Текст книги "Невеста по контракту (СИ)"

Автор книги: Кира Шарм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Глава 6

– Доброй ночи, Оксана. Или, вернее, уже скоро утра.

Я с трудом разлепляю тяжелые веки.

Кажется, перед этим меня хлопали по щекам.

Холодно. И темно.

И глаза снова закрываются.

Но я заставляю их раскрыться снова, хоть это и стоит мне просто неимоверных усилий.

Моя одежда насквозь мокрая. Ледяная вода течет даже по пальцам.

Видимо, на меня выливали воду, чтобы я очнулась. И немало.

– Мои люди слегка переусердствовали с препаратом. Но ты сама виновата. Нужно было сразу сесть в машину. Все равно же было ясно, что тебя привезут.

Скрипучий , ничего не выражающий голос доносится откуда-то сбоку. Из темноты.

Несколько раз проморгавшись и прищурившись, я наконец замечаю высокую фигуру. У зашторенного окна. В кресле.

Но лица не видно. Только широкая грудь и длинные широко расставленные ноги.

– Где я? Почему так темно?

– Ты дома, Оксана. Ты дома.

Пытаюсь подняться, то только дергаюсь, как бабочка в паутине.

Мои руки оказываются привязаны к подлокотникам кресла, на котором я сижу.

– Зачем вы меня похитили? Зачем связали? Кто вы такой?

– А да. Прости. Я не представился.

Мужчина поднимается и подходит ко мне почти вплотную.

Я чувствую жар его кожи. Его чуть хриплое дыхание.

Понимаю, что он просто нереально огромного роста. Но лицо так и остается в тени. Зато мощные мышцы перекатываются на груди. Он напоминает больше машину для убийства, чем живого человека.

– Булатов. Анатолий Григорьевич Булатов.

Чуть хрипло произносит он.

И у меня холодеет в груди.

Я помню это имя. Очень хорошо помню.

Это враг отца. А еще… Еще он криминальный авторитет. Очень страшный человек. Очень. Его имени боялись многие.

Я помню жуткие истории о том, что он и его люди творили. Они были больше похожи на сказки про ужасы.

В какой-то момент этот человек, если его и человеком можно назвать, просто исчез.

Никто о нем ничего не слышал. Зато все вздохнули с облегчением.

– Это вы? Вы убили моего отца?

Очень стараюсь, чтобы мой голос звучал твердо. Не задрожал. Не стану перед ним выказывать слабинки! И просить, умолять, тоже ни о чем не стану!

– Я? Нет. Дмитрий умер сам. Это на самом деле был сердечный приступ, Оксана.

– Где я?

– Ты в доме отца, – он пожимает плечами.

– Там, где тебе и положено быть в этой ситуации. Или, вернее… Уже в своем доме.

– Вы забрались в мой дом? Похитили меня и держите здесь связанной?

Это уже за гранью цинизма!

– Ну почему, забрался.

Слышу, как он усмехается.

Не вижу лица и его оскала. Но уверена. Выглядит это недобро.

– Я здесь на правах твоего жениха. Будущего мужа. И просто привез домой свою невесту. На этих же правах я распустил прежнюю охрану. Теперь здесь все охраняют мои люди. И тебя, Оксана. В первую очередь, тебя.

– Что?

Я снова дергаюсь.

Веревки больно впиваются в руки.

– Не переживай. Я всем занялся. Все прекрасно понимают, как тяжело ты переживаешь свое горе. Тебя не станут беспокоить. Документы, похороны, вся подготовка. Я все взял на себя.

– Это бред! Бред! Развяжите меня!

Как в дурном кино. И горло пересохло до ужаса.

Вместо того, чтобы закричать, я просто хриплю.

– Ну почему? Мы с тобой станем просто прекрасной парой!

Он … Наклоняется к моему лицу.

Теперь замечаю, что этот монстр… Красив. Видно, это тот случай, когда сам дьявол награждает своего приспешника красивой внешностью.

Но его лицо все равно страшное. Холодное. Ледяное. На нем ни единой эмоции.

Он проводит пальцами по моим губам, и я снова дергаюсь.

Похоже, его это только забавляет. Он усмехается, ведя пальцами ниже.

По шее… По вырезу декольте…

– Не смей!

