Текст книги "Четыре попаданца: И утраченное Сердце Моря (СИ)"

Автор книги: Карл Шпильман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Топали мы пару десятков извилистых километров, извилистых, так как пещера это не прямой туннель, тут тебе и наклонные подъёмы со спусками, и повороты и развилки. Повезло, что хоть негде ползти и протискиваться не пришлось, путь оставался достаточно широким, а потолок не задевал даже сани, размещённые на спине Димы. Хотя местами на спусках ему и приходилось слегка пригибаться. На развилках Артём замедлялся и, делая отметки на льду в виде крестика с помощью кинжала, продолжал вести нас дальше. Так продолжалось до тех пор, пока мы не наткнулись на неожиданные изменения.

– Там впереди свечение. – Предупредил нас Артём, заставив насторожиться.

После нескольких часов блужданий по тёмной пещере, освещаемой лишь огнём от фонарей, такое известие заставляет напрячься. Ведь что может излучать свет в тёмной пещере, куда не попадают лучи небесного светила? Поэтому, приготовившись в случае чего драться до последней пули или бежать, сверкая пятками, мы двинулись вперёд. В конце туннеля действительно виднелось голубоватое свечение. Как бы двойственно не звучала эта фраза.

Однако то, что мы увидели, удивило и поразило нас в самое сердце. От чего мы особо не пытались сдержать восхищённые вздохи. Огромный ледяной зал, пронизанный сталактитами и сталагмитами, сливающимися в колонны. Сама геометрия зала была необычна. Различные наклоны, спуски, подъёмы, резкие обрывы в сочетании со льдом, больше напоминающим горный хрусталь, в котором эта великолепие отражалось, увеличивая для восприятия и без того немалое пространство. И даже не это было самым поразительным. Все своды, колонны и прочие поверхности были пронизаны светящимися артериями и капиллярами, пульсирующими в такт неизвестной музыке, создавали ощущение, словно оказался внутри кристаллического титана. Ведь если бы не этот свет, разглядеть остальное великолепие было бы невозможно. Пролетающая иллюзия световых огоньков, имитирующими искры, как от огня, лишь довершали картину. И музыка в этом месте тоже была своя, особая. Особо мелодичный звон, стрекот и гудение были на удивление ритмичны, образуя ощущение от игры оркестра умиротворяющей мелодии.

– Откуда же здесь свет? – Тихо спросил в никуда Артём.

Сейчас он больше заворожённо наблюдающим за местными красотами, чем реально интересующимся подобными мелочами. Но как бы красиво здесь не было и вечно стоять и наблюдать за этой картиной мы не могли. Поэтому оторвавшись от красот зала, посмотрел на ближайшую к нам светящуюся стену льда, исписанную прожилками сине-голубого цвета. И искренне удивился тому, что увидел и ошибки в своём опознании светящегося материала не допускал.

– Это мох? – Неверяще произнёс я, уже рассчитывая на магию в виде какой-нибудь застывшей маны или типа того.

– Светящийся мох. А эти летающие жучки им питаются и тоже светятся. – Дополнил Семён и тыкнул толстым указательным пальце на разместившегося рядом к стене насекомое, увлечённо поедающего его на манер коровы, то есть с абсолютным пофигизмом к окружению. Причём размер оно имело не маленький, практически с ладонь.

– На светлячков похожи или цикад. – Выдал сравнение Дима.

– Ты где-то видел светящихся цикад? – Удивился Артём, с интересом рассматривая приземлившуюся ему не выставленную ладонь особь.

– Нет, но и светлячков никогда вживую не видел.

– Это какие-то шмели или пчёлы, видите какие пушистые просто обожрались люминофора этого вот и всё. – Возразил Семён, рассматривая как раз одну такую букашку.

– И стероидов в придачу. – Дополнил я, поглядывая на крупных букашек. Действительно взявших в своём внешнем виде от шмелей этакий мех на тельце, от светлячков же непосредственно светящиеся брюшко.

– Не удивлюсь, если они и мёд в соты укладывают светящийся. – Продолжил он говорить.

– Почему ты так решил? – Полюбопытствовал Артём, переведя взгляд с замершего жука на Семёна.

– Так вот их, сколько много. Целая стая летает и им нужно чем-то питаться и заниматься в этой пещере. – Привёл он «железобетонное» доказательство.

– Может, устроим лагерь и передохнём? Здесь вроде безопасно. – Меж тем отвлёк нас от увлекательного диспута Дима, поставив сани на поверхность и начав разминать плечи и спину.

– Ум-м-м, – задумался Артём. – Нет. – Ответил он, покосившись на Семёна. – Пройдёмте дальше.

– Почему? – Удивился Дима, да и нам с Семёном была интересна логика данного решения.

– Во-первых, пусть эти насекомые и не нападают на нас, это не означает, что они безопасны и так будет постоянно. – Первый аргумент был явно лишь затравкой и имел значение постольку-поскольку.

– А во-вторых? – Спросил я ожидаемую фразу. Мне тоже не очень хотелось отдыхать рядом с насекомым столько крупного размера, высокой численности и неизвестными способностями.

– Во-вторых, я не сомневаюсь в способностях Семёна отправиться искать светящийся мёд в независимости от того существует оный или нет. Ещё кого из вас за собой утянет. – Ткнул он в нашем с Димой направлении. – Нет уж, спасибо, второй раз вас искать не буду. Так ещё и реально потревожите какое-нибудь гнездо, и будет у нас увлекательный забег от местных «пчёлок». – Жестом выделил он последнее слово.

– Ну, нет, так нет. – Пожал могучими плечами Дима и взгромоздил на себя обратно сани.

Поход по светящейся части пещеры позволил нам сэкономить запас жира для фонарей. Его вроде было и много, однако между вариантом погасить фонарь сейчас или остаться потом без света в тёмной пещере, я выберу первое. Шли мы, по тропинкам минуя поля светящегося мха, на которых «паслись» насекомые. Не то чтобы мы боялись их беспокоить или топтаться по их еде. Однако мы сразу выяснили, что светящийся мох сильно пачкается, при касании оставляя светящийся след. Поэтому от варианта, где мы топаем по «полю», а затем оставляем за собой светящиеся следы как в какой-нибудь игре, где выдаётся задание на поиск по следам, мы решительно отказались. Вдруг здесь действительно обитает кто-нибудь по опаснее травоядных насекомых. Ведь если рассматривать это место именно как игровую локацию это автоматически означает, что и опасные для игрока враги тут обязаны быть.

– Мне кажется или в этом льду кто-то застыл? – Отвлёкся я от дурного воображения и мыслей. На другие мысли и рассматривания местных красот.

– Тебе кажется это обман зрения и иллюзия из-за отражающих особенностей местного чистого льда. – Даже не повернувшись, ответил Артём, продолжив свой путь.

Меж тем перед глазами мелькали действительно странные и невозможные силуэты, расставленные на огромной ледяной стене, как на полотне. Виднелось на этом «полотне» всякое разное и не возможное. То тут, то там мелькают замороженные помеси льва со скорпионом и осла с драконом. Вон застывшая баталия между рыцарями и пикинёрами на манер века так пятнадцатого против высоких воинов в шкурах и топорах. Про промёрзших динозавров и космический корабль вообще молчу. Вот уж действительно обман зрения. Чего только не бывает. Вот чтобы тут делала эта алюминиевая ложка? Вот и я об этом.

Дальше мы вышли к ответвлённому тоннелю, всё ещё исписанному разросшимся из зала мхом. Музыка, доносящаяся нам в спину, становилась немногим тише, однако сейчас в ней словно улавливались тревожные нотки. Не знаю, как это описать. Словно улей пчёл в ожидании грозы или вроде подобного. У меня почему-то возникла именно такая ассоциация. Да и моё предчувствие сигнализировала, что неприятности находятся едва ли не за поворотом.

Как оказалось в дальнейшем, не за поворотом и не за вторым, и не на третьей развилке, где нам пришлось спускать ещё на десяток метров глубже в сеть пещер. Освещение вновь вернулось к отметке, равной двум зажжённым лампам в окружении кромешной тьмы. Хотя и ненадолго, ибо через полчаса пути мы увидели знакомое голубовато-синеватое сияние. Только вместо жужжания спереди доносилась ругань и возня. Учитывая, что вероятность появления у жуков речи и словарика с бранными словечками мы оценили как ноль целых одна десятитысячная, мы приготовились к возможному конфликту и противостояния с гуманоидным противником.

Оценка диспозиции потенциальных противников показала, что вышли мы в небольшой зал, являющийся этаким закутком и тупиком. В центре закутка находилось углубление с оплавленными краями, образующее этакую воронку, из которой поднимается струйка пара, устремляющаяся к потолку, где влага впитывается знакомым нам светящимся мхом. И помимо схожего с большим залом элементами, нас также встретили шесть рож пиратской наружности, глазящих на нас с полным… удивления взглядами. Шли мы, не скрываясь. Против нечисти всё равно дело бессмысленное. Выгоднее выманить. Так нам шепнул Артём.

– И чего вы смотрите на нас, словно призраков увидели? – Начал вести дипломатические переговоры Артём.

– Баба. Баба. – Ответил нестройный гул и перешёптывание из пяти голосов. Удачное начало переговоров, ничего не сказать.

– Мы тут уже целый месяц слоняемся и никого мирного не встречали! – Громко ответил один из пиратов, нервно ёрзая и посматривая на свой явно разряженный пистоль.

– Неделю. – Уточнил один из них, отвлекаясь от обсуждения «бабы».

– Но по ощущениям месяц! – Возразил первый, на это ему уже не возражали. Вид у них действительно был бывалый, рваные и помятые одежды, синяки под глазами, этакая истощённость и впалость щёк от недоедания.

– Почему не вернулись на свой корабль? – Задал я интересующий нас вопрос, выступая вперёд, но держа руку на своём пистоле. Кто знает, насколько они успели одичать?

– Вернулись, но на месте где мы его оставляли его не оказалось. – Ответил всё тот же помятый худощавый пират, пока остальные занимались более важным обсуждением внешнего вида нашего рулевого.

– И куда делся ваш корабль?

– Его угнали.

– Кто? – Пришлось продолжать, иначе он не спешил отвечать.

– Пингвины.

Мы молча переглянулись. В надежде на подробности мне пришлось продолжать этот высокоинтеллектуальный диалог:

– Пингвины?

– Это какое-то странное название для пиратской банды. – Неуверенно возразил Артём.

– Пингвины. Это такие прямоходящие птицы, у которых вместо крыльев – ласты. Окраска у них чёрно-белая, перья покрыты слоем жира, за счёт чего они способны очень быстро скользить и уверенно плавать. Выходя из воды, свободно стряхивают стекающие капли, отталкиваемых слоем жира. Поэтому их шкуры и жир очень ценны. Только эти ластокрылые хитрые и не подставляются, умело прячась и работая командами. Толпой способны справиться хоть с морским львом, хоть косатке глаз на хвост натянуть.

– Мы подобных подробностей не знали. – Аккуратно заметил я.

– Мы тоже об этом не знали пока у нас, не угнали корабль. Вернувшись на место стоянки, обнаружили Эндрю, – кивок в сторону одного пирата с перевязанным глазом, – связанного и оглушённого. Поэтому вернулись сюда, в эти пещеры. Тут хотя бы можно найти горячие источники, растения создающими тепло и на которых растут плоды с горячим соком. В озёрах же можно порыбачить и при удаче отловить рыбы.

– Если всё это можно найти в пещерах, то почему вы тогда находитесь в этом закутке?

– Из-за местных монстров. Они тут властвуют и не дают нам покоя.

– Что за монстры? – С опаской уточнил я. Если уж тут обитают такие суровые рейнджеры-диверсанты пингвины, то какие тут должны быть монстры?

– Не знаю, как они правильно называются. Но выглядят они как жуки. Увеличенные в десятки раз жуки. Размером с собаку, мы назвали трутнями, так как иногда видели, как они таскали грузы на спине, похожи на мокриц с крепким панцирем на теле. Воины уже размером практически с взрослого человека, их бы я сравнил с муравьями или богомолами из-за их лап пил. И один раз мы видели здоровенного жука, метра два или два с половиной, у которого не башка, а какой-то монолитная кувалда молот. Он что-то таранил, от чего казалось, сотрясало всю пещеру.

– Жуть. – Дружно передёрнули мы плечами, под молчаливое согласие и кивки пиратов.

– Так и выживаем. Приходится прятаться и менять регулярно места своего пребывания. Ещё есть относительно мелкие летающие. От таких проще убежать, или если их немного давить ногами.

– Что вы вообще тут делаете? – Зачем и с какой целью у меня и без того появились опасения на их счёт. Возможно, конечно, наша встреча это лишь совпадение. Однако я сомневаюсь, что в этих широтах спрятано два клада. В одном из которых лежит золото, а в другом ключ от сокровищницы древней цивилизации.

– Это зона называется Пустощб.

– Пустошь? – Переспросил я.

– Пустощб! Пустошь это вокруг, а вот в центре полюса именно Пустощб!

– Ладно. – Кивнул я, не став спорить.

– Так вот, вся эта зона является одно сплошной аномалией. На поверхности не просто погодные бураны, но ещё и мистические бури, от которых начинает плющить не по-детски. Все эти особенности создают лёд, пропитанный повышенной концентрацией мистической энергии. Стоят такие ледяные кристаллы дорого, ведь из них делают: системы связи, освещения, заморозки и прочего для быта и не только. Ясно дело, добыть такие на поверхности без особого заумного и дорого шмота не выйдет. Так мы простые пираты, откуда нам такой взять? Вот и решили рыскать в пещерах, ведь кристаллы эти уходят своим основанием в толщу… – Договорить он не успел, резко замолчав.

Это заставило нас насторожиться, а команду пиратов прислушаться. Сначала было слышно лишь напряжённое дыхание всех присутствующих, однако очень быстро стали доносится непонятные звуки, перерастающих в многочисленный стук, грохот и стрёкот. Всё это доносилось из-за наших спин, откуда мы пришли.

– Нашли!

– Валим!

– Чего встали? Помогите! – Прикрикнул одноглазый, навалившийся на глыбу у стены.

Звуки приближающихся жуков, очень хорошо били по нервам. Толпой навалившись на приставленную глыбу, нам удалось расторопно её отодвинуть, за ней был ещё один проход. Мы оказались совсем не в западне, пираты были на опыте. Не стали останавливаться в месте не имея плана экстренного отхода.

– Быстрее задвинем обратно, это их задержит!

– Дайте нам один фонарь, а то наш свет далеко не бьёт!

Не став спорить мы отдали им лампу, точнее я отдал свою. И помогли им задвинуть «баррикаду» обратно, насколько это было вообще возможно. Так уж получилось, что уходили мы последними, замыкая отступающую группу. Можно было бы сказать, что нас задерживает Дима с его грузом в виде саней. Однако любой бы кто усомнился в силах Димы, очень быстро исправил своё ошибочное мнение или обзавёлся шишкой на макушке. Так что мне пришлось подхватывать того у кого реально были проблемы с быстрым бегом. У этого «кого-то» были короткие ноги и длинная борода. Но с целью анонимности я умолчу имя этого неизвестного.

Стены и потолок сменились чёрным мраком. Видимо, мы вышли в какую-то просторную часть пещеры. Под ногами был тонкий путь, не более метра шириной, а дальше вниз лишь бездна. Ощущение очень специфично, и если бы не необходимость бежать как можно быстрее, я бы обязательно запаниковал. Так как не люблю высоту. Однако сейчас было не до этого. Главное не думать о том, что будет, если я запнусь… Я сказал не думать!

Наши невольные попутчики успели пробежать на другую сторону этого моста через бездну, и теперь подсвечивая себе путь из факела на котором был намотан светящийся мох и нашей лампы, ждали нас. Ждали пока мы не пробежали половину моста, после чего последовал громкий хлопок, знаменующий о выстреле из мушкета. Никто из нас не пострадал, ведь пуля была нацелена не на нас. Она угодила прямиком в мост, который видимо из своей ненадёжности или ещё чего решил начать рушиться и крошиться под нашими ногами.

– Задержите там жуков и спасибо за корабль! – Засмеялись настоящие пираты, лучше всего демонстрируя менталитет таких людей, и побежали куда-то дальше по тоннелю.

Взор накрыла клубящаяся тьма… не знаю, как она может клубиться. Не важно. Главное это то, что вокруг была абсолютная тьма. Ощущение полёта было очень специфичным, то есть я совсем не этого ожидал. Я не то чтобы рассчитывал на шум в ушах от набираемой скорости свободного падения, однако сопротивление какое-то всё же было, я чувствовал это спиной.

– «Значит, я сейчас смотрю вверх? Видимо так.» – Мысленно проговорил я себе и свернул к рассуждению над двумя мыслями:

– «Интересно пока лечу, я успею составить завещание. И от чего я в итоге умру от падения или старости?»

Под такие меланхоличные мысли я почувствовал, что рядом со мной кто-то есть. Этот кто-то начал ёрзать и некультурно пытаться на меня забраться. Разобраться, кто это был, не составило труда, ибо голос был женским:

– Зараза! Треклятые бандиты. Где этот чёртов фонарь!

– Хватит дёргать меня за бороду! – Это тоже понятно кто.

– Погодите, сейчас нащупаю. – Последовал голос Димы и шуршание, а за ним визг.

– И-и-и! – Что-то вскарабкалось на меня и вцепилось когтями. Я уже собирался прогонять меланхолию и бороться за свою жизнь, честь и достоинство. Однако этого не потребовалось оранжевое пламя осветило нас и обломки моста, в которых мы лежали.

– Это не то, что ты подумал! – Тут же уверил меня Артём, который и вскарабкался на меня и своими точёными ногтями слегка поцарапал мне шею.

– Визжишь как девчонка. – Хмыкнул Дима.

– Ха-ха. Очень смешно. Я просто почувствовал, что меня кто-то ущипнул. – Недовольно ответил Артём, после чего спрыгнул с меня и уставился недовольным взглядом на Семёна.

– О чём бы ты сейчас не думал, это был не я. – Отмёл подозрения в свою сторону Семён. – Я бы не дотянулся. – Сказал он с нотками сожаления.

– Как раз очень возможно только туда бы ты и дотянулся. – Пробурчал Артём, потирая ягодицу и поправляя шубу.

– Не так уж тут было и высоко. – Отметил я, поднимаясь и стряхивая с себя крошку ото льда. – Хотя из-за темноты было ощущение, словно внизу под мостом раскрыла пасть тёмная бездна пожирающая свет и остающаяся всегда во тьме.

– Я думаю, не хватает больше трагизма в голосе и слов тёмная, злая и чего-то этакого. – Предложил Дима, уже зажигая вторую лампу, извлечённую из саней и протягивая её Артёму.

– Думаете? – Мне ответили три синхронных кивка. – Эх, не быть мне поэтом. – Притворно вздохнул я, разминая спину.

Всё бы хорошо, только мы забыли про один момент. Учитывая грохот, разошедшийся на всё подземелье, нет ничего удивительного, что вскоре мы услышали знакомый топот.

– Надеюсь, хоть про жуков они рассказали правду. Иначе у меня появляется ещё один повод набить им хари, за устроенные для нас марафон. – Не довольствовал Семён. Хотя чего он был не довольным, если тащил его всё равно я?

Подхватив недовольно ворчащего бородача. Я вместе с командой побежал в единственном доступном для нас направлении, являющимся противоположным от источников топающих звуков. Спереди бежал Артём, разгоняя тьму при помощи масляной лампы. За моей спиной следовал Дима, удерживая сани и ещё одну лампу. Успокоились мы, лишь, когда кроме нашего громкого дыхания ничего не было слышно.

– Это было близко. – Выдохнув произнёс я.

– Ага, но вы так драпали, что только пятки в ночи и сверкали. – Отозвался самый не запыхавшийся член команды.

– Ещё бы. Жуков ведь может оказаться целое море. Что руби не руби, место старых займут новые. – Ответил бодрый Дима.

– Главное что мы оторвались. – Произнёс я клишированную фразу.

Казалось бы, зачем я это сделал? А кто мог знать, что эта фраза сработает, как в самом дешёвом ужастике! Из тёмного коридора, по направлению к которому мы шли, донёсся стрекот и цоканье нескольких лап. Я направил в ту сторону два своих пистоля, Семён навёл свой мушкет, Дима изготовился бить прихваченным ломом, и Артём поднял стилет и метательный нож по направлению к врагу. Враг не заставил себя долго ждать. Из тоннеля выполз жук. Один жук. Остановившись, он пялился на нас в этакой не решительности и с долей сомнения. Его можно понять, когда выходишь и на тебя из-за поворота смотрят четыре вооружённые личности пиратской наружности. Это явно не то, чего хотелось бы увидеть в своей жизни. Сам жук был не очень большой, примерно размером с небольшую собаку, то есть своей высотой даже до коленки не доставал. Похожий на помесь клопа и мокрицы. Был он белого молочного цвета с красными глазками виноградинами. Штук оных было по одной с каждой стороны. Из особенностей ещё отмечу усы-антенны, торчащие у него изо лба. Судя по всему, именного его собратьев описывали встреченные нами пираты, назвав трутнем.

– О, какой симпатичный! – Подскочил к жуку переростку Артём. И опустившись перед ним на одно колено, стал приговаривать:

– Дружок, мы не злые. – С людьми такая попытка договориться и настроить на дружный лад не сработала бы. – Я уверен, что уже встречал или слышал о злых людях, но мы не такие! Я тебе уверяю! – Показал он перед ним пустые ладони.

А дальше… дальше это нечто застрекотало и… перевернулось на спину, подрыгивая лапками.

– Вот какой хороший. – И Артём начал его чесать. Кажется, в моей голове начали скрипеть шестерёнки. И, судя по всему, у остальных происходило примерно то же самое в головах.

– М-м-м, – промычал Семён, с опасением поглядывая на притаившуюся в его руках зелёную бутылку, – сначала змеи теперь мокрицы переростки. Что дальше крокодилы?

– Не обижай Келвина. – Надулся Артём, не отрываясь от своего занятия.

– Келвина? – Имя было мягко скажем странное и не очень, если честно.

– Ну, лучше имени я сейчас придумать не могу. Тебе же нравится имя, Келвин? – Обратился Артём к жуку и тот изобразил нечто среднее между вилянием и подпрыгиванием. – Ему нравится! – Интерпретировал увиденное Артём.

– Теперь тебе можно официально присваивать титул Королевы Роя. – Хмыкнул Дима.

– Это всего лишь один жучок.

– Это пока всего лишь один жучок, мы ещё с его друзьями не встретились. – Отмёл оправдание Семён.

– У нас точно не будет проблем с его друзьями? – Спросил я у Артёма. – Не хотелось бы, чтобы нас неправильно поняли и посчитали, будто бы мы взяли заложника.

– Нет. – Отверг он опасения. – Не знаю, как это правильно описать, я просто чувствую его отношение к себе, также было со змеями в джунглях. Я чувствую симпатию, любопытство, но никак не негативные эмоции от него. – И показательно провёл ладонью по его голове. – Дружок выведешь нас отсюда? – Обратился он уже к жуку. – Ты же хорошо знаешь эти места.

В ответ он прострекотал что-то короткое, но видимо одобрительное. Это я определил, когда он развернулся и повёл нас куда-то по подземным путям. Не скажу, что неожиданно пропитался любовью к тараканам или типа того. Однако у меня не было повода не доверять Артёму и сомневаться в его возможностях в установлении контакта с некоторыми видами живности. В конце концов, он в пасти у огромной змеи без страха разместился и не сомневался в том, что оная может его сожрать.

Шли мы по субъективному ощущению ещё около часа. Часов у меня с собой нет, а как иначе определить время, находясь в пещере, я не имел не малейшего понятия. Пока не было принято и озвучено волевое решение.

– Всё я устал. Если хотите продолжать путь дальше, то нам нужно или отдохнуть или вы потащите меня на себе. – Воспротивился произволу самый маленький участник нашего шествия после жука. Жук всё же был меньше Семёна.

– Да, передохнуть было бы неплохо. – Кивнул я.

– Келвин, можешь отвести нас на место какой-нибудь стоянки. Ну, знаешь такое место, где есть свет и тепло… – Начал перечислять критерии Артём, в ответ жук поиграл своими усами и пополз в левый тоннель.

По итогу топали мы ещё около получаса, и последние десять минут мне пришлось тащить Семёна на себе. Возможно, стоило переложить эту ответственность на кого-нибудь другого… но на кого? Дима и без того тащить самый тяжёлый груз всю дорогу, пускай он не проявляет усталости это не значит, что его можно использовать как грузового бычка. Отдать Артёму? Очень смешно, во-первых не утащит, во-вторых «случайно» потеряет по дороге, ибо пускай он не злопамятный, однако память у него хорошая. Да и не тащил бы он его, а в лучшем случае катил, благо формы Семёна позволяют провернуть подобный трюк. Вот и пришлось мне тащить его самому.

Пока шли, коридоры расширялись, и мимо нас даже проносились небольшие группы или одиночные особи. Как схожие с нашим проводником трутовики, так и те, кого окрестили воинами. Действительно похожи на богомолов из-за своих передних лап в расцветке такие же белые с красными глазами, разве что лапы темнее. Они действительно не обращали на нас никакого внимания. Уж не знаю, причиной тому наш проводник или некая способность Артёма. За ними наблюдалась здоровая суета уровня «начальство скоро будет тут», хоть и без фанатизма, уровня «начальство уже на подходе».

Однако место для отдыха, куда нас завёл жучок, действительно радовало. Схожее с тем, где мы встретились с потерявшимися пиратами. Места тут была куда как больше. Присутствовали три паровых гейзера, поляна усеянная мхом, снующие туда-сюда «пчёлы». И впервые встреченные нами странные растения лилового цвета, похожие на маленькие пальмы. С их полупрозрачных листьев свисали плоды, похожие на груши. Оценив взглядом место и найдя его пригодным для отдыха, я уже собирался скинуть с себя столь «ценный» груз. Как груз очень быстренько оказался на твёрдой поверхности на своих двоих и принялся рыться в санях в поисках припасов.

Расположившись вокруг паровой лунки на манер костра, принялись готовить над паром нехитрую снедь в виде пойманной рыбы. Рыба была без привычной чешуи. Точнее чешуя вроде была, только очень маленькая и крайне гладкая. Наверное, это помогает ей быстрее плавать. Артём вычитал название этой рыбы в одной из своих книг, но я честно не запоминал. Да, мы занималась рыбной ловлей в пути. Других занятий в открытом море, будучи на корабле, найти проблематично. Хотя находится посреди открытого моря, будучи меньше, чем на шлюпке, я отказываюсь категорически. Впрочем, кроме жареной рыбы у нас был ром, хотя это было очевидно и так. В качестве деликатеса выступали плоды пурпурного дерева.

– У меня сложилось впечатление, что они все как трутни и работают на благо колонии. – Затеял разговор Артём пока рыба готовиться, разумеется, обсудить он хотел ближайшую тему. Оная тема примостилась на его коленях мимикрируя под кота, которого чешут. – И назначение у их лап и прочих форм в первую очередь хозяйственное, например, для рытья туннелей.

– Не скажу, что они вызывают у меня, прям такие же тёплые чувства как у тебя Артём. – Решил я поддержать разговор. – Не просто же так они гоняются за теми пиратами.

– Я бы этим пиратам и сам сейчас кучу претензий высказал. – Артём изобразил рукой неопределённый жест.

– Думаю это можно сравнить с молотком, можно гвозди забить, а можно по башке дать. – Поддержал мнение Артёма, Дима.

– Я ведь и не спорю. – Напоминаю я. – Лишь говорю, что это странно. Почему не получилось у тебя тогда договориться с тем кальмаром переростком или скелетами?

– М-м-м. – Замычал Артём, пытаясь найти логическую цепочку, объясняющую этот момент. – Не знаю. – Вынужден был признать он, сокрушительно покачав головой.

– О рыбка! – Отвлёкся от своей кружки Семён учуяв запах от рыбы.

– Самый необычный переход от диалога к обеду. – Хмыкнул я.

Рыбу и вправду стоило снять. Пар достаточно горячий, а готовиться в этом мире еда быстрее привычного. Очередная условность, как из компьютерных игр. Хотя, как я уже, кажется, говорил раньше, воспринимать этот мир именно как игровой, где вокруг тебя бестолковые болванчики, неполучаться. Не уверен, какое отношение к миру у моих сопартийцев. И даже демонстрируемый Семёном пофигизм ко всему – всего лишь демонстративное пренебрежение. И в нём, в случае реальной угрозы, я не сомневаюсь. В случае угрозы для его выпивки, я имею в виду. А вы о чём подумали?

Рыба, к слову, была вкусная, не смотря на отсутствие специй, костей в ней, кроме позвоночника и пары рёбрышек, особо и не было. Впрочем, Семён и Дима уверено её перемалывали вместе с головой и хвостом. Это Артём у нас эстет и рыбу вообще не любит. Однако чистит и ест. «Незаметно» прикармливая своего питомца, который, как мне видится, всеядный. Что поделать, есть всё равно хочется. И эта рыба на пару была хороша. Ещё бы хлеба бородинского, было бы отлично, а так пришлось закусывать ромом.

От основного блюда перешли к десерту:

– Вкус печёных яблок. – Хмыкнул я, оценивая вкус.

– Словно только из печи вынули. – Согласился со мной Артём.

– Сидр лучше, – думаю и так понятно кто это сказал.

– Шоколада бы ещё к нему или мороженного. – Дополнил Дима.

– Ну, льда в округе хватает, дальше всё в твоих руках. – Подбадриваю я его. Да, в обычной жизни он тот ещё сладкоежка, хотя никогда в этом публично не признается.

Под такие разговоры и обсуждение вкуса местных яств мы и закончили трапезу. Передохнуть мы передохнули, а теперь нужно было вставить и идти дальше. У меня в голове появилась одна мысль.

– Слушай Артём, твой жук может вывести нас к тем пиратам или хотя бы их последней стоянке? Они же их как-то до этого находили пусть и не ловили.

Вместо ответа Артём вопросительно уставился на жука, что всё ещё находился у него на руках. Тот подёргал усами в разные стороны и ткнул лапой по направлению к выходу. Чувствует моё сердце и разум, интеллект у этого жука выше, не то, что у собак, а ещё у некоторого количества людей.

– Думаю, он может справиться. С шансом пятьдесят на пятьдесят.

– От чего? – С подозрением спросил Семён. Между чем и чем исходят такие шансы.

– Или найдёт, или нет. Шансы между двумя этими словами равны. – Пожал он плечами. Из чего можно сделать вывод, что реальные шансы значительно меньше. С другой стороны, альтернатива – это переться на выход, пока не украли корабль. Не уверен, что иначе мы успеем найти ключ и вернуться на корабль. А проверять, сможет ли Артём договориться с косатками и того хуже – пингвинами, у меня желания нет.

Пока мы топали за нашим проводником, к нам «незаметно» и «ненавязчиво» пристроились рядом около десятка жуков типа воинов. Они взяли нас в полукруг, окружив со спины, слева и справа. В совокупности создавая ощущения почётного караула или если быть откровенным конвоя. Хотя слово ненавязчиво действительно можно использовать без кавычек, ведь они действительно никак нам не мешали и в поле зрение, если не оборачиваться не появлялись.

Путь наш прервался неожиданной и очень напрягающей находкой. Как иначе назвать появившуюся на нашем пути пару подозрительных бочек я затрудняюсь. А уж когда я открыл её с целью установления содержимого, то и вовсе отпрянул на шаг, прихватив с собой Артёма. Бочки были доверху заполнены чёрными зернистыми крупинками.

– Что там? – Спросил Артём, послушно отступив назад.