Текст книги "Дочь Мидисы (СИ)"

Автор книги: Кристина Шефер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

Шарик спокойно повторял мои движения руками на расстоянии. То удалялся, то приближайся. Двигался, но не ломался, как до этого! И вода вращалась внутри.

Я была в восторге! И как только появился восторг – шарик лопнул.

Но система понятна. Сделала раз, сделаю и два.

И дело пошло.

Часов в пять дверь открылась и вошёл Ким. Оглядев меня, он очень удивился.

Я была все ещё мокрая, но уже с 20 летающими шариками, повторяющими мои движения.

– О как! Красиво. Ты прям мастер стихии.

Я засмеялась. – Скажешь тоже. – И наученная горьким опытом, медленно вылила все шарики по одному в ведро.

– Да ладно тебе. Я вот ни разу не видел, как водники тренируются. Как-то не пришлось. – и сменил тему – Я тебе купил халат, платье, две нижних рубашки, пару палантинов. На этом пока все. Завтра пойдем вместе. Колин вернётся, может, станет понятно, как убраться отсюда. От этого и будем исходить, какую одежду брать. Пока ничего не ясно смысла нет.

– Можешь воду поставить? Мне это все отковырять надо. Чешется. – показал он на свое лицо.

– Да, конечно. Я налила воду из этого же ведра в котелок и поставила на огонь.

– Спасибо. – тут его взор упал на стол с продуктами. – это что?

– Маркус сказал вечером его не будет, нужно будет готовить самим.

– Ясно. Не проблема. – и с ухмылкой посмотрел на меня, снимая халат и закатывая рукава – А ты готовить умеешь?

– Честно? Нет. Где бы мне этому научиться. Нам еду давали уже готовую, а в лаборатории еду готовить незачем. Там лекарство, чаи, да всякое такое делали. Еду не готовили.

– Понятно. Что ж, сейчас помоюсь, буду учить… Кто знает, как сложится, а готовить оно всегда пригодится. Да и вполне может статься, что путь будет долгим. А там мы часто все обязанности делим на всех и по очереди. Да и в жизни такие знания могут пригодиться.

На том и порешили. Под шутки и шипение Кима мы сперва сняли с него грим. Потом он умылся. Поменяли повязку на руке. Я проверила ожог на лице. Все выглядело неплохо и уже начало подживать. Но пройдет ещё неделя минимум прежде, чем все заживет. Даже с нашими зельями. Закончив с повреждениями Ким стал показывать, как готовить. Замочил крупу, помыл водой мясо, показал, как его нарезать, как овощи чистить, резать. Мне доверил нарезать морковь и лук. Это я уж умела. Сколько трав приходилось крошить.

Затем сперва поставили мясо на огонь, потом добавили овощи и последним крупу. Посолили, добавили других специй. Надо сказать, пахло уже весьма аппетитно. Поменяли положение котла, чтобы не такой жар был. Теперь готовиться будет долго.

Пока готовили, Ким рассказывал забавные истории из своей жизни. Было очень интересно и смешно. Как он коня стащить хотел маленький, да в итоге не он коня угнал, а конь его пригнал к вождю. Как на охоте первого зайца подстрелил. Сперва был жутко горд, а потом так жалко стало.

Когда еда была готова, сели ужинать. Каша получилась вкусной, наваристой. Вкуснее, чем меня кормили тут, и даже чем кормили у господина Иза. Хотя, может, это потому, что готовили сами?

Колина так и не было. Я переживала, Ким успокаивал, мол такое бывает. Ничего страшного. Но было видно, что тоже дёргается.

Колин пришел, когда мы уже ложились спать. Весь в каких-то лохмотьях, вымотанный донельзя, с грязным лицом, шапкой какой-то странной на голове.

– Какой ты колоритный?

– Не подкалывай.

– Да как тут удержаться – сморщился Ким.

– А что делать? В доки больше ни ногой. Еле оторвался. Даже вот, прихорошиться пришлось – сказал Колин, стягивая лохмотья, намотанные поверх прежней одежды.

– Как же ты сбежал? – полюбопытствовала я.

– Сейчас покажу – вздохнул Колин, выпил воды прямо из кувшина, завернулся обратно, взял палку, что оставил на улице, сгорбился и начал просить подаяние, брюзжать, что молодежь уже не та, что годы не те.

