Текст книги "Еще один шанс на любовь (СИ)"

Автор книги: Кэтрин Болфинч

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

Надела туфли, теперь все выглядело так, будто она вошла в комнату, ища охранника, которого на месте не оказалось.

Руби выглянула в щелочку приоткрывшейся двери, осматривая обстановку. Никого. Снова воровато огляделась, когда вышла из маленького кабинета.

Неожиданно для нее. И для человека, идущего по коридору мимо поворота. Руби влетела в молодого человека и, пошатнувшись, чуть не упала. Но сильные руки в мгновение прижали к себе, не давая свалиться на пол. Батлер подняла глаза, с желанием извиниться, а в итоге попала в омут. Кто-то узнает по шагам, а кто-то по глазам. Вот и она его узнала. И узнала бы из тысячи других. Только Алекс мог так смотреть на нее: напущенная серьезность поверх огромного желания прижимать ее к себе весь день. И плевать на правила. Плевать на всех.

Батлер неловко отстранилась, поправила юбку.

– Извини, – Алекс неловко откашлялся, рассматривая ее растрепанный вид.

– Бежала от поклонника?

Руби распахнула глаза в удивлении, поджала губы, сдерживая желание послать его в далекое путешествие, куда обычно приличные леди не посылали.

– Кое-кто не обеспокоился отключением камер в своем кабинете! А я исправляла одну ошибку, чтобы она не стала достоянием общественности, пока ты бегал и успокаивал свою блондиночку! – как на духу произнесла девушка, поражаясь своей открытости. И зачем ему было знать это? Она-то в своем кабинете даже и не устанавливала камеры.

– Кто же знал, что Руби Батлер снизойдет до поцелуя со мной в моем кабинете? – язвительно заметил парень, складывая руки на груди.

– Вы еще объявление об этом развесьте! – прошипела возникшая из ниоткуда Ева. Руби удивленно перевела взгляд на подругу, согласно кивнув. Хоть сейчас и хотелось колотить Кинга со всех сил кулаками за то, что вел двойную игру. Девушка кинула на него злой взгляд, точно ставя таким способом точку. Хватит. Надоело. Постоянный бег друг к другу и обратно. Разве можно так жить?

Ева взяла подругу за локоть, уводя в сторону кабинета.

– Знаешь, Руби, с появлением тебя в моей жизни, она стала намного интереснее. Никогда не знаешь, когда на тебя свалится управление компанией или вылазка в охранный пункт. – ехидно произнесла Ева, наблюдая, как Руби закусила губу, сдерживая улыбку. Девушка тыкнула ее локтем в бок, отчего Батлер все же залилась громким смехом. Это и правда выглядело абсурдно, но жутко весело.

Ева толкнула дверь в приемную, заливисто смеясь от рассказа Батлер. Резко остановилась, когда заметила девушку в приемной.

– Здравствуйте, я могу чем-то помочь? – мгновенно переключилась на деловой режим Ева. Девушка повернулась, а брови Руби полетели вверх, когда она ее узнала.

Глава 14

– Кинг, ты просто идиот! – прикрикнула Иви на удивительно спокойного Алекса: мужчина спокойно перебирал документы на столе, изредка иронично выгибая бровь в сторону разошедшейся подруги. Вот уже десять минут, как она узнала, где, как и что он делал здесь, а после в отпуске. А главное, с кем. Хотя с другой стороны, все встало на свои места. Неожиданный отпуск, покупка новых акций неизвестной им до этого момента компании, и задержка Кинга в другой стране. Надо ли описывать удивление девушки? Шок. Неверие. Злость.

– Ты не права, – тихо заявил мужчина, откинувшись на спинку кресла.

– И в чем же?

– Я не идиот. Я стратег.

– Как все сложно, – Иви обессиленно опустилась на кресло напротив рабочего стола друга. Конечно, она никогда не была против Руби. Но навсегда запомнила состояние лучшего друга, когда та ушла. А еще больше помнила его настроения рядом с девушкой. И сейчас перед ней сидел не просто Алекс, а почти счастливый Алекс – блеск в глазах, не сползающая с лица ухмылка, уверенные движения и собранность. Давно она не видела его таким увлеченным. И с одной стороны, вроде бы надо за друга радоваться, а с другой, вдруг Руби снова причинит ему боль?

– Пять лет назад ты сначала прятался от меня, как школьник, а потом сказал, что впервые в жизни влюбился по уши. Месяц назад ты позвонил мне и сказал, что влюбился снова. И это оказалась одна и та же девушка. А сейчас ты мне говоришь, что привел какую-то другую на обед, чтобы позлить? Алекс, я начинаю сомневаться в наличии у тебя мозгов. Такое чувство, что тебе не тридцать два, а пятнадцать и у тебя бушуют гормоны!

– Гормоны у меня и, правда, бушуют при виде ее, – съехидничал мужчина, оторвавшись от бумаг.

– Ты вообще в своем уме?

– Вполне.

– Оно видно.

– Иви, я очень рад тебя видеть, но, пожалуйста, я сам разберусь в своей личной жизни. Если я что-то делаю, то не просто так. Я умею думать, – сказал, как отрезал. Иви стушевалась под строгим взглядом мужчины, будто осознав, что и правда перешла черту. – Лучше расскажи, чем вы занимались после того, как встретились. – Кинг же, заметив выражение лица подруги, смягчился.

– Она предложила мне чай, так странно было ее видеть, будто призрак из прошлого, – мужчина ничего не ответил, лишь согласно кивнул. – Прошло ведь целых пять лет, Алекс, это не так мало. – еще раз добавила девушка, пытаясь воззвать к его разуму. Одно дело – курортный роман, совсем другое оставаться в чужой стране ради того, чтобы быть рядом.

– Так, значит, ты уже попила чай и я могу не предлагать? – мастерски перевел тему Кинг, не обращая внимания на нравоучения подруги. Хватит. С него хватит. Однажды ему уже сказали, как жить и ему не понравилось. Теперь он сам выбирает свой путь, свою судьбу или что там есть еще. Ведь каждый человек лучше знает, как прожить ему его жизнь. Следовать за сердцем.

Иви осуждающе качнула головой, но промолчала. В конце концов, он взрослый мужчина. Пусть делает, что хочет. Но платки и виски она подавать ему больше не хотела.

Правду, говорят: влюбленный мужчина головой не думает.

***

Вот уже десять минут Руби непрерывно смотрела в стену. Лицо – непробиваемая маска, через которую ни одна эмоция не проглядывалась, а в душе целый ураган. Почему все происходило именно так, именно сейчас? В самый неподходящий момент из всех.

Ева притихла в углу, пытаясь предугадать чувства, дальнейшие действия подруги. Что может сделать разозленная, хотя нет, растерянная Руби? Обычно Батлер всегда была собрана, всегда знала, что делать и как, а теперь? Ни одной эмоции, как робот.

– Виски, – прошептала девушка, кажется, впервые за долгое время моргнув моргнув. Ева непонятливо наклонила голову.

– Что?

– Мне нужен виски! – чуть громче повторила девушка, наконец, оторвав от подбородка сцепленные руки. Ева подорвалась к барному столику, уже через секунду поставив перед подругой наполненный стакан. Руби залпом осушила его, со стуком поставила обратно. Краски мгновенно вернулись к лицу вместе с обжигающим чувством в горле.

– Ну как?

– Получше, можно работать, – отчеканила девушка, открыв планшет. Ева удивленно хлопнула ресницами.

– Не хочешь поговорить? – тихо спросила Ева, забрав бокал. Батлер качнула головой, принявшись выписывать что-то в ежедневник, упорно делая вид, что Евы нет рядом.

– Нет? Тогда я скажу или это только мне показалось странным? Ты ходишь, как в воду опущенная уже несколько дней, тут заявляется твоя старая подруга, и ты словно сама гостеприимность. Но ты не думала о том, что ей все известно, а это может вылиться против тебя, Руби? Не думала, почему она здесь появилась? – нескончаемым потоком выплеснула Ева на едва успокоившуюся подругу. Руби несколько раз моргнула, рассматривая девушка. Мотнула головой. Она и правда об этом не думала. А сейчас задумалась. Но совсем не об этом. Что если те фотографии были совсем не от тех, на кого она думала? Иви ведь здесь не было, они не общались, Руби даже не рассматривала ее кандидатуру для подозрений. Но что если это была она?

Батлер все-таки бросила их всех тогда, а сейчас Алекс снова здесь, они снова в этих сетях своей созависимости, чем не причины? В жизни ведь нужно быть готовым ко всему?

– Нет, Ева, она самый светлый и добрый человек, которого я знала. Иви бы так не поступила. – отбила девушка, непонятно, кого убеждала в этом больше – себя или Еву.

– Жизнь бывает жестока. Александр ее хороший друг. Все могло измениться. – почти шепотом возразила Ева. И была права. Руби ничего не ответила. Просто потому, что нечего было отвечать. На правду не обижаются. Правду не оспаривают. С ней соглашаются, либо молчат. Вот и Батлер молчала. Все могло измениться. Все могли измениться.

– Ладно, если ты в ней так уверена, – отозвалась Ева, выходя за дверь и оставляя Руби в одиночестве. А не она ли всему виной? Могла ли подруга с ней так поступить? Насколько в этом мире можно было доверять людям? Можно ли вообще?

Руби устало опустила голову на руки. Тяжело жить в неизвестности, делать того, чего не хочешь. Желать того, чего нельзя. Быть заложником собственных правил, принципов, выводов. Почему нельзя быть просто свободным от предрассудков, мнений, мыслей, страхов, просто делать, просто жить.

Как бы ей хотелось сейчас, чтобы проклятый Кинг вошел сюда, взял за руку и, наплевав на всех, просто увез. Чтобы они проводили все время вместе, догоняя те пять лет, что потеряли. Но это ведь невозможно. Словно звезда где-то в космосе – недосягаемо, далеко и невозможно. Можно ли безропотно следовать за сердцем или все-таки нужно думать головой? Она не знала. Казалось, все то, что Руби знала, годами возводила в себе, сейчас рушилось, поддавалось сомнениям, пересматривалось. Тяжело менять то, с чем жил большую часть жизни. Но обычно никто не спрашивал, если приходило время поменять мышление. Все происходило само собой, через рост, через боль, через любовь.

Мысли прервал короткий стук в дверь. Девушка вздрогнула, подорвавшись в кресле. Нацепила дежурную улыбку и непроницаемую маску. Все как всегда. Все как обычно.

– Войдите, – в дверях сначала появился букет, затем показалась Ева, едва держась на ногах из-за множества красных роз в крафтовой обертке. Секретарша, запыхавшись, со стуком поставила цветы на рабочий стол начальницы, театрально вытерла пот со лба.

– Только что принесли, сказали отдать лично в руки.

– От кого? – Ева пожала плечами, указала на прикрепленную записку, вышла. Решила, что доставать подругу расспросами сейчас не время, сдерживая свое любопытство. Все-таки Ева бывала тактичной и спокойной, понимала, когда нужно отступить, а когда, наоборот, надавить, чтобы человеку было проще поделиться, рассказать о чем-то. Ведь когда произносишь проблемы вслух, то они уже не кажутся столь ужасными. Человеку всегда нужен человек. Когда рядом близкие, то и проблем нет. Все они кажутся пустяковыми и легко переживаемыми. Другое дело, когда этих близких друг за другом приходится подозревать.

Руби с любопытством оглядела букет, вдохнула аромат свежих роз. На лице нарисовалась лёгкая улыбка. Батлер потянулась к записке, сгорая от любопытства.

«Они такие же прекрасные, как и ты. Надеюсь, однажды наш ужин станет не только дружеским»

Руби ухмыльнулась. Приятно. Букет от Стефана. Даже неожиданно. Насколько же она его заинтересовала, что он и на обед сводил, и ужин хочет, и букет принес? Или не она, а ее положение? Увы, такова была реальность, приходилось многих подозревать, проверять и многим отказывать, по причине того, что им нравилась не Руби, а то, что она могла им дать. Такой образ жизни, к сожалению, к доверию не слишком располагал.

Девушка еще раз вдохнула сбивающий с ног запах цветов, едва ли не обняв букет. Ладно уж, какой бы ни была мотивация Стефана, цветы ее радовали. Алекс никогда не дарил ей красных роз. Считал это банальным. Да и никогда не надеялся на ее одобрение или авось когда-то согласится. Он просто действовал. Без цветов, красивых слов. Помогал, поддерживал, был рядом, узнавал ее, интересовался, считал самой красивой, невозможной, единственной и любимой. И все это было видно в его взглядах, прикосновениях, поцелуях. Таких, в которых не сомневаешься, не теряешься, в которых отдаешься моменту, любишь, спешишь. Таких, в которых все на грани безумия и реальности. Оттого они и были самыми запоминающимися, горячими и невозможными. Он сам был невозможным, но ее. Она была невозможной, но его. Без лишних слов, высокопарных речей и пустых обещаний. Нет, слова, конечно, были. И много. От них обычно Руби краснела по самые уши, а потом с огромной страстью набрасывалась на него.

Руби выругалась, оторвавшись от букета. Вот ведь! За ней ухаживал хороший парень, а она вспоминала о бывшем, с которым вообще ничего быть не может. Ни одна бабочка внутри не радовалась этому знаку внимания, ни одна даже не подняла головы оценить масштаб, ни одной не стало интересно. Они словно прикипели к одному человеку, связали ее с ним. Зачем? Когда ее уже отпустит? Когда между ребрами перестанет щемить от невозможности быть с ним? Когда она вдохнет полной грудью счастье, свободу от чувств к нему? Когда? Если такой день настанет, то Руби занесет его в праздничные. Руби одновременно хотелось и свободы от чувств к Алексу, и его в своей жизни. Всего и сразу. Почему они не могли разойтись, либо сойтись окончательно? Хороший вопрос.

Дверь хлопнула. Руби смахнула слезу с щеки, натянула дежурную улыбку и привычную непроницаемую маску. Ни одной эмоции, ни единого блеска в глазах. Никто бы и не догадался о ее мыслях. Чистый лист. Пустота.

Как по заказу от вселенной. В кабинет легкой походкой вошел Алекс. Нарочито расслабленный, с привычной ухмылкой, которая едва заметно дрогнула при виде Руби, что наполовину скрывалась за букетом. Она не сразу подняла голову, что бы его рассмотреть. Зато Алекс внутренне зашелся самодовольством. Он никогда не дарил ей красных роз. Руби терпеть их не могла. Да, красиво, можно полюбоваться, но, по ее мнению, стандартный набор. В этом их мысли совпадали, поэтому его букеты в основном те, что отражали девушку. Нежные лилии, эустомы, пионы. Ему нравилась ее улыбка, а Руби его власть над ней. Так и нашли друг друга. Не спрашивая. Не добиваясь. Просто беря то, что принадлежало друг другу.

– Решила открыть цветочный? – подал голос мужчина, протягивая папку с документами девушке. Руби вздрогнула, ладонь с черной ручкой застыла в сантиметре от бумаги. Батлер тряхнула головой, будто собираясь с мыслями. Как чувствовал, что нужно было зайти именно сейчас. Зачем?

– Да, в жизни нужно пробовать что-то новое, не считаешь? – девушка подняла голову, двусмысленно ухмыльнулась, отчего Алекс даже растерялся.

– О да, особенно в постели, – теперь пришла очередь Руби теряться от столь бестактного поведения.

– Извращенец.

– Наверное, это передалось укусом от тебя, – развеселился мужчина, поудобнее устраиваясь в кресле напротив Руби. – А если без шуток, то нам следует поговорить о содержимом твоей сумочки, – неожиданно серьезно проговорил Алекс, не отрывая взгляда от застывшей Руби. Все внутри нее одновременно замерло, перестало работать. Одно лишь сердце гулом отдавалось в ушах. Ну почему? Зачем?

Девушка чинно сложила руки на стол, немного подалась вперед, настроившись на разговор. Может, он имел ввиду сигареты? Наивно, но надежда всегда умирала последней.

Глава 15

Девушка чинно сложила ладони на стол, немного подалась вперед, настроившись на разговор. Может, он имел ввиду сигареты? Наивно, но надежда всегда умирала последней.

– Ты о сигаретах? – глупо спросила девушка, скрестив руки в замок. Губы Алекса тронула легкая усмешка. Знал, что она будет играть до последнего и ничего не скажет. Но и он просто так сдаваться не собирался.

– С чего бы мне переживать о сигаретах? Мне наоборот, нравилось, когда запах твоего парфюма перемешивался с никотином, – ухмыльнулся Александр, подавшись вперед.

– Ну, не знаю, там больше ничего такого секретного и страшного не было, – улыбнулась Руби. Дежурная улыбка. Такая, какую она обычно дарила партнерам, клиентам и сотрудникам. Та же улыбка, которой она одаривала того напыщеного студентика Стефана в кафе. Конечно, он уже давно не был студентом, но Алекса он настолько раздражал, что парень его на дух не переносил. Вот и придумал прозвище. Правда, использовал его только у себя в голове. Ревность ли это или просто раздражение? Он не знал. Но Стефан ему не нравился. И то, что тот крутился около Руби тоже не нравилось. И очень.

– Руби, не строй из себя дурочку. Мне даже обидно, что тебе приходится играть эту роль.

– Играю же я, а не ты.

– Мне нравится, когда ты не притворяешься.

– Я и сейчас не притворяюсь.

– Руби.

– Александр?

– Скажи мне правду, пожалуйста. Зачем тебе эти фото? – Руби поджала губы, но продолжала открыто и прямо смотреть. Бровь слегка изогнулась. – Собралась повесить над кроватью и мечтать обо мне? – Кинг откинулся на спинку кресла, постучав пальцами по колену. Голубые глаза внимательно следили за каждой появляющейся эмоцией на лице девушке. Правда, она их хорошо скрывала. Если бы не промелькнувший в глазах страх, он бы поверил. Но слишком хорошо ее знал. Знал, как она выглядит, когда ей страшно: тупит взгляд в сторону, поджимает плечи, нервно поправляет волосы. Конечно, за годы ведения бизнеса Руби научилась себя контролировать, но сейчас… сейчас ее маска дала трещину.

– Собиралась сжечь, – мужчина рассмеялся, чуть запрокинув голову. Руби тряхнула головой, скрывая улыбку. Когда-то за ее острый язычок он в нее и влюбился. Ей всегда было что ответить на его странные шутки, было чем поддержать разговор.

– Хватит, откуда они у тебя? – снова неожиданно переменился. Вот только что смеялся, обнажив зубы, а теперь абсолютно серьезно смотрел на нее, с плотно поджатыми губами.

Сдаться или продолжать играть? Что ему известно? Известно ли что-то вообще? Может, она и вовсе надумала что-то своей прелестной головой? Был ли реальный риск?

Руби сощурила глаза, разглядывая Кинга, будто бы пыталась прочесть его мысли и мотивы.

Так хотелось рассказать ему все. Без утайки. Без страха. Просто взять и выложить все, что лежало грузом на душе. Но нет. Она не могла. Не могла разглашать договор. Не могла делиться своей слабостью. Не могла искать поддержки в нем. Не потому, что не хотела, а потому что боялась. Это значило потерять контроль, которого в последнее время в ее жизни и так было мало. И от этого внутри разливалось горькое, противное, ядовитое чувство беспомощности и одиночества.

– Захотела оставить в памяти хорошие моменты жизни. Осуждаешь? – Руби едко выгнула бровь в оборонительной позиции. Считала, что лучше нападать, чем защищаться.

Александр недобро прищурился, явно не поверив. Возможно, что-то знал. Но решил опустить тему. Кто знал, куда их завел бы честный разговор?

– Тебя я никогда не осуждал, – легко качнул головой Кинг, Руби удовлетворенно расслабилась. Отступил. Надолго ли? Может, это отступление только для того, чтобы потом наброситься с еще большей силой? Что за игру он вел?

***

Руби и Александр одновременно вышли в приемную, ведя неспешный разговор ни о чем. Хотя это даже разговором было трудно назвать. Так, заполнение пустоты и неловкой тишины.

Какого же было удивление, когда на их глаза попались две очень громко смеющиеся девушки. Ева и Иви весело хохотали, развалившись на диванчике для ожидания.

Руби недоуменно приподняла брови, сложив руки на груди. Алекс усмехнулся – было интересно, как поведет себя Батлер в такой ситуации. Включит начальницу или спустит это подруге с рук?

– Что здесь происходит? – спокойно поинтересовалась Руби. Ева подпрыгнула на месте, подскочила с дивана в мгновение ока, подлетела к подруге, отведя ее в сторону.

– Сегодня мы идем в клуб! – словно заговорщица прошептала Ева на ухо Руби, сжав ее предплечье. – А еще берем с собой его и Иви! – как бы невзначай обронила девушка, удерживая Руби на месте. Все внутри Батлер будто оборвалось. Одно дело пойти туда с Евой. Другое, с давно забытой подругой и непонятно кем. Именно непонятно кем, потому что Кинг им и был. Ни парень, ни друг, ни муж. Кто-то, кто заставлял бабочек в животе сходить с ума каждый раз, как оказывался рядом. И все тут.

– Ну нет!

– Ну да!

– Ева!

– Руби! – воскликнула девушка, привлекая внимание Александра и Иви. Они одновременно развернулись в сторону подруг, оторвавшись от разговора. Руби поправила волосы, делая вид, что не заметила их внимания. – Почему мы не можем хотя бы один вечер провести в хорошей компании? Она, правда, замечательный человек. Он красавчик, который, к тому же, тебе нравится. И не делай вид, что это не так. Я прошу всего один вечер. Потом вообще тебя никуда вытаскивать не буду, сиди на работе целыми сутками! Ну, пожалуйста! – Ева состроила умилительную гримасу, словно кот в сапогах. Руби нахмурилась, обдумывая предложение. С одной стороны, очень хотелось пойти. Не только из-за Алекса. Из-за него, как раз не хотелось. Обычно в его присутствии она теряла контроль, буквально плавилась от прикосновений и откровенных взглядов. Когда-то Руби мечтала о том, чтобы на нее так смотрели, а сейчас это ничего ей не давало, кроме боли между ребер от того, что они не могли быть вместе. Может, и правда, пора было принять свои чувства. Да, они не могли быть вместе. Но чувствовать ведь ей никто не мог запретить?

– Ладно, – сдавшись, кивнула Руби. Алекс, уже видимо посвященный в их план, победно ухмыльнулся. Вечер обещал быть интересным.

***

После утомительного рабочего дня совершенно не хотелось никуда идти, но пришлось. Кровать дома так и манила лечь и уснуть крепким сном до следующего утра. Но вместо этого Руби натянула на себя вечернее мини-платье с открытой спиной. Ярко-синее, на тонких лямочках и квадратным вырезом, оно подчеркнуло все, что можно было и все, что нельзя тоже. На губах красовалась привычная алая помада. Они словно шли комплектом. Настолько сильно Батлер любила этот цвет на губах. И теле Алекса… вот ведь ассоциации, а всего лишь помада.

Руби была готова придушить Еву за этот навязанный вечер в самой отвратительной компании, которая могла только собраться. Правда, отвратительной она была исключительно из-за своей неловкости. Она не общалась с Иви пять лет. С Алексом творилось не пойми что. Какое уж тут расслабление и удовольствие от отдыха? Но она все равно дождалась Еву, которая заехала за ней в половину восьмого вечера на такси, чтобы никто не остался трезвым. Отдых не отдых, если прошел без рюмки – это придумала Ева и апеллировала этим каждый раз, когда Руби отказывалась от выпивки.

Девушки одновременно вошли в помещение, заполненное люди, громкой музыкой и постоянно мигающим светом, бьющим по глазам. Руби почти сразу направилась на небольшой балкон, отчаянно хотелось свежего воздуха и немного тишины. Алекса и Иви все еще не было, поэтому Руби ничего не теряла. А если бы и были, то потери тоже оказались бы не совсем страшными.

Поток холодного осеннего воздуха подействовал отрезвляюще, ворвавшись в легкие, как спасение. Здесь никого не было. Кроме шикарного вида на ночной город – машины в потоке куда-то спешили, люди торопились домой. Всех ждала рутина и привычная суета. Так же, как и ее. Дом, работа, дом, работа. Отчеты, совещания, сделки. Все живут обычно, просто рутина у всех разная.

– Не замерзла? – до девушки донесся шепот, который она меньше всего хотела услышать. Спиной чувствовала, как он подходил ближе. Зачем он все усложнял? Руби оставила этот вопрос без ответа. И свой. И его.

Мужчина накинул на хрупкие плечи, покрывшиеся мурашками свой пиджак. Девушка легким движением закуталась в него еще сильнее. Была бы его воля, не спрятал бы красивую спину под одеждой, а смотрел бы вечно. А если немного спустить ткань синего платья, то в глаза бросилось бы тату, которое он так любил. Но, увы, осенние вечера обычно никого не щадили.

– Зачем ты пришел?

– А зачем ты согласилась на этот вечер?

– Думала, что это поможет мне отвлечься.

– Вот и я также.

– Помогло?

– Нет, – девушка тихо хмыкнула в ответ.

Слишком уж они были похожи. Где-то там внизу кипела жизнь, а они наблюдали за этим. Каждый погружен в свои мысли и у каждого они примерно об одном.

– Что ты скрываешь от меня, Руби? – охрипшим голосом спросил мужчина. Батлер дрогнула, слегка повернувшись к нему, снова чувствуя, как страх хватает за горло, прижимая к стене. И снова это желание выложить все, что накопилось.

– Почему я должна отчитываться перед тобой? – не защита – нападение. И судя по реакции, мужчина сразу это понял. Александр ухмыльнулся, повернувшись к девушке, положил руку чуть ниже ее талии.

Проникновенный шепот через несколько секунд коснулся уха девушки.

– Потому, что после всего, что между нами было, я думаю, что заслуживаю доверия, – нос Алекса на мгновение задержался около ее волос, вдохнув запах яблочного шампуня. Бабочки в животе сразу оживились, принявшись летать вокруг сердца, заставляя его биться чаще. Разве можно было так реагировать на другого человека?

– Это не значит, что я должна докладывать тебе обо всем! – возмутилась Руби, нахмурив брови.

– Нет, – согласился мужчина. – Это значит, что ты можешь прийти ко мне в любой момент и рассказать обо всем, что тебя тревожит.

Руби повернулась к Алексу лицом, столкнувшись нос к носу с ним. Изумрудные глаза пробежались по пухлым губам, острому носу, русым волосам, скулам и остановились на голубых глазах, мгновенно в них утонув. Когда-нибудь она точно сойдет с ума, смотря в этот бездонный океан. Отчаянно хотелось прикоснуться к нему, почувствовать.

Да, определенно можно было так реагировать на другого человека. Но только на него.

Кинг опустил взгляд на губы девушки, которые слегка приоткрылись, будто призывая к действию. Рука мужчины съехала еще ниже талии. Этого хватило, чтобы желание захлестнуло их обоих.

Кинг прерывисто выдохнул ей в губы. Одна рука сжала бедро девушки, вжав в себя. Другая зарылась в волосы на затылке, притянув ближе. Его губы накрыли ее, вымещая все мысли о правильности, о договоре и о том, чем все могло кончиться. Мир сузился до жадных касаний друг к другу, до прерывистых вздохов и желания. Огромного. Неуемного. Неудержимого. Будь они сейчас одни, то непременно уже были бы без одежды, даря друг другу наслаждение. Такое, которое могли получить только вместе. Только вдвоем. Только растворяясь друг в друге.

– Я могу целовать тебя так весь вечер, а могу остановиться и ждать, пока ты не расскажешь мне всего, – угрожающе прошептал Алекс, едва оторвавшись от девушки. Ему и самому было трудно сдерживаться. Особенно, когда в вырезе платье мелькало столько всего интересного, а его длина еле-еле хоть что-то прикрывала.

– Не переживай, я смогу жить без этого, – прошептала Руби, коснувшись его лица. Вторая рука медленно, дразняще очертила пряжку ремня. Пальцы, как бы невзначай, спустились вниз, заставляя мужчину прерывисто вдохнуть.

Батлер заглянула ему в глаза, которые тут же потемнели на несколько тонов. К сожалению, она не учла, что это обычно срывало крышу им обоим. Потому что в следующую секунду она потянулась к его губам, а он к ней. И правильно было бы остановиться, сбежать, но…

Но сейчас у них был лишь этот момент. Страстный поцелуй на балконе какого-то клуба, вопреки всем страхам, запретам и решении расстаться. Это было выше их, сильнее их чувств, сильнее их. Такому просто нельзя сопротивляться. В такое обычно прыгали с головой, тонули в этом безумии и наслаждались им. По-другому просто нельзя было. Именно поэтому он вжимал ее в себя. Именно поэтому она цеплялась за его плечи, притягивая ближе к себе. Распаляя, заставляя тело плавиться под этим напором, вытаскивая все потаенные желания наружу.

Вот только бывает так, что разум заглушает все остальное. И бедные израненные бабочки Батлер под его натиском сдались, укрылись в кокон, прячась от последствий.

Руби оторвалась от Кинга, сложив руки на груди. Красная помада размазалась по губам. И не только ее. Алекс облизнулся, удивленно рассматривая растерянную Руби. А внутри нее бушевал целый пожар. Хотелось снова притянуть его к себе, согреться в его объятиях, спрятавшись от целого мира. Но… нельзя. Она не могла рисковать своей жизнью ради него, не могла рисковать компанией, которую тетушка оставила на ее совести. Руби была ответственна за тысячи людей, причастных к ее бизнесу и инвестициям. Она не могла оставить это все просто так ради какого-то удовольствия.

Оттого мысль непрошенная, но такая громкая, действительно, удивила. Насколько все было бы проще, если сейчас она прыгнула с этого балкона? Ответственность исчезла бы. Глупые чувства к мужчине, к которому их нельзя было испытывать, тоже. Насколько проще стала бы ее жизнь, если бы ее самой не было?

– Я приду к тебе, Алекс. Если мне понадобится помощь. – это все, что Батлер смогла выдавить из себя перед тем, как убежать. Возможно, она не признавалась в этом даже себе, но помощь ей нужна уже сейчас.