355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Керри Райан » Из духа и оков (ЛП) » Текст книги (страница 12)
Из духа и оков (ЛП)
  • Текст добавлен: 3 апреля 2022, 14:05

Текст книги "Из духа и оков (ЛП)"


Автор книги: Керри Райан



сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Я был злой версией себя, и если я думал о чем – то больше, я ломался, так что не думал вообще.

– Нет времени. Я буду в порядке, – она заметила недоверие на моем лице. – Правда, я в порядке. Просто было сложно открыть кристалл, когда я перенесла нас сюда.

– Ты хорошо смотришься на троне, кстати.

Она покачала головой и расправила плечи, потягиваясь, словно проснулась. Она отчаянно нуждалась в отдыхе.

– Нет. Трон вряд ли для меня.

Нет, Жрице Духа не быть королевой. Я это уже понял. Хорошо, что мы не могли быть парой. Потому что она как моя королева не была бы добром.

Это привело бы к боли и смерти. А я был в таком хорош, к сожалению.

– Я не хочу сидеть тут со скучающим видом или выглядеть как королева, когда они прибудут. Поможешь встать? – спросила она, удивляя меня. Я протянул руку, и она опустила ладошку на мою ладонь. Моя магия потянулась к ней как искра. Ее глаза расширились, и я сжал ее ладонь, а потом отпустил, когда она встала.

Она немного напряглась, и я вспомнил о нашем перемирии. Я склонился и коснулся губами ее лба. Мы не могли быть половинками, но могли быть друзьями. Может, даже любовниками. И этого хватит. Потому что кто – то должен полагаться на другого, когда происходит худшее. Если этого хотела Лирика, я это сделаю.

– Ты готова? – спросил я, глядя на ее лицо.

– Насколько могу быть. Хотя в эти дни я будто ни к чему не готова.

– Ты все равно справляешься. Это должно считаться.

– Возможно.

Я не смог прокомментировать это, ощутил, как другие за мной шевелятся. Я повернулся.

Родес и исцеленный Люкен стояли в одной части комнаты, их лица были мрачными. Люкен был немного бледным, Брэлинн была на его плече. Мой дядя Ридли исцелил его как мог. Яд был предназначен для Люкена, лип к порам, привлеченный его кровью. Я знал, что это было связано с его отцом, о котором никто ничего не знал. Только это объясняло, почему Люкен пострадал. Особенно, учитывая, что почти все были или королями, или сыновьями лорда или Жрицей.

Вин и Тиган стояли возле Люкена и Брэлинн. Ридли стоял в другой стороне комнаты, не в стороне, но все же так, чтобы наша группа покрывала как можно больше пространства перед тем, как мы сядем за мой стол.

Эмори вернулась в свою комнату, хотя мы ее не просили. Она хотела сохранять контроль, не хотела выделяться, и я был благодарен за это. Я не знал, какими были планы Эмори, и могли ли мы доверять ей. Но Эмори старалась стать лучше, это помогало Лирике, и я был рад этому.

Еще кусок льда вспыхнул в груди, и я подавил оханье. Лирика странно посмотрела на меня, и я едва заметно покачал головой. Ей не нужно было знать, что каждый раз, когда я думал о ней, когда я злился, мое тело будто разбивалось на тысячу кусочков.

Розамонд стояла с другой стороны от Лирики, ее волосы развевал ветер, которого там не было. Я думал, так умела только Алура. Видимо, и Розамонд так умела.

Мы ждали собрания, и теперь лорды и леди приходили после отдыха после пути.

Перемещать мейсонов через кристалл, как сделала Лирика, не находясь рядом с ним, сказалось на всех. Это забрало немного их энергии, и я знал, что мы все сожалели об этом, даже если это было необходимо. Было бы проще, если бы Лирика перенеслась туда – сюда, но мы не знали, обладал ли кристалл такой энергией, и Лирика не смогла бы.

Мы так и сделали, и теперь лорды и леди будут перед нами, ожидая плана.

Я надеялся на это.

То, что они ответили на зов, должно было радовать. Если они все не были предателями, и эта встреча не была способом для короля Люмьера и Серого понять, что мы задумали.