Я смеялась до слез. И ведь так достоверно играл. В жизни бы не догадалась.

Довольный Колин выпрямился, улыбнулся усталой улыбкой и стал заново раздеваться.

Через полчаса, сняв грим и переодевшись, он сидел и наворачивал нашу кашу как будто неделю голодал, параллельно рассказывая, что произошло.

Выяснилось, что доки досматривают так, что не проскочить. Причем проверяют все и с большим количеством людей. Корабли досматривают внимательнее, чем когда была война. Даже каждый мешок с зерном проверяют. Заставляют открывать бочки и тыкают саблей. И так со всеми товарами. Пассажиров досматривают очень тщательно, особенно женщин. Осматривают даже свободных, проверяют шеи, волосы, прощупывают все включая голову, лицо.

– Дела… – подвёл итог Ким.

– Да. – согласился Колин.

– А зачем шеи смотрят?

– Проверяют в целом на маскировку. А шеи смотрят, так как у недавних рабов все ещё есть натертости от ошейника. Вот эти. – Колин подошёл и у зеркала из чемоданчика показал мне пару натертостей на ключицах. Да… стало неприятно.

– Они заживут же?

– Ты же медик! Заживут через пару недель.

– А какие есть ещё варианты? Есть же? – спросила я, подавшись вперёд к ребятам.

– Караваном. Но там наверняка тоже всех досматривают так, как не смотрели в лучшие годы. Чувствую прям. Надо думать как. Водой точно не получится. Там даже выкупить не получится лодку.

На этой грустной ноте легли спать. А с утра пришел Маркус с едой и новостями. Сказал, что среди местных подпольных каналов слышно, что ищут полукровку мидиса, степняка и девчонку-полукровку. Цену предлагают хорошую. Описание предоставлялось. Приказано всех убить. Особенно девчонку.

Я впала в шок. Как? Почему?

Мужчины тоже выглядели озадаченными. Они думали, что причина в них. Что до этого где-то прокололись. Все доки перекрыли, караванный путь по всему маршруту тоже проверяют очень бдительно, да и по городу ходят, смотрят. Маркус не советовал даже под масками нам выходить за город. Постоянно маскироваться, чтобы не выдать себя, не выйдет. Тут хотя бы мы не светится особо и есть возможность менять грим. Больно долго ехать. А при таком количестве народа, что охотится за нами, даже маленькая оплошность приведет к вопросам.

Я не знала, что делать. Мужчинам пока тоже в голову ничего не приходило. Не сидеть же тут вечно?!

Решили отложить вопрос. Может отзовут людей, подумают, что упустили. А может до чего додумаемся.

Ребята попросили Маркуса ещё закупиться едой. Брать из храма постоянно тоже не хорошо, да и постной кашей сыт не будешь. Тем более мы тут, видимо, на достаточно длительное время, а не на неделю максимум, как рассчитывал Колин.

Далее провели ревизию всего, что у них есть и установили слежку за мечетью. Для этого разместили несколько артефактов, что подают знаки, если в поле видимости попадают не послушники. При поступлении в послушники проводится специальный ритуал, который вплетается в ауры. Так что настраивались артефакты на отсутствие этого дополнения, ну и на нас. Так же теперь ещё пара агентов стали чаще посещать мечеть и прогуливаться вдоль территории. Это все было на расчет, если вдруг сунутся, чтобы было время скрыться. Благо выходов тайных отсюда хватало, но знало о них лишь вышестоящее руководство, да пара послушников.

Я тоже влезла со своими вопросами. Интересно было – как Маркус может быть послушником и их шпионом одновременно? Да ещё внешне он местный. Грим столько времени не проносишь. Выяснилось, что все достаточно просто. Маркус изначально и был шпионом причем тут, в Талии. Его родители талийцы. Погибли, когда ему было около девяти лет. А вот воспитывал его уже местный шпион – мидисец. Пару лет назад произошла заварушка и случайно убили послушника, который просто оказался не в то время, не в том месте. Так им пришла идея поставить на это место своего человека. Да и вера позволяет послушникам, да и священникам, иметь семью тоже, это в случае чего. Вот и отправили Маркуса под видом послушника на замену из другого храма.

Тут этому удивились, они только недавно узнали о кончине послушника, но Маркус уверил, что вроде как на обучение ехал к ним же, и если будет место, то был бы счастлив остаться. Настоятель не стал заморачиваться и взял парня, радуясь, что не нужно возиться с бумажками и ждать. Есть и есть. Да и появился вовремя. Парень прижился. Со временем стали доверять больше. Вот даже про ходы в итоге знает.

Да, маленький момент про храмы. В нашем мире считается, что существует два бога: Светлая богиня и Темный бог. Как и виды храмов. Я уже объясняла. У каждого бога есть свои последователи, тоже святые. Но в разных местах сами храмы называются по-разному, зависит от культуры. Но назвав храм храмом вы нигде не ошибетесь. Раньше было многобожие. Когда его начали искоренять и заменять на другую веру – люди сопротивлялись и не захотели принимать новую веру. В итоге в разных странах поклоняются одним и тем же богам, но немного с разной колористикой и дополнениями. Считается, что боги всепонимающие и согласились на такие уступки. Тут это мечети, на севере церкви, на востоке часто называют молельни. Только у степняков это на словах официальная вера, а вот по факту чтят тех же духов и общаются с ними очень тесно. Темному и Светлой чаще приносят подношения два раза в год на праздник Зимнего солнцестояния и на праздник по случаю сбора урожая. У степняков в большем почете это места силы, то есть специальные места, напитанные силой. Там можно пообщаться с духами, например леса или озера. Каждое место принадлежит определенным духам, хотя иногда они позволяют связаться и с другими духами или сами передадут им сообщение. Подробнее как это работает я, к сожалению, не знаю.

Легли спать в этот день мы поздно, но не спалось ещё долго. Я лежала, разглядывала свет на стене, шторку и луну, заглядывающую в окно, пыталась понять почему за нами охотятся, но ничего не приходило в голову. Должна же быть причина. Для местных я обычная рабыня. Одаренная, но обычная. Хотя вот история моего попадания в рабство и местонахождения сейчас кажется очень странной. Но что я могла бы знать такого или уметь, чтобы убивать? Для местных ценности особой я не представляю. А нападали на нас именно, что местные. Про магию только Колин да Ким знают. Я была крайне осторожна, и никто не видел, как колдую. Интуицию так вообще не докажешь. Это даже не то, чтобы и магия…

Далее мы сидели в домике безвылазно неделю.

Где-то в Талии

Стук. Агент вошёл в до боли знакомый кабинет начальства. Он очень не любил быть вызванным сюда, ничего хорошего это не сулило. Тем более, когда у него не было положительных новостей.

– Вызывали? – с поклоном не спросил, а скорее пропищал агент.

– Есть новости?

– Мы ищем. Пока ничего. В порту никого похожего или подозрительного не замечено. Прочесываем город. Все выходы из него проверяются.

– Медленно работаете. – ответил хозяин. Встал, прошёлся по кабинету и налил себе вина из старинного хрустального графина, отпил, покрутил оставшуюся жидкость в бокале – возьми мой личный отряд. Далее вести поиски и отчитываться будет Норман.

Агент вздрогнул, но поклонился ещё ниже показывая, что услышал и принял приказ. Капелька пота стекла по его виску, выдавая нервозность и напряжение мужчины. Этот отряд головорезов боялись даже свои. Они не люди. Люди не могут так работать.

– Вас понял. Я могу идти?

– Дождись Нормана. Он сейчас подойдет. Далее помогаешь ему.

Мужчина выдохнул, поклонился снова и уже с немного облегченной душой быстро вышел.

Дарина. Город

В очередное утро меня разбудил совсем рано Ким. Колина уже не было. Смысл? Дома сидим же все равно. Магией занимаемся с Колином, но сидим. Плюс магичить весь день я не могу, резерва не хватит никакого.

– Дарин, вставай. Мы решили, что чтобы не терять времени, а то мало ли как пойдет, пойдем тебя сегодня одевать. Бывает, что щель, в которую можно выскочить кратковременная. Тут надо хватать и бежать, а не за вещами бегать.

– “Пойдем”? Все что ли?

– Да. Колин ушел за завтраком и помыться. Ты иди мойся, завтракать и гримироваться. Дело это долгое, тебе ещё и в первый раз. Так что в лучшем случае выйдем ближе к обеду.

– Хорошо.

Я ушла, помылась. Вернулась минут через двадцать, мужчины уже переоделись, привели комнату в порядок и только меня и ждали завтракать.

Мы позавтракали в этот раз бутербродами с сыром и яйцами. Далее ребята убрали все со стола и разложили свой чемоданчик.

К делу они подошли творчески и сперва прикладывали то одно, то другое, переругивались, отбирали у друг друга то один блинчик, то другой, то ещё какие-то мохнатые кусочки. В итоге определились на чем-то и стали клеить. Мне приклеили новый нос, лоб, и на подбородок кусок блинчика. После дали полупрозрачные тонкие маленькие пластинки коричневого цвета и попросили положить это в глаз. Жутковато как-то, но я честно пыталась. Глаз закрывался сам куда бы я не смотрела. Спустя минут десять Колин решил сам помочь. Смотреть на так близко приближающееся лицо мага было не просто. Я смущалась и ещё сильнее напрягалась.

Тогда Колин выдохнул, посмотрел на меня уже не как на задачку по алгебре для старших классов. И сперва легонько потрогал мои руки, кисти. Затем подошёл ближе и плавно поднялся руками по моим рукам к плечам, перешёл на шею и легко, еле касаясь, стал трогать мое лицо. Через некоторое время я смогла расслабиться, и его прикосновения стали даже приятны. Они ненавязчиво изучали мое лицо, уши, шею. Когда я расслабилась окончательно Колин стоял уже вплотную ко мне. Следил своими, как выяснилось, темно серыми глазами за моей реакцией и тепло улыбался. Это был первый раз, за исключением нашей первой встречи, когда он тоже был расслаблен и его лицо было живым, а не куском камня, что он изображал, пока меня учил. И не замученное, когда приходил ночью обратно. Всю эту неделю он убил на объяснение теории магии для меня и пояснения, что я делаю не так. Ещё минут через пятнадцать ему таки удалось. Ураа! А теперь второй глаз. С ним было уже намного быстрее. Затем спонжиком меня долго натирали, подкрашивали глаза и щеки. Я чувствовала себя уже расписной картиной.

Убедившись, что закончили, они отошли на пару метров. Потом подошли и пару раз что-то поправляли. Спустя несколько раз наконец согласились, что вот, да, теперь то, что нужно.

На кого я теперь похожа, я смогла понять через минуту. Они посадили меня перед чемоданчиком. Внутри было магическое зеркало. Таким все было нипочем. Хоть бей, со скалы скидывай, взрывай, а им все нипочем будет.

На меня смотрела женщина слегка за тридцать, с карими глазами, о-о-очень вытянутым лицом, приличным таким носом и широкими губами. Вау. Вообще не сказать, что красавица, но что-то такое в ней есть. И главное, если бы я не знала, что это я, в жизни бы не поверила.

После этого меня одели во вчерашний наряд.

Ребята быстро загримировали друг друга. Так это намного быстрее как пояснили они. Стали одеваться и вот тут я от души посмеялась. Колин оделся как средней руки горожанин, ничего интересного. Лицо сделал совсем простое, не запоминающееся, разве что носатое. А вот Ким… Он сделал мой день. Ким стал весьма зрелой женщиной с родинкой на щеке, раскосыми, озорными миндалевидными глазами и очень яркой темно-красной, вишнёвой помадой. Подложил себе одежонку в стратегических местах и вот предстала среднего телосложения, невысокая талийка в темных одеждах с росписью по подолу, что с сыном и его женой идет на рынок.

Я долго не могла спокойно смотреть на Кима. Сперва все посмеивалась, потом же просто улыбалась.

На рынке я ни разу не была. Нас не выпускали за пределы поместья. Хотя из дома сам город было видно. И пару раз с охраной мы выезжали, было дело, но в город ходили рабы-слуги. Нас же, будущих наложниц, не пускали.

Рынок оказался очень шумным местом, с широкими, но уж очень людными проходами. По бокам с обеих сторон стояли палатки с товарами. Сверху частично тянулись натянутые палантины, чтобы создавать тенек. Мои глаза разбегались. Все было интересно, ярко. Ряды такие красочные и так много всего. Ребята смеялись надо мной, что я как ребенок. Пыталась не пялиться так уж откровенно, но что есть, то есть. А вот в самих товарах я разочаровалась. Оказалось, что, чтобы найти что-то нормальное, нужно обойти пол рынка. По итогу мне взяли новые удобные сапожки с уплотнителем, греющем в холод до минус 20, так же и охлаждающем, если температура на улице до плюс 35. Крайне удобная вещь. Несколько рубашек простых, по которым не было понятно мужские или женские. Несколько мужских подростковых штанов на меня. Двое легких и одни теплые.

От белья я отказывалась, но мне быстро объяснили, что в дорогу оно нужно максимально удобное, из хорошей ткани. Если где-то натрет или будут дырки не в тех местах это может стать проблемой в пути.

В магазин, а это был именно магазин, я заходила с пылающим лицом, так как Ким пошел со мной. Как он сказал: “Тетушка Вива не может оставить свою доченьку без присмотра и совета”. Ага, как же.

Продавщица как нас увидела, расцвела профессиональной улыбкой, подплыла и начала показывать шелковые, кружевные и максимально неудобные, но дико красивые комплекты. Я раскраснелась и растерялась от такого напора и красоты. И все это в присутствии мужчины. Наборы действительно были очень интересные. Ким же, хохоча прекратил это безобразие и, постоянно причмокивая губками пояснил, что нам надо ехать в другой город к тётке, потому лучше что-то максимально удобное.

Девушка расстроилась, но оказалась понятливой. Через ещё двадцать минут мы вышли с кульком белья и носочков.

Колина снаружи не было, но мы его быстро нашли в соседнем ряду, среди верхней женской одежды. Он выбирал мне куртку потеплее. Зачем теплая куртка в пустыне или на море спросите вы? Затем, что в пустыне днём температура высокая и жарко, но к ночи она прекрасно падает и летом может быть и плюс пятнадцать. Так же и на корабле всяко может быть. Так что теплая куртка наше все.

– Коричневая или бежевая? – спросил он как мы подошли.

– Коричневая. – сказала я – Бежевая из малума. Такая сильно тепло держать не будет. А вот если надо что-то от ветра с небольшим утеплением – в самый раз.

– Откуда такие познания? – спросил Колин, когда мы отошли подальше от палатки и пошли по направлению к кафе и ресторанам.

– Часть зелий, что мы делали, требовали какое-то время доходить в холоде или в принципе хранились именно в холоде. Бывало, кому-то нужно было находиться вместе с зельем и смотреть, чтобы оно не переохладилось в подвале с ледником. А там холодно. Мне часто приходилось их готовить, вот мама Ариша и объяснила, вспоминая молодость, о разновидностях шкур, как их выбирать и даже обрабатывать. Сама я такого никогда не делала, но слушать и трогать меха было интересно. Так же пару раз нам пытались подсунуть ненастоящий мех. Мама Ариша сразу это поняла. Объясняла, что, если шерсть расчесать на пробор это выглядит иначе, ещё можно оторвать щепотку меха и поджечь. Настоящее – горит, а вот искусственный плавится и воняет алхимией.

– Да. Так и есть. Мне все больше нравится твоя мама Ариша. Жаль сейчас мы не можем ее выкупить и забрать с собой, самим бы выбраться.

– Ее не продадут. Слишком нужная.

Так мы дошли до небольшого, но уютного ресторана. Он состоял из внутренней части, закрытой и открытой, которая находилась на втором этаже на большом широком балконе. В проходах и на окнах висели тонкие полупрозрачные ткани зелёного цвета, повсюду горшки с зеленью, столы и стулья, да даже барная стойка была из местной разновидности камыша. Он прочный и гибкий. После специальной обработки из него легко плели корзины и мебель. Мы сели у самого бортика балкона с видом на базар, заказали плов, гибискусный холодный чай. Чай принесли сразу в таких прозрачных высоких стаканчиках. Как только официант ушел я решила полюбопытствовать:

– А ничего, что мы вот так катаемся среди бела дня и сидим в ресторане у всех на виду? Нас же ищут.

– Ищут. Но ищут кого?

Я сделала непонимающее лицо и развела руками. Мол, нас, я же сказала.

– Ищут двух мужчин, мидисца-полукровку и степняка. С ними молодую голубоглазую девушку с точеными чертами лица. А мы сейчас мужчина слегка за сорок, его мать лет шестидесяти, пусть и молодится, и ты женщина лет тридцати. Мы за весь путь, пока тебя искали ни разу женщинами не прикидывались, хотя и могли. Нужно было двигаться быстрее, а с женщинами это хлопотнее и медленнее. Теперь ситуация иная. Они просто не обращают на нас внимания пока мы внутри города. Хотя если попробуем пересечь границу будут даже так досматривать, приглядываться, да и после того, как выйдем из города, надо понять куда идти и как. Проблема даже не в том, чтобы выбраться из города, сколько как потом выбираться из Талии. Ведь нас и на дорогах ближайших к Кирше ищут.

Кораблем точно не выйдет. Там грим так хорошо не нанесешь. Да и держится он не настолько долго, чтобы не подправлять каждое утро. Нанести его точно, идентично каждый раз сложно. Могут что-нибудь заметить в закрытом пространстве-то. Все видят друг друга каждый день. Не выйдет. Я более чем уверен, что они не только досматривают корабли, но и в каждом отплывающем есть свои шпионы. Я видел парочку подозрительных на палубе, когда общался с одним из капитанов. Они скорее рассматривали народ, чем работали. Заостряли внимание на молодых девушках и это был не просто мужской интерес. Может, это, конечно, не по нашу душу, но тоже ничего хорошего.

Путем караванов – тоже все идут вместе, коллективом. Друг друга постоянно видят, и шпионы могут быть тоже. Тут им даже легче. Можно только часть пути проходить, потом возвращаться и вообще.

Нда-а-а… задачка.

– Так что пока сидим и думаем. Мы никуда теперь сильно не торопимся. Ты с нами. Может переждать оно и выход. Под носом заметить самое сложное. Только вот в мечеть центральным входом лучше не входить. Я тут узнал у Маркуса про подземный ход. Он ведёт в один маленький домик квартала за три до мечети. Теперь будем им ходить, когда надо. Есть ещё пара мест в ограде. Отслеживать ситуацию надо. Да и тебе учиться как вести себя на людях тоже. Ты же жизни не видела. Не знаешь и не понимаешь ничего.

– Это да. – поддакнул Ким, помахивая кончиком палантина. – тебя сегодня дважды обокрасть пытались. Я перехватил. Так бы браслет, конечно, не украли, но он бы шарахнуть мог, и мы бы выдали себя.

– Простите.

– Да это нормально. Ты не совсем пропащая. – утешил Ким, допивая чай. – Учишься быстро. Но чтобы выжить могла, если без нас останешься – надо. Да, твой чай мне больше нравится. Хотя этот тоже ничего.

– Это как без вас? – испугалась я. Аж чашку чуть не выронила.

– Помнишь, как Колина ждали с порта?

– Да. Конечно.

– Так часто бывает. И мало ли, вдруг тебе без нас скрыться надо будет и переждать где. Или мы будем опасность отводить, а ты пойдешь другой дорогой? Всякое может быть. Конечно, мы постараемся не допустить, чтобы ты осталась одна, но всяко бывает.

После этого памятного разговора ребята решили обучить меня некоторым приемам. Как скрываться от преследования, как видеть слежку, как просто затеряться в толпе или, отдельное искусство, как не привлекать к себе внимания. Последнее мне особенно понравилось. Вот бы мне это знание года три назад. Так же объяснили основные условные знаки, которыми пользуются военные. Ведь часто нельзя привлекать к себе внимание и разговаривать нельзя. Все это было призвано облегчить путь и помочь меньше выделяться.

Я пусть и схватывала все так быстро, как могла, но мне до них было далеко.

С магией давалось не в пример лучше. Я уже могла придавать разную форму воде, высушивать одежду, волосы, чувствовать воду на расстоянии двадцати метров. Колин научил, как создавать зеркало, некоторой бытовой магии. А вот делать воду оружием у меня пока не получалось. Вообще, преобразование в пар или замораживание давалось только с очень маленьким количеством воды.

Колин говорил, что это приходящее, и чтобы я не расстраивалась. С браслета он также снял ещё одну полоску.