Текст книги "Дом Холлоу"

Автор книги: Кристал Сазерленд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Это была странная бессонная ночь. Минуты сливались в часы, а те, в свою очередь, соединялись между собой. И лишь когда в зимнем небе забрезжил рассвет, мне удалось уснуть. В конце концов оказалось, что мне стоило бы поблагодарить Тайлера Янга за вторжение. По крайней мере, у меня было занятие, отвлекающее от мыслей о Грей. Время от времени в течение ночи я спускалась вниз, чтобы проверить, как он, убедиться, что не захлебнулся собственной рвотой.

Новости об ордере на его арест распространялись по интернету с бешеной скоростью. И я переключалась с одного ресурса на другой, читая статьи о нем, о его карьере, о прошлом и его отношениях с моей сестрой. Так я и узнала о трагической истории Роузи Янг.

В тот момент я сидела рядом с Тайлером на кухонном полу, и вдруг в глаза мне бросился один заголовок.

ЛЕДЕНЯЩАЯ КРОВЬ ИСТОРИЯ:

ДУШЕРАЗДИРАЮЩИЙ РАССКАЗ СВИДЕТЕЛЕЙ О ТОМ, КАК СЕМИЛЕТНЯЯ ДЕВОЧКА УТОНУЛА, ПРИЕХАВ НА ПОБЕРЕЖЬЕ ВМЕСТЕ С СЕМЬЕЙ

Я снова принялась ковырять ногти. Это произошло много лет назад, когда Тайлеру было пять, на многолюдном пляже в разгар лета. Установилась аномальная жара, и тысячи человек устремились к воде в поисках спасения. Тайлер и его старшая сестра отбились от родителей и немногим позже были найдены плавающими лицом вниз. Тайлера удалось откачать, а Роузи не повезло: она умерла.

Статья включала фотографию со дня рождения девочки, который праздновали неделей раньше. Малышка в желтом сарафане с такими же черными, как у Тайлера, волосами, такой же очаровательной улыбкой и ямочками на щеках.

Я положила ладонь Тайлеру на грудь. Он спал. Его грудная клетка спокойно поднималась и опускалась. Сердце билось сильно и уверенно. Мое воображение нарисовало сцену на пляже. Руки спасателя на его груди; они давят так сильно, что тонкие ребра Тайлера могут не выдержать. Голая влажная кожа спины прилипла к горячему песку; вокруг собралась толпа зевак – они прикрывают руками рты и прижимают к себе детей, отодвигая их за спину, чтобы те ничего не видели. Его родители в панике мечутся между ним и сестрой, едва способные дышать сквозь боль и надежду. Один ребенок выплевывает воду из легких. Внезапно делает вдох. Вторая остается безжизненной, холодной и бледной.

Тайлер Янг был дерзким и уверенным в себе, непохожим на парня с трагическим прошлым. И все же с ним случилось худшее, что я могла вообразить, – потеря сестры. То же, что сейчас, возможно, происходило со мной. Тайлер уже прошел через это. Вот он, передо мной, живое подтверждение того, что я отказывалась признавать: можно пережить опустошительную, нестерпимую боль потери и продолжить двигаться вперед. Дышать, качать по телу кровь и поставлять кислород в мозг.

После этого открытия я большую часть ночи просидела на кухонном полу, следя за дыханием Тайлера. В руках у меня был нож Грей на случай, если человек с бычьим черепом вернется. Но в конце концов на рассвете я перебралась в свою комнату, рухнула на кровать и провалилась в сон.

Моя щека лежала на татуированной груди Виви так, что я могла слушать ее сердцебиение. Руку я положила ей на живот.

Мы втроем словно были кусочками одного пазла. Я успела забыть, как это прекрасно – просыпаться рядом с сестрой, обнявшись, особенно когда все три части соединялись в целое. Отсутствие Грей этим утром казалось особенно болезненным. Она была нужна мне больше, чем когда-либо. Я хотела найти ее, броситься навстречу, позволить гладить по волосам, как она это делала в детстве, и уснуть, свернувшись калачиком у нее на руках.

Моя сестра. Мое убежище.

Из уголка моего глаза скользнула слеза и упала на теплую кожу Виви.

Когда я принялась хлюпать носом, она заворочалась.

– Эй, – проговорила она хрипло. Дыхание отдавало чем-то кислым. – Что случилось?

Я уткнулась в нее лицом.

– Я думала, что потеряла и тебя тоже. Боялась, что ты не вернешься домой.

– Я никуда не денусь, – Виви покачала головой, – я… Мне нельзя было оставлять тебя здесь, Айрис, после того как Грей сбежала. Нужно было остаться здесь и присматривать за тобой, помогать нести эту ношу. Больше я тебя не брошу.

В этот момент в комнату ворвался Тайлер. В мятой рубашке, с широко раскрытыми глазами и торчащими во все стороны волосами.

– ЮЛИЯ ВАСИЛЮК! – выкрикнул он, тыча в меня пальцем. – ДА! ТОЧНО!

Затем так же внезапно, как появился, он исчез.

Виви села в постели и уставилась на опустевший дверной проем, словно пыталась осознать увиденное.

– Я все еще не протрезвела или в твоей спальне действительно только что был Тайлер Янг?

– Полагаю, он прячется от полиции, – отозвалась я.

– Это… просто гениально. Наш дом – последнее место, где его станут искать.

Тайлер снова появился и захлопал в ладоши, призывая нас поскорее вставать.

– Маленькие Холлоу, это был момент озарения. Идите же сюда!

– Мне бы сначала с похмельем разобраться, – отозвалась Виви, но мы покорно слезли с кровати и спустились вниз.

Тайлер был на кухне. Аккуратно сложенное постельное белье лежало на скамье. Он снова мерил шагами комнату. Теперь я смотрела на него по-другому. Этот человек носил в сердце огромную трагедию.

Саша тоже поглядывала на парня с холодильника, недовольно помахивая хвостом. Видимо, вторжение незнакомца в ее владения казалось ей бестактным.

– Юлия Василюк, – повторил Тайлер, – вот наша отправная точка.

– Ты сейчас по-английски говоришь? – спросила Виви, усаживаясь за завтрак и прислоняясь щекой к кухонному столу. Глаза ее были закрыты.

– Это имя, – ответил Тайлер. – Женщина. Грей как-то рассказывала мне о ней.

Я была так голодна, что желудок напоминал черную дыру, все расширяющуюся за моими ребрами. Вытащив телефон, я набрала в Гугле «Юлия Василюк» и принялась изучать ссылки.

Исчезновение Юлии Василюк три с половиной года назад не стало грандиозной новостью. Ей посвятили всего парочку коротких заметок, и в трех из них назвали Джулией.

– Не вижу связи. Еще одна пропавшая женщина.

– Запроси «Юлия Василюк, Грей Холлоу», – предложил Тайлер. Я последовала его совету не без скептицизма. Гугл нашел всего одно точное совпадение.

УКРАИНКА НАЙДЕНА СПУСТЯ НЕДЕЛЮ ПОСЛЕ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ

Девятнадцатилетняя Юлия Василюк, подающая надежды фотомодель из Украины, найдена спустя неделю после того, как бойфренд заявил о ее исчезновении. Поздно вечером в понедельник Василюк обнаружили недалеко от ее квартиры, босую и потерянную. Полиция доставила ее в ближайший госпиталь для оценки состояния. Дальнейшие детали неизвестны.

По странному совпадению среди трех девушек, с которыми Василюк снимает квартиру…

Я перестала читать и взглянула на Тайлера.

– Продолжай, – настаивал он.

Я сделала вдох и продолжила.

…среди трех девушек, с которыми Василюк снимает квартиру, еще одна героиня знаменитой истории с похищением – Грей Холлоу. Холлоу, которой в данный момент восемнадцать, была похищена с одной из улиц Шотландии в раннем детстве, но месяц спустя найдена целой и невредимой.

Ни Василюк, ни Холлоу не согласились прокомментировать данную ситуацию.

– Вот дерьмо, – заявила Виви, отрывая ладонь от стула. – Это снова произошло.

Тайлер ухмыльнулся.

– Бинго, детка, – объявил он, щелкнув пальцами. – Кое-кто еще тоже вернулся.

Глава 11

Юлию Василюк было не так уж сложно найти на просторах интернета, ведь у нее было несколько сотен тысяч подписчиков в инстаграме. Некогда подающая надежды манекенщица стала довольно известным в определенных кругах парикмахером и визажистом. Тайлеру даже случалось работать с ней несколько раз до того, как он начал встречаться с Грей. Но когда Юлия узнала, что они вместе, сразу отказалась участвовать в одних проектах с ним. Тогда Грей и рассказала своему бойфренду о странной истории, случившейся в прошлом.

Тайлер провел все утро, без особого успеха обзванивая знакомых из модной индустрии, чтобы узнать, где Юля может быть сейчас. Новости о его возможном аресте распространялись очень быстро, и люди не торопились делиться с ним местонахождением еще одной молодой женщины, учитывая, что он мог оказаться серийным маньяком, а она – его очередной жертвой.

Когда смена Кейт уже должна была закончиться, она прислала мне сообщение, объяснив, что задержится и подменит одну из заболевших коллег. А еще предложила мне подумать о возвращении в школу после выходных.

«Повседневные дела помогают, – написала она. – Возвращение к нормальной жизни помогает. Знаю, что ты считаешь меня черствой, но я ведь уже проходила такое, помнишь?»

Я не ответила.

В конце концов, после того как мы с Виви приняли душ, переоделись, накормили Сашу и съели по три завтрака каждая, Тайлер победно махнул кулаком в воздухе.

– Юля на съемках на складе в Спиталфилдс[29] 29
  Район в лондонском Ист-Энде.


[Закрыть], – произнес он, повесив трубку. – Я хорош или чертовски хорош?

– О да, Шерлок. Тебе потребовалось на это всего два часа, – отозвалась Виви все еще хриплым с похмелья голосом.

Тайлер одолжил у нас массивные солнцезащитные очки. Затем мы все вместе сели в такси и отправились в Спиталфилдс. Впрочем, его попытка остаться незамеченным выглядела настолько подозрительной, что водитель провел всю дорогу, пристально разглядывая его в зеркало заднего вида.

Мы нашли место съемок на складе. Информация, которую дал Тайлеру один из его знакомых, оказалась точной. Это была фотосессия от-кутюр. Повсюду блуждали модели в прозрачных платьях, напоминающих дождевики, и в комбинезонах из сетки. На веках у них были кроваво-красные тени, а на щеках – кислотно-розовые веснушки. Мы вошли внутрь и остались незамеченными, потому что выглядели так, будто принадлежали к этой тусовке.

– Почему вы все еще без причесок и макияжа? – бросилась к нам одна из женщин, но, подойдя ближе, рассмотрела получше и, заметив наше сходство с сестрой, смутилась.

– Ой! – вскрикнула она и поспешила в соседнюю комнату, не произнеся больше ни слова.

Мы нашли Юлю в дальней части склада, где она наносила макияж мужчине с синими волосами. Сама она была не накрашена. Длинные темные волосы – собраны в косу, а одежда под специальным поясом с инструментами выглядела практичной и функциональной. В такой экстравагантной обстановке девушка казалась чужой.

– Я не знаю, где она, – заявила Юля, как только нас увидела. – Последний раз я разговаривала с ней еще до того, как познакомилась с тобой, – добавила она, обращаясь к Тайлеру. Затем отвернулась и продолжила работать.

– Мы не ищем Грей, – начала я.

– Мы искали тебя, – добавил Тайлер.

– Ты ведь жила с ней раньше, – вклинилась Виви.

Юля снова бросила взгляд в нашу сторону.

– Квартира принадлежала моим родителям. Они разрешали мне жить в ней и ходить на кастинги, но приходилось пускать и других жильцов, чтобы покрывать расходы. Среди них была и ваша сестра. Ни на какие другие вопросы я отвечать не собираюсь.

– Пожалуйста, – попросила Виви, затем сделала шаг в направлении Юли и коснулась ее лица.

– Не смей, – ответила Юля, смахнув руку Виви кистью для макияжа. – Не смей проделывать это со мной.

– Прости… – Рука Виви зависла в пространстве.

– Ты такая же, как твоя сестра, – фыркнула Юля, указав на нее кистью. – Привыкла манипулировать. Убирайтесь с моего рабочего места, иначе я вызову полицию. – Она скользнула взглядом по Тайлеру. – Уверена, им будет очень интересно знать, что ты тоже заявился сюда.

– Вот дрянь, – еле слышно прошипел Тайлер.

– Пожалуйста, – повторила я, стараясь исправить ситуацию. – Пожалуйста. Обещаю, что мы не будем к тебе приближаться или заставлять что-то делать. И пальцем не тронем. Мы просто пытаемся найти сестру.

Юля выдохнула, затем кивнула и наклонилась, чтобы прошептать пару слов на ухо модели. Когда мужчина ушел, она схватила ножницы и направила их острием в нашу сторону.

– Не приближайтесь ко мне, – предупредила она. – Я буду защищаться.

– Уверена, что это так уж необходимо? – спросила Виви, указав кивком на острый предмет.

– Я знаю вашу сестру. Если вы похожи на нее, то да, – ответила Юлия. – Задавайте свои вопросы оттуда.

– Ты точно не догадываешься, где она может быть? – тут же среагировал Тайлер.

– Последнее, что я слышала: ты ее убил. Следующий вопрос.

Нам нужно было сменить направление разговора.

– Какой она была, когда ты ее знала? – спросила я.

Этот вопрос застиг ее врасплох. Юлия пару мгновений размышляла, прежде чем ответить.

– Красивой, – ответила она, – это первое, что все замечали в ней, самое очевидное. И скрытной. А еще тихой и странной.

– В каком смысле странной? – спросила я.

– Большинство девушек, когда попадают в модельный бизнес, первое время сходят с ума от ощущения свободы. Родители их больше не контролируют, так что девчонки пьют и ходят по вечеринкам.

– Хочешь сказать, что Грей не ходила на вечеринки? – спросил Тайлер с сомнением. – Не верю.

– По крайней мере не с нами, – ответила Юля. – Мы шатались по клубам, но она никогда не составляла нам компанию. Когда мы возвращались домой, ее уже не было. Иногда она отсутствовала по нескольку дней.

– Отсутствовала? – переспросила я.

– Да, – отозвалась девушка, – отсутствовала. Никто не знал, где она бывала в это время.

– Как ты думаешь, куда она исчезала? – спросила я.

– Как обычно, проворачивала свои грязные делишки, – вклинился Тайлер.

Виви бросила на него грозный взгляд.

– Сначала я думала, что у нее есть любовник, – продолжила Юля. Тайлер вскинул руки вверх. – Потом – что у нее проблемы с наркотиками.

Виви нахмурилась.

– Грей могла баловаться, но никогда не допустила бы зависимости.

– Много вы знаете, – фыркнула Юля и крепче сжала ножницы в ладони. Костяшки пальцев побелели. В глазах зажегся животный огонь. Она была готова буквально бороться за свою жизнь. Что же такого могла сделать Грей этой женщине?

– У Грей было много секретов, и вам она явно раскрывала не все. Пока она не стала знаменитой, я понятия не имела, что у нее есть сестры. Она никогда о вас не говорила. Жить с ней было просто ужасно. У нее была куча странных хобби, но таксидермия – это просто кошмар. Много вы знаете девочек-подростков, которые любят сдирать кожу с мышей, птиц и змей, а затем превращать ее в чучела странных монстров? Правда, это помогало ей платить за жилье в первую пару месяцев, пока денег от показов не хватало. Видимо, таксидермистом она была хорошим, потому что регулярно получала заказы из интернета. К счастью для нее и к несчастью для моего кухонного стола. Пятна так и не удалось оттереть.

– А потом была неделя, когда ты буквально исчезла с лица земли, – напомнил Тайлер. – Что же случилось, малышка, где ты была?

Юля сделала глубокий вдох.

– Как и большинство людей, едва увидев Грей, я влюбилась в нее без памяти. Буквально сходила с ума. Таскалась за ней всюду, как собачонка за своим хозяином. Не знаю, как это работает. Просто она была прекрасна, и все. Я следовала за ней по пятам словно тень. А потом случилось вот что. Однажды, когда Грей отправилась туда, куда она время от времени исчезала, я пошла по ее следам. Мне хотелось узнать, где она прячется. Только Грей вернулась, а я не смогла… – Девушка облизала губы. – Мой бойфренд обратился в полицию, заявил о моем исчезновении и решил, будто Грей что-то сделала со мной. Но ему ответили, что девушки вроде меня пропадают постоянно. Всем было наплевать. Меня почти никто не искал.

– Так… где же ты была все это время? – спросила я.

– В том-то и дело: я не помню, – ответила Юля.

– О господи, – воскликнул Тайлер, – все вы абсолютно бесполезны!

– Тебе было девятнадцать, – проговорила Виви, – ты должна помнить хоть что-то.

– Я знаю, что со мной случилось. Я пошла за вашей сестрой туда, куда не должна была, и дорого за это заплатила. А когда вернулась, была уже… не такой, как раньше. Что-то во мне сломалось. Теперь мне все время снятся мертвые, и даже когда просыпаюсь, я все еще слышу их шепот. – Юля бросила взгляд на свои трясущиеся руки, а затем перевела его куда-то за наши спины. Мужчина с синими волосами вернулся вместе с женщиной, которую мы встретили на входе. Оба теперь откровенно пялились на нас. У женщины в руках был телефон, в который она тихо и быстро что-то произносила. – Мне стоило огромного труда кое-как оправиться от встречи с вашей сестрой. А теперь вам пора убираться отсюда, если не хотите встретиться с полицией.

Я взглянула на Виви и прочла по лицу сестры, что та хочет заставить Юлю говорить. Коснуться пальцами ее губ и опьянить вкусом своей кожи, чтобы вытянуть все ответы, в которых мы нуждались. Но я положила ладонь на ее плечо и покачала головой.

– Последний вопрос, – попросила я, прежде чем уйти. – Где была та квартира, в которой вы жили вместе?

Первые несколько месяцев после того, как Грей от нас съехала, она почти ни с кем не общалась. Мы никогда не были в том месте, где она жила, хоть и знали: это где-то в районе Хакни.

– Рядом с Лондонскими полями, – ответила Юля. – Грей там нет, если вы об этом. Квартира все еще принадлежит родителям, но в ней больше никто не живет.

– Она пустует?

– Никто не хочет ее снимать, и продать ее тоже невозможно с тех пор, как Грей оттуда съехала. Потенциальные покупатели приходят, чтобы ее посмотреть, и сразу заявляют, что им там плохо. С этим местом что-то не так. Родители проверяли его на плесень, на утечку угарного газа, но я думаю…

– Что ты думаешь? – спросила Виви.

– Думаю, ваша сестра прокляла его или что-то в этом роде.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, – спасибо за помощь.

Мы направились к выходу.

– Эй! – окликнула нас Юля, когда мы уже были на полпути.

– Да?

– Кое-что ускользнуло от репортеров, – сказала она. – Когда меня нашли на улице, на моем голом теле кровью были написаны руны. Это была кровь Грей.

Втроем мы поймали такси, которое доставило нас в южную часть Лондонских полей, и зашагали по направлению к парку через рынок «Бродвей-маркет». Народа было полно, как и каждую субботу. Люди покупали домашний хлеб, пончики, букеты и винтажные вощеные куртки. По пути мы купили свежезаваренный кофе и полдюжины круассанов, которые ни капли не помогли утолить терзавший меня голод.

– Вы как пара медведей, готовящихся к спячке, – посмотрев, как мы едим, заметил Тайлер. Сам он предпочел несладкий черный кофе.

– Как думаешь, почему мы всегда такие голодные? – спросила я Виви, облизывая пальцы после третьего круассана.

– Нам повезло. У нас чертовски быстрый метаболизм, – отозвалась она.

– Нечеловечески быстрый, как сказали бы некоторые.

– Некоторые даже рискнули бы предположить, что он у вас медвежий, – заявил Тайлер.

У меня в животе заурчало.

– Мне нужно еще поесть.

Мы вновь остановились, чтобы купить овечьего сыра с медом и два багета, а затем продолжили набивать животы до тех пор, пока количество усвоенных с завтрака калорий не перевалило за десять тысяч. Тогда я наконец почувствовала себя почти сытой.

– Что вы думаете насчет рассказа Юли? – спросила я, когда мы вышли с рынка и поравнялись с Лондонскими полями. Это был мой любимый парк в летнее время. Здесь густо росла молоденькая трава вперемежку с красными и желтыми цветами. Сотни лондонцев собирались в тени деревьев ближе к вечеру, чтобы выпить по бокалу «апероль шприц» и насладиться теплом. Но сейчас, в конце зимы, полуденное солнце казалось далеким и размытым. Голые ветви деревьев беспорядочно переплетались, а холод был таким пронизывающим, что долго находиться на улице не хотелось.

– Что к нашей истории все это отношения не имеет, – проговорила Виви с полным ртом хлеба. – Хотя эти гребаные руны, наверное, что-то значат.

– На обоих мужчинах в квартире Грей тоже были руны, написанные кровью, – напомнила я. – Это не может быть простым совпадением.

– Ну хоть где-то мы сходимся во мнении, – подытожил Тайлер, – что это какой-то сатанинский культ. Вроде клуба для извращенцев с кровью и человеческими жертвами. Это наша основная версия, правильно?

Как только мы добрались до северной части парка, сразу напали на след Грей. Для меня это ощущалось как покалывание в пальцах и особый привкус на языке. Необъяснимая уверенность, что моя сестра когда-то была здесь. Пространство вокруг пропиталось ее энергией, хоть и было очевидно: она посещала это место давно, след стал размытым. Мы продолжали шагать в тишине до тех пор, пока Виви не указала на ряд домов, примостившихся прямо возле железной дороги.

– Вон тот.

Она была права. Я тоже чувствовала, что источник энергии Грей находился именно там. Даже спустя годы могла это ощущать.

– Как вообще возможно знать такое?

– Внутри меня зашевелилось какое-то темное чувство.

– Тебе это кажется странным, понимаю.

– Да, мать твою, странным. Потому что у вас нет никаких доказательств, что это то самое место! – огрызнулся Тайлер.

– Но это и правда то самое место. Грей была здесь несчастна, – заявила Виви, – и оставила после себя нечто… неприятное.

– Ясно, вы обе ничем не лучше своей сестрицы, – ответил Тайлер, отделившись от нас и направившись к зданию. – Вечные разговоры про энергию, демонов и прочую чушь. Это просто смешно!

Семья Василюк всеми силами старалась избавиться от этой квартиры. Кейт пыталась продать наш дом после того, как умер отец, но у нее тоже ничего не вышло. Раньше я думала, что виной всему – его самоубийство: люди как-то узнавали об этом или чувствовали оставшуюся после него негативную энергию. Но, возможно, дело не в этом, причина кроется в нас самих: это наша странная энергия пропитала стены, и нормальным людям находиться в таких местах некомфортно.

Мы позвонили в четыре квартиры, но никто не ответил. В конце концов нам удалось проскользнуть внутрь вместе с мужчиной, который возвращался домой с пакетом продуктов. След Грей вел к квартире на втором этаже. Виви подергала за ручку. Заперто. Но дерево было старым и тонким, по краям дверь начала скручиваться, словно влажные страницы книги. Веса Виви хватило, чтобы с первой же попытки выбить ее с тихим сухим щелчком. И вот мы оказались внутри еще одного убежища Грей. Вопросов снова оказалось больше, чем ответов.

В одном углу гостиной была собрана вся мебель. В остальном квартира выглядела абсолютно пустой. На полу лежал потертый ковер персикового цвета, а на стенах висели выцветшие обои. Мы увидели деревянную кухню, оформленную по моде семидесятых, а еще спальню и ванную – обе комнаты были темными и унылыми. Грей жила здесь вместе с тремя другими девушками. Похоже, они теснились здесь, как шпроты в банке.

Атмосфера здесь была недоброжелательной. Меня охватило необъяснимое ощущение опасности, будто за нами кто-то наблюдал. Немногочисленные предметы отбрасывали на стену длинные тени. На одной из стен спальни муравьи ручейком стремились к крошечной щели в прогнившем дереве под потолком. Очевидно, избавиться от такой квартиры и правда непросто. Здесь витал дух нашей сестры. Стены пропитались ее тревогой и печалью. Тогда она еще была не супермоделью Грей Холлоу – а всего лишь напуганной семнадцатилетней девчонкой без денег, которой некуда идти.

– Местечко так себе, – заявил Тайлер, открыв окно, которое выходило прямо на кирпичную стену соседнего дома.

Мы проделали то, что в последнее время стало для нас привычным: пробежались пальцами по плинтусам, отыскивая тайники. Открыли все шкафы на кухне и выдвинули каждый ящик. Обыскали ванную комнату, заглядывая во все углы. Развинтили карниз, на котором висели шторы, в надежде обнаружить там записку. Саму ткань внимательно осмотрели на свету в поисках секретной вышивки. Перевернули вверх ногами всю мебель, надеясь обнаружить послание, нацарапанное на дереве.

Мое воображение рисовало сцены ее жизни здесь, в первые месяцы свободы, вдали от школы и двух младших сестер. Наверняка Грей приходила сюда из баров, немного захмелевшая и довольная, потому что какой-нибудь классный парень взял ее номер телефона. Я представляла себе ее на кухне в пижаме за приготовлением блюд, что она обычно подавала нам на завтрак воскресным утром. Вафли, омлет, свежевыжатый апельсиновый сок. Представляла себе, как спальня выглядела, когда в ней жили еще три девушки помимо Грей. Все свои сокровища и секреты, прихваченные из дома, она, должно быть, прятала в кровати.

– Здесь совершенно ничего не осталось от нее, – заявила Виви, закончив обыскивать окна. И все же тут что-то было. Ощущалась какая-то тревожная энергия. Нечто недоброе, скрытое от посторонних глаз. Я все возвращалась и возвращалась к одной из стен в спальне. Похоже, кровать Грей стояла именно здесь, потому что ее присутствие в этом месте ощущалось максимально сильно. Моя рука скользнула по обоям. В них не было ничего необычного. Никаких выступов, никаких тайников, вообще ничего, что могло бы привлечь внимание, кроме цепочки муравьев.

– Значит, ты тоже это чувствуешь, – сказала Виви, стоящая рядом со мной. Мы обе разглядывали стену, которую словно опутывала паутина странной энергии.

– Здесь обои немного отличаются, – начала я. Это смущало меня с самого начала.

– Правда? – спросила Виви, переводя взгляд с одной стены на другую. – Похоже, ты права.

– Они новее… – Я вновь пробежалась пальцами по стене. Обои здесь были более гладкими и менее выцветшими, чем на соседних стенах.

– На этой стене обои переклеивали. Только на ней.

За нашими спинами Тайлер мерил комнату шагами.

– Вообще-то вы должны искать доказательства моей невиновности, – заявил он, – а не критиковать странные интерьерные решения владельцев.

– Но, если уж мы выбили входную дверь, почему бы не содрать обои? – предложила Виви.

С этими словами она отправилась в гостиную, где была собрана вся мебель, и вернулась оттуда со стулом в руках. Сестра встала на него и оторвала от стены правый верхний угол, где было больше всего муравьев. Достаточно, чтобы я смогла ухватиться и потянуть. Обои были дешевые и отрывались легко; они сходили со стены большими кусками, обнаруживая следы клея на крашеной стене.

– Фу, стена прогнила, – сказал Тайлер, когда первый пласт обоев упал на пол.

– Это не гниль, – ответила Виви. Мы обе наклонились ближе, чтобы рассмотреть. – Это кое-что другое.

Виви прижала ладонь к стене. Та оказалась пористой, мягкой и пропитанной влагой, словно губка. Стоило чуть нажать – и ее рука утонула в размякшей штукатурке. Наружу вырвался запах разложения.

– Ого, здесь что-то умерло, – заявил Тайлер, прикрывая нос.

Виви оторвала кусок штукатурки, потом еще один, и они упали на пол, словно комки грязи. Стена утратила свою твердость и как будто превратилась в желе.

– Нет, здесь как раз кое-что живое, – возразила она, передавая мне один из кусочков. Запах шел именно отсюда. С внутренней стороны штукатурку покрывали маленькие белые цветочки.

Те же, что росли из раны Виви, и те же, что украшали кружева платьев от Грей.

– Это трупные цветы, – констатировала Виви, оторвав бутон и размяв его между пальцев, – единственный интересный факт, который я узнала в школе. Они пахнут так же, как разлагающаяся плоть, и привлекают мух и жучков.

Мы оторвали большой кусок обоев и обнаружили в стене достаточно большую дыру, в которую можно было заглянуть. С внутренней стороны все было выстлано ковром из трупных цветов и кишело насекомыми, которых они привлекали: муравьями, жуками и разными ползучими тварями.

– Я уже видела такие цветы раньше, – сказала Виви, подсвечивая пространство вокруг дыры лампочкой на телефоне. – Точно такие же нашли у нас в волосах, когда мы вернулись, – пояснила она. – Полиция пыталась определить, что это за вид, но не смогла. Это гибрид. Пирофиты.

– Пиро… что? – переспросил Тайлер.

– Растения, которым не страшен огонь. Некоторым из них он даже необходим, чтобы цвести.

Мне вспомнились остатки сгоревшего дома в Эдинбурге. Пламя было таким мощным, что оставило после себя лишь дверной проем. Жар пороха, когда пуля задела руку Виви, пожар в квартире Грей. Жар и огонь. Кровь и пламя. Какая тут связь?

Виви отошла от стены и принялась копаться в своем рюкзаке.

– Вот, – сказала она, извлекая оттуда блокнот Грей, тот самый, что мы нашли в ее тайном убежище. Мы решили не передавать свои находки полиции. Это слишком личное. – Взгляни на последнее фото и все рисунки.

Я пролистала до середины и обнаружила снятое на полароид фото дверного проема в разрушенной каменной стене. Он был покрыт ковром таких же белых цветов.

Виви указала на фото.

– Дверь, которая некогда вела куда-то, – произнесла она, переворачивая страницы с многочисленными зарисовками разных дверных проемов, – а теперь ведет в никуда.

Эти слова показались мне знакомыми – они звучали как строчки из давно забытого стихотворения.

– Что это за строки? – спросила я. – Откуда ты их знаешь?

– В сказке Грей именно так можно было попасть в… пространство между мирами, чистилище, землю мертвых или как там еще. Нужно было пройти через дверь, которая раньше вела куда-то, а теперь ведет в никуда. Дверь среди руин.

В моих воспоминаниях что-то промелькнуло. Грей рассказывала нам эту историю в детстве. Сказку про странное, неизведанное место. Там перемешивались время и пространство, словно в ловушке.

– Ты же не думаешь, что… она действительно… в каком-то другом мире?

– Что, если все эти истории, которые она рассказывала нам, когда мы были маленькими, – на самом деле правда?

Я рассмеялась, глядя на Виви, но сестра оставалась серьезной.

– Это был таинственный мир, – добавила она, поднеся фотографию из Бромли-бай-Боу близко к лицу и внимательно изучая руины, – куда можно было провалиться случайно, вроде… щели в диване, куда иногда проваливаются монетки и крошки. – Виви взглянула на меня с непривычным холодом во взгляде. – Что, если она там? Вдруг она нашла дорогу в это место?

– Виви, прекращай.

– Да уж, я согласен с… – Тайлер скользнул по мне взглядом, – с младшей Холлоу… в этом вопросе.

– О господи, – я сузила глаза, глядя на него, – ты даже не знаешь, как меня зовут.

– Нас некому было представить друг другу.

– Я Айрис, придурок ты чертов.

– Рад познакомиться, змея.

Виви не обращала на нас никакого внимания.

– Помнишь, что Грей говорила о пропавших людях? – спросила она. – Некоторые люди исчезают потому, что сами этого хотят, а другие – потому, что их забирают. Но есть и третья категория. Те, кто пропадает, провалившись в дыру во времени и пространстве, и неспособен выбраться оттуда.

– Междумирье – всего лишь сказка, – запротестовала я.

– Знаю, но почему бы ей не оказаться правдивой?

Виви затолкала блокнот обратно в свою сумку и выудила оттуда ключ от сожженной квартиры Грей.

– С нами что-то произошло, когда мы были детьми, Айрис, что-то необъяснимое. И теперь мне начинает казаться, что мы провалились.

– Провалились куда? – спросила я, но сестра уже направлялась к выходу. – Виви, куда мы провалились?

Сестра обернулась через плечо и со странной улыбкой на губах произнесла: