице?

– Не мог долго уснуть, вот и решил освежиться.

Считая, что встреча в коридоре являлась простым совпадением, Ричард был спокоен и хотел уже пройти дальше, но Вивьен не поверила ему и остановила.

– Почему тогда вы вышли не через главный вход, а спрыгнули со второго этажа, как сумасшедший?

Корвин снова оцепенел. Он медленно обернулся, пытаясь в темноте поймать взгляд студентки. Понял, что она все-таки не просто так здесь оказалась. Вивьен тем временем показалось, что на лице преподавателя была какая-то грязь, и посетила ужасающая мысль, что это кровь. Также ей померещилось, будто в его глазах вновь мелькнуло что-то красное, но это длилось всего лишь секунду, от чего она приняла увиденное за наваждение.

– Вам так нравится за кем-то следить? – осведомился Корвин с раздражением.

– Я не следила, а просто посмотрела в окно. Уж простите, но я не знала, что именно в этот момент вы решите спрыгнуть и смотреть нельзя. Так что вы сами не позаботились о том, чтобы остаться незамеченным.

Корвин молчал.

– Так вы скажете, что это было? – с нетерпением наседала Вивьен.

– Мне нужно поспать, как и вам, Лейн, – отмахнулся Ричард от ответа, – и я уже нагулял это желание. Не в состоянии сейчас что-то обсуждать. Доброй ночи.

И он быстрым шагом последовал на второй этаж, оставляя Вивьен одну со своими теориями, некоторые из которых были весьма пугающими. Что если Корвин убил того человека? А если тот пришел не просто так, а сам хотел напасть? Это был кто-то из сотрудников и студентов или кто-то совершенно чужой?

Вернувшись в комнату, Вивьен до сих пор не могла заснуть. Лишь под утро она задремала, но до подъема оставалось не так много времени. И снова закружилась голова. Вивьен могла бы перетерпеть это ощущение, подождать, но подумала, что так есть шанс обсудить ночное происшествие с Корвином наедине. Да, Дебора или кто-нибудь еще опять может начать сплетничать, но это не так волновало.

– Вивьен, милая, у тебя какие-то проблемы со здоровьем? – искренне переживала Неймар, когда студентка обратилась к ней с жалобой. – Ты уже не первый раз в таком состоянии, и меня это очень пугает.

Вивьен лишь пожала плечами и не стала ничего говорить, да и голова была затуманена. Адриана отвела ее в кабинет Корвина, сообщила о своих беспокойствах и оставила их двоих наедине.

– Опять побочное явление от сбора? – осведомился Ричард. – Или вы искали причину, чтобы встретиться со мной?

– И то, и другое, – не стала скрывать Вивьен.

Корвин усадил ее на кушетку. Он видел, что студентка не врет и действительно испытывает головокружение. Пальцами обеих рук Ричард дотронулся до висков Вивьен, посылая свою целительную энергию. Разум Лейн вмиг стал проясняться. Она вдруг осознала, что теплые пальцы Корвина сейчас ее касаются, и испытала легкий испуг, что он поймает ее эмоции, но их удалось сдержать. К счастью, у нее это стало иногда получаться. Чувствуя, что головокружение у Вивьен прошло, Ричард медленно чуть провел пальцами вниз, будто поглаживая, но тут же убрал руки, прижимая их к себе, будто ничего и не было.

– Расскажите мне, что было ночью, – попросила Вивьен, хотя голос выдавал ее смущение.

– А я должен? – холодно произнес Ричард.

Лицо его вновь выглядело измученным, будто прошедшая ночь всерьез отразилась на нем. И Вивьен хотелось узнать, что же произошло на самом деле.

– Мне страшно, – вдруг выдала она. – Я боюсь, что есть какая-то опасность. Я видела, что перед вашим окном стоял незнакомый человек, а потом вы к нему спрыгнули. Это же безумие! Нельзя прыгать с такой высоты! Да и ни с какой нельзя! Можно же разбиться и пострадать! – Вивьен стала говорить более пылко, но усмирила свои взбушевавшиеся эмоции и вернула спокойный тон. – И я видела, как вы оба отправились в лес с этим человеком, но вернулись одни. Почему? Куда делся он?

Сжимая челюсть, Корвин нервно провел по темным волосам. Беспокойство сквозило во всех его движениях, как бы он ни пытался это скрыть.

– Вивьен, вам не кажется, что вы лезете не в свое дело? Почему вы вдруг возомнили, будто я должен рассказывать вам что-то о том, что касается только меня и никого больше, уж тем более вас? По ночам положено спать, а не следить за тем, что происходит вокруг. Чем меньше вы знаете, тем крепче спать будете.

Вивьен была согласна с тем, что у нее нет никаких оснований и прав, чтобы устраивать преподавателю допрос, но не могла себя остановить. Ей захотелось быть очень честной и говорить все, как есть.

– Я и спать боялась, – застенчиво призналась она. – Вы же знаете, что сегодня проводилась практика по онейромагии. Но ведь нельзя предугадать, что может присниться. Вдруг мои сны бы увидели? Вдруг узнали бы мой секрет? Или ваш тоже?

От этого допущения и Корвину стало не по себе. Он не задумывался о том, что мог присниться студентке, хотя возможно все, так как сны – всего лишь игры подсознания. Ему ведь тоже могла присниться Вивьен. И даже снилась после того, как он помог ей на ярмарке. Образ девушки, страдающей от неведомых и чрезмерно сильных волнений, весь вечер не давал покоя Ричарду. Сердце сжималось от того, что ее явно что-то тревожило и пугало, но он не знал об истинной причине. Попрощавшись с Вивьен, он винил себя за то, что так и не смог должным образом успокоить и поддержать. Той же ночью, пускаясь в омут сновидений, он все-таки смело обнял ее, утешая и не думая о том, что их увидят другие. Во сне они словно были отделены от всего мира. И Корвину это нравилось. Это был единственный нормальный сон за последнее время. Чаще всего Ричарда преследовали мучительные кошмары, навеянные тяжелым прошлым, от которых он просыпался в холодном поту и не сразу понимал, сон это был или явь. Только никому не следовало знать о его снах. Ни о кошмарах, ни о сне, где присутствовала Вивьен.

– Я польщен, что вас так заботит моя тайна, – вроде с сарказмом, а вроде и серьезно сказал Корвин. – Так и быть. Раз вы стали свидетелем того, что описали, то нет смысла скрывать. Да, я общался с одним человеком. Его личность раскрывать уж не буду. Разговор был срочный, и мне было быстрее выйти именно через окно. Так как я целитель, то удар по ногам мне легко потом облегчить, ведь регенерация моего тела происходит быстрее, если вдруг что-то повредится. Понимаю, эта ситуация со стороны может показаться странной, но мы просто отошли и побеседовали, после чего мирно разошлись.

– Но куда ушел он? – с подозрением спросила Вивьен. – Здесь же вообще нет жилых домов поблизости.

– Приехал, а потом уехал, соответственно, – сухо пояснил Ричард.

Как бы Вивьен ни старалась, ей не верилось в рассказ преподавателя. Слишком странной казалась ситуация. Но она поняла, что больше ничего не добьется, Корвин явно не хотел ей признаваться. В воздухе повисло молчание. Вивьен не знала, стоит ли еще о чем-то спрашивать, или лучше встать и уйти, ведь задача по ее исцелению уже выполнена.

Краем глаза она заметила, как Корвин немного дернулся и будто тихо прорычал. С опаской глядя на него, Вивьен поймала крайне странное выражение лица, будто преподаватель боролся с чем-то внутри себя.

– С вами все хорошо? – с беспокойством поинтересовалась она.

– Да. Мне нужно идти. И вам тоже, – в голосе Ричарда отчетливо слышалось нетерпение вперемешку с раздражением.

И Вивьен вновь вспомнила о его пугающих переменчивых эмоциях. Неужели сейчас опять происходит подобный припадок? Ей вдруг стало боязно находиться здесь вдвоем с Корвином, когда он перед ней пребывал в столь непонятном состоянии. Поэтому Вивьен просто вышла из кабинета и быстро помчалась на занятия.

Студенты снова занимались на улице, и Вивьен заметила, как Эрно болтал с Деборой. Это зрелище ее обрадовало, ведь так ни один из них не будет лезть. Но радость оказалась недолгой. Заприметив Вивьен, Эрно сразу направился к ней, напрочь забывая о Деборе.

– Ви, ты опять меня пугаешь, – произнес он, хватая Лейн за плечи, – что с тобой?

– Ничего страшного, у меня бывает плохое самочувствие по утрам.