Текст книги "Star Wars: Байки из кантины Мос Айсли"

Автор книги: Кевин Джей Андерсон

Соавторы: Дженнифер Роберсон,Дэвид Бишоф,Дэниел Моран
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 24 страниц)

Кевин Дж. Андерсон
Обмен
Йаванская байка

[9]9
  © Александра Ютанова, перевод, 2009


[Закрыть]

Песчаный краулер полз вверх по склону, покрытому золотистым песком, над которым висело жаркое марево, рождаемое солнцами-близнецами Татуина. Огромный транспорт двигался медленно и неколебимо. Клацающие тракторные гусеницы оставляли борозды на девственной поверхности дюны. Уже через несколько часов резкие порывы ветра, поднимающие песок, вернут Дюнному морю непорочный вид. Пустыня не приемлет никаких перемен. В глубине, в темных недрах песчаного краулера, в заваленном всяким хламом машинном отделении, где гулко громыхали пульсирующие силовые реакторы, подле сородичей трудился Хет Нкик. Капюшон не мешал ему втягивать в легкие воздух, наполненный смесью беспорядочных запахов. От двигателей несло стареющими деталями, портящейся смазкой и стертыми дюрастиловыми шестернями.

Люди и другие разумные существа терпеть не могли запах йав, различая только вонь, которая заставляла всех морщить нос и отворачиваться. Но сами йавы выуживали массу полезной информации из этих запахов: о здоровье товарищей, об их последней трапезе, о личности собеседника, о степени его зрелости, сексуального возбуждения, радости или скуки.

Хет Нкик суетился вовсю. В любое другое время йавы приложили бы все усилия, чтобы устранить всякие поломки, по крайней мере до тех пор, пока не всучат свой товар незадачливому покупателю. Но сегодня соотечественников едва ли занимал этот вопрос – все были поглощены мыслями о предстоящем Обмене, ежегодном собрании всех кланов. Они выжимали из двигателя максимум скорости, и песчаный краулер натужно рассекал Дюнное море, направляясь к обычному месту сборищ народа йав.

Хет Нкик покачал головой, его ярко-желтые глаза сияли в глубине капюшона. Любой сородич сразу же определил бы, что от него пахнет досадой и нетерпением.

Хета Нкика часто посещали весьма странные для йава идеи, и он всегда был готов поделиться ими с тем, кто согласится слушать. Он с удовольствием наблюдал, как его собратья разбегаются в разные стороны, смущенные сомнениями, которые он посеял у них в головах. Сомнениями и мыслями о том, что, быть может, йавам больше не стоит трусливо бежать и прятаться от Песчаных людей, от фермеров и даже от имперских штурмовиков, которые давно сделали слабо укрепленные крепости йавов учебными мишенями. Что, если кто-то еще из йавов поймет, что их народ слаб лишь потому, что избрал путь слабого? Но никто из соплеменников не желал прислушиваться к этим рассуждениям.

Вернувшись к осмотру двигателя, Хет Нкик снял защитную панель и принялся копаться в хитросплетениях электроники. Ему всегда казалось удивительным, что йавы прилагают столько умения и воображения, отчаянно сражаясь за жизнь этих древних машин, и не делают ничего, чтобы защитить себя или свою собственность от тех, кто на нее покушается.

Пронзительно завыла сирена, и йавы, находившиеся в машинном отделении, радостно загомонили. Запахнув поплотнее свой вонючий коричневый балахон, Хет Нкик поспешил вслед за товарищами по направлению к подъемникам, связывавшим эту палубу с капитанским мостиком. Старые подъемные механизмы застонали под весом без перерыва щебечущих существ.

На самой вершине огромного трапециевидного песчаного краулера пятнадцать йавов из команды уже столпились у длинной, высокой смотровой панели из транспаристила. Каждый стоял на перевернутом ящике для запчастей, чтобы иметь возможность лучше разглядеть происходящее снаружи. На протяжении всего татуинского двойного дня впередсмотрящие, стоя на импровизированных стульях, не сводили глаз с горячих песков и высматривали обломки металла или следы песчаных людей, имперских штурмовиков и враждебных контрабандистов. При малейшем намеке на угрозу рулевому надлежит немедленно сменить курс и прибавить скорость, и всем останется только задраить входы и выходы и трястись от страха, как бы противник не отправился за ними в погоню. Но Хет Нкик никогда не слышал, чтобы даже крайт-драконы нападали на такой крупный объект, как песчаный краулер. Но и такие доводы не могли убедить йавов забыть о страхе.

Теперь маленькие фигурки в капюшонах смотрели вниз на долину, по форме напоминавшую чашу, раскинувшуюся среди дюн. Хет Нкик протолкался к одному из перевернутых металлических ящиков и тоже смог увидеть место собрания. И хотя он уже три сезона назад достиг совершеннолетия и, соответственно, с тех самых пор занимался сбором металлолома, место проведения Обмена не переставало восхищать его.

Хет Нкик созерцал песчаные краулеры, которые расположились на сверкающих под лучами солнц-близнецов песках, – издалека эти транспорты напоминали стадо металлических животных, сгрудившихся в кучу. Все машины выглядели одинаково, несмотря на то что за многие десятилетия механики йав кое-что изменили в их конструкции, а также в вооружении и сварке корпуса.

Некогда песчаные краулеры представляли собой гигантские тягачи для перевозки руды, которые завезли на Татуин горняки, мечтавшие нажить состояние на скрытых под раскаленными песками полезных ископаемых. Но недра татуинской пустыни оказались столь же бедными, как и ее поверхность. Горняки бросили тягачи, и сборщики металлолома йавы, словно грызуны, накинулись на транспорты и переделали под свои нужды. С тех пор они и бороздят Дюнное море и Юндландские пустоши на этих махинах в поисках обломков, которые еще можно вернуть к жизни. Более чем за век использования корпуса песчаных краулеров окислились и приобрели ржаво-коричневый цвет, а под порывами колких ветров пустыни их поверхность утратила былую гладкость.

Их песчаный краулер прибыл с опозданием, как и боялся Хет Нкик. Два дня назад рулевой завез их в одно из тупиковых ответвлений каньона Нищего, туда, где детекторы металла уловили намек на присутствие остова разбившегося истребителя. Но вместо этого там обнаружились лишь несколько металлических балок, рассыпавшихся в ржавую пыль. Этот окислившийся мусор не представлял никакой ценности, но прежде чем йавам удалось покинуть узкий каньон, поднялась песчаная буря, погрузив несчастный краулер в слепящую круговерть песка и ветра. Пристегнувшись к стенам жилых отсеков, йавы переждали бурю, а потом пустили в ход мощные двигатели, чтобы проложить путь по взлохмаченной пустыне. Но, несмотря на их позднее прибытие, дым все еще стоял коромыслом. Вдалеке, словно насекомые, мельтешили йавы – они подготавливали базарную площадь. Хет Нкик надеялся, что ему все-таки удастся найти что-нибудь на продажу. Стоя на металлических табуретках, рулевой и главный впередсмотрящий обсуждали окончательный счет их песчаного краулера. Окинув долину цепким взором желтых глаз, Хет Нкик быстро вычислил, что они прибыли не последними. Не хватало еще одного транспорта. Некоторые из йавов, стоявших рядом, недоумевали, что же могло приключиться с отсутствующими собратьями, а другие утешали себя, рассуждая о том, что даже если все товары уже разобрали, то у них все же будет шанс найти что-нибудь стоящее, когда прибудет последний краулер.