Лания, леди Воздуха и бабушка Родеса и Розамонд, прибыла первой. Родес тут же подошел к ней, протянул руку, чтобы она опустила туда ладонь. Она проигнорировала это, обняла его вместо этого. Родес склонился к низкой бабушке и поцеловал ее макушку, потом крепко обнял ее. Она отодвинулась, похлопала его по щеке, улыбнулась, как бабушка, хотя она выглядела как ровесница Родеса. Она взяла его за руку и пошла к другим. Она поприветствовала всех по очереди, обнимая, пожимая руки воинам, а потом добралась до Розамонд, Лирики и меня. Она обняла и поцеловала внучку, прижалась лбом ко лбу Розамонд на миг, а потом подошла к Лирике.

– Тебе нужно отдыхать, Дитя. Мы тут, чтобы забрать твое бремя. Хотя бы часть, – она поцеловала Лирику в щеки, обняла ее. Лирика промолчала. Она потрясенно смотрела на женщину. Я разделял ее восторг. Было что – то в Лании, что проникало в сердце. Словно она видела душу, почти как маг Духа.

Хотя я не знал, что мог делать маг Духа. Я пытался уловить с Лирикой. Никто не мог помочь ей с той магией, не так, как мы помогали ей с другими стихиями. Хотя мы могли разобраться по пути.

Мне не нравилось, что она была одна в этом. Еще осколок пронзил сердце, и я скривился.

Лания пронзила меня взглядом и протянула руку. Я почему – то опустил голову и обнял ее, как она и хотела. Я ощущал себя как маленький мальчик в объятиях мамы. Я не видел свою бабушку. Она умерла задолго до моего рождения. Я не встречал никого из бабушек и дедушек. У меня была мама, хоть она и стала холоднее с годами.

Я знал, что это уберегало меня от Лора, может, от самого Серого. И хоть она думала, что не справилась, я всегда знал, что она была рядом. Я сделал бы все ради нее.

Я не знал, почему объятия с женщиной не с моей территории, яростной воительницей с нежным сердцем и душой, вызвали такие мысли. Она отклонилась и прижала ладонь к моей щеке, а я хотел обнять ее снова и послушать ее истории, и чтобы она сказала, что все будет хорошо.

Это были не мысли короля. Это были фантазии юноши, который давно погиб.

Я кивнул, выражая ей уважение, которое она заслужила.

– И тебе нужно отдохнуть, сынок.

Я не стал исправлять ее обращение. С Ланией это было сложно.

Я посмотрел краем глаза, Родес глядел на нас, но не хмурился. Нет, он почти казался счастливым. Хотя бы был рад тому, что происходило. Хотя я не знал, что это было, или что это значило. С ним было сложно понять.

Лорд и леди Огня пришли вскоре после Лании, прошедшей к Розамонд. Они выглядели величаво, как всегда, и я улыбнулся Шиммер.

Я всегда любил Гриффина и Шиммер, хоть не всегда соглашался с ними. Но лорды и леди двора не должны были всегда соглашаться с теми, кто был у власти. Для того были советники и придворные с их мнениями. Так нравилось моей маме.

Так я хотел это сделать, и однажды, если я смогу править двором, который не рушился вокруг нас, я хотел продолжить это.

– Сынок, – Шиммер протянула руки. Тиган подошел к ней и крепко обнял, Гриффин тоже так сделал. Они поприветствовали других, но обняли только Вин.

Лорд и леди Огня переглянулись, но ничего не сказали, обнимая Вин.

Они поняли, что с ней случилось, но никто не говорил об этом. Я надеялся. Мне казалось, когда придут родители Вин, лорд и леди Земли, станет сложнее.

– Мой король, – хрипло сказал Гриффин.

– Лорд, леди, – я чуть склонил голову. Из уважения, и я надеялся, что другие понимали это. Это были мои наставники, сколько я себя помнил. Наши новые положения не означали, что я забыл, кем они были для меня. Тиган был моим лучшим другом, значит, они были в моей жизни, сколько был он.

– Спасибо за приглашение. Мы хотим тебя послушать, – тихо сказала Шиммер и прошла к Тигану.

Когда вошли лорд и леди Земли, Родес, Люкен и даже Лирика напряглись. Я посмотрел на Вин.

Она глядела на них большими глазами, но решительно.

А когда они прошли мимо нее, своей плоти и крови, не сказав ни слова, я захотел задушить их.

Я не мог. Не будет добра, если я побью их магией или даже кулаками.

