Текст книги "Золушка за соседней партой (СИ)"

Автор книги: Кларисса Рис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

– Лабораторная, – взмолилась я и откинула голову, давая ему больше доступа к телу.

– Гривцов! Климова! Что вы себе позволяете? – раздался возмущенный голос с противоположного конца аудитории. – Вы где должны быть?

Я едва не взвизгнула, узнав голос заместителя декана, а Виту, кажется, было просто наплевать. Он лишь немного отстранился, провел языком по моей нижней губе и медленно обернулся к женщине, улыбаясь так, что у той нервно дернулся глаз. И я даже не поняла по какой причине, то ли от злости и гнева, то ли из-за того, как пошло и многообещающе, Виталя сверкал своими глазищами и кривил губы. Господи, так стыдно мне еще ни разу в жизни не было и быть не могло. Только с ним происходит все это в мой первый раз. Черт!

– Да, Светлана степановна, мы совершенно не должны тут находиться, – лучезарно улыбался он так правдоподобно, – но я ничего не могу с собой поделать, так и хочется ее затискать до помешательства.

– Вы… – она задохнулась от такой наглости и вопиющего нарушения всех мыслимых и не осень границ. – Как вы смеете?! Это храм знаний, а не бордель. Приличное учебное заведение! Оба ко мне в кабинет!

– И не подумаю, – лениво отозвался Вит и зажал мне рот рукой. – Если не хотите, чтобы пресса узнала о том секрете, то я бы не хотел прерывать нашего милого общения в столь уютной компании.

– Мистер Гр… – попыталась призвать она его к порядку.

– Вы, кажется, забыли, чем именно обязаны моему отцу? – улыбнулся парень и прижал меня к себе. – Не заставляйте мою невесту краснеть из-за того, что сейчас я буду это пересказывать. Надеюсь, мы друг друга поняли?

– Что ж, Климова, за мной, сегодняшней лабораторной вам не видать, как своих ушей! – рявкнула женщина и едва не взорвалась от возмущения.

Я с удивлением наблюдала за тем, как менялось выражения лицо всегда сдержанной заместительницы декана. Она отступила на шаг и постаралась взять себя в руки, не позволяя парню манипулировать собой. Он богатый и влиятельный, а кто я такая? Обреченно кивнув, я попыталась сделать шаг в ее сторону. Но не тут-то было. Вит сильнее прижал меня к себе и уложил свою тяжелую голову мне на макушку. Кажется, в этот момент, я стала кем-то совершенно другим, непонятным даже самой себе. Руки Вита обхватили мою талию и потянули назад, заставляя полностью облокотиться на его грудь.

========== Глава 10 ==========

У меня в груди все заледенело и мне показалось, что я просто схожу с ума. Это какой-то сюр! Честное слово… Даже не представляла, каким образом все докатилось до такого. Что меня, образцовую студентку поймали в аудитории за подобного рода непотребствами и при этом заместо наказания, я стою и пялюсь на заместительницу декана, как баран на совершенно новые, еще до конца не высохшие ворота собственного дома. Скажи мне об этом кто-нибудь полгода назад, сдала бы болезного в психушку. А теперь это моя реальность!

– Она тоже никуда не пойдет, – тихо и уверенно заявил парень и прижал меня к себе еще плотнее, словно пытался спрятать.

– Что вы себе позволяете? – алые пятна расцвели на щеках женщины.

– Светлана Степановна не вынуждайте меня сейчас звонить отцу, – едва различимо зарычал брюнет. – Я и так в очень дурном настроение. А вы еще угрожаете моей девушке несданной лабораторной. Ладно мне, я уже привык, не страшно. Но если вы сейчас попробуете сделать хоть что-то против Маши, я вам обещаю, долго вы на этом месте не продержитесь!

– Отправляйтесь на занятия, жива! – рявкнула та.

Вит хмыкнул и, продолжая обнимать меня, медленно подтолкнул к двери. Я не могла и слова вымолвить, настолько шокирующими для меня были откровения парня. Они словно по голове ударили. Мы прошли мимо заместителя декана и выскользнули в коридор, а я никак не могла понять, играл ли он со мной в тот момент или эти слова были сказаны от души. Скорее всего первое, но что-то подмывало поверить и представить, что это реальная сказка и второй вариант. Что-то в самом дальнем уголке моего сердечка.