Пока рулевой вел транспорт по краю дюн, по крутому спуску в долину, где проводилось собрание, остальные йавы отправились в жилые отсеки готовить к продаже припасенные товары. Тело Хета Нкика, скрытое под балахоном, было тренированным, так что ему не представляло труда спуститься на пятнадцать палуб вниз, чтобы добраться до душной каютки. Хет Нкик спал в вертикальном прямоугольном отделяемом грузовом отсеке, который давным-давно насквозь проржавел, причем таком маленьком, что в нем едва ли можно было развернуться. На время сна он пристегивал себя к стене и расслаблялся в объятиях ремней безопасности, созерцая свои бесценные сокровища, рассованные по карманам, запихнутые в магнитные ящики и банки. Сейчас он забрал накопленные кредитки и бланки для сделок, которые он заслужил за все время их великого похода за металлоломом, и поспешно отправился к главному выходу. Несмотря на необъятные размеры базара, йавы работали как слаженная команда. На протяжении своего полугодового пути, они десятки раз выставляли товар на продажу, не пропуская ни одной влагоуловительной фермы, ни одного контрабандистского логова и не брезгуя даже дворцом Джаббы Хатта. Йавам все равно, где продавать свой товар.

Спустившись на нижнюю палубу, Хет Нкик принялся сновать среди того, что предполагалось продать, наводя последний лоск на едва живых дроидов и умирающие сервоприборы. Все йавы буквально чувствуют различные механизмы и электронику, они умеют заставить оборудование работать так, чтобы только продать его. В остальном, покупатель, пеняй на себя.

Пустыни Татуина – настоящее кладбище металлолома. Эта суровая планета за многие столетия не раз была сценой для галактических баталий, а сухой климат скрупулезно сохранил всевозможные обломки разбитых кораблей и оборудования пропавших без вести экспедиций.

Хету Нкику всегда нравилось возиться со сломанными механизмами, собственными руками возвращать их к жизни. Он помнил, как однажды они с собратом по клану и по совместительству лучшим другом Йеком Нкиком наткнулись в пустыне на потерпевший крушение истребитель. Небольшой кораблик разворотило взрывом, так что даже йавы оказались бессильны спасти что-нибудь из оснащения. Но, порывшись в песке вокруг, двое друзей обнаружили обугленные останки дроида модели E522, дроида-убийцы, из которых на первый взгляд едва ли можно было хоть что-то собрать. Но Хет и Йек побились об заклад, что починят бедолагу, ради чего пришлось тайком таскать запчасти из хранилища в крепости йавов.

Глава клана, Виматиека, явно заподозрил, что мальчишки что-то затеяли, и стал присматривать за ними еще более пристально, но это лишь укрепило их решимость. Хет Нкик с другом месяцами торчали в тайном убежище, затерянном в дурноземье, детальку за деталькой собирая крошечные сервомоторы, добавляя все новые функциональные гнезда. И вот наконец дроид-убийца предстал перед юными йавами во всей красе, – но у него больше не было ни программы убийств, ни поискового оборудования, ни оружия и ни малейшего желания творить насилие. Все части Е522 работали прекрасно, но теперь он стал всего лишь крайне многофункциональным дроидом-курьером.

Хет и Йек гордо продемонстрировали свое творение Виматиеке, а он, конечно же, отчитал парней за такое безрассудство: никто не захочет купить перепрограммированного дройда-убийцу. Но Хет Нкик явственно ощущал в не особо контролируемом потоке запахов, идущих от Виматиеки, некоторую долю восхищения дерзким поступком юных йавов.

Как ни странно, Хету и Йеку удалось продать бывшего дройда-убийцу клыкастой госпоже Валариан, главной конкурентке Джаббы Хатта на Татуине. За эту рискованную сделку парнишки получили еще одну выволочку от Виматиеки. Госпожа Валариан – непростой покупатель; если она вдруг решит, что ее обманули, то от незадачливых йав-продавцов останется лишь парочка обрывков коричневых балахонов, которые можно будет обнаружить около Великого Провала Каркун, где прожорливый сарлакк только и ждет, чем бы поживиться. Хет Нкик понятия не имел, какая судьба постигла перепрограммированного дройда-убийцу, но раз госпожа Валариан с тех пор не объявлялась, значит, королева випхидских контрабандистов довольна покупкой.

Два года назад Хета и Йека разлучили – ведь они оба достигли совершеннолетия и теперь должны были заниматься сбором металлолома за стенами крепости. Еще через несколько лет клан переформирует команды песчаных краулеров и устроит несколько свадеб, но пока Хет Нкик мог общаться с другом только во время ежегодных Обменов.

Теперь же кредитки приятно оттягивали поясной кошель, товар был готов к продаже, а сам Хет Нкик с нетерпением ждал встречи с Йеком.

Песчаный краулер с диким скрипом замер в зоне, отведенной для клана. Когда двери транспорта распахнулись, йавы стали поспешно выводить восстановленных дроидов, выносить тщательно отполированные фрагменты обшивки, различные приборы и примитивное оружие, которое удалось выискать среди бескрайних песков. Девиз йавов таков: «Не ищи пользы в металлоломе – лучше представь того, кто найдет в нем пользу».

Йавы суетились, устанавливая прилавки, навесы и терминалы для считывания кредиток. Некоторые напоследок натирали до блеска громогласно клацающих металлических слуг. Кое-кто из продавцов старался принять самый непринужденный вид, пряча в складках балахонов набор экстренных инструментов, чтобы спасти ситуацию, если непокорная машина вдруг откажется работать, до того как сделка будет завершена.

Вниз по трапу ковыляли зарядные дроиды, похожие на крупную квадратную батарейку на двух ножках. Дроиды для уборки урожая заняли свои места, а детали для влагоуловителей наконец оказались на лотках. Продавцы принялись на разные лады расхваливать качество своих товаров. Нескольким счастливчикам удалось первыми добраться до того, что выставили на продажу или на обмен другие кланы.

Вдоль периметра торговой площади стояли часовые, вооруженные макробиноклями, – их задачей было предупредить собратьев о приближающейся угрозе. Даже при малейшем намеке на опасность все кланы йавов в мгновение ока свернут торговлю, чтобы немедленно скрыться в бесконечной череде дюн.

Хет Нкик огляделся, но песчаного краулера Йека нигде не было видно.

Покончив с распределением товара по прилавку, Хет тоже отправился взглянуть на то, что предлагали другие. Он вклинился в тесную толпу – в нос ударил острый и одновременно сладковатый запах сотен взбудораженных, сгорающих от нетерпения йавов. Коричневый балахон чуть ли не плавился под горячими лучами двух солнц, отовсюду неслись скрипучие голоса и рев двигателей гигантских транспортов. Электромоторы чихали и кашляли, а механики пытались подъюстировать их на скорую руку в надежде, что потенциальные покупатели этого не заметят. Хет Нкик прохаживался вдоль лотков, но настроение заметно омрачало отсутствие песчаного краулера Йека.

Хет Нкик заприметил, что глава его клана, старый Виматиека, обсуждает что-то на повышенных тонах с главой другого клана из далекой крепости йавов, расположенной близ людского поселения Бестин. От этой парочки пахло беспокойством, страхом и нерешительностью. Виматиека был так взволнован, что даже не старался скрыть запахи.

Хет Нкик предчувствовал, что их ждут плохие новости. Виматиека говорил шепотом, опасаясь, что, услышав, йавы тут же обратятся в паническое бегство. Ужас пронзил юного йава с головы до ног, но ему все же удалось побороть желание немедленно броситься к песчаному краулеру и схорониться в его уютных недрах. Хет решительно подошел к беседующим и обратился к Виматиеке:

– Что случилось, глава? – поинтересовался он. – Есть новости об отсутствующем краулере?

Виматиека удивленно взглянул на него, а его собеседник возмущенно пискнул. Согласно этикету, юные йавы не имеют права общаться с главами кланов напрямую. Молодежь обязана передавать свое сообщение по семейной цепочке от младшего к старшему до тех пор, пока оно не достигнет цели. Ну и ответ доходил до адресата по той же хитроумной схеме. Но все знали, что Хета Нкика правила не особенно волнуют.

– Глава Ээт Птаа рассказал мне о том, что тускены напали на крепость его клана, – ответил Виматиека. – Песчаные люди ворвались внутрь так быстро, что йавы не успели сбежать. Нашим собратьям не суждено больше вернуться в обитель своих предков. Они потеряли все, что имели, за исключением разве что того, что им удалось наспех погрузить в песчаный краулер.

Хет Нкик ужаснулся:

– Ну так если йавы были в крепости, то почему они не защищались? Почему они сразу сбежали?

– Йавы не вступают в сражения, – последовал ответ Виматиеки. – Мы слишком слабы для этого.

– Только потому, что мы даже не пытаемся, – возразил Хет Нкик, чувствуя, как внутри все начинает кипеть. Оба главы клана через запах почувствовали поднимающуюся в юном йаве злость.

– Йавы слишком малы, – отрезал Виматиека. – А Песчаные люди чересчур воинственны.

Старый глава клана повернулся к своему собеседнику, сделав Хету Нкику знак, чтобы тот ушел:

– Этот юноша часто говорит не подумав. Остается надеяться, что мудрость придет к нему с возрастом.

Хет Нкик подавил вспышку гнева и задал вопрос, который тревожил его больше всего:

– Так что же с моим собратом по клану Йеком Нкиком? Где его песчаный краулер?

Виматиека покачал головой, мотнув капюшоном из стороны в сторону:

– Мы потеряли с ними связь. Они не сообщали нам о причине задержки. Все очень встревожены этим. Возможно, Песчаные люди напали и на них.

Хет Нкик нахмурился:

– Мы не сможем все время бежать и прятаться, особенно сейчас, когда имперцы с каждым часом становятся все агрессивнее. Но мы можем объединиться. Маленькие существа вместе представляют внушительную силу. Послушайте, глава, возможно, именно теперь, когда йавы собрались на Обмен, настало время обсудить с ними мои идеи?

Виматиека и Ээт Птаа разразились пиликающим нервным смехом.

Виматиека проговорил:

– Сейчас ты говоришь так же, как один мой знакомый фермер! Он хочет, чтобы йавы, люди и тускены объединились и начертили карты, на которых обозначили бы границы своих территорий.

– А разве это такая уж плохая мысль? – удивился Хет Нкик.

Виматиека пожал плечами:

– В любом случае, йавы так не поступают.

Все равно что разговаривать с дроидом, с которого сняли блок питания. Все останется по-прежнему, пока йавы не увидят, что жить можно иначе. А это произойдет лишь тогда, когда кто-то подаст пример. Хет Нкик брел среди прилавков, пиная попадавшиеся под ноги горки песка. От запаха жареной хуббы текли слюнки. Задрав голову, юный йав принялся осматривать вершины дюн в надежде, что из-за какой-нибудь из них покажется песчаный краулер Йека. Проходя мимо лотка клана Ккак, он услышал тихий шепот, непохожий на зазывные речи других торговцев.

– Хет Нкик! – окликнул его йав из клана Ккак, выделяя согласные, отчего имя прозвучало еще жестче. Хет повернулся и увидел, как тот, кто обращался к нему, принялся шарить под прилавком, где обычно прятали особые товары. – Ты же Хет Нкик, верно? – повторил он. – Из клана Виматиеки. Тот самый, что все время вещает что-то о силе йавов и о том, что мы должны сражаться. Храр Ккак приветствует тебя и приглашает обменяться товаром.

Хет Нкик почувствовал внутри себя холодок, словно он сделал глоток драгоценной воды.

– Да, это я, тот самый Хет Нкик, – ответил он, позволив подозрительности вплестись в букет исходящих он него запахов. Полезно продемонстрировать продавцу здоровый скепсис. – Я всегда рад возможности обмена, тем более что сейчас мы для того и собрались.

– У меня есть для тебя кое-что, – сообщил торгаш. – Подойди-ка поближе.

Хет Нкик приблизился к лотку. Теперь кодекс чести обязывал его внимательно слушать, пока торговец будет всучивать ему свой товар. Ккак воровато огляделся и выудил из-за прилавка бластерную винтовку, пусть и потрепанную, но от этого не менее великолепную. Настоящий БласТек модели ДЛ-44 – такого мощного оружия Хету Нкику держать в руках еще не доводилось.

Он ошарашенно отшатнулся, но потом изумление взяло верх.

– Йавам запрещено носить такое оружие, – заметил он.

– Я слыхал что-то такое про Мос Айсли, но не слышал этому подтверждения, – отозвался продавец. – Наш клан Ккак исследует дальние рубежи Дюнного моря, так что до нас такие вести доходят долго.

Хет Нкик кивнул, его несколько удивила такая отговорка.

– Она работает? Где ты достал ее?

– Не важно, где я достал ее.

Хет Нкик почувствовал укол стыда: он в очередной раз нарушил этикет.

– Я готов купить ее… – он снял кошель с кредитками с пояса, инстинктивно понимая, что такой йав, как он, просто обязан иметь оружие. Хет хотел заполучить винтовку, во что бы то ни стало. И торговец отлично понимал это. – Но я должен убедиться, что она работает.

– Ну конечно, работает, – йав вытряхнул зарядный блок. – Видишь, заряд на трех четвертях.

Стандартный зарядный блок, используемый в самой разной аппаратуре.

– Давай проверим его вон на том переносном прожекторе, – предложил Хет Нкик, – просто, чтобы убедиться.

Оба йава прекрасно знали, что нельзя палить по чем зря из бластера в присутствии других йавов. Ккак засунул зарядный блок в прожектор и включил его. Яркий луч уперся в небо, объятое сиянием двух солнц.

– Доволен?

Хет Нкик кивнул:

– Мои денежные ресурсы скромны, но интерес к твоему товару велик.

Оба торговались долго и упорно, цена же тем не менее изменилась мало. И пусть кредиток в кошеле осталось пугающе мало, в конце концов Хет Нкик отошел от прилавка счастливым обладателем незаконного бластера, тщательно спрятанного в складках коричневого балахона. В этот момент Хет в первый раз в жизни почувствовал себя высоким. Очень высоким.

Оставшееся время юный йав повел в ожидании Йека Нкика, но последний песчаный краулер так и не появился.

* * *

Наконец, ежегодный базар свернули, и песчаные краулеры расползлись в разные стороны по Дюнному морю, нагруженные сокровищами, которые, в результате торговли не на жизнь, а на смерть, удалось приобрести кланам. После долгих препирательств Хету Нкику все-таки удалось убедить рулевого сделать крюк и проехать той дорогой, которой мог бы следовать транспорт Йека, – возможно, это прольет свет на то, что же случилось с отсутствующими йавами. И рулевой направил краулер в сторону влагоуловительных ферм, куда частенько наведывались Йек сотоварищи с целью продать очередной товар.

Хет Нкик работал в машинном отделении, пытаясь заставить работающие с перебоями реакторы протянуть еще пару месяцев до сезона бурь, когда песчаные краулеры поставят на стоянки в дурноземских крепостях йавов. И тогда старые механики Виматиеки осмотрят ионные помпы и реакторы как следует. На сей раз коллеги Хета Нкика работали куда более сосредоточенно, чем до собрания.

Где-то около полудня впередсмотрящий поднял тревогу. Он увидел дым. Обычно вид горящего металла приводил йавов в восторг, ведь за обнаружение потерпевшего крушение корабля или транспорта можно получить вознаграждение. Но на сей раз у Хета Нкика было плохое предчувствие; но никто не заметил, как изменился его запах. Он покинул свой пост и направился к подъемной платформе. Добравшись до смотровой панели, юный йав забрался на перевернутый ящик, и картина произошедшего предстала перед ним. Дым валил плотными клубами. Сердце сжалось, как будто бы он, заключив ужасную сделку, потерял все сбережения.

Хет тотчас узнал коричневый окислившийся металл древнего тягача для перевозки руды, его трапециевидные очертания. На песчаный краулер напали, обстреляли из тяжелых орудий и разрушили.

Теперь Хет Нкик знал, что его друг и собрат по клану мертв. Впередсмотрящий тараторил, захлебываясь ужасом, что то, что напало на краулер, вполне может находиться поблизости и напасть и на них тоже. Но рулевой, усмотрев в случившемся возможность неплохо подзаработать, отмел все его доводы. Он отправил по комму сообщение в крепость клана Виматиеки, заявив, таким образом, свои права на спасение того, что уцелело. Лохмотья маслянистого дыма продолжали подниматься в небо, пока песчаный краулер спускался к разрушенному транспорту. Хет Нкик буквально чувствовал, как внутри поднимается волна гнева. Он вспомнил, как штурмовики напали на крепость йавов просто для тренировки. На ум сразу же пришла история Ээта Птаа о том, как люди выгнали йавов из их же поселения. И вот снова кто-то большой напал на беззащитный народец, быть может, не по злобе, а, например, чтобы размяться, или вообще просто так, из любви к искусству.

И йавы всегда только и делали, что принимали поражение, бежали и смиренно мирились со своей беспомощностью. И так будет всегда, пока кто-то не докажет им, что жить можно иначе.

Рулевой поставил краулер так, чтобы в случае возвращения нападавших транспорт можно было мгновенно увести прочь. Створки огромных дверей разошлись, и йавы стали выходить наружу осторожно, бочком, пригибаясь, но это не мешало им сгорать от нетерпения наброситься на так внезапно обнаруженный клад. Рулевой ринулся вперед, чтобы прицепить к обшивке погибшего песчаного краулера маячок, который предупредит других сборщиков металлолома, что объект уже нашел новых хозяев. Йавы толпой бросились в полураскрытые двери потерпевшего крушение краулера, спеша увидеть, какие сокровища уцелели. И тут несколько йавов взвизгнули, обнаружив, что они на этом растерзанном транспорте не одни. Из тени выступил бородатый старик, одетый в изрядно потрепанный, но все же приличный, балахон, а за ним последовали два дроида. По всей видимости, оба принадлежали старику. Человек и разложил небольшой костерок, потрескивающий неподалеку.

Хет Нкик втянул носом воздух – пахло паленой плотью. Значит, старик уже приступил к ритуальному сожжению в очищающем пламени тел погибших йавов.

Человек примирительно поднял руки. Кто-то из собратьев Хета Нкика немедленно выдвинул предположение, что этот старикашка и убил йавов из краулера, но Хет понимал, что это полная чушь.

Протокольный дроид деревянным шагом шел рядом с человеком. Золотистые пластины его корпуса были слегка поцарапаны, а на макушке зияла дыра, но в остальном этот экземпляр работал прекрасно. Другой дроид, с виду напоминавший бочку, откатился назад и обеспокоенно запиликал, заприметив йавов. Хет Нкик по привычке принялся подсчитывать, сколько можно было бы выручить за эту парочку.

– Я рад предложить свои услуги в качестве переводчика, – выдал дроид. – Я свободно владею шестью миллионами языков и форм коммуникации.

Старик смерил дроида спокойным взглядом и махнул рукой:

– Твои услуги не понадобятся. Я прожил в этой пустыне слишком долго, так что научился понимать речь йавов. Приветствую вас! – обратился он к ним на чистом йаванском. – Да пребудет с вами удача в торговле. Я скорблю о той потере, что вам пришлось пережить сегодня.

Трое йавов, внимательно рассматривавших каменистую землю, обнаружили следы бант. Они немедленно подняли панику, заявив, что Песчаные люди объявили им войну.

Но что-то не сходилось, картинка не складывалась. Хет Нкик осмотрел следы на земле, а затем те следы, что оставил огонь, ударивший в самые важные системы огромного краулера. Йав еще раз принюхался, стараясь разобраться в месиве запахов, окутывавших место крушения, – расплавленный, а потом застывший металл, тела погибших, горячий песок. Есть еще оттенок пластиловой брони, свежей смазки, механических приборов. Но ни намека на кислую вонь тускенских наездников и острый смрад их бант. Хет Нкик высказался по этому поводу, но остальные йавы тут же накинулись на него, обвинив в том, что ему, как всегда, вздумалось всем перечить. Но неожиданно за него вступился старик:

– Ваш маленький собрат прав. Это нападение имперцев, Песчаные люди тут ни при чем.

Все недоверчиво зашумели, но человек продолжил:

– Оккупационным силам Империи только и нужно развязать войну между народом Песка, йавами и обитателями влагоуловительных ферм. Вы не должны верить их козням.

– Кто ты такой? – поинтересовался Хет Нкик. – Откуда тебе известны наши погребальные обряды и почему ты не стал требовать вознаграждения за находку?

Старик пояснил:

– Я знаком с вашими обрядами, потому что стараюсь понимать тех, кто разделяет со мной этот пустынный дом. Я знаю, что в случае смерти, все, чем владел йав, переходит в собственность клана, но тело йав при рождении берет в долг у песков и после смерти каждая его крупица должна быть возвращена в их лоно, чтобы возместить этот долг, чтобы расплатиться за подаренную ему жизнь.

Кое-кто даже ахнул, услышав такое красочное изложение их тайных верований.

– Раз ты так хорошо понимаешь нас, – отважно продолжил Хет Нкик, – ты знаешь, что ни один йав не возьмется проучить тускенских наездников, даже за такое наглое и жестокое нападение, как это. Все йавы – трусы. Ничто не заставит их взять в руки оружие.

Старик ласково улыбнулся. Взгляд его бледно-голубых глаз будто проникал в недра глубокого капюшона Хета Нкика:

– Быть может, трус – это воин, который не видит цели в сражении. Или воин, которому не показали, как вести войну.

– Генерал Кеноби, – перебил его золотистый дроид, – масса Люк уже слишком долго отсутствует. У него уже было достаточно времени, чтобы добраться до дома и вернуться.

Старик повернулся к маленьким мусорщикам:

– Вы спокойно можете разбираться с тем, что осталось от этого транспорта, никто вас не тронет. Но вы должны предупредить всех о том, что за игру ведут имперцы. Недавно в гарнизон в Мос Айсли прибыло новое подкрепление из штурмовиков. Они ищут… ищут то, что им не суждено найти.

Два дроида встали поближе друг у другу.

– Но префект и наместник Империи продолжат сеять смуту среди йавов и тускенов. – Человек развернулся и посмотрел на Хета Нкика в упор. – Йавы не беспомощны, если не хотят таковыми быть.

Будто копье страха и понимания происходящего пронзило Хета Нкика. Воспоминание поразило его как удар молнии. Случай, который произошел с ним чуть меньше чем за год до совершеннолетия. Перед мысленным взором словно бы пронеслись события того дня: на закате двух солнц он исследовал разбившийся в каменистом повороте каньона спидер Т-16. Желая заполучить всю добычу в свое распоряжение, он не стал звать на помощь других йавов и даже Йека.

Обнаружив искореженный спидер, Хет заметил тело молодого человека, распластанное на камнях, – парня ударом выбросило из кресла пилота. Судя по всему, репульсоры Т-16 перегрелись, машина пошла юзом и разбилась, задымив все вокруг.

Хет Нкик как раз ощупывал перекошенную консоль, не обращая внимания на тело, которое уже начало привлекать ищущих влагу насекомых, живущих в расселинах между камнями. Хет вдруг поднял голову и увидел шестерых молодых и злобных тускенов. Их лица были замотаны тряпьем, дыхательные фильтры угрожающе шипели. Кровь кипела в их жилах, ведь они предвкушали отличное приключение, о котором потом можно будет рассказывать внукам. Песчаные люди принялись воинственно потрясать палками-гаффи и угрожающе улюлюкать.

Хет Нкик отлично понимал, что вот-вот умрет. Ему не справиться даже с одним тускеном. Он не вооружен. Он один. Он всего лишь маленький, беспомощный трусливый йав.

Но когда Песчаные люди ринулись в атаку, Хет обнаружил, что охранная система Т-16 еще работает, и тут же запустил ее. Заработала сирена, от ее пульсирующего звука даже у рососпинника кровь застыла бы в жилах. Испуганные этим воем, тускены сбежали.

Тельце Хета Нкика все тряслось под коричневым балахоном, он был так испуган и удивлен, что не мог сдвинуться с места. И лишь несколько мгновений спустя он осознал, что ему удалось отпугнуть тускенских наездников. Слабый йав дал отпор кровожадным Песчаным людям!