Текст книги "Замуж за Дракона 3 (СИ)"

Автор книги: Кария Гросс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

– Я … – прошептала я, изумленно глядя на Императора. – Я и правда боялась. Нимфы не всегда вели себя хорошо. Многие из них даже грабили людей. И вряд ли, люди были бы счастливы увидеть нимфу посреди города… Я хотела сказать Лео, о том, что я -нимфа. Но он объявил охоту на нимф и заставил стражу прочесывать леса.

Все посмотрели на Леодора.

– Много поймал? – спросил Максимилиан.

– Одну, – усмехнулся Леодор, положив мне руки на плечи. – Мне хватит.

– Я против! – внезапно произнесла ба Агата, а все изумленно посмотрели на нее.

– Приказ Императора не обсуждается! – произнес Максимилиан. – Будет так, как я сказал. Помолвка, так помолвка. Победим – женим.

Глава 35. Ева

– Бесите, – буркнула ба Агата и тут же куда-то засобиралась. – Все бесите. Не знаете, что у вас перед носом происходит! Ымператоры одни собрались! Свергнуть некого! Тьфу! Стратехи и тахтюхи.

– А вот “тахтюхи” прозвучало весьма обидно, мама! – произнес Теодор.

Я стояла и смотрела, как старушка ругаясь уходит. Я решила ее догнать. Мне срочно нужно было с кем-то поговорить. Мне было важно знать, почему она против нас с Лео. Неужели она не хочет, чтобы мы были вместе.

– Ба, подожди, – крикнула я, догоняя бывшую главу тайной канцелярии, – Я с тобой. А ты куда?

– В огород, – буркнула ба Агата, направляясь к выходу из дворца, – Иначе я тяпкой им головы оттяпаю. Или лопатой по тыкве получат!

Я промолчала, поджимая губы. Ба Агата имела право злиться. Максимилиан даже не дал возможности ба Агате высказаться. Не хочу, чтобы Леодор стал таким же. Максимилиан никогда никого не слушает. И не прислушивается ни к чьему мнению.

– Ба Агата, а как ты считаешь… – аккуратно начала я, а она даже сбавила шаг и слегка обернулась, – Ты считаешь, что Максимилиан прав? И нам обязательно жениться.. так?

– Шо? По-другому себе это представляла, да? – усмехнулась ба Агата и прищурилась, – Ну, не все бывает так как нам хочется.

– А ты… ты что против? – осторожно спросила я.

– Знаешь, девонька, – заметила ба Агата. – Я только за. Да вот обстоятельства так себе. Не праздничные, не нарядные, не….

Она махнула рукой, но я ее поняла. У меня на сердце стало легче.

– Усе комом. Усе впопыхах! Брак по нужде, – сплюнула Агата. – Вам бы подождать. А то, выходит, у вас тут политический брак, а не по любви. Так ведь дела не делаются. Да и неизвестно как люди воспримут! А народу у нас нервный. Мы же неделю назад им Тину показывали! Дескать, вот она! Невеста будущая! А тут ты! И че это?

– Ну она же его сестра. Ее нарочно вытащили из Готьерры, – начала я, понимая, что имеет в виду Агата.

– А кто знает? – осмотрелась Агата. – Никто! Все думают, что принцесса обычная. А теперь смотри! Будущий император от девица отказывается, и тут же на тебе женится! Знаешь, как люди возмутятся. Скажут, что предатель! А ты – разлучница проклятая. Они же все по себе меряют. И Ымператоров тоже.

– Кажется, вы правы, – испугалась я. Я ведь не задумывалась, как это будет выглядеть в глазах людей.

– Вот! – подняла палец вверх ба Агата. – Надобно объяснить, почему ты, а не она. Да так, чтобы и ежу понятно было. И чтобы Тину сильно не пачкать, и императора не запачкать, да и тебя тоже… Тут тонкости нужны. А Макс с плеча рубит. Дровосек он у нас!

– Его как-то можно переубедить? – с надеждой спросила я, понимая, что ба Агата знает Макса намного дольше, чем я.

– Нет, – мрачно буркнула она, скривившись, – Если он что-то себе в голову вбил – все. Пиши пропало. А будешь спорить – всё равно сделает по-своему, но еще и запомнит. И обязательно отомстит.

Вот никак не хотелось бы ругаться с действующим императором. Но и свадьбу свою я представляла совершенно иначе. Вернее, я еще о ней и не задумывалась. Но уж точно по приказу она быть не должна!

– А ты чем недовольная? – прервала мой поток мыслей ба Агата, – Я думала, что ты наоборот хотела бы замуж за Леодора.

– Хотела, – буркнула я, проводя рукой по красивым садовым бутонам. По правде говоря, я уже испугалась, что ба Агата решила пешком идти в деревню, к своему огороду. Но сейчас мы двигались совсем в другом направлении. – Но не по приказу же. К тому же, еще не ясно, любит он меня или нет. Может это приворот. И, вообще, жениться по любви и жениться по приказу – вещи разные!

– Тут не в привороте дело было, – строго произнесла ба Агата, – А в замедляющем заклятии.

– В чем? – опешила я, во все глаза глядя на старушку, – Это как?

– А вот так! – фыркнула императрица, – Кто-то на Леодора чары бросил эти. Та вот только не помогли. Истинность – она ж не изучена. Всей полноты картины нет, а притяжение есть. Найду кто сделал – убью! Чуть жизнь мальчишке не перепоганил!

Дальше мы шли молча, я переваривала полученную информацию. Это что же получается? Мы действительно предназначены друг для друга? Но что-то пошло не так? Вот о чем говорил Леодор в первую нашу встречу у фонтана. И кому это нужно нам навредить? В голове мелькали лица, но я не могла даже подумать на кого-то. Кроме мамы. Стоило подумать о маме, как вдруг стало тревожно.

– И шо? Даже не спросишь шо произошло? Или тебе не интересно? – подковырнула ба Агата, внимательно наблюдая за мной.

Мне то интересно было. Но все мысли были заняты возможной войной с матерью. Мне было страшно. Дриады тренируются каждый день. Они подготовлены. На их стороне -сама природа. А у драконов только драконы. Но раз матери удалось пленить Максимилиана, то что ей мешает сделать это с другими? Мамина магия куда сильнее, чем магия остальных.

– Интересно, ба Агата. Конечно интересно! – кивнула я, но, видимо, не очень убедительно. Она прищурилась и покачала головой, – Просто… Просто… Я нервничаю.

Честно ответила я, а ба понимающе кивнула и поджала губы. Мы все переживали, но старались не поднимать эту тему. Если же разговор заходил про столкновение нимф и драконов – все тут же старались перевести тему в другое русло. Все понимали, что война неизбежна. И все понимали, что Сиринга просто так не отступит.

– Токма энто снять может только тот, кто наложил, – хмуро заметила ба Агата, словно чувствуя мои мысли и стараясь отойти от нехороших мыслей. Она тоже понимала, что выстоять у драконов мало шансов. – Вот и ищу эту заразу. А он, видал вчера как свинтил? Шустрый гад . Мышой обернулся.

– Так это сделал эльф? – опешила я, собирая пазлы из мозаики, – Тот же самый, который вчера мышью убегал?

– Угу, – кивнула ба Агата, открывая калитку, – Гляди чо у меня тут.

Я смотрела на огород и тихо посмеивалась. У ба Агаты тут целая плантация! И картошка и морковка и кабачок растет. Но мои мысли уцепились за этого эльфа. Но пока что я даже предположить не могла, с чего это ему нам мешать. Может, это шпион мамы?

– А… – начала я, но ба Агата сурово зыркнула на меня. Она всем видом давала понять, что не хочет об этом разговаривать. От нечего делать, я вздохнула и стала осматривать аккуратная грядочки.

– Для стратегического питания, – пояснила старушка, а я хихикала уже в голос, – А шо? Вот так нече будет есть, а у меня вот!

На огороде мы провозились несколько часов. Я действительно скучала по природе, по растениям. А тут я могла проявить немного своей магии. И получала истинное удовольствие.

– Красавица! – крик Леодора разнесся по всему саду, заставляя нас с ба Агатой поднять голову. – Красавица, ты здесь?

– Иди, – кивнула Агата на калитку, – Неча ему на моем огороде делать. Усю капусту истопчет!

Я кивнула, быстро прополаскала руки в лохани с водой и поспешила на голос. Голос у Лео был взволнованный. Кажется, разговор с Максимилианом выдался очень напряженным.

– Вот, – принц протянул мне конверт. Леодор осмотрелся так, словно это было тайное послание. И о нем никто не должен знать.

– Что это? – вздрогнула я, разворачивая бумагу. – Ой…

“Я предлагаю сделку. Твоя мать, в обмен на то, что ты откажешься от принцессы нимф. Ответ оставь там же, где нашел письмо”.

Эти слова заставили меня замереть. Отказаться от меня в обмен на мать? Но ведь мама Леодора умерла. И мы видели ее призрак.

– Эльф? – предположила я, протягивая письмо обратно. Моя рука подрагивала. Что он выберет?

– Эльф, – кивнул Леодор, устало растирая лицо, – Что ж ему неимется то.

– А откуда мы можем знать что это и правда твоя мама? – осенила меня идея, – Это же может быть и этот самый эльф. Правда же? Он ведь умеет оборачиваться кем угодно.

– Да, я тоже подумал об этом, – кивнул Лео, в каждом его слове, в каждом его движении читалась напряженность и нервозность, – Но…

– Ты хочешь отказаться от меня? – ахнула я, прижимая руки к груди, – Да? Потому что…

– Конечно нет! – рыкнул Леодор и сверкнул зелеными глазами. Я даже выдохнула, – Просто я никак не могу понять как связано одно с другим. При чем здесь моя мать и ты? Когда я изловлю эту мерзость, я с него три шкуры спущу. Он уже обеспечил себе виселицу! По всем законам Империи!

– Хорошо, – вздохнула я и внезапным порывом обняла Лео за талию. Стиснула так, на сколько хватило сил.

– Красавица, – рассмеялся Лео, делая вид, что задыхается, – Пусти. Осиротеет империя.

Глава 36. Ева

– Это какой-то бред, – бубнил Максимилиан, рассматривая чертежи шара. Леодор хмурился. – не пойму что не так.

Бумаги были разложены на столе, а Максимилиан внимательно изучал каждую. Я ничего не понимала в схемах и каракулях, но, видимо, что-то понимал Император.

– А я говорил, что это плохая идея, – вставил Теодор, а мы все гневно на него зыркнули. – Он возится с ним с детства. И ничего. Пустая трата времени!

– Разберемся, – припечатал император, вновь беря первый лист с чертежами. Я сжала руку Лео в знак поддержки. Ответом мне было легкое поглаживание. Дэгэйр мялся у двери. Странное поведение. – Опытный образец есть?

– Да, – кивнул Лео, а я смотрела на него во все глаза, – Он на заднем дворе. Вот только он не летает.

– В чем причина? – бросил Макс, скручивая чертежи и убирая в тубус, – Идем посмотрим. Все идем. Чтоб я видел.

Мы все направились смотреть шар. Мне и самой было очень интересно увидеть, что делает Лео. Идея о том, что все могут летать, интриговала даже и меня. Это казалось чем-то сродни магии. Я не умела летать. Только на Леодоре. И была бы не прочь полетать на шаре.

– Лопается. Он очень хрупкий. Стрелы дриад без труда его пробьют и будет катастрофа, – с сожалением произнес Лео, отводя взгляд в сторону. – Он бесполезен. Отец прав.

Теодор посмотрел на всех с триумфом.

– Он был бы бесполезен, внук, если бы ты за него не взялся, – кивнул император, проходящей мимо дворцовой знати, – А раз он уже есть – значит дело за малым. Я надеялся, что мой сын пойдет по моим стопам. А пошел внук.

– Эй! – рявкнул Теодор, но был проигнорирован своим отцом. Так, это уже ни в какие рамки не лезет!

Максимилиан сейчас очень напоминал мою маму. Ты, конечно, мой сын, но лучше бы тебя не было. Он готов любить его только за его заслуги, но никак не за то, что он просто есть. Я понимала чувства Теодора. Потому что сама чувствовала тоже самое, видя, как мама каждый раз подчеркивает то, что я, хоть и любимая дочь, но как принцесса – пустое место.

Интересно, если поговорить с ним об этом? Объяснить? Рассказать, что чувствовала я, да и продолжаю чувствовать… Может, тогда Максимилиан будет вести себя по-другому?

Скорее всего, он даже не знает, как обидно то, что он говорит. Как больно ранят слова. Он-то думает, что воспитывает сына. На самом же деле он воспитывает только враждебность. При чем к себе. Детей, в каком бы возрасте они не были, это только отталкивает от родителей и подогревает желание больше никогда с ними не видеться.

Через много-много лет, Максимилиан будет очень жалеть, что сын не навещает его. Уже постаревшего, нуждающегося во внимании и сентиментальности. Он получит ту же самую холодную стену, которую сам и строит. Сейчас.

Жаль, что моя мать – могущественная и бессмертная. И она никогда не поймет, как и в чем она ошибалась. Она мечтала получить копию себя. Но вместе этого получила меня. Такую, какая я есть.

– Шар не летает из-за меня, – мрачно заметил Дэгэйр, когда все собрались вокруг шара. Сейчас он напоминал корзинку с огромной тряпкой, которая была разложена по полу. Мы в недоумении посмотрели на него. – Я отомстил принцу за свою ногу… Исправил в чертежах что-то. Но времени прошло уже столько, что я просто не помню, что конкретно исправлял. Но помню, как ты меня тогда допек!

– Удружил, – рявкнул Леодор, а я положила руку ему на плечо. Не время сейчас выяснять отношения. Вот совсем-совсем не время. – И как теперь исправить то, что не знаешь?

– Как это что? Пытаться запустить, – заметил Максимилиан, отдавая приказ слугам, чтобы расправили шар, – Так, внук, командуй. Сейчас посмотрим. И как же это ты до такого додумался? Признавайся.

– Мы дули мыльные пузыри, а я на секунду представил, что такой пузырь способен переносить людей на большие расстояния, – вздохнул Леодор, недовольно глядя на Дэгэйра. Тот молчал, вытянувшись по струнке.

Мы внимательно наблюдали, как слуги привязывали толстыми веревками огромную корзину. Туда бы без труда поместилось человек тридцать. Они обматывали, закрепляли, перекидывали канаты через шар. На самом деле зрелище было интересное.

Леодор с восторгом смотрел на все приготовления. Максимилиан смотрел на внука с гордостью. Теодор делал вид, что облака его интересуют намного больше происходящего. Он просто растянулся на газоне и заложив руки за спину лежал.

– Мы же друзья? – тихо прошептала я, опускаясь рядом с императором. – Еще дружим?

– А у меня есть выбор? – рассмеялся Теодор, беря в рот тростинку, – Что задумала?

– Поговорить, – так же тихо проговорила я, косясь на Макса и Лео. Они как раз что-то оживленно обсуждали, – Макс не хочет тебе зла.

Император тяжело вздохнул и отвернулся. Так, Ева, кажется, ты немного не с того начала. Попробуем зайти с личной стороны. Я обняла колени, глядя на то, как меняется лицо Теодора.

– Сиринга точно такая же, – вздохнула я, поджав губы, – Вот прям один в один.

– Не мудрено, что ты сбежала, – усмехнулся Теодор,пожевывая травинку, – Я бы тоже сбежал. Был бы помоложе.

– Это не выход, – вздохнула я, стараясь скрыть сожаления, – Я так и не смогла достучаться до матери. И позорно бежала. Да, мое поведение не соответствует поведению настоящей принцессы. Но я рассчитывала, больше на то, что она соскучится и… Позовет меня обратно. Что она поймет, как она ко мне относилась и… У нас все наладилось. Но я меряла ее по себе. А нужно просто принять, что она такая, какая есть. И ее никак не переделать. Осталось, только смириться.

– Ты предлагаешь мне смириться и просто пропускать мимо ушей? – серьезно спросил император, глядя на меня, – После того, что он тут натворил? Ты представляешь на сколько сильно он пошатнул мой авторитет среди подданных. Еще немного и со мной слуги по этикету здороваться перестанут.

Неподалеку слышались крики. Все были поглощены шаром, поэтому не обращали внимания на нас.

– Я понимаю, – кивнула я, опасаясь, что наш разговор ушел в совершенно другое русло. Не такое, какое я планировала изначально. – Просто я бы хотела, чтобы вы поговорили и установили… Рамки. Вот, хорошее слово. Объяснитесь. Я так и не смогла объяснить матери, что я уже не ребенок.

– Ты намекаешь на то, что я вел себя с Леодором точно так же, да? – догадался Теодор к чему я клоню. А я молча улыбнулась. Я рада, что он понял. – Ловко.

– В этой жизни все возвращается, ваше величество. Любое добро, зло, помощь, – пожала плечами я, видя, как глубоко задумался император. – Я пожалуй пойду. Но перед тем, как идти к Максимилиану, я считаю, что сперва нужно поговорить с Леодором.

Я встала и направилась к Леодору. Тот обернулся драконом смотрел, как зачарованный на свое детище, пытаясь раздуть в нем пламя. Горелка уже надула шар, как вдруг Леодор снова обернулся человеком и нахмурился.

– Драконье пламя действительно работает, – одобрительно качал головой Максимилиан, наблюдая, как шар то отрывается от земли, то снова опускается. – Но вот треск, который идет от кожи меня не устраивает.

– ХЛОП! – раздалось со стороны шара и тут же оглушительный свист разнесся по заднему двору. Слуги в панике бросились в рассыпную.

– Вот об этом я и говорил, – мрачно заметил Леодор, глядя как его изобретение собирается веером и опадает на корзинку. – Он никак не может выдержать давления. Он слишком натягивается и взрывается. Хотя расчеты все верные.

– Пропитка? – предположил Максимилиан, беря в руки кусочек оторванной ткани и растирая его в ладони, – Тебе не кажется, что тут может закрасться погрешность?

– Пропитка – это первое, чем я занялся, – буркнул Леодор, – Я сделал что-то среднее между клеем и слоем жира. Так шаг не замерзнет вверху и будет достаточно плотный, чтобы пережить обстрел.

– А из чего ты его делал? – стоял на своем Макс, абсолютно уверенный в том, что он выбрал правильное направление.

Леодор перечислял ингредиенты. Максимилиан качал головой и хмурился.

– Погодите! – воскликнула я, когда весь список был озвучен, – Он же получается твердый, как камушек! Я бы туда сок лозы вмешала. Он тягучий. И как раз пропитка станет похожа на патоку. А значит станет водоотталкивающей и стрелы просто будут попадать в вязкую субстанцию, не доставая до самой кожи.

– А девчонка то соображает, – похвалил меня император, одобрительно глядя на Леодора, – Молодец, внук. Не прогадал.

Леодор лишь отмахнулся. Я расценила это как то, что он меня любит не за это. А за то, что я просто есть. Не хочу сейчас вдаваться в эту тему и сеять внутри себя зерно сомнения. Леодор сказал что меня любит. Вот пусть так все и остается. Если что, мы всегда сможем с ним поговорить. Но это будет уже потом. Совсем потом, когда все решится.

– А где ее взять то? – нахмурился Леодор задумавшись. Следом за ним нахмурился и Максимилиан. – В столице только бабкин огород. Больше нету ничего.

– У меня в лавке есть! – радостно сообщила я, вспоминая какие у меня там запасы. – Я могу принести и просто попробуем сделать. Посмотрим, что выйдет!

– Я с тобой, – твердо произнес Лео, кладя руку мне на талию, – Ты одна не пойдешь.

– Выдели ей охрану, – отмахнулся Максимилиан, – Ты нужен мне здесь.

– Нет, – произнес Леодор, притягивая меня к себе, – Я не доверю охране Еву.

– Тогда пусть ждет в комнате! – рявкнул Макс и направился во дворец, – Теодор, вставай. Чего разлегся? Дуй сюда. Принимай участие. Сейчас обсудим план.

Меня ответили в комнату и строго настрого приказали сидеть здесь. Я сразу заявила, что так не честно. Но Лео и слушать меня не стал. Да что же это такое!

У этих драконов в крови что ли нимфам перечить? Куда ни плюнь – одни диктаторы!

Я выглянула в коридор и осмотрелась. Никого. Прекрасно. Дорогу до главного входа я прекрасно помнила. Ничего не случится. Я вернусь еще раньше, чем закончится это собрание. На которое меня решили не приглашать. И это, кстати, тоже было обидно!

Я вышла за пределы дворцовой территории и вдохнула полной грудью. Ну наконец-то хоть немного свободы. Я улыбнулась и быстрее пошла по улицам до своей лавочки. Как давно я так не гуляла по городу. Пусть здесь не было цветов и деревьев, но люди пытались раскрасить дома так, чтобы они выглядели ярко и нарядно.

Я вглядывалась в каждую улочку, в каждый дом, попавшийся мне на пути и почему-то старалась запомнить каждый. Вот этот домик, хоть и в несколько этажей -похож на пузатый чайник. А вот этот похож на коробочку с украшениями… Неужели тут все будет разрушено?

Я помнила что осталось от замка, когда Теодор и Леодор поспорили немного. Ну, в масштабах драконов, разумеется. А тут столкновение нимф и драконов… Сомневаюсь, что мама будет внимательна к домам и людям, которые будут попадаться у нее на пути…

Люди, видевшие меня останавливались и открывали рот. Я же чувствовала себя немного растеряно. Многие из них даже переходили на другую сторону улицы. Они сторонились меня. И я прекрасно знала почему. У меня было такое чувство, что я голая. Люди смотрели на меня с ужасом, некоторые тыкали пальцами, а некоторые просто шарахались от меня, словно от больной.

Кто-то сворачивал в переулки и резко ускорял шаг. Покупатели набивались в лавки к продавцам и закрывали двери. На душе было не спокойно.

Вдруг Леодор был прав? И мне не следовало бы ходить в одиночестве по столице?

– Так, а вот и ты! – ласково произнесла я, подходя к лавке и поглаживая деревянную дверь, – Я совсем тебя забросила.

Приоткрыв дверь на меня пахнуло сыростью. Спертый воздух, наполненный запахом настоек и трав заставил улыбнуться. Так, лоза-лоза… Куда же я тебя положила то.

Поискав на первом этаже, я так ничего и не нашла. Странно. Я же точно помню, что я брала с собой несколько колбочек. Может быть на втором этаже? Я поднялась по скрипучей лестнице, с нежностью опираясь на перила.

– Так, что тут у нас, – вздохнула я, ковыряясь в мензурках и склянках. – Ничего.

Куда пропала лоза? Я перерыла шкаф еще раз, но так и не смогла ничего найти. Выход был один – бежать в избушку.

Именно бежать. Раз я уж теперь хожу зеленая по городу – то, чего уж. Можно и пробежаться.

Заперев дверь лавки, я бросилась бежать, с той скоростью, с которой бегают нимфы. Чувство почти полета окрыляло. И я рассмеялась в голос. Как давно я этого не делала! Мышцы тут же отозвались приятной тяжестью. Надо бы почаще теперь делать пробежки. Раз уж всё равно все видели, что фаворитка принца – нимфа.

Вместо гнетущего чувства, которое одолевало меня раньше, я вдруг почувствовала искреннюю радость. Радость быть собой и больше не прятаться! Не бояться, что сползла личина, и проступили рыжие волосы. Не переживать, что слишком быстро иду, как для человека. Стараться топать и шуметь, как люди, чтобы никто ни о чем не догадался.

Оказавшись за воротами столицы и слегка сбавила темп, я стараясь почувствовать каждую травинку под босыми ногами.

На полпути к деревне моё внимание привлек странный шум. Я остановилась и огляделась. По тракту, ведущему в деревню передвигались какие-то кибитки. Девушки в разноцветных платьях пели и танцевали, вокруг разукрашенных кибиток. Из украшения звенели, а сами они шумели, галдели и веселились от души.

Это что такое? Ярмарка? Настоящая?

Я несколько раз слышала о них, но зато время, пока я находилась в столице, я так и не застала ни одну ярмарку. Они почему-то не приезжали. Я смотрела, как завороженная. Кто-то из женщин жонглировал огнем, стоя на одной из повозок. Другие пели песни, звеня монистами. Кто-то ехал верхом на лошади, как мужчины! Ну, или как дриады.

Огромная вереница повозок с привязанными к ним животными двигалась в сторону столицы. Я прибавила шаг, стараясь не обращать на них внимания. Сейчас нужно было добыть лозу. Ну или выжимку с нее.

Не сбавляя скорости я буквально влетела в свой лес. И сразу же ощутила зов сердца леса и моего ночного принца. Сначала дела, потом друзья. Я почувствовала укол совести и стыда за то, что оставила их на непозволительно долгое время. Надеюсь, что Леодр меня поймет и не будет сильно ругаться за то, что я немного побуду в лесу и наберусь силы. Для нимфы это очень важно.

Честно говоря меня саму не оставляло странное чувство тревоги. Но помочь Лео я была просто обязана. Жизни стольких людей зависят от того, взлетит этот шар или нет? Драконы ведь не успеют перевезти на себе всех жителей. А мама их не пощадит.

А, зная Леодора, если у него что-то не получится, то его просто замучает совесть. Мне ужасно не хочется смотреть на то, как мучается мой дракон. И я постараюсь сделать все, что от меня зависит, чтобы у него получилось!

Отворив дверь своей избушки я схватила несколько нужных склянок. Их мне показалось мало. И я направилась в самую чащу, чтобы попросить еще.

– Листик! – прожурчал голос матери где-то за спиной. Я вздрогнула и приготовилась спасаться бегством. – Листик, посмотри на меня.

Я резко обернулась, готовая в любой момент сорваться и бежать. Недалеко от меня, рядом с источником стоял мой единорог, низко склонив голову. Нуменор чувствовал себя виноватым, а значит, мать приказала ему. У-у-у-у-у!

– Что ты хочешь? – нахмурилась я, неимоверно злясь на то, что она смела приказать моему единорогу. – И зачем ты приказываешь Нуменору?

– Он подчиняется мне, – резко ответила мать, но королева тут же взяла себя в руки и ее голос прозвучал очень мягко, – Я хочу поговорить.

– Не смей приказывать моему Нуменору! – повторила я, не понимая с чего это я так разозлилась. – Вот когда тебя выберет твой единорог, то ему и будешь приказывать.

Мой голос звучал ровно. Как никогда. Я даже сама удивилась, откуда такая уверенность в разговоре с матерью… Может, потому что я впервые понимаю, что я не одна? И у меня теперь есть Лео? Готовый защитить меня в любой момент, и принимающий меня такой какая я есть. Хотя, мама утверждала, что как только моя тайна раскроется, все отвернутся от меня.

Мать проглотила обиду, но разговор не прервала. Наоборот, она сформировалась из воды в полный рост, глядя на меня сверху вниз.

– Листик, я хочу дать тебе шанс, – обманчиво ласково произнесла мама, а я сделала несколько шагов назад. – Ты всё еще можешь вернуться домой. Я по-прежнему жду тебя. Ты по прежнему моя доченька…

– Зачем? – поинтересовалась я, наблюдая не ползут ли ко мне лианы, или ветки. Вдруг она опять решит меня связать. – Чтобы что? Чтобы ты меня связала и подвесила где-нибудь над троном в назидание другим нимфам? Бей своих, чтобы чужие боялись!

– Я в прошлый раз повела себя… Не как королева, – произнесла мама, а я кивнула, подтверждая ее слова. Сиринга скривилась. Наверное, она хотела, чтобы я тут же начала говорить, что это совсем не так. И всячески убеждала ее в том, что она поступила правильно.

На самом деле, я считаю, что она повела себя не то, что как не королева. Она повела себя как не мать. Но даже если я и скажу это, то не сейчас. Ни к чему злить королеву нимф, которая вдруг вспомнила о том, что она моя мама.

– Послушай меня, драконы слабы, – начала мать, а я сжала кулаки. Ее самоуверенность злила, – Они не выстоят против наших дриад. А теперь подумай, кем ты будешь в глазах своего народа? Если будешь находиться во дворце? Ты будешь для них предательницей. Они увидят, что ты предала их, перешла на сторону драконов, но теперь, когда они повержены, что станет с тобой?

– С чего ты взяла? – ужаснулась я, не понимая к чему клонит мать, – С чего ты взяла, что они посчитают меня предательницей? Ты же сама даже не знаешь чем я тут занимаюсь! И почему я до сих пор тут!

– Конечно знаю, – рассмеялась мама, махнув рукой. – Ты там потому что тебе дорог этот сопляк. Принц драконов. Какая глупость! Листик, он – мужчина. А значит слаб. У тебя два дня. Дриады будут ждать тебя у леса, чтобы проводить домой. Ты возвращаешься, и мы забываем о том, что ты дружила с драконами.

Мать тут же растворилась в всплеске брызг. А я прямо закипала от негодования.

– Иди сюда, – позвала я Нуменора, а он, не поднимая головы засеменил ко мне. Единорог чувствовал себя очень виноватым, поэтому опускал голову и боялся смотреть мне в глаза. – Я не сержусь. Я все понимаю. Ты не мог ослушаться. Это моя вина, что надолго оставила тебя одного…

Я погладила его по красивому боку, на котором рассыпались созвездия. Я гладила его, получая искры, как от сердца леса. Единорог тоже подпитывал мою магию, а мне становилось легче.

– Пойдем прогуляемся до Феникса? – предложила я, продолжая поглаживать красивую гриву, – Если хочешь – мы можем вернуться в столицу вместе. Я уверена, что ты понравишься императорскому дворцу. И тебе понравится дворец. Обещаю, я тебя никому не дам в обиду!

Нуменор фыркнул и отошел, когда я вышла на полянку к сердцу леса. Феникс тут же откликнулся на мой зов. Пока он собирался искрами – я уже чувствовала прилив сил и магии.

– Я скучала, – прошептала я, зарываясь пальцами в мягкие новые перья. После пожара он быстро оправился. – Как ты, моё сокровище?

Посидев немного с фениксом, я поняла, что мне пора. В замке меня могут хватится. Поэтому я распрощалась с лесом и его магией, легко подхватила корзинку с лозой и поспешила обратно в замок. Путь до дворца почему-то показался короче. Когда я миновала дворцовые ворота, то заметила огромную толпу, собравшуюся на заднем дворе.

– Что там такое? – занервничала я, поспешив туда. На сердце было неспокойно. Откуда столько народу? Что случилось за моё отсутствие? Неужели Максимилиан решил сделать какое-то объявление?

Подходя ближе, я ахнула, едва не выронив корзину. Триг, учитель принцессы Тины, убегал с эшафота со спущенными штанами.