Текст книги "Эгрегоры и кризис. Ветер перемен"

Автор книги: Кирилл Титов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

В этой ситуации мы приравнялись к миру. А это значит, что мы приравнялись и к миру социальному. Он изменился, почему же человек к нему не приравнивается?

Необходимо выделять именно свои эмоции и поступать с ними по обстоятельствам. Причем очень важно, что «именно свои». Потому что из моего примера про зарплаты и кандидата очевидно, что, сколько бы человек ни голосовал за него, он свою проблему с зарплатой не решит. Это та же самая история про человека, который идет по лесу и бьется головой о деревья.

Любое чужое внешнее воздействие превращает собственные негативные эмоции, которые призваны вас от чего-то предостеречь, в сокрушительную силу, которая подчиняет человека эгрегориальному слою.

Выгоды эгрегора и выгоды человека

Зачем этот слой хочет нас себе подчинить? Это очевидно. Энергия! И чем больше человек направляет свою энергию, свои усилия на то, чтобы создавать свое поле над управляющим элементом, тем в большем этот слой выигрыше.

Когда-то давно, где-то в позапрошлом веке, интересы социума и человека разошлись. Социум начал человека подавлять, и признаки этой ситуации налицо. Подавляющая масса – это те, кто ничего не производит, а только кем-то управляет. Бюрократия, например. В данной ситуации даже целиком коррумпированная. Это уже не просто бюрократия, а хищная бюрократия, которая активно добывает себе деньги. Это и непрерывная инфляция, это и суррогатные продукты питания.

Давайте подумаем, сколько всего было потеряно: нормальные продукты питания, нормальный социальный климат, позволяющий жить достаточно свободно… А что мы приобрели взамен? Куда делась вся эта энергия, весь этот ресурс? На то, чтобы построить что-то особенное? Нет. На то, чтобы сильно сократить рабочий день? Опять же вроде как нет. На научно-техническую революцию? Сами подумайте, ведь в научно-технической области чем выше технологии, тем они выгоднее, то есть они очень быстро окупаются. Это не затратная вещь. Мы построили гигантское количество домов? Да нет, все эти дома были отработаны нами, оплачены. На что же ушла социальная энергия?

Она ушла на амбиции государств, на гонку вооружений, на уплотнение и ожирение бюрократической структуры, на создание сводов законов, из-за которых сейчас сложно продохнуть.

Социум стал эгоистичным по отношению к своей причине – к человеку. Сейчас он фактически обеспечивает себя за счет человека, чрезмерно наращиваясь. Он превращается в угрозу самому человеку. И соответственно, его управляющий слой, энергоинформационное поле, имеет свою выгоду за счет управления, направляя энергию на себя.

Вот человек думает, голосовать ли ему за того или кого-то еще, и втягивается в политическую борьбу. Он обеспечивает вокруг себя политический шум. Чем больше политического шума, тем больше других людей будет думать не о том, как сделать свою жизнь лучше и как ее обустроить, а как совершить еще больше неосмысленных действий. В результате это приведет к тому, что в социуме, в социальных связях нарастет какой-то определенный элемент, который будет еще лучше управлять этим человеком.

Выгода здесь прямая. Ведь те социальные тенденции, которые этого не делали, не нарастили достаточно сил, чтобы бороться с другими социальными тенденциями и существовать самостоятельно, просто исчезли. Остались только те, которые стремятся переключить энергию человека на себя. Вот какая здесь выгода.

А у человека выгода совершенно иная. Если вы задумаетесь, сколько времени в день вы тратите на обдумывание своих проблем, решение своих задач и мысли о том, какие сложности вас подстерегают на этом пути, то увидите, как много вашего времени, а стало быть, и энергии, мыслей, сил уходит на обеспечение этого паразитического слоя, который уже давно начал вам мешать.

Конечно, это не значит, что когда-нибудь человек выйдет из-под влияния всех эгрегоров. Время от времени каждый из нас хочет, например, есть. Значит, эгрегор еды будет всегда и всегда будет влиять на человека. Хотя, кстати, сейчас эгрегор еды слегка проигрывает эгрегору синтетических сосисок. Он тоже постепенно подвергается извращению.

Не будем забывать, что думать о той или иной задаче или выполнять ту или иную задачу абсолютно не означает находиться под влиянием эгрегора. Находиться под влиянием эгрегора – значит выполнять эту задачу так, чтобы в процессе ее решения вы лили энергию на эгрегориальную мельницу.

От некоторых вещей человек никогда не будет свободен. В основном это старые эгрегоры, которые уже давным-давно устоялись, лишней энергии им не надо: это эгрегоры понятий «есть», «ходить», «говорить» и другие. Но есть еще новые эгрегоры, которые чем новее, тем жирнее и тем больше энергии им нужно. Но вопрос, кто на кого влияет, решается достаточно просто.

Из взаимодействия с эгрегорами человек, существо социальное, уйти не может. Однако он может уйти из непродуктивного взаимодействия с эгрегорами. Где-то они помогают, а где-то мешают. Очень сложная задача, которую мы планируем решить в рамках этого пособия, звучит так: каким образом браться только за то, что тебе помогает?

Представьте себе двери в нашем доме. Эти двери предназначены для того, чтобы к нам заходило то, что нам нужно, и не заходило то, что нам не нужно. Построив такие же двери в сознании, вы начинаете взаимодействовать с эгрегориальным управляющим слоем с другой стороны. Можно сказать, что вы имеете дело только со светлой эгрегориальной стороной. А темная сторона вас в данной ситуации не касается.

Вы не уходите из взаимодействия. Полностью из-под влияния эгрегоров уйти сложно, но достаточно легко, оказывается, блокировать, остановить влияние разрушительное, агрессивное. Причем сделать это, не ограничивая своей чувствительности. Не покрываясь толстой кожей бегемота. А мы помним, что чувствительность позволяет нам ориентироваться в отношениях с эгрегорильным слоем. Поэтому очень важно так блокировать негативное воздействие эгрегоров, чтобы не терять полноты ощущений от восприятия мира.

Чувствительность не слабость

Люди от природы разные. У них разная чувствительность, разный спектр восприятия. Конечно, это влияет и на их успешность в жизни. Чем чувствительнее человек, тем он более ориентирован. А чем более он ориентирован, тем более успешен, и в социальных взаимодействиях в том числе.

Чувствительность, разумеется, предполагает и некоторую слабость. Впрочем, следует различать, например, чувствительность глаза и чувствительность ладони. Ладонь очень чувствительна, но ее вряд ли можно назвать самым уязвимым местом человеческого организма. Таким образом, можно сочетать чувствительность с защищенностью.

Без сомнения, переживать одновременно и светлую, и темную стороны эгрегориального мира, лично борясь с тем, что плохо, отторгая это и переживая, – в этом присутствует некоторая слабость. Потому что чем больше мы чувствуем, тем больше душевных волнений должны затрачивать. Но можно же построить взаимоотношения и другим образом. Вы будете очень чувствительными к светлой стороне, а к темной станете толстокожими, как бегемот.

Меня как-то спросили: «А как же тогда быть, например, с сочувствием человеку, у которого случилось что-то плохое?» Но кто сказал, что это темная сторона? Если вы готовы к этим ощущениям, это значит, что вы их ждете, вы обратили внимание на этого человека и вбираете в себя все. Вопрос в том, что, когда вы отвернетесь, когда попытаетесь исключить это из своего сознания, вам это может удастся, а может и не удастся сделать.

Допустим, ты можешь заметить страдающего человека и помочь ему, а глядя на изображающего страдания мошенника, можешь ему не помогать. Есть, конечно, люди, которые смотрят на изображающего страдания мошенника и от его невыносимого вида начинают ему помогать. Просто не надо быть таким человеком.

Когда мы говорим о темной и светлой сторонах, мы говорим не о позитивных и негативных эмоциях и ощущениях, приходящих со стороны. Мы говорим об агрессивных к данному человеку и неагрессивных по отношению к нему проявлениях эгрегориального влияния. Речь идет о том, чтобы исключить агрессивное влияние, то, которое просачивается помимо нашего сознания. Поскольку агрессивные влияния входят в нас помимо него, то они как раз зачастую мешают нам проявлять к людям нормальные чувства, такие как сострадание, сочувствие и тому подобное. Вы прекрасно знаете, что если в нашей замечательной стране человек упадет на улице, то люди переглянутся и вряд ли будут его поднимать. Потому что они переглянулись. Кто полезет, кто ринется первым?

Вот это – негативное социальное влияние. Если человек не будет его ощущать, он нагнется и поможет.

Иногда про человека говорят: «Открытая душа». Это не значит, что этот человек незащищенный, уязвимый. Можно быть открытым и при этом защищенным. Более того, это признак любого нормального, зрелого человека. Посмотрите на подростка – он весь завязан в узлы, закрыт, он щадит и прячет свои уязвимые места. Когда человек становится взрослым, он делается более открытым. Это не означает, что он менее защищен. Как раз подросток защищен меньше, потому своими закрытыми местами он демонстрирует собственную уязвимость.

Итак, мы должны быть защищены и открыты одновременно. Возможно ли это?

Паразитирующая сущность эгрегора

Мы остановились на том, что внешний, эгрегориальный мир воздействует на всех людей. Граница между нами и окружающим миром достаточно зыбкая, и мы вполне можем принять эмоции, излучаемые другим человеком, за собственные. И соответственно, руководствоваться ими в дальнейших своих мыслях.

Большая часть людей совершенно не регистрирует этого воздействия. И когда человек находится во взаимодействии с окружающим миром, он принимает то, что излучает тот мир, за свое. Дальше он регистрирует свою реакцию на эту эмоцию, на это значение, которое частично является его собственным, а частично излучается снаружи.

Во взаимодействия между людьми вовлечен огромный набор каналов, которые частью своей нам известны, а частью – нет (в том числе и тот самый экстрасенсорный канал, который вообще воздействует дистанционно). Ведь люди могут чувствовать друг друга на огромном расстоянии, через целый континент. Благодаря этому непрерывно присутствующее, понемножечку просачивающееся в сознание воздействие эгрегориального мира управляет человеком, заставляя, провоцируя его устанавливать связи с теми частями внешнего, социального мира, которые агрессивны по отношению к человеку и призваны оказать на него неблагоприятное воздействие – воздействие в своих интересах.

Сила воздействия эгрегориально-информационного слоя зависит и от количества социальных связей человека. Возьмем, например, человека, стоящего у власти, и бомжа. Так вот, бомж свободней. Хотя здесь играет роль не только количество связей, но и, скорее, их интегрированность и прочность. Человек, стоящий у власти, без сомнения, более зависим. Для него сила социальных связей более важна. А еще очень важна их разносторонность: в своем окружении вы можете найти таких людей, которые имеют ограниченное количество социальных связей, и таких, у которых их много, но все эти связи поверхностные, неглубокие. Такой человек может оказаться менее зависим просто потому, что все эти эгрегориальные влияния тянут его в разные стороны, тем самым компенсируя это воздействие. Но в целом чем сильнее и однотипнее социальные роли человека, тем под большим влиянием тех или иных эгрегориальных слоев он находится.

Разумеется, выгода здесь не односторонняя. Ведь эгрегориальный слой тоже кое-что дает человеку.

Мы уже говорили об этом: эгрегориальный слой дает человеку координацию. Маленькая проблема заключается в следующем. Эгрегориальный слой дает человеку то, что он мог бы получить и без него. Как результат, человек производит одни действия, получая от эгрегора нечто совсем другое.

Взаимоотношения человека и эгрегора, скорее, описываются таким образом. Эгрегор связывает потребности людей и идею, при помощи которой они реализуются. На самом деле об этом исчерпывающе рассказано в пособии по эгрегорам, но вкратце механизм такой. Под эгрегором находятся тысячи и тысячи людей, которые, по сути, его питают. У них есть ожидания, что тот или иной образ мысли, стремление к какому-либо идеалу или идее принесут для них результат. Таким образом, возникает некое социальное дирижирование.

Например, все мы хотим, чтобы у нас в доме была горячая вода. Жилищно-коммунальное хозяйство может послужить моделью таких взаимоотношений. Хотя, строго говоря, это механика, это даже не эгрегор. Тем не менее тысячи и тысячи людей хотят, чтобы у них в доме была горячая вода. Тысячи и тысячи людей платят за эту горячую воду. Причем платят больше, чем она стоит. Все эти деньги скапливаются в одном месте, и два-три человека извлекают из них для себя яхты, вернисажи, самолеты и тому подобное. А затем дают людям горячую воду, которая стоит немного меньше, чем они за нее платили.

Вот примерно такие же взаимоотношения имеют место между людьми и эгрегорами. Только деньги здесь заменены мыслями людей и их активностью, то есть энергией. Это круговорот вообще всего ценного для человека, произведенного им.

Теперь посмотрите, насколько несправедливо это взаимоотношение. Та часть, которая находится внизу (население), отдает значительно больше, чем получает в результате. Это ведь несправедливо по отношению к ним. Да, эгрегор кое-что нам дает. Но мало! А верхушка, с другой стороны, пользуется этими благами. Она получает больше, чем дает. Это малая часть людей. Может быть, в значительных эгрегорах это их тысячная, миллионная доля.

Но обратите внимание, ведь когда этот управленец добился власти и сидит у себя наверху, он вряд ли хочет именно денег и только денег. Как правило, человек при власти хочет славы, уважения и самоуважения. Он хочет реализоваться. Но он ограничен этим вот желанием масс, идущим снизу вверх, и поэтому может реализоваться только ограниченно. Получается, что и сам он, сидя наверху, получает не совсем то, что ему нужно. Денег у него и так много. В очередной раз получить этот же навар – это не сильно меняет его картину. Но он думает, что получает уважение, что он важен и значителен. А сам всего-навсего служит этаким денежным фильтром.

Вот почему эгрегоры являются паразитическими структурами. Благодаря этому незаметному для человека обмену того, что проходит мимо его сознания, он каждый раз на любом уровне получает либо меньше того, что отдал, либо совсем не то, что ему нужно. Так человек впадает в зависимость. И те, кто внизу, зависимы от этого, и те, кто вверху, – ровно так же.

На самом деле, для того чтобы увидеть несправедливость этих отношений, достаточно посмотреть на знаменитых актеров. Когда-то они находились на эгрегориальном верху. Популярные в народе люди были счастливы и прожили хорошую, богатую, яркую жизнь. Но что происходит с ними, стоит спасть их популярности? Они абсолютно забыты, абсолютно никому не нужны, и этого уже, оказывается, не возродить. Достаточно вспомнить судьбу Буркова или Крамарова. Сколько у нас актеров погибло в нищете! Даже Фаина Раневская. Так что излишнее доверие эгрегору приводит к саморазрушению.

Опять возвращаемся к инструменту работы с управляющим слоем, то есть к нашим ощущениям. Именно они помогут нам перестроить отношения с эгрегорами и социумом. Но чтобы ощущения верно нам служили, надо научиться их расшифровывать.

Перестроить отношения с социумом

Итак, человек регистрирует не ощущения, а только свою реакцию на них. Получается, что он двигается по миру, по жизни вслепую, натыкаясь на углы и не видя их. Но когда-то мы, любой человек в детстве, активно регистрировали эти ощущения, видели и чувствовали их. Тогда человек понимал, по крайней мере, какая картина из них складывается. Вот я что-то подумал, у меня есть такие-то предубеждения, убеждения, то есть я ощущаю к этому предмету или мысли то-то и то-то – и, соответственно, я думаю так. Но тут мама сказала, что ей это неприятно. А я люблю маму. И соответственно, ее неприятность я принимаю близко к сердцу и вырабатываю совсем другое отношение к предмету.

Когда-то мы это осознавали. А потом у взрослого человека это стало похоже на скороговорку, в которой есть автоматизм, но нет смысла. В результате эта подача извне привела нас даже не к такой ситуации, что мы ходим и натыкаемся на невидимые предметы, а, скорее, к положению летучей мыши, которая летит в переплетении ветвей. Причем эта мышь не одна. Вокруг очень много мышей с похожими голосами, и она шарахается от тени предмета, не замечая реальные вещи.

Из-за того что мы упустили из внимания, как это происходит, мы принимаем тени от предметов, преломленные в социуме, за сами предметы. Мы отталкиваемся, обходим невидимые и несуществующие препятствия и натыкаемся на реальные, которые были почему-то замаскированы этими сигналами.

Получается, что эгрегориальный мир существует на том, что человек утерял внимание к самому себе и к своим ощущениям, что он стал невнимателен или, лучше сказать, нечувствителен (потому что само внимание не способно успеть за таким обилием сигналов, которое непрерывно сочится, проникает к нам из внешнего мира). Чем человек чувствительнее, тем он оказывается более защищен, ориентирован и вообще успешен.

...

Кажется, проводился когда-то такой эксперимент. Он широко известен и часто приводится в литературе. Был создан некий несложный лабиринт. Для эксперимента были выбраны студенты и крысы. Крысам на одно и то же место клали сыр, а людям оставляли на определенном месте стодолларовую банкноту. В какой-то момент и сыр, и доллары класть перестали. Так вот крысы через пару дней перестали туда приходить, а люди – так и продолжали.

Существуя в излучаемых социумом событиях, которые часто меняются, человек просто не может достаточно быстро отследить подобные изменения, не может сделать это сразу и навсегда. На самом деле это следствие того, что человек стал менее внимателен к самому себе. Это часть большого кризиса человека, который разыгрывается на фоне кризиса социального.

Человек, находящийся в постоянном кризисе, строит социум, который тоже находится в постоянном кризисе. Социум, находящийся в постоянном кризисе, как бумеранг, накапливая эти ошибки, возвращает их человеку, таким образом тревожа и угнетая его еще больше. Это заколдованный круг. Разорвать его можно только двумя способами. Полностью уйти из социума либо перестроить с ним свои взаимоотношения. Ведь общество, социум – это создание людей. А создание не должно предъявлять чрезмерные требования к своему создателю.

В настоящий момент перевес, без сомнения, на стороне социума. Человек вынужден спать, а социум не спит никогда. Человек думает над одним предметом только какую-то часть своего времени, а социум думает непрерывно. И этот процесс развивается. Благодаря именно такому воздействию, когда капля камень точит, перевес сейчас на стороне социума. Лишь потихоньку человек начнет возвращать себе ту самую человечность, внимание к собственным чувствам, к чувствам других людей и ко всему тому, что по-настоящему для него важно. Энергия наконец-то будет оттягиваться от того, чем социум увлек людей.

Ведь за чем все гоняются? За деньгами и за дорогими вещами. Как будто деньги и вещи имеют вообще какое-то значение.

Сейчас происходит смена ценностей. И от этого никуда не деться. Это очень забавный процесс. Когда человек думает, он вынужден мыслить какими-то конкретными образами, конкретными предметами, подразумевая за ними класс вещей. А социум, коллективный разум, думает, предъявляя не образы предметов, а сами предметы, сами вещи как обозначение тех или иных ценностей. Он не может транслировать чувства на том уровне, на котором они стали бы объективны для всех.

Вот мы видим: стоит автомобиль. Мы ведь не знаем, какое чувство испытает каждый из нас, подойдя к нему. Даже находясь в эгрегориальном поле. Потому что у каждого есть собственная предрасположенность. Может, у кого-то аллергия на эту марку машин.

Так вот, социум сосредотачивает внимание на предметах. И получается так, что человек почти не может думать о главном, о том, что он получает, завладев тем или иным предметом или вступив с ним во взаимодействие.

Как правило, то, что получает человек (вспомните пример с нашим ЖЭКом), – это нечто очень маленькое. Нечто совсем ничтожное по сравнению с трудами, которые он затратил для прикосновения к этому предмету. Когда-нибудь эта ошибка, без сомнения, будет решена. Какой ценой – неизвестно. Каков будет кризис в обществе, подвергшемся тотальной переоценке ценностей за счет глобальной инфляции, скажем так, материальных ценностей?

Вы можете представить, что это катастрофа. Люди перестали покупать все подряд, перестали гоняться, например, за электроникой, она стала совершенно ненужной. Все перестали гоняться за новыми безделушками, потому что старые работают.

Что будет с отраслью электроники? В ней же заняты миллионы и миллионы людей. Что будет, если народ перестанет гоняться за модными шмотками каждый сезон? Опять же погибнет целая индустрия.

Но представьте, что человек не перестанет покупать, но просто будет покупать чуть-чуть в меру.

Я думаю, женщины в состоянии это оценить. Ведь у каждой из них в шкафу где-то 30 % шмоток, которые они не носят, купленных, но как-то вот не пришедшихся им. Под влиянием чего они покупались? Под влиянием порыва, под влиянием эгрегориальной волны.

Представим теперь себе, что каждая женщина действовала осознанно и не купила этих лишних шмоток. Это падение легкой промышленности на 20–30 %.

Разумеется, когда эта ошибка будет исправляться в массовом порядке, социум и, соответственно, зависимых от него людей ждут немалые потрясения. Но если каждый человек понемногу, по чуть-чуть перестроит собственные, индивидуальные взаимоотношения с социумом, то ему станет легче жить. Внимание людей будет постепенно оттягиваться от предметов к их значениям, к тем рисункам, которые они плетут, при помощи своей социальной жизни. Тогда они станут более человечными. По крайней мере, жизнь пройдет не в пустой погоне, как у ишака за вечно недостижимой морковкой. Жизнь наконец получит свой неповторимый для каждого смысл.

Но добиться этого можно, только действуя с двух сторон: со стороны конкретного человека, перестраивающего свое мышление и свои реакции, и со стороны всего человечества, меняющего саму парадигму жизни, возвращая смыслообразование на круги своя.

Глава 3. Осваивая глубины подсознания

Осознать влияние

К сожалению, возвращение человека на круги своя непросто. Необходим выход из глобального персонального кризиса, где инфляции уже подверглись многие ценности, а мы заметили его очень поздно, только когда кризису подверглись деньги. Препятствием является то, что перед этим эгрегориальным, управляющим миром наш внутренний мир полностью открыт. Эта сфера еще не стала нормально осознаваемой взрослым человеком (это можно назвать дефектом культуры, воспитания и образования), доступной его разуму, при помощи которого он может взвешенно, разумно, рационально рассчитать свои взаимоотношения с ним.

Пока этого не произойдет, человек обречен быть под воздействием управляющего эгрегориального слоя. Он будет вовлекаем в любые кризисы. Будет использован как субстрат. Как клетка нашего организма используется нами, когда мы употребляем тяжелую пищу и алкоголь по случаю какого-нибудь национального праздника. Как муравейник использует муравьев. Ему абсолютно не важны их индивидуальная судьба, их личные чувства. Муравейник волнует только собственное выживание.

Пока человек не осознал эту сферу, управляющий эгрегориальный слой коллективного сознания, социум, будет его использовать просто как субстрат, как сырье.

Мы должны познакомиться с тем, как на нашем уровне проявляет себя эгрегориальный слой. Познакомиться – это означает практически соприкоснуться. Сложность на нашем пути здесь только одна: рационально проанализировать и отсечь то влияние, которое направлено на человека извне во всей его глубине и сложности, невозможно. Оно слишком быстро меняется и слишком сложно устроено. Мы не в состоянии этого сделать.

...

Проведу такую аналогию. Мы смотрим на картину. Мы видим, что нарисовано, и имеем об этом общее впечатление. Художники подчас бог знает как выделываются: рисуют не фигурки, а непонятно что. То, что при наблюдении издалека превращается в фигурку. Но мы не видим каждого мазка этой картины. Мы не понимаем, в чем секрет. Картина оказывает на нас влияние целиком, а мы видим только несколько фигур.

Вы прекрасно знаете, что некоторым картинам посвящены огромные труды искусствоведов. В том числе и нюансам изображения, которые оказывают тот или иной эффект. Так вот, у нас нет ни сил, ни возможности уделять столько же времени каждому кадру из нашей жизни, каждому мгновению. А ведь воздействие социума осуществляется каждое мгновение, постоянно.

На самом деле эта сложность является достаточно легко преодолимой благодаря использованию нашего собственного мозга. А конкретно – его слабо осознаваемых и вообще неосознаваемых сфер, то есть нашей психической активности. Того, что называют подсознанием. Хотя, строго говоря, такой штуки, как подсознание, на свете нет. Обычно пальцем показывают на некую сумму активностей мозга, который в данный момент работает без сознательного контроля, и говорят: «О, это подсознание!» Но давайте пока воспользуемся этим упрощенным термином. Если мы воспользуемся возможностями нашего подсознания, которые способны «переварить» всю эту гигантскую совокупность сигналов в несколько простых ощущений и предъявить их нам уже в виде приятных и неприятных тонов, то точно так же мы сможем настроить нашу неосознаваемую сферу, наше подсознание на то, чтобы отсекать, удалять агрессивные элементы.

Знакомство с полем

Нам придется работать не столько с разумом, сколько с ощущениями. Ведь окружающий мир, эгрегориальное воздействие да и любое влияние постороннего человека предстают для нас как набор ощущений. Итак, есть конкретные ощущения. Вот я вижу человека, вижу его прическу, его фигуру, его одежду. Но кроме этого я еще и чувствую человека. Я не могу точно сказать, где я увидел то, что я почувствовал. Тем не менее от человека исходит некое излучение, которое я воспринимаю как интегральное ощущение. И вот эта сторона проявления действительности, вернее, действительности, доступной нам в восприятии, достаточно известна, и ею пользуются многие люди (только обычно они почему-то стремятся это истолковать и назвать каким-нибудь хитрым термином вроде торсионного поля или мистического излучения).

Кстати, сюда относится и эмпатия, хотя она более примитивна. Просто эмпатия не несет мысли. А на самом деле человек даже чувствует намерения другого человека и элементы его мыслей (в Школе навыков ДЭИР такие занятия ведутся на третьей ступени). То есть мы можем увидеть человека, идущего по улице, и примерно сказать, где он собирается эту улицу переходить, куда намерен сворачивать.

Понятие «поле» незаслуженно заужено: его нельзя сводить к какому-то неизвестному излучению, регистрируемому исключительно экстрасенсами. На самом деле весь мир представляется человеку не только в конкретных чувствах, которые можно привязать к тому или иному объекту, но и в виде совокупности достаточно неясных излучений и сигналов. Это больше похоже на поле ощущений, на облако. Сюда входят, без сомнения, экстрасенсорные составляющие, сюда входит и эмпатия. Мы даже воспринимаем запах другого человека и его инфракрасное излучение: мы его не видим, наши глаза чувствуют, равно как чувствует тепло все наше тело. Вся эта совокупность является полем.

Надо сказать, что этой системой сонастройки по полю с другими людьми для более полного, глубокого эмоционального взаимодействия широко пользуются в ораторском искусстве, в политике и в актерском мастерстве.

Например, знаменитая система Станиславского. Если вы почитаете книги на эту тему, то заметите, что построена эта система на том, как актер должен ориентироваться на нитку обратной, психоэнергетической связи, которую он получает из зала. Если ему это удается, то это успешный актер. Актер, который этого не умеет, не слишком успешен.

Кстати говоря, актеры могут послужить и иллюстрацией моих слов об эгрегорах. Они находятся в слишком плотном контакте с залом. Они переживают эмоции своих персонажей, транслируют их и получают отклик зала, представляющего собой ту же эгрегориальную массу. Зачастую это происходит у них слишком глубоко, и они уже не могут отказаться от созданного образа.

...

Вот хороший пример с актером Демьяненко, который сыграл Шурика в «Иване Васильевиче…» и «Операции Ы». Несмотря на то, что он хотел и предполагал быть драматическим актером и играть серьезные роли, они ни разу не были ему предложены. Он потерял даже место в кинематографе потому, что сам настолько внутренне связался с образом Шурика и соответствовал народным ожиданиям, что в нем и видели не его, а только этого персонажа.

Дело актера – тяжелое дело. Актеры и цыганки подчас очень мало живут. Потому что нельзя шутить и заигрывать с судьбой.

Но мы отвлеклись. Так вот, для нас эта сумма восприятий предстает в виде поля. Мы не будем анализировать и гадать, что же за ним скрыто. То ли увиденные и переработанные нашим подсознанием мимика или интонация другого человека, то ли тепловое или торсионное воздействие…

Почему мы не будем анализировать источник сигнала? Все эти сигналы, все эти каналы, без сомнения, присутствуют в эгрегориальном излучении, в излучении управляющего слоя социума. Вдаваться в них мы не будем по той простой причине, что на самом деле для нас, для нашего сознания, это безразлично.

Как мы помним, самое начало любого нашего действия – это мысль. А начало любой мысли – это энергоинформационное действие. Мы регистрируем то или иное ощущение или комплекс ощущений, например, в виде образа, имеющего в себе и конструктивную, и инструктивную части. Мы испытываем по отношению к нему определенные ощущения. Волевым образом, обладая запасами своей энергии (той же самой мотивационной), мы пробуем его трансформировать и скомбинировать с другим образом так, чтобы получилась мысль, которая вызывает у нас положительный ответ, а затем переходим к действию.

И вот в чем фокус. Через какие бы каналы к нам ни прошла информация, если она прошла в наше сознание, в нашу психику, это означает, что между нами и ее источником существует тот или иной канал, который можно задействовать в обратном направлении и таким образом воздействовать на сам процесс. По-другому не бывает. Какой бы ни была природа ощущений, если оно отразилось в нас, значит, уже имеется некий канал, по которому возможна и обратная связь.

Назад к карточке книги "Эгрегоры и кризис. Ветер перемен"