Текст книги "Золушка за соседней партой (СИ)"

Автор книги: Кларисса Рис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

– Маша, – Вит подал мне руку. – Она приняла предложение Лизы и стала за тобой шпионить, докладывая обо всех твоих планах на жизнь. Потому близняшки так вспылили, ты же поведала ей о своем намерении выйти замуж за того простачка с параллельного, который едва два слова может сказать. Вот она, твоя лучшая подруженька. Продала тебя даже не за тринадцать серебряников, а за возможность стать женой Лени Леницкого. Помнишь такого?

– Быть не может, – я повернулась к нему лицом. – Я не верю, ты все это придумал, чтобы разозлить меня и поссорить нас.

– Посмотри на этот дом, – он обвел руками пространство, – думаешь у простой официантки могут быть такие хоромы?

– Вик? – задушено прошептала я.

– Прости, Машуль, пойми и прости, – она шептала как в бреду. – Но это был мой единственный шанс вырваться из коммуналки, подальше от тараканов и бабок, зовущих меня проституткой. От всех проблем и невзгод. Я просто хотела капельку счастья. У тебя и так все есть, а у меня ничего не было.

– Виталь, – я пошатнулась, – я хочу отсюда уйти. Мне плохо.

Вит потянул несопротивляющуюся меня за собой. Я споткнулась и едва не упала, но лишь подхватил меня на руки и понес к машине. Возмущенный таксист попытался что-то ему доказать, но был мгновенно заткнут красной купюрой, сунутой под нос. Я поняла, сейчас будет еще большее… До хрипов, до стонов, до помутнения рассудка. Потому что у меня не осталось ничего… Мой мир в одночасье развалился на осколки и перестал существовать. Как вообще я докатилась до такого? Как смогла пропустить все мимо глаз и не заметить такого?

Дорога прошла как-то мимо меня. Я очнулась только тогда, когда, неся меня через холл Вит отдал Константину какие-то распоряжения. Мужчина молча выслушал их и даже не посмотрел укоризненно на своего в очередной раз спятившего хозяина. Парень затащил меня в свою комнату и сбросил на постель. Вот только в моей голове было настолько пусто, что казалось, там образовался вакуум. Я почувствовала, как спина коснулась смятых простыней, но решила не сопротивляться. А смысл? Если я совершенно одна и никому в этом мире не нужна.

– Это должно вразумить тебя, – хмыкнул он и опустился рядом на пол, – в этом мире люди слишком жестокие, чтобы им доверять, а ты такая наивная, что я не представляю, как ты все это время выживала.

– Ты сломал меня, – тихо пробормотала я, – доволен?

– Не беси меня! – бросил Вит и со всей дури шандарахнул дверью о косяк.

Когда он вернулся в комнату, было далеко за полночь. Я все так же лежала на постели и пялилась в потолок, пыталась заснуть, но в голове был такой бардак, что хотелось выть. К тому же действие обезболивающего закончилось и теперь ныла не только нога, но и, казалось бы, все тело. Душу просто выворачивало наизнанку и хотелось реветь белугой. Когда скрипнула дверь, и в комнату, пошатываясь, вошел Вит, мне захотелось просто сдохнуть, чтобы никогда не вспоминать о том, как он растоптал всю мою жизнь на ошметки.

Я не сразу поняла, что он пьян и что вообще находится в таком же коматозном забытье, что и я. Только источники разные… Потерянный взгляд парня долго шарил по темной комнату и только спустя несколько томительно долгих мгновений замер на мне. Я хотела как-то уколоть его, съязвить, сделать больно, но, слова просто застряли в горле, и я лишь тихо вздохнула, возвращая свой взгляд к потолку, по которому бегали отблески уличных фонарей.

– Зачем ты пыталась от меня сбежать? – пошатываясь он рухнул поперек кровати, едва не придавив меня. – Наверное, опоздай я хоть на полчаса и тебя бы уже не было в моей жизни? Скажи, куда ты хотела от меня убежать? Ну что ты так обиженно смотришь на меня? Я же не со зла… Я любя тебя, дуру. Такую истеричную, непослушную, коварную и жестокую. Я запру тебя тут в своей комнате и никому, никогда не позволю увидеть тебя.

– Почему? – тихо спросила я, не понимая, зачем он нес весь этот бред.

– Потому что я люблю тебя, – пробормотал он, а потом резко дернул рукой, придвигая к себе под бок, – люблю так, что готов убить, если ты посмотришь хоть на…

– Вит? – удивленно перевела я взгляд, на засопевшего брюнета, который так и не выпустил меня из объятий.

========== Глава 12 ==========

Утро на удивление выдалось беззаботным и легким. Просыпалась я без больной головы и было так тепло и уютно, что я даже не сразу поняла, что вообще происходит. Пока до моего многострадального мозга не дошло, что меня обнимает Виталя и прижимал он меня с такой силой, что выбраться было нереально. Да и потревоженная нога отдала тянущей болью в поясницу. Ладно, уже не простреливала и на том надо было сказать спасибо. Медленно подняв глаза на его умиротворенное лицо, я попыталась понять, а что же дальше…

– Ага, конечно, любит он меня! – тихо проворчала я, пытаясь при этом спихнуть тяжелую ногу со своей поясницы. – Пьяный идиот. Нет, чтобы отрубиться где-нибудь в другой комнате, он сделал это в обнимку со мной. Я что тут теперь не только за рабыню, но и за чертову мягкую игрушку? Вроде в контракте такого пункта не было!

Вытащив одну руку, я кое-как отпинала парня на вторую половину постели и облегченно вздохнула. Рука сильно затекла, а тело чувствовало себя так, словно меня половину ночи пинали. Хотя, в этом он был невиноват, это сестренки постарались. Я вздохнула и от души пнула парня, который даже не всхрапнул от этого. Месть принесла мало удовлетворения, но хотя бы облегчила мою многострадальную душу. К чему вообще он вообще вчера все это наплел? Нет, ну понятно, что он был не в самом адекватном состоянии, но есть же поговорка: «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке». Верилось правда в это с огромным трудом.

Я тряхнула головой и попыталась прогнать ненужные и даже пагубные мысли из своей бедовой головушки. Нечего думать о всякой ерунде еще и с утра пораньше. План побега провалился, а когда подвернется новый шанс, было непонятно. И все же, что-то во всем этом не давало мне покоя. Я решила сжалиться над парнем и накинула на него тонкое покрывало, хоть в особняке и было тепло, но за окнами все же зима. Конечно, я была зла на него, но нянчится с больным не хотелось, контракт-то никто не отменял. Вит засопел и растянулся на постели, раскинув руки и ноги.

– Ну что за жизнь? – я покачала головой. – Когда это кончится?

– Когда я этого захочу, – пробормотал Вит, не открывая глаз.

– Спи! – он потянулся и дернул меня за руку так, что я оказалась совсем вплотную к нему.

Он опять закинул на меня руки и ноги и прижался холодным носом к моему плечу. Постель была мягкой, а мне так хотелось спать, что незаметно начала пригреваться в этих удушающих объятиях и плыть. Я постаралась выкинуть из головы мысли о том, что, возможно, признание было настоящим и он сболтнул лишнего не понимая, что творит. В конце концов, скорее всего это не так… Вит передвинулся, прижал меня к себе и тихо засопел в ухо. Под его монотонное дыхание я и заснула, чувствуя, как тепло проникает мне в душу.

На следующий раз глаза я открыла от того, что задыхалась от жара в объятиях Вита. Я осторожно, стараясь не потревожить сон парня, в очередной раз попыталась выбраться, но Вит даже не шелохнулся. Его руки все так же крепко обнимали меня, безжалостно прижимали к груди и не оставляли маневров для побега. Может, это и выглядело бы страстным и романтичным в каком-нибудь бульварном романе времен Толстого, но в реальной жизни оказалось дико неудобным. Я отлежала руку, нос упирался в грудь Вита, плюс было жарко и хотелось хоть капли воздуха. А получалось… Ничего не получалось.

– Вит! – шепнула я.

Никакой реакции на мои слова с его стороны не последовало. Освободив одну руку, я потрясла его за предплечье. И снова ничего… Я обреченно вздохнула и опустила руки поверх его конечности. Вот черт! Снова толкнув, Вита, я поняла, что в таком состоянии он не проснется даже если ему над ухом из царь-пушки выстрелить. Он был в тотальном отрубе. Но не успела я до конца отчаяться, как дверь с оглушительным стуком распахнулась, и в комнату ворвался самый настоящий ураган. Миниатюрная девица с радостной миной на лице, не утруждая себя элементарными правилами приличия подлетела к нашей постели.

– Виталичка! – высокая черноволосая девушка замерла над нами, удивленно глядя на меня. – Ты кто такая будешь и какого черта еще не свалила домой?

– Это ты кто такая, чтобы ходить тут, как в проходной завода, не спрашивая ни разрешения, ни дозволения? – пробормотала я и попыталась перевернуться.

– Галя, – хмыкнула девушка. – Я его сестра старшая! А вот ты кто?

– А поумнее ничего не могла придумать? – вздернула я бровь. – Все знают, что этот придурок единственный ребенок в семье.

– Так ты его девушка? – подняла брови Галя.

– Я… – запнулась на полуслове и попыталась подобрать слова. – Не дай бог…

– Ладно, – рассмеялась девушка. – Расслабься. Я не его сестра, но мало, кто из его пассий так хорошо осведомлен о личной жизни Витальки, чтобы не принимать мои слова за чистую монету. Просто, я дружу с ним с детства и старше его всего года на полтора где-то. Когда был маленьким и миленьким всегда называл меня «сестренкой» и хватал за подол платья, стоило мне только развернуться в сторону двери.

– Умереть не встать, – драматично закатила я глаза.

– Да уж, я в шоке, – проговорила Галя, разглядывая меня. – Впервые девушка Вита остается у него с ночевкой. Это прям нонсенс какой-то. тебе надо памятник уже при жизни ставить.

Я вздохнула, и попыталась в очередной раз выпутаться из объятий этого монстра за маской прекрасного принца. К тому «девушка Вита»… Как это понимать? Это комплимент или оскорбление? Как-то слишком двояко звучало для того, чтобы я относилось к подобного рода вещам философски и понимающе. Надо отметить, это вызывало в желудке странную реакцию, на которую я пока решила не обращать внимания. Вит вздрогнул и медленно разлепил глаза. Он уже не был пьян, но явно не понимал, что происходит и почему его будят столь варварским способом.

– Вит! – прокричала Галя прямо в ухо парню, склонившись над ним. – Вставай!

– Галя? – пробормотал он и зевнул, утыкаясь мне носом в макушку. – Что ты тут делаешь? Какие демоны принесли тебя ко мне еще и в такую рань? Сегодня пятница, дай нормальным людям поспать. И так голова гудит

– Виталька! – взвизгнула Галя, с разбега запрыгивая на постель и лохмача его и так взъерошенные волосы.

– Галя? – уже более жестко отозвался брюнет, неохотно выпуская меня из своих объятий. – Какого черта ты тут забыла? Спрашиваю в последний раз. Не заставляй меня выставлять тебя за дверь с утра пораньше.

– Фу, как грубо! – скривила она носик. – Я встретилась с твоим отцом у юристов, он, мягко говоря, выглядел совсем паршиво. Так что я решила, что ты захочешь узнать о том, что у вас в очередной раз начались проблемы. И возможно, теперь не удастся откупиться. Прокуратура настроена очень серьезно.

– Он что-нибудь передал? – Вит потянулся ближе к ней, впиваясь в лицо растерянным взглядом.

– Нет, ему не нужна твоя бесполезная помощь, он вообще сказал, что от тебя будут только проблемы и ты ни о чем не должен узнать, – она равнодушно и даже немного жестко ему улыбнулась. – Так что цени мое милосердие, я лично пришла к тебе, чтобы ты опять не натворил глупостей. Сиди и не дергайся, он сам со всем разберется.

– Ты какого дьявола ведешь себя так? – он едва не вспыхнул от гнева и злости.

– Вит, не ведись на провокации, – тихо прошептала я и попыталась успокоить его. – Я уверена, если бы все было настолько серьезно, как говорит Галя, то твой отец непременно первым рассказал бы обо всем тебе. А раз не хочет волновать, значит там ничего серьезного. Ты сам знаешь, как работают у нас слухи и сплетни.

– Мне надо успокоиться и остудить голову, – он практически мгновенно сорвался с постели.

– Даже не представишь мне свою очередную игрушку? – с надменной улыбкой протянула Галя. – Или это так, на запоминание не тянет.

– Не беси меня еще сильнее, чем уже смогла! – рявкнул на нее Вит.

– Что-то ты совсем расклеился, а где же железный стержень и мерзкий характер? – девица, словно специально пыталась довести Вита до белого коленья. – Мне не нравится, что ты позволяешь ей влезать в наши с тобой дела. И если не вышвырнешь ее из комнаты, то я сейчас же уйду и не буду больше тебе ничего рассказывать.

– Нашла чем пугать, – покачал головой парень и мерзко усмехнулся, – Маше в отличие от тебя, в этом доме позволено все. А тебе Галь, мой совет, вали обратно к Костику и передай своему брату, что на такие дешевые провокации, я больше не поведусь. Не хочу выставлять себя полным идиотом перед отцом и советом директоров. Мне всех прошлых раз уже хватило за глаза. Я пообещал за ум взяться и за учебу. Вот и не отвлекайте меня, от столь важных дел.

Я заметила, что его лицо побледнело и он просто сбежал на балкон, подальше от неожиданно заявившейся к нам в столь ранний час, гостьи. И тут совершенно неожиданно мне вспомнились слова Константина о том, что его отец виноват в том, что Вит такой жестокий. Может, парень боялся его и тем самым пытался защититься? Хотя, не похоже… Его голубые глаза недовольно сверлили меня, всякий раз, когда тот вспоминал о родителе. Видимо, я просто ни черта не понимаю в этой жизни. Скованно улыбнувшись девушке, когда Вит покинул нас я поднялась с постели и решительно направилась в ванную, подальше от этой истерики.

Девушка лишь хитро глянула на меня и поплелась за мной хвостиком. Я поймала удивленный взгляд Гали и тут же отвела глаза, сдергивая с вешалки халат, до которого потянулась совершенно рефлекторно. Надеюсь, она ничего не лишнего не подумала в это мгновение. Хотя… Кажется, на ее мнение мне должно быть плевать. Девка, которая с раннего утра вот так нагло заваливается в чужую спальню и пытается настроить сына против отца, не должна меня волновать. Пусть катится туда, откуда явилась. Скатертью дорожка, как говорилось в народной мудрости.

– Что пытаешься соблазнить Вита? – язвительно проговорила Галя, облокачиваясь на край раковины.

– Очень надо, – фыркнула я и подошла к шкафу с умывальными принадлежностями. – Он точно не спит со слугами и не встречается с серыми мышками, которые по ошибке разбивают чужие машины. У нас контракт. Я играю отведенную мне роль, он прощает долг. Все совершенно на коммерческих началах, никаких чувств, кроме ненависти мы к друг другу не питаем.

– Потому спите в одной постели, еще и в столь компрометирующей позе? – сказала та, даже не смутившись. – Так и скажи, что хочешь стать его очередной и единственно. Вот только вынуждена тебя предупредить, что это будет тебе не по зубам, детка. Многие пытались, и никто не смог.

Не знаю, почему, но эти правдивые слова ударили меня словно пощечина. Даже щеки загорелись от стыда и смущения. Я закусила губу и попыталась сконцентрироваться, правда не смогла сдержать тихое рычание. Вчера признался мне, а сегодня ведет себя так, словно ничего не было. Обидно… Хотя я ненавидела его… Действительно ли? Еще раз осмотрев брюнетку с головы до ног, постаралась отрешиться от мыслей о Витали. Что со мной происходило вообще? И откуда взялись все эти странные и необычные мысли?

В голове стоял полнейший дурман. После его чертового признания в любви я стала сама не своя. Что такого он сказал и какого демона я так реагировала на эти обыденные и повседневные слова? Подумаешь, “люблю тебя” и что? Сейчас каждый первый произносит их, даже не задумываясь о последствиях. Почему я не могла просто выкинуть это из головы и спокойно жить дальше? Я хотела уже сбежать куда глаза глядят, но яростный и даже жесткий взгляд девицы заставил подобраться и приготовиться к сражению.

– Он просто хам, я знаю, – кивнула она, вглядываясь в мое лицо. – Но это не меняет того, что многие хотят его заполучить. И ты не стала исключением. Попалась, в сети и теперь мечтаешь быть с ним на веки.

– Ты мыльных опер пересмотрела? – вопросительно приподняла я бровь.

– Слушай, Маш, – просто и бесхитростно сказала Галя. – Я вынуждена тебя сразу спустить с небес на землю. Вит не всегда был таким, раньше вполне сносный ангелочек. Он стал таким после смерти матери. Если хочешь я тебе поведаю обо всем, но при одном условии.

– Если хочешь рассказать, говори так, – отмахнулась от нее, – а условия можешь засунуть себе, сама знаешь куда.

– Мама Вита была талантливой пианисткой, – сказала Галя и победно мне улыбнулась. – Она была очень известной, несмотря на свой возраст. В четырнадцать уже блистала на сценах мировых концертных залов и слыла первой красавицей музыкального мира. Екатерина Белянская, может, ты слышала о такой? Они с Гривцовым-старшим познакомились на открытии исторического музея, где Екатерина выступала по запросу администрации, на рояле восемнадцатого века. Мои родители тоже были там. Поэтому эту историю я знаю из первых уст. В общем, они влюбились друг в друга с первого взгляда, поженились буквально через пару месяцев, а спустя год у них родился Вит. Казалось бы, все должно быть, как в сказке, богатые, молодые, счастливые. Ее даже называли Золушкой двадцать первого века. Из простых пианисток, сразу в роскошь и богатство. Но так продолжалось всего семь лет. Потом мистер Гривцов начал подозревать свою жену в измене. Он следил за ней, старался разоблачить, но ничего не выходило. Мать Вита хорошо прятала свои интрижки и пользовалась популярностью, чтобы затащить молоденьких парней в свою гримерку, куда посторонним вход был заказан. А потом она заболела. Сначала она долго молчала, лишь изредка советовалась с моей матерью, но потом ей начало становиться все хуже и хуже. Пока в конце концов моя любезная маменька не заставила ее обратиться к врачу.

– И что это было? – осторожно спросила я у нее.

– Рак молочных желез, необратимый и беспощадный, – словно это какая-то мелочь, произнесла девушка.

Я покачала головой. Нет, такой чуши я не ожидала услышать… Если бы Константин не обмолвился о том, что его хозяин женился на простой бухгалтерши из своей же фирмы, я бы поверила в эту красиво рассказанную сказочку. Но тут у Гали слишком сомнительная мотивация, дабы принимать ее слова на веру. Да и вряд ли, она все это рассказывала мне просто так от большой любви и жалости к Кате, которой давно уже не было среди живых. А значит, у девки были свои интересы и в каждом ее слове сквозило ложью.

– Мужу и сыну Екатерина ничего не сказала, – не замечая моей холодной реакции продолжала вещать Галя. – Но, поскольку ей становилось все хуже, а лекарства не помогали, муженек все же заметил, что с давно нелюбимой женой что-то творилось. Он пытался узнать, но Катенька, которой надоела гиперопека неблагодарного идиота, ради которого она забыла про мировую сцену, лишь отмалчивалась. Она попросила врача и мою маму тоже ни в коем случае не сообщать ненавистным родственникам о своем состоянии. Она не хотела, чтобы они повлияли на ход лечения. А отец Вита? Представляешь, он подумал, что она, изменяя ему с кем-то, подхватила какую-то венерическую болезнь и не говорит, потому что боится. Он просто перестал давать ей деньги на лекарства и жаловался моему отцу, что пригрел на груди мерзкую змеюку. А потом она умерла, спустя неделю после последней химиотерапии, а его даже дома в этот момент не было. Труп нашел девятилетний Вит. Ребенок и так сутками сидел у постели умирающей матери, пока его отец носился где-то там, а тут еще и такое. Когда он вернулся, моя мама все ему рассказала и обозвала идиотом. Я знаю, он до сих пор не может простить себя. И Вит тоже не может простить его. После смерти Екатерины каждый из них замкнулся в себе, стал каким-то жестоким и холодным. Так что ты не станешь исключением. Останешься лишь временным лейкопластырем на ранах его души. Потому мой тебе совет, беги, пока не влюбилась в красавчика Виталия Гривцова.

Я лишь заторможено кивнула ей. История произвела на меня сильное впечатление. Словно она ее не первый раз пересказывает. По заученному сценарию. Теперь я понимала, что Вит выживал фактически в мире лжи и ненависти. Когда каждый норовил уколоть побольнее. Меня от такой участи судьба слава богу уберегла. И я не стала заложницей подобного рода унижений и издевательств над памятью моей любимой матери. Я тоже переживала смерть родительницы тяжело и долго, а потом и отца… Но я знала, что могу рассчитывать лишь на себя. Но Вит, не найдя поддержки из вне, потерялся во тьме и стал тем, кем был в настоящем. Жестоким и холодным козлом!

========== Глава 13 ==========

– Галя, какого черта ты забыла в моем доме? – высокий и статный мужчина в черном костюме-тройке смотрелся угрожающе. – Я сказал твоему отцу, что, если хоть кто-то из вас приблизится опять к моей семье, простым судом вы не отделаетесь.

– Дядя Паша, вы же знаете, я вообще очень спешила, так как свадьба брата перевернула жизнь моих родителей с ног на голову! – затараторила девушка, размахивая руками. – Как я могла не поделиться этой радостной новостью со всеми?

Я повернулась в сторону входа и посмотрела на мужчину внимательнее. Да, это определенно был отец Вита. Они были очень похожи. Темноволосые, высокие, стройные, черты лица схожи. Но глаза… Глаза у Вита были голубыми, а у мужчины карими, словно пронзающими до самых костей. И тут я вспомнила про фотографию, которую обнаружила в комнате Вита в самый первый день! Там была очень красивая женщина с белокурыми волосами и небесно-голубыми глазами. Значит, глаза у него от матери, а все остальное от отца. Занимательно…

– Мария, можете не слушать эту дуру, она уходит, – голос мужчины заставил меня подскочить на стуле.

– Вы меня знаете? – удивленно посмотрела я на незнакомца.

– Конечно, – пожал он плечами. – Твой отец был моим партнером по теннису долгие годы. Ох, и наслушался я о том, какая красивая и послушная у него дочь. Кстати, возможно ты меня не помнишь, но в детстве, ты меня тоже звала дядей Пафей.

Он улыбнулся так искренне и ласково, что у меня в груди все сжалось. Я представляла отца Вита по-другому, а он оказался намного ближе к моей семье, чем я думала. Мне казалось, что он хмурый и строгий мужчина, но в реальности просто уставший от жизни человек, который из последних сил боролся за свою семью. Разве такой человек мог так жестоко обойтись с женщиной, которую любил? Так что ложь в словах Гали, только подтверждалась. Но всю нашу идиллию нарушил Вит, стоял в дверях кухни, уже одетый в свежее и враждебно глядел на отца, как на врага народа. Павел же резко обернулся и посмурнел.

– Почему ты разрешаешь, Галине так спокойно разгуливать по этому дому? – спросил Павел, снимая пиджак.

– Она пришла ко мне, – ледяным голосом Вита можно было, наверное, замораживать все Африку, – чтобы рассказать о том, что ты в очередной раз вляпался в неприятности.

– Виталий! – повысил голос мужчина. – Эй дело тебя совершенно не касается. Все что от тебя требовалось учиться, а не пытаться быть героем. Я сам со всем разберусь.

– Я всегда лишний, – Вит прошел мимо Павла и схватил меня за руку, утягивая за собой. – Мы опаздываем на занятия.

– Шесть вечера, какие занятия? – позвал его отец, но парень проигнорировал слова.

Обернувшись, я увидела, как лицо мужчины исказилось словно от резкой пощечины. И причина тому была не в равнодушие или жестокости его сына, а словно тот терял что-то очень ценное и важное. Ему и так было тяжело, а еще неразумный отпрыск, винящий его во всех бедах мироздания за последнее тысячелетие. Он тоже страдал, а Вит упрямо не хотел этого замечать. Его отец чувствовал свою вину, но не знает, как ее разделить с окружающими… Мой так же страдал, пока не появилась чертова Лиза.

– Ты слишком жесток к нему, – проговорила я, когда мы вышли на улицу.

– Это не твое дело, – отчеканил парень и сильнее сжал мою руку.

– Пока ты не потерял и его, не пытайся оттолкнуть, лучше поговори, – тихо пробормотала я.

– Да что ты знаешь обо мне? – Вит резко обернулся и откинул мою руку в сторону.

– Галя мне рассказала про твою семью, – не отступила я. – Мне очень жаль. Терять родных это больно. А терять их и не знать, чем заткнуть рану в душе, еще больнее.

– Что? – Вит остановился и изумленно уставился на меня. – Что именно эта дура рассказала тебе! Я прикончу ее.

– Мне тоже было больно, – тихо вздохнула я, – а потом ни стало еще и отца. Я думала рехнусь, честное слово. Как бы я его не винила в той аварии, но я… Господи, я бы все отдала, за возможность встретиться с родителями

– Я не такой ничтожный, как ты, – рыкнул он мне в лицо.

– Ты делаешь вид, что тебе не больно, но сам пытаешься заглушить ее, причиняя боль другим и перекидывая на них ответственность, – проговорила я. – До добра это не доведет, однажды ты обожжешься и пожалеешь.

– Заткнись, – прорычал Вит, сжимая пальцы на моей шее. – Никто не давал тебе права говорить весь этот бред мне в лицо.

– Ясно, – спокойно ответила я, – а я дура поверила. Видимо зря… Пожалуй пока вернусь к себе, тебе надо прийти в себя и остудить уже голову, а не истерить как пятилетка.

Я едва могла дышать после такого оскорбления, брошенного мне буквально в лицо. Он что на самом деле считал меня такой дурой. Наивной идиоткой, которая повелась бы на красивые фразы и растеклась бы лужицей у его ног? В этот момент, все что я могла лишь ловить ртом воздух и надеяться на то, что этот кошмар совсем скоро завершится. Нужно было потерпеть еще немного. Как только долг за машину будет погашен, я стану полностью независимой от этого морального урода.

Рванув руку из его захвата, я со всех ног бросилась по заснеженной тропинке прочь из этого адского места. Даже не замечая холода, я кое-как добралась до своего участка и с надеждой подумала о минуте спокойствия. Когда же я вошла в дом, то облегченно выдохнула ни Елизаветы, ни близняшек не было. В наличии имелась только Аня и ее очередной денежный мешок, с которым она крутила роман ради выгоды. Стоило двери хлопнуть, как сладкая парочка разлепилась и посмотрела на меня. Нехотя оторвавшись от парня, Анна презрительно посмотрела на меня и криво усмехнулась.

– О, возвращение блудной дочери! – накрутив на палец локон, она еще раз скривила губы. – Но тебе идет, видать плохо трудилась, раз так по морде отхватила.

– Тебя забыла спросить, – устало пробормотала я, приходя мимо.

– Ты вернулась надолго? – у нее в самом деле был в этом деле какой-то интерес.

– Можешь не переживать, твоим игрищам не помешаю, – отмахнулась я, – пока они там скандалят, я хоть поем нормально.

И больше не обращая никакого внимания, я пошла на кухню. Есть хотелось нечеловечески, да к тому же взвинченные нервы требовали выхода. Достала из холодильника бутылку вина налила себе стакан и сделала пару глотков. В голове прояснилось, на сердце полегчало, и я даже поймала некое состояние покоя. Он было такой вкусным, что, не удержавшись сделала еще пару больших глотков и перевела дыхание. Нужно что-то со всем этим делать и причем вот прямо в это мгновение, ибо мое тело, меня же придавало и тянулось к тому, к кому не следовало.

– Милый, я в ванную! – голос сестры выдернул меня из дурмана.

Хотя бы не стала придираться к мелочам и на том спасибо. В противном случае, я бы просто психанула. Нервы были ни к черту, а я уже на грани истеричного состояния. Закатила глаза, сделала еще глоток и постаралась отрешиться от всего происходящего. Ну что за чушь меня преследовала с самого утра? Как-будто кроме Витали в моей жизни никого не было. Правда мысль я так додумать и не успела. Внезапно чьи-то горячие руки обхватили мою талию и прижали к тяжело вздымающейся груди. Я вздрогнула и резко обернулась. Очередная игрушка Ани, обнимал меня!

– Наконец-то, она ушла, – жарко зашептал он мне в лицо. – Я так долго ждал, чтобы ты вернулась, Машенька. Не такой я дурак, как все остальные. Я навел справки, это ты наследница состояния. Все что мне надо на тебе жениться. Я давно за тобой наблюдал, малышка. Ты такая забитая и неловкая, тебя же никогда не ласкали мужчины. Давай я покажу тебе взрослый мир, и мы удовлетворим потребности друг друга до самого конца.

– Пусти меня, – процедила я в морду очередному извращенцу со странными наклонностями.

– О, нет! – он усмехнулся еще шире. – Такого шанса упустить я не могу, черт его знает, когда судьба позволит мне еще раз с тобой столкнуться. А так залетишь от меня и уже никуда не денешься. Даже Лиза не найдется с протестами.

– Нет! – взвизгнула я и попыталась зарядить ему по наглой роже.

Мужчина резко прижал меня к столешнице, крепко сжимая мои руки у меня же за спиной. Я попыталась заехать ему коленом промеж ног, но он встал так, что это не представлялось возможным. Его губы впились в мои и как бы не мотала я головой, ничего не выходило, она как пи явка прицепился ко мне. Все мои попытки вырваться были им оборваны и обречены на провал. И черт возьми это было совершенно не так, как с Витом в полуночной тишине кухни. Несмотря на то, что Вит тоже целовал меня против воли, с ним это казалось правильным и сладким. А тут только подташнивало и хотелось выть.

– Маша! – он стоял в дверях кухни и дышал как загнанный зверь.

– Пошел прочь, жалкий недомерок, – оскалился мужик и сжал мои запястья сильнее.

– А больше тебе ничего не дать? – слишком спокойно уточнил у того Витяля, незаметно подходя ближе и со всей силы ударяя этого урода в лицо.

– Ах, ты мелкий урод, – взвыл тот, держась за сломанный нос.

– Во-первых, никто не имеет права насильно принуждать к действиям сексуального характера, согласно букве закона, – Вит перехватил меня за талию и уничтожающим взглядом посмотрел на парня Аньки. – Во-вторых, она только моя и такой нищеброд, как ты даже рядом с ней стоять не может.

– Что за шум?! – из гостиной раздался возмущенный голос Анны.

– Пошли, – Вит дернул меня за руку, увлекая к двери. – В этом доме тебе не зачем задерживаться ни на секунду.

– Твоя? – спросила я, когда мы, наконец-то, остались наедине в морозной дымке вечера.

– А? – Вит осекся, взглянув на меня, и смущенно отвел от меня взгляд.

– Ну, есть что сказать? – пробормотала я, чувствуя, что сейчас или никогда.

– Нам пора домой, – он сильнее стиснул мои пальцы и пошел вперед. – Константин будет волноваться.

Я опустила голову и молча последовала за парнем, адекватных слов у меня не было. Да, и тот факт, что он не требовал от меня объяснений казался чудом. Только я подумала, что он может быть милым и добрым, как он тут же разубедил меня в этом. В одну секунду… Одно слово… И мы опять вернулись к тому с чего начали. Но мгновение спустя, он опять готов небо на землю обрушить, за возможность спасти меня. Какие-то американские горки. В таком напряженном молчании мы и дошли до дома. Вит, видимо, решил вообще игнорировать мое существование, а я не решалась вновь лезть под горячую руку.