– Дикая кошка. С характером. Как отец. Теперь редко таких встретишь. Послушай, Оксана. Я не собираюсь воевать с девчонкой. Ты же сама понимаешь. Мне нужно только состояние твоего отца. Поэтому ты выйдешь за меня замуж. Вступишь в наследство. Перепишешь все на меня, как на своего законного супруга. Не бойся. Кое-что я тебе оставлю после того, как мы разведемся. Скажем… Этот дом. На память о счастливом детстве. И пару миллионов на счетах. Но бизнес, корпорации останутся у меня. Это щедрое предложение, малышка.

– Вы сумасшедший. И подонок.

– Но-но. Не горячись. С будущим мужем нужно разговаривать уважительно! А чтоб ты поняла серьезность моих намерений…

В его руке сверкает клинок.

Он медленно ведет острием по моей шее.

– Ты должна понимать. Я могу сделать с тобой все, что угодно. Заставить переписать на меня все. Расписать нас без твоего участия. Просто поставить штамп в паспорте. А после запереть тебя в каком-нибудь дурдоме. И тебя признают недееспособной. Или… Или ты можешь преждевременно скончаться, так и не пережив смерти отца. А я, как твой муж вступлю в наследство. Подумай, Оксана. Наш брак будет недолгим. И может даже стать приятным для нас обоих. Ты красивая девушка. И мне нравятся такие кошки. С характером.

– Вы чертов подонок!

– Ты хочешь. Чтоб тебя развязали или проведешь так время до самой свадьбы? Варианта два, девочка. Или по-хорошему, или по-плохому. Но будет по-моему. Так и знай.

Он серьезно.

С ужасом понимаю, глядя в его совсем ледяные глаза.

Как же хорошо. Что Тимур уехал на соревнования!

Похоже, о нем этому монстру ничего не известно! Надеюсь, хотя бы мой сынишка в безопасности!

– развяжите.

Он отдает негромкий приказ и по обе стороны от меня тут же появляются тени в черных костюмах.

– Ночь проведешь в подвале. Подумаешь хорошенько. Тебе принесут поесть и попить. И Оксана. Я не тиран. Пойдешь на мои условия, и сама останешься довольна. У нас будет красивая свадьба. А бизнес… Ну подумай сама. Тебе и так с ним не управится! Да тебя же в первые дни обберут до нитки!

Я молча поднимаюсь.

Все тело ломит, будто деревянное.

Покачиваюсь, но самой мне дойти не дают.

Меня подхватывают под локти и буквально тащат в подвал. Бросают на старую кровать, которую отец так и не нашел время вывезти из дома.

– Доброй ночи.

Слышу скрипучий голос.

– И Оксана. Даже не вздумай бежать. Это бесполезно и бессмысленно. Только всем сделаешь хуже.

Глава 7

Через несколько часов мне приносят мой скудный ужин.

Простая запеченная картошка и крупные куски мяса.

Кувшин с каким-то соком.

В этом доме всегда подавали самую изысканную еду. Не только по праздникам и на приемах. Даже за обычным семейном завтраком. Даже когда я завтракала одна, потому что отца, как обычно, не было дома. Его дела всегда отнимали все его время. Были просто его жизнью!

Но он всегда уделял много внимания мелочам. В его доме все должно было быть идеально. Причем, на самом обыденном уровне.

Он всегда говорил, что к этому нужно привыкать. Чтобы делать не задумываясь, на автомате.

Идеально выглядеть. Даже когда тебя никто не видит. Не забывать делать прическу и макияж. Следить за собой. Есть с приборами. Да даже за завтраком у нас подавалось по шесть вилок к смене блюд!

Чтобы потом где-нибудь не опозориться, забывшись. Чтобы все это въелось в тебя. Стало твоей частью.

Так должно было бы быть и после его смерти.

В этом доме все было отточено до совершенства. Каждый человек вышколен.

А, значит, людей отца в доме больше нет.

И мне принесли простую пищу, которой питаются, скорее всего, охранники этого монстра.

И из этого следует, что для меня здесь не осталось ни одного надежного человека. Никого, к кому бы я могла обратиться за помощью!

Я жадно набрасываюсь на еду.

Давно не ела. Хоть о каком аппетите может идти речь!

Но мне нужны силы. Много сил.

Я не собираюсь сдаваться. Я должна быть сильной. Должна не опозорить своего отца! Не предать его своей слабостью. Тогда он бы мной гордился!

И…

Я должна думать о Тимурке!

На мое счастье, пока они , похоже, о нем ничего не знают.

Но могут очень скоро выяснить, что у меня есть сын.

Я знаю волчьи законы этих людей.

Наследника не оставят в живых. А он именно наследник. Мужчина.

Даже если я перепишу все состояние на этого Булатова, они прекрасно понимают. Сын вырастет. Начнет мстить. Вернет себе обратно все, что принадлежит ему по праву!

А мой сын…

Он точно такого не простит.

И дело здесь не в деньгах будь они сто раз прокляты!

Здесь дело в принципе.

Я обошлась бы без денег.

Я прекрасно помню, как я была счастлива. Когда-то. С отцом Тимурки.

На его двадцати квадратных метрах. В крошечной, чужой, съемной квартире. В простой одежде, а дома носила его огромные футболки, которые были мне длиннее собственных роскошных платьев.

Разве для счастья нужны деньги? Наоборот. Они все только испортили.

И даже отец.

Возможно, если бы он так не беспокоился о своем бизнесе, то не посадил бы сердце, и сейчас был бы жив!

– Что же мне делать, папа?

Шепчу, покончив с ужином.

Обхватив плечи руками, расхаживаю по темному подвалу.

К такому он меня не готовил.

Я представления не имею, как нужно поступать в подобных ситуациях!

А ведь наверняка, у него должен был быть свой надежный человек для таких случаев! К которому я могла бы обратиться за помощью!

А охрана моего отца? Да у него же была целая армия, не меньше!

Ни за что не поверю, что все они просто так взяли и разбежались! Они наверняка должны были бы меня защищать. И уверена. Отец должен был предусмотреть такие повороты! Он знал, что у него есть враг. Серьезный враг. И наверняка, вовсе не один.

Неужели он не отдал распоряжений своим верным людям на такой случай?

Только вот мне он ничего не сказал. Не предупредил.

Наверняка, догадывался, что может не прожить долго.

« Я не вечный, Оксана».

Всплывают в памяти его недавние слова.

Он знал!

Надеюсь, он все же подготовился к тому, что сейчас происходит.

Возможно, помощь придет, откуда я сейчас и не жду!

Перестаю мерить подвал шагами. Аккуратно снимаю влажную одежду, развешивая ее над потолком. Чтобы высохла и не помялась. Кто знает, как они собираются дальше поступать со мной. Быть может, другой одежды я и не получу в собственном родном доме!

Укладываюсь спать, заставляя себя отключить все мысли и по-настоящему заснуть.

Силы. Мне нужны силы. Это крайне важно!

– Доброе утро, Оксана.

Вздрагиваю от уже знакомого скрипучего голоса.

Раскрываю глаза и тут же сталкиваюсь с его темным взглядом.

Он стоит прямо над моей постелью.

– Вы вошли без стука.

Холодно отвечаю, натягивая одеяло до самого горла.

Но успеваю заметить, как вспыхивают его глаза. Одеяло сбилось и успело сползти, открыв чуть больше, чем нужно.

– Я твой жених. Привыкай. Завтрак?

– Я могу попрощаться с отцом?

– Конечно.

Он иронично усмехается.

– Разве не за этим ты здесь? Все готово. Похорон через несколько часов. В твоей комнате тебя ждет траурное платье. Завтрак через час в гостиной. Уверен, я угадал с размером. Я много выяснил про мою будущую жену. И уверен. Ты умная девочка. И приняла правильное решение.

– В своей комнате?

Я удивленно смотрю на него.

– Подвал лишь крайняя мера, Оксана.

Он усаживается на край кровати. Смотрит на меня… Так, что ледяные иглы простреливают всю кожу.

Мне не нравится. Совсем не нравится его взгляд.

– Только чтоб показать тебе, как может быть. Но ведь все может быть и совсем иначе. В случае правильного решения, конечно.

– Мне нужно одеться. Прошу вас выйти.

– Конечно. Но я жду тебя за дверью. Сам, лично хочу провести в комнату.

Крайняя мера. Как же. Он просто хочет меня сломать. Надавить. Но этого не будет!

Я быстро накидываю на себя вчерашнюю одежду.

Приглаживаю волосы, завязывая их в гладкий высокий хвост.

Булатов и правда никуда не ушел. Так и стоит за дверью. А рядом с ним море головорезов. Они что? Боятся, что я проткну его ножом? Или сделаю что-то еще похожее? Серьезно?

