Текст книги "Тайна в небе (ЛП)"

Глава 11. ФЕРМЕРСКАЯ УЛОВКА

У Ренни были огромные кулаки. Один специалист по медицине когда-то утверждал, что это крупнейшие кулаки, какие когда-либо имел человек, включая Кардиффского гиганта. Ренни не был хвастуном – кроме одного пункта: он утверждал, что не существует деревянной двери, панель которой он не способен выбить кулаками.

Ренни, он же полковник Джон Ренвик, был инженером, известным на большей части земного шара. В последние дни он редко занимался этой профессией. Он любил волнение, и ради него служил солдатом неприятностей в маленькой группе Дока Сэвиджа.

Ренни сидел в нью-йоркской штаб-квартире Дока Сэвиджа в небоскрёбе. На коленях у него лежала газета. Под газетой, скрытый ею, находился один из супер-пистолетов бронзового человека, способный выпускать многие сотни пуль в минуту.

В дверь снова постучали.

– Войдите, – пригласил Ренни.

Вошедший мужчина был башней из костей. Он моргнул на газету, затем потрогал монокль, свисавший с лацкана на ленте.

– Твоё поведение порождает опасения, – академическим голосом произнёс он.

– Не знал, что это ты, Джонни, – прогрохотал Ренни голосом, громкость которого напоминала сердитого медведя в пещере. Он убрал пистолет-пулемёт в карман.

Новоприбывшим был Уильям Харпер Джонни Литтлджон – джентльмен с двумя страстями: приключениями и длинными словами. То, что его считали одним из самых учёных знатоков археологии и геологии, было лишь маленькой деталью.

– Длинный Том связывался с тобой в течение минувшего часа или около того? – спросил Джонни.

Ренни моргнул. – Вот это меня озадачило.

– Длинный Том мне звонил, – сообщил Джонни более короткими словами. – Он указал, что располагает сведениями сопоставимой важности.

– Понятно, – неопределённо ответил Ренни. – Нет, мне он не звонил.

Джонни прошествовал в библиотеку, выглядя худее, чем только может быть живой человек, и вернулся с книгой лишь немного меньше чемодана. Он раскрыл её и принялся вчитываться в страницы мелкого шрифта.

Это была написанная самим Джонни книга об образе жизни доисторического птеродактиля.

– Освежаешь знания? – спросил Ренни.

– Я кое-что упустил, – объяснил Джонни. – К тому же вопрос немалого значения, касающийся лапидификации, или прогрессирующего лапидесцентного состояния овального…

– Пощади, – попросил Ренни. – У меня и так голова болит. От Дока есть вести?

– Нет, – кратко сказал Джонни.

Дверь распахнулась, впустив бледного, измождённого мужчину, который выглядел настолько нездоровым, что ему впору было лежать в больнице. Ростом он едва достигал среднего, а цветом лица обладал не более румяным, чем гриб.

– Нечто важное! – крикнул он, размахивая бумагой.

Это был майор Томас Дж. «Длинный Том» Робертс, выдающийся гений электричества, который ни дня в жизни не болел.

* * *

На бумаге были напечатаны слова:

Я знаю, что ты правильный парень и интересуешься этим убийством Уилларда Спэннера. Иди на Карл-стрит, 60, и, может быть, кое-что узнаешь. Но будь осторожен. Потом я тебя найду, и если захочешь сделать для меня что-нибудь за наводку, тоже хорошо.

Базз.

– Кто такой Базз? – прогрохотал Ренни.

– Понятия не имею, – сказал Длинный Том. – Но в это стоит вникнуть хотя бы потому, что общественность не знает о нашем интересе к делу. Этот человек знал, значит, наверняка вышел на что-то стоящее.

– В высшей степени правдоподобно, – согласился Джонни.

Ренни сжал огромные кулаки, превратив их в удивительно суровые на вид глыбы, и проворчал: – Интересно, что за место эта Карл-стрит?

Это была шикарная жилая улица. Они выяснили это, когда полчаса спустя такси везло их по Карл-стрит. Улицу обрамляли многоквартирные здания, и, чтобы увидеть небо, приходилось смотреть почти строго вверх. Здания выглядели новыми.

Дом номер 60, мимо которого они проехали, был одним из наиболее внушительных; в квартирах имелись большие окна, а под брезентовым навесом стояли двое швейцаров в форме вместо обычного одного.

– Что будем делать? – вслух задумался Длинный Том. – Место большое. Должно быть, квартир триста. А мы не знаем, что ищем.

– Вломимся и начнём задавать вопросы, – предложил Ренни.

– Первобытное рассуждение, – сказал Джонни.

– Точно, – согласился Длинный Том. – Мы даже с места не сдвинемся и, возможно, спугнём наших птичек.

– От одного взгляда вреда не будет, – возразил Ренни. – Подниму воротник пальто и войду.

– А куда денешь эти кулачищи? – фыркнул Длинный Том. – Слежкой займусь я.

Они велели таксисту завернуть за угол и вышли. Длинный Том стоял на тротуаре и чесал голову.

– Лучше не входить слишком открыто, – заявил он. – Эти птички могут знать нас в лицо.

Тут его, по-видимому, осенила яркая мысль: он оставил двоих, лавируя среди машин, перебежал улицу и вошёл в телеграфную контору.

Ренни и Джонни ждали. Прошло пять минут, и они начали терять терпение. Они уже собирались пойти выяснять, когда из телеграфной конторы вышел посыльный. Он оказался прямо перед ними, прежде чем они узнали Длинного Тома.

– Дал мальчишке два доллара за форму взаймы, – ухмыльнулся электротехник.

* * *

Он вошёл в многоквартирный дом, неся пустой конверт телеграфной компании, а когда один из швейцаров попытался его остановить, свирепо посмотрел и сказал: – Нет уж! Вы, парни, не лишите меня чаевых за доставку этого послания!

Длинный Том вошёл дальше и подошёл к табличке-справочнику со списком жильцов, как в офисном здании. Для жилого дома этот обычай был необычным, а для Длинного Тома – счастливой случайностью.

Длинному Тому хватило одного взгляда; затем он развернулся и вышел. Когда он присоединился к остальным, бледное лицо выражало возбуждение.

– Угадайте что! – взорвался он.

– Чёрт! – проворчал Ренни. – Вот так начал. Что тебя гложет?

– У Уилларда Спэннера были лаборатория и комната на Стейтен-Айленде, – сказал Длинный Том. – Полиция обыскала их, но не нашла ничего, что указывало бы, за что его убили. Я прав?

– Прав, – прогремел Ренни.

– И всё же в списке жильцов этого дома указано, что у Уилларда Спэннера там квартира, – сообщил Длинный Том.

Ренни тяжело шагнул вперёд. – Возможно, в этой зацепке всё-таки что-то есть. Какой номер у квартиры?

– Квартира 2712, – сказал Длинный Том.

* * *

Пятнадцать минут спустя Ренни и Джонни появились у служебного входа в многоквартирный дом, неся большой деревянный ящик, на боках которого чёрным мелком было написано: «Квартира 2712». Их замысел быстро наткнулся на препятствие. Оказалось, что в доме имелась служба доставки посылок.

– Мы должны установить эту штуку, – прогрохотал Ренни и постучал по ящику. – Не трудитесь звонить в квартиру. У нас есть ключи.

Служебный лифт поднял их наверх, и они, слегка покряхтывая, понесли большой ящик по коридору. Остановились у двери, прислушались, ничего не услышали, обменялись взглядами, а затем позвонили. Ответа не было.

Ренни извлёк из кармана внушительный набор отмычек. Он принёс их из штаб-квартиры Дока. Он перепробовал почти двадцать, и на длинном серьёзном лице уже появилась тревога, прежде чем один из ключей сдвинул сувальды.

Внутри была модернистская приёмная, оформленная в чёрном цвете и сияющем хроме. Ренни с одобрением её осмотрел. Он и сам был ценителем модернистских квартир и владел одним из самых экстравагантно украшенных жилищ в городе. Не особенно заботясь о полированном полу, они с Джонни втащили ящик внутрь. Дверь закрыли.

– Эй! – неуверенно крикнул Ренни.

Ответом было лишь эхо.

Они прошли в первую дверь. Если приёмная была модернистской, то следующая комната впадала в противоположную крайность: её обставили в стиле начала двенадцатого века. Над камином висели огромные палаши, стол был массивным, вытесанным вручную, а у противоположных концов комнаты стояли два доспеха. Чучела кабаньих голов дополняли оформление.

– Неплохо, – сказал Ренни.

Они двинулись дальше.

Оба доспеха зашевелились одновременно. Каждый повернул стальную латную перчатку, открыв спрятанный от глаз маленький автоматический пистолет.

– Вы вошли прямо в ловушку, – сказал голос из-за прорезей шлема.

Ренни расплылся в улыбке. Одной своеобразной чертой Ренни было то, что при трудностях он словно становился веселее; и наоборот, когда он выглядел печальнее всего, то, вероятно, был счастливее всего.

– Вы рискнули, – прогрохотал он.

– О, мы решили, что вы не позовёте полицию, – сказал человек в доспехах. – Люди Дока Сэвиджа так не работают.

Из задних помещений квартиры теперь вышли ещё четверо мужчин. Они держали оружие. Двое тщательно обыскали Джонни и Ренни.

– Заприте дверь, – предложил один.

Мужчина подошёл к двери в коридор и повернул ключ, затем вернулся, подбрасывая его на ладони.

– Вытащите нас из этих жестяных штанов, – предложил один из пары в доспехах.

Так и сделали.

* * *

Джонни и Ренни ничего не говорили, но изучали пленителей, и оценка была не особенно утешительной: все шестеро не нервничали, держались жёстко и уверенно, а отрывистое безразличие речи показывало, что им не чужды ситуации, связанные с психическим стрессом. Это были люди, способные быть насквозь дурными; ни один не выглядел слабаком.

– Ну! – отрезал один. – Как мы вам нравимся?

– Вы бы выглядели лучше с чёрным капюшоном на голове, – сухо произнёс Ренни. – Именно так вас нарядят, прежде чем посадить на электрический стул!

– Ага! – Мужчина взмахнул рукой. – Он нам угрожает!

Другой сухо сказал: – В Калифорнии мы захватили Дока Сэвиджа, а теперь берём этих троих. По-моему, с сопротивлением мы почти покончили.

– Босс зря обливался потом, – сказал первый. – Этот Док Сэвидж оказался не таким уж опасным соперником.

– Всё из-за проклятого Уилларда Спэннера, – проворчал первый мужчина. – Его предупредили об этом деле и велели связаться с Доком Сэвиджем. Нам пришлось его убрать.

– Дело было не столько в том, что его пришлось убрать, – поправил второй. – Сложнее было схватить его во Фриско в полдень, а пару часов спустя прикончить здесь, в Нью-Йорке, когда он попытался сбежать.

Первый говоривший кивнул. – Но все сведения он отправил почтой в свою нью-йоркскую квартиру, и нам пришлось привезти его сюда и заставить достать для нас письмо.

Обычно Ренни не показывал удивления. Но теперь глаза едва не вылезли из орбит.

– Вы добрались из Сан-Франциско до Нью-Йорка меньше чем за два часа? – взорвался он.

– Конечно, – усмехнулся другой. – Разве не чудесно?

– Не верю! – прогрохотал Ренни.

Джонни задал мучивший его вопрос. – Эта квартира когда-нибудь принадлежала Уилларду Спэннеру?

– Чёрта с два, – усмехнулся другой. – Мы просто приготовили это как сладкую глазурь для приманки.

Тут мужчина громко щёлкнул пальцами. – Проклятье! Один из этих типов всё ещё на свободе! Тот, что выглядит так, словно вот-вот умрёт. Они зовут его Длинным Томом.

Мужчина, который, казалось, был главным, посмотрел на часы.

– Займёмся им потом, – решил он. – «Сибриз» начнут разгружать примерно через час. Нам придётся двигаться быстро.

Теперь мужчины принялись надевать на Джонни и Ренни наручники, связывать и затыкать им рты; работали быстро и легко, с суровым спокойствием в манерах, словно совершенно уверены в своём положении и не ожидали никаких помех.

Они были более чем слегка поражены, когда Длинный Том из дверей модернистской приёмной сказал: – Всем стоять совершенно неподвижно.

Позади Длинного Тома стоял ящик, в котором Ренни и Джонни отнесли его наверх – как раз на случай подобной чрезвычайной ситуации.

* * *

Шестеро зловещих мужчин в квартире прежде сохраняли спокойствие, и теперь оно их не покинуло: они лишь повернулись, увидели супер-пистолет в бледной руке Длинного Тома, должным образом впечатлились и не делали возбуждённых движений.

Они медленно отвели руки от боков, позволили оружию упасть на ковёр и подняли ладони над головой.

– Сохраняйте это положение, – распорядился Длинный Том.

Он шагнул вперёд и освободил Ренни и Джонни, а те, в свою очередь, тщательно обыскали пленников и разоружили их. Обыск дал меньше, чем они надеялись: в карманах пленных были лишь деньги, а ярлыки внутри одежды аккуратно срезаны.

– Свяжите их, – предложил Длинный Том.

Так и сделали; завязки от штор и провода от торшеров послужили путами.

Длинный Том нахмурился на них и спросил: – Что это я слышал о «Сибризе»? Что такое «Сибриз»?

– Скаковая лошадь, – тут же ответил один из мужчин.

Длинный Том покачал головой. – Вы сказали что-то насчёт разгрузки…

– Конечно! – Другой пожал плечами. – Лошадь только что прибыла с юга поездом. Нам нужно её выгрузить.

Ренни прогремел: – Это ложь!

Мужчина выглядел обиженным. Длинный Том вопросительно поднял брови.

– «Сибриз» – новый океанский лайнер, – сказал Ренни. – Я читал о нём в газетах. Он прибывает сегодня, и на борту много золотых слитков. Их везут из Европы.

– Вот как! – Длинный Том свирепо взглянул на пленников. – Что произойдёт с «Сибризом»?

Никто ничего не сказал.

– Это просто совпадение! – прорычал один из банды. – «Сибриз» – скаковая лошадь.

– Это мы ещё выясним. – Длинный Том махнул в сторону двери. – Мы едем к пирсу, где швартуется этот океанский лайнер.

– Кто-то должен сторожить этих птичек, – прогремел Ренни.

– Можешь взять эту работу на себя, – сказал ему Длинный Том. – Ты о ней подумал.

Они недолго поспорили, и закончилось всё подбрасыванием монет, в котором проиграл Ренни; поэтому, ворча и выглядя очень серьёзным, он взял на себя охрану пленников, а Джонни и Длинный Том отправились к пирсу, где швартовался лайнер «Сибриз», чтобы выяснить, связан ли он с текущим делом.

Длинный Том и Джонни ехали вниз в лифте и останавливали такси перед многоквартирным домом в чрезвычайно бодром настроении.

Они были бы не столь веселы, если бы случайно заметили действия мужчины, в тот момент припарковавшего автомобиль дальше по улице, в двух десятках ярдов.

* * *

Мужчина в автомобиле поспешно наклонился, скрыв лицо, а когда вынырнул, чтобы проследить, как Длинный Том и Джонни исчезают из виду, держал перед собой газету непринуждённым образом, который, однако, надёжно его закрывал.

Выйдя из автомобиля, мужчина поднял воротник пальто и очень низко опустил поля шляпы. Он быстро пошёл и вошёл в многоквартирный дом, умудрившись отвернуть лицо от швейцаров.

В свободной руке мужчина нёс маленький футляр, в котором мог помещаться набор врачебных инструментов.

Лифт выпустил его на двадцать седьмом этаже. Он подождал, пока кабина уедет, затем скользнул к двери квартиры, куда заманили Длинного Тома, Джонни и Ренни.

Мужчина открыл маленький футляр. Сначала он достал резиновую маску, плотно облегавшую лицо. Это было самое настоящее фальшивое лицо с подкладкой, благодаря которой теперь казалось, будто у мужчины пухлые щёки, кривой нос и не один подбородок.

Из футляра появились также жестяная банка с винтовой крышкой и воронка, нижний конец, или носик, которой был сплющен. Мужчина просунул плоскую часть воронки под дверь. Он вылил в неё содержимое банки, и вещество – жидкость – потекло в квартиру.

Мужчина поспешно отступил, и стало очевидно, что он задерживает дыхание. Он подошёл к окну в конце коридора, открыл его и встал прямо на сильном сквозняке, который теперь задувал внутрь. Он глубоко дышал.

Он простоял там целых пять минут, сверяясь с часами. Затем развернулся и подошёл к двери квартиры, вытащив ключ из кармана. К счастью, второй ключ не оставили в замке, когда запирали изнутри, поэтому человек в резиновой маске без труда вошёл.

Вещество на полу испарилось. Мужчина задерживал дыхание, пока не открыл окна, затем вышел наружу и ждал, когда из квартиры выветрится газ, который он вылил под дверь.

Ренни и остальные находившиеся в квартире мужчины теперь были без сознания.