– И чтобы больше такого не повторялось, – крикнула она нам вслед.

– А вот это уже я решу, – процедил Вит.

– Что это было? – изумленно посмотрела я на него.

– Когда ты такая послушная, отзывчивая и льнущая ко мне, ты до безобразия очаровательна, – усмехнулся он, – так и хочется впиться в твои губы и вслушиваться в то, как ты будешь умолять меня о большем.

– Идиот! – я выдернула руку. – У нас лабораторная.

– Я уже обо всем договорился, но можем сходить, ради разнообразия и твоего статуса примерной ученицы, – он снова притянул меня к себе.

И пока я не успела опомниться и запротестовать жарко поцеловал. На этот раз прикосновения были более тягучими, пластичными. Они подобно сладкому сиропу укутывали меня и не позволяли опомниться ни на мгновение. Вит медленно отпустил и лениво отправился вдаль по коридору в совершенно другом направлении от аудитории. Я же пораженно застыла на месте и не знала как реагировать. Что с ним происходило и что перемкнуло в его голове за ночь? Вопросы так и роились в голове надоедливым жужжанием. Хотя, самым очевидным ответом было то, что он просто играл со мной. Так и было… По-другому, события этих десяти минут, я себе объяснить не смогла!

Я тяжело вздохнула и потопала в сторону ближайшего туалета. Я не могу идти на занятия к уважаемому пожилому профессору в таком развратном виде! Стараясь много не думать, я все же добралась до конечного пункта своего пути. Там, к счастью, никого не было, помимо звенящей где-то под потолком мухи, откуда только взялась в студеную зимнюю пору. Быстро умывшись и пригладив волосы, я внимательно посмотрела на себя в мутное зеркало. Волосы торчали во все стороны, щеки горели румянцем, губы припухли от поцелуев и казались искусанными. Ужас… И как с этим бороться, я не представляла! Позор, да и только…

Неожиданно, на меня словно ушат воды вылили. Точнее ведро, которым уборщица мыла полы. Именно из него меня и окатили с головы до ног. Летние балетки, не приспособленные для такого, расползлись по мокрому кафелю, и я едва не навернулась, попутно приложившись головой о раковину. Вода стекала по волосам, одежде, я была мокрой фактически насквозь. Подняв голову, я с удивлением обнаружила перед собой близняшек, одна из которых и держала злополучное ведро. К тому же их сопровождали еще две девицы из фан-клуба Влада. Вот теперь точно картина Репина «Приплыли», причем в лучшем ее исполнении.

– Кажется, Вит здорово развлекался с тобой вчера? – пропела Вика. – Считаешь себя лучше нас? Так попробуй-ка свое место на вкус. Правда отдает помоями, как и положено тупой сиротке, чей папаша сдох, чтобы оставить нашей матери все. Каким местом ты его зацепила? Или, наоборот, даешь куда скажут и тебе за это чаевые отстегивают?

– Ну и как тебе? – спросила другая. – Правда, что ты просто замена для его фотомодели. Пака та заграницей греешь ему постель, а как вернется вышвырнет или очередному дружку отдаст?

– Это все бред вашей фантазии, – хрипло прошептала я, – у него есть только та, которую он у себя в социальных сетях постит. Погуглите и найдете. Там фотомоделью, да и просто моделью совсем не пахнет. А скрывает он ее, потому что, терпеть не может, таких полоумных дур как вы!

– Расскажи это кому-нибудь другому! – Вика перевела взгляд на остальных. – Как поступим с этой тупой овцой, которая лезет не в свое дело?

– Я бы избила ее, – сказала блондинка и глумливо усмехнулась.

– Да, – радостно заверещали остальные.

– Он наш, поняла! – рявкнула Настя и первой попыталась мне врезать, но сама чуть не растянулась на мокром полу.

– Вы ему нужны ровно настолько, насколько Грине последняя рыжая, – мерзко ощетинилась я, – у нее рекорд, две недели кажется. Дольше никто продержаться не смог. И вы не сможете!

– Да как ты смеешь, лживая мымра, – Вика просто взбесилась и кинулась на меня с кулаками.

– Бейте ее! – мстительно прошипела Катя.

Девушки окружили меня со всех сторон, а я лихорадочно искала возможность как-то выбраться из этой западни. Я никогда не думала, что они могут на самом деле дойти до рукоприкладства. Все же единственное, чего не одобряла Лиза, это избиений, которые могли реально пошатнуть ее права на мое наследство. Вика схватила меня за волосы и попыталась дотащить до себя, из-за мокрого пола ноги начали скользить, и я на отмажь заехала по лицу главной Владовой фанатке. Дернувшись пару раз, тут же не удержала равновесие и все же полетела на мокрый и грязный пол. Виса с наслаждением ударила меня по лицу и ощетинилась.

– Ох, Маша, ты такая неосторожная! – губы девушки растянулись в ухмылке. – Тут так скользко, а ты бродишь, как будто бессмертная.

– Заткнись! – я попыталась отдышаться и со всей силы пнула ее в живот.

– Эта дура не понимает нормальных слов, – прохрипела Вика. – Пинай ее, пока кровью не будет давиться.

А в следующее мгновение со всех сторон на меня обрушился шквал ударов. Я пыталась брыкаться, кричать и вырываться. Лучше бы я в самом деле сидела в четырех стенах и наматывала сопли на кулак, жалея себя из-за Толика. Чем теперь терпела подобное. Кто-то с силой наступил на мою кисть, и я взвыла от боли, понимая, что не могу пошевелить пальцами. Из разбитого носа хлестала кровь, а все перед глазами застлала кроваво-красная пелена.

Тонкая шпилька Насти до боли вдавила в бедро и на меня обрушилось металлическое ведро попадая прямо по виску. Что-то теплое потекло по щеке, но я не могла понять что. В голове все помутнело, мысли разбежались в разные стороны. Что-то проорав мне в ухо, Вика схватила меня за волосы и рывком заставила встать, удерживая мое тело за волосы. Я попыталась отбиться, но тут же получила удар в живот и скрючилась, понимая, что изо рта вылетел сгусток крови. Я уже не могла понять, где вообще низ, а где верх и что со мной творилось.

Подтащив меня за волосы к краю раковины, близняшки в четыре руки пару раз приложили меня об нее головой. Пока перед глазами все окончательно не поплыло и не заалело. А потом меня ударили по голове, и еще… И еще… Пока я окончательно не провалилась в темноту. Только после этого раздался шум и девушки отступили. Кто-то тихо выругался сквозь зубы, и они ушли. Холодно… Мерзко… Противно… Я лежу на полу и ненавидела весь этот чертов мир. Особенно Виталю с его тараканами. За окнами медленно начало темнеть. Кажется, перед тем как уйти, кто-то из них обещала повесить на дверь табличку “Уборка”. Видимо, они так и сделали.

Я лежала на залитом водой и кровью полу и могла пошевельнуться, каждая клеточка моего тела отдавала острой болью, которой, казалось бы, не было конца и края. Хочется рыдать от бессильной ярости и злости. В голове лишь туман и полумрак жгучей обиды. За что со мной все это приключается? Почему из всех именно я должна терпеть унижения, побои и издевательства? И ради чего? Ради козла, который вышвырнет меня в то же мгновение как наиграется? Не такой участи я для себя хотела и не на то рассчитывала, строя планы и фантазируя о собственной жизни. Вот только он перечеркнул все, одним своим появлением в моей судьбе!

Я так хотела потерять сознание, но боль слишком сильно отрезвляла и не давала провалиться в спасительную темноту. Так обидно… Не от того, что меня избили, а из-за того, что не могла просто перечеркнуть все это, сбежать куда глаза глядят и больше не слышать ни о проклятых сестрах, не о чертовом наследстве, но о полоумном идиоте, который решил, что я его личная игрушка и девочка для издевательств. Так больно, что дыхание перехватывало, а из груди рвались злые слезы.

Я попыталась ухватиться рукой за что-нибудь, но она не слушалась меня. Покалеченные пальцы ныли и отдавали острой болью. И я плакала, жалела себя и не могла смириться с таким положением дело. Тихо… Обреченно и как-то совсем не по-взрослому. Слезы катились по щекам, а я даже могла поднять голову с пола. Ничего не могло мне помочь. Уже совсем скоро университет закроется на ночь, а меня так и не найдут. В лучшем случае я протяну до утра, когда уборщицы пойдут делать обход. А в худшем…

Но додумать столь трагичную мысль я не успела. Дверь внезапно распахнулась и со всей дури врезалась в стену. На пороге женского туалета, статуей самого себя застыл Вит и на несколько мгновений кажется, даже выпал из реальности. Он посерел до мелового цвета. Я смутно видела его лицо, но почему-то ощущала, всю ту ярость и злость, которые бурлили в нем в это мгновение. Отмерев наконец-то и совладав с собственными демонами, он медленно подошел ко мне и аккуратно тронул щеку.

– Маша, ты слышишь меня? – его голос дрожал. – Маша?

– Я… – едва не задыхаясь пытаюсь просипеть я.

– Все, все хорошо, – он тут же успокаивающе гладит меня по щеке, – я понял, ты в сознании, ничего не говори.

Медленно и отрывисто кивнула, выражая свое понимание сказанного мне. Говорить не получалось, да и вряд ли покалеченные ребра сказали бы мне за это спасибо. Он чертыхнулся и достал из кармана телефон. Его неосторожное прикосновение к носу заставило меня вскрикнуть от резкой боли во всем теле. Слезы не останавливались ни на мгновение. Вит в полном шоке отпрянул от меня, как от прокаженной, но все же совладал с собой. А я уже не понимала, почему он так ведет себя со мной. Мы ведь ненавидим друг друга… Я же просто его игрушка.

– Пап, ближайшая скорая и Юра через сколько будут у меня в шараге? – Вит разговаривал по телефону, чуть поодаль. – Машу избили, возможно несколько переломов, нет, переломы точно есть. Тут все в воде и крови, сколько прошло времени не знаю. Она не вернулась с пары, и я пошел ее искать. Спасибо пап, потом объясню. Потерпи немного, нам надо спуститься, сюда бригаду не пустят. Директриса не позволит запятнать честь этой помойки.

Он бережно, стараясь не причинять излишней боли, поднял меня на руки. Но даже это не помогло. Я почувствовала, как все мое тело превращается в один оголенный нерв, который теперь пульсировал и воспалялся. Как бы Вит не торопился, не бежал, не аккуратничал, в руки медиков он передавал практически мое безжизненное тело. Я могла лишь слабо мычать и истекать кровью, ощущая, как та капля за каплей высасывала из меня жизнь.

Больничная палата встретила меня запахом стерильной свежести и долгожданным забвением. Что со мной делали медики, я понятия не имела, но в себя я приходила уже не такой измотанной. Тело ныло, но это уже не была острая и режущая боль, а скорее отголоски того, что со мной происходило в последние несколько часов, или дней? Или сколько я тут провалялась, после такой поучительной беседы от моих любимых сестриц. Хорошо бы, кто-то подтвердил бы мои слова, тогда всей их чертовой семейке не жить!

Завозившись, я попыталась подняться, но приборы мгновенно зашумели, оповещая персонал о том, что их подопечная пришла в сознание. Я испуганно замерла и мне на лоб тут же легла прохладная рука. Виталя был осунувшимся, небритым и темная щетина ярко выделялась на его коже. Я даже пару раз моргнула, чтобы понять не мерещиться ли мне. Но нет, он был живой и настоящий, спал на раскладном диване в углу и теперь смотрел на меня потерянным, каким-то побитым взглядом.

– Мария, как вы себя чувствуете? – врач посветил мне в глаза фонариков.

– Странно, – честно ответила я ему, – не знаю, болит ли у меня что-то конкретное или все и сразу. Неприятное ощущение.

– Разговариваете внятно, значит худшего мы избежали, – констатировал врач. – Вы помните, кто вас избил и довел до такого состояния? Если хотите, полицейские уже ждут под дверью, мы им сообщили, что вы пришли в себя.

– Мне все равно не поверят, так что думаю не стоит их беспокоить, – равнодушно сказала я ему.

– Это ваше право, – он кивнул и посмотрел на меня, – но на вашем месте я бы написал заявление, даже если это сделал кто-то влиятельный и сильный.

– Господи, – замотала я головой, – нет! Ни в коем случае! Как вы могли подумать! Это не он…

– Маш, кто напал на тебя в туалете, – рычал мне в ухо Вит, – рассказывай! Я все равно узнаю.

– Вика с Настей и еще какие-то две девицы из твоего преданного курятника, – прикрыв глаза я откинулась обратно на подушку. – Они слышали, как Светлана Степановна причитала, про твое некультурное поведение и решили научить меня уму-разуму.

– Убью идиоток, – тут же взвился он.

– Вит, хватит! – рявкнула я на него. – Ты и так уже сделал слишком много, чтобы я хотела твоей помощи.

– Потом поговорим, – рычит он на меня, – доктор, можно с вами переговорить.

– Да, конечно, – кивает тот и первым выходит из палаты.

После того, как они оставили меня наедине с собственными мыслями, на душе стало мерзко. Даже не верилось, что этот эгоистичный человек провел со мной несколько дней, спя на диване и не бреясь. Просто сидел и таращился на то, как приборы отсчитывают мои последние минуты. Хотелось рыдать, но слезы кончились еще там в туалете, на полу. Теперь все что у меня осталось в душе – желание отомстить. Заставить этих тварей бессильно скулить от унижения и растоптанных в пух и прах жизней.

Но в одиночку я не могла этого осилить. Мне нужна была помощь. Тот, чьими руками я смогу провернуть свою месть. И как бы не пыталась придумать, кроме Вита мне никто в голову так и не пришел. Вот кто точно согласится на все мои авантюры и поможет стереть с лица земли Лизоньку и ее тупоголовых дочерей. Если они так хотели мои деньги, то теперь им придется очень сильно заплатить за свои амбиции. Кто сказал, что в одном и том же мире не может существовать двух Золушек? Потому что ради такой «феи крестной», я готова примериться даже с его мерзким характером и заносчивостью! Главное – отомстить.

Вит вошел в палату стремительно. Семенящая позади него медсестра, быстро отсоединила все датчики от моего тела, и он подхватил меня на руки. Не говоря ни слова вынос меня из комнаты и понес к машине. Прижимаясь к его груди, я вслушивалась в то, как равномерно бьется сердце под футболкой. Почему он не мог быть таким всегда? Вит вздрогнул, когда я неосознанно уткнулась носом в его шею, ища забвения от этого помешательства. Даже не стала обещать себе, что это в первый и последний раз. Ради моего плана, я готова примериться и не с таким.

– Куда мы? – тихо бормочу ему в плечо.

– Домой, – так же тихо ответил он мне.

Наверное, он с водителем, раз не выпускал меня из рук, загружаясь на заднее сиденье. Парень медленно гладил меня по голове, и я чувствую, как боль понемногу отступала. Как оживало сердце, и душа переставала каменеть. Словно мой мир вновь наполнялся красками и живыми переливами. Обвив его шею руками и тяжело вздохнув, я постаралась примериться с новой собой. Принять тот факт, что я поддалась искушению… В его объятиях было так хорошо… Веки тяжелели и я закрыв глаза и заснула в его руках, напоследок услышав лишь едва различимое: прости…

========== Глава 11 ==========

В следующий раз мое пробуждение напоминало сцену из мыльной оперы. Голова раскалывалась, нога болела, все лицо как будто горело огнем. Медленно сев на постели Вита я тяжело вздохнула и попыталась абстрагироваться от всего происходящего. Уже второй день я буквально сходила с ума от лишних мыслей, которые так навязчиво лезли в голову, что хотелось выть волком и биться головой о стену, лишь бы заглушить этот навязчивый гул в ушах, который никак не давал мне покоя и утягивал за собой в водоворот чувств и эмоций, которые мне были несвойственны. Мельком заметив свое отражение в зеркале я пораженно замерла, пытаясь понять, как до такого дошло и почему я еще не сошла с ума?

На щеке красовался фиолетовый синяк, под глазом заплыла припухлость, губа и бровь все еще саднили и на них тонкими корочками запеклась кровь. Ничего не скажешь, красавица, краше только алкаши у подъезда выглядят, где-нибудь за МКАДом! Попытка встать с кровати успехом не увенчалась, и когда я уже собралась звать на помощь дверь распахнулась, как по волшебству. Точнее на пороге стоял Вит в рубашке и джинсах. Мы удивленно осмотрели друг на друга и к взаимопониманию, кажется, не пришли. И это странно, просто так, без объяснений.

Дернувшись от его движения в мою сторону, попыталась подняться на ноги, но едва не рухнула на пол. В последний момент Виталя поймал меня у самой земли и аккуратно усадил обратно на кровать. Оттолкнув его, попыталась взять себя в руки. Мне не нужна его помощь, если учесть факт, что он и был первопричиной всех этих проблем. Мы молча пялились друг на друга, как два барана на узком мостике. Преодолев какой-то внутренний барьер и договорившись со своими демонами Вит начал молча собираться. На одно короткое мгновение мне даже показалось, что ему неловко в моей компании. Мысленно улыбнувшись своим словам, едва не рассмеялась. Ему неловко? Что за бред лез мне в голову?

Когда он вышел из комнаты, я облегченно вздохнула и подумала о том, что это предел моему терпению и возможному пониманию, всего происходящего. Нужно было уходить отсюда. И как можно скорее. Хотя со своей ногой я вряд ли далеко ушла бы, но попытка не пытка. Второго шанса могло и не предоставиться. Медленно, стараясь не делать резких движений, я встала с постели и поняла, что все не так плохо, как мне казалось изначально. Боль хоть и была острой, но если не сильно наступать на ногу, то весьма умеренной. Так что план побега вырисовался в голове практически за одно мгновение.

Как говорил наш семейный врач, не бывает плохих переломов, за исключением одного, летального, все остальное терпимо. Медленно, но я собрала свои вещи в небольшой рюкзак, с которым пришла в этот проклятый дом, и, пока Константин крутился на кухне, выскользнула прочь, пользуясь тем, что от калеки такой прыти никто не ждал. Я хотела попрощаться, но слишком боялась, что тот не позволит сделать все по-своему, как не крути, но именно Гривцовы платили ему зарплату, а не я. Так что я решила сделать все с первого раза и без лишних сожалений.

Сжав зубы и стараясь не показывать охране своего подвешенного душевного спокойствия, я вышла через ворота и бросилась в сторону своего дома. Идти было недалеко, но из-за ноги и общего состояния, мне казалось, что я преодолевала адскую бездну, не иначе! Сначала следовало собрать все, что мне могло понадобиться для побега, а уже потом думать о наболевшем, этим я могла и в самолете заняться. Правда меня кое-что пугало… Неизвестность, которая ожидала меня в чужой стране. Язык я знала, но слишком базово для поступления в колледж или более-менее престижную работу, но для официантки должно было хватить. Я тряхнула головой, отбрасывая все лишние в это мгновение мысли. Решать проблемы следовало по мере их наступления.

К дому я дошла без приключений, что не могло не радовать. Кажется, никого не было. Видимо, Елизавета на работе, Аня с очередным ухажером, а близняшки на учебе. Короче все заняты своими делами. Я мысленно поблагодарила всех существующих богов и подошла достала ключи из кармана. Отключать сигнализацию было рискованно, но оставалось уповать на то, что Лиза не успеет доехать из центра города до дома, за эти десять минут, пока я буду собираться. Вызвав такси, я сверилась с часами и все же приложила ключ к датчику. Звуковой сигнал запищал, оповещая о том, что все в порядке и я прошла внутрь.

По дому я металась, как загнанная белка. Сгребая в огромный чемодан Аньки все свои вещи, таблетки, обувь и книги, которые могли мне пригодиться там заграницей. Оставалось лишь раздобыть деньги и свой загранпаспорт, который хранился в сейфе мачехи. Благо, как вскрыть его, показывал еще отец в далеком детстве. На всякий случай, если с ними что-то случится, а мне понадобятся деньги на жизнь. Так что провернуть этот трюк много времени у меня не заняло, и я покончила со всем быстрее, чем планировала.

Последнее место в доме, в котором я остановилась – собственная комната. Забрав с полки фотографии и безделушки, я улыбнулась и решительно захлопнула крышку чемодана. Никогда не вернусь в этот чертов дом, пока не выполню условия завещания. Костьми лягу, но вывернусь и выкручусь. Я засунула деньги и паспорт в небольшую дорожную сумку и вытащила из шкафа золотую цепочку с кулоном в виде кошки с топазовыми глазами, которую мне подарил отец на десятилетие. Это все, что мне осталось от родителей, и я обязательно сохраню их наследие для своих детей.

Телефон пропищал, оповещая о том, что машина прибыла, а значит я могла выдвигаться в свой путь. Кое-как стащив чемодан с крыльца, улыбнулась таксисту, который поспешил мне на помощь и дохромав до машины едва не рухнула на заднее сиденье. Ну, с богом, как говорится. Оставалось выбрать ближайший рейс и покинуть страну. Для начала в открытое безвизовое пространство, а уже затем подав документы, перебраться в Америку. План был прост, как швейцарские часы, но в то же время немного меня пугал. Но чем черт не шутит… Все лучше, чем и дальше быть девочкой для битья.

Несмотря на то, что мачеха и сестры испортили мою жизнь, с родиной у меня были связаны очень теплые воспоминания: о маме, о папе, о той жизни, которой я жила до их смерти. А теперь все это приходилось оставлять позади. Лишь из-за того, что к этой компании добавился Виталя, и умудрился сделать то, на что у Лизы не хватило сил… Довести меня до крайней точки невозврата, когда уже плевать на все и единственное желание в груди, сбежать на край земли, подальше от этого кретина.

В аэропорту было многолюдно. Я прижала сумку с деньгами и документами к себе и прошла к онлайн-стойкам. Я хотела полететь в Турцию, где у отца имелась квартира, но ближайший рейс был практически в полночь, а это рискованно, все же Вит не такой идиот и быстро меня хватился бы, да и Лиза на хвосте. Улыбчивая девушка предложила помощь в выборе маршрута для путешествия, но я лишь ответила, что так устала от работы, что собрала за пару часов чемоданы и теперь думаю, куда бы слетать на пару дней, чтобы развеяться.

Сотрудница аэропорта тут же просияла и предложила Ямайку или Доминиканку. Рейсы были через пару часов и можно было забронировать билеты, прямо сейчас, ибо в жаркие дни спросом эти направления особо не пользовались. Прикинув, что возможно следовало так и поступить, я потянулась в карман сумки за паспортом, как раздался звонок. С неохотой достав телефон, я с сомнением посмотрела на экран и обнаружила, что звонила Вика. Странно, она же сегодня должна была вести детей на прогулку в парк.

– Вик? – отвечая на вызов, я с сомнением вслушивалась в молчание.

– Маша, – холодный голос, раздавшийся в трубке, заставил меня напрячься, да так, что я едва не взвизгнула от удивления.

– Почему у тебя телефон Вики? – стараясь не выдавать своего волнения, осторожно спросила я у Витали.

– Я нашел ее и оказалось, что вы даже общаетесь, – усмехнулся тот мне в трубку, – и таких мерзких крыс ты держишь рядом с собой. Сперва едва не угробила тебя под колесами моей машины, а потом избила до полусмерти. Я думал, ты обрадуешься, узнав, что ей вскоре придется ответить за все.

– Нет! – воскликнула я так громко, что девушка аж подавилась воздухом. – Ничего не делай, я сейчас приеду.

– Ты хочешь отпустить эту дрянь? – осведомился он. – Думаю, я и без тебя решу эту проблему, тебе следует в первую очередь думать о себе, а не о предателях.

– Скинь адрес в личку, – прошептала я. – И ничего не делай, пока я не приеду, слышишь меня? Ничего, умоляю тебя.

– Ладно, коли ты такая сговорчивая сегодня, так уж и быть, воспользуюсь случаем и посмотрю во что у тебя это выльется, – рассмеялся мой личный садист и тиран. – У тебя час, чтобы добраться до нам, адрес сейчас пришлю.

– Жди, – еще раз рявкнула я в трубку телефона.

– Мария с вами все хорошо? – девушка посмотрела на меня обеспокоенным взглядом. – Вам кто-то угрожает и потому вы выглядите так? Может быть стоит вызвать полицию? А отдых лишь предлог? Вы только кивните, наша служба безопасности работает четко.

– Простите, ничего такого, а на лице, кто же знал, что шпильки, лед и подножка машины, вещи слабо совместимые, – проговорила я, – это не то, о чем вы подумали, просто пятый месяц отдохнуть не дадут. То у них кирпич не привезли, то архитектор заболел. Простите, что напугала вас и заставила нервничать. Так и знала, что надо было отключать телефон еще когда в такси садилась. Накрылся мой отпуск медным тазом. Уж простите, что заняла у вас время.

– Ох, ничего страшного, это моя работа, – облегченно улыбнулась та, – надеюсь в следующий раз, улизнуть получится.

– Спасибо, – выдавила я из себя кривую улыбку.

Я не могла все так оставить и бросить мою единственную подругу в беде. Этот идиот опять умудрился довести меня до белого коленья, даже не прикладывая особых усилий. Вика – единственная, кто всегда понимала меня, защищала от нападок сестер, подбадривала и даже в самой тяжелой ситуации протягивала руку помощи. Даже если сама была по уши в проблемах, находила на меня время. И теперь я была обязана сделать все, чтобы защитить ее от этого полудурка с папиной кредиткой. До нужного адреса я добралась в рекордные сорок десять минут, что для Москвы было нонсенсом. Странно… Никогда не видела этот дом и вряд ли он принадлежал Виту, слишком непохожий.

Я медленно прошла во двор и огляделась. Огромный палисадник радовал глаз припорошенными деревьями, укрытыми к зиме беседками и качелями. Детская игровая площадка и зона отдыха. Это точно не походило на строгий и прилизанный дом Гривцовых. Возле входной двери, на высоком крыльце сидела Вика, а рядом с ней прыгала Света. Вит лениво стоял неподалеку, оперевшись о косяк и наблюдал за моим приближением. Но я старалась не смотреть на него, а сосредоточиться на своей единственной подруге. Та была слишком бледной и какой-то понурой. Впервые в жизни я видела ее такой разбитой.

– Маша? – испуганно прижала она руки ко рту. – Ты все-таки пришла?

– Что он с тобой сделал? – мой голос дрожал совсем чуть-чуть.

– Я ничего с ней не делал, а вот она с тобой да, – усмехнулся Вит, – может сама ей расскажешь, или хочешь, чтобы это сделал я?

– О чем ты? – я непонимающе смотрела на Вику, которая совсем поникла.

– Я правда хотела отказаться, но когда Костик заболел, это стало моим последним шансом, прости меня если сможешь, – тихо вздохнула она, – я правда дура.

– Викусь? – я непонимающе на нее пялилась и пыталась понять, о чем она.

– Я не должна была соглашаться на условия Лизы, – упрямо повторила та. – Но это действительно было единственным, что могло спасти моих детей от голодной смерти. Ты же знаешь, что меня все бросили. А такой шанс… Он один на миллион, и я не смогла отказаться. Только это все ровно ничего не значит, я очень дорожу тобой.

Она не врала, действительно смотрела на меня и задыхалась от истерики. Говорила всякую чушь, не смея взглянуть мне в глаза и словно ожидала, что я сейчас встану и врежу ей. Я боялась, что она окажется совершенно не той, которую я знала. Я боялась потерять ее. И в тоже время, спокойствие на лице Виталика напрягало, он как будто бы заранее знал, что эта встреча покончит со всем. Она тяжело вздохнула, поднялась на ноги и обняла себя за плечи руками. И это показалось так неправильно.