Мы молча отправляемся в мою комнату. В доме полно его охраны. Как и во дворе, я вижу их через окна.

Он и правда очень хорошо подготовился.

Теперь наш дом напоминает мне давние времена. Как будто он крепость, которую взяли штурмом. А что он сделал с людьми отца? Неужели убил!

– Прошу.

Булатов распахивает передо мной дверь моей комнаты.

На постели разложено черное траурное платье. И лента. И даже туфли стоят рядом. Даже отсюда вижу, что оно придется мне ровно в пору.

Булатов выходит, а я привожу себя в порядок.

То и дело бросая взгляды за окно, снова и снова убеждаясь, что его людей слишком много. Сколько их здесь? Сотни?

– Оксана.

– Вы опять забыли постучаться.

Холодно отзываюсь, прикрывая обнаженную грудь.

Я как раз собиралась надеть платье.

И вот теперь стою перед зеркалом в одном белье. Благо, о нем позаботился не Булатов. Это мое, из шкафа. Из еще старых запасов. Слегка тесно мне в груди. Все-таки, моя фигура изменилась за эти годы.

Но он не слушает. Приближается. И теперь я очень ясно вижу, как его глаза вспыхивают жадным блеском.

– Отпустите. Вы не смеете прикасаться ко мне!

Но он не слушает. Подходит сзади, обхватывая мою талию руками.

Жадно скользит по изгибам бедер.

Его руки жалят. Хуже расплавленного железа.

– Оксана. Я могу стать тебе очень хорошим мужем. Предупредительным. Сделать так, что ты ни в чем не будешь знать отказа. Будешь жить, как настоящая королева. И когда я приду к тебе ночью, ты поймешь, что наш брак может принести нам обоим много удовольствия.

– Этого не будет!

– Посмотрим.

Он криво усмехается.

Но убирает от меня свои мерзкие руки, все еще разглядывая с ног до головы, как голодный хищник свою добычу.

– И да. Ты поедешь на похороны отца, Оксана. Но не вздумай обращаться к кому-то за помощью. Для всех я твой будущий супруг. По любви, Оксана. По любви и по твоему доброму согласию. В этом все должны быть уверены. А я буду рядом. И буду поддерживать тебя в твоем горе.

– Но…

– Ты думаешь, те, кто соберется на похоронах твоего отца, твои друзья? Думаешь, они лучше меня? О, нет, девочка. Ты очень ошибаешься. Они могли сто раз приходить в ваш дом. Вести дела с Дмитрием. Но это бизнес, детка. И они настоящие стервятники, поверь мне. Они будут говорить тебе слова сочувствия, а в уме прикидывать, как отхватить кусок от бизнеса твоего отца. Я хотя бы честен. И говорю правду и открыто.

– Хотите сказать, вы лучше остальных?

Иронично вздергиваю бровь.

– Вы враг моего отца. И всегда им были.

– И не скрывал этого. Как и своих намерений. Как не скрываю и того, что ты мне нравишься. Я не против, чтобы наш брак стал настоящим. Во всех смыслах. Я даже хочу этого все больше, чем больше с тобой общаюсь. Как бы то ни было, Оксана. Если ты хотя бы попробуешь кому-то намекнуть, или прямо обратиться за помощью, этот человек умрет. Ты готова взять на себя чужую смерть? Одевайся. Не буду мешать тебе и твоим мыслям. Жду тебя за завтраком в гостиной.

Он выходит, но весь воздух в комнате так и остается будто пропитан ядом.

Решусь ли я обратиться за помощью? Попросить кого-то о ней?

Это страшный человек и он наверняка выполнит свое обещание!

Но…

Настоящий брак?

Нет. Это слишком. Этого я точно не переживу! Не с этим чудовищем!

***

День просто захлопнут в проливном осеннем ливне. Ледяной дождь просто стоит стеной.

Мы молча завтракаем в гостиной.

Так же молча выходим.

Я еду одна . В огромном черном внедорожнике, больше похожем на танк. Но за машиной следуют десятки таких же других.

На кладбище собралось много людей. Я вижу их лица сквозь дымку слез и дождя.

Булатов становится со мной рядом. Просто стоит. Благо, не прикасается ко мне.

Я ловлю во взглядах тех, кто пришел попрощаться со отцом удивление и осуждение.

Здесь партнеры отца. Многие, кто бывал прежде в нашем доме.

Поодаль замечаю Олега. Это бывший начальник безопасности отца. Киваю ему, и он так же кивает в ответ. Правда, не приближается.

Я не знаю, в чем дело. Он пришел, чтобы намекнуть мне на возможное спасение? А, быть может, Булатов просто подкупил его, чтобы он ушел?

Кроме того, это вполне может быть проверкой. И, если я не пройду ее, обратившись за помощью к Олегу, Булатов точно меня не пощадит. Ни меня, ни Тимура!

Но…

Все мысли исчезают, когда я подхожу к отцу.

Из горла вырываются рыдания. Я покачиваюсь, чуть не падая на землю.

Булатов подхватывает меня. Придерживает. Не дает упасть.

А после так и стоит рядом, когда я принимаю соболезнования. Олег тоже подходит, но я лишь благодарю его почти беззвучными губами.

Церемония оканчивается. Булатов, все так же придерживая меня, усаживает в машину. Садиться рядом.

Мы едем молча всю дорогу до дома. А после все так же, без слов, я ухожу в свою комнату. В которой меня наконец, никто не беспокоит. И я могу остаться наедине с собой.

Мне приносят ужин и успокоительное. Какие-то капли.

Булатов приказал распорядиться, поясняют мне.

Что ж. Сейчас мне это точно не помешает. Тем более, я не думаю, что враг отца намерен меня убить.

Съедаю все до крошки. Принимаю горячую ванну. Кажется, что даже мои кости замерзли в лед, набравшись холода.

Выпиваю успокоительное и укладываюсь в постель, почти тут же проваливаясь в тяжелый сон.

– Вы!

Но он длится недолго.

Я просыпаюсь очень скоро. Меня просто подкидывает на постели от прикосновений чужих рук.

– Зачем вы пробрались сюда? Я ведь заперла дверь на ключ!

– Меня не остановит ни один замок, если я что-нибудь решил, – хрипло отзывается Булатов, продолжая шарить по моим ребрам своими отвратительными руками.

– Ты этого еще не поняла? Пора усвоить правду, Оксана.

– Уберите свои руки. Не трогайте меня!

Булатов с шумом выдыхает. Но отстраняется.

– Ты была сегодня хорошей девочкой, Оксана. Все сделала правильно. Я горжусь тобой и рад за нас. Даже не ожидал, что ты справишься и будешь так хорошо держаться. Снова убедился, что ты можешь стать для меня прекрасной парой. Гены. Все-таки, гены твоего отца, это не пустой звук. В тебе есть ум. И стержень. И сила. Пожалуй, я хочу наследника. Сына. Именно от тебя.

– Что?

– А что такого? Мы скоро поженимся. Почему нет? Подумай сама. Я сделаю тебя королевой. Мы поднимем бизнес твоего отца на такой уровень, что подомнем под себя всех! Почему бы нам не объединиться и в большем? Не родить того, кто примет все это однажды и станет мудро управлять?

– Вы…

– Тсссссс… Не горячись. Я не зверь. Конечно, мы выдержим весь положенный траур. А я… Я дам тебе время, чтобы принять меня в свою постель. Ты… Ты такая сильная и в то же время, такая чувствительная, Оксана. Я хотел бы тебя, даже если бы ты не была дочерью твоего отца. И хочу. Но я подожду. Правда, недолго. Надеюсь, ты ценишь мою доброту и мою щедрость. К тебе. Она мало на кого распространяется в моей жизни. Цени это, Оксана. Цени.

Он снова окидывает меня голодным полыхающим взглядом.

А после уходит, шумно вдохнув воздух у моих волос и проведя напоследок по шее пальцами.

А я…

Я несколько минут еще так и лежу в постели.

Просто смотрю в потолок немигающими глазами.

Решение! Я должна найти решение, придумать выход!

Жить с этим монстром, а, тем более, еще и рожать наследника, я от него не собираюсь!

Что же делать? К кому обратиться? Мне самой не справиться, это уж точно!

И вдруг…

Боже! Артем! Ну точно!

Когда я просматривала о нем все, что только могла найти, я видела это!

Его отец. Он его нашел. Они помирились. Об этом очень много писали.

Он совсем непростой человек. Очень не простой!

Марат. Марат, которого называют Дикарь. Одного его имени боятся.

Он поднял под себя столицу. Стал непререкаемым неофициальным хозяином города. Выбил это место своей страшной силой.

Еще тогда я подумала, что Артем, наверное, в него.

Содрогаюсь, вспоминая одно из фото, на котором Марат, отец Артема, мелькнул издалека. Он явно не любитель выставлять себя на показ.

Жуткое лицо. Страшное. Почти через все проходит ужасный шрам. Настоящий бандит. Головорез!

Но… Если кто-то и способен победить Булатова, то только он!

« Артем. Мне очень нужна твоя помощь! Меня похитил Булатов и держит в доме отца взаперти. Хочет, чтобы я стала его женой и отдала все наследство. Спаси меня!»

Быстро, отчаянно набираю сообщение. Отправляю. И тут же стираю его.

Все. Я сделала, что могла. Больше обратиться не к кому.

Теперь все зависит лишь от него. Захочет мне помочь Артем Громов или нет. И…

И сможет ли?

Глава 8

– Оксана.

Мы завтракаем в огромное гостиной вдвоем с Булатовым.

Сейчас и стол и комната, и весь дом кажутся почему-то просто нереально огромными.

И как-то дико находиться здесь вдвоем с этим человеком.

– У меня появились срочные дела. Незапланированно.

Булатов кривится.

Похоже, у него какие-то проблемы.

Насколько я успела его уже узнать, незапланированного у него в жизни случается мало. И крайне редко.

– Нужно будет съездить в столицу. Посетить несколько мест.

Не успеваю я облегченно выдохнуть, как он добавляет.

– Ты поедешь со мной. И это не обсуждается. Я уже заказал тебе платья для выезда. Черное, но элегатное. Возможно, так даже и лучше. Мы появимся в свете и все увидят, что мы пара. Будет меньше слухов и перешептываний. Особенной любви в глазах на людях я от тебя не жду. Но твое состояние все спишут на траур. А в остальном. Постарайся выглядеть как счастливая влюбленная невеста.

Тяжело вздыхаю, откидываясь на спинку стула.

Но тут же снова выпрямляю спину и принимаюсь за еду.

Ехать мне, конечно, никуда не хочется.

Тем более, появляться где-то с Булатовым.

Но…

Возможно, это сделал Артем?

От этой мысли сердце начинает биться так часто, что мне приходится приложить всю свою волю, чтобы Булатов не догадался. Даже уши начинают гореть, а руки подрагивать.

Ну конечно!

Это вполне мог быть он!

Дом охраняется, как самая настоящая крепость! Отсюда ему меня не вытащить! А вот в столице… Где будут люди…

Это возможно! Вполне!

– И не вздумай наделать глупостей, Оксана. Мои люди неотступно будут за тобой следить. Поверь. Тебе не понравится то, что может быть с тобой дальше, если ты сделаешь хотя бы один неосторожный шаг, – как ледяной водой, обдает меня Булатов, прожигая глазами.

Похоже, этот человек способен читать мысли… Н-да….

Мы выезжаем в столицу.

Отправляемся на какой-то прием.

Здесь очень много людей. Некоторых я даже помню по дому отца.

Как будто я вернулась в прошлое. В прежнюю жизнь дорогих вещей и светского общения.

Многие узнают меня, даже после стольких лет забвения. Как будто я никуда и не исчезала.

Подходят, здороваются, выражают свои соболезнования. Вспоминают об отце.

Булатов решает какие-то свои вопросы.

Он даже оставил меня одну на несколько часов, общаясь с какими-то мужчинами.

Но, даже когда я его не вижу, все равно каждую секунду просто чувствую на себе его пристальный, цепкий взгляд.

Как в тисках. Или, вернее, в силках, в которые я так глупо попала и из которых не вылететь!

А я…

Я все время ищу среди гостей другой взгляд. Его черный. Артема!

Вся на нервах, даже пальцы покалывают.

Потому что я уверена. Если он и собирается мне помочь, то это можно сделать только здесь! В столице. Где люди. Не в доме моего отца!

Как уверена и в том, что именно Артем или Марат, его отец, подстроили эту вынужденную поездку!

Проскальзываю в уборную огромного зала.

Сердце замирает. Может…

Это возможность улизнуть?

Несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю. Плещу себе с лицо ледяной водой.

Я видела коридор. И черный ход, который ведет из него.

Ни Артема, ни Марата, нет. Хоть я и отчаянно жду, что, быть может, кто-то из них сейчас появится. Если они видели меня, если за мной следили, то точно знают, что я здесь совершенно одна.

Но никто так и не приходит.

А я, покачиваясь, стою над умывальником.

Что делать? Решиться на такой шаг самой?

А дальше? Бежать, куда глаза глядят?

Если бы я только отвечала за себя…

Но Тимур! Я не могу просто так скрыться. И возможности тайно уехать из страны и присоединиться к нему у меня тоже нет!

Не знаю, что делать. На что решиться.

До боли зажимаю руки в кулаки.

Почти падаю в обморок, когда в дверь уборной тихонько стучат.

А после она открывается….

– Дорогая, я уже начал волноваться.

Булатов закрывает собой весь проход.

Окидывает меня цепким взглядом м ног до головы.

А после…

Просто подходит ко мне сзади. Крепко прижимается к моей спине своей огромной широкой грудью.

Так, что я чувствую, как бьется его сердце. Слышу, как перекатываются стальные мышцы, способные просто раздавить, если прижать сильнее.

– Ты плохо себя чувствуешь?

Он вскидывает пристальный взгляд на мое отражение в зеркале.

Мы встречается там глазами, и в его я вижу только тьму. Холод. Безжалостный и совершенно непроницаемый.

– Осмотрите здесь все.

Приказывает Булатов, все так же гладя на меня.

Его люди врываются в уборную.

Резко распахивают каждую кабинку.

А Булатов…

Он ведет своими руками по моим полуоткрытым плечам. А после спускается вниз, едва дойдя ими до горла. До боли сжимает мои запястья. Настолько, что я бы даже вскрикнула.

Но я держусь. Даже удается не закусить губу и не вздохнуть. Только грудь ходит ходуном от этих прикосновений.

– Я начал волноваться за тебя. За свою невесту, – шепчет Булатов, не отводя взгляда от моих глаз в отражении и наклонившись к самому моему уху.

Конечно, в его голосе я не ощущаю ни капли сопереживания или забыты. Волнения.

Наоборот. Его слова звучат, как яд гремучей змеи.

Льдом и неприкрытой угрозой.

– Все чисто, босс. Здесь никого. Только ваша невеста.

Сообщают его люди.

– Хорошо.

Булатов с шумом выдыхает воздух сквозь зубы.

Его пальцы отпускают мои запястья, ослабевая хватку. А руки снова начинают подниматься по моим плечам.

– Мне просто стало немного нехорошо, – поясняю ледяным, ничего не выражающим голосом.

Но взгляда от его глаз в отражении зеркала так и не отвожу.

– Я имею право немного побыть в одиночестве? Разве нет? Все поймут. Все прекрасно понимают, что сейчас мне вовсе не до общения и , тем более, не до веселья светских приемов.

– Ты имеешь право, девочка. Не волнуйся. Этого одиночества у тебя будет больше, чем ты захочешь. Ты имеешь право на многое, пока ты под моей защитой. А можешь начать жить так, как будто тебе позволено все. Если поступишь мудро. Но я. Каждую секунду. Должен. Знать, где ты. Разве хорошо, чтобы будущий муж волновался?

– Ты и так знал, – пожимаю плечами. – Только не нужно говорить, что тебе пришлось перевернуть весь зал, чтобы найти меня.

– Конечно, нет.

Он разворачивает меня к себе, теперь уже окидывая жадным взглядом с ног до головы.

– Умная девочка. Смелая. С острым язычком. Ты мне нравишься все больше. Но не переходи грань, Оксана. Ты должна помнить. Тебе позволено только то, что я тебе позволю.

Его палец прижимает мои губы.

Сползает ниже, до выреза декольте.

Я молчу. Задыхаюсь. Но изо всех сил пытаюсь не подавать вида.

– Что ж.

Его палец наконец останавливается. У самого края груди, не переходя ниже. И уже от этого я выдыхаю.

– Ты справилась сегодня. Хотя, признаться, я не ожидал. Я рад. Планировал провести еще несколько встреч и заночевать в столице, а домой вернуться завтра, но… Пожалуй, я прислушаюсь в тому, что ты устала. Мы возвращаемся домой, Оксана. Дела подождут до завтра. Похоже, я могу оставить тебя одну в доме отца. Или, вернее, уже в нашем доме! Я доверяю тебе. Цени это.

Мы вместе выходим из уборной.

Булатов ведет себя, как ни в чем ни бывало.

Как будто только что в зеркале я не видела в его глазах такой явной ледяной угрозы.

Наоборот.

Он ведет себя как и правда самый настоящий заботливый жених.

Придерживает меня за руку. Подходит вместе со мной попрощаться с немногими знакомыми еще по той, прежней жизни.

Его рука постоянно касается меня.

То обвивает за талию. То мягко поглаживает локоть, будто передавая мне настоящую поддержку.

А я… Я отчаянно смотрю по сторонам.

Каждая минута этих прощаний, как отсчет моей жизни. Каждая секунда!

Ведь…

С того момента, как я выйду из этого зала и сяду во внедорожник моего так называемого жениха, все шансы закончатся.

Я снова стану пленницей. В собственном доме. Как в крепости, через охрану которой никто не прорвется!

– Что такое, дорогая. Увидела кого-то?

Ледяные змеиные глаза смотрят так цепко, что мне и правда кажется, будто мой « жених» читает мои мысли.

По крайней мере, он очень точно угадывает каждое движение.

На миг мне показалось…

Что я увидела знакомые глаза. Почувствовала взгляд Артема, который никогда не спутаю ни с одним другим!

Наверное, я встрепенулась. Глаза, безжизненные все это время, заблестели. В них появилась надежда…

Но Булатов, как дикий хищник, тут же учуял и прочитал каждую мою эмоцию!

– Нет, – качаю головой, все так же пристально всматриваясь в тот самый угол зала.

– Ничего. Все в порядке.

– Хорошо. Тогда нам пора.

Он крепко придерживает мою талию, когда мы выходим из зала. На улицу, и… Дальше.

Я сажусь в машину, с трудом удерживаясь, чтобы не прильнуть всем лицом к стеклу.

Но ничего. Больше никто не выходит. Прием продолжается.

И ни одна машина не бросается за нами в погоню.

Выходит, Артем не смог? Или не захотел…

Но я уверена! Он был там! Я не могла ошибиться!

Мы в полном молчании возвращаемся в дом отца. На этот раз дорога длится просто бесконечно!

Тем более, что каждую секунду я чувствую на себе взгляд Булатова. Не поворачиваюсь к нему. Не хочу встречаться с его темными тяжелыми, такими ненавистными глазами!

И… Не хочу провоцировать. Ничего.

Ни слова, ни жеста с его стороны.

Только воздух накаляется в небольшом пространстве автомобиля до предела.

Я чувствую этот взгляд. Он больше не ледяной. Не цепкий, которым смотрят на пленницу, за которой следят, чтобы она не выкинула какой-то фортель… Нет.

Я чувствую, как он разглядывает меня. Как женщину.

Вспышки совсем другого интереса в его глазах.

Как скользит по шее, по подбородку вниз. Окутывает жадным взглядом мою грудь и ползет ниже.

Даже его дыхание становится другим. Немного рваным. Жадным. Учащенным.

Несколько раз Булатов пытается потянуться ко мне, но я тут же отодвигаюсь еще подальше к окну.

Делаю вид, что утираю слезу, все еще скорбя по отцу.

Его губы распахиваются, но так и закрываются снова.

А мое сердце колотится, как ненормальное.

Потому что…

Мне кажется, один взгляд вот сейчас. Одно неосторожное движение или слово…

И он готов наброситься на меня, как голодный зверь.

Прямо здесь. В машине. Наплевав на все свои слова и обещания о том, что он меня не тронет и даст время привыкнуть … К нему. Или принять решение о том, будет ли наш брак фиктивным.

Я чувствую, что он не сдержит слова. Не даст мне на самом деле никакого выбора.

Воздух слишком раскален и в его глазах я читаю все большую решимость и желание.

Он перешагнет грань. Поэтому я лишь сжимаюсь. Стараюсь стать меньше. Не сделать ничего, пока он не успокоится и не переключится на что-нибудь другое…

– Ужинай одна.

Я выдыхаю с облегчением, когда мы входим в дом.

Булатов снова окидывает меня кипящим взглядом с ног до головы.

На время замирает, как будто принимает какое-то решение.

Вижу, как играют желваки на его лице, а кулаки сжимаются.

– Я займусь делами.

Я выдыхаю. Мое счастье, что сейчас его сила воли победила! Но…