Текст книги "Еще один шанс на любовь (СИ)"

Автор книги: Кэтрин Болфинч

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Глава 7

Руби мельтешила в комнате, чтобы собрать вещи в руках и выбросить официально на пол. С момента, когда телефон издал пикающий звук, оповещающий о новом сообщении, прошло уже около двух часов.

Алекса не было с самого утра, поэтому девушка завтракала в одиночестве, а потом растеклась лужицей по кровати в номере, думая, куда мог запропаститься Кинг. Было скучно. Просто невыносимо скучно. Все планы на отпуск с появлением Александра мгновенно изменились. Теперь Руби не знала, чем себя занять в его отсутствие. Конечно, это было неправильно и все такое, но девушка не могла поделать с этим сжирающим чувством, которое, как назло, подначивала ничего полного тишина.

Именно в одну из этих мозгоштурмовых минут тишина, наконец, спала. Всего одно сообщение. Несколько слов. Сердце побежало вперед по всей планете, пытаясь пережить это в ближайшем будущем.

Всего лишь сообщение. От него. Разлад в спокойствии внесен. Психологи полагают, что это неправильно, так не должно быть. Должно быть спокойно, мирно, удобно. Но кому есть это дело, когда вместе так хорошо? Правильно. Никому.

«Будь готова к семи, кнопка»

Первый вопрос: готова к чему?! Второй вопрос: что делать?! Третий вопрос: что надеть?!

В поисках ответов на них Руби и побежала по комнате. Тяжело. Тяжело найти подходящую кофточку к шелковой бежевой юбке. Тяжело решить – красить губы или нет. Тяжело понять, что он снова задумался и для чего. Но по сравнению со всеми контактами лишь это пустяки, которые при встрече совершенно не будут иметь значения. Она знала, что ее не будут осуждать, пытаться переделать или высмеивать. Знала, что с ней будут. Просто будут. Пусть даже и на такой короткий срок. Этого сейчас достаточно.

Девушка, словно торнадо промчалась по комнате, затем резко остановилась, разглядывая себя в большом зеркале. Устало покачав голову, расстегнула молнию на юбке. Тонкий шелк скользнул по ноге на пол. Теперь она вообще почти без одежды. Может, так и пойти? Конечно, Алекс бы оценил, но вряд ли ее откровения пришлись бы по вкусу резидентам островов.

Она, уже в который раз за сегодня, подошла к шкафу, выискивая очередную тканевую жертву ее срабатываниям против моды.

Рука взметнулась к вешалке и вытащила вещь из шкафа. Синее хлопковое платье. Отлично. То, что нужно. Не слишком просто, не слишком вычурно. Красота в простоте – да? В самый раз. И почему она сразу его не надела?

Руби бросила взгляд на часы, все еще стоя в зеркале. Осталось еще полтора часа. Девушка устало ухаживала, плюхаясь на кровати прямо в постели.

***

Александр Кинг – успешный бизнесмен тридцати лет. Ни разу не был женат. Детей тоже не имеет. По правде говоря, он и не совсем рассматривал возможность стать родителем в будущем. Его дети – это бизнес. Требует внимания, ответственности, полной включенности в процесс развития. Так что воспитанием он сыт по горло. Да, это чистый эгоизм.

Однако к браку он относится совсем по-другому. Брак для него что-то священное. Обязательно. У его родителей был счастливый брак. Они всегда были для него воплощением любви, которую мы переживаем за годы совместной жизни. Пройти все трудности и испытания жизни. Остаются вместе, закрывая глаза на недостатки друг друга. Это единение душ. Да, сейчас таких мужчин раз и два обчелся. Это правда, но исключения есть всегда. Конечно, это не отменяет продолжительности романов на одну ночь, свиданий ради свиданий и общения. Никогда не знаешь, какая из девушек западает в душу, но пока что лишь одна заставила задуматься о его женитьбе.

Три года назад мама заставила приехать его в Лондон вместе с партнером. Там он познакомился с Руби и ее тетушкой – Энн, которой в скором времени не стало. Руби очень тяжело переживала смерть близкого ей человека. Развились панические атаки, которые преследовали девушку на протяжении трех месяцев. Постоянная тревога и страх одиночества. Все это время он был рядом с Руби в качестве поддержки, опоры, друга и вообще спутника жизни, если можно это так назвать. Они были вместе целый год, пока несколько событий, собравшихся в одном большом узле, не развели их по разным сторонам жизни.

Пока они снова не встретились. Случайно. Первая их встреча действительно не была запланирована. Он знал, что покупает долю ее компании. Знал, что они обязательно встретятся в Нью-Йорке.

Но не знал, что Руби решит взять отпуск, поехать на тот же остров, в тот же отель, что и он. В жизни отличное чувство юмора. Однажды они убежали друг от друга, а сейчас, наоборот, бегут навстречу, пытаясь не упустить ни единой секунды. Да, ирония в этом определенно была. Череда не случайных случайностей снова привела их в объятья друг другу.

Алекс взглянул на время в экран телефона. Короткий вздох, чистящий голову от ненужных мыслей. Одно сообщение. Всего несколько слов. Улыбка озарила его лицо. Он знал, что сейчас она забегает по номеру в поисках одежды, а затем рухнет на кровать в полной отчаянии, но к назначенному времени все равно будет выглядеть, как богиня. Некоторые привычки не менялись даже спустя много лет.

Длинные пальцы пробежались по клавиатуре и выдвинулись на экран с предложениями и цифрами. Теперь мысли были полностью заняты работой.

***

– Ноа, ты не понимаешь! – прокричала Руби, едва сдерживая слезы, заблестевшие в углах глаз. – Я не могу остаться! Не могу! – девушка рухнула на кровать рядом с ним. Ноа сочувственно обняла ее за плечи, слегка поглаживая открытый участок кожи.

Стало спокойно. Слезы безмолвным плачем полились на лицо, прикрывая влажные дорожки.

Она все плакала и плакала, пытаясь сквозь слезы выдавить боль из сердца. Выдрать душу с корнем, ведь она была коренной и полностью приросла к Кингу. Всем своим существом. Нужно было собраться, взять себя в руки, но она лишь лежала в объятьях друга, не находя в себе сил подняться и пойти дальше. Оказывается, что все хорошее разом закончилось.

***

– О боже, Руби! – воскликнула Иви, пропуская Ноа, держащего Руби под руку. Девушка тяжело стояла, опираясь на парня. Иви прошла по ступенькам к столику с алкоголиком. Одним движением откупорила бутылку виски, наполнив стакан жидкостью. Без звука протянула его Руби, которая в одно мгновение опустошила его.

Иви растерянно посмотрела на подругу, затем на другого. Оба молчали. Ноа изредка поглаживал плечо девушки. Она молча смотрела в одну точку. Красные от слез глаза, мешки под глазами, размазанная тушь и совершенно пустой взгляд. Абсолютно ничего. Зеленые глаза больше не горели, в них больше не было видно того огня – жажды жизни. полное равнодушие и боль.

***

– Ты уверен, что хочешь уехать? – Кажется, в миллионный раз спросила Иви, поглаживая волосы Руби. Зеленые глаза злобно взметнулись в сторону подруги.

– Да, Иви, я принял решение. Не нужно спрашивать меня об этом постоянно. – Слишком жёстко, – ответила Руби. Иви поджала губы, взглянув на Ноа. Он мягко улыбнулся. И от этой улыбки все мгновенно рухнуло вниз, заставив себя пожалеть о своем положении.

– Мы просто хотим быть уверены, что ты делаешь правильный выбор. – Ноа посмотрела на подругу, пытаясь предугадать ее ответ. Батлер раздраженно выдохнул. Нет, она не передумает. Просто не позволяй себе эту слабость.

– Даже если это ошибка, то это моя ошибка. Не ваш. Это моя жизнь. Не нужно меня контролировать! – Руби вернулась в сторону очереди на регистрацию, отсекая все эти мысли и пытаясь друзей отговорить ее.

Рейс «Лондон-Нью-Йорк» через два часа. Она вернулась спиной к двери, и разговор окончен. Боль рвала душу, ядовитыми щупальцами расползаясь по всему телу.

Лучше так. Пусть им будет больно. Пусть ей будет больно. Но она больше не может носить в их жизни лишь жалость к ней, боль и страдания. Больше так нельзя. Он не может обречь Ийи на постоянный выбор между другом детства и подругой, которую обрела лишь недавно. Он не может добиться победы между Ней и Александром. Так нельзя. Это нечестно – обрекать их на жизнь меж двух огней. Лучше она уйдет. Исчезнет из их жизни. Просто уйдет, не прощаясь. Так будет лучше для всех. Не будут постоянные воспоминания о нем. Он не будет напоминать о ней.

Она одна наедине со своей болью. Все, как всегда.

Руби подняла голову с подушки, когда телефон издал сигнал, оповещающий о новом сообщении. Девушка подорвалась с кроватью, прогоняя назойливые мысли из головы. Сейчас не время для прошлого. На самом деле для прошлого не никогда время, но раз за разом оно настигало любого, забирая в свою паутину, из которой иногда очень сложно выбраться.

Руби натянула на ноги белые босоножки без каблука. Поэтому столик схватила небольшую соломенную сумку. Вышла из номера, пытаясь закрыть маленькую дрожь ладоней.

каждую их встречу, как будто первая – сердце стучит, выплясывая чечетку, дыхание становится ослабленным, а все те же бабочки, подрываются, буквально сносятся все внутри и нажимают на кнопку отключения мыслей. Наверное, поэтому девица сейчас так сильно волновалась.

Руби выпорхнула из дверей отеля как бабочка. Широкая улыбка расползлась по ее лицу, когда Алекс предстал в ее поле зрения.

Александр Кинг– явление строгое и классическое, и сейчас не определил свои вкусы. Черная, исходящая плавными линиями по всему корпусу, машина. Голубая, оттеняющая глаза, рубашка. Белые брюки и кеды. Хитрый взгляд ледяных глаз пробежал по фигуре девушки, прижимаясь к поясам. Он одобряюще ухмыльнулся, сложив руки на груди.

Может он быть менее шикарным? – Промелькнуло в голове девушки перед тем, как она нежно прильнула к Алексу, о прижимая тягучий поцелуй к его губам. Сильные руки по-хозяйски сжали ее талию. Она собственноручно запустила пальцы в темные волосы, перебирая пряди.

Всего день. Один день. Даже не сутки. А скучалось до невозможности. Не хватает сильных рук на теле. Прикосновения, которые каждый раз вызывали все новые и новые чувства. Не обеспечьте его дурацких шуточек и наглой ухмылки. Не поддержать. Совершенно.

И ему тоже не помочь. Ее зеленые глаза с загадочным огнем. Нежных поцелуев пухлых губ, перерастающих в настоящий пожар, сносящий все на своем пути. Не ощущайте ощущения ее в своих руках. Ее слишком мало. До безумия мало.

Девушка оторвалась от его губы. Шутливо улыбнулась, ущипнула его за ягодицу, звонко смеясь. Алекс закатил глаза, потирая немного изучающее место. Руби уселась на пассажирское место, наблюдая за тем, как парень обошел машину.

Заинтересованно посмотрела на Алекса, появившегося рядом. Задержала взгляд на выпирающих через рубашку мышц груди. Волна возбуждения возникла откуда-то постепенно, выкидывая все мысли из головы.

А может ну этот поворот, а?

– И мы куда?

– Терпение, кнопка, терпение. – загадочно повторил Алекс, заводя машину. Руби устало следила, откинувшись на спинку сиденья.

Король коротко смотрит на девушку. По-хозяйски опустил ладонь на ее колено, поглаживая нежную крышку. Рука блуждала по ноге, иногда задирая ткань платья, оголяя бедро. А внутри уже буря не просто просит, а требует ее стоны и вздохи.

Можете взять ее прямо тут, а?

***

Солнце ярким диском уходило за горизонт, солнечный свет загорался впереди. Алекс уверенно вел машину, изредка поглядывая на Руби, внимательно рассматривая пейзаж за окном. По правде говоря, там действительно было на что посмотреть – дорога шла вдоль моря, приобретающего розовый цвет из-за садившегося солнца. Высокие пальмы слегка покачивались в такое же время. И Руби вписывалась в эту картину, как бы она и есть ее часть. Рыжие волнистые волосы, как и всегда, переливались на свет, приобретая приглушенный янтарный цвет.

Небо стало почти синим, когда Алексся остановился на пустой парковке. Руби с любопытством вытянула шею, оглядываясь.

Поочерёдно хлопнули две двери, выпуская вечерний воздух из машины молодых людей. Алекс протянул руку, девушка, которая тут же пожала свою маленькую ладонью.

– Теперь ты скажешь, куда мы идем? – полюбопытствовала Руби. Король ухмыльнулся, загадочно пожав плечами.

– Ты невыносим!

– Зато ты, можно подумать, само воплощение, терпения!

Девушка лишь закатила глаза, продолжая молчать за мужчиной. Просто доверилась ему. Вряд ли он оставил ее обсуждение чужой страны на пустой улице. Хотя… Это же Алекс. Взгляд помрачнел, рисуя в голове эту картину – она одна стоит на этой улице, вздрагивая от каждого шороха. Да, не очень приятно.

Алекс дернул девушку на себя, подхватывая за руки. Руби пискнула, обхватила руками его шею. Именно в этот момент он вынес ее на безлюдный пляж. Морские волны легко накатывали на песчаный берег, подсвечивая лунным светом.

Руби спрыгнула с рук Александра, завороженно рассматривая картину. Восторг, не прячась, плесал озорным огоньком в ее глаза. Ее счастливая улыбка буквально грела его сердце, напоминая об их прошлом. Ради этого всё и было задумано. Ради них.

Девушка бросилась ему на шею, крепко держась за руки. Одно касание губы. Вихрь чувств, сносящий всё на своём пути. Волна возбуждения, охватывающая все тело. Волнение до дрожи в коленях, до прерывистого общения, до нежности, граничащей с животной страстью. До любви и обратно.

– Идем купаться. – прошептала девушка, снимая босоножки и опуская ноги во все еще теплый песок. Александр невольно цокнул, дергая девушку на себя за запястье. Вернул ее в свои объятия, пряча от всего мира. Ее слишком мало.

– Ну, идем?! – повторила вопрос Руби, внимательно-вверх рассматривая Алекса. Холодный взгляд голубых глаз скользил по горизонту, плавно ускользнув в ночное небо, обрамленное россыпью звезды.

– Идем, кнопка, не отвяжешься ведь. – в шутку сказал Алекс, выпуская человека из крепких объятий. Руби медленно подошла к воде, по пути стягивая платье и нижнее белье.

В этом была своя романтика. Мечта многих – купание под луной с человеком, в которого ты страстно влюблена. Руби об этом не воин, но получил. В этом ли не счастье – не знать, что ты ждёшь в будущем, открывая все возможности? А потом порадовался произошедшему, чувствуя, как в душе разливалось тепло от каждого взгляда, слова, жеста нежности.

Алекс жадным взглядом наблюдал за девушкой, которая плавными движениями показалась кромке воды. Абсолютно обнаженная фигура подсвеченная луной, волосы разлетаются на ветер. Так хотелось запечатать этот момент. Сохранить в себе память, как бы отрывок из любимого фильма.

Щелчок камеры телефона, и он уже любит ее и на фото, и в жизни.

– Не наступи на морского ежа, Батлер! – язвительный голос Кинга разрезал тишину пустого пляжа, но, кстати, не разрушил волшебство этого мгновения. Руби вернулась к нему, осторожно входя в воду и чувствуя, как плавно окутывала теплом каждую клеточку тела. Это было ни с чем не сравнимое чувство. Совсем иначе, чем днем. И дело не только в том, что она полностью обнажена. Сейчас это больше походило на какое-то таинство, за которым наблюдали и он.

Александр нервно прокашлялся, рассматривая каждую деталь, тщательно все ремонтируя. А когда Руби подошла к берегу. Он и вовсе подумал о том, что она самая настоящая ведьма, потому что нельзя было оторвать взгляд от представленной картины – капельки воды стекали по телу, аккуратно очерчивая каждый ее изгиб и поблескивая в лунах. Буквально за выдержкой смотреть и смотреть. Загрузите эту картину себе на память, смешав с чувствами, эмоциями и касаниями друг к другу.

И это их лето. Лето, полное безумие, страсть и нежность. Одно лето на двоих.

Глава 8

Руби и Алекс вернулись в отель уже после рассвета, просто и почти молча разошлись по номерам, словно не было никаких признаний, общего прошлого, сметающих все нормы и обиды чувств – все стерлось под палящими лучами тайского солнца. Ночь тихо сменилась утром, забирая с собой то тихое, свободное, счастливое мгновение совместной тихой, почти счастливой, грусти. Такой, от которой хочется улыбаться, крепче прижиматься друг к другу. Целовать до умопомрачения. Терять голову от прикосновений под россыпью звезд на небосводе. Под яркой полной луной, которая невольно стала свидетелем их хрупкого равновесия и гармонии. В этот момент они не спорили, не ругались, не было язвительных комментариев и шуток. Они просто наслаждались спокойной беседой обо всем сразу – устройстве мира, изменениях в самих себя, работе. Единственно, не затрагивали тему прошлого, словно его никогда и не было.

Утро же смыло всю гармонию ночи, унесло течением времени спокойствие мерцающих созвездий. И точно также дни сменялись ночами, оставляя в прошлом воспоминания, счастливые моменты и чувства друг к другу. Осталось всего три недели отпуска. Всего три недели до возвращения в суровую реальность. До возвращения в привычный образ жизни. Всего три недели с ним. Три незабываемых недели, до дрожи в коленках, до перевернутых легких, до сумасшествия от одного взгляда.

Руби перевернулась на кровати, сталкиваясь с изучающим взглядом Алекса, внимательно рассматривающим каждую черточку ее лица, каждый дюйм кожи, впитывая, запоминая ее такой спокойной, счастливой, умиротворенной.

Скоро все закончится. Придет конец их маленькой курортной жизни. Не без грусти. Но без сожалений. Нет ни одной мысли о том, что этого не нужно было делать. Нужно было. Обязательно. Без сомнений. Без страхов.

Зеленые глаза девушки встретились со взглядом Алекса. Руби взяла его за руку, переплетя пальцы в замок, а потом оставила нежный, почти невесомый поцелуй на тыльной стороне его ладони. Жест полный доверия, нежности, уважения, такой простой, но необходимый им двоим.

Он не удивился, лишь придвинул ее ближе, укладывая себе на грудь. Руби послушно переложила голову, слушая мерное сердцебиение мужчины.

Тишина, прерывалась лишь их дыханием, шумом работающего кондиционера, всплесками воды в бассейне, на который выходили окна номера.

Атмосфера совершенно не предполагала грусти. Но, так или иначе, она присутствовала. Осознание, что в жизни нет ничего постоянного и все заканчивается. Рано или поздно, но заканчивается. За одно лето или за один год, за десять лет или за всю жизнь, но всему приходит конец. Впрочем, и сама жизнь когда-то заканчивается. Стоило ли об этом грустить? Вряд ли. Сохранить воспоминания без страха, обид? Непременно. Помнить о боли. Стоит ли? Помнить только, как опыт.

***

Прошло почти полгода со смерти тетушки. Руби почти научилась жить. Почти. Весь этот год рядом с ней находился Алекс, были друзья. Поддерживали, вытирали слезы и заставляли поверить в то, что оплакивать потерю нормально, что это не слабость, а человечность. Что слезы – это жизнь.

И Руби благодарила судьбу за то, что они все есть в ее жизни. Хотелось бы, чтобы так было всегда – просыпаться и понимать, что они рядом, успокоят, подарят мир и покой душе, поймут и не осудят.

Вот только осознание, что ты живешь не свою жизнь всегда приходит неожиданно. Прошел почти год со смерти тетушки. Друзья по-прежнему рядом с ней. Но теперь этого недостаточно. Руби приняла бизнес Энн, успешно развивала его, осваивая новые горизонты, и, словно акула, поедала конкурентов.

Они всегда были рядом. Всегда помогали ей. Но, наверное, в один из таких моментов она поняла, что слишком зависит от них, а ее жизнь больше не ее жизнь. Не принадлежит Руби. Словно в один миг она потеряла управление и теперь плыла по течению, согласно кивая каждому событию. Конечно, это правильно, за всем не уследишь, но и бросать все на самотек нельзя. В один миг она поняла это, решая взять ответственность за свою жизнь. Так в ее планах возникло решение о переезде в Нью-Йорк.

И от этого желания в груди растеклась лишь решимость, ощущение возвращения к нужному руслу жизни. Возвращение к Руби, которая могла сама, которая не убегала за спины друзей, а защищала их сама. И решение было принято быстро. Вернуться к себе казалось самой главной задачей на ближайшее будущее, невзирая на то, какие последствия за этим придут. Осталось только обсудить это с ним.

***

– Алекс, я должна уехать, – тихо произнесла девушка, чувствуя, как от этих слов все внутри переворачивалось, сжималось до ощутимой боли и отчаяния. Но она понимала, что так больше не может. Что должна уйти. – Больше не могу полагаться на других, – Руби обреченно опустила голову, пытаясь сдержать подступающие слезы. Тяжело. Она не думала, что будет настолько тяжело. И ей бы так хотелось, что он нашел решение. Да, эгоистично надеялась на то, что он поедет с ней.

– Я понимаю, Руби, – Алекс присел рядом с ней на кровати, нежно обхватывая ее ладони. – Но я не могу всё бросить. Не могу подставить Иви, – он замолчал, пытаясь переваривать то, что сам же только что и сказал. – Почему именно Нью-Йорк?

– Город возможностей. Большинство инвесторов живут там. Я хочу вывести компанию на новый уровень. Выйти за пределы Англии. Ты должен это понимать, Алекс, – зеленые глаза с надеждой впились в профиль мужчины – челюсть плотно сжата, взгляд направлен в пустоту. Руби одернула руки, охватив себя за плечи, словно ища в этом жесте защиту. От самой себя.

– Я понимаю, – отозвался парень, боясь смотреть в ее лицо, боясь, что если увидит ее слезы, то все преграды и выстроенные стены рухнут. – Почему мы не можем быть на расстоянии? Почему не можем приезжать друг к другу? – взгляд голубых глаз не отрывался от узора на ковре, боясь, что встретится еще и с той решимостью в глазах, с которой Руби начала разговор.

– Ты знаешь, что я не верю в это. Нам будет больно, – отрешенно произнесла девушка, душой пытаясь выйти из этого мира, не проживать этот момент. Почему так болит? Почему внутри рвет на части?

– Знаю.

Руби закрыла глаза, надеясь, что, когда она их откроет, Алекс исчезнет из комнаты, а разговор окажется просто сном или фантазией. Но, увы.

– Что ты предлагаешь? – тихий бархатный голос добирался до ее сознания, заставляя вернуться в мир.

– Я не знаю. Я хочу, чтобы ты решил за меня, – устало произнесла Руби, обрывая все то светлое, что было в ней. Одинокая слеза скатилась по ее щеке, оставляя соленую дорожку. Она подорвалась с кровати, отходя к окну. Не в силах смотреть на него. Алекс обреченно ухмыльнулся, не думая о том, что кому-то из них проще.

– Уезжай, Руби.

Девушка замерла. Осознание сказанного дошло до нее с опозданием. Он хотел, чтобы она уехала. Руби горько улыбнулась, едва сдерживая поток слез. Хотелось разрыдаться. Хотелось бросаться вещами в него. Заставить забрать свои слова назад. Рухнуть в его объятия и не отпускать. Но она лишь продолжала стоять, вглядываясь в дорожки дождя на стекле.

– Хорошо, – голос дрожал, выдавая нелегкость выбора, – уходи, Алекс, – мучительно произнесла девушка. – Прошу тебя, уйди! – крик сорвался на хрип, слезы застилали глаза, заставляя ее буквально задыхаться. Кинг посмотрел на Руби в последний раз. Сердце болезненно сжалось, когда он произнес тихое «прости». Руби, разозленная этим «прости», резко вскочила с пола, хватая первое, что попалось под руку. Черная туфля полетела в стену, когда Александр закрыл за собой дверь.

***

– Почему ты сказал тогда, чтобы я уехала? – ее дрожащий голос разрезал тишину комнаты. Алекс вздрогнул, опустил взгляд на зеленые, почти заслезившиеся, глаза Руби. Минутная пауза, внимательный взгляд голубых глаз, учащенное сердцебиение.

– Не мог отобрать у тебя возможность добиться того, о чем ты мечтаешь.

Простой ответ, но достающий всю спрятанную когда-то боль. Руби зажмурилась, прогоняя непрошеные слезы. Алекс крепче прижал ее к себе, оставив нежный поцелуй на макушке.

– Почему не поехал со мной? – Руби вернула внимательный взгляд, боясь услышать ответ и в тоже время желая услышать его. Алекс растерялся. Вопрос действительно неожиданный, – Только ответь честно, прошу. Прошло уже столько времени.

Алекс прерывисто выдохнул.

– Ты ведь знаешь почему.

– Я знаю, что это неправда. Алекс, которого я знаю, сделал бы всё, чтобы поехать со мной. Так что тут есть какая-то причина.

– Логично, – тихо отозвался Кинг. Избегая ее внимательно взгляда. Ведь она права. Тогда действительно произошло еще кое-что. Но нужно ли после стольких лет поднимать эту тему? Стоит ли вообще говорить об этом? Ворошить прошлое хоть и в поиске истины?

Погода за окном уже давно сменилась. Передавая право владению темным тучам и громко стучащему дождю. Тропический дождь – самое удивительное явление природы. Крупные капли, резво ударялись о землю, потоки воды большими ручьями стекали с тротуаров на проезжую часть. А потом все резко заканчивалось. Снова выглядывало солнце, возвращая прежний вид каждой вещи.

– Как Иви и Ноа? – Руби искусно перевела тему, когда молчание слишком затянулось, рискуя перерасти в напряжение. Алекс выдохнул, словно до этого момента не дышал вообще.

– Я и Иви вернулись в Швецию, нельзя было оставлять бизнес без долгого просмотра. Ноа переехал в Америку.

– Вы общаетесь? – тихо спросила Руби. Алекс ухмыльнулся, но без привычной шутки во взгляде. Слишком серьёзно.

– Сначала общались хорошо. Теперь стабильно поздравляем друг друга с праздниками. Когда ты уехала, пропало то, что всех нас держало вместе.

Девушка изумленно открыла глаза, осознавая все им сказанное. Испытывала ли она чувство вины? Нет, уже поздно сожалеть о том, что было сделано. И сделано оно было очень давно. Но отчего-то ком в горле не давал спокойно дышать, а глаза наполнялись соленой жидкостью.

Казалось бы, хотела как лучше. Не хотела ставить их перед выбором, а получилось, что разрушила их дружбу. Перестала быть связующим звеном в их стабильном механизме общения. Но сейчас плакать слишком рано. Есть еще один вопрос, который волнует её не меньше.

– Почему ты не поехал со мной? Почему не позвал с собой?

Руби села на край кровати, закрывая лицо руками. Вытерла несколько капель непрошеных слез. Ответы на эти вопросы казались почти жизненно важными, словно показатели монитора, словно без этой правды она не сможет пойти вперед, выжить, мечтать. Алекс устало опустил голову на изголовье кровати.

Девушка вздрогнула, когда раздался его голос. Полный боли. Сожаления. Страха. От одного только его тона можно было разрыдаться, броситься на улицу, рухнуть на колени, теряя всякий смысл.

– Мама тогда сильно заболела, ей нужна была моя помощь, – проговорил мужчина, чувствуя, как легкие сдавило от желания закурить, – я просто не мог ее оставить.

– Почему ты не сказал мне?

– Ты бы поехала со мной, – он горько усмехнулся, оглядев обнаженную спину девушки, едва прикрытую белым одеялом, – Бросила бы всё и поехала.

– Да! Именно так я бы и поступила! – взорвалась девушка, поворачиваясь к мужчине лицом, – Не оставила бы любимого человека в такой ситуации.

– Я не мог отобрать у тебя возможность исполнить мечту! – повышая голос, ответил мужчина, вспоминая то, как сильно болело сердце от понимания, что выбора особо и нет. И можно было что-то придумать, сделать, решить, но это возможно было сейчас, не тогда. – Ты бы видела, как горели твои глаза, когда ты рассказывала мне о своем плане.

– Участь человека, который любит – разделять участь того, кого он любит.

Зеленые глаза злобно блеснули перед тем, как Руби, вскочив, натянула платье и рванула к двери. Пустой холл встретил ее полной тишиной, не слышно было даже звуков дождя, словно в противовес одолевающим эмоциям, которым уже просто не хватало места. Все уже разошлись по своим номерам, кто-то досматривал десятый сон. А девушка рассерженно переставляла ноги, стараясь как можно быстрее оказаться на улице. Свежий воздух – определенно то, что ей сейчас нужно.

Она толкнула большую дверь, ведущую на задний двор. Крупные капли дождя отбивали ритм по белой мраморной плитке. Она вышла на улицу, нарушая идиллию.

Руби тяжело задышала, подняла лицо к небу. Плевать, что капли причиняли боль, попадая на открытые участки кожи. Вот бы эта вода залила пустоту в ее душе. Вымыла, вырвала с корнем. Больше не доставляя никаких неприятных ощущений.

Поэтому за это время она ни с кем не встречалась. Поэтому из всех она общалась только с Евой. Поэтому все свое время посвящала работе. Во избежание боли. Во избежание чувств. Чтобы не чувствовать ничего.

Руби вглядывалась вдаль, в черноту, которая должна быть морем – полная тьма, словно мир в одну секунду отразил ее душу.

Резкий рывок за запястье заставил ее развернуться, прямо как дежавю, попадание в прошлое. Она подняла глаза лишь для того, чтобы увидеть его. Чтобы снова упасть в бездну без возможности выплыть.

Она буквально упала в его объятья. Он обхватил ее лицо руками, впиваясь в губы поцелуем. Не нежно. Не страстно. Скорее горько. Со всей той болью, которую они прожили. Со всеми чувствами, что испытали за это лето. С теми эмоциями, что им ещё предстояло испытать.

Бабочки в животе девушки скручивались, рискуя превратиться в кокон и оставить ее навсегда. Слишком много чувств. Слишком много всего внутри нее. Слезы застилали глаза. Все то, что она прятала в себе, вырывалось наружу, рискуя смыть привычный уклад жизни, твердость. И даже ни один тропический дождь не сравнится с тем, что сейчас там. Она хваталась за него, словно за спасательный круг. А он держал ее, не давая упасть, рухнуть в омут из боли, вины и сожаления.

Руби, успокоившись, ткнулась лбом в его грудь, проживая все то, что еще прожито не было, давая волю себе настоящей. Алекс успокаивающе гладил по спине, прижимая к себе, словно она самое дорогое сокровище, самое ценное, что есть в мире. И ведь скоро их ждет еще больше боли. Снова переживать расставание. По второму кругу. Ситуация повторяется, а они снова оставляют друг друга.