Текст книги "Наложница ледяного дракона (СИ)"

Автор книги: Катя Лоренц

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

Пятьдесят ударов! Когда Джамиля меня ударила, у меня аж искры из глаз полетели. А тут пятьдесят! Да еще бить будет не женщина, наверняка удары еще сильнее. Я просто не представляю, как перенесу эту боль. И выживу ли вообще.

Меня вытаскивают на задний двор. С ужасом смотрю на деревянный столб. Я несколько раз проходила мимо него, задаваясь вопросом зачем здесь это уродливое строение, теперь я это узнаю, проверю на собственной шкуре.

Меня прижимают к столбу лицом, связывают руки веревкой.

– Я хочу видеть Сэта, пусть он лично подтвердит наказание.

– Гаремом управляю я, – отвечает Амира, занимая принесенный на шоу стул. – А у императора, итак, слишком много дел.

Поднимаю глаза вверх. Все балконы полны наложниц и слуг. Кто-то злорадствует, а кто-то причитает, но помощи просить у них бесполезно.

– Сэт! – кричу, что есть мочи. Но вряд ли он меня услышит. Его зал для приема на другой стороне.

Мне завязывают рот. Кожу на шее обжигает холодный металл, ползет вниз до поясницы. Разрезанная ткань свисает лохмотьями.

Меня потряхивает от страха и ужаса предстоящего. Похожее я чувствовала в темнице, когда полчище крыс хотели меня съесть живьем.

– Приступайте, – будничным тоном велит Армина, отпивая принесенный чай.

А я уже забыла в какой варварский мир попала. Что тут могут казнить без суда и следствия.

Позади меня свистит плеть, я сжимаюсь в комок, вонзая ногти в дерево, но удара не чувствую. Мой палач, видимо разминается.

И когда свист повторяется, слышу его голос.

– Остановись! – плеть бьет по спине, но не сильно.

Ко мне бежит Сэт, за ним следом семенит Асхат.

– Аиша, – смотрю на встревоженное лицо императора, и из глаз бегут слезы облегчения. Спасена. Он здесь! Пришел к своей Аише.

Император разрезает веревки на руках, и развязывает рот, и крепко сжимает в объятьях.

– Я так испугалась, Сэт.

– Прости меня. Я спешил как мог.

– Сынок, я надеюсь ты не отменишь мой приказ?

– Отменю, мама! – его голос вибрирует от неконтролируемой ярости.

Он снимает свой сюртук вышитый золотой нитью и накидывает на мои плечи.

– Как? Ты даже не знаешь, что совершила эта непокорная вентус. Она оскорбила твою родную мать! Проявила высшую степень непочтения.

– Какую же?

– Отказалась вставать на колени. Передо мной!

– Я ей это позволил.

– Это нарушение закона. И у тебя нет права лезть в дела гарема.

– Могу. В случаях крайней необходимости. Я император, если ты не забыла. И гарем скоро прекратит свое существование.

– Ты серьёзно? Нарушишь вековые традиции? Ради какой-то грязной оборванки? Ради той, которая проявила неуважение?

– Сейчас я вижу единственную, кто проявляет неуважение ко мне. Это ты, мама. И ты конечно, прекрасно знаешь, какое я должен назначить наказание. Что велит закон? Осторожнее со словами, мама. Не забывай. Я в первую очередь император, а уже потом твой сын. Но я вынесу тот же приговор, что ты назначила Аише. Палач еще здесь. Итак, ты все еще мне перечишь? – Армина сверкнула взгляд, но потом покорно склонила голову.

– Будет так, как вы прикажите кайзер Сэт-али-Амон.

– Все, кто посмел войти в мои покои без разрешения, в том числе и охранники, которые приказы моей матери ставят выше императорских, будут наказаны. Пойдем, Аиша, – Сэт взял меня за руку и повел за собой.

Перед нами падали на колени и просили пощады те самые охранники, что тащили меня.

– Не входить в мои покои! Кто войдет без приглашения, пусть попрощается с жизнью! – прорычал он. Император шел так быстро, что я не поспевала. Я буквально бежала за ним следом.

И всё еще страх до конца меня не покинул. Я видела, что он зол и не понимала на кого. Может на меня? Ведь я и правда нарушила закон, грубо разговаривала с его матерью. Карима сотню раз говорила мне, как я должна себя вести. А он же сказал – в первую очередь император. И никого не пощадит. Даже маму. Тем более меня. Кто я такая для Сэта?

Входим в покои, он закрывает дверь. Я заворачиваюсь в сюртук, меня бьет мелкая дрожь. Слепым взглядом смотрю в одну точку.

Если мужчина, с которым я провела самую потрясающую ночь, накажет меня, это будет конец нашим едва зародившимся отношениям.

Его руки ложатся на мои плечи. Я вздрагиваю.

– Не бойся, моя девочка. Все позади.

– Ты не отправишь меня в темницу? Не прикажешь выпороть?

– Так ты меня испугалась? – киваю, кусаю губу. – Глупенькая, – чувствую его ухмылку. Сэт снимает сюртук, отбрасывает его в сторону. Его губы нежно касаются оголенной спины.

– Как представлю, что Асхат мог не прийти, или был бы не настолько смелым, чтобы прервать важное собрание…

– Так это он тебя предупредил?

– Угу.

– И ты серьезно хочешь наказать охранников?

– Они ослушались меня! Выволокли тебя на всеобщее обозрение! – взрывается он.

– И что с ними будет?

– То же, что они хотели сделать с тобой.

– Нет. Сэт, пожалуйста! Это же равносильно смертному приговору. Я не хочу, чтобы по моей вине кто-то пострадал.

– Какая ж ты добрая, моя девочка. Они же тебя не пожалели.

– Они люди подневольные. Уволь их. Выгони. Возьми на службу других.

– Это слишком мягкое наказание.

– Ну, пожалуйста.

– Хорошо. Я подумаю.

Он дергает за рукава, изрезанная тряпка, некогда бывшая моим платьем, летит на пол. Я завожу руку назад, накручиваю жесткие волосы на палец. Позволяю его рукам, ласкать мое податливое тело и любуюсь отражением нашей пары в зеркале.

– Красавица моя, – шепчет он, целуя в шею, подталкивая меня к кровати.

Сэт

– Ты снова уходишь? – Аиша обнимает меня со спины.

– Да. Вчера пришлось свернуть заседание Совета.

– И когда все наложницы уедут?

– Это непросто. Я не могу их выгнать на улицу. Многие из них остались без семьи, или вообще не помнят откуда они родом. Слишком маленькими попали в рабство.

– Да, мне Лима рассказывала. Нужно решить этот вопрос. Дети не могут жить в рабстве. Это просто ужас.

– А что ты предлагаешь?

– Нужно построить дома, где о них бы заботились, учили. Чтобы у них появилась возможность выбрать себе профессию. А то так получается, что быть наложницей это единственный выбор. И нужно отметить рабство.

– Это слишком кардинальное решение. Гаремы распустим. А отмена рабства? Думаешь это так просто?

– Ты так и хочешь жить с кучей рабынь и выбирать себе на ночь одну из них?

– Я – нет. У меня есть ты. Но другие знатные люди, которые имеют не малое влияние в Мирвенте, категорически против отмены рабства.

– Еще бы! Извращенцы. А они хоть представляют какого бедным женщинам живется. Сидеть и ждать, когда господин удостоит ласки. Знать, что он в эту минуту с другой? И даже слово против не могут сказать.

– Не преувеличивай! Какие они бедные? У них еда, украшение, одежда. Они не побираются по улицам. Не просят милостыню.

– Они просто не знают другой жизни. У ваших женщин совсем нет прав, одни обязанности.

– Давай не будем ссориться. Я пытаюсь всё решить мирным путём. Но боюсь, будет война. Только уже гражданская.

– Война? – киваю.

– Мне пора.

– А я? Мне снова нельзя выходить?

– Да.

– Чем мне заняться?

– В моем кабинете есть библиотека. Почитай. Я постараюсь освободиться пораньше, и мы покатаемся на грифонах.

Вошел в зал заседаний. Амир, мой верный визирь уже был здесь.

– Все собрались и ожидают Вашего приглашения, император.

– Хорошо. Есть какие-то новости?

– До меня дошли слухи, что вельможи готовят заговор и собирают войско. Решили объединиться с Аидом.

– Имена зачинщиков известны?

– Пока нет.

– Найди их, Амир. И всех предателей казнить. Имущество забрать.

Двадцать вельмож входят в зал, смотрят со злостью. Амир зачитывает приказ о том, что по всей империи нужно распустить гарем.

– Теперь империей правит не кайзер, – слышу перешёптывания Даата, – а какая-то наложница.

Соскочив с дивана, подхожу к нему.

– Повтори эти слова мне в лицо, Даат.

– Господин, я… – его рыбьи глазки бегают, ища поддержки среди других вельмож.

– Я – император! И я принимаю решение. Не ты ли тот, кто решил пойти против господина?

– Нет, я бы никогда! – на его виске появляется испарина.

– Ты врешь! Трусливый змей. К Аиду решил переметнуться? Знаешь, что бывает с предателями?

Он падает передо мной на колени.

– Пощадите, император! Но я высказал мнение всех присутствующих здесь.

Остальные начинают лить в уши мед, что они преданы мне, что без моей воли даже лист с дерева не упадет.

Я выхватываю меч и казню предателя. В зале воцарятся звенящая тишина.

– Есть еще те, кто считает императора мягким и всепрощающим?

Все начинают клясться, что никогда так не думали.

– Учтите. Такая же участь ждет каждого, кто пойдет против меня и переметнется к Аиду. Все свободны.

– Не слишком ли жёстко, император? И зачем было мараться самому? Есть же палачи.

– Я никогда не прятался за спиной своих подданных. Ты знаешь, что я всегда летел впереди своего войска. И громил противника стоя плечом к плечу со своими солдатами. Что по Даату? Все его земли, имущество переходит империи. Позаботься о семье и его детях.

– А с рабынями как быть? Его гарем насчитывает более пятисот сервус.

– Выдели денежное довольствие.

В зал входит Асхат.

– Император, вас хочет видеть Армина-вентус-Амон.

– Здравствуй, сынок, – мама подошла и поцеловала меня в щеку. – Прошу, поужинай со мной, – жестом пригласила к столу.

– Я поужинаю с Аишей. Она меня ждет, – лицо Армины скривилось.

– А я? Разве я тебя не жду?

– Давай, мама, оставим никому не нужные расшаркивания. Что ты хотела?

– Я слышала про Даата.

– Как быстро распространяются слухи.

– От меня не может быть секретов. Это ужасно, что он посмел пойти против тебя. Готовил заговор вместе с этим грязным сыном той девки, Аидом, – глаза Армины кровожадно блеснули.

Столько лет прошло, уже давно нет отца в живых, а она все еще ненавидит фаворитку Амона, которую он так любил. Больше, чем её.

И тут Аиша права. Наложница может показать себя покорной, смирившейся с положением рабыни, а в душе люто ненавидеть соперницу. Травить, убивать, строить интриги, выгонять из дворца, стараться быть первой для своего господина.

– Он получил по заслугам.

– Да, но сколько таких найдётся? Воины не успевают отдохнуть между походами. Ты же не хочешь, чтобы они еще тратили силы на погашение восстания?

Твое решение распустить гарем – необдуманное! Какой же ты император без гарема? Куда должны пойти бедные девушки? Ты купил рабынь и несешь за них ответственность.

– Асхат уже пристроил третью часть. Многих берут в жены, кого-то в прислуги.

– Кому они нужны? В то время как большинство людей голодают, не знают как прокормить себя. Зачем им лишний рот? Тем более их готовили быть сервус, они не могут выполнять тяжелый труд. И я, как твоя мать, должна тебе это сказать. Ты ослеп, слишком увлекся фавориткой. Забыл про Джамилю. А она мать твоего наследника! Эта землянка превыше всего и всех. Даже матери. Ты слишком много позволяешь ей.

– Я не желаю об этом говорить! – хотел встать, но мама поймала меня за руку.

– Ты должен показать ей, кто главный в ваших отношениях. Кто из вас двоих мужчина.

– А есть сомнения?

– Ни у меня. У других.

Идя по длинному коридору, призадумался. Правда ли я слишком многое позволяю Аише? Отдал ли ей главенствующую роль в наших отношениях? Да и да. Одно ее слово, и я распускаю гарем, меняю привычный уклад жизни.

– Сэт! – несется ко мне радостная Аиша, сжимая в руках развёрнутую карту. – Я нашла отличное место. Старый дворец!

– Место под что?

– Под детский дом конечно! Нужно приказать, чтобы сделали ремонт. В саду можно поставить детскую площадку, найти учителей. Ах, да! Еще хороших поваров. И выделить деньги на все это. Я бы могла проследить за строительством, вместе с Асхатом и Лимой, конечно же.

– А не слишком ли ты раскомандовалась? Может ты возомнила себя императором?

– Ты чего, Сэт? – потянулась, чтобы погладить меня. Поймал ее руку.

– Я не грифон, чтобы приучать меня лаской.

– Я не понимаю. Ты же одобрил мое предложение по дому для сирот, – она закусила губу, смотрела своими невинно-обиженными глазками. Мне сразу захотелось прижать ее к себе и утешить.

– День был тяжёлым. Ужинай без меня.

– А ты куда?

– Вернусь поздно, – поцеловал ее в лоб.

Ушёл в крыло сервус.

– Господин, – поймала меня одна из наложниц, упала на колени, склонив голову.

– Встань.

Она покорно поднялась.

– Что ты хотела?

– Я прошу вас, не отправляйте меня из дворца. Мне совсем некуда пойти. Я всегда была покорной и послушной. Асхат не даст соврать, прилежно училась. Будучи инферио беспрекословно выполняла любую, даже самую грязную работу! Никогда никому не желала зла. Верните меня хотя бы в инферио! Я готова снова работать! Только умоляю, не гоните! Я пропаду. Или сгину в пустыне, или умру с голоду.

– Хорошо. Обратись к Асхату. Он переведет тебя в инферио.

– Спасибо, господин, – она упала передо мной на колени, и благодарно целовала руки.

Какой разительный контраст между ней и Аишей.

В Аише слишком сильно свободолюбие. В их мире женщины наравне с мужчинами работают, учатся. Они выглядят, порой как мужчины. С короткими стрижками, ходят в брюках. Могут повысить голос на мужчину. И после этого Аиша называл меня варваром?

Для меня дикость то, что творится в ее мире. А она землянка до мозга костей. Дай ей волю, она и мной командовать начнет.

Нет. Так обращаться с собой я не позволю! Необходимо покорить этого дикого грифона – Аню.

Я поднимаюсь на этаж фавориток. Лишь на мгновение тормозя возле комнаты Джамили.

Испытываю странное непривычное чувство угрызений совести, что оставил Аишу одну, а сам пошел к фаворитке.

Вздор! Она мать моего будущего ребенка.

– Господин, – Джамиля смотрит на меня радостно, хочет упасть в ноги.

– Не стоит. Я пришёл проведать тебя и наследника. Как вы?

– Все хорошо, – она любовно погладила большой живот. – Я как раз собиралась поесть. Не откажите мне и составьте компанию?

– Составлю, – Джамиля улыбнулась.

– Я сейчас, только попрошу, чтобы принесли прибор и вам.

Глава 16

– Слышала гарем разгоняют? – Джамиля накладывает в тарелку еду.

– Тебя неправильно проинформировали. Я никого не гоню. Просто считаю нецелесообразным держать столько девушек, кормить их. Зачем?

– Но это же власть. Что подумают другие? Что империя переживает не лучшие времена, что даже рабынь распродают. Гарем – это же признак власти, это статус.

– Что ж такое-то! Все женщины решили меня с ума свести и залезть в политику? Это вас не касается! Твое дело родить мне здорового наследника.

– Простите, господин. Я просто хотела поддержать беседу. Конечно меня это не волнует. Я больше переживаю за судьбу сына, – Джамиля заботливо погладила живот.

– А что за него переживать?

– Я хочу стабильности для своего сына для себя. Чтобы однажды новая фаворитка не затуманила ваш взор. И не наговорила всяких гадостей.

– У меня своя голова на плечах. Ты единственная кто в скором времени подарит мне наследника. А выше матери наследника никого нет.

– Это сейчас. А вдруг Аиша наклевещет на меня и вы выгоните меня и ребенка на улицу, а вдруг казните.

– Не придумывай! Аиша очень добрая девушка.

– Женщины становятся коварными, когда речь идет о счастье ребёнка, пойдут на любую подлость. Вдруг завтра и она забеременеет?

– Хватит этих ребусов. Перестань поливать Аишу грязью. Не забывай, что именно она спасла тебя от отравления. Если бы хотела тебе навредить, могла просто подождать, когда ты умрешь от действия яда.

– Да, и я безмерно ей благодарна. Но я слышала, как она распорядилась судьбой Ту́ры, хотя жила с ней в отсеке инферио.

– Я позволил. Потому что мое наказание было бы куда суровее, – Джамиля пододвигается ко мне и теребит пуговицы на сюртуке.

– Вы очень добры, мой господин, – сладко поет, смотрит стыдливо. – Я не хотела вам мешать. Вашему новому счастью.

– Джамиля, что ты хочешь?

– Раз я не могу вас больше получить, то я хочу быть уверенной, что однажды не окажусь на улице, если меня оклевещут. Могу я попросить, чтобы дворец в Серпии достался вашему наследнику? Это был бы по-настоящему императорский подарок.

– Почему именно Серпия?

– Это земли наших врагов. Я хочу, чтобы сын рос, и знал, с кем он будет бороться, стоя плечом к плечу рядом с вами.

– Серпия далеко. Если я отправлю вас туда, то смогу лишь изредка видеть сына. Когда родится сын, мы вернемся к этому разговору.

– Неужели за столько лет преданности вам, я не достойна такого подарка?

– Джамиля, ты перечишь мне.

– Что вы, мой господин. Как я могу?

– Я сказал, что вернемся к этому разговору.

– Ой, – она округляет глаза и кладет руку на живот. – Толкается! Дайте руку, – кладу руку на живот и чувствую толчок – Он здоровается с вами. Вот, мой мальчик. Это твой папа, – толчки становятся чаще и интенсивнее. – Он рад вас видеть.

Трудно описать, что творится в моей душе. Какой же я был мужчина без сына? А сейчас я чувствую себя полноценным. Во мне растет гордость. И любовь просто безгранична.

– Какой он сильный.

– Весь в вас.

Я прощаюсь с Джамилей ощущая себя самым счастливым человеком на планете. Целую ее в лоб.

– Я благодарен тебе, Джамиля. И ты получишь дворец. Я завтра же подпишу документы.

– Спасибо, спасибо! – целует мою руку.

Вхожу в покои, Аиша осторожно подходит ко мне и обнимает.

– Прости меня, Сэт. Ты прав, я слишком на тебя давлю. Не уходи больше так. Я обещаю, что исправлюсь, – зацепив подбородок, заставляю посмотреть на меня, поглаживая нежную кожу щеки. Целую ее в губы. – Я просто так загорелась этой идеей.

– Все в порядке. Как прошел твой день?

– Отлично! Я, по твоему совету, читала книги. И! – хитро улыбается. – Я нашла способ вернуться на Землю!

– Что? – мои ладони холодеют, а грудь стягивает. Сажусь на кровать, потирая лицо ладонями.

Аиша бежит в кабинет и возвращается с толстой книгой истории. Вот же я дурак!

– Тут говорится, что драконы спокойно путешествуют между мирами! – она откладывает книгу и залазит ко мне на колени.

– Драконы! Ты понимаешь? Мы попросим того дракона, что превратил змей в лед, вернуть меня на Землю. И когда мы это сделаем? Давай завтра! Мне так натерпится увидеть маму, убедиться, что с ней все в порядке.

– Что сделаем?

– Пойдем к дракону, попросим его вернуть нас на Землю.

– Его нет.

– Как?

– Улетел, – вру. Я не могу сейчас полететь на Землю.

В стране творится черте что. И меня всё еще не покидает страх, что когда она окажется на Земле, то не захочет возвращаться в мой мир. Там мама, ее друзья, учеба. Свобода нравов.

– А когда он вернется?

– Мы сразу же посетим твой мир, проведаем маму. А потом вернёмся сюда.

– А мама как? – вот! Она всё еще со мной, но уже мысленно готова остаться там.

– Все хорошо будет с твоей мамой.

– Мы сможем забрать ее сюда?

– Давай будем решать проблемы по мере поступления? Возможно, твоя мама не захочет жить здесь.

– Ну да, ну да. Ты прав. Ей же нужно квалифицированное лечение. А тут даже отравление распознать не могут.

– Не расстраивайся. Мы все решим.

– Угу, – Аиша садится на кровать, обнимает колени. Целую ее в плечо. – Ты голодный?

– Нет. Я уже поел.

– Где?

– Заходил к Джамиле, – целую ее в шею, тянусь к краю платья, чтобы снять. Аиша уворачивается.

– То есть. Ты оставил меня, чтобы поужинать с ней?

– Она мать моего наследника.

– Ха! Ха! И ещё раз ха!

Он был с ней, в то время, когда я ждала его здесь, места себе не находила. Мучилась от чувства вины, что слишком давлю на него. Он, итак, отказался от гарема. Я хочу слишком многого.

С императором нужно действовать как сапер. Тихо, осторожно. А то того и гляди рванёт, и костей не соберешь.

Но Джамиля – она предательница. Изменила ему и хочет, чтобы Сэт считал ребенка Аида своим. Я не могу больше об этом молчать. Сколько еще раз он вот так же будет ходить к ней?

– Что смешного, Аиша?

– Знаю, что должна была рассказать тебе раньше, как только узнала. Но я боялась за судьбу Джамили, да и сейчас боюсь, но молчать больше не могу. Дай мне слово, что с ней ничего не случится? Что ты не отправишь ее в темницу, не казнишь?

– Почему я должен это делать? – он сузил глаза и поджал губы. Меня насторожил его недоверчивый взгляд, но я продолжила.

– Я видела Джамилю и Аида вместе, на территории дворца. Они целовались. И… – семь потов с меня сейчас сойдет. Не думала, что говорить правду так сложно. Чувствую себя стукачкой. – Она говорила, что это его ребенок. А он называл ее «моя красавица».

– Да неужели?

– Я тебе говорю. Они целовались! Я хотела уйти, они меня услышали. А так дело бы зашло дальше.

Сэт отвернулся, потер лицо руками.

– Не думал, что ты такая. А Джамиля ведь предупреждала.

– Я не понимаю. Ты не веришь мне?

– Столько молчала и тут решила признаться, после того, как я ужинал у Джамили. Мне конечно приятно, что ты меня ревнуешь. Но методы какими ты устраняешь конкурентку ни чем не лучше, чем это делали другие. Даже хуже. Ты хочешь, чтобы я отказался от собственного ребёнка?

– Не ровняй меня с убийцами. Он не твой! Сам подумай, столько лет ни одна из наложниц не могла забеременеть. И о чудо! Стоило тебе уехать в поход, как сразу беременеет Джамиля. Есть вероятность того, что Джамиля ошибается и ребенок твой, но тогда зачем ей с такой уверенностью говорить, что он Аида? – Сэт соскакивает с места, и начинает нервно расхаживать по комнате.

– Я не понимаю, чего тебе не хватает? Что побудило тебя пасть так низко и наговаривать на нее? Я за долгое время, впервые проведал мать моего ребёнка и ты решила облить ее помоями.

– Я говорю правду, – опустила голову, давясь комком слез.

Нет. Он их не увидит. Я не буду реветь при нем.

– Не хватает такой малости. Доверия. Ей ты веришь больше, чем мне, – не стоило давать понять Джамиле, что всё знаю. Мне ужасно больно от его недоверия. – Доверие – самое важное, что есть в отношениях. И ничто это не заменит. Я не понимаю, зачем тогда я тебе нужна? Ты хочешь обманываться? Обманывайся на здоровье. Хочешь верить ей? Пожалуйста! Но раз так, я не хочу здесь больше оставаться.

– Что это значит?

– Я возвращаюсь в свою комнату.

– Аиша, прекрати! Это может быть опасным.

– Не больше чем здесь, – складываю принесенные вещи в сундук.

Сэт обнимает меня со спины. Нежно целует в шею. Взгляд мутнеет от непролитых слез.

– Пусти! – отталкиваю его.

– Нет.

– Тогда я уйду без вещей.

Выбегаю из покоев, бегу к себе, стирая с щек слезы. Зайти не успеваю. Из соседней выходит Джамиля. Рассмотрев мои красные глаза, довольно улыбается.

– Дай угадаю. Сэт тебя выгнал. Или нет. Ты захотела рассказать сказки обо мне и Аиде, и он тебе не поверил, – я шумно сглотнула. – Я права! – Джамиля подходит ко мне.

– Запомни, девочка. Когда ты, жила своей мирной и спокойной жизнью на Земле, и еще в школе училась, я здесь боролась с интригами, подставами. Выживала. Я знаю об этом всё. Так что ни тебе, милочка, было тягаться со мной.

– До поры, до времени. Но как только родится ребенок, Сэт всё поймёт.

– Когда родится ребенок, меня уже здесь не будет. Сэт мне, как своей любимой наложнице, пожалует дворец в Серпии. И я буду со своим мужчиной. Как же я устала притворяться, врать. Бояться, что обман будет раскрыт. А тебе советую валить из этого гадюшника. Это сейчас Сэт влюблен, но этот ненадолго. Когда это чувство пройдет, ты уже будешь не нужна, и тебя легко заменят другой. Выкинут как мусор.

Мне столько нужно было ему рассказать. О моем даре, о том, что я могу делать с растениями. Я никогда не слышала, что у кого-то на Земле был такой.

Можно предположить, что он появился у меня потому что этот мир так влияет на меня. Но как тогда объяснить тот случай на реке, когда я тонула и водоросли тянулись ко мне как живые? И после мне казалось, что они как-то странно реагируют на мое приближение.

В Мирвенте я узнала только об Антии с похожим даром. Мне стало интересно. Был ли в истории еще кто-то такой, как я и она. Оказалось, что было целое государство. Жители были очень миролюбивы, что не сказать об их соотечественниках.

Люди, включая Амона, захватили народ Антии, пытались увести для своих целей. Чтобы зацвела пустыня, чтобы люди не знали голода. Но правивший в то время король, решил дать отпор. И их уничижили.

В истории Мирвенте строятся предположения, что спаслись дочери короля с редким даром. Две. Одна Антия, как я понимаю. А вторая? И откуда дар у меня?

О всем этом я и хотела рассказать Сэту, но он не поверил про Джамилю.

С одной стороны я его понимаю. Империя давит на него, требует наследника. И он так хочет ребенка. Что просто отказывается верить, что Джамиля беременна не от него.

Слова Джамили не выходит из головы. Император подарит дворец любимой наложнице. Эти мысли не дают мне покоя. Я ложусь на кровать, подтянув колени. Вспоминаю его улыбку, поцелуи, наши волшебные ночи. Я думала, что он такой только со мной. Что только я знаю настоящего Сэта. А что если он и с Джамилей такой? Что если ребенок и вправду его? Она и сама не знает от кого малыш.

Меня бьет как при лихорадке. Не думала, что любовь так жестока. Лишает воли, что от нее бывает так больно. И я как маленькая девочка хочу домой, к маме. Просто положить голову ей на колени. Конечно она все поймет без слов. Не будет устраивать допрос. Просто погладит и скажет, что всё будет хорошо. И мне наверняка стало бы легче. Она могла бы дать мне совет, как поступить. Стоило ли вмешиваться и рассказывать Сэту о Джамиле и Аиде.

Как она там? Я боюсь даже думать о том, что ее уже нет в живых.

Браслет в виде змеи засветился и передо мной появился Аид.

– Только тебя мне не хватало, – застонала, зарывшись в подушку.

– И я безумно счастлив видеть тебя. Ты вообще думаешь возвращаться на Землю? Или тебя вполне устроила судьба фаворитки императора?

– Собираюсь. Но для этого ты мне не нужен! – сажусь на кровать. – Мне поможет вернуться Сэт. Как только появится ледяной дракон, так он меня сразу вернет.

– Погоди. Сэт тебе сказал, что дракон пропал?

– Он улетел. Но обязательно вернется. Ты же знаешь, что драконы спокойно ходят между мирами?

– Это я знаю. То есть ты думаешь, что дракон и император это разные люди? – Аид рассмеялся. – И он тебе сказал, что как только вернется дракон, то сразу отправит тебя на Землю?

– Да, – ответила запинаясь, чувствуя подвох.

– Он никогда не позволит тебе вернуться! Ты навсегда останешься с ним! Он тебя не отпустит. И ему плевать на твою больную мать! Он просто дурит тебе голову.

– Думаешь я тебе поверю? Сэт обещал…

– Он император. Дал слово, забрал. Кто ему запретит?

– Он искал способ просто обстоятельства так сложились. Он же не виноват, что дракон решил прогуляться.

– Очнись, Аня! Дракон всегда был во дворце.

– Ложь!

– Он не улетал, потому что Сэт и есть ледяной дракон. Он с самого начала знал способ. И он не вернет тебя домой. Потому что ты его рабыня. И он увлекся тобой. Поиграет какое-то время. А когда наскучишь, он тебя вернет, но будет уже поздно. Все что тебе останется, это посетить могилку мамы. Он такой же лживый, как и его папочка, – скулы Аида напряглись, он уставился слепым взглядом вперёд.

– Ты все это говоришь, чтобы я усомнилась в Сэте, и достала тебе кольцо.

– А смысл мне врать? Спроси любого во дворце и тебе подтвердят. Что Сэт и дракон это один и тот же человек. Думай, Аня. Я вернусь завтра вечером. И если ты и в этот раз меня пошлешь, договор расторгнут. Оставайся, и дальше здесь. Верь и надейся, что Сэт поможет.

***

Всю ночь проворочалась, и как только встало солнце, позвала к себе Асхата.

– Доброе утро, госпожа, – поклонился он. – Вам что-то угодно?

– Садись, Асхат. Хотела, чтобы ты мне рассказал кое-что, – он боязливо сел рядом со мной. – Я тут узнала, что Сэт может превращаться в дракона. Это правда? – он замялся, стал отнекиваться. – Поверь, я никому не скажу. Взамен я дам тебе это, – протянула мешочек с цукатами. – Получишь еще один, если расскажешь мне.

Взгляд Асхата лихорадочно заблестел. Мир другой, а коррупция все та же.

– Хорошо. Да, этот так. Правда господин просил всех молчать и не рассказывать вам об этом. Не знаю почему. Это никакая не тайна. Да даже на цукатах дракон напечатан. Это символ императорского рода. Ни каждый наследник рождается драконом, Сэт был таким. Есть ещё его дядя Тагир. Но он очень стар. Именно поэтому так важен наследник от Сэта. А то есть риск, что драконы исчезнут навсегда.

Пока Асхат говорил это, я слушала в пол-уха. Он мне соврал! Аид оказался прав, Сэт вовсе не собирался возвращать меня на Землю. А ведь он знал про маму. Знал как это для меня важно.

Дверь распахнулась и вошел он, бледный и хмурый. Асхат, кланяясь, ушел. Сэт проводил его взглядом и подошел ко мне, обнял.

Меня раздирали противоречивые чувства. С одной стороны так хорошо уткнуться носом ему в грудь, чувствовать его руки, крепко сжимающие меня. С другой хотелось наорать, треснуть его чем то тяжелым по голове, чтобы у этого ледяного императора встали мозги на место.

– Знаешь, что я обнаружил этой ночью?

– Что? – глухо ответила я, вдыхая любимый запах, пытаясь запечатлеть его в подсознание навсегда.

– Что совершенно разучился засыпать без тебя. И больше тебя не отпущу, – да поняла я уже. Эгоист фигов.

– Знаю, – потянулась к его губам. Поцелуй вышел нежным. Прощальным.

– Ох, что ж ты со мной делаешь? – уткнулся мне в волосы. – Мне нужно идти. Столько дел образовалось, а я не могу от тебя оторваться.

– Иди, – отодвинулась. – Я приду к тебе вечером. И у нас будет целая ночь.

– И ни одна. Целая жизнь вместе. Я обещаю, – Сэт быстро чмокнул меня в губы. И ушел.

Отправилась гулять по дворцу. По болтовне наложниц знала, где хранится кольцо. Как я и думала, вход в ту комнату охранялся.

Тайком сбежала в сад. Там, на границе с лесом нашла удивительное растение. Сонное. Обнаружила это во время пробежки. Понюхала синие цветочки и чуть не вырубилась на месте.

Нарвав их достаточное количество, вернулась в комнату. Повязала один из платков на рот, чтобы не заснуть снова.

Высушив их, растерла в порошок. Проверила на Лиме. Дунула порошок на служанку, он оказался очень сильным. Лина тут же осела на пол.

– Прости меня, – перетащила ее на кровать.

Одела тот самый костюм, в котором танцевала перед Сэтом в первый день. Знала, что иду на предательство, но хотела, чтобы у него остались и хорошие воспоминания обо мне.

Я уже хотела уходить, как браслет в виде змеи загорелся и появился Аид.

– Что ты надумала, Аня Зотова? – так непривычно вновь слышать это имя. Я уже привыкла к другому к тому, что дал мне Сэт.

– Я достану тебе кольцо сегодня ночью. Как его передать?

– Через Джамилю. Ты же знаешь наш секрет? – кивнула.

– Но утром обнаружат пропажу, устроят обыск. Что с ней будет, если найдут кольцо у нее? – Аид призадумался. – Ее ребенок точно от тебя?

– Да. Клянусь.

– Я помогу ей сбежать. Жди нас за воротами дворца в пять часов утра.