Они не признают свою дочь, потому что она стала дейном.

Они использовали ее, пытались выдать ее за меня, хоть она технически была моей кузиной. Потому что они хотели власти. И хоть они были в этой комнате, я не знал, на чьей стороне они окажутся в бою. Нам нужны были союзники, но я хотел убить их, и теперь за то, что они делали с Вин.

Лирика издала сдавленный звук, и я поймал ее ладонь.

Она сжала мою руку в этот раз, и я держал ее.

Я тряхнул головой, и она кивнула, хоть в ее глазах был Огонь. И не только образно.

Нет, ее силы сдерживали ее, и она хотела навредить лорду и леди Земли за то, что они обидели ее подругу.

Но мы ничего не могли сказать.

Лорд и леди Грязи, как их всегда звал Родес, кивнули мне, но не подошли. Я был их королем. Но они были теми же гадами, что и всегда. Валор и Зиа все еще не реагировали на дочь, не признавали никого чем – то, кроме кивка, а потом встали у другой стены возле моих дядь. То, что Зиа и Джастис были братом и сестрой, заметили все в зале. Зиа ничего не сказала брату. Она всегда игнорировала Джастиса. Может, потому что Зиа хотела только власть. Она всегда ходила к Камэо, пытаясь получить ее, не к Джастису. Ее брат был ничем в ее глазах, даже не был ступенькой, и она игнорировала его.

Я не понимал, почему они все еще были лордом и леди Земли, и это нужно было изменить. Скоро.

– Присядем, – сказал я без формальностей. Все сели без слов, к счастью, не спорили из – за мест. Они уже разделились по разным сторонам комнаты.

– Зачем мы все тут? – спросил Валор, лорд Грязи явно хотел быть где – то еще.

Если честно, и я хотел, чтобы они были не здесь. Хотя не мог это сказать.

– Король Люмьера работает с Серым. Мы видели тени, когда он бился с нами. Нам нужно остановить его любым способом.

Хоть я сказал «любым способом», я не имел в виду это сердцем и душой. Я хотел послушать мнения других.

Мгновение было тихо, а потом все сразу взорвались, задавали вопросы и объясняли. Не важно, что половина народу за столом была там в бою, у всех были вопросы, что делать.

Я ударил кулаком по столу, хотя что – то сжалось в груди. Я знал, что Серый хотел меня. Я отталкивал его, разрезал нити, потому что знал, что близилось. Может, он всегда делал это, и потому я всегда ощущал, как меня тянули. Теперь я знал, что это значило, и я игнорировал это. Серый меня не получит. Что бы ни случилось, Серый меня не заберет.

– Молчать, – прохрипел я.

– Ты все еще наглый щенок, – оскалился Валор, и Вин открыла рот. Лирика перебила. То ли защищала меня, то ли защищала Вин. Но я был благодарен.

Мне нужно было убедиться, что нити не обмотают меня снова, и что Серый не сможет захватить меня. Я все еще был проклят, не мог любить, но я не позволю Серому завладеть мной.

У меня была хотя бы эта сила, ее не было раньше. Может, дело было в том, что я знал о контроле Серого, хоть он сам и открыл это. Может, потому что я был сильнее. Может, из – за женщины рядом со мной – но я отогнал эту мысль.

Я не мог. Если хотел уберечь ее. И себя.

– Он – ваш король, стоит это помнить, – сказала Лирика. Валор не успел сказать что – то еще, она покачала головой. – Мы тут, потому что, как сказал Истон, нам нужно найти способ остановить Серого и короля Люмьера. Вы видите разрушения и потери вашего народа. Я говорила с вами об этом. Мир умирает, и если мы не найдем способ воссоединить кристаллы, воссоединить наш народ, мы все проиграем.

– Наш? – Зиа задрала острый нос.

– О, молчи, – рявкнула Шиммер. – Не время думать о дворах, леди и тех, кто лучше. Она – Жрица Духа. Она с нами. В этом зале народ из двух королевств, двух миров. Теперь нам нужно объединиться.

– Спасибо, Шиммер, – я не зря ее любил. Она бывала вспыльчивой, но это было от Огня. В прошлом я не всегда знал, кому она была верна. Но теперь я знал, что она будет биться на нашей стороне. Как и ее муж, который сжал ее ладонь, а потом поцеловал в лоб.

Тиган улыбнулся, посмотрел на родителей, словно знал, что они были крутыми. Они будут с нами. Хорошо.

– Если сейчас будет война, боюсь, мы проиграем, – Лания посмотрела на всех нас.

Она была бабушкой Пророчицы, Искателем Правды, как ее внук, и мы слушали ее. Не все мы. Лорд и леди Грязи считали, что у них планы лучше. Но они хотя бы молчали.

– Я не хочу настоящую войну, – тихо сказал я.

– Никто из нас не хочет, – сказал Родес и сделал паузу. – Ладно, может, мой дядя хочет, но мы – нет.

– Нам нужно знать, что мы поддержим друг друга, и нам нужен план.

Я кивнул Лирике.

– Давайте его сочиним.

Ушли часы, много криков и обсуждения количества народа на нашей стороне. Проблемой было, что мы не знали. Да, были те, кто сочувствовал нашему делу на каждой из четырех территорий. И мы знали, что, может, маги Духа из снов Лирики могли считаться помощью. Но мы не знали, как.

Это было только начало, и это должно было считаться.

– Мы с вами в этом. Но я хочу, чтобы все знали, что это глупости, – сказал Валор, глядя на Родеса и Лирику.

Я снова подавил желание задушить лорда Земли.

– Я знаю, что мы в долгу за то, что вы оставили наши жизни, – сказала Лирика.

– Это глупо, – прорычал я. Родес покачал головой.

– Нет, даже в этом должна быть честь. Нужно держать слово. Мы признаем это, но я не знаю, как это влияет тут.

Валор пожал плечами, но я знал, что он что – то задумал. Просто еще не раскрыл это.

– Я хотел убедиться, что все знали это. Но нам лучше быть там, когда вы определите следующий шаг, – он посмотрел на жену. Но не на дочь.

– Я всегда буду на вашей стороне, – сказала Лания. – Всегда.

– И мы будем с вами. Но сначала нужно попытаться мирно, – сказал лорд Огня.

– Согласна, – сказала Лания, опередив меня.

Розамонд сцепила ладони перед собой.

– Я знаю, что вы пытались встретиться с ним, и это была ловушка. Но с нашей общей силой, может, он увидит логику, или мы сможем группой добиться перемирия. Если мир увидит нас объединенными, может, это поможет. Я знаю, что если мы выйдем, сверкая силами, готовые сжечь мир, мы потеряем не только свои жизни. Мы проиграем войну и наш народ.

Розамонд говорила, но Лания кивала, сжимая ладонь внучки.

– Она говорит правду. Нам нужно стремиться к перемирию. Нужно сначала попытаться использовать слова.

– Они пытались убить нас, – заявил Люкен. Брэлинн потерлась об него, и он почесал ее шею.

– Но попытаться мирно стоит. И есть правила войны, – отметила Лания.

Я зарычал, но кивнул. Они были правы. И правда обжигала.

– Мы встретимся с королем, снова попытаемся устроить перемирие. Если нет, придется биться. Собирайте отряды, тренируйтесь, защищайте территории. Знайте, что может наступить бой за жизни. Потому что Серый – не обычный кукловод. Король Люмьера – марионетка, но у него есть власть.

Другие согласились, хотя лорд и леди Земли были немного замкнутыми.

Я посмотрел на Лирику, которая казалась еще более уставшей. Но она кивнула мне, и я знал, что мы делали единственный возможный выбор.

Может, слова помогут нам найти перемирие и логику.

Я знал, что мир сгорит вокруг нас, если это не сработает.

И я боялся, что это случится раньше, чем мы хотели.

Глава двадцать седьмая

Истон

Я знал, что это плохо кончится. Хоть мы хотели провести переговоры о перемирии, пытаясь дать королю Люмьера последний шанс перед настоящей войной, мы были в кожаной броне, наша магия была готова для боя во всю силу.

Я провел остаток дня, обсуждая планы с внутренним кругом и лордами и леди стихий. И когда я не был по колено в планах боя и перемирия – последнее точно не сработает, но мы должны были попытаться ради нашего народа – я медитировал с Ридли и остальными.

Серый мог все еще сжимать мое сердце в плане проклятия, но я не дам ему обвить веревками дыма мое тело и снова утянуть меня в его мир. Теперь я знал, что он мог, и я удерживал защиту и пополнял запасы силы.

Ридли был лучшим в этом, на то был повод, учитывая его прошлое. Я видел, как он учил Лирику месяцы назад, и из – за этого я пошел к нему для схожей тренировки души, когда огни погасили, и Лирика ушла спать.

Я десятки лет думал, что мог все сделать сам. Что должен был. Но уже нет.

Теперь мы все будем в крови, побежденные, и любая дополнительная сила, которая защитит нас от превращения в пустые оболочки, была бы плюсом.

– Готов идти? – спросил Джастис, серьезно глядя на меня. Мне не нравилось такое выражение его лица. Он всегда был сильным и хмурым, хоть он ненавидел это слово. Я не хотел, чтобы дяде пришлось воевать рядом со мной. Я не хотел вовлекать в это обоих дядь. Но они будут там, как и вся моя кровавая семья.

Порой я забывал, что у меня из семьи был не только Джастис.

– Мы готовы. Мы скоро пойдем в центр. Группой, хотя некоторые останутся защищать двор и тех, кто не может сражаться.

– И я не думаю, что ты хотел вести туда всю армию, – добавил Джастис.

Я кивнул.

– Может, разговор и сработает, и король вдруг окажется не работающим на Серого. Все может сложиться хорошо.

– Я хотел бы, чтобы так было, – тихо сказал Джастис.

– Знаю. И я знаю, что кто – нибудь может умереть сегодня. Надеюсь, это он.

Я не был кровожадным. Ладно, немного был. И я устал. Ужасно устал. Я воевал всю жизнь, и мой мир разваливался. Народ умирал, и одна из моих лучших друзей потеряла свою магию из – за кристаллов. Из – за того, что мы сделали с кристаллом за все время.

Конец близился, значит, Лирике нужно было соединить два кристалла. Я надеялся, что мы поймем, как сделать это, пока не поздно. Хоть часть меня думала, что это уже прошло. После всего происходящего вернуться не выйдет. Может, это был наш конец света.

Джастис смотрел на меня, а потом обнял, удивив нас обоих. Мы не были сентиментальными, и я не любил объятия. Через миг онемения я обнял его.

Он молчал, хотя я не знал, нужно ли было что – то говорить.

Он будет биться рядом с нами, сильный маг Огня, кузнец. Я надеялся, что он не умрет.

Что никто не умрет.

– Тогда в путь, – сказал я, стараясь звучать бодро. Мы оба знали, что это было фальшью. Но это было лучше, чем ничего.

Мы пошли по коридору ко двору, где собирались. Несколько десятков магов ждали нас, кланялись, когда я шагал мимо. Я кивал им, благодарный, что они шли с нами. Они будут нашей стражей, нашим двором. В прошлый раз нас было мало, и мы чуть не проиграли из – за этого. Но мы все равно победили, даже небольшой группой. Я считал, что этим можно было гордиться.

Мы ходили на простую встречу с королем, и Люкен чуть не умер, а король Люмьера напал полной силой.

Я не хотел рисковать жизнью Лирики или кого – то еще, не взяв в этот раз поддержку. Другие маги окружили двор, были размещены в стратегических местах в моем королевстве, готовые к вторжению короля. Мои слова были сильными, насколько могли быть с силой кристалла, и я надеялся, что этого хватит.

Леди Воздуха послала весть своему королю, что хотела встречи, и раз она была его подданной, это было правильно. Король должен был знать, кто прибудет, и я надеялся, что это не будет концом для всех нас.

Хотя было бы хорошо, если бы все кончилось на этом перемирием. Мой народ нуждался в этом. Я смотрел на своих магов, их тела были сильными, как и их магия. Я надеялся, что не потеряю их. Нас осталось мало, и я воевал всю жизнь, так что не хотел, чтобы мой народ умирал из – за моих решений.

Голова с короной была тяжелой.

Я посмотрел на мужчин и женщин вокруг себя, магов, которые шли с нами, и я знал, что нужно было вернуть их всех.

Я прошел мимо тех, кого знал, но они не были моим внутренним кругом. Я остановился перед своими.

– Лучше покончить с этим, – буркнул Тиган, Шиммер взлохматила волосы сына.

То, что Тиган, яростный воин, который был на голову выше нее, не остановило ее.

– Мама, – напряженно сказал он. Лорд Огня улыбнулся, стоя со своей семьей.

– Не нужно ворчать, – сказала Шиммер.

– Твоя мама права. Мы тут, чтобы биться и победить.

– Мы тут, чтобы попытаться уговорить мужчину, – исправила Шиммер. Она похлопала по бедрам в кожаной броне, кивнула сыну и мужу. – Но скорее всего все закончится боем из – за того, какой он.

– О, поверьте, я знаю, – сказала Лания, подойдя. Она была в бежевой кожаной броне на подтянутом теле, ее волосы были заплетены. Но пряди, упавшие на ее лицо, трепал ветер, который чувствовала только она. Я видел, как другие маги Воздуха делали так в прошлом. Даже Лирика. Я не знал, понимала ли она, что делала это. Потому что я смотрел, как она застыла, глядя на Ланию и Розамонд. Нет, Лирика не понимала, что сама выглядела так нереально. Было бы интересно увидеть, что будет, когда она поймет размер своих сил и способностей.

– Это трата времени, – прорычал лорд Грязи. Его жена похлопала по руке мужа, они оба игнорировали Вин рядом с собой.

На спине Вин были пристегнуты два меча, я не видел ее с таким. Она тренировалась с ними, но обычно они мешали ее магии Земли. Теперь у нее не было магии. Она была дейном, и я ненавидел это. Нам нужно было найти способ вернуть силы народу. Потому что Вин без магии была как солнечный день без солнца. В этом просто не было смысла.

– Мы будем просто стоять и ничего не делать? – Вин старалась звучать бодро.

Ее родители напряглись, но не смотрели на нее. Даже не взглянули. Не признавали ее. Когда это кончится, я убью их. Сначала мне нужна была их помощь, чтобы убить короля Люмьера.

– Нужно идти. Король точно уже послал шпионов ждать, – сказал Родес, разминая шею. Люкен стоял рядом с ним с мечом наготове, Брэлинн была на его плече. Я не знал, почему они решили, что фамильяр поможет. Она защищала Люкена. И Лирику. И я ощущал, что она становилась сильнее, это радовало. Было бы интересно видеть, что будет, когда она проявит себя.

Лирика не знала, какой она была.

– Вы будете говорить? – спросила Лирика у лордов и леди. – Потому что мы уже пытались, и он нас не послушал.

– Да, – сказала Лания, убрав прядь волос за ухо Лирики. Лирика заплела волосы в две косы, ниспадающие на спину, чтобы за волосы не потянул маг, решивший использовать шанс. Мы знали, что шли в бой, хоть и собирались вести переговоры.

Мы найдем способ. Должны.

– Мы попытаемся уговорить короля. Но он не поддастся. Он никогда не слушает, – Лания посмотрела вдаль, Шиммер кивнула ей.

– Он с юности хотел большего. Даже когда мы были детьми дворов, смотрели, как родители совершали те же ошибки, какие мы совершаем теперь, – Шиммер повернулась к мужу, сжала его ладонь.

– Время пришло. Пора идти, или мы опоздаем. И тогда мы сами подпишем приговор, – Розамонд покачала головой. – Не нравится, когда видения приходят так.

– Я бы не хотела, чтобы они перебивали мои слова, – Эмори посмотрела на нас.

Я приподнял бровь и посмотрел на дядю.

– Мы берем ее?

– Она стоит тут. И нет. Я не иду. Я остаюсь. Просто хотела пожелать удачи. Не хочется, чтобы это был последний раз, когда я вас вижу. Вернитесь. Целыми, – она сжала ладонь Лирики и ушла. Лирика просто покачала головой, на лице было смятение. Не у нее одной. Но я знал, что на это не было времени.

– Идемте, – сказал я и встал возле Лирики. Она сжала мою ладонь, я переплел пальцы с ее. Я знал, что другие смотрели. Я не собирался отходить. Она нуждалась во мне. Как в друге и союзнике. Это я мог.

– Сделаем это.

– Да, давайте, – мы сделали несколько шагов, и я резко развернулся, вспомнив, что мне нужно было кое – что еще сделать. Я все – таки был королем. – Мейсоны, мы попытаемся найти перемирие. Обещаю. Если это не случится, бейтесь за свой народ. Бейтесь за тех, кого мы оставили. Боритесь за тех, кто уже потерял жизни и силы, – я не смотрел на Вин, ощущал ее обжигающий взгляд. – У нас Жрица Духа, у нас лорды и леди не одного королевства. Мы будем сильными. Мы найдем способ сделать это. Это не будет наш конец. Бейтесь за то, что правильно. Используйте мозги, магию, навыки и друг друга. Полагайтесь друг на друга и работайте вместе.

Звучал шепот, народ кивал, согласно закричал. Это поднимало боевой дух.

– Боритесь и вернитесь домой, – приказал я, желая, чтобы они послушались.

Кроме лордов, леди и моего внутреннего круга, все тут были магами Огня или Земли. Я знал, что для следующего боя нужно было больше. Когда мы пройдем это, нам понадобятся маги Воды и Воздуха, которые верили в борьбу за правильное и хотели выбраться из – под власти Серого.

Но это было для другого раза.

А сейчас нужно было сделать ход.

Лирика сжала мою ладонь и отпустила. И мы прошли к чарам. Они скользили по моей коже, словно пытались удержать, но и прощались при этом. Я знал, что однажды чары падут. Наш кристалл умирал, и для них не останется силы. Это было неминуемо.

Может, это было хорошо. Если на нашей стороне будут те из Люмьера, кто поддерживал наши взгляды, может, чары не должны разделять нас. Я отогнал эти мысли, потому что сначала нужно было победить. Победить, а потом действовать дальше.

Король Люмьера стоял на другой стороне поляны, как только мы прошли чары. Это была нейтральная земля. Тут прошло много встреч за годы, даже несколько боев. Она была на южном краю, где два двора встречались, была сильно защищена, чтобы никто не мог войти и выйти без нашего ведома. Мои стражи уже были там, медленно выстраивались за нами.

Я посмотрел на броню короля, его огромную армию. Я знал, что разговора не будет.

Он хотел покончить с Обскуритом. Хотел быть королем всего, и он был готов.

Как и мы.

– Лания, Родес, Розамонд, ко мне. Вы не из Обскурита. Вы – Люмьер. Вы из света, добра и силы. А не из мерзкого королевства, отбросившего все добро. Я ваш король, и вы будете слушать меня, – тут же крикнул король Люмьера.

За ним было больше четырехсот магов Люмьера, все были в золотой и серебряной броне, которая выглядела так, словно ее начистили утром. Столько магов… но они не видели, что делал их король. Я узнал нескольких с боя с лордом Воздуха, знал, что их не уговорить. Они знали, что их лорд костяной магией убил много невинных.

Лига и Кредо стояли с Брокком, хотя их ряды были не такими, как когда мы бились с братом короля. Или не все были тут по какой – то причине – может, были на моей территории, или шпионили на своих землях – или не все хотели идти за королем. Я не знал на сто процентов. Я знал, что они будут самым страшным боем. У короля был свой круг, самые сильные маги. В отличие от меня и моей мамы, он не любил держать сильных магов рядом. Он предпочитал править из места власти, а не заводить рыцарей и воинов, как мы. И у него не было кого – то, как Вин, Люкен или Тиган. У него не было моих дядь, которые были целителями, кузнецами и бойцами. У него был он и способные воины. Мои были сильнее. И хоть я привел меньше воинов, мы были силой. Мы тренировались вместе, даже Лирика. Мы победим.

Мы должны были.

– Ну же, Брокк, – начала Лания. – Ты не видишь, что мы должны обсудить, что происходи с нашим миром?

– Если не придете сейчас ко мне, вы будете считаться предателями и умрете от моей руки.

– Я – леди Воздуха. Ты не можешь лишить меня этого титула. Нужно больше, чем указ безумного короля, чтобы сделать это, – голос леди Воздуха разносился над землей, воздух окружил ее, чуть развевал ее тунику над кожаной броней. Она выглядела как богиня, и я был рад, что она была на нашей стороне.

– Я сделаю, что нужно, чтобы защитить свое королевство, – прорычал Брокк.

– Ты так говоришь, но ты здесь, позволяешь Серому управлять тобой. Мы видим тени среди вас. Мы видим их в ваших глазах, – плюнул Родес.

Я посмотрел на Лирику, она напряженно кивнула. Нам не нужно было говорить. Мы дадим семье разбираться, а пока проверим, чтобы наша сторона была готова. А потом мы будем биться.

– Ложь! Это ложь. Я знаю, это мрак Обскурита. У них есть темные. Они заодно с ними. Иди к нам, Розамонд. Будь нашим Пророком. Не давай их темной лжи и соблазну увести тебя от семьи. Они уже убили твоих родителей, не давай им убить и тебя.

– Я на верной стороне своей судьбы. Похоже, дядя, ты никогда там не был.

– Просто убей ее, отец, – рявкнул Эйтри. – Они всегда были странными. Ты знаешь, что они могли работать с Обскуритом все это время. Из – за них умер твой брат. Давай уже покончим с этим.

Эйтри скрестил руки на груди, и я подавил желание покачать головой. Этот парень не был будущим королем. Он не был воином. Броня идеально сидела на нем. Не была потертой, ее не использовали. Эйтри баловал отец, и его мать стояла в стороне, так что королева Люмьера, Дельфина, не могла влиять на мужа или сына. Что – то в ней было не так, что я не мог понять. Она не будет биться сегодня, ведь она была в длинном развевающемся платье, а не броне. Она смотрела на Родеса, Ланию, Розамонд и Люкена, и я видел тоску там.

Когда мы выберемся, если выберемся, мы используем это. Выясним, что думала Дельфина. Там что – то было. Это я чувствовал.

– Хватит, – рявкнул Брокк. – Вы сказали, что хотели поговорить… так говорите.

– Серый всегда был кошмаром, – начал лорд Земли, и я не мешал ему говорить.

– Мне плевать, что думают лорды и леди Обскурита, – Брокк махнул рукой. – Они – враги. Не видите это? Они просто бросают в нас ложью. Они провели так много времени во тьме, в ужасе, что не знают, что происходит в нашем мире. По их вине многие теряют силу. А теперь они стоят против нас. Они – не мы. Не слушайте их.

– Тогда слушайте меня, – сказала Лирика, и я выпрямился, пошел рядом с ней, когда она шагнула вперед от армии.

– Что ты хочешь сказать, девчонка? – оскалился Брокк.

– Я – Жрица Духа. У меня пять стихий, – с обеих сторон послышался шепот, и я вспомнил, что не все знали, кем она была, и сколько у нее было стихий. Она была из легенд, как Серый. Как пророчества.

И она вступала в свою силу. Она должна быть нашим маяком надежды, потому что я таким не был.

Она была тем, что было нам нужно, и как только она поймет это, все изменится.

– Ложь.

– Я не вру, Ваше величество, – сказала она, и я подавил ухмылку. Никто не использовал «ваше величество» в этом мире. Мне нравилось.

Брокк выглядел так, словно не знал, была она серьезно, или это было оскорбление, и мне казалось, что она хотела его уколоть.

«Это моя девочка».

Лед снова сковал мое сердце, один удар, другой, и я уже ничего не чувствовал.

– Все детские истории и пророчества были об этом моменте. О том, что будет. Нам нужно объединиться. Я тут, чтобы помочь этому. Вам нужно помочь. Мы не сможем без вас, король Брокк. Нам нужны обе территории, чтобы биться одним миром против тьмы.

– Ты с тьмой, или ты не знаешь, что означает Обскурит?

– Обскурит – это королевство. Тьма у Серого. Мы – не просто свет и тьма. Мы и то, и другое, как и Серый. Нам нужно понять, как одолеть его. И если мы продолжим биться между собой, мы не выживем. Помогите нам. Выступите с нами. Не тратьте время. Он уже впился в нас когтями. Во всех нас. Мы должны победить. Или мир рухнет.

– Милые слова для девочки, которая даже голову поднять не может от ее сил. Король Обскурита уже гнушается тебя, так зачем мне тебя принимать?

Я хотел что – то рявкнуть, вскинуть руку и ударить Огнем по его телу. Я это не сделал. Хотя я едва остановился. Кто – то сказал ему о моем проклятии, Гаррик? Шептун? Или при моем дворе было больше его шпионов? Я тоже был со шпионами при их дворе. Так было у всей знати. Так я пытался узнавать о ситуациях при дворе. И искал его слабости. Он нашел мои. Он убивал моих шпионов часто, а я старался выражать милосердие.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю