Текст книги "Дракония (СИ)"
Автор книги: Кристи Майская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)
Дракония
1 глава. Забытое королевство
Эта история началась дождливой ночью. Дождь лил так, что не было видно ничего дальше вытянутой руки. Сквозь водяную стену мелькали тени людей, спешивших в свои теплые, сухие и уютные дома. Промокшие до нитки, они не обращали никакого внимания ни на кого. Среди ночных теней, бесшумно, укрываясь в тенях деревьев, домов, скользила одинокая тень. Она вздрагивала от случайного света или звука. Выйдя на свет уличного фонаря, можно было ее рассмотреть.
Это была женщина лет тридцати с длинными, белыми волосами. С которых струями стекала вода. В летнем, тонком платье, которое от дождя казалось прозрачным. Она вся дрожала от холода и страха. На её ногах были балетки. Было странно, как они еще не растворились под натиском бушующей стихии.
В руках она держала сверток из плаща и бережно прижимала его к себе. От каждого шума она вздрагивала и пряталась в тени. Она шла почти бесшумно, избегая света случайных машинных фар. Пройдя несколько улиц, она остановилась у большого дома. Из его окон была слышна музыка и смех. Женщина толкнула ворота, они были не заперты, и зашла внутрь. Подойдя к двери, она достала содержимое свертка.
Это был младенец, новорожденная девочка. Женщина положила ее на коврик у двери. В толстое одеяло, что укутывало девочку, она положила конверт. А на ее ручку надела цепочку с кулоном. Малышка крепко его сжала во сне. На прощание женщина поцеловала ребенка в лобик. Слезы стекали по ее лицу. Она нажала на звонок и, спрятавшись в кустах растущих рядом роз, стала ждать. Через минуту дверь открыл мужчина в годах, крепкого телосложения. Он очень удивился спящему младенцу. Оглядевшись и не увидев никого вокруг, он бережно и осторожно поднял ребенка и отнес его в дом. Женщине в кустах казалось, что она перестала на мгновение дышать.
– Удачи, моя любимая девочка, прости меня – прошептала она, вытирая слезы. Она бесшумно вышла из своего укрытия на улицу.
Пройдя еще немного, она услышала громкий, странный хлопок. Почему-то он напугал её, она спряталась за растущим возле дороги густым кустом. Через мгновение из темноты выехала черная машина с потухшими фарами. Она остановилась напротив куста.
Женщина судорожно стала озираться по сторонам. Недалеко она увидела невысокую, каменную изгородь и бесшумно подползла к ней. Аккуратно опустила сверток из плаща и вернулась к кусту. В это время из машины вышел мужчина, он с шумом втянул воздух. Его лица не было видно, он был в плаще с капюшоном. С шумом он вдохнул воздух.
Резко повернувшись, он подошёл к кусту и без церемоний, грубо вытащил скрывающуюся там беглянку. Ветки больно царапали и впивались в ее тело, но она не проронила ни слова. Он сжал ее плечи и поднял над землей.
– Где они? – закричал он. – Куда ты их дела? – он сильно тряханул ее. Но она продолжала молчать. И лишь надменно смотрела на него. Не добившись ответа, он усадил ее на заднее сидение машины. А сам стал осматривать куст. Он даже заглянул за каменную изгородь. Но плащ был зеленого цвета и промокший от дождя сливался с травой. Не найдя ничего, он вернулся к машине и сел вперед на пассажирское сидение. На водительском кресле сидела женщина, с грубыми чертами лица.
– Я ничего не нашел. Она так и молчит? – он посмотрел назад.
– Она мертва – женщина внимательно посмотрела на сидящую, на заднем сидении. На ее руке было кольцо с камнем. Камень был сдвинут, а внутри было видно остатки белого порошка. Мужчина зарычал от злости и стал бить по передней панели машины.
– Прекрати, – закричала она – Ты ничего не смог бы сделать. Она приняла его заранее. Надо избавиться от тела. Оставим его тут. Кто-нибудь, ее найдет и побеспокоиться о ней – мужчина посмотрел на мертвую женщину.
– А знаешь, даже сейчас измученная, грязная она всё равно прекрасна. Женщина злостно посмотрела на него.
Когда машина отъехала, на траве лежало тело неизвестной женщины. Дождь уже не шел, а на небе, как на черном бархате блестели бриллианты звезд. Даря свой далекий, холодный свет людям.
На мокрой, изумрудной траве, раскинув длинные, белые волосы лежала женщина. На ее губах застыла улыбка.
~°~°~
Смирнов просматривал бумаги по давно мучившему его делу. Пятнадцать лет прошло с того дня как он, прибывший на вызов увидел ту женщину. Как же она была красива. Когда следователь Смирнов подошёл к ней, то буквально застыл на месте. Ее светлые волосы лежали на изумрудной траве. Идеальная форма тела, а ее лицо… Казалось, что оно высечено из мрамора самым искусным скульптором. Но больше всего манили ее глаза. Они были цвета морской волны, с голубовато-сероватым добавлением. Брови и ресницы были черные, как сажа, а губы, как спелая малина. На них застыла легкая улыбка.
С той самой минуты его не покидает желание найти тех, кто повинен в ее смерти. Но, к сожалению, он так ничего и не нашел. Он сидел за кухонным столом. На его лице были видны следы бессонной ночи. По всему столу разбросаны документы, вырезки из газет, бумаги с заметками и куча разного мусора. Он докуривал очередную сигарету и в сотый раз просматривал бумаги. Его глаза слезились от усталости и дыма, который окутывал его. Он медленно встал и подошёл к окну. Все тело болело и ныло.
Открыв окно, он вдохнул свежий, утренний воздух. Ветер ворвался в маленькую кухню, шурша бумагами на столе. Смирнов зажмурился.
Полицейский на пенсии, пора бы уже успокоиться, но нет, это желание никак его не отпускает.
Он посмотрел на каменную изгородь в своем дворе. Смирнов помнил, как пятнадцать лет назад, утром прибирая последствия бури, он нашел сверток из плаща с младенцем.
«И как он не промок и не замерз в ту ночь?»
Он вспомнил, как принес его домой, и его покойная жена обрадовалась ребенку. Ведь их сын умер совсем молодым. Его сбил неизвестный водитель, когда он и его друг переходили дорогу. Его друг сильно пострадал, а их сын из-за серьезных повреждений впал в кому. Как врач сказал, что его сыну не выжить. Что его тело живет только из-за мозга. Он помнил, взгляд родителей Кирилла, друга его сына. Ему из-за полученных травм, требовалась пересадка органов, а его сын идеально подходит как донор.
Отдать сына на запчасти, как такое возможно?
Но глядя в глаза безутешных родителей, Смирнов подписал все бумаги. Похороны прошли как в тумане. Он почти ничего не помнил.
Лиза, его жена, после известия об аварии слегла с инсультом. Она даже не была на похоронах. Так что все легло на плечи Смирнова. И что бы совсем справиться, он спрятал свою боль глубоко внутри. Потом ему пришлось помогать Лизе, вернуться к жизни. И опять он убрал свою боль еще глубже. День за днем, месяц за месяцем Лиза возвращалась к обычной жизни. А когда в доме появился ребенок, Смирнов сделал все возможное, чтобы его усыновить.
Горы бумаг и справок, но им всё – таки удалось. В конверте, что был при мальчике, было указано его имя и все бумаги. Его так и назвали – Александром. Но все почему-то звали его – Алекс. Через несколько месяцев после похорон сына, к ним пришел Кирилл.
Лиза долго с ним разговаривала, а потом сидела в саду и плакала. В тот вечер она простилась с сыном. Смирнов был рад, что так все получилось, ведь он очень сильно любил свою жену и всегда переживал за нее больше чем за себя. Лиза всегда говорила, что одержимость Смирнова, делом о неизвестной женщине, не доведет его до добра. Но он почему-то был уверен, что Алекс и она как-то связаны между собой. Ведь и его, и ее нашли в одно утро.
Эх, эта каменная изгородь, надо было давно ее снести, но он так и не смог этого сделать. А лишь поставил перед ней забор, который густо оброс вьюнком.
– Папа – в кухню зашёл Алекс – Ты опять не спал все ночь? – Алекс посмотрел на стол. Пепельница полная окурков, стопки бумаг, карта, отчеты, кружка с холодным кофе.
Смирнов стоял, облокотившись на окно. Как же он постарел. Алекс помнил, как пять лет назад чуть его не потерял.
Тогда умерла Лиза. Смирнов оставил его у своих родственников, а сам ушел в запой. Вся боль, что была скрыта внутри него, вырвалась наружу и обрушилась на него всей своей силой.
Алекс помнил, как однажды ночью его разбудили какие-то голоса. Как он спустился вниз и увидел его, пьяного, грязного, мокрого. Он ели стоял на ногах и требовал, чтобы ему вернули сына. Как его выгоняли из дома, а Алекс подбежал к нему и обнял его.
От Смирнова пахло канализацией, но Алекс не подал ни виду. Они проговорили всю ночь. Смирнов пообещал больше никогда не пить, и сдержал свое слово.
Смирнов посмотрел на Алекса, как же он вырос. Он выглядел старше своих лет, у него была кожа цвета слоновой кости, он никогда не загорал. Казалось, что солнце его вообще не замечает. Черные, густые волосы, невероятно синие глаза. Когда в них смотришь, казалось, что смотришь в глубокую океанскую бездну. У него было спортивное телосложение, хотя он никогда не качался. Алекс непринужденно облокотился на дверной косяк и улыбнулся отцу. Ох, уж эта его улыбка, она всегда и всех вокруг подчиняла ему. Даже если он нашалит, стоит ему улыбнуться, как все вокруг сразу забывают обо всех его проказах.
– Доброе утро, Алекс! Я тут проверял бумаги и кое, что нашел. Знаешь, тяжело со всем этим разобраться, ведь ее тело и все документы похитили из морга. Хорошо, что я успел сделать копии. Надо будет съездить в архив, кое-что проверить. А сейчас, как насчет завтрака? – Смирнов посмотрел на Алекса и улыбнулся ему.
– Нет, определенно нет. Я еще наш вчерашний ужин не переварил. Пап, надо прекращать питаться фаст-фудом, а то скоро будем колобками – и он рассмеялся, показывая, как бы он переваливался с ноги на ногу.
– Может, стоит прекратить расследование? Ведь это еще одна очередная, бессонная ночь. Ты себя погубишь. Ты уже на пенсии, насладись заслуженным отдыхом.
– Не могу, я уверен, что она связана с тобой. – Смирнов замотал головой. – Раз, ты не хочешь, есть, тогда иди в школу, а то опоздаешь.
– Не опоздаю. Я уже собрался. Мы с Анной решили сегодня поехать на велосипедах. – Алекс надел рюкзак и попрощавшись с отцом, вышел из дома. Смирнов посмотрел в окно. У калитки стояла девочка с огненно-рыжими волосами и ярко-зелеными глазами. По всему ее лицу были разбросаны веснушки. При виде Алекса она покраснела и зачем-то стала поправлять волосы.
Всем давно было известно, что она была в него влюблена, всем кроме Алекса. Он упорно не замечал её. Для него она была просто другом из детства. С ней он таскал яблоки из соседнего сада, ходил на рыбалку, играл. А при любом намеки о любви между ними всегда всем отвечал отказом. Но Анна смотрела на него с восхищением и любовью. В глубине души она всегда надеялась, что, когда, нибудь, он ответит ей взаимностью. Алекс повернулся и помахал Смирнову на прощание и вышел за калитку.
Смирнов убрал все бумаги в коробку и поспешил на выход. Во дворе стоял старенький «Опель». Его давно уже надо было поменять, но с ним было связано столько дорогих для сердца воспоминаний, что он давно стал членом семьи. Что Смирнов не как, не мог с ним расстаться. Мотор, как и прежде легко завелся.
– Да! Столько лет, а работает как часы – Смирнов выехал на улицу. Он ехал по старой, знакомой дороге. Дома, соседи всё такое родное, сколько же лет он живет здесь? А вот и большой дом, он всегда выделялся среди других. Его кованый, узорный забор и сейчас спустя столько лет выглядит как новый. Ухоженный сад, идеально подстриженные деревья и трава. Каменные дорожки. Да, за ним очень хорошо ухаживают. Смирнов притормозил у этого дома.
– Хм! Давно здесь не видно было хозяев? Где же они живут? Ах, да, точно в Москве. Такой большой дом, а используют как дачу. А вот и старина Николай Степаныч. Давно я его не видел, лет так десять точно. Хм, с тех пор как умерла его дочь. Он полностью посвятил себя воспитанию внучки. Ей сейчас пятнадцать, как и Алексу. Интересно, какая она стала⁈
Он заглушил мотор и вышел из машины. Подойдя к воротам, он хотел уже нажать на звонок, как вдруг его кто-то окликнул.
Это был старый садовник. В руках он держал ножницы и большой букет роз.
– Доброе утро капитан! Что вас привело сюда? – Смирнов улыбнулся.
– Я увидел, что вернулся Николай Степаныч, хочу поздороваться с ним. Мы десять лет не виделись, давно он вернулся?
– Нет. Вчера вечером, вместе со своей внучкой – Кирой. Она как раз вернулась из-за границы, на летние каникулы. Там она учится в какой-то закрытой школе для девочек. – в это время вышел хозяин дома.
– Смирнов Владимир Геннадьевич, как же я рад тебя видеть, сколько же лет прошло? – садовник открыл ворота и два старых друга шагнули навстречу, друг к другу. Они крепко обнялись.
– Почему тебя так долго не было видно Николай? Последний раз мы виделись много лет назад. Чем же ты занимался все эти годы, мой старый друг?
Несмотря на то, что Николай Степаныч был старше на пятнадцать лет, в их дружбе всегда казалось, что наоборот. И хотя он отметил недавно своё семидесяти пятилетие, он выглядел намного моложе шестидесятилетнего Смирного. То горе, что легло на его плечи сильно быстро его состарило. Окружающим всегда казалось, что Смирнов старше своего друга.
Они познакомились в день гибели сына Смирного. Николай организовал дружину на поиски того лихача, что сбил мальчиков. Это стало началом их дружбы. И, разумеется, когда умерла дочь Николая, Смирнов поддержал своего друга.
– Ох, дружище, я был за границей. Ты же знаешь, что Кира там училась с пяти лет? Оттуда я и руководил своими компаниями. А теперь мы решили вернуться на родину. Надеюсь, что Кире здесь понравиться. Пойдем я тебя с ней познакомлю.
Они пошли по каменной дорожке к дому. В это время к ним навстречу вышла Кира. Она была среднего роста, с густыми, светлыми волосами. У нее была смуглая кожа, красивая фигура, а глаза очень редкого цвета – светло-фиолетовый. Её походка была плавной и грациозной, как у черной Багиры. Она подошла к ним, и, взяв деда под ручку, поцеловала его в щеку. Потом она улыбнулась, обнажив свои идеально ровные и белые зубки. Её голос зазвучал нежной трелью. Смирнову даже показалось, что почва уплыла у него из-под ног. Появилось странное чувство, что она ему кого-то напоминает.
– Дедушка, звонили из твоего офиса, все твои встречи перенесены. Ты официально в отпуске на неделю – и она звонко рассмеялась. Её смех, как лечебным бальзамом окутал измученное сердце Смирного. Ему вдруг стало так легко и спокойно на душе, как давно уже не было.
" – Странно…" – подумал Смирнов – «Эта девочка весьма положительно действует на мою душу, но кого же она мне напоминает? Я знал ее мать, у нее нет ничего общего с ней. Она вообще с ней не похожа, так же как, и на своего отца. В кого же она пошла?»
Его размышления прервал Николай.
– Кира, дорогая моя девочка, ты, наверное, не помнишь дядю Вову? Ты ведь была маленькой, когда мы уехали отсюда. Он мой старый, добрый друг.
– Нет дедушка, я его хорошо помню. Он живет в конце нашей улицы. У него еще есть сын – Александр. Я помню, как они приходили к нам в гости, и мы играли с ним в саду. Рада вас снова видеть. Как приятно вернуться домой и встретить знакомые лица. – и она улыбнулась при этих словах.
Смирнов протянул ей руку и поздоровался с ней. Они продолжили свой путь втроём. Когда они зашли в дом, Смирнов заметил, что внутри ничего не поменялось. Даже стены были того же цвета, что и десять лет назад.
– Николай, а ты, что, стал скрягой? За сколько лет не сделал ремонт? – Николай Степаныч рассмеялся.
– Ремонт производится два раза в год. Но я так и не смог здесь что-то поменять. Ведь все что ты тут видишь, было выбрано и подобрано моей любимой дочерью. Она очень любила этот дом. В какой-то степени его можно назвать музеем в ее честь.
Они прошли в гостиную, Николай Степаныч налил себе виски, а Смирнову был принесен холодный чай с лимоном. Кира села за рояль, который стоял у окна. Она играла очень красивую музыку. Хотя Смирнов и был знатоком классической музыки, он никогда ее раньше не слышал.
– Что это за мелодия? Никогда ее не слышал. – Кира перестала играть и повернулась к гостю.
– Я не знаю. Её, я услышала во сне, с того времени не могу выкинуть её из головы. – и она снова заиграла. При этом ее глаза были закрыты. Николай Степаныч пытался мычать в такт музыки, но всё знали, что ему на ухо наступил медведь. И всякая его попытка изобразить музыку была нелепа и смешна.
Смирнов улыбнулся, слушая мычание друга. Это не было, не замечено и мычание прекратилось. Вскоре Кира ушла к себе, оставив старых друзей вдвоем.
– Ну что Вова, расскажи, как ты, что нового, как отдыхается на пенсии? Как дела у Александра?
– Спасибо Коля, все хорошо. Сын растет, на радость. Ну, а, что касается пенсии, мне кажется, что я еще не скоро привыкну к этому статусу. – и он рассмеялся своим грубым голосом. – Скажи мне лучше дружище, в кого пошла твоя внучка? Она ни похоже ни на отца, ни на мать. И в вашей семье ни у кого не было слуха. А она прекрасно играет и что-то мне подсказывает, что и чудно поет. Твоя дочь, пусть успокоится её душа, была мягко сказать не красавица, да и её муж этим не славился. Но Кира, несмотря на свой юный возраст просто очаровательна. Еще пару лет и она затмит своей красотой всех красавиц мира.
Николай Степаныч улыбнулся и поставил бокал на стеклянный столик. Хотя он был спокоен, но в его глазах горел огонь злости.
– Если бы на твоём месте был другой человек, я бы стёр его в порошок. Но я всегда ценил твою правоту и прямолинейность. Именно поэтому, мы до сих пор друзья. Кира действительно не похожа ни на кого. Что ж, она подарок небес. И я очень рад, что она моя внучка, мой смысл жизни. – Смирнов довольно улыбнулся, но теперь он точно знал, что его старый друг что-то от него скрывает. И это что-то весьма важное, раз Николай ему пригрозил, хотя и в шутку.
Они еще поболтали около часа, затем Смирнов попрощался с хозяином дома. Пообещав ему, что непременно зайдет к ним на этой недели с сыном.
Идя к своему старенькому «Опелю», он думал об этой девочке. И когда он сел за руль и уже хотел повернуть ключ зажигания, его как молнией ударило. Он выскочил из машины и подбежал к багажнику, стал рыться в бумагах. Когда он нашел что, искал, он внимательно стал рассматривать фото. Вдруг его ноги стали ватными. Сердце забилось быстрее, а перед глазами все поплыло. Опираясь на машину, он сел на бордюр. Через несколько минут дыхание восстановилось и вернулось ясность зрение. Он еще раз посмотрел на фото. Нет не какого сомнение, что Кира уменьшенная копия женщины на этом снимке.
Но как такое возможно?
Смирнов стал вспоминать те дни, как малышка появилась на свет.
У Вики были тяжелые роды, что-то говорили о патологии. А что же было потом? Он не мог вспомнить, тогда он был занят своими проблемами.
– Так! Надо ехать в архив и посмотреть все бумаги, связанные с ней. – он сел в машину и через час уже сидел за столом в подвале архива.
– Что за ерунда, какой бездарь оформлял эти бумаги?
– Мне сказали, что ты снова роешься в прошлом Владимир. Ну как, что-нибудь нашел?
Смирнов повернулся на звук голоса. Это была его бывшая коллега из криминалистики. В прошлом ей удавалось раскрывать почти все дела. Коллеги называли ее бульдогом, потому, что она цеплялась мертвой хваткой и не отпускала, пока не доводила дело до конца.
– Добрый день Ольга, рад тебя видеть! – Он хотел встать, но она небрежно махнула рукой. Дав понять, чтобы он оставался на месте. А сама, перевернув стул спинкой вперед села на него.
– Итак, Вова ты по-прежнему возишься со своим делом? – она с улыбкой посмотрела на него.
– Да! Никак не могу его оставить, ты же понимаешь?
– М-да. Твоё упорство похвально. Ну, давай, рассказывай, что нарыл. А то, в последнее время на работе стало скучно. Такое чувство, что весь преступный мир ушел в отпуск на летние каникулы – они оба рассмеялись. Смирнов показал бумаги связанные с рождением Киры.
– Вова, у тебя же сын, зачем тебе эта девочка?
– Понимаешь… Сегодня я увидел её и могу отдать руку на отсечение, что она уменьшенная копия таинственной женщины. Но в бумагах о её рождение я ничего не могу понять.
– Дай посмотрю. – Ольга взяла документы и внимательно стала их изучать. – Хм… Странно, здесь говорится, что на восьмом месяце беременности у плода была выявленная патология. С таким диагнозом ребенок родился бы мертвым или же умер сразу после рождения. Но ты говоришь, что видел её сегодня? Как она себя чувствует?
– Прекрасно! Абсолютно здоровая девочка.
– Послушай, может ты ошибся и это был другой ребенок? Потому, что даже если бы она и выжила, то была бы прикована к постели.
– Нет, Ольга это была она! Если конечно это не другой ребёнок – Смирнов закурил сигарету и потер лоб рукой – А что, если ребёнок Вики и правда умер, а его подменили на другого? Тогда бы это многое объясняло.
– Смирнов! Ты что, на пенсии стал читать женские романы или подсел на сериалы для домохозяек? Что за бред⁈ Где, по-твоему, они так быстро нашли другого ребенка? Знаешь, дети на деревьях не растут и с небес не падают. У них есть родители. И конечно бы мать заметила, что у нее другой ребенок.
– А может, нет. Как она может это заметить, если она на тот момент была мертва? – Ольга вопросительно посмотрела на Смирнова. Потом она сдвинула брови и прищурила глаза. Так всегда бывает, когда она о чем-то думает.
– Ммм… Знаешь, что. Я знаю этого акушера. Мы можем его навестить и поболтать об этом. Поехали!
Они вышли из архива и поехали к доктору. По адресу акушера им никто не открыл. В ящике лежали газеты двухмесячной давности. У подъезда, на скамейке сидели бабушки-одуванчики. Или же местное информационное сообщество. Смирнов за годы службы хорошо знал, что этим на вид невинным созданиям известно куда больше, чем может казаться. Он не раз прибегал к их помощи. Он улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой и подошёл к ним.
– Добрый день дамы! Извините, что прерываю вашу беседу. Может, вы сможете нам помочь? – на скамейке появилась интригующая тишина.
– А чего же не помочь такому галантному кавалеру – и старушки захихикала по девичьи. Смирнов улыбнулся.
«Есть контакт» – подумал он про себя.
– Видите ли, нам нужен врач, проживающий в десятой квартире. К сожалению, его нет дома, мы не знаем где его искать. Вы можете сказать, где он?
– Ясное дело где! Он на пенсии, а значит, как и многие на лето он уехал на дачу. Если у вас есть ручка и бумажка мы напишем вам его адрес.
Поблагодарив за помощь, они поехали по указанному адресу.
Семен Петрович аккуратно красил забор, когда к нему подошли двое. Он очень удивился, узнав среди них свою знакомую. Ольга приветливо улыбнулась старому доктору.
– Здравствуйте, Семен Петрович! Мы бы хотели с вами поговорить, об одной старой истории. Если можно, давайте пойдем в дом. И кстати, это мой друг Владимир Геннадьевич.
Врач жестом показал на дверь дома и не говоря, ни слова пошёл в дом. Он поставил чайник и стал готовить на стол.
– О! Спасибо, но мы ненадолго – Ольга извиняющийся посмотрела на хозяина дома.
– А в этом я сомневаюсь – старый врач улыбнулся – Вы приехали в такую даль, чтобы поговорить со мной. А зная вас моя дорогая, этот разговор не будет быстрым. Итак, чем же я могу вам помочь?
– Семён Петрович, нас интересует дело пятнадцатилетней давности. А точнее седьмое июня. В этот день к вам поступила женщина на восьмом месяце беременности. У ребенка поставили аномальное отклонение. Вы помните этот случай?
– Конечно, помню. Хоть я и стар, но память меня не подводит. Я помню всех своих пациентов. Что именно вас интересует?
– Всё! Расскажите всё, что было в тот день. Для нас это очень важно.
В это время засвистел чайник. Хозяин дома стал разливать чай. За столом воцарилась тишина. Потом он сел на свое место и внимательно посмотрел на своих гостей.
– Итак, в тот день была страшная гроза. Дождь лил как из ведра. К нам привезли женщину в тяжелом состоянии. Она была на восьмом месяце беременности. Как сообщили ребята из скорой помощи, у неё резко поднялось давление, и она упала в обморок. От этого у нее начались преждевременные роды. Они ели успели ее довести. Ей сделали кесарево сечение. Ребенок родился очень слабым и через несколько минут перестал дышать. Интубация не помогла, мы стали спасать мать ребенка. Она пришла в себя, но, к сожалению, увидела, как выносят ее мертвое дитя. Мы даже не успели отреагировать на ее действия. Она схватила скальпель и перерезала себе вены на обеих руках. Мы конечно вкололи ей успокоительное и перевязали руки. Потом ее доставили в палату под постоянный присмотр. Но самое удивительное было, то что, медсестра сообщила мне, что девочка жива. Это было настоящее чудо. Когда я ее осмотрел, то не нашел ничего необычного. Кроме конечно того, что она была и выглядела абсолютно здоровой. Когда Виктория пришла в себя, ей сообщили хорошую новость. Бедная девочка, она была так слаба и еще эта попытка самоубийства, из-за которой она не могла взять дочь на руки. Но с какой безграничной любовью она смотрела на нее, хотя та была на руках у деда. Николай Степаныч ни покидал своих «девочек» ни днем, ни ночью. Да! Та ночь была полна чудес. Жаль только, что ребенок, которого привез Николай Степаныч, умер. Очень жаль.
– Подождите, какого ребенка? Где он его взял? – Смирнов вопросительно посмотрел на него.
– Его подкинули им на порог дома. И когда он хотел поехать в больницу, с его дочерью случилась эта беда. Знаете, Николай Степаныч поступил очень благородно. Он взял на себя похороны неизвестной. Я её даже не видел. Её кремировали в больнице и похоронили на следующий день. Виктория провела у нас почти месяц. Дело с самоубийством решили замять. Весь персонал был предупрежден. Николая Степаныч щедро всем заплатил. После выписки они приходили в назначенное для приема время. Ребенок рос абсолютно здоровым.
Смирнов внимательно слушал рассказ. В голове стала сходиться давно мучившая его головоломка.
– А вы знаете, что случилось с Викой? Как она умерла?
– Конечно, знаю. Через четыре года после родов они поехали отдыхать за границу, и там она упала с лошади и сломала себе шею. Трагический конец. Её муж умер через три месяца после нее. Утонул во время рыбалки.
– Да, это мне известно. Я сам занимался этим случаем. М-да… – Смирнов потер лицо руками. Бессонная ночь дала о себе знать.
– А вы знаете, где похоронен тот ребенок?
– Это мне не известно. Вы можете это узнать сами. – Семен Петрович лукаво улыбнулся – В архиве, там есть то, что вам нужно.
Они попрощались с акушером и поехали обратно в архив.
– Ольга, посмотри – Смирнов держал в руках копию свидетельства о смерти. – Вот оно. Девочку похоронили под именем Виктория. Странно, здесь говориться, что её похоронили в семейном склепе Ротман. Хм… Значит, Николай Степаныч похоронил неизвестное дитя в своем родовом склепе? – Ольга задумчиво, покусывала колпачок от ручки.
– Что-то тут не вяжется. С какой стати он хоронил бы чужого ребенка со своей родней? Смирнов! Надо с ним поговорить, если хочешь, могу поехать с тобой.
– Нет. Я все сделаю сам! Он все-таки мой друг. А если будешь ты со мной, то он может ничего и не сказать. Да и не хочу тебя больше отвлекать этим делом. Ты и так мне очень помогла. Спасибо!
– Не говори глупости! Отвлек он! – Ольга рассмеялась – Мне самой интересно в этом разобраться. Давай так, ты сейчас поезжай к своему другу, а я к тебе позже подъеду. Хочу в одно местечко заскочить. Заодно хоть Александра увижу.
Смирнов еще по молодости знал, что с ней спорить бесполезно. Он помнил, как она еще, будучи младшим лейтенантом, спорила, до хрипоты с полковником. Доказывая ему свою правоту. Как бессонными ночами искала доказательства. И ведь нашла! Именно после этого ее стали называть «бульдогом».
– Хорошо, Ольга! Встретимся у меня в десять часов вечера, если меня еще не будет, подожди. Заодно с Алексом пообщаешься. – Ольга энергично поднялась со стула и вышла. Смирнов, убрав все бумаги по местам, вышел из архива. У машины он увидел Алекса.
– А ты откуда тут? – Смирнов вопросительно посмотрел на сына.
– С Анной возвращались из школы, а тут твоя машина. Решил тебя подождать. – Смирнов улыбнулся.
– Ага, из школы. Она вообще в другой стороне. Так и скажи, что сгораешь от любопытства, вот поэтому решил сюда приехать. – Алекс лукаво посмотрел на отца, и они рассмеялись. Потом они закрепили велосипед на крыше и поехали в сторону дома.
– Мне надо заехать к Николаю, а ты домой поезжай. Там и встретимся.
– Пап, а с тобой можно? Неохота одному дома сидеть. – Смирнов громко рассмеялся своим грубым голосом – Да и к тому же очень интересно все узнать.
– Хорошо. Заодно с Кирой пообщаешься. Вы в детстве хорошо играли вместе. – Алекс улыбнулся.
– Так мы уже не дети, в прятки играть не будем.
Машина остановилась у большого дома. Отец с сыном подошли к воротам. В окне Смирнов увидел тень, кто-то наблюдал за ними. Ворота были открыты. Им навстречу вышла Кира. Алекс как-то странно хихикнул и зачем, то стал поправлять волосы. Смирнов улыбнулся.
«Хм, интересно» – подумал он и потрепал сына по плечу.
– Добрый вечер, Александр! Ты так вырос! – она улыбнулась, обнажив свои белые, ровные зубки. Алекс протянул ей свою руку в знак приветствия.
– Да и ты вон, какая стала!
– Какая? – и она рассмеялась.
– Ладно, дети, идите, пообщайтесь, а мне надо поговорить с Колей. – Ребята пошли в сад, при этом мило улыбались друг другу. Алекс не сводил с нее глаз, а Кира смущенно опускала глаза и поправляла волосы. Смирнов посмотрел на дорогу. За воротами, прижавшись к ним, стояла Анна. Она внимательно наблюдала за ребятами.
– Ох, недобрый у нее взгляд. Как бы чего плохого не натворила. Надо будет потом с ней поговорить. – размышляя над этим, он вошёл в дом. В гостиной его уже ждал Николай Степаныч.
– Я знал, что ты вернёшься. Ты всегда был упрямым и доводил все до конца.
– Я так понимаю, что ты знаешь, зачем я пришел? – Смирнов строго посмотрел на друга.
– Вова, не только у тебя есть друзья. Ну что ж, давай поговорим. – они сели друг напротив друга. Смирнов внимательно смотрел на Николай Степаныча. Тот не спешил с рассказом.
– Итак – Николай Степаныч потер ладонь об ладонь. – Ты уже знаешь, что ребенок Вики умер при родах. Когда я узнал, что она пыталась покончить с собой, весь мир умер для меня. Но очень удачно, что в тот вечер к нам на порог дома подкинули ребенка. Я знал, как Вика хотела ребенка и как долго не могла забеременеть. И когда он умер, я подменил их. И это сработало. Вика ничего не заметила. А родную внучку, я похоронил в нашем семейном склепе. А когда Вика умерла, мы уехали за границу. Кира стала для меня смыслом жизни, всем. Ты, наверное, осуждаешь меня? Но я не мог иначе. В тот момент я думал, что поступаю правильно. И сейчас я уверен в правильности своего поступка.
