Текст книги "Я закрою все твои долги (СИ)"

Автор книги: Катерина Ворон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)

Глава 13. Его дом

Глава 13. Его дом

Мы позавтракали в номере, и я почти не помнила вкуса еды, потому что всё моё внимание было приковано к мужчине. К тому, как он смотрел на меня поверх чашки с кофе, как поправлял прядь, упавшую мне на лицо, как тихо смеялся, когда я пыталась говорить с набитым ртом. Он оделся первым – в светлые брюки и простую футболку. Его волосы были чуть влажными после душа, и я снова подумала о том, как несправедливо, что один человек может быть настолько красивым.

Я надела своё вчерашнее платье и почувствовала себя неуместной, будто пришла на чужой праздник в слишком простом наряде. Но он взял меня за руку, и это чувство немного отступило.

В машине мы сидели рядом, его пальцы перебирали мои волосы, от чего я почти сразу захотела закрыть глаза. За окном проплывал город, потом трасса, потом поля, и я смотрела на всё это и думала о том, что моя жизнь изменилась за каких-то несколько дней. Я больше не мыла чужие стаканы, не тёрла полы в офисах и не считала копейки до зарплаты. Вместо этого я сидела рядом с мужчиной из списка Forbes, который напевал песню себе под нос и не мог ни секунды перестать касаться меня.

– О чём ты думаешь? – спросил он, не глядя на меня.

– О том, что если это сон, то я не хочу просыпаться.

Мужчина повернул голову, посмотрел на меня, и в его глазах появилось что-то тёплое, почти уязвимое.

– Это не сон, – сказал он тихо. – Обещаю.

Мы свернули с трассы на узкую дорогу, обсаженную высокими деревьями, и через несколько минут упёрлись в массивные кованые ворота. Они открылись без звука, будто ждали нас, и машина въехала на территорию.

Я даже не сразу поняла, что это дом. Мне показалось, что мы приехали в какой-то парк или заповедник – вокруг было столько зелени, деревьев, аккуратно подстриженных кустов. Но потом я увидела двухэтажное светлое здание с огромными окнами от пола до потолка и террасой, опоясанной по всему периметру. Дом выглядел так, будто его построили специально для того, чтобы в него падало как можно больше солнечного света.

– Нравится? – спросил Арсений, и я услышала в его голосе что-то вроде смущения, будто он показывал мне свою детскую тетрадку с рисунками.

– Он огромный, – выдохнула я, потому что ничего умнее не пришло в голову.

– Это просто дом, – сказал он, пожимая плечами. – Я обычно живу в квартире в городе, ближе к работе. Сюда приезжаю на выходные и в отпуск.

Он помог мне выйти из машины, и я огляделась. Вокруг было тихо, только птицы пели где-то в кронах деревьев. Воздух пах травой и ещё чем-то сладким, цветочным. Мы пошли к дому, и я чувствовала себя маленькой и какой-то ненастоящей, будто меня перенесли в фильм про богатых людей, где всё слишком красиво, чтобы быть правдой.

Внутри было ещё просторнее. Гостиная с высоким потолком, камин во всю стену, мягкие диваны, на которых можно было потеряться. Широкая лестница на второй этаж. Кухня с островком посередине, где могло бы поместиться десять человек. Я не запоминала комнаты, их было слишком много, но чувствовала, как его пальцы сжимают мою ладонь, возвращая меня в реальность.

– Бассейн, – говорил он, ведя меня дальше. – Сауна. Там спортзал. Там кинотеатр.

Я кивала, но почти не слышала. Внутри нарастало странное чувство растерянности. Всё это было слишком большим для меня. Я привыкла к своей маленькой комнате с жёлтым пятном на потолке, к тишине, в которой не было места для такой роскоши. А здесь даже воздух казался дорогим.

Арсений остановился посреди гостиной, повернулся ко мне и взял моё лицо в ладони.

– Что случилось? – спросил он тихо.

– Ничего, – соврала я.

– Алина.

– Здесь всё слишком... – я не подобрала слова. – Слишком большое. Слишком красивое. Я чувствую себя не в своей тарелке.

Он не стал говорить, что я глупая или что это всё ерунда. Он просто провёл большим пальцем по моей щеке, потом взял меня за руку и повёл к дивану. Мы сели рядом, и он притянул меня к себе, так что моя голова оказалась у него на плече.

Его пальцы снова занялись моими волосами – перебирали пряди, заправляли за уши, легко массировали кожу головы. Я закрыла глаза и почувствовала, как напряжение понемногу уходит.

– Это просто дом, – повторил он, и в его голосе звучала мягкость. – Стены, пол, потолок. Ничего больше. Важно только то, что внутри.

Он поцеловал меня в макушку, и я вздохнула, расслабляясь в его руках.

– Ты можешь привыкнуть, – сказал он. – Всему можно привыкнуть.

– Даже к тебе? – спросила я, не открывая глаз.

– Особенно ко мне, – ответил он, и я почувствовала, как он улыбается.

Я вскочила с дивана:

– Стоп, привыкнуть к дому?

Он хитро улыбнулся, взял меня за руку и притянул обратно в свои объятия.

– Ты же будешь со мной жить, разве нет?

– Мы не на том этапе отношений, чтобы жить вместе.

– Но я хочу видеть тебя, когда просыпаюсь и когда засыпаю.

Хоть его слова и звучали искренне, мне было трудно в такое поверить. Мы слишком мало знакомы, но он будто уже знает всё наше будущее и даже сколько детей мы в итоге заведём. Неужели я могу ему настолько нравиться?

Глава 14. Неприятная встреча

Глава 14. Неприятная встреча

Три месяца пролетели как один день. Я просыпалась каждое утро в его постели – сначала в городской квартире, потом всё чаще в загородном доме, куда мы перебрались, когда он понял, что я полюбила тишину и птиц за окном. Он уезжал на работу, я оставалась одна, рисовала, читала, гуляла по огромному саду. Теперь эта жизнь казалась мне настолько идеальной, что я боялась дышать, будто любой резкий вздох мог разрушить иллюзию.

Я не работала. Он не разрешал – вернее, не запрещал, но каждый раз, когда я заговаривала о том, чтобы найти место, он находил тысячу причин, почему мне не нужно этого делать и самая главная причина – он давал мне достаточно денег, чтобы ни в чём не нуждаться. Это было непривычно, ведь и тратить их некуда. Мне не было интересно покупать бренды, к тому же мой мужчина оплачивал всё даже, когда я просто посмотрела на какую-то вещь в магазине. Иногда из-за этого он казался мне совсем сумасшедшим. Арсений предложил оплатить любую учёбу или курсы, если я вдруг захочу чему-то научиться и найти себя. Теперь у меня было столько свободного времени, что у меня попросту не получалось понять, чего же я хочу.

Но сегодня я решилась выйти из дома. В баре остались мои вещи – старая толстовка, сменная обувь, блокнот с записями. Мелочи, но они почему-то не давали мне покоя. Арсений был на переговорах, и я поехала одна на такси, чувствуя себя почти прежней Алиной, которая ездила по городу в общественном транспорте и считала каждую копейку.

Бар выглядел так же убого, как и раньше. Днём здесь почти никого не было, только Лёха протирал стойку и пил кофе из моей любимой чашки. Он обрадовался, увидев меня и обнял.– Куда пропала? – спросил он.– Переехала, – коротко ответила я и он просто кивнул отдав мои вещи, которые всё это время хранил в подсобке.

Я уже собралась уходить, когда дверь открылась, и внутрь вошёл человек, которого явно не должно было быть здесь.

Узнать эту походку, эту улыбку, эти глаза, которые когда-то казались мне самыми красивыми на свете, не составило труда. Максим. Мой бывший. Тот, кто бросил меня с долгом и исчез на два года. Он стоял на пороге и смотрел на меня так, будто мы расстались вчера и он просто зашёл поздороваться.

– Алинка, – сказал он радостно, и его голос прозвучал так же сладко, как в те времена, когда я верила каждому его слову. – Привет, малыш. Я так скучал.

У меня перехватило дыхание от бешенства, которое поднялось откуда-то из глубины, где два года я копила боль и унижение.Я ничего не сказала. Просто прошла мимо, крепко сжимая пакет с вещами, и толкнула дверь.

Но он выбежал за мной следом.

– Алина, стой! – крикнул он, догоняя меня на парковке. Его пальцы вцепились в моё запястье, и я замерла. – Подожди, дай поговорить.

– Отпусти, – сказала я тихо, но он не отпустил.

– Прости меня, – затараторил он, глядя мне в глаза с таким видом, будто искренне верил в свои слова. – Ты не представляешь, как я виноват. Но у меня мама болела, понимаешь? Мне нужны были деньги на операцию, я не знал, что делать, я запаниковал.

Я посмотрела на него и засмеялась.

– О, даже так? Поэтому ты просто бросил меня одну разбираться с твоими кредитами? Даже не написал, не позвонил, не попытался объясниться? Два года, Максим. Два года я мыла чужие полы, пока ты лечил маму?

– Я был занят, – сказал он, и в его глазах мелькнула тень неуверенности.

Я вырвала руку из его хватки и замахнулась. Пощёчина вышла звонкой, ладонь загорелась, но мне стало только легче.

– Ты ничего не понял, да? – прошипела я. – Ты меня использовал, бросил, а теперь стоишь и говоришь, что скучал?

Он потер щёку, убрал свои светлые волосы с глаз, но не отступил и снова схватил меня за руку, крепче, чем в первый раз, и заговорил быстрее:

– Алина, мне сейчас некуда идти. Мама умерла, работы нет, я ночевал в хостеле, а сегодня меня и оттуда выгнали. Мы же любили друг друга, ты же помнишь? Почти десять лет вместе. Ты не можешь меня бросить.

Я усмехнулась, открыла рот, чтобы высказать всё, что накопилось, но не успела. Тёплая ладонь легла на мою спину, а затем сильная рука обхватила меня за талию и прижала к родному телу. Я почувствовала знакомый запах, узнала его дыхание и сразу расслабилась.

– Кто он? – спросил Арсений тихо, прямо мне в ухо, и от его ледяного тона у меня побежали мурашки по коже.

– Мой бывший, – ответила я шёпотом. – Тот самый.

Он хмыкнул, и я почувствовала, как его пальцы сильнее сжали мою талию. Он поднял голову и посмотрел на Максима. Я не видела его лица, но заметила, как изменилось выражение лица моего бывшего – он побледнел и сделал шаг назад.

– Впредь прошу не подходить к моей невесте, – сказал Арсений холодно, и каждое его слово упало на асфальт, как камень.

Максим переводил взгляд с него на меня, и его лицо исказила гримаса обиды и злости.

– Невеста? – переспросил он, криво улыбнувшись. – Ты так быстро меня забыла? Значит, и не любила вовсе.

Я сжала кулаки, удивляясь тому, сколько наглости может поместиться в одном человеке. Он бросил меня в долговой яме, исчез на два года, а теперь пытался сделать меня виноватой.

– Ты прав, – сказала я, глядя прямо в его глаза. – Не любила. Я ошиблась. Теперь я нашла настоящего мужчину.

Арсений забрал у меня пакет с вещами, обнял за плечи и повёл к машине. Я не обернулась. Но спиной чувствовала взгляд Максима.

Когда мы сели в автомобиль, Арсений молчал несколько минут, а потом спросил:

– Ты в порядке?

– Да, – ответила я. – Теперь да.

Он завёл мотор. Я смотрела в окно на бар, который когда-то был всей моей жизнью, и понимала, что больше никогда сюда не вернусь.

Глава 15. Вместе?

Глава 15. Вместе?

Весь вечер после ужина мы сидели у камина. Я смотрела на то, как огонь танцует в его чёрных глазах, отражаясь маленькими золотыми искрами. Арсений читал книгу на английском, которую я даже не пыталась понять. Я же устроилась рядом, поджав ноги, и бесцельно листала телефон, наслаждаясь тишиной. Тепло шло не только от камина: оно поднималось от его бедра, касавшегося моего, и растекалось по моему телу сладкой, тягучей истомой.

А потом я увидела уведомление.

За ним другое. И ещё. И ещё. Все сообщения пришли от Максима. Он нашёл меня в каждой соцсети, где у меня был аккаунт. Он писал, писал, писал – длинные, сбивчивые послания о том, как сильно сожалеет, как наконец всё осознал, как я была единственной женщиной в его жизни. Я пролистала несколько из них. Внутри поднималась тошнота – такая густая, что я едва смогла сглотнуть. Я тяжело вздохнула и сжала телефон в пальцах так, что побелели костяшки.

Арсений поднял голову от книги. Его взгляд скользнул по моему лицу, и он мягко коснулся моей головы, перебирая пряди.

– Ты в порядке? – спросил он тихо.В его голосе не было тревоги. Только тёплая, спокойная сила, как у человека, который уже знает ответ, но хочет услышать меня. Этот мужчина всегда очень наблюдателен и мне это в нем нравится.

– Бывший решил меня разблокировать, – ответила я. Усталость от всей этой ситуации навалилась на плечи грузом, который я так долго тащила. – Пишет везде, просит вспомнить о любви к нему. Такое ощущение, что он забыл, как поступил со мной.

Арсений отложил книгу в сторону. Он беззлобно засмеялся, как будто речь шла о нашкодившем щенке, который нагадил на ковёр, а теперь виляет хвостом.

– Какой наивный мальчишка, – сказал он, качая головой. – Если упустил свою принцессу, то поздно возвращаться.

Он наклонился и мягко поцеловал меня. Его губы двигались по моим так, будто мы никуда не торопились и весь этот мир за окном мог подождать. А потом он притянул меня к себе и усадил на колени. Его руки крепко обхватили мою талию. Нос зарылся в мои волосы, и я почувствовала, как он с наслаждением вдыхает мой запах.

– Ты же моя, верно? – прошептал он. От его голоса мурашки побежали по спине и я выгнулась ему навстречу, сама не замечая этого движения.

Я улыбнулась и прижалась к нему ближе. Мои пальцы сами нашли складки его рубашки и вцепились в них.

– Так ты собственник? – спросила я, и в моём голосе прозвучала та самая женская провокация, от которой у мужчин загораются глаза.

Он поднял голову и посмотрел мне в глаза. На его губах заиграла лёгкая улыбка, принадлежащая только мне.

– Партнёр до гроба, – ответил он. А затем его рука скользнула в карман домашних брюк, и я услышала, как что-то мягко щёлкнуло.

Он вытащил маленькую бархатную коробочку. Тёмно-синюю, с золотым тиснением. Моё сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле.

– Я хотел сделать предложение в отпуске, – сказал он, вертя коробочку в пальцах. Его голос звучал почти виновато, как у ребёнка, который съел варенье раньше времени. – Когда полетим к морю. Но я не могу больше ждать.

Я смотрела на коробочку. Внутри меня боролись две силы. Первая была нежной и тёплой – она тянулась к этому мужчине, хотела упасть в его объятия и сказать «да» прежде, чем он договорит. Вторая была холодной и цепкой – панический страх, который въелся в мою кровь за годы предательства и одиночества. Он шептал, что кольца – это клетки, а слова – это цепи.Мне не хотелось снова утонуть в отношениях, ведь я уже когда-то доверилась человеку на сто процентов и из этого не вышло ничего хорошего.

– Это не слишком рано? – спросила я тихо. Я боялась поднять глаза на Арсения, потому что в них я могла увидеть надежду, которой пока не заслуживала. – И я слышала, как ты ругался с родителями по телефону. Они против меня, да?

Он взял меня за подбородок. Его пальцы были тёплыми и уверенными. Он заставил меня посмотреть на него – в самую глубину его чёрных, выжженных внутренним огнём глаз.

– Это моя жизнь, – сказал он твёрдо. – И не им решать, что и как мне делать. Я уже сделал свой выбор.

Я кивнула. Сглотнула ком в горле и заговорила, чувствуя, как слёзы подступают к глазам и жгут их изнутри.

– Я боюсь торопиться. Боюсь оказаться в ловушке. Ты поймёшь меня, если я попрошу подождать?

Я опустила голову. И вдруг почувствовала, как по щекам потекли слёзы. У меня не получалось их сдержать, хотя я и пробовала – сжимала челюсть, кусала губу, но горячие капли всё равно скатывались по коже и падали на его рубашку, оставляя тёмные влажные следы. Я не хотела разрушать то, что между нами было. Но и броситься в эту любовь с головой я тоже не могла – я слишком хорошо знала, как больно падать на дно.

Мужчина убрал волосы с моего лица. Кончиками пальцев вытер слёзы. Он касался моей кожи так бережно, будто я была сделана из тонкого, драгоценного стекла, способного треснуть от одного грубого движения.

– Я буду ждать сколько угодно, – сказал он. В его голосе не было ни капли разочарования. Только бесконечное, нечеловеческое терпение. – Только скажи мне однажды, что любишь меня, и я тут же достану это кольцо.

Он обнял меня и прижал к своей груди, а затем поцеловал в лоб. Я закрыла глаза и вдруг почувствовала, как мой страх отпускает. Не сразу конечно, но медленно, как отступает вода после прилива. С каждым его вдохом, с каждым движением его пальцев по моей спине.

– Ещё пару таких поцелуев, – прошептала я, улыбаясь сквозь слёзы. Мой голос дрожал, но в этой дрожи уже слышалась обещанная нежность. – И я уже сейчас признаюсь в любви.

Он засмеялся. Прижал меня крепче и мы сидели так у камина долго-долго. Пока огонь не превратился в красные угли, а за окном не наступила глубокая ночь. Я помню, как он гладил меня по волосам и что-то тихо напевал на ухо. Кажется, это было на итальянском. Я не поняла ни слова. Но мне никогда в жизни не было так спокойно с кем-либо.Если я однажды и выйду замуж, то только за него.