Текст книги "Искра Во Тьме (СИ)"

Автор книги: Кэтрин Рин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

Глава 5: Снежные Цветы

Часть 1: Заснеженное Пробуждение

Глава 8: Пламя и Лёд: Напарники поневоле

Две недели в тюрьме пролетели, как в тумане. Однообразная еда, холодная камера и постоянное ощущение чуждости – все это давило на психику. Но визиты Оливера были моим лучом света. Он рассказывал о ходе расследования, приносил книги и просто поддерживал морально.

Наконец, день освобождения настал. Выйдя на свободу, я вдохнула морозный воздух полной грудью. Оливер ждал меня у ворот.

“С возвращением,” – сказал он с улыбкой, протягивая мне теплую куртку. “Рад снова видеть тебя на свободе”.

“Я тоже,” – ответила я, кутаясь в куртку. “Спасибо, что не забывал меня”.

Мы сели в машину и поехали в сторону города. Всю дорогу я молчала, переваривая произошедшее. Мне нужно было время, чтобы прийти в себя и осмыслить свое новое положение.

Когда мы приехали в квартиру Каролины, я почувствовала, как все внутри сжимается. Здесь все еще пахло гарью и смертью. Воспоминания о том, что произошло, нахлынули с новой силой.

“Тебе лучше пожить где-нибудь в другом месте,” – сказал Оливер, заметив мое состояние. “Я могу помочь тебе найти временное жилье”.

“Нет,” – ответила я, твердо качая головой. “Я останусь здесь. Я не позволю этому месту сломить меня”.

Оливер посмотрел на меня с уважением.

“Хорошо,” – сказал он. “Но я буду навещать тебя каждый день. И если тебе что-нибудь понадобится, звони мне”.

Я кивнула, а затем посмотрела на Оливера и произнесла то, что давно вертелось у меня на языке:

“Я хочу помочь тебе в расследовании”.

Оливер удивленно вскинул брови.

“Что?” – переспросил он. “Ты хочешь помочь мне в расследовании?”

“Да,” – ответила я, глядя ему прямо в глаза. “Я ведь не сопля зеленая. Я знаю, как работает полиция, я наблюдательная и, в конце концов, я обладаю магией. И я думаю, что могу быть полезна”.

Оливер задумался. Он понимал, что мое предложение рискованно. Но он также знал, что я обладаю уникальными способностями и знаниями. И, возможно, именно я смогу помочь ему раскрыть это дело.

“Это опасно, Эмма,” – сказал он. “Убийца все еще на свободе. И если он узнает, что ты помогаешь нам, он может попытаться добраться до тебя”.

“Я понимаю,” – ответила я. “Но я не боюсь. Я не позволю этому убийце запугать меня. Я хочу найти его и остановить. И я думаю, что вместе мы сможем это сделать”.

Оливер долго смотрел на меня, оценивая мои слова. Наконец, он вздохнул и кивнул головой.

“Хорошо,” – сказал он. “Я согласен. Но ты будешь работать под моим руководством и соблюдать все правила. И если я почувствую, что тебе угрожает опасность, я немедленно отстраню тебя от дела”.

“Я согласна,” – ответила я, с облегчением выдыхая. “Спасибо, Оливер. Я тебя не подведу”.

“Тогда завтра утром в девять часов в участке,” – сказал Оливер. “Я введу тебя в курс дела и расскажу, чем ты можешь помочь”.

Он попрощался и ушел, оставив меня одну в квартире. Я чувствовала себя одновременно взволнованной и испуганной. Я собиралась начать расследование серийных убийств вместе с настоящим детективом. Это было безумие.

Но я также чувствовала, что это мой шанс. Шанс узнать правду о том, как я попала в этот мир, шанс отомстить убийце Каролины и шанс найти свое место в этом новом, незнакомом мире.

Я села на диван и закрыла глаза. Передо мной всплыли лица жертв, их испуганные глаза и мертвенно бледные лица. Я поклялась себе, что сделаю все, что в моих силах, чтобы остановить этого монстра.

Завтра начнется новая глава моей жизни. И я была готова к ней.

Через день

Следующее утро началось с хороших новостей. Эксперт по паранормальным явлениям подтвердил, что кусок льда, найденный на месте преступления, был создан с помощью магии. Он был слишком правильной формы и слишком холодным, чтобы быть обычным льдом. Это означало, что наша версия об убийце-маге становилась все более правдоподобной.

Кроме того, Оливеру удалось выяснить, что татуировка в виде снежинки, найденная у одной из жертв, является символом небольшого современного театра под названием “Snow Flowers” (Снежные Цветы).

“Этот театр довольно популярен в определенных кругах,” – сказал Оливер, показывая мне фотографии здания. “Там ставят экспериментальные пьесы, сочетающие в себе музыку, танец и визуальные эффекты. Говорят, что там работают очень талантливые актеры”.

“Может быть, убийца связан с этим театром?” – предположила я.

“Это вполне возможно,” – ответил Оливер. “Мы должны проверить всех актеров и директора театра. Может быть, кто-то из них что-то знает или, что еще хуже, сам является убийцей”.

“Когда мы пойдем в театр?” – спросила я.

“Сегодня вечером,” – ответил Оливер. “Там идет спектакль “Ромео и Джульетта”. Мы пойдем туда в качестве зрителей и посмотрим, кто из актеров носит такую же татуировку, как у жертвы”.

Я кивнула. Этот план мне нравился. Мы сможем понаблюдать за актерами в их естественной среде обитания и, возможно, получить какие-то подсказки.

Вечером мы приехали в театр. Здание выглядело небольшим и невзрачным, но внутри царила атмосфера творчества и вдохновения. В фойе висели авангардные картины, играла тихая музыка, а по залу бродили люди в необычных костюмах.

Мы заняли свои места в зрительном зале и стали ждать начала спектакля. Вскоре занавес поднялся, и на сцене появились актеры.

“Ромео и Джульетта” в постановке “Snow Flowers” оказалась весьма необычной. Актеры читали Шекспира вперемешку с современной поэзией, танцевали под электронную музыку и использовали сложные визуальные эффекты.

Я внимательно следила за актерами, пытаясь разглядеть татуировку на их запястьях. Но никто из них не носил снежинку.

“Может быть, это не все актеры,” – прошептала я Оливеру.

“Возможно,” – ответил он. “Нам нужно будет допросить их всех”.

После окончания спектакля мы подошли к директору театра и представились.

“Мы проводим расследование по делу об убийствах,” – сказал Оливер. “И у нас есть основания полагать, что кто-то из ваших актеров может быть причастен к этим преступлениям”.

Директор, пожилой мужчина с взъерошенными волосами и в бархатном пиджаке, был явно шокирован.

“Это невозможно!” – воскликнул он. “Мои актеры – талантливые и добрые люди. Они не способны на такое!”

“Мы должны убедиться в этом,” – ответил Оливер. “Мы хотим допросить всех ваших актеров и вас лично”.

Директор неохотно согласился.

“Хорошо,” – сказал он. “Но я хочу присутствовать при каждом допросе. Я не позволю вам оскорблять моих актеров!”

“Мы договоримся,” – ответил Оливер. “Мы допросим всех в пятницу утром. Будьте готовы”.

Мы покинули театр, чувствуя, что сделали важный шаг вперед. Мы нашли связь между жертвами и театром “Snow Flowers”. И теперь нам оставалось только выяснить, кто из актеров или директора причастен к убийствам.

“В пятницу будет жарко,” – сказала я Оливеру, когда мы шли к машине.

“Будем надеяться, что мы сможем найти убийцу,” – ответил он. “Иначе жертв станет еще больше”.

Я кивнула, чувствуя тяжесть ответственности. Мы были на волосок от разгадки. И от нас зависело, сможет ли Ноксвуд спать спокойно.

Глава 6: Пятница, Тринадцатое

Пятница выдалась на редкость мрачной. Тяжелые тучи заволокли небо, предвещая снегопад, а ледяной ветер пронизывал до костей. Идеальная атмосфера для театра теней, которым предстояло стать полицейскому участку Ноксвуда.

В девять утра в кабинете Оливера царила напряженная тишина. Мы ждали первого актера из “Snow Flowers”. Я перебирала в руках фотографии жертв, пытаясь успокоить нервы. Оливер проверял диктофон и раскладывал на столе необходимые документы.

Первым прибыл директор театра, мистер Эванс. Он выглядел бледным и взволнованным, но держался достойно.

“Я все еще считаю, что это ошибка,” – сказал он, садясь напротив нас. “Мои актеры – не убийцы”.

“Мы надеемся, что это так,” – ответил Оливер. “Но мы обязаны проверить все версии”.

Вскоре в кабинет вошел первый актер. Его звали Дэниел, и он играл Ромео в постановке. Высокий, худощавый, с пронзительным взглядом и длинными темными волосами, он выглядел как настоящий трагический герой.

Оливер начал допрос с общих вопросов о театре и его актерах. Дэниел отвечал спокойно и уверенно, не проявляя никаких признаков волнения.

“Вы знакомы с жертвами?” – спросил Оливер, показывая Дэниелу фотографии убитых девушек.

Дэниел внимательно изучил фотографии и покачал головой.

“Нет, никогда их не видел,” – ответил он.

“Вы носите татуировку в виде снежинки?” – спросил Оливер.

Дэниел закатал рукав рубашки и показал свое запястье. Там не было никаких татуировок.

“Я не люблю татуировки,” – сказал он. “Они портят тело”.

Допрос Дэниела ничего не дал. Он казался совершенно непричастным к убийствам.

Следующей была Джулия, актриса, игравшая Джульетту. Красивая, хрупкая, с ангельским лицом и мягким голосом, она производила впечатление невинности и чистоты.

Но, как известно, внешность бывает обманчива.

Допрос Джулии также не принес никаких результатов. Она отрицала знакомство с жертвами и не носила татуировку в виде снежинки.

Мы допросили всех актеров – восьмерых человек. И ни один из них не был похож на убийцу. Никто из них не знал жертв, и никто не носил татуировку в виде снежинки.

Оливер был разочарован.

“Мы потратили целый день впустую,” – сказал он, откидываясь на спинку стула. “Ничего не нашли”.

“Не стоит отчаиваться,” – ответила я. “Может быть, мы просто не заметили чего-то важного. Давайте еще раз пересмотрим все протоколы допросов”.

Мы снова изучили протоколы, но ничего нового не обнаружили. Все актеры были чисты.

“Что теперь?” – спросила я. “Что нам делать?”

Оливер задумался.

“Может быть, убийца не является актером,” – сказал он. “Может быть, он работает в театре в другом качестве. Может быть, он техник, костюмер или уборщик”.

Я кивнула. Это было вполне возможно.

“Нам нужно проверить всех сотрудников театра,” – сказала я. “Всех, кто имеет доступ к актерам и к местам, где были найдены жертвы”.

Оливер согласился.

“Я дам распоряжение проверить всех сотрудников театра,” – сказал он. “Но это займет время. У нас не так много людей”.

В этот момент в кабинет вошел один из полицейских и доложил, что поступил новый вызов.

“Нашли еще одну жертву,” – сказал он. “В том же районе, что и предыдущие”.

Оливер и я переглянулись. Убийца снова нанес удар.

“Нам нужно ехать туда,” – сказал Оливер. “Может быть, на этот раз мы сможем что-нибудь найти”.

Мы покинули участок и поехали на место преступления. И я чувствовала, что мы приближаемся к разгадке. Мы были на волосок от правды. Но убийца был на шаг впереди нас.

Глава 7: Только руки?

Арест подозреваемого по прозвищу «Снежный Барс» прошел без сопротивления. К счастью, его удалось задержать в собственной квартире, и он не успел причинить никому вреда.

Допрос проходил напряженно. «Снежный Барс», бывший заключенный с бурной историей насилия, отрицал свою причастность к убийствам, но его нервозность и уклончивые ответы заставляли Оливера подозревать его еще больше.

Я сидела в соседней комнате, наблюдая за допросом через одностороннее стекло. Чувствовала, как с каждой минутой мое предчувствие усиливается. Что-то в этом человеке было не так, но я не могла понять, что именно.

Внезапно, в кабинет ворвался взволнованный полицейский.

“Сэр, у нас проблема!” – выпалил он, переводя дыхание. “В центре города появилась огромная ледяная надпись!”

Оливер нахмурился.

“Что значит ледяная надпись?” – спросил он.

“В прямом смысле! Кто-то создал огромную надпись изо льда на одной из стен. Она гласит: “Только руки?”“

Я почувствовала, как мурашки бегут по моей коже. Ледяная надпись… Это точно дело рук нашего убийцы.

“Нам нужно ехать туда,” – сказала я Оливеру. “Это может быть подсказкой”.

Оливер отдал распоряжение продолжать допрос “Снежного Барса” и поехал со мной на место происшествия.

Мы прибыли в центр города и увидели толпу людей, столпившихся вокруг здания. На стене дома, словно гигантский ледяной барельеф, была вырезана надпись: “Только руки?”.

“Что это значит?” – спросил Оливер, оглядывая надпись.

Я задумалась.

“Может быть, убийца имеет в виду руки как кисть,” – предположила я. “Может быть, он художник или скульптор”.

Оливер кивнул.

“Это возможно,” – сказал он. “Нам нужно проверить всех художников и скульпторов, проживающих в Ноксвуде. Может быть, кто-то из них имеет отношение к этим убийствам”.

Он отдал распоряжение своим подчиненным, а я подошла ближе к ледяной надписи и попыталась почувствовать хоть какую-то связь с убийцей. Я закрыла глаза и сосредоточилась на образе надписи, пытаясь проникнуть в мысли ее создателя.

И вдруг я почувствовала холод. Не просто холод, а леденящий душу холод, который пронизывал все мое тело. Я почувствовала, как страх и отчаяние заполняют мое сознание.

Я открыла глаза и отшатнулась от надписи. Меня затрясло.

“Что с тобой?” – спросил Оливер, обеспокоенно глядя на меня. “Ты снова плохо выглядишь”.

“Я почувствовала… я почувствовала лед,” – ответила я, запинаясь. “Я почувствовала страх и отчаяние убийцы. Он очень болен, Оливер. Он страдает”.

Оливер вздохнул.

“Я знаю,” – сказал он. “Но это не оправдывает его преступления. Мы должны остановить его, пока он не убил еще кого-нибудь”.

Мы продолжили осмотр места происшествия. Полиция опрашивала свидетелей, собирала улики и фотографировала ледяную надпись.

Вскоре к нам подошел один из полицейских и доложил, что у него есть интересная информация.

“Сэр, мы нашли человека, который видел, как создавалась эта надпись,” – сказал он. “Он говорит, что видел высокого худощавого мужчину в черном пальто, который с помощью какой-то магии вырезал эту надпись изо льда”.

“Он видел его лицо?” – спросил Оливер.

“Нет, сэр. Он говорит, что лицо мужчины было скрыто под капюшоном”.

Оливер нахмурился.

“Он запомнил что-нибудь еще?” – спросил он.

“Да, сэр. Он говорит, что мужчина говорил с акцентом. Каким-то странным, иностранным акцентом”.

Оливер и я переглянулись. Иностранец… Это могло быть ключом к разгадке.

“Мы должны проверить всех иностранцев, проживающих в Ноксвуде,” – сказала я Оливеру. “Особенно тех, кто имеет отношение к искусству”.

Оливер согласился.

“Я дам распоряжение проверить всех художников и скульпторов-иностранцев,” – сказал он. “Может быть, мы сможем найти нашего убийцу”.

Мы вернулись в участок и приступили к проверке художников. Пересмотрели все списки, опросили знакомых, проанализировали работы.

Но все было тщетно. Ни один из художников-иностранцев не подходил под описание убийцы. Никто из них не говорил с акцентом, о котором упоминал свидетель.

“Мы зашли в тупик,” – сказала я Оливеру, чувствуя, как отчаяние подступает к горлу. “Мы ничего не находим”.

Оливер вздохнул и откинулся на спинку стула.

“Я знаю,” – сказал он. “Но мы не должны сдаваться. Мы обязаны найти этого убийцу. И мы найдем его, чего бы нам это ни стоило”.

И тут я вспомнила надпись на стене.

””Только руки?”” – повторила я. “Может быть, мы неправильно ее понимаем. Может быть, убийца имел в виду не руки художника, а что-то другое”.

Оливер посмотрел на меня с любопытством.

“Что ты имеешь в виду?” – спросил он.

“Я не знаю,” – ответила я. “Но мне кажется, что мы должны переосмыслить эту надпись. Может быть, она содержит в себе ключ к разгадке, который мы упускаем”.

Я замолчала и задумалась, пытаясь найти смысл в этих двух словах. “Только руки?” Что это могло значить?

И вдруг меня осенило.

””Только руки?”” – повторила я снова. “Может быть, убийца имел в виду не руки, а перчатки! Только перчатки!”

Оливер удивленно вскинул брови.

“Перчатки?” – переспросил он. “Что ты имеешь в виду?”

“Я думаю, что убийца носит перчатки,” – ответила я. “Перчатки из какого-то особого материала. Может быть, из волшебного материала, который позволяет ему контролировать лед”.

Оливер задумался.

“Это возможно,” – сказал он. “Мы должны проверить все магазины в Ноксвуде, продающие перчатки. Может быть, мы найдем что-то интересное”.

Мы снова отправились на поиски. Обошли все магазины, торгующие перчатками, расспрашивали продавцов и смотрели записи с камер видеонаблюдения.

И вдруг, в одном из магазинов, мы увидели то, что искали. На записи с камеры видеонаблюдения был запечатлен высокий худощавый мужчина в черном пальто и с капюшоном на голове. Он покупал пару необычных черных перчаток, сшитых из какого-то блестящего материала.

Продавец вспомнил этого человека и сказал, что он говорил с акцентом. Странным, иностранным акцентом.

Оливер и я переглянулись. Мы нашли нашего убийцу.

Глава 8: В тупике

Часть 1: Заснеженное Пробуждение

Глава 14: Цветы Льда: Раскрытая Иллюзия

Сердце заколотилось в бешеном ритме. Черные перчатки, акцент, худощавый мужчина в черном… Все указывало на то, что мы, наконец, напали на след убийцы.

Мы бросились в участок, чтобы изучить записи с камер наблюдения в магазине перчаток, детально проанализировать внешность подозреваемого и составить его фоторобот.

Но, как оказалось, радовались мы рано.

Пока мы были заняты поисками в магазине перчаток, в городе появилась вторая ледяная надпись, на этот раз намного более длинная и зловещая.

На этот раз надпись была обнаружена на здании городской библиотеки, что вносило дополнительный оттенок издевательства и интеллектуальной бравады. Текст, словно холодное дыхание смерти, был вырезан прямо на стене:

“Перчатки? Серьезно? Не думал, что вы на это поведетесь. Идиоты. Даже самый маленький ребенок может подделать акцент. Этим часто занимаются в цветах, чтобы взрослые не услышали, потому что за подделку акцента детей часто наказывают.”

Когда мы прибыли к библиотеке, Оливер был в ярости. Он чувствовал себя обманутым и униженным. Убийца играл с нами, как кошка с мышкой.

“Он издевается над нами!” – прорычал Оливер, сжимая кулаки. “Он думает, что мы идиоты!”

Я внимательно прочитала надпись, стараясь уловить в ней скрытый смысл. Что убийца хотел нам сказать?

””Даже самый маленький ребенок может подделать акцент,”” – прошептала я, повторяя слова надписи. “”Этим часто занимаются в цветах, чтобы взрослые не услышали…”“

И вдруг меня осенило. Цветы!

””Цветах!” – воскликнула я, глядя на Оливера. “Он говорит о цветах! “Snow Flowers” – это ведь не просто театр, это еще и цветы!”

Оливер нахмурился, не понимая, к чему я клоню.

””Что ты имеешь в виду?”” – спросил он.

””Подумай сама, Оливер. SNOW FLOWERS! Снежные цветы! Неужели ты не видишь? Этот театр как то связан с цветами!

Он не понимал. А я уже все сложила в голове, как пазл.

“Этот театр связан с цветами!” – воскликнула я. “Это не просто место для представлений. Это что-то большее. Что-то, что имеет отношение к убийствам”.

Оливер задумался. Он начал осознавать, что я имею в виду.

””Ты думаешь, что цветы – это какой-то символ?”” – спросил он.

””Именно!”” – ответила я. “”Что-то связанное с тем как этот маньяк выбирает жертв”“

””Это гениально, Эмма”” – сказал Оливер. “”Проверь всю доступную инфу о всех цветах, которые есть в этом театре, и о значении каждого из них”“,

Я кивнула и бросилась к машине. Нам нужно было как можно скорее вернуться в участок и начать новое расследование.

По пути в участок я вспомнила все, что знала о цветах. О символике цветов, о языке цветов, о роли цветов в мифологии и истории.

И вдруг меня осенило.

””Гладиолус!!!”” – воскликнула я. “”Он нам все время это говорил”“

””Что гладиолус??”” – переспросил Оливер.

””Этот чертов маньяк!”” – говорила я на эмоциях. “”Гладиолус это цветок, и у него есть особенное значение в языке цветов. Гладиолус значитЯ действительно искренен!!! У гладиолуса есть и другие значения – и память, и безразличие – но именно первое значение является самым важным в нашем случае!”“

””Проверить все.”” – попросил Оливер. “Ты знаешь хоть кого-то в этом театре, кто выглядит будто он действительно искренен?”“

Я замолчала.

Глава 9: Озарение

””Боже.”” – прошептала я в смятении. “”Мы все это время смотрели не туда. “Только руки?” Он задавал нам вопрос! Когда мы в театре просили показать только руки – руки с татуировкой – мы даже не задумались чтобы поискать в другом месте.”“

Оливер смотрел на меня, его глаза расширились от осознания. “”Ты гений, Каролина. Убийца хотел, чтобы мы пропустили что-то важное.”“!

””И что-то Искреннее.”” – продолжила я. “”Мы говорили о гладиолусе, о искренности. Любовь Ромео и Джульетты была действительно ИСКРЕННЕЙ! Это значит, кто-то, кто играл Ромео или Джульетту – убийца. И что-то мне это напоминает…”“

Мой разум лихорадочно перебирал информацию. И тут, как вспышка молнии, я вспомнила разговор в участке.

””Оливер, черт!”” – закричала я. “”Дэниел и Джулия. Они пропали. Вчера об этом докладывали, но я не придала значения. А сейчас…”“.

Оливер схватился за голову. “”Дэниел и Джулия пропали? Почему ты молчала?”“

””Я… Я просто не думала, что это важно. Но теперь я понимаю. Свидетель видел мужчину при создании ледяной надписи, значит, это Дэниел. А Джулия… Он, должно быть, взял ее в плен! Может, она что-то узнала и попыталась его остановить!”“

Время сжалось в тугую пружину. Каждая секунда промедления могла стоить Джулии жизни.

Оливер моментально мобилизовался. “”Всем постам – ориентировка на Дэниела, актера театра «Снежные цветы», подозреваемого в серийных убийствах и похищении Джулии! Обыскать все его известные адреса, проверить связи, поднять все записи с камер наблюдения!”“

В машине, пока мы мчались по заснеженным улицам Ноксвуда, царило напряженное молчание. Я чувствовала себя виноватой за то, что пропустила важную информацию. Если бы я раньше вспомнила о пропаже актеров, мы могли бы спасти Джулию.

””Куда он мог ее увезти?”” – спросила я, стараясь перебороть чувство вины.

Оливер задумчиво нахмурился. “”Дэниел, судя по его досье, человек одинокий и замкнутый. Ни родственников, ни близких друзей. Он полностью погружен в театр и свои фантазии. Если он и прячет где-то Джулию, то это место должно быть связано с его увлечением.”“

””Театр!” – воскликнула я. “”Может быть, он прячет ее в театре!”“.

””Театр уже обыскали сверху донизу,”” – возразил Оливер. “”Там ничего не нашли”“.

””Значит, где-то рядом.”” – твердо ответила я, вцепившись в сиденье. “”Он в этом плане с нами играл, потому что он с самого начала планировал похитить. Поиграть и оставить на месте. Поэтому он где-то рядом”“

””Всех постов и подразделениям! Осмотреть окрестности вокруг театра «Снежные цветы»! Обратить особое внимание на заброшенные здания, склады и подвалы!”” – скомандовал Оливер по рации.

Мы прибыли к театру и увидели, что вокруг уже кипит работа. Полицейские прочесывали каждый закоулок, опрашивали свидетелей и осматривали окрестности.

””Я должна почувствовать”” – говорила я “”дайте мне шанс”“

Я закрыла глаза, стараясь сконцентрироваться, ощутить хоть малейшую связь с Джулией. Представить ее страх, ее отчаяние, ее мольбы о помощи.

И вдруг я почувствовала холод. Пронизывающий, леденящий душу холод, который сковал все мое тело. Я почувствовала страх, одиночество и безысходность.

Но вместе с этими ужасными ощущениями я почувствовала и что-то еще. Запах сырой земли, плесени и… цветов. Запах увядающих роз.

Я открыла глаза и указала на небольшую дверь, расположенную в задней части театра.

””Туда!” – сказала я, задыхаясь. “”Она там! Внизу!”“.

Оливер не стал задавать вопросов. Он выхватил пистолет и бросился к двери.