355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Кассандра Клэр » Механический принц » Текст книги (страница 2)
Механический принц
  • Текст добавлен: 15 октября 2016, 00:32

Текст книги "Механический принц"


Автор книги: Кассандра Клэр



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– И Томас, и Агата умелидраться, – возразил Генри.

– Не обучены и другие ваши домочадцы! – воскликнул Бенедикт. – Не только мисс Ловлесс манкирует тренировками! Горничная, кажется Софи, и эта девчонка из Нижнего мира тоже абсолютно беззащитны. Если она хочет остаться в качестве непременного дополнения к Институту, то ей, как и служанке, нужно знать хотя бы основы самообороны.

Тесса потрясенно воскликнула:

– Джем, неужели он обо мне? – Юноша хмуро кивнул. – Ведь я ногу себе отрублю!

– Себе не надо, начни с Бенедикта, – прошептал Уилл.

– Не волнуйся, ничего сложного в этом нет… – попытался успокоить ее Джем, однако Бенедикт снова заговорил, и ему пришлось умолкнуть.

– Поскольку Шарлотта и Генри будут заняты поисками Мортмэйна, мои сыновья Габриэль и Гидеон, который сегодня возвращается из Испании, позаботятся об их подготовке. Оба превосходные бойцы, и им не мешало бы попробовать себя в роли учителей.

– Отец! – ужаснулся Габриэль. Очевидно, тот и не подумал узнать его мнение.

– Мы сами можем обучить своих слуг! – рявкнула Шарлотта, но Консул неодобрительно покачал головой:

– Бенедикт Лайтвуд предлагает щедрый дар. Вам следует принять его.

Шарлотта густо покраснела, затем кивнула, признав его правоту. У Тессы голова пошла кругом: ей придется драться, метать ножи и размахивать мечом? Само собой, ее любимая Капитола в романе «Спрятанная рука» дралась не хуже любого мужчины. Да и одевалась она как мужчина. Но одно дело читать о персонаже романа, а совсем другое – статьтакой же.

– Вот и прекрасно, – обрадовался Консул. – Текущее заседание Совета объявляю закрытым, встречаемся здесь же через две недели. Все свободны.

Разумеется, сразу никто не ушел. Люди столпились в проходах и шумно обсуждали заседание. Шарлотта молча сидела на своем месте, Генри стоял рядом и отчаянно пытался выдавить из себя что-нибудь утешительное, но что тут было сказать! Он робко погладил ее по плечу. Уилл сверлил взглядом Габриэля Лайтвуда, который мрачно смотрел на них.

Шарлотта медленно встала, Генри обнял жену и принялся что-то шептать ей. Джессамина ждала их, поигрывая белым кружевным зонтиком – Генри сделал для нее новый взамен сломанного в схватке с механическими солдатами Мортмэйна. Заплетенные в косы и уложенные по бокам волосы Джессамины напоминали грозди винограда. Тесса тоже поднялась и последовала за Бранвеллами. Шагая по центральному проходу, она слышала, как все вокруг на разные голоса повторяли: «Шарлотта», «Бенедикт», «Магистра не найдут никогда», «две недели», «испытание», «Консул», «Мортмэйн», «Анклав», «унижение».

Шарлотта шла, расправив плечи, будто не слыша пересудов за спиной: щеки пылают, взгляд устремлен вперед. Уилл рвался в бой, готовый драться с каждым, кто позволит себе неосторожное слово или жест. Но Джем крепко ухватил его за плащ, не давая другу сорваться. Тесса решила, что Джем здорово похож на хозяина породистой гончей, которая норовит искусать гостей: всегда приходится держать ее на коротком поводке. Джессамина снова скучала, ей было плевать на мнение любого из членов Анклава.

Они шли, ускоряя шаг. Вылетев из зала, Шарлотта подождала остальных. Большинство нефилимов сворачивали влево, а она стремительно рванула вправо, резко завернула за угол и остановилась.

– Шарлотта! – догнал ее встревоженный Генри. – Дорогая!..

Не сказав ни слова, Шарлотта размахнулась и изо всех сил пнула ближайшую стену. Та была каменная и спокойно выдержала удар, а вот Шарлотта вскрикнула от боли.

– Ничего себе! – сказала Джессамина, небрежно поигрывая зонтиком.

– Послушай, – заметил Уилл, – в каких-нибудь двадцати шагах отсюда, в зале Совета, стоит Бенедикт. Если хочешь пнуть еще разок, то ударь его! Возьми чуть повыше и левее…

– Шарлотта! – раздался знакомый хриплый голос.

Шарлотта стремительно обернулась и сверкнула карими глазами. Это был сам Консул. Пристально глядя на Шарлотту, он медленно приближался к группке обитателей Института. Серебряные руны, вышитые на рукавах и по краю его плаща, ярко блестели. Шарлотта застыла, опершись рукой о стену.

– Шарлотта, – повторил Консул Вайланд. – Вспомни, отец всегда говорил, что тебе необходимо сдерживать свой гнев.

– Да, говорил! А еще он говорил, что у него должен был родиться сын! – вспылила Шарлотта. – Будь у него сын, то есть будь я мужчиной, вы бы со мной так не обошлись!

Генри примиряюще похлопал ее по плечу и что-то прошептал, но Шарлотта нервно стряхнула его руку. Она смотрела только на Консула, в глазах была боль и обида.

– И как же я с тобой обошелся?

– Как с провинившейся девчонкой, которую надо как следует выпороть!

– Вспомни, ведь это я предложил назначить тебя главой Института и Анклава. – Кажется, Шарлотте наконец удалось вывести Консула из себя. – И не потому, что мне особенно нравился Грэнвилл Фэйрчайлд, а он хотел видеть тебя преемницей. Я знал – ты превосходно справишься со своими обязанностями.

– Вы и Генри тоже назначили. Сказали, что Анклав признает супружескую пару, но никак не женщину.

– Что ж, поздравляю. Не думаю, что у членов лондонского Анклава еще остались иллюзии насчет Генри. Ты руководишь ими одна.

– И правда, – потупился Генри. – Все знают, что я почти ни во что не вмешиваюсь. Это я виноват в случившемся…

– Нет, не виноват, – ответил Консул. – Просто все неудачно совпало: беспечность Анклава, тяжелые времена и несколько неверных решений руководства. Да, именно твоих решений, Шарлотта.

– Значит, вы теперь заодно с Бенедиктом! – воскликнула Шарлотта.

– Бенедикт Лайтвуд – лицемер и подлец, – устало ответил Консул. – У меня нет иллюзий на его счет. Но у него немало сторонников, поэтому лучше отвлечь их этим спектаклем, нежели порождать вражду, нарочито игнорируя его нападки.

– Спектакль? Вы называете это спектаклем? – горько воскликнула Шарлотта. – Вы дали мне совершенно невыполнимое задание!

– Я велел тебе найтиМагистра. Этот человек ворвался в твойдом, убил твоихслуг, украл твоюШкатулку. Он хочет собрать армию механических чудовищ, которые всех нас погубят. Короче говоря, его нужно найти и обезвредить. Ты – глава Анклава, Шарлотта. Остановить безумца – твой долг,твоя прямая обязанность.Считаешь это задание невыполнимым – что ж, тогда подумай хорошенько, почему ты так держишься за эту должность.

Глава 2
Компенсации

 
Позволь делить с тобою боль твою.
А лучше – ты отдай ее мне всю!
 
Александр Поуп,
«Элоиза Абеляру»

Колдовские светильники, горевшие в Большой библиотеке, стали вспыхивать и гаснуть, будто оплывшие свечи. Но Тесса знала, что это ей кажется – колдовские огни не могут догореть до конца и всегда сияют одинаково ровно, не чадя.

Она просто устала, перед глазами все так и плыло. Тесса огляделась и заметила, что остальные тоже утомились. Шарлотта сидела во главе длинного стола, рядом с ней – Генри и Тесса, потом Уилл и Джем, и только Джессамина отсела подальше ото всех. Стол был завален стопками книг и кипами документов – вокруг лежали старые газетные статьи и древние манускрипты, магические книги и куски пергамента. Охотники собрали все, что смогли отыскать по генеалогии Мортмэйнов и их однофамильцев, по истории создания автоматов, нашли тома с заклинаниями для вызова и подчинения демонов и абсолютно все материалы о «Клубе Преисподняя». Тут им очень помогли Безмолвные братья, перевернувшие вверх дном свои архивы.

Тессе поручили искать газетные статьи, где упоминались Мортмэйн и его пароходная компания. Буквы расплывались, слова плясали на странице. Она вздохнула с облегчением, когда Джессамина с протяжным стоном оттолкнула от себя очередной фолиант под названием «О природе магических двигателей» и воскликнула:

– Шарлотта, мы впустую тратим время!

Та бросила на нее страдальческий взгляд:

– Джессамина, тебя никто не держит! Реальной помощи мы и не ждем – чтобы разбираться в заклинаниях, надо много учиться. Вряд ли ты вообще знаешь, что надо искать. Скажи, ты сможешь отличить подчиняющее заклинание от заклинания вызова демона?

Тесса удивилась – Шарлотта никогда не позволяла себе подобного тона.

– Может, я тоже хочу помочь, – пробурчала Джесси. – Эти механические уродцы Мортмэйна едва не убили меня. Его нужно поймать и наказать как следует!

– А вот и нет! – откликнулся Уилл, бережно разворачивая крошащийся пергамент. Юноша прищурился, стараясь разобрать мелкие закорючки букв. – Ты хочешь, чтобы поймали и наказали братца Тессы – он так ловко обманул тебя, прикинувшись влюбленным дурачком!

Джессамина вспыхнула:

– Да, то есть… нет! Все совсем не так… Шарлотта, Уилл опять меня дразнит!

– А солнце взошло на востоке, – вполголоса заметил Джем.

– Если мы не найдем Магистра, то я окажусь на улице. Неужели так трудно понять?

– Ну уж тебя-то из Института никто не выставит, – ответил Уилл. – Вот Шарлотту – да. А тебе Лайтвуд наверняка разрешит остаться. Кстати, у Бенедикта есть двое взрослых неженатых сыновей. Так что радуйся!

Джессамина скорчила недовольную гримасу:

– И оба – Сумеречные охотники. Да кому нужен такой муж!

– Джессамина, а сама-то ты кто?

Но тут в библиотеку вошла Софи и что-то тихо сказала Шарлотте; та поспешно поднялась и объявила, что ее ждет брат Енох.

– Уилл и Джессамина, не поубивайте друг друга, пока меня нет. Генри, а ты…

Но Генри ничего не слышал: он зарылся в трактат Аль-Джазари «Книга знаний об остроумных механических устройствах». Шарлотта махнула рукой и вышла вслед за Софи.

Как только дверь закрылась, Джессамина насмешливо взглянула на Уилла:

– Если уж от меня никакого толку, то что здесь забыла она?Не хочу никого обидеть, но ей точно не отличить одно заклинание от другого. Правда, Тесса? Кстати, Уилл, ты и сам на уроках витаешь в облаках. Держу пари, ты не отличишь подчиняющее заклинание от рецепта суфле!

– «Я безумен только при норд-норд-весте; когда ветер с юга, я отличаю сокола от цапли» [3]3
  У Шекспир. «Гамлет». Перевод М. Лозинского.


[Закрыть]
, – задумчиво протянул Уилл, откинувшись на спинку стула.

– Джессамина, нам сгодится всякая помощь, а Тесса любезно пришла на выручку, – на полном серьезе ответил Джем. – Уилл, прекрати цитировать «Гамлета». Генри… Генри!

Генри оторвался от книги и растерянно замигал:

– Что тебе, милая?.. – Он недоуменно оглянулся в поисках жены: – А где Шарлотта?

– Приехали Безмолвные братья, она пошла к ним, – пояснил Джем, ничуть не рассердившись, что Генри принял его за жену. – А знаете, по-моему, Джессамина в чем-то права.

– Видимо, солнце взошло на западе,– вполголоса заметил Уилл.

– В чем же? – с нажимом спросила Тесса. – Нельзя бросать начатое на полпути. Ведь это все равно что сразу отдать Институт Бенедикту Лайтвуду!

– Я и не предлагаю все бросить! Вместо того чтобы рыться в прошлом, надо предугадать будущее. Если поймем, что задумал Мортмэйн, обязательно сможем остановить его.

– Мы знаем и прошлое Мортмэйна, и его дьявольский замысел, – сказал Уилл, кивнув на стопку газет. – Родился в Девоне, был корабельным врачом, разбогател на спекуляциях, увлекся черной магией. Теперь собирается править миром, встав во главе огромной армии механических существ. Обычная история, с этими амбициозными юношами всегда так…

– Не думаю, что его замыслы настолько грандиозны, – перебила Тесса. – Ему вполне хватит Британской империи.

– В самую точку. Но дело не в этом: нам известно, откуда он взялся. Что поделаешь, если все оказалось столь прозаично. Впрочем…

– Впрочем, что? – раздраженно переспросила Джессамина, переводя взгляд с Уилла на Джема. – У меня от вас мурашки – порой кажется, будто вы читаете мысли друг друга!

– Впрочем, я готов согласиться с Джемом: биография Мортмэйна, почерпнутая из газет, – полная ахинея. Это просто набор слов, много лжи и капелька правды. В газетах мы ничего не найдем, он все сочинил для репортеров, чтобы им было о чем писать. Какая разница, сколько у него пароходов, важно узнать, где и у кого он учился черной магии.

– И за что он так ненавидит Сумеречных охотников, – добавила Тесса.

Уилл снисходительно взглянул на нее:

– Разве он нас ненавидит? По-видимому, это просто жажда власти. Без охотников Мортмэйну не сможет противостоять никто, при такой-то армии.

Тесса покачала головой:

– Нет, все не так просто. Мне кажется, он отчаянно ненавидитнефилимов. Это что-то глубоко личное, как-то связанное с теми золотыми часами. Он пытается отомстить нефилимам за причиненную ему боль или несправедливость.

– Компенсации! – воскликнул Джем, уронив перо.

Уилл изумленно уставился на него:

– Мы что, в слова играем? Каждый говорит первое пришедшее на ум слово? Тогда вот вам, «генуфобия». Это иррациональная боязнь коленок, если что.

– А как называется вполне рациональная боязнь назойливых идиотов? – осведомилась Джессамина.

– В архивах есть раздел «Компенсации», – сказал Джем, не замечая насмешек. – Консул вчера упоминал о них, и эта мысль не давала мне покоя. Там мы еще не смотрели!

– Какие компенсации? – спросила Тесса.

– Когда обитатель Нижнего мира или же мирянин заявляет, что Сумеречный охотник нарушил Закон в отношении него, то он подает жалобу, требуя компенсации. Потом дело рассматривается в суде, и ему выплачивают определенную сумму – разумеется, если он соберет достаточно доказательств.

– Глупая затея, – возразил Уилл. – Навряд ли Мортмэйн подал бы официальную жалобу на охотников. Представляешь, как бы это звучало: «Сумеречные охотники причинили мне моральный ущерб, отказавшись умереть, когда я им велел. Требую компенсации! Вышлите чек А.Мортмэйну по адресу Кенсингтон-роуд, дом 18».

– Хватит паясничать! А если он не всегда ненавидел нас? Вдруг он пытался получить компенсацию, а ему отказали? Обязательно надо это выяснить, может, что-нибудь да всплывет. Пойду сообщу Шарлотте – пока брат Енох не ушел, пусть попросит Безмолвных братьев проверить архивы.

Он встал и откинул серебристые волосы со лба. Тесса тоже поднялась – ей вовсе не улыбалось оставаться в библиотеке с Уиллом и Джессаминой и слушать их перебранку. Генри ей был не союзник – он сладко дремал, уронив голову на раскрытую книгу. Находиться с Уиллом в одной комнате было просто невыносимо – легче становилось, разве что когда Джем рядом. Каким-то загадочным образом ему удавалось сглаживать острые углы, в его присутствии Уилл вел себя почти сносно.

– И я с тобой. Мне нужно кое-что спросить у Шарлотты.

Джем приятно удивился, Уилл смерил их взглядом и отодвинулся от стола:

– Что-то мы засиделись среди этих ветхих древностей! Мои прекрасные очи утомлены, а пальцы все в мозолях и порезах от бумаги! Видите?! – Уилл капризно растопырил пальцы. – Пойду проветрюсь.

– Так воспользуйся лечебной руной – иратци,кажется? – не сдержалась Тесса.

Уилл пристально посмотрел на нее. Какие все-таки красивыеу него глаза!

– Что бы я без тебя делал, Тесса!

Девушка взглянула ему прямо в глаза:

– Всегда рада помочь.

Джем примиряюще тронул ее за плечо:

– Тесса, Уилл. Не надо!..

Но Уилл уже унесся прочь, на ходу набросив пальто и громко хлопнув дверью напоследок. Джессамина откинулась на спинку стула и прищурилась:

– Как любопытно.

Тесса судорожно заправила выбившуюся прядку за ухо. Как же она его ненавидела за это! Она для него никто, пустое место. И почему ей никак не удается взять себя в руки? Стоит только увидеть Уилла, взглянуть ему в глаза, как ее бьет нервная дрожь, не поймешь – то ли жгучая ненависть, то ли тоска и нежность… Будто по жилам струится яд, а единственное противоядие – Джем! Только с ним ей спокойно и легко.

– Пойдем! – Джем непринужденно взял ее за руку Английский джентльмен не позволил бы себе такой вольности, но Сумеречные охотники были гораздо ближе друг другу, чем миряне за стенами Института. Тесса обернулась, и Джем ласково улыбнулся. Его улыбка всегда была очень искренней, он не просто растягивал губы – он улыбался от души, всем своим существом. – Поищем Шарлотту.

– И чего мне тут без вас делать? – возмутилась Джессамина.

Джем обернулся через плечо:

– Разбуди Генри. Кажется, он опять ест бумагу во сне, а Шарлотту это особенно раздражает.

– Вот докука! Почему мне всегда достаются дурацкие поручения?..

– Потому что от серьезных ты всегда отлыниваешь! – отрезал Джем.

Да он, оказывается, и сердиться умеет, удивилась Тесса. Джессамина злобно посмотрела им вслед, но они не заметили, потому что шли по коридору, не оглядываясь.

* * *

– Мистер Бэйн ожидает вас, сэр, – сообщил лакей, распахнув перед Уиллом дверь. Кажется, его звали Арчер или Уокер, и он был рабом Камиллы. Как и все порабощенные, он имел болезненный вид – белая, словно пергамент, кожа, тонкие и безжизненные волосы. На лице его застыло брезгливое недовольство, будто Уилл был слизняком на листике салата, поданном гостям на званом ужине.

Уилл учуял запах темной магии, едва войдя в дом: в воздухе мешались едкая серная струя и зловонный дух Темзы в жаркий день. Он наморщил нос, лакей еще больше скривился.

– Мистер Бэйн в гостиной. Позволите ваше пальто? – процедил он, всем видом давая понять, что не намерен провожать гостя.

– Не стоит.

Не снимая пальто, Уилл двинулся на запах, вившийся из коридора. Двери гостиной были плотно притворены, из-под них вырывались клубы дыма. Он набрал в грудь побольше воздуха и вошел.

Вид у комнаты был совершенно нежилой. Оглядевшись, Уилл заметил, что и фортепьяно, и вся массивная мебель тикового дерева отодвинуты к стенам. Вычурная люстра осталась на месте, но свет шел не от нее, а от нескольких дюжин толстых черных свечей, выстроенных кругом посреди комнаты.

Магнус стоял рядом с открытой книгой в руках – старомодный галстук чуть ослаблен, черные волосы дыбом, будто от удара электрическим током. Он поднял голову, увидел Уилла и улыбнулся:

– Очень вовремя! Уверен, сегодня мы не ошиблись. Уилл, это Таммуз, низший демон из восьмого измерения. Таммуз, это Уилл, Сумеречный охотник, и тоже из низших. Родом из Уэльса, верно?

Я вырву твои глаза,– прошипело существо, сидящее в центре горящего круга. Это определенно был демон, фута три ростом, с синеватой кожей и тремя угольно-черными глазами, с когтистыми руками – восемь пальцев на каждой, длинные когти ярко-алые. – Я щас кожу с твоего лица сдеру!

– Не груби, Таммуз! – осадил его Магнус. Хотя сказал он это совсем негромко, пламя свечей резко взвилось вверх, а демон зашелся в пронзительном крике. – Уилл задаст тебе пару вопросов. Ты должен ответить на них.

– Что-то он не очень похож на того демона, – покачал головой Уилл.

– Синий, как ты говорил.

– Ну да. – Уилл внимательно осмотрел демона, подойдя почти вплотную к кругу. – Но тот, что мне нужен, кобальтовый. А этот голубой, как барвинок.

– Какой-какой? –взревел от ярости демон. – Подойди ближе, мальчик-охотник, я вырву твою печень и сожру у тебя на глазах!

Уилл повернулся к Магнусу:

– Да и голос у него какой-то не такой. И глаза… Нет, не тот!

– Ты уверен?

– Совершенно точно, – твердо заявил Уилл. – Такое забыть невозможно.

Магнус вздохнул и обратился к демону, читая из раскрытой книги:

– Я заклинаю тебя, Таммуз, именем Аббадона и Молоха и повелеваю тебе отвечать на вопросы правдиво. До сего дня ты когда-нибудь видел Сумеречного охотника Уилла Херондэйла или любого из его рода?

– Не знаю я, –нахально ответил демон. – Люди для меня все на одно лицо.

Магнус повысил голос, строго и властно повелев:

– Отвечай же!

– Ну ладно, ладно. Нет, я в жизни его не видал. Я бы запомнил. Уж очень аппетитно он выглядит. –Демон усмехнулся, обнажив острые, как лезвия, зубы. – Давно я не был в этом мире, сотню лет, не меньше. Впрочем, для меня что сотня лет, что тысяча. И вообще, когда я наведывался сюда в последний раз, людишки жили в норах и жрали корешки. Так что вряд ли мы с ним встречались… – он указал длинным многосуставчатым пальцем на Уилла, – разве что смертные живут гораздо дольше, чем я полагал.

Магнус закатил глаза:

– Помощи от тебя не дождешься!

Демон вполне по-человечески пожал плечами:

– А ты чего ожидал? Заставил меня отвечать правдиво, и я ответил.

– Ну ладно, а ты никогда не встречал того демона, о котором мы сейчас говорили? – вмешался Уилл, уже ни на что не надеясь. – Знаешь, такой темно-синий, голос скрипучий, как наждачная бумага, и еще у него длинный, колючий, шипастый хвост…

Демон снисходительно взглянул на Уилла:

Да ты хоть знаешь, нефилим, сколько демонов обитает в Геенне? Сотни и сотни миллионов! Ваш Лондон – просто жалкая деревушка по сравнению с громадным городом Преисподней! Демоны любых форм и размеров, любыхцветов. К тому же некоторые могут менять свой облик, если захотят…

– Не хочешь помочь, так хотя бы не мешай! – воскликнул Магнус и захлопнул книгу. Свечи тут же погасли, и демон исчез с пронзительным визгом, оставив после себя зловонный синеватый дымок.

Чародей повернулся к Уиллу:

– А я был так уверен, что это тот самый демон.

– Ты не виноват. – Уилл устало плюхнулся на оттоманку у самой стены. Его бросало то в жар, то в холод, от разочарования юношу била нервная дрожь. Он стянул перчатки и запихнул их в карманы. Пальто Уилл так и не расстегнул. – По крайней мере, ты пытаешься сделать хоть что-то. Таммуз прав, так мы его не найдем.

– Полагаю, – тихо сказал Магнус, – ты поведал мне все, что помнишь. Ты открыл Шкатулку и выпустил демона, он тебя проклял. Ты хочешь, чтобы я нашел его и попытался заставить снять проклятие. А какое это проклятие, кстати?

– Это все, что я могу рассказать, остальное – мелкие подробности, без которых тебе придется обойтись, – ответил Уилл. – Да это даже хуже, чем искать иголку в стоге сена! Иголка среди груды таких же игл…

– Сунь руку в груду игл, – заметил Магнус, – и здорово поранишься. Ты уверен, что действительно хочешь этого?

– Другой вариант гораздо хуже, – устало проговорил юноша, глядя на темное пятно в центре круга. Он совершенно вымотался – руна энергии, питавшая его силой с начала заседания Совета, иссякла уже к полудню, и теперь голова просто раскалывалась. – Целых пять лет я жил с этим, а сейчас даже смерть кажется более привлекательной!

– Сумеречные охотники не боятся смерти.

– Разумеется, боятся. Смерти боятся все. Да, в нас течет кровь ангелов, но едва ли мы знаем о том, что ждет после смерти, больше, чем все остальные.

Магнус подошел поближе и опустился на другой конец оттоманки. В темноте его золотисто-зеленые глаза сверкали, как у кота.

– Ты не можешь знать наверняка, что смерть – это лишь сон и забытье.

– А ты не можешь утверждать обратное! Джем верит, что мы родимся заново, что жизнь – это колесо. Умираешь, опять рождаешься, а кем ты станешь, зависит от того, как прожил предыдущие жизни. – Уилл посмотрел на свои обкусанные ногти. – Я бы наверняка родился жалким слизнем, на которого кто-то сыплет соль…

– Колесо перерождений, – кивнул Магнус, неожиданно улыбнувшись. – Это значит, что в прошлой жизни ты совершил что-то достойное. Ведь сейчас ты нефилим!

– Ну да, мне очень повезло, – мрачно ответил юноша, бессильно откинувшись на спинку оттоманки. – Судя по всему, тебе снова понадобятся ингредиенты? Старуха Молли на Кладбище скрещенных костей уже видеть меня не может!

– Есть и другие поставщики, – ответил Магнус, откровенно сжалившись над ним. – И еще мне нужно порыться в источниках. Вот если бы ты рассказал мне о сути проклятия…

– Нет. – Уилл резко выпрямился. – Не могу! Я объяснял тебе, я и так очень рискую – даже о существовании проклятия рассказывать опасно. Если скажу еще хоть слово…

– Что тогда? Дай угадаю: ты не знаешь наверняка, но уверен, что случится ужасное.

– Не заставляй меня жалеть, что вообще открылся тебе!

– Это из-за Тессы, верно?

За последние пять лет Уилл научился тщательно скрывать эмоции и не показывать ни радости, ни привязанности, ни надежды. Он знал, что лицо его не дрогнуло, только голос прозвучал немного натянуто:

– При чем здесь Тесса?

– Прошло пять лет, – заметил Магнус. – Как-то ты справлялся все эти годы, не сказав вообщеникому. И вдруг врываешься ко мне посреди ночи, в грозу! Что изменилось в Институте? Мне на ум приходит только одно, а точнее, одна, и весьма хорошенькая, с красивыми серыми глазами…

Уилл резко вскочил, едва не опрокинув оттоманку.

– Причина в другом, – возразил он, пытаясь не сорваться на крик. – Джем умирает.

Магнус смотрел на него внимательно, не мигая, потом сказал:

– Он умирает уже много лет, твое проклятие никак на нем не сказывается.

– Ты ничего не понимаешь… – Уилл заметил, что руки дрожат, и сжал кулаки.

– Я знаю, что вы parabatai,побратимы, – ответил Магнус. – Его смерть станет для тебя огромной потерей. Но мне хотелось бы знать другое…

– Ты знаешь все что нужно! – Уилла бил озноб, хотя в комнате было тепло, да и пальто он не снял. – Я заплачу тебе еще больше, если перестанешь задавать лишние вопросы.

Магнус задрал ноги на оттоманку и заявил:

– Задавать вопросы я не перестану, но постараюсь уважать твою тайну.

– Значит, ты не отказываешься, – облегченно вздохнул Уилл и разжал кулаки.

– Я помогу тебе. – Магнус заложил руки за голову и откинулся назад, глядя над Уилла из-под опущенных ресниц с притворной небрежностью. – Я справился бы намного лучше, если бы знал правду. Очень мне все это любопытно, Уилл Херондэйл.

– Ну что ж, чем не причина, – пожал плечами Уилл. – Когда попробуем снова?

Магнус зевнул:

– Да хоть в конце недели. К субботе дам знать, если будут какие-нибудь подвижки.

Подвижки, проклятие, правда, Джем, смерть, Тесса. Тесса-Тесса-Тесса…Имя пело и звенело серебристым колокольчиком, заставляло сердце биться чаще. Вряд ли на всем свете нашлось бы более подходящее имя, чем Тесса.А если бы ее звали иначе, как-нибудь нелепо и некрасиво, да хотя бы Милдред!.. Разве можно проснуться среди ночи и прошептать такое имя?! Вот Тесса – совсем другое дело…

– Спасибо, – отрывисто сказал Уилл. Озноб прошел, ему стало душно и захотелось выйти на свежий воздух. – В любом случае, буду ждать с нетерпением.

Магнус коротко кивнул и закрыл глаза. Трудно сказать, заснул он или просто ждал, когда Уилл отправится восвояси. Тот понял намек и удалился не без облегчения.

* * *

Софи направлялась в комнату Джессамины вытереть пыль и почистить каминную решетку. Вдруг она услышала голоса в коридоре и по привычке заметалась – прежние хозяева требовали, чтобы она не попадалась им на глаза. Когда господа проходили мимо, следовало отвернуться лицом к стене и замереть, практически не дыша. Пусть думают, что она предмет интерьера.

Попав в Институт, девушка с изумлением обнаружила там совсем другие порядки. Для такого большого особняка слуг было поразительно мало. Сумеречные охотники с удовольствием делали то, что обычные господа сочли бы ниже собственного достоинства: сами разжигали камин, сами покупали всякие мелочи для личного пользования, сами наводили порядок в оружейной и в комнатах для занятий. Да и фамильярность других слуг, Томаса и Агаты, тоже бросалась в глаза. Впрочем, это неудивительно – оба принадлежали к семьям, служившим Сумеречным охотникам на протяжении поколений. Да и сами слуги неплохо владели магией.

Софи родилась в бедной семье; еще в бытность свою простой служанкой она часто выслушивала попреки и терпела побои от прошлых хозяев. Поначалу она не знала, как обращаться со старинной мебелью, фамильным серебром и изысканным китайским фарфором, таким тонким, что чашки просвечивали на солнце. Потом научилась; пришло время, и красота ее расцвела, как цветок, и тогда хозяева сделали ее горничной. Сомнительная честь, ведь положение горничной весьма непрочное: едва Софи исполнилось восемнадцать, зарплата с каждым годом становилась все меньше. Горничная – «лицо дома», она должна быть молода и очень красива.

А в Институте никому не было дела, что девушке почти двадцать, никто не требовал отворачиваться лицом к стене, ей даже позволялось заговаривать с хозяевами первой, не дожидаясь, пока ее спросят. Иногда Софи думала, что даже с полученным увечьем все обернулось к лучшему: пусть предыдущий хозяин изуродовал ей лицо, зато она получила работу в Институте. Конечно, бедняжка до сих пор не могла смотреться в зеркало, но страшное чувство утраты покинуло ее. Джессамина порой насмехалась над ней, но остальные, казалось, не замечали длинного шрама на щеке. Да еще Уилл бросал иногда какую-нибудь колкость, но беззлобно, будто для проформы.

А потом она влюбилась в Джема.

Софи сразу узнала его голос: Джем шел по коридору и радостно смеялся над чем-то вместе с мисс Тессой. Девушке вдруг стало трудно дышать. Она презирала себя за эту ревность, но ничего не могла поделать. А ведь мисс Тесса была всегда так добра к ней, в ее больших серых глазах светились такая тоска и одиночество – ей был очень нужен друг! На Тессу невозможно сердиться, и все же… Джем таксмотрел на нее, а Тесса даже не замечала.

Не в силах вынести их присутствия, Софи схватила щетку и ведро и нырнула в ближайшую комнату, проворно прикрыв за собой дверь. Это оказалась гостевая комната, и она пустовала, как и многие другие помещения в Институте, предназначенные для временного проживания заезжих охотников. Раз в две-три недели Софи вытирала в них пыль. Видимо, в эту комнату она давно не заглядывала – в потоках солнечного света плясали пылинки, и нос у девушки отчаянно зачесался, когда она прильнула к замочной скважине.

Она не ошиблась: по коридору шли Джем с Тессой, полностью увлеченные друг другом и не замечавшие ничего вокруг. Джем нес какой-то сверток, а Тесса радостно смеялась над его шутками. Она смотрела в сторону, а Джем не сводил с нее сияющих глаз. Такое лицо бывало у него, когда он играл на скрипке, полностью поглощенный и очарованный дивными звуками.

Он был так хорош собой, что у Софи заныло сердце. Все считали красавцем Уилла, но ей казалось, что Джем красивее в тысячу раз. Словно ангел неземной со старинной картины! Пусть серебристые волосы и бледная кожа стали такими из-за «лекарства», но в этом их особая прелесть. А еще он спокойный, надежный и добрый! А какие красивые у него руки – тонкие, сильные пальцы, изящные кисти… Раньше Софи думала, что никогда не позволит тронуть себя ни мужчине, ни юноше, но Джем – совсем другое дело. Она представляла, как он нежно касается ее лица и отводит выбившиеся прядки в сторону…

– Поверить не могу, что завтра они явятся сюда! – воскликнула Тесса, обернувшись к Джему. – Будто я и Софи – кость, которую бросили злой собаке, чтобы задобрить. Бенедикту Лайтвуду, должно быть, глубоко плевать, научимся мы драться или нет. Главное, что его сыновья будут постоянно болтаться в Институте и действовать на нервы Шарлотте.

– Может, и так, – признал Джем. – Но почему бы не воспользоваться случаем и не научиться чему-нибудь? Шарлотта хочет и Джессамину привлечь к тренировкам. А что до тебя, то даже если Мортмэйн больше не объявится, обязательно найдутся другие – твой дар делает жизнь довольно опасной. Ты должна научиться сама заботиться о себе!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю