Текст книги "Он не любит меня (ЛП)"

Автор книги: Кармен Розалес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

РУБИ

После того как Крис и Ной купили нам билеты, мы встали в очередь на первый аттракцион, и я подняла глаза и обнаружила, что нервничаю и чувствую себя неловко. Моей первой мыслью, когда я увидела яркие огни и запах попкорна и сладкой ваты, было то, что я хотела бы испытать это с Каем.

Я покачала головой, чтобы отогнать мысли о нем, и попытаться хорошо провести время.

– Ты уже была на таком? – Спрашивает он.

Я подняла глаза и увидела гигантские петлевые американские горки под названием «Огненное кольцо», которые поднимаются примерно на шестьдесят футов в высоту. Я не хочу говорить ему, что я никогда ни на чем не была, потому что я устала от жалости и от того, что на меня смотрят как на бедную девочку, выросшую в приемной семье. Поэтому я решила не говорить правду и не лгать.

Я просто пожала плечами и ответила:

– Не знаю. Не помню.

Я посмотрела вперед и заметила, как Ной оживленно разговаривает с Эбби, но она отвлеклась, глядя на следующий аттракцион. Я провожаю взглядом, и мой желудок сжимается, когда я вижу Тайлера с Эмбер, ожидающих следующего аттракциона, который похож на пиратский корабль, качающийся из конца в конец. Мой желудок скручивается от того, что Тайлер видит меня здесь с Крисом и Эбби, и от того, что он сел на аттракцион передо мной.

Меня вырвет и стошнит.

– Признаюсь, я катался на нем пару раз. Это не так уж и плохо. Не волнуйся, я обниму тебя, если ты испугаешься. – Говорит Крис.

Держу пари, что так и будет. Если этот комментарий хоть как-то указывает, я думаю, что Крису я нравлюсь. Понятия не имею, почему, если я изгой в школе, и моя спина похожа будто винтовые лодки катались по ней. У меня мало шансов, я также бедна и имею судимость, и я не буду любимицей его семьи, за исключением Эбби. Ей нравятся все, кто не ведет себя с ней как сучки.

Звук американских горок, кружащихся на трассе, и крики людей, словно от этого зависит их жизнь, заставляют мой желудок сжиматься и разжиматься в страхе от незнания того, каково это – висеть вверх ногами так высоко в воздухе.

Когда наступает наша очередь сесть, мои руки становятся липкими. После того, как я натягиваю ремни безопасности на плечи, оператор проверяет их, и защелкивает их между бедрами со щелчком.

– Расслабься, я рядом. – Говорит Крис.

Я закрываю глаза, пытаясь успокоиться. Крис хватает меня за руку, когда аттракцион начинает скользить вперед по трассе, и мой живот кувыркается, когда он поднимается выше. Ох, черт.

Крик вырывается из моего горла, и я убираю руку из хватки Криса, и мне кажется, что я лечу в воздухе, напоминая о том, как я хотела летать, как Супермен, когда была ребенком. В моей голове всплывает воспоминание о нас с Каем.

– Почему тебе нравится Супермен? – Спрашивает Кай.

– Не знаю, – отвечаю я.

– Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что не знаешь. Я же сказал тебе, почему мне нравится Бэтмен. Потому что никто не знает, что он Бэтмен, он убивает плохих парней, у него симпатичные подружки и крутая машина.

Я опускаю голову и пытаюсь придумать лучший способ ответить ему, не раскрывая слишком много настоящей причины.

– Думаю, потому что он может летать, и у него есть особые способности спасать людей. Он также может ходить как Кларк Кент, и никто не знает, кто он. Мне также нравится, что у него есть одна настоящая любовь, Луис Лейн. Он даже отказался от своих способностей, чтобы быть с ней.

Кай морщит нос, словно учуял что-то отвратительное, и я надеюсь, что это не я. Я обязательно заскочила в аптеку, чтобы побрызгать одежду спреем для тела, и я с облегчением вздыхаю, когда он говорит:

– Но это сделает его слабым, если он откажется от своих способностей. Он не сможет ее спасти. Вот почему Бэтмен лучше. Ему не нужно ничего отдавать ради девушки.

Я закатываю глаза.

– Это значит, что он никого не любит, и он одинок.

Он лежит на одеяле и улыбается, глядя на облака в небе, скользящие перед солнцем, в его руке ромашка, которую он крутит между пальцами. Его черные глаза метнулись к моим, и он протянул мне единственную ромашку. Я протянула руку и взяла стебель в свою, чувствуя тонкий, мягкий стебель на подушечках пальцев.

– Вот почему ты не можешь быть Робином.

Я в замешательстве сдвинула брови, в то же время чувствуя себя опустошенной. Робин – напарник Бэтмена. Его друг. Значит ли это, что он не видит во мне своего друга?

Кай приподнимается на локте, касается кончиков моих волос и улыбается.

– Ты Женщина-кошка. – Я улыбаюсь, и внезапно он наклоняется ближе и прижимается губами к моим. Когда я закрываю глаза, взрываются фейерверки, а в животе порхают бабочки.

Аттракцион останавливается, и я чувствую, будто перенеслась во времени.

– Тебе понравилось? – Спрашивает Крис.

Я не обращала внимания. Я мечтала о парне, которого не могу выбросить из головы.

– Да, – лгу я.

Мы встречаемся с Эбби и Ноем. Я не могу не заметить, как Эбби оглядывается и смотрит на Тайлера с Эмбер. Я поднимаю бровь, давая ей понять, что она ведет себя очевидно, и она отводит глаза и смотрит на меня с фальшивой улыбкой.

Мы проходим мимо комнат смеха и дома зеркал, и это интригует меня, и я хочу зайти. Ной тянет Эбби к другому аттракциону, а Крис смотрит на меня, а затем в сторону туалета.

– Э-э, я собираюсь на секунду зайти в туалет. Ты не против подождать здесь?

Желая пойти в дом зеркал, я просто улыбаюсь.

– Конечно, иди. Я посмотрю дом зеркал.

Он выглядит удовлетворенным и идет спиной к мужскому туалету.

– Хорошо. Я сейчас приду.

– Не торопись. – Я поворачиваюсь к входу на аттракцион. Ну, это не совсем аттракцион, потому что ты проходишь через лабиринт зеркал, пока не доберешься до другой стороны и не выйдешь, надеюсь, не ударившись лицом. Я показываю дежурному свой безлимитный браслет, который дает доступ ко всем аттракционам, и вхожу в лабиринт зеркал, глядя на свое отражение и нащупывая путь через узкие пространства.

Каждый поворот, который я делаю, приводит меня в раздражающий тупик, и я поворачиваю в противоположном направлении, пока не дохожу до конца. Я вижу тень справа и чувствую, как волосы на затылке встают дыбом, но, когда я смотрю, я вздыхаю с облегчением. Это всего лишь мое отражение. Я продолжаю двигаться, вытянув руки, как слепая, и следя за тем, чтобы не удариться головой, потому что мои глаза обманывают меня.

Когда я поворачиваюсь, темно, и я больше не вижу ни входа, ни выхода. Рука закрывает мне рот, и я отступаю, заглушая крик, пока меня не толкают к внутренней металлической обшивке трейлера.

Мои глаза расширяются, и я почти паникую, когда слышу:

– Тсс. – Моя грудь поднимается и опускается с каждым вдохом. Я закрываю глаза, чтобы убедиться, что могу дышать через нос, но рука все еще закрывает мне рот. – Ты была плохой девочкой, preciosa(красивая). Я тяжело вздыхаю с облегчением. Кай. – Думаю, мне нужно преподать тебе урок о том, как встречаться с кем-то, кто не я. Я уберу свою руку, и если ты закричишь, я сделаю так, чтобы ты пожалела об этом. Кивни, если понимаешь.

Гнев и волнение текут по моим венам. Мой живот переворачивается, как от поездки, в которой я только что была, и мне хочется сжать бедра, чувствуя, как его дыхание касается моей шеи, пока он говорит. Я киваю, потому что это единственный выбор, который у меня есть, чтобы заговорить. Я хочу спросить, где, черт возьми, он был.

Когда он убирает руку с моего рта, его глаза впиваются в мои.

– Где ты был? – Спрашиваю я.

Он наклоняет голову набок.

– О. Скучала по мне?

Меня мгновенно раздражает его сарказм и его маленькие игры.

– Очевидно, нет.

Он дьявольски ухмыляется.

– Умничаешь? – Он приподнимает губы с маниакальной улыбкой, от которой у меня мурашки по коже. Он вталкивает меня между тремя зеркалами, из которых есть только один выход, и он загораживает меня, стоя позади меня. Он силой поворачивает мою голову, и с его угла открывается прекрасный вид на вход. Я вижу Криса, скрестившего руки на груди и ожидающего меня.

– Ты видишь его? Он жалок, не так ли? Ждет тебя, как слабак. Думает, что сможет убедить тебя полюбить его. Жаль, что я всегда на шаг впереди.

– О чем ты говоришь?

Кай скользит носом по коже у моей шеи, заставляя мои ноги подгибаться, когда его зубы следуют за ним, слегка царапая мою кожу. Он прижимает меня к себе.

– Хм. Я вижу, что ты скучала по мне. Ничего, что тебя сейчас касается. Всему свое время.

Интересно, что он имеет в виду. Кай несет полную бессвязную чушь. Он думает, что может просто появиться, и я сдамся и упаду к его ногам без ответов. Как бы не так.

– Отпусти меня. – Говорю я сквозь стиснутые зубы, пытаясь вырваться из его хватки, но он крепко прижимает меня к груди. Выступ его члена упирается мне в спину.

– Посмотри, что ты со мной делаешь. – Я выгибаюсь, потому что мои соски твердые, и я хочу его. Я хочу чувствовать его, и он это чувствует. – Ты думала, я тебя отпущу. Ты думала, я играл, когда сказал, что никогда тебя не оставлю. – Он скользит другой рукой под мою рубашку и находит мой возбужденный сосок. – Это для меня, Руби? Все это для меня? – Он щиплет мой сосок, и я готова закричать, но его другая рука закрывает мне рот. – Подожди. Не сейчас. Если ты закричишь, кто-нибудь придет, и что в этом веселого, а? Тебе нравятся зеркала?

Мои глаза расширяются, когда я вижу свое отражение, а его глаза смотрят прямо на меня.

– Я пытался быть милым и убрать руку, но ты ведешь себя как плохая девочка. Так что я просто позволю тебе посмотреть. Поняла?

Я киваю головой, потому что его член тверд, как стальной стержень позади меня, и он сгибает колени и трётся бедрами, чтобы я могла его почувствовать. Он хочет, чтобы я почувствовала, насколько я его возбуждаю, а мои трусики уже мокрые насквозь. Я очень удивлюсь, если в области промежности моих джинсов не будет мокрого пятна.

– Я скучаю по тебе, Руби, – шепчет он. – Надеюсь, тебе нравятся маленькие цветы, которые я тебе оставляю. Знак моей дружбы. Теперь мне нужно показать тебе знак моего владения.

Я стону, потому что в то же время он трётся о мой зад, его другая рука трёт промежность моих джинсов, где мой клитор трётся о грубую ткань. Трение, которое он вызывает, сводит меня с ума, но я знаю, что это неправильно. Нет ничего правильного в том, что он делает со мной, и это сводит меня с ума. Это грязно, и мой разум кричит о том, как это стыдно, в то же время я наблюдаю, как Крис ждет меня. Я знаю, что осталось совсем немного времени, прежде чем Крис начнет волноваться и попросит оператора пойти и поискать меня, но у меня есть чувство, что Кай это знает. Это не помешало ему загнать меня в угол и делать то, что он делает.

Это та часть Кая, которая пугает меня, но в то же время и волнует. Я знаю, что это звучит безумно, и его действия граничат с психозом, но я имела дело с сумасшедшими и развратными. Может быть, я привыкла к этому. Может быть, в каком-то извращенном смысле я и сама настолько безумная, что мне нравится, что он делает. В глубине души я, вероятно, поэтому не говорю Стивену или Кэролайн, что он пробирается в мою комнату, потому что маленькая одиннадцатилетняя девочка внутри меня надеется, что она вернет своего лучшего друга. Но это безумие, потому что одиннадцатилетнего Кая больше нет. Он вырос, и теперь все, что он хочет сделать, это заставить меня заплатить за то, что я его бросила.

– Я не перестану приходить к тебе, Руби. Это твое последнее предупреждение. Ты видела, что случилось с Пэтти, когда он взял тебя на прогулку, чтобы показать тебе свое отвратительное искусство. Жаль, что вся эта тяжелая работа пошла напрасно на эти здания. Думаю, теперь он понимает, что нужно держаться от тебя подальше. – Он целует кожу под моим ухом и хрипло говорит. – Теперь ты бросаешь мне вызов и идешь на ярмарку с одним из моих друзей. Я не хочу делать его своим врагом, но ради тебя я могу. Это не помешает мне испортить ему шанс играть в футбол за то, что он прикоснулся к тебе. Убедись, что он держит руки при себе.

Я тяжело дышу, и мой нос раздувается, как у быка, готового к драке. Что, черт возьми, с ним не так? Он сошел с ума.

– Что ты собираешься делать? Причинять боль каждому парню, который подойдет ко мне или коснется меня?

– Динь. Динь-Динь. Я знал, что ты быстро учишься. – Он облизывает мочку моего уха, заставляя электрические разряды змеиться по моему позвоночнику. Я закрываю глаза, борясь с желанием и гневом, пробегающими по мне, но он продолжает: – Судьба всех вокруг зависит от тебя и того, что ты позволяешь и что они с тобой делают… а я судья.

– Ты что, сумасшедший?

Я сказала это. Надеюсь, это впитается в то, что я о нем думаю, потому что то, что он говорит, – это психоз, и он, очевидно, преследует меня. С тех пор, как я появилась, он следил за мной, ждал, пробирался в мою комнату и укладывал меня в кровать, даже смотрел, как я сплю.

– Некоторые называли меня и хуже, но в твоем случае я бы предпочел назвать меня одержимым. У нас не так много времени, preciosa(красивая). Я хочу дать Крису шанс, прежде чем мне придется учить его не связываться с тем, что принадлежит мне.

– Я не твоя, – огрызаюсь я.

Я очень раздражена на него. Он думает, что может делать все, что захочет, дергая за ниточки. Он думает, что контролирует все. Я готова закричать, но он зажимает мне рот рукой, заглушая звук, вырывающийся из моих губ. Затем он кусает мою шею достаточно сильно, чтобы оставить след, посасывая мою нежную кожу, когда он отрывает свой рот.

Он отталкивает меня от себя со смехом.

– Увидимся позже сегодня вечером, Руби. Я закончу то, что начал, потому что мне нравится видеть выражение твоего лица, когда ты кончаешь.

Слезы собираются в уголках моих глаз, потому что я зла на него и очень сильно.

Но больше всего я зла на себя за то, что позволяю ему так со мной обращаться.

РУБИ

Я выхожу и вижу, как Крис ждет меня. Его глаза расширяются, когда он наконец замечает меня. Я попыталась увидеть повреждения, которые Кай нанес моей шее, глядя в последнее зеркало, но оно было деформировано. Пятно на шее было таким красным, что у меня не было выбора, кроме как распустить косы, чтобы скрыть его.

– Ты что, там заблудилась?

Нет, твой лучший друг – урод, и он преследовал меня, пока не загнал меня в угол, чтобы прошептать мне на ухо всякую чушь и укусить, предупредив, чтобы я не позволяла тебе ко мне прикасаться. Но я этого не говорю.

Вместо этого я указываю на свои растрепанные волосы.

– Я была занята тем, что расплетала косы. У меня от них заболела голова. Там зеркала были лучше, чем в туалете, – лгу я.

Он трет подбородок, вероятно, скептически относясь к причине моего столь долгого ожидания, но сознательная часть моего мозга говорит мне, как глупо я, должно быть, звучу, потому что мы оба знаем, что я не ходила в туалет.

Он протягивает руку и касается кончика моих волос, и мой мозг кричит ему, чтобы он остановился. Я не уверена, следит ли за мной Кай, но, конечно, следит. Он сказал, что следит. Судьба Криса в моих руках, потому что у меня такое чувство, что Кай не заботится о том, что они друзья. Он причинит Крису боль за то, что он прикоснулся ко мне. Я думаю, что то, что он сделал с Патриком, – это лишь поверхностное знакомство с тем, на что способен Кай.

Поэтому я поступаю умно, разумно и отступаю, чтобы он не мог коснуться моих волос.

– Распущенные волосы тебе идут. Мне нравится.

Нет. Нет. Нет. Пожалуйста, только не нравятся, и не надо находить меня привлекательной. Я потираю губы и оглядываюсь. Куда угодно, только не на него или его глаза, боясь того, что я могу найти, если посмотрю. Похоть. Желание. Симпатию. Все, кроме дружбы. Я бы даже предпочла жалость в этот момент. Я не могла переварить себя, как причину чьей-то боли, потому что Кай внезапно решил, что никто не может меня трогать, или я была слишком слепа, чтобы заметить, и это всегда было его намерением.

Мой желудок сжимается, когда я замечаю Эбби и Ноя, а затем мое сердце колотится, когда я также вижу Тайлера и Эмбер, следующих за ними. У Эбби мрачное выражение лица, которое она пытается скрыть, идя быстрее Ноя. Я уверена, что вид Тайлера с Эмбер причиняет ей боль. По крайней мере, он не преследует Эбби. Пытаясь сделать что-то разумное, что могло бы кому-то помочь, я смотрю мимо Эбби, когда она подходит ко мне.

– Эй, Тайлер. Я не знала, что вы с Эмбер вместе?

Да, придурок. Ты не позвал меня с тобой, потому что ты пытаешься что-то скрыть.

Тайлер останавливается и нервно смотрит на Эбби, а затем снова на Эмбер, как будто он идет по карнизу и теперь понимает, что может упасть.

– А-Эмбер пригласила меня, и я сказал «да», – нервно запинается он.

– О, а я понятия не имела.

– Какое тебе дело, уродка? – Язвительно говорит Эмбер, просовывая руку под руку Тайлера и одаривая Эбби издевательской улыбкой. Сучка. Интересно, с чего это она вдруг заинтересовалась Тайлером? Я не думала, что Тайлер увлечен Эмбер. Я никогда не видела, чтобы он пялился на нее или разглядывал ее. Единственный человек, на которого я когда-либо видела, чтобы он пялился – это Эбби, когда он думает, что никто не смотрит.

Тайлер переводит взгляд с Криса на меня.

– Я тоже не знал, что ты придешь на ярмарку, Рубиана. Ты должна была сказать, и я бы тебя взял, – отвечает он, но смотрит прямо на Криса.

Интересно.

Я не единственная, у кого есть секреты. Но что меня задевает, так это то, что он не защищает меня от того, что Эмбер назвала меня уродкой. Я не уверена, стоит ли мне больше злиться на то, что он не сказал мне, что идет на ярмарку с ней, или на то, что он не защищает меня, как я привыкла. Я не должна была ожидать от него многого, но втайне я ждала.

– Полагаю, теперь это не имеет значения. Мы все здесь вместе. – Я подчеркиваю последнюю часть, хотя я не собиралась делать это свиданием между Крисом и мной или чем-то в этом роде. Я просто хотела пойти ради опыта, но я также рада, что пришла за душевным спокойствием Эбби, а теперь и за моральной поддержкой.

Хотя я и довольна тем, как Тайлер хмурится на Ноя, но он все равно пытается показать, что ему все равно, что Эбби здесь с кем-то другим. Когда я думаю, что ночь не может быть уже хуже, волосы на затылке встают дыбом, заставляя пульсировать место на шее, где Кай вонзил зубы, оставив засос на коже.

– Что случилось, ребята? А я думал, где же еще нам встретиться. – Говорит Кай с улыбкой, подходя к нам. Он одаривает меня озорной ухмылкой. – Красивые волосы, Рубиана. Надеюсь, у тебя есть лента, чтобы они не слишком путались, когда ты поедешь на аттракционе. – Придурок блядь.

– Как прошла терапия? – Спрашивает Тайлер, приподняв бровь.

Кай смеется, поднимая и опуская свои идеальные брови.

– Все хорошо. Это было… безумие. – Его обсидиановые глаза останавливаются на моих, но я не скучаю по тому, как он скользит взглядом по телу, не заботясь о том, кто смотрит. – Мы все время от времени немного сходим с ума.

Кай был на терапии? Он действительно сумасшедший? Но если бы он был сумасшедшим, его бы не пустили в школу. Разве? Может, я имею дело с психом. Поэтому Тайлер всегда предупреждает меня держаться подальше от Кая? Теперь он специально дает понять, что именно там был Кай, когда отсутствовал в школе.

Я смотрю, как все отворачиваются, не желая еще больше дразнить медведя, но это не останавливает Кая. Я не думаю, что что-то может помешать Каю говорить или делать то, что он хочет. Кай внезапно поворачивается к Эмбер, одаривая ее озорной улыбкой. Клянусь, видеть его сейчас – это как смотреть на доктора Джекилла и мистер Хайда, которые появляются, но ты не знаешь, в каком порядке или какую сторону Кая ты получаешь.

Эмбер выглядит нервной, когда смотрит на Кая, и по какой-то причине, несмотря ни на что, я начинаю ревновать, когда он смотрит на нее, а она смотрит в ответ.

– Я же говорил тебе, что он скажет «да»?

Ее глаза расширяются, вероятно, ей неловко, что он ее выдает. Эмбер пригласила Тайлера на ярмарку, и он сказал «да»? Это была не его идея, но мне интересно, почему он согласился пойти с ней, когда я видела ее рядом с Каем. Зачем ей нужно было спрашивать об этом Кая? Затем я вспоминаю, что он пригласила ее на неудачную попытку вечеринки по случаю дня рождения, которую они устроили для меня.

Вероятно, именно она написала на моем шкафчике в школе слово «уродка». Мой живот скручивается от ярости, и я игнорирую все предупреждающие колокольчики в моей голове, говорящие мне отпустить это и не создавать больше проблем себе или кому-либо еще.

Губы Эмбер приподнимаются в ухмылке.

– Да, он это сделал.

Кай подмигивает Тайлеру.

– Ну, как все прошло, Тайлер?

– Как что прошло, Кай? – Протягивает он, но я вижу по его глазам, что он обеспокоен.

Кай что-то знает, и я не могу понять что. Все это так хреново. Я чувствую это. Шарик вот-вот лопнет.

– О, да ладно, ты же не думал, что кто-то не может увидеть вас двоих в колесе обозрения. Она ведь хорошо делает минет, не так ли?

Мои глаза расширяются, и я смотрю на Эбби, наблюдая, как печаль проступает на ее лице. Боль, отражающаяся в ее глазах, когда она поднимает взгляд на Тайлера, смешивается с болью моих собственных чувств. Я так сильно стискиваю зубы, что чувствую, будто они сейчас сломаются. Я хочу причинить боль Каю так же, как он причиняет боль мне и Эбби. Да пошел он.

Крис стоит рядом со мной с удивленным выражением лица, направленным на Тайлера, вероятно, не веря, что он позволил Эмбер отсосать у него во время поездки. Бедный Ной не знает, стоит ли ему позволить земле поглотить его. Воздух вокруг нас душный и полон неловкого напряжения, скрывающего истинный гнев, который бурлит внутри, ожидая выхода наружу.

Кай мог бы пойти нахуй и получить еще один минет от Эмбер, раз уж ему это так понравилось. Мои пальцы касаются руки Криса, и он смотрит вниз, наблюдая, как я переплетаю свои пальцы с его. Я смотрю на ряд игр с висящими чучелами животных и замечаю ту, в которой нужно бросать мяч и бить по пустым стеклянным пивным бутылкам.

– Эй, хочешь поиграть в ту игру с пивными бутылками? – Тихо спрашиваю я, наклоняясь к нему.

Его глаза загораются, как будто он только что выиграл игру, даже не играя, и он кивает.

– Да, звучит как отличная идея. Эй, Ной? – Ной поднимает голову. – Почему бы нам не выиграть пару медведей для девочек?

– Да, я думаю, это хорошая идея. Эбби понравился желтый, когда мы проходили мимо. – Это привлекает внимание Эбби, и прежде чем она поворачивается, чтобы уйти с Ноем в сторону игры, я не могу не заметить, как она бросает сердитый взгляд на Тайлера и Кая, оставляя их наедине с Эмбер.

Я не могу сдержаться, когда прохожу мимо них.

– Эй, Эмбер? – Она смотрит на меня снисходительно. – Думаю, на колесе обозрения хватит места для троих…

Мой взгляд метнулся к Каю.

Шах и мат придурок.