Текст книги "Лорд Теней (ЛП)"
Автор книги: Кассандра Клэр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Что ты хочешь от моего брата? – требовательно спросил Джулиан, его рука все еще оставалась на плече Марка. – Хочешь, чтобы он повеселил тебя своим горем? За этим ты здесь?
– Смертные, – сказал Гвин. – Думаете, вы так много знаете, и все же, вы знаете так мало. – Его огромная рука сжала шлем. – Я не хочу, чтобы ты горевал о Киране. Я хочу, чтобы ты спас его, Марк охотник.
89
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
* * *
Вдалеке был слышен раскат грома, но вокруг Института, была лишь тишина, кричащая тишина.
Даже Диана оставалась безмолвной. В тишине, Эмма могла слышать шум из тренировочной комнаты,
Ливви и остальных, их голоса и смех.
Лицо Джулиана оставалось бесстрастным. Он размышлял, взвешивая все за и против. Его рука на плече Марка сжалась. Я хочу, чтобы ты спас его, Марк Охотник.
В отличие от Джулиана, Эмма не смогла сдержать гнев.
– Марк теперь не принадлежит Дикой охоте, – сказала она со злобой, – А потому, не зови его охотником, ибо он больше не один из них.
– Он ведь Сумеречный охотник, разве нет? – спросил Гвин. Теперь, когда он озвучил свою странную просьбу, он казался более расслабленным. – Однажды охотник, в некотором смысле, охотник навсегда.
– И теперь ты желаешь, чтобы я охотился за Кирана, – заговорил Марк странно, запинаясь, словно гнев мешал ему произносить слова. – Почему я, Гвин? Почему не ты? Почему не кто-нибудь из вас?
– Ты слышал меня? – сказал Гвин. – Его держит в плену собственный отец, сам Неблагой Король, в глубинах своего Двора.
– И, по-твоему, Марк неуязвим? Ты думаешь, он может один бороться против Неблагого двора, там,
где даже вся Дикая охота бессильна? – теперь заговорила Диана, она спустилась на одну ступень вниз и ее черные волосы развивались на ветру. – Твое имя знаменито, Гвин ап Надд. Ты скакал вместе с Дикой охотой сотни смертных лет. Много историй рассказано о тебе. И все же, никогда не слышала я, чтобы Лидера Дикой охоты поразило безумие.
– Дикая охота не подчиняется власти Дворов, – сказал Гвин. – Но мы боимся их. И было бы безумием не бояться. Когда они пришли забрать Кирана, я и все мои Охотники, были вынуждены поклясться жизнью,
что не будем оспаривать приговор суда. Попытка спасти Кирана теперь будет значить для нас смерть.
– И вот почему ты пришел ко мне. Потому что я не клялся. И даже, если бы поклялся, я ведь могу врать. Вор и лгун – вот кто тебе нужен, – сказал Марк.
– Я хотел найти здесь того, кому могу доверять, – сказал Гвин. – Того, кто не клялся и того, кто рискнет бросить вызов Двору.
– Нам не нужны неприятности от тебя. – Ровным голосом сказал Джулиан, и только Эмма знала, каких усилий стоило ему говорить спокойно. – Но ты должен понять, что Марк не может сделать того, о чем ты его просишь – это слишком опасно.
– Мы, Воздушный народ, не боимся ни опасностей, ни смерти, – сказал Гвин.
– Если вы не боитесь смерти, – сказал Джулиан, – Так позволь Кирану встретить ее.
Холодность в голосе Джулиана задела Гвина.
– Кирану еще нет двадцати.
– Так же, как и Марку, – сказал Джулиан. – И если ты думаешь, что мы боимся тебя, то ты прав. Мы были бы дураками, если б не боялись. Я знаю, что ты победил Херна при битве за горой Кадаир Идрис и стал
90
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
Лидером Охоты вместо него. Ты убил его и заставил его сына съесть его сердце. Ты бы удивился, если бы узнал, как много мне известно. Но я брат Марка. И я не позволю ему снова рисковать собой ради фейри.
– Дикая охота – это так же и Братство, – сказал Гвин. – Если не можешь помочь Кирану ради любви,
помоги ради вашей дружбы.
– Достаточно, – огрызнулась Диана. – Мы уважаем тебя, Гвин охотник, но разговор окончен. Мы не позволим снова забрать Марка.
Низкий голос Гвина прозвучал грозно.
– Что, если он сам захочет уйти?
Они все посмотрели на Марка. Даже Джулиан обернулся, убрав свою руку с плеча Марка. Эмма увидела страх в его глазах, страх, эхом вторивший ее собственному. Хоть и не так сильно, как прежде, но
Марк все еще любил Кирана…
– Я не хочу этого, – сказал Марк. – Я не хочу этого, Гвин.
На лице Гвина стало непреклонным.
– У тебя нет чести.
Свет пробился в зазоры между облаками, он отразился в ничего не выражающих глазах Марка.
– Я думал, ты был моим другом, – сказал он и вернулся назад в Институт, дверь с шумом захлопнулась за его спиной.
Гвин начал спешиваться, но Диана подняла руку, ладонью вверх.
– Ты не можешь войти в Институт, – сказала она.
Гвин промолчал. На мгновение он посмотрел на Диану и лицо его выглядело старым и покрытым морщинами, хотя Эмма знала, что он не может стареть. – Кирану еще нет двадцати,– повторил он. – Просто мальчишка.
Лицо Дианы смягчилось, но прежде, чем она успела что-то сказать, лошадь Гвина встала на дыбы.
Что-то упало из руки Гвина на ступеньку, под ноги Дианы. Гвин нагнулся вперед и его лошадь пришла в движение, ее грива и хвост вспыхнули единым белым пламенем, мгновенно объявшим ее всю и всадника.
Пламя короткой яркой вспышкой метнулось в небо и исчезло бесследно среди ночных облаков.
* * *
Джулиан уперся плечом в дверь Института и распахнул ее настежь.
– Марк? Марк!
Он быстро осмотрелся в пустом фойе. Страх за брата давил на кожу, сдавливал вены, замедлял кровь.
Это не был страх, которому он смог бы дать имя – Гвин ушел; Марк был в безопасности. Со стороны Гвина была только просьба, не попытка похищения.
– Джулс? – Марк появился из каморки под лестницей, определенно, он только что повесил там свою куртку. Его светлые волосы были взъерошены, на лице появилось выражение озадаченности. – Он ушел?
91
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
– Он ушел, – сказала Эмма, вышедшая из-за спины Джулиана. Диана, на шаг позади нее, закрывала входную дверь. Марк порывисто метнулся через комнату к Эмме и, не колеблясь, заключил ее в объятья.
У Джулиана перехватило дыхание от ревности, ярко вспыхнувшей и на мгновение охватившей всего его, подобно настоящему пламени.
Он думал, что привык видеть Эмму и Марка вот так. Они не были особенно демонстративной парой.
Они не целовались и не ласкались у всех на виду. Эмма не стала бы, думал Джулиан. Она не была такой. Она всегда оставалась сдержанной и рациональной и делала только то, что нужно было. Но она не была жестокой.
Это Марк тянулся к ней обычно за такими незначительными вещами, как положить руку на плечо,
или смахнуть выпавшую ресницу, или быстрое объятье. Даже наблюдение за такими банальными вещами, как объятия или поцелуи, приносило Джулиану некоторую, понятную только ему, боль, без которой он не мог обойтись; видеть такое проявление чувств Эммы и Марка было для него сродни глотка воды в засушливое лето.
Но сейчас – чувство, что он вновь держал Эмму в объятьях, было таким реальным, вкус ее рта, ее аромат розы на его одежде. Он вновь и вновь будет вспоминать моменты их поцелуев в своей голове до тех пор, пока они не исчезнут, не распадутся на фрагменты, не выцветут, подобно старым фотографиям.
Но сейчас это было слишком больно, словно только что нанесенная рана. И видеть Эмму в руках
Марка, для него было подобно вылитой на кожу кислоте, грубым напоминанием: он не мог себе позволить сентиментальность, не мог думать о ней, как, возможно, о своей, даже в воображении. Рассматривать гипотетические возможности, значило открыть себя для боли. Ему придется сконцентрироваться на реальности – реальности и ответственности за семью. Иначе он просто сойдет с ума.
– Ты думаешь, он вернется? – Эмма отстранилась от Марка.
Джулиану показалось, что она быстро взглянула на него, но он не был уверен. И не было смысла любопытствовать. Он унял свое внутреннее любопытство.
– Гвин? – переспросил Марк. – Нет. Я отказал ему. Он не будет умолять и он не вернется.
– Ты уверен? – спросил Джулиан.
Марк насмешливо посмотрел на него. «Не позволяй Гвину одурачить себя.» сказал он. «Если я не помогу ему, он найдет кого-то еще, чтобы это сделать, или сделает это сам. Кирану не причинят вреда.»
Эмма вздохнула с облегчением. Джулиан ничего не сказал, ему самому было любопытно насчет
Кирана. Он помнил, что из-за мальчишки фейри высекли Эмму, и этот мальчишка разбил Марку сердце. Но так же он помнил, что именно Киран помог им победить Малкольма. Без него у них не было бы ни единого шанса.
И он помнил, что Киран сказал ему перед битвой с Малкольмом.
Ты не добрый. Твое сердце беспощадно.
И если бы он только мог спасти Кирана, рискуя лишь собственной безопасностью, он бы сделал это.
Но он никогда бы не рискнул братом. И если это делало его беспощадным, что ж, значит так. Марк прав, у
Кирана все будет отлично, в любом случае.
Диана протянула руку; золотой желудь засветился на ее загорелой коже.
92
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
Марк выглядел удивленным.
– Это волшебный дар, – сказал он. – Если вскроешь его, Гвин будет призван помочь тебе.
– С чего бы ему давать что-то подобное Диане? – спросила Эмма.
Едва заметная улыбка коснулась губ Марка, когда он начал подниматься по лестнице. – Он очарован ею, – сказал он. – Я редко видел, чтобы Гвин восхищался женщинами ранее. Я думал, что его сердце не способно на подобное.
– Гвин запал на Диану? – переспросила Эмма, и ее темные глаза засияли. – Я не имела в виду, что ты не очень привлекательна, Диана, просто, это так внезапно.
– Фейри такие, – сказал Джулиан. Он почти почувствовал то же, что и Диана, он никогда не видел ее выглядевшей такой потрясенной. Она нервно покусывала нижнюю губу, и Джулиан вспомнил, что она не была такой уж старой, только двадцать восемь, или около того. Не на много старше Джейса и Клэри.
– Это ничего не значит, – раздраженно сказала она. – И к тому же, у нас есть более важные дела, о которых надо подумать!
Она положила желудь в руку Марка, именно тогда раскрылась входная дверь и в Институт ворвались
Центурионы. Они выглядели растрёпанными ветром, промокшими до костей и громыхали оружием. Диана,
казавшаяся довольной, что больше нет необходимости говорить о ее личной жизни, ушла, чтобы найти одеяла и полотенца (руны сухости, как известно, хорошо высушивали кожу, но не сильно-то помогали при мокрой одежде).
– Вы что-нибудь нашли? – спросила Эмма.
– Я думаю, мы обнаружили вероятное место, где утонули тела, – сказал Мануэль. – Но море было слишком беспокойным сегодня, чтобы мы могли нырять. Нам придется попробовать еще раз завтра.
– Мануэль, – воинственно закричала Зара, как будто он выдал тайный пароль, открывающий вход в ад под их ногами.
Мануэль и Райан закатили глаза. – Они же знают, что мы ищем, Зара.
– Методы Некроситета секретны. – Зара сунула свою мокрую куртку в руки Диего и повернулась назад к Эмме и Джулиану. – Правильно, – сказала она. – Что на обед?
* * *
– Не могу отличить их друг от друга, – сказал Кит. – Это всё униформы. Они делают для меня их похожими друг на друга, как муравьев.
– Муравьи не все выглядят одинаково, – сказал Тай.
Они сидели на кромке галереи второго этажа, осматривая главный вход в Институт внизу. Мокрые
Центурионы сновали туда сюда; Кит увидел Джулиана и Эмму рядом с Дианой, пытавшихся завязать разговор с центурионами, которые не ушли в столовую, погреться у камина.
– Кто есть кто: еще раз? – спросил Кит. – И откуда они родом?
– Дэйн и Саманта Лакспир, – сказала Ливви, указывая на двух темноволосых Центурионов. – Атланта.
93
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
– Близнецы.
– Да как они смеют, – сказала Ливви с усмешкой. Кит беспокоился, что она не будет в восторге от идеи
Тая вовлечь его и Тая Кита в его детективные планы, но она иронично усмехнулась, когда они подошли к ней в тренировочной комнате и сказала, – Добро пожаловать в клуб.
Ливви принялась указывать и одновременно говорить. – Мануэль Касалес Вильялобос. Из Мадрида.
Райан Мадуабучи, Институт в Лагосе. Дивья Джоши, Институт в Мумбаи. Не каждый связан с институтами.
Диего не связан и Зара – нет, и ее подружка француженка – нет, я думаю. А еще все выпускники Академии:
Джон Картрайт, и Джен Уайтлоу, и Томас Элдертри, – она слегка наклонила голову. – И ни одному из них не хватает мозгов не шастать под дождем.
– Скажи мне снова, почему ты думаешь, что они что-то замышляют.
– Хорошо, – сказал Тай. Кит уже заметил, Тай отвечал напрямую только на то, что ты говорил ему и намного меньше реагировал на тон или интонацию. И его, определенно, здорово бодрило от того, что они забрались почти на крышу здания и рассматривали кучку придурков внизу. – Я сидел напротив твоей комнаты этим утром, когда увидел, как Зара вошла в кабинет Дианы. Когда я последовал за ней, то увидел, что она рылась там в бумагах.
– У нее могла быть причина, – сказал Кит.
– Копаться в бумагах Дианы? Какая причина? – сказала Ливви так властно, что Кит не мог не заметить,
что это было очень грубо.
– Я отправила сообщение Саймону Льюису о Картрайт, Уайтлоу и Элдертри, – сказала Ливви,
опершись подбородком на нижнюю перекладину перил. – Он говорит Джен и Томас надежные, а Картрайт чурбан, но в целом безобиден.
– Возможно, не все они замешаны, – сказал Тай. – Нам надо выяснить, кто действительно замешан, и что они хотят.
– Кто такой чурбан? – спросил Кит.
– Я думаю, что это комбинация очень привлекательного, неловкого и глупого. Хоть и хорошо сложен,
но не такой уж и умный. – Ливви быстро ухмыльнулась в своей типичной манере, когда тень нависла над ними
– Кристина, упершая руки в бока, с бровями сведенные к переносице.
– И что же это вы трое здесь делаете? – ехидно спросила она. Кит испытывал здоровое уважение к
Кристине Розалес. Она выглядела милой, но он видел, как она бросила свой нож бабочку на пятьдесят футов и точно поразила мишень.
– Ничего, – невинно сказал Кит.
– Говорим гадости про Центурионов, – сообщила Ливви.
В какой-то момент Кит подумал, что Кристина собирается отругать их. Вместо этого она села рядом с
Ливви и ее рот растянулся в улыбке.
– Считайте, что я в деле, – сказала она.
94
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
Тай оперся предплечьями о перила. Он быстро стрельнул своими глазами цвета штормового,
облачного неба в сторону Кита. – Завтра, – сказал он тихо, – Мы последуем за ними, чтобы посмотреть, куда они уходят.
Кит был сильно удивлен тому, что с таким нетерпением ждал этой их безумной вылазки.
* * *
Вечер был не из приятных – Центурионы, даже после того, как высохли, были уставшими и не сильно-то жаждали обсуждать, чем они занимались весь день. Вместо этого они спустились в столовую и уничтожали еду, подобно голодным, свирепым волкам.
Кита, Тайя и Ливви нигде не было видно. И Эмма не винила их. Прием пищи вместе с Центурионами стала совсем невыносимой. Хотя Дивья, Райан, и Джон Картрайт старались изо всех сил, чтобы поддержать дружеский разговор о том, как каждый планировал провести свой год путешествий, Зара вскоре прервала их долгим и детальным описанием того, что она делала в Венгрии прежде, чем прибыла в Институт.
– Несколько Сумеречных охотников жаловались, что их стило и Лезвия Серафима прекратили работать во время боя с какими-то фейри, – сказала она, картинно закатывая глаза. – Мы им сообщили, что это только иллюзия – фейри грязно сражаются, и учителям следовало бы преподавать это в Академии.
– Вообще-то, фейри не сражаются грязно, – спокойно сказал Марк. – Они сражаются исключительно честно. У них есть строгий кодекс чести.
– Чести?! – Саманта и Дэйн рассмеялись одновременно. – Я сомневаюсь, что ты знаешь, что это значит,
по…
Они замолчали. Говорила Дэйн, но покраснела Саманта. Не сказанное слово повисло в воздухе.
Полукровка.
Марк резко встал из-за стола, с шумом отодвинул стул и вышел из комнаты.
– Извините, – сказала Зара в повисшей тишине, последовавшей за его уходом. – Но нечего ему быть таким чувствительным. Очень скоро он услышит вещи и похуже, если отправится в Аликанте, особенно на собрании Конклава.
Эмма посмотрела на нее скептически. – Это не оправдание, – как можно спокойнее сказала она. -
Только потому, что он услышит что-то мерзкое от фанатиков в Конклаве, не значит, что он сначала должен услышать это в собственном доме.
– Или вообще дома, – сказала Кристина, чьи щеки стали темно красными.
– Прекрати внушать нам чувство вины, – резко сказала Саманта. – Именно мы весь день провели под открытым небом, под проливным дождем, пытаясь разобраться с тем бардаком, который вы здесь устроили,
доверяя Малкольму Фейду, как будто вы вообще могли доверять Нижнемирцу. Неужели вас, ребятки, ничему не научила Темная война?! Фейри воткнули нам нож в спину. Вот что делают Нижнемирцы, и Марк, и Хелен поступят с вами точно так же, если не будете смотреть в оба.
95
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
– Вы ничего не знаете о моих брате и сестре, – сказал Джулиан. – Пожалуйста, сдерживайтесь и не говорите о них так.
Диего сидел рядом с Зарой в гробовой тишине. Наконец, он заговорил, его губы едва двигались. -
Такая слепая ненависть не в пользу организации и мундиров Центурионов, – сказал он.
Зара подняла свой бокал, ее пальцы крепко сжали тонкую ножку. – Я не ненавижу Нижнемирцев, -
сказала она с холодной уверенность в голосе. Но эта уверенность казалась сродни скрытой, необъяснимой страсти. – Соглашения не сработали. И Холодный мир не работает. Нижнемирцы не следуют нашим правилам, или вообще каким-нибудь правилам, если не в их интересах им следовать. Они нарушили
Холодный мир, когда им того захотелось. Мы воины. Демонам следует бояться нас. Однажды мы были великими: нас боялись и мы властвовали. И теперь мы лишь тень того, чем когда-то были. Все, что я хочу сказать: когда системы перестают работать и приводят нас к уровню, на котором мы находимся сейчас, тогда нам необходима новая система. Получше.
Зара улыбнулась, убрала с глаз прядь, выбившуюся из собранных в безупречный узел волос, затем сделала маленький глоток воды.
* * *
– Она врет. Она просто сидит здесь и врет, выдавая за факты собственное дурацкое мнение, -
разъяренно сказала Эмма. После обеда она пришла в комнату к Кристине, они вместе уселись на кровати.
Кристина беспокойно теребила свои черные волосы.
– Я думаю, она искренне верит в то, что говорит она и ей подобные, – сказала Кристина. – Но не стоит тратить временя на Зару. По пути наверх ты сказала, что тебе есть, что рассказать.
Так кратко, как только могла, Эмма сообщила Кристине о визите Гвина. В то время, как Эмма говорила, лицо Кристины становилось все более мрачным и обеспокоенным.
– Марк в порядке?
– Я так думаю – его действительно трудно понять, иногда.
– Он один из тех людей, у которых так много всего на уме, – сказала Кристина. – Он когда-нибудь спрашивал о тебе и Джулиане?
Эмма резко покачала головой. – Не думаю, что ему когда-нибудь придет на ум, что у нас есть что-то к друг другу, кроме чувств парабатаев. Джулс и я знаем друг друга так долго. – Она потерла виски. – Марк считает, что Джулиан чувствует ко мне то же, что и он – только братскую любовь.
– Странно, некоторые вещи ослепляют нас, – сказала Кристина. Она подтянула к себе колени и обняла их руками.
– Ты пыталась связаться с Джейми?
Кристина прижалась щеками к коленям. – Я послала огненное сообщение, но ничего не услышала в ответ.
96
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
– Он был твоим лучшим другом, – Эмма сказала. – Он ответит. – Она скрутила кончик тканного одеяла
Кристины между пальцами. – Знаешь, по чему я скучаю больше всего? По Джулсу? Только быть парабатаями.
Быть Эммой и Джулианом. Я скучаю по лучшему другу. Я скучаю по человеку, которому я рассказывала все и постоянно. По человеку, который знал обо мне все. И плохое, и хорошее. – В своих мыслях она снова могла видеть Джулиана, пока говорила; то, как он выглядел во время Темной войны, тонкие плечи и решительные глаза.
Звук стука в дверь эхом отразился в пустой комнате. Эмма быстро взглянула на Кристину – ждала ли она кого-нибудь? – но девушка выглядела такой же удивленной, как и сама Эмма.
– Войдите, – сказала Кристина на испанском.
Это был Джулиан. Эмма с удивлением посмотрела на него, Джулиан помоложе из ее воспоминаний исчез, превратился в Джулиана, стоящего перед ней: почти взрослого Джулиана, высокого и мускулистого, с непослушными кудрями, с едва заметной на подбородке щетиной.
– Вы знаете, где Марк? – без предисловий спросил он.
– Разве он не в своей комнате? – переспросила Эмма. – Он ушел во время обеда и я думала…
Джулиан покачал головой. – Его там нет. Может он быть в твоей комнате?
Ему стоило видимых усилий спросить это, подумала Эмма. Она увидела, как Кристина прикусила губу и помолилась, чтобы Джулиан этого не заметил. Он никогда не должен был выяснить, как много знала
Кристина.
– Нет, – сказала Эмма. – Я заперла дверь. – Она пожала плечами. – Я не доверяю полностью
Центурионам.
Джулиан рассеянно провел рукой по своим волосам. – Слушайте… Я беспокоюсь за Марка. Пойдемте со мной, и я покажу вам, почему.
Кристина и Эмма последовали за Джулианом в комнату Марка; дверь была распахнута настежь.
Первым вошел Джулиан, а затем Эмма и Кристина, обе внимательно осматриваясь по сторонам, как-будто
Марка можно было найти где-то в шкафу.
Комната Марка сильно изменилась после его первого возвращения от фейри. Тогда она оставалась пыльной, определенно нежилой, сохраняемой пустой – ради памяти. Все вещи были собраны и унесены в кладовку, и пыльные занавески всегда были задернутыми.
Теперь она была совсем другой. Марк разложил свою одежду аккуратными стопками в изголовье кровати, однажды он сказал Эмме, что не видит смысла в платяном шкафе или комоде, ведь все, что они делают – это прячут от тебя одежду.
На подоконниках лежали маленькие вещи, собранные на природе – цветы на разной стадии увядания,
листья и иголки кактуса, ракушки с пляжа. Кровать была аккуратно застелена; очевидно, он ни разу не спал на ней.
Джулиан отвернулся от слишком аккуратной кровати. – Его ботинки исчезли, – сказал он. – У него была только одна пара. Они должны были прислать больше из Идриса, но все еще не сделали этого.
97
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
– И куртка его тоже, – сказала Эмма. Куртка была у него только одна, тяжелая и теплая, деним и овчина. – Его сумка… у него ведь был мешок с вещами, да?
Кристина вздохнула. Джулиан и Эмма одновременно повернулись к ней, когда она достала маленький листок бумаги, который только появился из ниоткуда и полетел в воздухе, на уровне плеч. Мерцающие руны запечатывали его, они исчезали, когда она поймала огненное сообщение в воздухе. – От Марка. – Ее глаза пробежали страницу, румянец ушел с ее щек, и она отдала записку Джулиану, не сказав ни слова.
Джулиан забрал ее и Эмма прочитала через его плечо, когда он просматривал сообщение.
«Моя дорогая Кристина,
Я знаю, ты покажешь это правильным людям в правильное время. Я всегда могу доверять тебе
сделать то, что необходимо и когда это необходимо сделать.
Сейчас ты уже узнала про арест Кирана. И хотя между нами все закончилось плохо, он был моим
защитником в течение многих лет у фейри. Я должен ему и не могу оставить его умирать в мрачном Дворе
его отца. Я пойду по лунной дороге фейри сегодня вечером. Скажи моим братьям и сестрам, что я вернусь к
ним сразу, как смогу. Скажи Эмме, что я вернусь. Я уже вернулся к ним однажды из Земли под Холмом и я
сделаю это снова.
Марк Блэкторн.»
Джулиан злобно смял бумагу трясущимися пальцами. – Я пойду за ним.
Эмма потянулась к его руке прежде, чем вспомнила и торопливо отдернула свою руку. – Я иду с тобой.
– Нет, – сказал Джулиан. – Ты понимаешь, что Марк пытается сделать?! Он не сможет сам вторгнуться в Неблагой двор. Король Теней убьет его прежде, чем ты сможешь моргнуть.
– Конечно, я понимаю, – сказала Эмма. – Вот почему нам нужно добраться до Марка прежде, чем он доберется до входа в земли фейри. После того, как он ступит во владения фейри, будет практически невозможно остановить его.
– Так же здесь вопрос времени, – сказала Кристина. – Когда он пересечет границу, время будет другим для него. Он может вернуться в три дня, или три недели…
– Или три года, – подытожила Эмма мрачно.
– Вот почему мне следует отправиться за ним сейчас, – сказал Джулиан. – Прежде, чем он доберется до
Фейри и время станет нашим врагом…
– Я могу помочь с этим, – сказала Кристина.
Фейри были объектом пристального изучения Кристины, когда она росла. Она однажды призналась
Эмме, что это было частично из-за Марка, и того, что она узнала о нем будучи ребенком. Он очаровал ее,
мальчишка Сумеречный охотник, похищенный фейри во время Темной войны.
98
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
Кристина коснулась медальона на своей шее, золотого медальона с изображением Разиэля. – Он благословлен и зачарован фейри. Моя семья имеет… – она колебалась. – Много таких. Несколько лет назад,
мы были близки с Народом фейри. У нас все еще есть много знаков их уважения. Мы мало говорим об этом,
ведь отношение Конклава к тем, кто дружествен Народу фейри… – она снова бегло осмотрела комнату Марка.
– Сами вы знаете, какое.
– Что делают чары? – спросила Эмма.
– Не позволяют времени слишком быстро проходить для смертных в Королевстве Народа фейри. -
Кристина держала медальон между ее пальцами, глядя на Джулса с немым вопросом, словно говоря, что у нее еще много сюрпризов припрятано в рукавах, если только он захочет их услышать.
– Медальон только один, – сказал Джулиан. – Как он может защитить нас всех?
– Если я одену его в Королевстве, защита распространится на тебя и Эмму, и на Марка тоже, пока вы не уходите слишком далеко от меня.
Джулиан прислонился к стене и обреченно вздохнул. – И я полагаю, ты даже не рассматриваешь такой вариант, как отдать медальон мне, чтобы я мог надеть его у Фейри? Сам?
– Абсолютно нет, – сказала Кристина чопорно. – Это семейная реликвия.
Эмма была готова расцеловать Кристину. Но ограничилась только быстрым подмигиванием ей.
– Тогда мы пойдем все трое, – сказала Эмма, и Джулиан, казалось, осознал, что спорить бесполезно.
Он кивнул ей, и в глазах его был прежний взгляд парабатая, взгляд, который без слов говорил, что они вдвоем встретят опасность. Вместе.
– Медальон также позволит нам воспользоваться дорогой Луны, – сказала Кристина. – Обычно только те, в чьих жилах кровь фейри, могут сделать это. – Она расправила плечи. – Марк и представить не может, что мы сумеем последовать за ним; вот почему он послал сообщение.
– Дорога Луны? – недоуменно переспросил Джулиан. – Что это?
И тогда Кристина действительно улыбнулась. Ее улыбка, подумала Эмма, не выглядела милой и счастливой, ведь сейчас Кристина была слишком обеспокоена, чтобы так улыбаться. Но в ней было немного любопытства. Так улыбается тот, кто собрался испытать что-то совсем новое в жизни, даже и не предполагая,
что подобный шанс ему когда-нибудь выпадет.
– Я вам покажу, – сказала она.
* * *
Они быстро собрали вещи. Дом оставался темным, и казался необычно оживленным из-за беспорядочного дыхания слишком многих спящих. Джулиан спустился вниз в коридор, стягивая на плечах ремни своего рюкзака, он увидел Тая, спящего напротив комнаты Кита, полусидя, его подбородок на руке.
Позади него лежала на полу раскрытая книга.
99
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
Джулиан приостановился у двери на чердак. Он колебался. Он мог оставить записку или просто уйти прочь. Второе будет легче сделать. Времени нет; они должны перехватить Марка прежде, чем он доберется до
Фейри. Это не будет трусостью, просто практичностью. Просто…
Он распахнул дверь и поднялся вверх по ступеням. Артур был там, где он оставил его, за своим письменным столом. Лунный свет проникал внутрь комнаты, под углом, через люк.
Артур уронил ручку и повернулся посмотреть на Джулиана. Седые волосы обрамляли его усталое лицо и синие глаза Блэкторнов. Джулиану вдруг показалось, что он посмотрел на старую, замутненную фотографию отца, испорченную в процессе проявки, и внезапно заметил появление угловатости на знакомом лице.
– Мне надо уехать на несколько дней, – сухо сказал Джулиан. – Если тебе что-то понадобится –
обратись к Диане, но ни к кому больше. Только к Диане, – добавил он строго.
Глаза Артура казались остекленевшими.
– Ты… куда ты отправляешься, Джулиан?
Джулиан хотел соврать, ведь теперь ложь давалась ему так легко, и так складно. Но, почему-то, он не хотел этого делать.
– Марк вернулся назад, – сказал он. – Я собираюсь остановить его, надеюсь, раньше, чем он пересечет границу Фейри.
Тело Артура затряслось от мелкой дрожи. – Ты отправляешься за братом к фейри? – спросил он хрипло. И Джулиан вспомнил те обрывки, которые он знал из истории его дяди – что он попал в ловушку вместе с отцом Джулиана, Эндрю, к Фейри, на годы, когда Эндрю влюбился в благородную леди, и стал отцом рожденных ею от него Марка и Хелен. Но Артура отделили от него, заперли и пытали заклятиями.
– Да. – Джулиан решительно перекинул рюкзак на одно плечо.
Артур вытянул вперед руку, словно хотел коснуться руки Джулиана, и Джулиан, озадаченный,
отпрянул назад. Его дядя никогда не прикасался к нему. Артур обессилено уронил руку. – В Римской
Республике, – сказал он, – всегда был слуга, приставленный к каждому генералу, который выиграл войну.
Когда генерал ехал на коне по улицам, принимая благодарность римских граждан, задачей слуги было шептать ему на ухо, – «Respice post te. Hominem te esse memento. Memento mori.»
– Оглянись, – перевел Джулиан. – Помни, ты человек. Помни, что ты умрешь. – Слабая дрожь пробежала по его позвоночнику.
– Ты молод, но не бессмертен, – сказал Артур. – И если ты окажешься у фейри, молюсь, чтобы этого не случилось, ведь это Ад, если только Ад действительно есть, то он там, не слушай ничего, что фейри тебе скажут. Не верь их обещаниям. Поклянись мне, Джулиан.
Джулиан выдохнул. Он подумал о тех древних генералах, за которыми следовали слуги, чтобы не дать внезапной славе ударить в их горячие головы, чтобы напоминать, что все проходит. Все прошло. Счастье прошло, так же как и потери, и боль.
Все, только не любовь.
– Я клянусь, – прошептал он.
100
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
* * *
– Нам надо дождаться момента, когда луна на воде будет выглядеть плотной, – сказала Кристина. – Вы увидите это явление, если внимательно присмотритесь, то она будет походить на… вспышку зеленого света.
Она улыбнулась Эмме, которая стояла между ней и Джулианом, все трое ожидали на линии прибоя океанских волн. Ветер почти стих, и океан простирался перед ними, глубокий и черный, окаймленный белым,
там, где вода встречалась с песком. Разбившиеся о берег волны принесли на пляж хлопья белесой пены,
