Текст книги "Золушка за соседней партой (СИ)"

Автор книги: Кларисса Рис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Когда мы вошли в дом, я услышала приглушенный голос Павла и тишину. Наверное, он разговаривал по телефону, как и положено занятому бизнесмену, у которого и на сына времени не было. Вит даже не взглянул в ту сторону, когда мужчина оторвался от трубки, чтобы подойти к нам и узнать, что же приключилось в очередной раз. Я попыталась выдавить улыбку, но он понимающе мне кивнул и мотнул головой в сторону лестницы, где скрылся его сын. Это больно кололо в груди, но я понимала, что в данной ситуации, я не помощница. Только хуже сделаю.

Несмотря на то, что каждый из них был в чем-то не прав, я считала, что как взрослые и самостоятельные мужики, они способны сами во всем разобраться. Во всяком случае, отец хотя бы пытался наладить отношения с сыном, и Вит мог бы и засунуть свою гордость куда подальше. Хотя, за месяц в этом доме, о его раздутом эго, я узнала достаточно. По мне, это было поведение маленького, избалованного мальчишки, который никак не мог разобраться в своих собственных чувствах, но зато успешно выворачивал наизнанку чужие.

Вит хлопнул дверью своей комнаты с такой силой, что я подумала штукатурка с потолка посыплется. На такую демонстрацию, я лишь звонко фыркнула и пожала плечами. Не маленький сам мог со своими тараканами разобраться. Я и не собиралась лезть в душу к тому, кому моя помощь даже даром не упала. Пройдя по коридору, я остановилась у двери в свою комнату и все же задержала взгляд на несколько мгновений. Но нельзя… Проявление слабости могло бы дать неправильный посыл для дальнейшего развития событий.

Мне так надоела эта жизнь в замке с капризным принцем, но почему-то покидать его не хохлись так же сильно, как и сбежать на край земли. Иногда я даже подумывала, что жить с Елизаветой и сестрами не так уж и плохо. А в другое время, когда Вит не был уродом, накрывала тоска и желание остаться под его опекой и защитой. Упершись лбом в дверь, я тяжело вздохнула. Почему-то именно в этот момент стало так тоскливо, что захотелось выть. Хотя причины, я и не смогла понять. Это было сильнее меня, жестче и опаснее. Это было неправильно!

Я поджала губы, продолжая буравить взглядом дверь своей комнаты. Пока в голове не поселилась мысль о том, что я напоминала дуру в этот момент. В полной темноте я разделась и плюхнулась на кровать, стараясь не анализировать поведение Виталика. Я думала, что долго не усну, но, кажется, в моем организме просто не осталось сил. Под мерное тиканье настенных часов я уплыла в полудрему забытья. Пока реальность вновь не обрушилась на меня ледяными иглами по коже. Я задыхалась от паники и слез, не могла вздохнуться и даже не осознавала, где находилась.

Я попыталась сесть, но тело было словно деревянное и не желало меня слушаться. Слезы, не переставая, катились по щекам и не давали дышать. Я думала, что больше никогда не увижу кошмар о смерти матери, но после трагедии целого дня, воспоминания вновь нахлынули. Темная комната убивала, она делала меня слабой. Я была одна, наедине со своими страхами. Сердце болезненно сжалось, и я попыталась сжать кулаки, но даже этого не смогла. Мне так страшно… С оглушительным ударом дверь моей спальни врезалась в стену. На пороге стоял заспанный, но не менее перепуганный Вит, который беспокойным взглядом шарил по темному пространству моей комнаты.

– Маша, какого черта? – устало спросил он у меня, присаживаясь рядом. – Весь дом на уши поставить хочешь? Вообще-то… Маша, ты что? Плачешь?

Я на его заботу лишь тихо всхлипнула, попыталась встать, но из-за этого дурацкого состояния ничего не получилось. Грудь только сильнее сдавило стальными кольцами паники. Вит подался ближе ко мне и помог устроиться выше на подушках. Сев рядом на матраце, он внимательно посмотрел на меня. Не было никакого смысла рассказывать ему о чет-либо. Такой, как он все равно не поймет, о чем я толкую. Он только посмеется и скажет, что я дура. Как всегда… Как обычно… Ничего нового я от него не услышу и не увижу…

– Что случилось? – он приблизился еще ближе и поднял мою голову за подбородок.

– Ерунда, – отмахнулась я и попыталась спрятать взор за вуалью ресниц.

– Но ты плачешь, – возразил он мягко, но настойчиво, – а мне это не по душе.

– Мне кошмар приснился, вот и все, – я старалась говорить мягко и ненавязчиво, так, словно меня это и в правду не волновало.

– Посмотри на меня и скажи, что с тобой все хорошо, – он притянул меня еще ближе к себя. – Что эта дура и ее хахаль не причины этого водопада.

– Что? – огрызнулась я. – Боги, нет… Просто это все дурной сон, вот и все. Никаких других вариантов нет.

– Маша, – тихо зарычал он.

– Я тебя уже ответила, что еще мне надо сказать? – мгновенно взвилась я на проявленную агрессию.

– Извини, что повысил на тебя голос, – его пальцы мягко погладили меня по щеке.

– Что? – я даже вскинула голову, чтобы посмотреть на него. – Прости, у меня, кажется, со слухом проблемы? Что ты сказал? Это я все еще сплю, или просто окончательно спятила? Ты, сейчас, передо мной извинился? Мир завтра перевернется?

– Ты сейчас пытаешься все испортить? – он навис надомной озлобленной тенью.

– Ты серьезно? – прищурилась я, не веря своим ушам.

– А на что похоже? – хмыкнул он, приближаясь непростительно близко.

– На бред сумасшедшего, – честно пробормотала я, опуская глаза на собственные сцепленные в замок руки.

– Может, все-таки расскажешь, что заставило тебя так орать в половине четвертого утра? – спросил он и стиснул в своих объятиях.

– Ерунда, – покачала я головой. – Просто мне снилось то, чего больше никогда не произойдет. Я привыкла… За столько лет смирилась… Но из-за нервов они вернулись. Просто курс у психолога и все вновь станет как прежде.

– Все настолько страшно? – в голосе парня послышалось волнение

– Нет, – тут же затрясла я головой, – просто утерянные воспоминания вызывают приступ неконтролируемой паники. Все в порядке. Честно…

– Маш? – Вит, казалось, совсем растерялся.

– Ну что? – воскликнула я глаза на брюнета и поняла, что бессовестно реву.

Я закусила губу до боли. Не казалось, это не помогало. Я не могла почувтвовать себя цельной. Все что я ощущала, исходящее от него тепло, которым он делился со мной. Не выдержав, я закрыла лицо руками и расплакалась, прямо у него на плече. Внезапно Вит обхватил меня за талию и прижал к себе еще плотнее, утягивая на постель и закутывая в одеяло. Я уткнулась носом в его грудь и тихо подвывая, рыдала в три ручья. Сейчас я готова была забыть, что ненавидела его всеми фибрами души. Было так больно вспоминать прошлое, что была благодарна ему за эту поддержку.

– Эй, успокойся, – прошептал Вит, упершись подбородком в мою голову. – Я с тобой и я не растаю, останусь настолько, насколько это потребуется. Ты всегда будешь рядом, и я всегда тебя укрою от всех бед и проблем.

========== Глава 14 ==========

Его доброта и забота казались чем-то нереальным. Но в таком состоянии мне было все равно. Первый раз за долгие годы, кто-то подарил мне живое тепло, после страшных снов о том, как мертвые родители утягивали меня в бездну. Я вцепилась дрожащими пальцами в его футболку и не могла остановиться. Обняв его за шею, ткнулась носом в плечо и ревела. Некрасиво с подвываниями, размазывая сопли по его плечу. Конечно, утром мне будет стыдно за такое поведение, но сейчас я плевать на это хотела. Когда я почувствовала, что на плече Вита не осталось сухого места, я отпрянула и отвела взгляд в сторону.

– Прости за эту истерику, – виновато промямлила я. – Просто каждый такой сон доставляет кучу неприятностей. Мне всегда кажется, что я на самом деле умираю и не могу выбраться из этой западни. Такое дикое и нерациональное желание сбежать, что я едва могу его контролировать.

– Да, ерунда, – засмеялся он и притянул меня поближе, – у каждого свои тараканы в голове и твои не самые худшие. Моих ты и так видишь каждый день. Просто до этого ты казалась мне такой идеальной, правильной, во всем лучше меня. Это бесило… Хотелось окунуть тебя как можно глубже в пучину отчаяния, испачкать белоснежные крылья.

– А теперь все изменилось? – нерешительно посмотрела я на парня. – Или я все еще напоминаю тебе о ней?

– Ты о моей матери? – вскинул он бровь. – Не бери в голову, в ее случае я злюсь исключительно на отца. Все что тебе рассказала Галя полнейшая чушь. Не было у нее никакого рака, и она не умирала у меня на руках.

– Тогда почему ты так реагируешь? – я уже спрашивала это сегодня, но вдруг в этом припадке болтливости Виталик мне расскажет.

– Скорее по привычке, решись отец раньше с ней развестись никакой трагедии не случилось бы, – ответил Вит. – Она оказалась шпионкой, нанятой конкурентами, но так заигралась в любовь, что в один прекрасный момент родился я. Но потом, выбирая между своей первой семьей и мной, она выбрала тех детей и того мужчину. Это было больно… Но отец должен был ее выкинуть после такого, а не пытаться все вернуть. Нельзя склеить пепел.

– Но почему она умерла? – подалась я немного вперед.

– Что? – рассмеялся он. – О чем ты?

– Галя, сказала, что ты такой из-за смерти матери, – тихо пробормотала я.

– Никогда эта тварь не умирала, она до сих пор прекрасно живет на деньги отца и вытягивает с него все больше и больше, – он повернулся ко мне лицом и тяжело вздохнул. – Я ненавижу отца за его слабость. Все повторяют, что моя мать умерла, что есть могила и так далее, но мне было восемь и я не полный идиот, чтобы в двадцать не нанять детектива, который нашел эту тварь вполне живую, счастливую и с кучей детей от жирного урода, который ни дня не работал из-за того, что его женушка, наставила рога с богатым подкоблучником, который никак не поймет, что любить не значит ломать себя ради мимолетного взгляда.

– Прости что заставила все это вспомнить, – тихо сказала я. – Наверное, нам стоит ложиться спать, начало третьего, а завтра на учебу.

– Ты ни в чем не виновата, – тихо сказал он и вышел прочь.

Когда он не корчил из себя невесть что и не хмурился, он был очень даже милым. В этой ситуации его и вовсе хотелось пожалеть. Прижать к груди и пообещать, что все будет хорошо. Я осторожно улыбнулась и откинулась на подушки. Почему-то захотелось стать поближе к нему. Как-будто этот короткий разговор, что-то изменил, между нами. Честное слово, никогда бы не подумала, что в нем таится и такая мягкая сторона. Но все же она была и это внушало мне оптимизм, что все будет хорошо.

Перед внутренним взором опять всплыл Вит. Парень звонко хмыкнул, отвел взгляд, уставившись куда-то в сторону и нерешительно начал рассказывать тайны своей души, в которые до этого никого не пускал. Сейчас я явно видела его настоящее лицо, ту боль и переживания, которые он носил в себя. Он лишь корчил из себя жестокого и озлобленного мажора, которому можно было все. На самом деле он таким не являлся… Это была лишь защитная маска, которая помогала ему пережить боль предательства. Одинокий и потерянный мальчик, который не понимал, как мать могла покинуть его. Это была настоящая трагедия.

И, как бы это не было странно и глупо, мне было жалко такого Вита. Не знала, что больнее потерять родителей на совсем или вот так, знать, что тебя бросила родная мать и променяла на жизнь с кем-то еще. И понимать, что твой отец навсегда привязан к этой падшей женщине, а ты ничего не в состоянии изменить. Тяжело вздохнув, я поднялась с матраца и добровольно решила сунуться в логово хищника. Парень не спал, он сидел на подоконнике и потерянным взглядом смотрел на ночное небо. На мои шаги он даже не обернулся, лишь сдавленно выдохнул сквозь зубы.

Я приблизилась к нему вплотную. Провела по колючей щеке, подушечками пальцев и нагнулась еще ниже. Я знала, что совершала глупость. Но, так хотелось верить, что его признание – правда. А раз так, значит, мне вполне разрешалось его целовать. Вит даже не шелохнулся, когда я осторожно, едва различимо коснулась своими губами его. Отстранившись, всмотрелась в его лицо и уже увереннее поцеловала его снова, сразу же требуя всего и побольше. Он жестко схватил меня за затылок, привлекая к себе и толкнулся своим языком мне в рот. Я понимала, что завтра я себе этого не прощу, но сегодня не сомневаясь шла за желаниями сердца. Хотя, и очень глупым…

Правда утро растворило все эти нежности и вернуло меня в реальность. Учеба опять засверкала красками, и я потерялась в водовороте повседневности. Домой я приехала поздно вечером и одна. Таксис привез меня к дому и укатил, сверкнув лишь фарами на прощание. Медленно вышагивая по почищенной дорожке, я поплелась к дому, в котором горел свет. Машины Вита еще не было, и я мысленно расстроилась, но быстро надавала себе затрещин и выкинула эту чушь из головы. Как только я вошла во двор, ко мне кинулась мелкое недоразумение герцогских кровей, радостно тявкая и виляя хвостом. Я осторожно погладила белый шарик и пошла ко входу.

– Наконец-то вы вернулись! – Константин забрал у меня сумку. – Где Виталий?

– Я не знаю, мы расстались еще в институте, – пожала плечами я.

– Мария, вас хочет видеть мистер Гривцов, – сказал Константин, помогая мне с верхней одеждой. – Пройдите в его кабинет, как только передохнете с дороги и выпьете чай.

– Зачем? – удивилась я.

– Не могу знать, – пожал тот плечами, – но выглядел он серьезно, боюсь Виталий опять что-то натворил и теперь вы за это ответственны.

– Ладно, я занесу сумки в комнату и пойду, – с тяжелым вздохом пришлось соглашаться.

– Иди сейчас, с вещами я сам разберусь, – отмахнулся от меня дворецкий. – Не стоит заставлять его ждать дольше нужного. Все же Павел Аркадьевич очень занятой человек.

– Я поняла, – настороженно повторила я.

Больше не сопротивляясь, я просто отдала сумки дворецкому и стала подниматься по лестнице. Кабинет Павла располагался на втором этаже, прямо над рабочим кабинетом Витали, куда он первый раз меня пригласил. Стараясь не трястись подобно осеннему листочку, я прошла по тускло освещенному коридору и нерешительно остановилась у массивной двери. Наконец, собравшись с духом, я тихо постучала. Негромкое “входи!” раздалось изнутри, подобно приговору к расстрелу. Но делать было нечего, и я вошла внутрь.

В просторном помещение царил приятный полумрак, разгоняемый лишь настольной лампой. Отец Вита сидел за столом, на котором огромной кучей были свалены разноцветные папки и что-то считал. Я же удивленно посмотрела на мужчину, который был в одной футболке и домашних штанах. Из-под стола торчали тапочки, и он совершенно не походил на сурового бизнесмена, которого я видела днем ранее. Мужчина отложил какие-то бумаги, снял очки в тонкой оправе, и взглянул на меня.

– Здравствуй, Мария, в ногах правды нет, можешь присаживаться, – кивнул он на кресло около окна. – Разговор хоть и будет недолгим, но он выйдет весьма эмоциональным. Я заранее извиняюсь за свою бестактность, но лучше так, чем дальше ходить по кругу неизвестности.

– Добрый вечер, – пробормотала я и выполнила указание.

– Не переживай, я не собираюсь убивать или пытать тебя, – усмехнулся он, – просто небольшой разговор, который не должен достигнуть ушей моего оболтуса. Надеюсь, ты не против такой неформальной беседы?

– Конечно, нет, – я послушно села, ожидая, что он сейчас станет расспрашивать меня о том, как Вит себя вел и прочей ерунде.

– Я знаю, что ты работаешь на моего сына, потому что разбила его машину, – легко и непринужденно выдал Павел Аркадьевич.

– Это вышло случайно, – пробормотала я, – я поскользнулась, а Вит, чтобы не угробить меня и не сесть в тюрьму, разбил машину. Теперь я за это расплачиваюсь.

Я похолодела. Неужели Вит все ему рассказал, и он сейчас сдаст меня в полицию за порчу чужого имущества? Но словно увидев страх и панику на моем перекошенном лице мужчина поднял руку, останавливая мой бессмысленный поток извинений. Он легко и непринужденно рассмеялся и покачал головой, а я не смогла сдержать облегченного вздоха. Кажется, все было не настолько плохо, как я успела себе напридумывать. И на том спасибо, хоть у кого-то в этой семье имелись мозги, не съехавшие набекрень.

– Маша, послушай, неужели, ты подумала, что я состоятельный человек, стану упрекать дочь своего друга в том, что она не делала? – покачал тот головой. – Мои люди уже провели расследование, и я знаю, что ты вообще не была инициатором, того инцидента. Так что можешь успокоиться и перестать смотреть на меня взглядом жертвы.

– Эм… – я осеклась, – а, что тогда?

– На самом деле, я согласился на всю эту авантюру лишь из-за того, что с самого начала, думал, что ты сможешь изменить его, – виновато улыбнулся мне мужчина. – Он так зациклился на поступке своей матери, что перестал замечать что-либо вокруг себя. А ты стала его первым увлечением за долгие годы. Прости старику его маленькую прихоть. Просто я серьезно полагал, что ничего страшного не произойдет. Я и представить не мог, что мой сын втянет тебя в эти неприятности. Потому если ты хочешь, я помогу тебе с решением этой проблемы.

– А что вы от меня ждете? – осторожно спросила я.

– Я думал, что, если у него появится та, кого он захочет защищать, Вит перестанет быть таким… – Павел запнулся, подыскивая нужное слово. – Замкнутым. Что он наконец-то простит свою мать и начнет жить не ради озлобленности и мести, а ради самого себя. Но я, честно говоря, не думал, что все примет такой оборот. Его дружки… Они не лучший пример и не самое хорошее окружение, но они стаи теми, кто поддержал его в той ситуации, потому я опасаюсь, что он станет таким же…

– Жестоким? – начала загибать я пальцы. – Безжалостным? Безумным?

– Глупым, – с горечью согласился он. – Он стал таким потому, что не хотел видеть правды, а она порой бывает очень жестокой и беспринципной. Возможно, это я совершил ошибку, подумав о том, что если выдать его мать за мертвую, то он постепенно образумится и боль утраты угаснет. Но кажется, мой поступок только навредил ему и сделал все еще хуже, чем было раньше.

– Тогда почему вы сами не займетесь этим? – удивленно посмотрела я на мужчину. – Одна ваша сделка не состоится – ну и что? Вы проведете с сыном время, покажете, что вам не плевать на него! Сможете объяснить причину своих поступков. Это же не так сложно. Достаточно просто открыть рот и поговорить. Зачем выдумывать такие многоходовки, когда есть простой способ решения проблемы. В конец концов свозите его к матери, пусть он убедится в том, что она не плохой человек. Просто ошиблась в выборе пути. Я не думаю, что ей плевать на еще одного сына. Зачем вам я?

– Ни ей, ни мне не плевать на Виталика, – тихо пробормотал мужчина, – но иногда ситуация приобретает такие повороты, что мы не в состоянии справиться с ними собственными силами. Виталий слишком сильно на меня обижен. К тому же считает, что я сделал все это специально. А ты стала его отдушиной, путеводной звездой. Когда он пришел ко мне с просьбой об этой глупой затее, его глаза впервые в жизни горели так ярко, что казалось в них, пляшут демоны. Прошу, Машенька, потерпи еще немного, пока его сердце окончательно не оттает, и он не согласится нормально поговорить. Большего я от тебя просить не смею.

Я уже хотела сказать, что того же ожидал от меня Константин, но что-то заставило меня промолчать. Закусив губу, я напряженно вслушивалась в слова мужчины и ждала развязки. Я видела, что ему больно и тяжело говорить о таком, но не могла остановить и поддержать. Слишком много боли, предназначенной ему, Вит причинил сам себе, и я должна была разобраться в произошедшем. Пусть пока было стыдно признаваться даже самой себе, но я влюбилась в него. Пусть в жестокого, беспринципного гада… Не зря же говорил народ, что от любви до ненависти один шаг? Вот и на собственной шкуре проверила.

– Ну так докажите ему это! – не выдержала я потока этих страданий. – А не заставляйте других делать это за вас! Он ведь никого не любит! Если бы вы не бросили его с самого начала, возможно, Вит смог бы смириться с этой потерей и принять предательство матери. Но теперь его каждый день это сжирает изнутри. Будьте мужиками в конце-то концов и найдите в себе силы высказать все это в лицо другому. Наорите или врежьте по морде, или дайте ему врезать себе. Но это должна решать не я! С этим должны разбираться вы, как его отец! И та идиотка, которая затеяла все это. Потому, нет… Я не буду терпеть, ждать и излечивать его душевные раны!

– Маша, первого марта у него день рождения, – с надеждой посмотрел на меня мужчина. – Я прошу тебя остаться с ним до этого срока. Даже если ничего не выйдет, я обещаю отправить тебя учиться заграницу в любой ВУЗ, в который ты только пожелаешь. Визу, документы, оплату – я все возьму на себя. Помогу тебе с наследством и со всем остальным. Просто помоги мне хотя бы чуть-чуть. Я уже в отчаянии и не знаю, что с этим делать. Моим людям ничего не стоит сделать для тебя документы, купить дом, устроить перевод или что ты там хочешь. Давай договоримся, ты пытаешься исправить моего сына, а после его двадцать первого дня рождения, я позволяю тебе исчезнуть из поля зрения Лизы и спокойно дождаться своего права на наследство?

– Откуда? – едва смогла выдавить я из себя.

Я ошарашенно уставилась на него. Кажется, мужчина был абсолютно серьезен в этом идиотском предложении. До марта осталось чуть меньше трех недель. Еще полмесяца с Витом, а потом я смогу освободиться от всех разом? Звучало заманчиво… Но могла ли я подписать еще одну сделку с дьяволом? Предложение более, чем заманчивое… Но горе-влюбленности сжала сердечко когтистыми лапками, а совесть подсказала, что я поступаю так же, как его мать. Смогу ли я без него? Выкину ли из души? К тому же, он сказал, что совсем любит… Но моя судьба для меня должна быть важнее. Да и сказал он эти слова на пьяную голову, а утром сделал вид, что ничего не помнит. Если смысл верить в них и упускать эту возможность?

– Хорошо, – я решительно кивнула, все эти размышления все равно не привели бы меня ни к чему хорошему. – Я согласна на сделку. Но как только пройдет его день рождения, на утро я хочу покинуть страну и улететь в Канаду, в лучший университет страны. Надеюсь, ваши люди помогут с этим и решат проблемы.

– Отлично, я надеялся на вашу благоразумность Мария, – усмехнулся мужчина. – Все же, вы совершенно неподходящая партия для моего сына.

– Между нами нет и капли нежных чувств, – звонко фыркнула я, – все что ему от меня требуется, послушно выполнять все, что он пожелает. Потому не стройте розовых замков из песка. Мы ненавидим друг друга и с радостью избавимся от вынужденного общения, как только придет время.

Я резковато кивнула и тут же покинула его кабинет. Смысла продолжать этот разговор я не видела. Еще две недели, и мы с Витом больше никогда не увидимся. Но не успела я сделать и нескольких шагов, как меня резко дернули за руку и пригвоздили к ближайшей стене. Воздух в легких встал комом, и я хрипло выдохнула. Подняв взор, я обнаружила перед собой злого до чертиков парня, который сжимал меня за шею и нависал сверху.

– Значит вот как ты решила поступить? – шипел он мне в лицо. – Сперва целуешь, а потом предаешь. Какое недостойное поведение с твоей стороны. Я думал ты другая… А ты такая же, как и все! Сволочь, охочая до моих денег! Ненавижу!

========== Глава 15 ==========

Дни медленно проходили один за другим и складывались в неделю. Так постепенно и приближалась знаменательная дата. День рождения бывает лишь раз в году, пелось в песенке, а у меня почему-то кошки на душе скребли в этот момент. Виту не становилось лучше, несмотря на то что я старалась быть с ним вежливой, дружелюбной и выполняла все прихоти, он словно замкнулся. Я молча сносила все колкие слова, безропотно делая то, что он говорил. И все же, что-то меня тревожило во всей этой ситуации.

Его просьбы были не такими ужасными, как изначально. Я делала за него домашнее задание, убирала в комнате, приносила кофе и завтрак в постель. И на этом мои обязанности рабыни заканчивались. Как-то даже неприятно и оскорбительно немного. Как будто я перестала для него существовать и превратилась в простое дополнение к его размеренной жизни. Он даже не попросил меня сделать фотку для социальных сетей. Не трогал меня и не проявлял никаких попыток установить физический контакт.

В общем, ничего сверхъестественного он не просил, но мы почти не общались. И словно стали чужими людьми. То есть, мы не разговаривали так, ни ездили вместе на пары, ни занимались рутиной и не обсуждали произошедшее. Просто дежурные фразы, типа “привет”, “принеси то или это”, но ничего больше. Между нами, повисла пропасть отчуждения и подобное меня напрягало. Вроде бы я сама приняла решение, но казалось, что совершила самую непоправимую ошибку в своей жизни. Все откатилось к изначальной точке этого странного дороговат. Мы вернулись к тому, с чего начали два с половиной месяца назад.

Не сказать, что это так сильно ранило меня, но все же, признаться честно, я привязалась к его присутствию в своей жизни. К тому же, я ощущала за собой вину. Я была отчасти причастна к такому его состоянию. Все его выходки уже не были для меня чем-то сравнимым с кошмаром, я хотела остаться частью его мира, быть крошечным кусочком в сердце. Зато “моменты доброты”, которые иногда проскальзывали, между нами, или в его поступках, заставляли меня сходить с ума и рисовать картинки будущего, которое вряд ли наступило бы.

Собрав в сумку учебники, я вышла из дома, щурясь от яркого солнца. В феврале такая роскошь… Поправила ремень сумки я зашагала по тротуару к знакомой автобусной остановке. Прошла целая неделя с нашего разговора с отцом Вита. Я хоть и жалела о собственных словах, но выбор изменить не была готова. Лучше свобода, чем золотая клетка. Я даже слов подобрать не могла, чтобы описать все, что творилось у меня на душе в этот момент. Настолько все это казалось нереальным, что я мечтать не смела о том, чтобы совсем скоро у меня появится шанс отнять у Лизы все, что принадлежало мне по праву.

За всеми своими размышлениями, я совершенно перестала обращать внимания на окружающих. Просто шла и радовалась тому, что наконец-то все начало складываться должным образом. Я настолько глубоко ушла в свои мысли, что не заметила, как рядом со мной медленно покатилась машина. Негромкий окрик привлек мое внимание и встрепенувшись я повернула голову в сторону говорящего. Галя помахала мне рукой, через стекло и остановилась, открывая дверь автомобиля.

– Как дела? – спросила она у меня и улыбнулась светло и по-доброму.

– Нормально, – я пожала плечами и попыталась понять, что той от меня нужно.

– Подбросить? – все так же приторно сладко щурясь, осведомилась та.

– Давай, – кивнула я, подходя к ее машине и загружая свою тушку в салон.

– Маша? – раздался голос сзади, и я резко обернулась. – Я думал, может, пройдемся вместе? Или я довезу тебя до универа.

– Она едет со мной, – Галя приподняла брови, смерив парня негодующим взглядом. – Так что всех посторонних попрошу покинуть пределы моей видимости. Поехали Машуль, оторвемся по полной программе. А мужики… Могут катиться лесом.

– А может я составлю вам компанию и расскажу кое-какие сплетни из администрации? – улыбнулся Толик и протянул руку к двери машины.

Между этой парочкой явно что-то назревало, и мне не терпелось узнать, что именно. Просто так, раскидываться сплетнями мой некогда бывший возлюбленный не стал бы. Да и Галя не походила на ту, кто собирал всю чернь высшего общества. Я хотела отвлечься от своих глупых проблем. Локальная война Толика и Гали вполне могла помочь в этом деле. Если, конечно, это не тайный роман, о котором я бы предпочла и вовсе не знать…

– Ладно, залезайте, – девушка все же хмыкнула и еще раз разблокировала двери. – Обычно меня подвозят парни, а не я их. Но коли обещаешь нам интересное времяпрепровождение так и быть сделаю для тебя исключение.

– Не пожалеешь моль, – Толя плюхнулся на заднее сидение, и они переглянулись.

Я закусила губу, стараясь сдержать смех. Они точно знали друг о друге что-то такое, чего не было в утренних сводках местных сплетен. Да, самое лучшее средство от плохих мыслей – хорошие шоу, которое ты мог наблюдать из первого ряда. Для полноты картины не хватало только попкорна, но так уж и быть, я готова была потерпеть такие неудобства. Машина тронулась и я, откинувшись на спинку сидения, приготовилась наблюдать лучшее представление, которое только можно было отыскать в программе утренней столицы.

– Галя, – рассмеялся Толик, – как же ты могла пропустить светские хроники и то, что Лидка из восьмого, нацелилась на твоего братца. Вчера ее отец приходил к моей матери, чтобы заручиться поддержкой и найти способ породниться с вашим гадюшником. Не находишь это достаточно интересной сплетней для сегодняшней поездки.

– Наш отец ни за какие деньги мира не стал бы сотрудничать с этой овцой, – мгновенно вспыхнула девица. – Так что не слишком на это надейся. Мой братик достоин лучшего, а не приживалки, которая тупа как пробка. Если эти сплетни уйдут дальше салона моей машины, то тебе Толичка не жить! Я приложу все усилия, чтобы заставить тебя страдать и умолять прекратить твои мучения на этом белом свете.

– Не переживай, они уже разлетелись как горячие пирожки, маменька еще вчера всей администрации растрепала, – отозвался Толя, глянув на меня. – Так что Машулька твоему пустоголовому кретину-братцу не светит. Можешь закатать губу и останови уже машину, дальше мы справимся и без твоей навязчивой помощи. У тебя и так дел невпроворот. Попытайся остановить лесной пожар до того, как это станет катастрофой.

– Эм, я еще вообще ни за кого не собираюсь замуж, – тут же запротестовала я. – Галь, мне кажется, мне стоит пройтись пешком и переварить всю эту информацию.

И правда, все события, происходящие в моей жизни, совершенно не давали мне времени, чтобы подумать о том, что ждет меня в будущем. Я неплохо училась, но пока понятия не имела, как жить заграницей. Я просто решила, что сбегу в Канаду и начну все с чистого листа. Но неожиданно спор этих двоих натолкнул меня на мысль, что я же глупа, как пробка. Впереди меня ждала только неизвестность. Пугающая пропасть вопросов, ответов на которые у меня не было. Машина резко затормозила у метро. Толя помог мне выйти. Обернувшись, он просверлил девушку недовольным взглядом, а Галя проводила его нелицетворной конструкцией из трех пальцев.

– Что это было? – я ткнула парня в бок и хмыкнула.

– Что? – Толя невинно заулыбался. – Ты о чем?

– Ты знаешь, о чем я! – тихо рассмеялась в кулак, – тоже мне, рыцарь на белом коне! Зачем ты все это устроил? Не просто же так? Чтобы поиздеваться над Галькой. Она хоть и сволочь,