Текст книги "Семнадцать мгновений весны. Кривое зеркало Третьего рейха"

Автор книги: Константин Залесский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

Непосредственного шефа Штирлица – Вальтера Шелленберга – блестяще сыграл Олег Табаков. Он создал образ умного, хитрого, успешного интригана, жизнелюба и просто очаровательного человека. Гуляет история, что родственники Шелленберга поблагодарили Олега Павловича за создание столь положительного образа «дядюшки Вальтера». Не уверен, что это правда, но легенда сама по себе красивая. Конечно, Табаков абсолютно не похож на Шелленберга, у которого были худощавое, сужающееся к подбородку лицо, прямой, довольно крупный нос, глубоко посаженные глаза. Да и не было у бригадефюрера СС ямочек на щеках. Форма на Табакове сидит как влитая, чего не скажешь о Шелленберге. Но вот типаж был подобран верно, хотя у Табакова значительно больше обаяния, чем у шефа политической разведки. Шелленберг в 1945 году был просто неприлично молод (ему только-только исполнилось 35 лет, то есть он на 10 лет моложе Штирлица, чего по фильму не скажешь, Табаков играет человека лет сорока) для « члена НСДАП с 1933 года Шелленберга Вальтера, бригадефюрера СС, начальника VI отдела РСХА»,кандидатура жены которого «утверждена рейхсфюрером СС».Вообще-то кандидатуры жен членов СС утверждал не рейхсфюрер, а родовое ведомство СС, но это особой роли не играет, возникает лишь вопрос: почему этой фразы в характеристике удостоился только Шелленберг? Другие-то чем хуже? Говоря о чине Шелленберга авторы фильма упомянули только «бригадефюрера СС», а он между тем имел еще чины генерал-майора полиции и генерал-майора войск СС(последнее звание он получил 1 декабря 1944 года, после того как стал полноправным начальником Военного управления РСХА).

В фильме прекрасное образование Шелленберга (этот сын директора фабрики фортепьяно получил неплохое домашнее образование, а затем изучал медицину и право в Марбургском и Боннском университетах и в марте 1933 года сдал экзамен на юриста при высшем земельном суде в Дюссельдорфе) подчеркивается уже в 1-й серии, когда он с Гиммлером просматривает кинохронику.Во время просмотра сначала крутят «United News», естественно на английском, и Шелленберг синхронно, переводит текст не знающему языков рейхсфюреру. Затем идет немецкая кинохроника – «Wochenschau», – она на немецком, и по вполне понятным соображениям Шелленберг ее не переводит. А вот затем идет советская кинохроника – ее тоже Шелленберг не переводит.Понятно, что фильм делался для советского зрителя и идет в оригинале на русском языке, но все же создается впечатление, что Гиммлер довольно неплохо знает русский, раз не нуждается в переводчике.

Напомним основные вехи карьеры Шелленберга, а то в России создалось о нем мнение как о чуть ли не создателе немецкой разведки и уж как минимум «интеллигенте, не замешанном в преступлениях нацизма», – так, интеллектуал, который связался с нацистами исключительно из карьеры (в чем, правда, есть большая доля правды). Итак, Вальтер Шелленберг уже в 1934 году – то есть в 24 года – стал секретным агентом СД. Через год он уже был референдарием отделения гестапо в Берлине, а в октябре 1935 года был переведен в центральный аппарат СД в Берлин, где работал в центральной информационной картотеке. Затем в январе 1937 года Вальтер перешел в СД, где проявил себя прекрасным аналитиком и неординарно мыслящим сотрудником. Начальство, вообще ценившее молодых и перспективных, начало двигать Шелленберга по служебной лестнице, а тут еще его представили Гиммлеру.

Шелленберг сразу же понравился рейхсфюреру – тот видел умного молодого человека, который, конечно же, не мог быть ему конкурентом!. С этого момента началась стремительная карьера Вальтера Шелленберга. После выполнения ряда конфиденциальных поручений он 1 ноября 19 391 года был назначен заместителем начальником группы IV Е в составе IV управления РСХА, то есть в гестапо – в подчинение Мюллера. Группа ведала в составе гестапо вопросами контрразведки, борьбы со шпионажем в Германии и оккупированным странах. В 1939 году Шелленберг провел операцию по дезинформации англо-голландской разведки, выдавая себя за представителя движения Сопротивления. Результатом стал так называемый инцидент в Венло, когда на приграничном пункте (в Нидерландах) были захвачены сотрудники английской разведки Бест и Стивенс – кстати, именно за это он получил сразу Железный крест как 2-го, так и 1-го класса. Уже работая в гестапо, Шелпленберг постоянно выполнял личные поручения Гиммлера, то есть через голову Мюллера. И как результат, когда возникла нужда в руководящих кадрах в VI управление РСХА, занимавшемся вопросами иностранной разведки, он 2 июля 1941 года был переведен туда заместителем (а фактически исполняющим обязанности) начальника управления. Только 24 февраля 1943 года он был официально утвержден в должности начальника политической разведки.

Связи с союзниками в конце войны обычно принято приписывать именно Шелленбергу – на чем и основывался Юлиан Семенов, – хотя главной «линией связи» была не Швейцария, а также нейтральная Швеция. Однако здесь не все ясно: большая часть информации основывается на изданных уже после смерти Шелленберга мемуарах (в русском издании – «Лабиринт»), а читая их, невольно задаешься вопросом – а не сделано ли это по заказу англичан? Британские спецслужбы всегда действовали очень тонко и эффективно, возможно, и «исследования» Суворова (то есть Резуна) – это очередная (и очень успешная) операция британских спецслужб… Все попытки Шелленберга наладить переговоры с союзниками через Стокгольм потерпели провал из-за нежелания западных держав (что сильно расходится с озвученной в фильме официальной версией). В июне 1945 года Шелленберг, укрывшийся в Швеции, был передан шведскими властями западным союзникам. В результате главу политической разведки Германии в качестве подсудимого привлекли к процессу Американского военного трибунала в Нюрнберге по делу Вильгельмштрассе. В ходе судебного разбирательства с него были сняты все обвинения, кроме членства в преступных организациях, а также причастности к расстрелам военнопленных. 11 апреля 1949 года он был приговорен к шести годам тюремного заключения, а уже в декабре 1950 года по состоянию здоровья освобожден. Освободившись, Шелленберг уехал в Швейцарию, а затем был вынужден переехать в Италию. К концу жизни тяжело болел и 31 марта 1952 года умер в клинике Форнака, где готовился к операции печени.

Но, отдавая должное таланту и Табакова и Тихонова, все же надо сказать, что наиболее цельный и запоминающий образ был создан Леонидом Броневым. После «Семнадцати мгновений весны» шеф гестапо Генрих Мюллер стал поистине главным отрицательным героем советского мифа о Третьем рейхе. Если советский зритель подсознательно понимал, что Штирлиц – это образ, созданный фантазией авторов фильма (именно фильма и только потом первоисточника – романа), то Мюллер был реальным персонажем. Гениальная игра Броневого не давала зрителю выбора – Мюллер должен быть именно таким: жестоким, умным, хитрым и вызывающим уважение противником. Ему не чужды человеческие слабости, но при этом он наиболее сильный противник Штирлица. Ходили разговоры, что Броневой ревновал к популярности Тихонова – и это странно. (Броневой действительно выдающийся актер, о чем говорят и все его другие роли, причем не только «киношные», но и театральные.) Тихонов был изначально обречен на успех, а вот для того, чтобы после этого фильма «говоря Броневой, мы бы подразумевали Мюллер», надо было быть действительно выдающимся актером. Стоит ли говорить, что блестяще созданный Броневым образ Мюллера практически ничего не имеет общего с действительностью, это лишь результат совместной работы трех безусловно талантливых людей – Броневого, Семенова и Лиозновой.

Однако вернемся в тому, каким на самом деле был группенфюрер СС и генерал-лейтенант полиции Генрих Мюллер. Во-первых, возраст. Несмотря на то что Броневой и Тихонов ровесники, в фильме Мюллер значительно старше Штирлица – и Броневой это блестяще сыграл. Но самое интересное, что и в реальности Генрих Мюллер и виртуальный «ровесник века» Макс Отто фон Штирлиц тоже были одногодками: Мюллер родился в Мюнхене 28 апреля 1900 года. Но в том, что в фильме Мюллеру, скорее, лет 55–60, отнюдь не вина актера. Так его образ трактовали авторы, а консультанты (не известно, зачем их вообще так много в указано в титрах, учитывая их «большой» вклад) не посчитали нужным их поправить. В фильме возраст Мюллера сознательно значительно завысили, то есть авторы именно так и трактовали этот образ – в 9-й серии Мюллер говорит: «Я старый добрый человек» (это в сорок пять-то лет!).

Вот еще несколько примеров. В 10-й серии Мюллер говорит неожиданно распоясавшемуся Штирлицу: «Не зарывайтесь, Штирлиц, я все-таки старше вас и по званию и по возрасту».Но если по званию Мюллер действительно старше – он группенфюрер, а Штирлиц штандартенфюрер, – то по возрасту они же одногодки! Причем в качестве отступления заметим, что в СС в целом постоянно насаждались Гиммлером «панибратские» отношения: то есть было не важно, какое звание носил тот или другой человек, важно, что все были членами одного «арийского братства» – СС.

В связи с этим и, например, в войсках СС офицеры никогда не отделяли себя от рядового и унтер-офицерского состава: они все были «братьями по крови». Но вернемся к Мюллеру. В следующей – 11-й – серии Мюллер, неожиданно проникнувшись доверием к Штирлицу, в ходе своих умствований неожиданно дает информацию о том, сколько же ему лет (по трактовке авторов фильма): «Вам сколько будет в 1965-м? Под 70. Вы счастливчик, вы доживете и будете играть свою партию. 70 лет – возраст расцвета политика. А мне будет под 80…"В этой фразе прослеживается и аллюзия, которую авторы фильма были просто вынуждены допустить с оглядкой на советскую действительность. В 1970-х годах высшее руководство СССР было в возрасте примерно 60–65 лет и уходить на покой совершенно не собиралось. Снимался бы фильм десятью годами позже, авторы с полным основанием заявили бы, что «возрастом расцвета политика» будет именно восемьдесят лет… Однако эта фраза Мюллера показывает: если Штирлицу, родившемуся в 1900 году, будет в 1965 году «под семьдесят», то Мюллер, которому «под восемьдесят», является лет на десять (если не на пятнадцать) его старше – и на экране Броневой играет человека лет 55–60. Что, конечно же, явная ошибка, которая не должна была, по идее, ускользнуть из поля зрения консультантов (не говоря уже о самом Юлиане Семенове, который на протяжении всей своей жизни позиционировал себя именно как специалиста по Третьему рейху).

Внешний облик Мюллера также был очень далек от действительности. (Авторы фильма говорили, что на момент съемок фильма у них не было фотографии Генриха Мюллера. Может быть, оно и к лучшему: если бы актера подбирали по факту внешней «схожести», то мы бы не увидели блестящей актерской работы Леонида Броневого.) Обратимся к самому эмоциональному описанию Мюллера, оставленному его современниками. Это все тот же Шелленберг, который хотя и не отличался объективизмом, но все же с Мюллером общался близко, и в этом отношении не верить ему причин нет: «Мюллер – сухой и немногословный, с типично баварским акцентом. Я не мог отделаться от чувства, что маленький, коренастый имперский криминаль-директор, с угловатым черепом, с тонкими, сжатыми губами и холодными карими глазами, которые почти постоянно были наполовину прикрыты подергивающимися веками, вызывал у меня не только отвращение, но и делал меня неспокойным и нервным. Его большие руки с толстыми, узловатыми пальцами оставляли жутковатое впечатление. [Вообще Шелленберг слишком большое внимание в описании своих «коллег» уделяет именно рукам, возможно, для него это было очень важным показателем.] У нас никогда не доходило до доверительной беседы. Причиной, скорее всего, было то, что Мюллер еще не расстался со своей бывшей работой секретаря-криминалиста мюнхенского управления полиции [в описываемое время Шелленберг только-только поступил в гестапо, и в словах Шелленберга так сквозит пренебрежительное отношение к «старым служакам» в отличие от него – молодого и талантливого] и не был в состоянии найти слова для завязывания беседы». [10]10
  Цит. по: Зегер А. «Гестапо-Мюллер». Карьера кабинетного преступника. Ростов-на-Дону, 1997. С. 307.


[Закрыть]Добавим, что его рост был 170 см, а также в свободное время занимался спортом – чаще всего альпинизмом, был очень музыкален, вечерами играл на пианино и рисовал. Страстно любил играть в шахматы, но не гнушался и картами.

Мюллер обладал абсолютно стандартной внешностью – таких, как он, в любой баварской деревушке было по нескольку человек. При всем этом у него за спиной, кроме долгих лет работы в мюнхенской полиции Веймарской республики, была служба в армии во время Первой мировой войны: он поступил на службу в ноябре 1917 года – то есть когда еще не исполнилось 18 лет. Причем служил Генрих Мюллер в частях, которые были мечтой любого немецкого (и не только) мальчишки, – в авиации. На войне он проявил себя храбрым солдатом, о чем свидетельствуют полученное им (еще не достигшим 20 лет пареньком) звание вице-фельдфебеля и Железный крест 1-го и 2-го класса.

Особую приязнь советский зритель испытал к Мюллеру, когда тот на вопрос Кальтенбруннера, не хочет ли он коньяку, сказал, что он предпочитает водку,а от коньяка «совеет». Однако свидетельства современников разрушают этот образ «рубахи-парня». Близко знавший Мюллера Франц Йозеф Губер вспоминал: «Только в конце войны он начал пить коньяк. Он беспрерывно курил бразильские сигары». В фильме же Мюллер курит, естественно, демократичные немецкие сигареты (это Шелленберг «курил только «Кемэл»» – эстет, видите ли). Кроме того, к концу войны Мюллер стал страдать сильными болями в желудке – возможно, это было следствием большого нервного напряжения. И ему приходилось придерживаться довольно строгой диеты, основу которой составляли каша и черствый хлеб.

В фильме Мюллеру – главному антиподу Штирлица – уделено внимания, наверное, больше, чем кому-либо другому (кроме, конечно же, самого разведчика). Его прошлое нарисовано авторами довольно широкими мазками. Так, в 8-й серии «голос за кадром» сообщает: « Мюллер редко ошибался, и когда служил Веймарской республике, избивая демонстрации нацистов, и когда перешел к нацистам и начал сажать в концентрационные лагеря деятелей Веймарской республики, и когда выполнял все распоряжения Гиммлера, и позже, когда начал тяготеть к Кальтенбруннеру, чутье не подводило его».

В 10-й серии также вскользь упоминается, что Радке и Хилле «еще в 20-х годах ловили с ним и жуликов, и национал-социалистов, и наркоманов».Авторы пытаются представить Мюллера беспринципным карьеристом, которому было все равно, кого арестовывать, лишь бы находиться на хорошем счету у властей. В принципе, в этом была лишь доля правды: действительно Мюллер не был по убеждениям национал-социалистом, но в то же время отдал все свои знания и силы на службу нацистскому режиму. Но в то же время он весь период свой службы в полиции Веймарской Германии специализировался на борьбе с левым движением (а национал-социализм, как известно, – правое). Будучи убежденным антимарксистом, Мюллер всегда считал, что коммунизм (или большевизм) губителен для Германии и его необходимо выкорчевать с корнем. Не занимался он и наркоманами, просто потому, что их тогда было довольно мало и ведала ими криминальная полиция, а Мюллер служил в политическом отделе Мюнхенского полицей-президиума. И, конечно же, сотрудник управления полиции, криминаль-секретарь не участвовал в «избиениях демонстраций нацистов» хотя бы потому, что это было компетенцией частей полиции порядка: не будут же в современной России «разгонять демонстрации» оперативные сотрудники уголовного розыска! Также фразу о том, что «Мюллер начал тяготеть к Кальтенбруннеру» авторы привели, скорее всего, просто так, лишь для «красного словца». Вот, например, сотрудник РСХА Вильгельм Хёттль, выступая в качестве свидетеля на Нюрнбергском процессе 11 апреля 1946 года, охарактеризовал их взаимоотношения: «Я четко знаю то, что Мюллер многие решения принимал самостоятельно… Кальтенбруннер не ценил его». [11]11
  IMT. Bd. 11. S. 257.


[Закрыть]Причем в 11-й серии Штирлиц прямо говорит Борману: « Мюллер подчиняется непосредственно Гиммлеру». Неужели сложно придерживаться одной (пусть и неправильной) версии?

Не отличаются внутренней логикой и взаимоотношения в фильме Мюллера и Бормана – хотя, расписывая их, Юлиан Семенов исходил из своей уверенности в том, что и тот и другой в конце войны скрылись из Германии. (Эта точка зрения имеет некоторое право на существование, хотя большинство фактов говорит об обратном.) Тем не менее сначала – в 4-й серии – заявляется, что «Борман знал, как Мюллер ему обязан», а затем – в 9-й серии – оглашаются выводы Мюллера: «Значит, свалив Бормана, Мюллер получит доступ в сферу финансов для проверки». Но, во-первых, Мюллер ничем не был обязан Борману, своей карьерой он был обязан прежде всего Гейдриху и в какой-то степени Гиммлеру; а во-вторых, даже «свалив Бормана», никакого доступа к «деньгам партии» Мюллер получить не мог априори. Он вообще не имел права вмешиваться нив какие партийные дела, тем более в финансовые. Поэтому, когда авторы в 11-й серии вкладывают в уста Мюллеру целую программу возрождения национал-социализма – «Сотни тысяч интеллектуалов поймут, что нет другого пути, кроме национал-социализма… Они будут говорить о нас как о легенде… Когда в Берлине будут рваться русские снаряды, а солдаты драться за каждый дом. Вот тогда отсюда можно будет уйти, не хлопая дверью. Уйти и унести тайну золота партии…»– то это сделано, скорее всего, потому, что больше ни один персонаж для этого не подходил. Мюллер здесь выражает отнюдь не свои мысли (по крайней мере ни одного свидетельства о чем-либо подобном нет), а просто является для авторов неким големом, озвучивающим определенную мысль. В этой же фразе заложена и версия, которой до конца жизни последовательно придерживался Юлиан Семенов и которую с помощью фильма сделал чуть ли не общепринятой – Генрих Мюллер в последние дни войны скрылся из горящего Берлина. Надо признать, что тело Генриха Мюллера действительно не было обнаружено, как нет и непосредственных свидетелей его самоубийства. (А вот свидетельства о самоубийстве осужденного позже заочно на Нюрнбергском процессе Бормана были, а затем и его останки были обнаружены.) В то же время целый ряд косвенных свидетельств говорит о том, что Мюллер покончил с собой в саду Имперской канцелярии. Можно возразить – свидетельства-то косвенные, но в то же время все другие «факты», якобы говорящие о чудесном спасении Мюллера, вообще не выдерживают критики и очень напоминают фальшивки, созданные журналистами ради жареных сенсаций.

В конце 1-й серии зрители становятся свидетелями следующей сцены: шеф СД и полиции безопасности Эрнст Кальтенбруннер распекает «за провал в Кракове» группенфюрера Фридриха Вильгельма Крюгера. Крюгер раскаивается и просит разрешить ему смыть позор кровью, но Кальтенбруннер запрещает ему это и назначает заместителем начальника Пражского гестапо. Позже Кальтенбруннер скажет Мюллеру, что в Праге ему окажет помощь Крюгер! Само по себе довольно занятное заявление: Мюллер был главой гестапо и ему будет «оказывать помощь» какой-то заместитель начальника местного отделения гестапо, то есть его непосредственный подчиненный? Хотя это лишь умозрительная ситуация, так как с Крюгером все не так просто. Начнем с внешнего вида: Крюгер одет в полевую форму войск СС со знаками различия группенфюрера СС, на шее у него Рыцарский крест Железного креста, а на правой стороне груди – Золотой Германский крест (заметим, что актер, играющий Крюгера, внешне очень похож на старшего брата своего персонажа – Вальтера Крюгера, – возможно, при выборе типажа авторы воспользовались его фотографией, не разобравшись, какой именно Крюгер им был нужен). Авторы фильма понизили Крюгера в звании – на самом деле он еще 25 января 1935 года (то есть за 10 лет до описываемых событий) был произведен в обергруппенфюреры СС,а позже также получил звания генерала полиции (8 августа 1941 года) и генерала войск СС (20 мая 1944 года), то есть по званию он был равен Кальтенбруннеру, а по старшинству значительно его превосходил – Кальтенбруннер стал обергруппенфюрером СС и генералом полиции только 21 июня 1943 года, а генералом войск СС – 1 декабря 1944 года. Понижение в звании авторы компенсировали Крюгеру Золотым Германским крестом – его Крюгер никогда не получал(а вот Рыцарский крест у него действительно был). К февралю 1945 года Крюгера уже мало что связывало с Польшей – это раньше он был высшим руководителем СС и полиции в генерал-губернаторстве и одновременно руководителем оберабшнита СС «Восток». Но 9 ноября 1943 года благодаря интригам генерал-губернатора Ганса Франка он свой пост потерял, и его сменил обергруппенфюрер СС и генерал полиции Вильгельм Коппе. А вот на фронте он побывать успел: именно за командование 6-й горнострелковой дивизией СС «Норд» он и получил в октябре 1944 года Рыцарский крест. Даже если учесть, что, по фильму, Крюгер сильно провинился, так как не смог взорвать Краков, его назначение «заместителем начальника Пражского гестапо» – слишком уж сильное понижение. Этот пост слишком уж незначителен для полного генерала СС, ведь даже руководителем главного отделения гестапо в регионах обычно назначался человек в звании штурмбаннфюрера, оберштурмбаннфюрера или в крайнем случае штандартенфюрера. В описываемый период в Праге во главе гестапо находился оберштурмбаннфюрер СС оберрегирунгсрат доктор Эрнст Герке. Это к нему, что ли, заместителем отправили генерала войск СС? В феврале 1945 года Крюгер действительно получил новое назначение, но оно вполне соответствовало его высокому званию и положению: он стал специальным уполномоченным рейхсфюpepa СС на Юго-Восточном фронте, то есть в действующей армии. В заключение упомянем, что Крюгер 9 мая 1945 года покончил жизнь самоубийством.

Наверняка все помнят сцену в самом начале 3-й серии, где Герман Геринг «возвращался с фронта, с участка, где прорвались русские танки».От Гитлера, который посоветовал ему «заниматься своейлюфтваффе» (вообще-то люфтваффе, это военно-воздушные силы, и поэтому заниматься рейхсмаршалу лучше все же своимилюфтваффе), Геринг отправился в Каринхалле, где его «уже ждали штабисты люфтваффе. Он приказал их собрать, выходя из бункера».Поместье Геринга находилось в Шорфхайде, на берегу озера Гроссе Дёлльнзее, в 60 километрах к северо-востоку от Берлина, и было его личной парадной резиденцией. Зачем понадобилось туда вызывать «штабистов люфтваффе», отрывать их от дел и заставлять трястись часа два по разбитым дорогам, не совсем ясно, хотя можно это списать на самодурство Геринга. «Голос за кадром» говорит, что Геринг ехал «ошеломленным»и вспоминал, «как ему в спину улыбались эти ничтожества – адъютанты фюрера Шмунд и Бургдорф». Кстати, в романе Юлиана Семенова этой фразы не было, но в фильме решили добавить «для оживляжа» реальных фамилий. Хотели как лучше, но получилось как всегда. Надо сказать, что Геринг еще отличался крепкими нервами, он был всего лишь ошеломлен,любой другой на его месте, наверно, уже бы попал в психиатрическую клинику. Сами подумайте, каково это, когда тебе в спину ухмыляется человек, уже как четыре с половиной месяца пребывающий в могиле.Шеф-адъютант вермахта при фюрере генерал-лейтенант Рудольф Шмунд, постоянно находившийся при Гитлере, получил тяжелые ранения во время взрыва, устроенного в Растенбурге 20 июля 1944 года полковником Клаусом фон Штауфенбергом. Два с половиной месяца врачи боролись за его жизнь, но сделать ничего не смогли, и 1 октября 1944 года Шмунд, к тому времени произведенный в генералы пехоты, скончался. На его-то место и был назначен генерал пехоты Вильгельм Бургдорф, который и находился при Гитлере в феврале 1945 года. В фильме же показана встреча Гитлера и Геринга, и на втором плане видно двоих адъютантов: один с Рыцарским крестом (это, видимо, Бургдорф, который имел такую награду), а второй с Железным крестом 1-го класса (это, видимо, умерший Шмунд).

Состоявшаяся позже беседа между Герингом и Гиммлером действительно имела место, с одной лишь оговоркой – фамилию «Гиммлер» надо заменить на «Шпеер». Именно рейхсминистр военной промышленности приехал к Герингу в Каринхалле в середине февраля 1945 года. Вот как описывает эту встречу сам Шпеер: «В тот вечер в «Каринхалле» Геринг первый и единственный раз оказался мне по-человечески близок. Он приказал лакею накрыть стол возле камина – приборы для еды и бокалы были из фамильного сервиза Ротшильдов, – и больше нас не беспокоить. Я решил быть до конца откровенным и подробно описал причины своего разочарования в Гитлере. В ответ Геринг заявил, что вполне понимает меня и что сам испытывает аналогичные чувства. Но я, дескать, примкнул к фюреру гораздо позже, чем он, и поэтому раньше внутренне отделил себя от него. Ему же сделать это очень нелегко, ведь он столько лет был рядом с Гитлером, делил с ним радость и горе, прошлое накрепко связало их – и он уже никогда не сможет порвать с ним». [12]12
  Шпеер А. Воспоминания. Смоленск, 1997. С. 568.


[Закрыть]То есть беседа протекала несколько по-другому, и Геринг даже не думал о захвате власти.

В киноверсии беседы между Гиммлером и Герингом есть и еще одна неточность. Когда речь заходит фактически о физическом уничтожении Гитлера, Гиммлер сообщает Герингу новость: «Вообще-то в бункере войска СС».Видимо, Гиммлер в начале 1945 года совсем потерял голову и забыл, что охрану Гитлера осуществляли отнюдь не войска СС, а Имперская служба безопасности, которую он не мог контролировать. Первоначально даже не все ее сотрудники – в основном, офицеры баварской криминальной полиции – были членами НСДАП и СС, и только в мае 1937 года Гиммлер всем им присвоим эсэсовские звания. Ее начальником состоял группенфюрер СС и генерал-лейтенант полиции Ганс Йохан Раттенхубер, а его заместителем – штурмбаннфюрер СС Петер Хёгль, и приказ Гиммлера об убийстве Гитлера они бы никогда не исполнили, тем более что его приказам они не подчинялись. Да, кроме того, Гиммлер в те дни вообще бывал в Берлине крайне редко, наездами. Он считался командующим группой армий «Висла», и его штаб-квартира находилась в 110 километрах от Берлина, под Пренцлау, а сам он с 16 февраля практически безвыездно находился в Хохенлингене в клинике доктора Гебхардта.

Важную роль в фильме играет и Карл Вольф – по мнению авторов, эмиссар Гиммлера на переговорах с американцами. С занимаемыми им должностями авторы так и не смогли определиться. При том что в конце 5-й серии на встрече с Даллесом Вольф говорит: «Мое звание обергруппенфюрер СС, и моя должность начальник Личного штаба рейхсфюрера ССГиммлера». В других случаях – например, в 3-й в «Информации к размышлению. Гиммлер» и 4-й, когда мы встречаем Вольфа в первый раз и на экране появляются титры с его должностью, – он почему-то именуется «начальником штаба СС».Почему, назвав один раз должность правильно – начальник Личного штаба рейхсфюрера СС, – создатели фильма не стали отслеживать несоответствия? Ладно авторы, но вот консультантов же должны были такие расхождения насторожить? Не насторожили. О другой же должности Вольфа, по которой он, собственно, и получил возможность вступить в контакт с американцами, у консультантов было вообще очень туманное представление. Причем эти слова «поручили» сказать Шелленбергу, который в результате оказался абсолютно не осведомленным о том, кем же на самом деле является Вольф. А вообще-то по должности начальника политической разведки, планировавшего эту операцию, ему не мешало бы быть более осведомленным. Итак, в 4-й серии Шелленберг успокаивает Гиммлера: «Вольф должен говорить от имени фельдмаршала Кессельринга, ведь он ему подчинен в Италии. Он заместитель командующего в Италии, он вне вашего прямого подчинения».Это кто же назначил функционера СС заместителем командующего в Италии и вывел генерала войск СС из прямого подчинения рейхсфюрера? Это сделали авторы фильма, вернее – Юлиан Семенов, так как эта фраза дословно содержится и в романе, который стал первоосновой кинокартины.

23 сентября 1943 года начальник Личного штаба рейхсфюрера СС обергруппенфюрер СС и генерал войск СС Карл Фридрих Отто Вольф был назначен (с сохранением за ним и прежней должности) Верховным руководителем СС и полиции в Италии. На этом посту он оставался до мая 1945 года и был, естественно, подчинен рейхсфюреру СС. Также после покушения на Гитлера, когда началось поветрие выдвигать «преданных эсэсовцев» на посты вне системы СС, он 26 июля 1944 года стал еще и уполномоченным вермахта при правительстве Итальянской социальной республики – так называемой Республики Сало (ударение на последнем слоге). Это была не командная, а военно-дипломатическая должность, по которой Вольф оказался вхож в штаб Кессельринга, но отнюдь не стал его заместителем. Он не стал даже его подчиненным, так как представлял не фельдмаршала, а Верховное командование вермахта. Хотя, конечно, должность давала ему возможность и общаться с Кессельрингом, и получать важную стратегическую информацию. Но Шелленберг явно покривил против истины, убеждая Гиммлера, что если выяснится, что начальник его Личного штаба и глава СС в Италии начал переговоры с американцами, то все можно будет списать на Кессельринга. Вообще-то Шелленберг не производил впечатления настолько наивного человека.

Не последнюю роль в фильме играет и Мартин Борман – именно через него Штирлицу удается провалить операцию СС. Наверное, это лучшая роль прекрасного барда и актера Юрия Визбора, который оказался даже чем-то похож на всесильного рейхслейтера. Борман был самой таинственной личностью в окружении Гитлера – наверное, потому, что он предпочитал действовать за спиной фюрера. Что не помешало ему к 1945 году стать одним из наиболее могущественных людей в Третьем рейхе, но это могущество было иллюзорным, так как Борман не был самостоятельной фигурой: вся его власть базировалась исключительно на Гитлере, на том влиянии, которое Борман мог оказывать на фюрера. Без Гитлера Борман был никем, без Гитлера у него не было будущего, что бы там ни говорили многочисленные журналисты, сделавшие после войны своей профессией безрезультатные поиски Бормана по всему миру. В этой книге мы не будет останавливаться на том, кем являлся Борман на самом деле, это предмет отдельной работы – слишком уж много тумана было после войны напущено вокруг этого имени. Заметим лишь, что все предположения о якобы свершившимся побеге Бормана из Берлина в мае 1945 года оказались беспочвенными. Он покончил жизнь самоубийством, пытаясь прорваться 2 мая из окруженного Берлина, раскусив ампулу с синильной кислотой, на Зандкругбрюке, недалеко от вокзала Лертер. Тело Бормана первоначально не было обнаружено, и факт его смерти не подтвержден. Поэтому его считали скрывшимся, и он был заочно привлечен в качестве главного военного преступника к суду Международного военного трибунала в Нюрнберге, признан виновным в многочисленных преступлениях и приговорен к смертной казни. Позже его тело было обнаружено, но стопроцентная идентификация оказалась невозможной. 4 апреля 1973 года Франкфуртская прокуратура официально подтвердила, что Борман погиб в мае 1945 года. Однако лишь в 1998 году экспертиза окончательно удостоверила, что найденные в Берлине останки принадлежат Мартину Борману.