Текст книги "Между Любовью и Страстью (СИ)"
Автор книги: Карина Волк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)
Глава 10. Игнат
Игорёк, бесспорно, конченая мразь. Этот ублюдок заслужил хорошей взбучки. Алиса далеко не ангел, но он не имел никакого права отрывать свою пасть и оскорблять мою бывшую девушку.
– Игнат, ты не имел права поднимать руку на Игоря, – разгневанно прокричал Дмитрий Геннадьевич, который с самого утра, явился в мой дом, с разборками.
Гневно сузил глаза, уменьшая свой обзор, фиксируя взгляд на самодовольном, напыщенном мужчине, который, по всей видимости, «берега попутал» и по неведомым мне причинам вознамерился нотации читать и жизни учить.
– Дмитрий Геннадьевич, предлагаю спокойно поговорить. Как взрослые мужчины. Без криков и истерик, – довольно дружелюбно, но со стальными, непоколебимыми нотками в голосе предложил, тактично указывая рукой на мягкое, удобное кресло.
Отец Александры криво усмехнулся, но мою просьбу выполнил. Неспешно подойдя к креслу, он вальяжно одёрнул пиджак и присев, пробормотал, – вижу я, как ты разговоры ведёшь. Сначала морду бьёшь своему гостю, а потом из дома выкидываешь, как шелудивую шавку.
– Дмитрий Геннадьевич, ваш зять заслужил, – не хотел оправдываться и даже не собирался, но пояснить ситуацию обязан, особо не вдаваясь в подробности. – Игорь перешёл границы.
Вавилов нахмурился. Чувствовал, что моё поведение он совершенно не одобряет, неплохо знал отца Александры, он всегда слыл как человек жёсткий, конкретный, принципиальный, но всё-таки конфликты предпочитал урегулировать с помощью дипломатии.
– Что между вами произошло? – Задал запоздалый вопрос он.
– Он вам не рассказал?
Вавилов разгневанно блеснул огромными чёрными глазами, которые так и кричали, что если бы он знал, то вопрос такой не задавал.
– Нет. Не рассказал. Вчера вечером позвонила Виктории и сообщила, что по твоей вине Игорь оказался в больнице. Ты ему нос сломал.
Утвердительно и гордо замотал головой, хотя особо гордиться нечем. Всё-таки границы перешёл я, не стоило прибегать к силе. Надо было выдохнуть и выкинуть поганца из дома. Но что теперь «посыпать голову пеплом». Дело сделано, и ничего не исправить. Моя репутация подпорчена. Наверняка Вавилов сделал выводы и вряд ли теперь позволит своей любимой дочери, которую растил, как самую настоящую принцессу, бережно оберегая её, как садовник «аленький цветочек».
Медленно присел на край широкого дивана, размышляя над повисшим в воздухе вопросе.
– Дмитрий Геннадьевич, есть вещи, о которых мужчины не говорят. Ваш зять посмел оскорбить дорого для меня человека. И этого я ему простить не смог, – звонко и уверенно проговорил. – Прошу прощения за свою несдержанность и вспыльчивость. Но прощения прошу лишь у вашей семьи, которую уважаю. Но Петров – мерзавец. И получил по заслугам.
Замолчал, ожидая реакции Дмитрия Геннадьевича. Пристально вглядывался в его помрачневшее лицо, понимая, что мой завуалированный ответ его вряд ли устроит, и извинения приняты не будут.
Мужчина нервно забарабанил по креслу.
– Знаю, – огорчённо и обречённо прошептал мужчина, вызывая моё удивление. – Игорь далеко не прагматичный человек, который достоин возглавить мой бизнес. Слишком хитрый.
Дмитрий Геннадьевич непринуждённо откинулся на спинку кресла, принимая более расслабленную просьбу, явно давая понять, что не испытывает ко мне враждебности.
– Так понимаю, что он оскорбил твою бывшую девушку.
Устало усмехнулся. Вот же б… во! А я, реально, чего-то не понимаю. О том, что у меня была девушка и мы расстались, уже в интернете выложили… Нет! Понимал, что информацию ему слил отец.
Мерзкое чувство прожгло моё сердце, стало безумно неприятно и обидно, что мой отец, как последняя сплетница рассказал всему миру о моей личной жизни. Проклятие! Как же всё это мерзко и отвратительно. Стараясь не подавать вида, довольно спокойно лицезрел Вавилова, ожидая, что он продолжит. Но мужчина упорно молчал, проникновенно изучая мою реакцию.
Нашу безмолвную дуэль прервала Ксения, она нежно улыбнулась Дмитрию Геннадьевичу и приблизившись к чайному столику, поставил поднос с наполненными чашками кофе.
Приятный аромат терпкого, бодрящего напитка заполнила гостиную. Появление девушки немного снизило градус напряжения. Дмитрий Геннадьевич дружелюбно улыбнулся и, взяв в руки чашку с кофе, пробормотал, – благодарю. Кофе именно то, что мне сейчас нужно.
Ксения шире улыбнулась.
– Может вам ещё что-то принести? Я только что пирожков напекла.
Дмитрий Геннадьевич, с проворством мальчишки, утвердительно, с откровенным энтузиазмом, замотал головой.
– Пирожки. Это же отлично. А у вас есть с яблоками?
Ксения поникла. Девушка робко пожала плечами.
– К сожалению, нет. Но есть с вишней. Хотите?
Мужчина радостно махнул рукой.
– Несите.
Ксения перевела на меня глаза, ожидая распоряжений.
– Иди, Ксюша. Принеси свои фирменные пирожки.
Девушка молниеносно сорвалась с места, подхватив поднос.
Дмитрий Геннадьевич проводил её восторженным взглядом, в котором не было даже намёка на похоть. Знал, что Вавилов чрезвычайно приличный человек, истинный семьянин. Он любил свою жену и никогда не был пойман на измене, а в нашем обществе это огромная редкость. Даже мой отец нередко ходил налево, хотя ничего серьёзного из его интрижек не выходило, но матери причиняло боль. Постепенно она смирилась, только вот взгляд потускнел, и Анна Аркадьевна стала более холодной и надменной, так она скрывала свою уязвимость, не хотела показывать, что женская гордость подавлена. Глядя на своих родителей, поклялся себе, что никогда не буду изменять своей супруге, если уж женился, то обязан уважать супругу. Но вместе с тем никогда не был глупым, неразумным романтиком, который верил в настоящую любовь до гроба. Жизнь слишком непредсказуемая, её пути витиеваты. Для себя определил, что если женюсь, а затем встречу другую, то никого обманывать не стану и честно признаюсь супруге, что разлюбил.
Долгое время не мог встретит ту самую единственную и неповторимую… А когда встретил, то жизнь сыграла со мной злую шутку.
– Дмитрий Геннадьевич, – серьёзным тоном обратился к своему собеседнику, возвращая его к нашему сложному, трудному разговору, – я вас уважаю, но обсуждать свою личную жизнь с вами не буду.
Вавилов кивнул.
– Понимаю, Игнат. Но и ты меня пойми. Мы серьёзно рассматриваем вопрос о вашей предстоящей свадьбе с моей Александрой. Думаю, что ты прекрасный кандидат.
Вяло усмехнулся.
– А я думал, что вы изменили своё мнение. Особенно после того, как я сломал длинный нос вашему зятю.
Вавилов иронично ухмыльнулся.
– Игнат, я слишком хорошо знаю Петрова. Он «мёртвого достанет». Я совершил ошибку. Подался на его сладкие речи. Не разглядел его гнилое нутро. Но вот ты другое дело. В тебе есть характер. Ты обладаешь прагматичным взглядом, но при этом вовсе не меркантильный человек, у тебя есть принципы.
С искренней благодарностью помотал головой.
– Спасибо, Дмитрий Геннадьевич, но вы меня слишком мало знаете. Вернее, – мгновенно внёс ремарку, – мы с вами не виделись почти пять лет. Кто знает, каким человеком я стал за это время.
Мужчина лукаво прищурился.
– Игнат, ты что меня за идиота принимаешь? Реально, думаешь, что я не навёл о тебе справки.
Чёрт! Навёл. Ещё как навёл…
– Так вы шпионили?
– Отнюдь, – парировал он. – Просто я отец. И должен знать, каким будет мой будущий зять. Я не могу отдать свою дочь кому попало. Сам же понимаешь? – Крякнул он, а затем, беспечно махнув рукой, поставил чашку на стол. – Хотя, пока ты меня не понимаешь. Сложно объяснить, какие чувства испытываешь к детям человеку, у которого своих детей нет. Это необъяснимое чувство. Но очень сильное.
А вот здесь Дмитрий Геннадьевич попал в самую точку… Задел струнки моей мрачной души. Дети – это ответственный шаг, к которому был готов, только вот моя любимая оказалась грязной обманщицей, а более никого не представлял в роли матери моего ребёнка.
– Но ты сможешь меня порадовать. Надеюсь, что с детьми вы с Сашей затягивать не станете. От Виктории и Игорька я такого подарка точно не дождусь.
Ошарашенно вздрогнул. Утвердительный тон Вавилова значительно напрягал меня. Мы ещё даже с Сашей не дали своего согласия, а он уже о внуках мечтает.
– Дмитрий Геннадьевич, ваша дочь – прекрасная девушка. Добрая. Нежная. Отзывчивая, – с лёгкой улыбкой прошептал, мысленно добавляя, что характером она пошла в отца и оказалось очень предприимчивой и хваткой, до сих пор поражался её смелости и решительности. – Но этого мало для брака. Между нами нет никакой искры. Огня. Я воспринимаю её, как младшую сестрёнку.
Вавилов снисходительно вздёрнул волевым подбородком.
– Но она тебе не сестра. А очень выгодная кандидатура, – цинично констатировал он, доказывая, что отцовские чувства не мешают его бизнес подходу и совершенно не отодвигают амбиции, которые временами зашкаливают. – Этот брак взаимовыгодный для вас обоих. Ты получишь не только, красавицу жену, с которой не стыдно выйти в общество, но и очень влиятельных родственников.
Изумлённо ухмыльнулся.
– Удивлён. Столь откровенному признанию.
– А что именно тебя удивляет? – Теперь изумление заиграло в его голосе. – Такова жизнь. Ты не можешь со мной не согласиться.
Глубоко вздохнул. Сложно было ему парировать.
– Думаете, что брак по договорённости может стать счастливым?
Дмитрий Геннадьевич немного погрустнел.
– Страсть – это хорошо, – секунду спустя, нарочито проговорил он. – Но она вовсе не главенствующая в браке. Главное – уважение, взаимопонимание, общие интересы.
– А как же любовь?
Вавилов немного оторопел, явно не ожидая от меня такого детского вопроса.
– Любовь, Игнат, – сухо пробормотал мужчина, – слишком непонятное чувство и очень противоречивое. И если честно, недолговечное.
ДРУЗЬЯ скидки для ВАС:
КНИГА: «ЛЮБОВЬ как НАКАЗАНИЕ»:
"...Когда уходите на пять минут
Не забывайте оставлять тепло в ладонях
В ладонях тех, которые вас ждут,
В ладонях тех, которые вас помнят.
Не забывайте заглянуть в глаза,
С улыбкой робкой и покорною надеждой.
Они в пути заменят образа
Святых, даже неведомых вам прежде.
Когда уходите на пять минут
Не закрывайте за собою двери-
Оставьте это тем, которые поймут,
Которые сумеют в вас поверить.
Когда уходите на пять минут,
Не опоздайте вовремя вернуться,
Чтобы ладони тех, которые вас ждут,
За это время не успели разомкнуться..."
– А чего ты ожидала? Думала, что я привезу тебя домой и прямо на пороге наброшусь как голодный зверь.
В былые времена я бы так и поступил. Интересы и желания женщин особо меня никогда не волновали. У меня вообще были проблемы с проявлением заботы и уж тем более уважения к своим любовницам.
– Нет. Я вовсе так не думала, – заверила меня малышка. – Просто не ожидала от тебя такой романтики. Уж извини, Артур, но ты последний человек, которого можно было заподозрить в романтике.
Нелепая усмешка заиграла на моём лице. Не в бровь, а в глаз. Точно. Романтизм никогда не был мне присущ. Но с Марией я постепенно открывал в себе новые качества. Ни с кем, не считая Анюты, я не проявлял столько нежности и любви.
– Внешность бывает обманчивой, Маша. Я действительно иногда вынужден проявлять жёсткость, но это связано прежде всего с тем, что я привык нести ответственность за себя и свою семью.
Маша утвердительно покачала головой, при этом в её глазах отразилось откровенное недопонимание.
– Милая, я довольно крупный бизнесмен. В моём мире нельзя проявлять слабость, – щёлкнул пальцами перед кончиком носа малышки. – Сожрут и не подаваться.
Мария уныло ухмыльнулась и сделала небольшой шаг вперёд, окончательно сократив между нами расстояние. Сладкий аромат заполнил мои лёгкие. Моя фиалка. Сказочный, фантастический аромат присущий только моей ведьмочке. Смотрел на неё и полностью тонул в огромных, небесно-голубых глазах. Красивая. Чертовски красивая. Соблазнительная дьяволица с невинным личиком.
– Артур, а ты различаешь такие понятия как «жёсткость» и «жестокость»?
Надменно усмехнулся. Да! Малышка стремительно набирает обороты. Ей палец в рот не клади. Её упрямство и дерзость усиливались.
– Различаю. И поверь, девочка, что лучше тебе меня не провоцировать. Ты даже не представляешь, что такое «жестокость», – спокойно проговорил, стальным голосом, провоцируя новый бунт.
– Нет. Не различаешь, – девочка грозно прижала свой палец к моей груди. – И не смей мне угрожать. Я твоя жена, а вовсе не подчинённая. Тебе придётся считаться с моим мнением.
Её мятеж должен был вызвать волну злости, но я испытывал лишь гордость. Впервые в жизни Мария заявила о своём статусе, без лишних споров признала, что является моей женой. Б… ь! Невольно удовлетворённо рассмеялся.
– Хорошо. Готов к компромиссам. Давай. Озвучивай свои претензии.
Мария лукаво прищурилась.
– Отлично. Я объявлю все свои претензии, но только после того, как мы поужинаем, – малышка резко развернулась и как бы невзначай, соприкоснулась своей филейной частью с моими бёдрами.
Сука! Она реально меня провоцирует.
Яростно обхватил руками её за талию и молниеносно прижал к себе, откровенно припечатывая её строптивую, непоротую пятую точку к выпирающей ширинке.
– Конфетка, ты же память потеряла, а не здравый смысл. Ты хоть представляешь, какие муки ада испытываю. Мне даже дышать рядом с тобой тяжело, – возбуждённым голосом прохрипел ей прямо в ухо.
– Артур, пожалуйста, – встревоженно произнесла она, потеряв смелость, приобретя покорность. – Я сейчас не могу. Ты же обещал, что дашь мне время.
Глава 11. ИГНАТ
Память – странная и необъяснимая игра разума, когда сердце настойчиво требует перемен, она не позволяет избавиться от мучительного, болезненного прошлого…
Тяжёлым шагом покидал массивное, серое здания, в котором было огромное количество людей, весь рабочий персонал знал, что в скором времени наступят глобальные перемены и отец назначит меня руководителем. Все лебезили, пытались вести себя уважительно, тактично, но всё это наигранно. Фальшиво. Всё фальшиво в нашем мире. До встречи с Алисой считал, что и любовь – это лишь пустой звук…
Но после того, как рыжеволосая красавица стремительно ворвалась в мою жизнь, всё кардинально поменялось…
Спустился по лестнице, мрачно наблюдая за тем, как серые тучи затягивают небо, маленький, неприятный дождь падал на землю, вызывая холодную дрожь.
Ускорив шаг, приблизился к автомобилю, как внезапно услышал за спиной до боли знакомый женский голос, который раньше дарил столько тепла и нежности, а теперь причиняет лишь острую боль.
– Игнат, здравствуй, – дрожащим голосом проговорила девушка.
Замер. Но только лишь на секунду, от неожиданности, Алиса смогла застать меня врасплох. Догадывался, что она наглая, бесстыжая девушка, которая совершенно лишена совести и нравственности, но явиться ко мне после предательства, осмелиться прийти, это уже выше всех граней.
Внутри всё забурлило, но я вида не подал. Медленно повернулся к предательнице и холодно, с фальшивым равнодушием и искренним пренебрежением, промолвил, – ты что здесь делаешь?
Алиса поёжилась, по её промокшему, продрогшему виду стало понятно, что она давно стоит на улице и даже успела промокнуть. На секунду проклятая жалость кольнула моё сердце, но это была лишь мимолётная слабость, которую молниеносно подавил в самом зародыше. Эта продажная, падшая женщина не заслуживает никакого сочувствия. По её вине оказался на самом дне. Она ожесточила моё сердце, оборвала крылья.
– Игнат, прошу тебя…
Гневно поморщился и, резко распахнув автомобильную дверь, запрыгнул в автомобиль, лишая её возможности вновь отравлять мою душу лживыми речами. Дмитрий Геннадьевич и отец, совершенны правы. Нет в этом мире никакой любви. Обязан руководствовать здоровыми амбициями. Александра Вавилова – достойная кандидатура, она станет прекрасной женой и хорошей матерью моих детей.
Стремительно завёл автомобиль, но, слава богу, не успел нажать на газ, в противном случае, наехал бы на Алису. Девушка словно из-под земли выросла, она положила ладони на капот и, яростно замотав головой, прокричала, – я никуда не уйду, пока мы не поговорим.
– Б… ь, – разъярённо выругался, выскакивая из салона навстречу обезумевшей девице, которая окончательно тронулась головой. – Ты что творишь, безумная, – грубо хватая её за плечи, свирепо прорычал, мысленно ловя себя на мысли, что никогда бы не смог себя простить если бы причинил ей вред.
Маленькая слезинка скатилась по её щеке. А может это вовсе не слеза, а лишь дождь?
– Игнат, выслушай меня. Просто выслушай, – взмолилась она, против моей воли, вынуждая сердце вздрогнуть. – Мне нужно тебе всё рассказать.
Медленно отпустил Алису.
– И что же тебе мешало раньше рассказать мне правду?
Девушка удручённо усмехнулась.
– Я боялась. Очень боялась, что ты меня бросишь. Я надеялась, что ты никогда не узнаешь правду.
Лицемерка. Безумная лицемерка.
– Я тебя обманывала. Безбожно врала, – сбросив маску, проговорила Алиса. – Но о том, что люблю тебя, сказала чистую правду. Рядом с тобой моя жизнь изменилась. Ты мне не веришь, – обессиленно констатировала она, пристально наблюдая за моей спокойной, хладнокровной реакцией. – Но эта правда.
Устало ухмыльнулся. И что мне теперь от её запоздалой правды?
Ложь – это трещина, в которую утекает любовь. А нашем случаи, Алиса попросту спустила любовь в унитаз, смешала мои чувства с грязью.
Обидно понимать, то тебя обманывают… Обиднее втройне понимать, что тебя обманывает именно тот, кому хочется верить больше всех…
Для Алисы ложь – способ поддержать тот образ, которые она создала для окружающих. Невинный, чистый образ…
– Игнат, что бы ты сделал, если бы узнал правду от меня?
Немного опешил. С такой стороны на ситуацию не смотрел. Невольно отвёл глаза, осознавая, чтобы вряд ли смог бы связать свою жизнь с падшей женщиной. Или всё же бы смог, потому что моя любовь оказалась бы сильнее? Сложные вопросы лихорадочно посыпались, ответы на которые не находил. Растерянно заводил глазами, обессилено прижимая пальцами переносицу.
– К чему этот вопрос? Мой ответ ничего не изменит, – вышел из положения.
Алиса рванула вперёд и, встав прямо передо мной, с укором прошептала, – для меня очень важен твой ответ. Потому что ты меня во всё обвиняешь. И я признаю свою ошибку. Но и ты далеко не такой хороший. Ты говорил мне, что любишь меня, но как только я оступилась, ты незамедлительно вышвырнул меня из жизни.
Девушка разъярённо ударила меня по груди, её удары были сродни укусу комара, не приносили никакой физической боли, но вот морально уничтожали, заставляя чувствовать себя мерзавцем.
Нет. Нельзя поддаваться на манипуляции хитрой, коварной женщины.
Резко схватил её за запястья и гневно потребовал остановиться, подавляя её волю и желания.
– Разве я не права, Игнат? – Громко повторила она. – Ты расстался со мной вовсе не потому, что я тебя обманула, потому что не соответствую твоему идеальному образу, который существовал лишь в твоей голове.
Возможно, Алиса права. Я нарисовал Алису в своей голове, наделил её качествами, которыми она никогда не обладала.
– Игнат, мне прошлого не изменить. Я никогда не была целомудренной девушкой. Совершила огромное количество ошибок. Но после встречи с тобой всё изменилось. Поверь мне. Я по-настоящему полюбила тебя.
Ослабил хватку, и Алиса незамедлительно воспользовалась появившейся у неё возможностью, она прижала прохладные пальцы к моим щекам и слегка приподнявшись, прошептала мне прямо в губы, – Игнат, я всё та же Алиса, девушка, которую ты полюбил. Твоя рыжеволосая красавица.
– Нет, Алиса. Ты совершенно другая девушка, которую я совершенно не знаю. И если честно, и знать не хочу, – отступил, не позволяя более прикасаться ко мне, избавляясь от лживых оков. – Это наша последняя встреча. Очень надеюсь, что ты имеешь хоть немного совести и больше передо мной не появишься.
Выражения лица Алисы мгновенно изменилось, глаза наполнились ненавистью, губы искривились в брезгливой, пренебрежительной ухмылке.
– Только не говори мне, что ты решил жениться на этой маленькой, серой мышке.
Не стоило было реагировать на глупый, бабский выпад, но Алиса задела меня за живое.
– Саша, возможно, и серая мышка. Но рядом со мной значительно преобразиться.
Алиса шокировано замахала ресницами, широко раскинув ладони, ловя маленькие капли дождя.
– Ты же несерьёзно? Ты не можешь жениться на этой девушке.
Надменно усмехнулся.
– Алиса, моя личная жизнь тебя совершенно не касается. Смирись.
Приоткрыл автомобильную дверку, но девушка лихо среагировала и, громко захлопнув дверь, прорычала, – одумайся, Игнат. Ты же женишься на ней, чтобы отомстить мне. Это глупо. Ты лишь самого себя накажешь. Ты даже не представляешь, что такое жить с нелюбимыми.
– Не знаю. В этом ты у нас специалист. Ты же жила и спала с нелюбимыми, ради денег.
Моё колкое заявление достигло эффекта. Алиса униженно опустила глаза. Проклятие. Унижаю её, а отвращение испытываю к себе.
– Если ты на ней женишься, то…
– Что? – Изобразил глубокую заинтересованность. – Что ты сделаешь, Алиса?
Задал провокационный вопрос, на который так и не получил ответ. Да я в её ответе и не нуждался.
– Прощай, Алиса, – без особых эмоций, провозгласил, находясь уже в салоне автомобиля.
– Я убью себя.
И вновь застыл. Внимательно прислушивался к биению своего сердца, которое словно отключилось.
– Делай, что хочешь, – тихо-тихо прошептал. – Это твоя жизнь.
«Лучше говорите Правду, которая возможно изначально причиняет боль, но затем исцеляет, чем Ложь, которая на время успокаивает, а затем убивает…». Не знаю, как бы я отреагировал на признание Алисы, но у нас хотя был бы шанс! Мог бы простить её постыдное прошлое, но ядовитую ложь простить не могу.
Ты веришь тому, кого любишь. Но, когда перестаёшь верить, тогда и перестаёшь любить человека. Не сразу. Ложь разрушает иногда даже то, что, казалось бы, несокрушимо… И хотя сердце рвётся на части, понимаешь, что веры уже не будет никогда. Лучше уйти, с сожалением, с неоправданными надеждами. Время лечит, но только сколько продлится лечение неизвестно…
ДРУЗЬЯ! ТРАДИЦИОННЫЕ СКИДКИ для ВАС:
КНИГА: «ТРИУМФ ЛЮБВИ»:
Ни с каким адом не сравнится ярость, вызванная насмешкой женщины.
Женщины, которую полюбил, а взамен получил жестокий удар прямо в сердце.
Находился в спальне бабушки и никак не мог успокоить убийственный гнев в душе, сердце учащённо стучало в груди, болезненно отдаваясь в ушах.
Ярость хороша, пока она не превращается в горечь.
Ненавистно покривил лицо и молниеносно вскочил с кресла, более не мог выносить возмущённого взора Ларисы Ивановны.
Бабушка так же, как и я, горько ошиблась насчёт своей протеже, эта меркантильная особо с помощью фальшивого невинного взгляда и пленительной улыбки смогла подкупить не только меня, человека, падкого до женщин, но и умудрённую опытом Ларису Ивановну.
Нежная, всегда улыбается, стремится творить добро… Фальшь! Всё фальшь и жестокий обман. Мария коварно и умело пускает туман, вынуждая тянуться к ней, доверять.
– Ты всё неправильно поняла, – довольно спокойно проговорил я, не давая даже возможности бабушке выступить с обвинительной речью. – Эта девушка не так проста, как тебе кажется. Не стоит доверять её невинному взгляду. Она хитрая, расчётливая дрянь, – судорожно сжал пальцы, крепко сжимая мягкую поверхность светлого, кожаного кресла. – Бабушка, прошу тебя. Будь с ней осторожна. Ещё неизвестно, что на уме у этой дикарки.
Женщина высоко подняла голову и, надменно усмехнувшись, с откровенным укором в голубых глазах, провозгласила, – и что же такого сделала Мария? Чем спровоцировала твой гнев?
Бабушка с негодованием поводила глазами, а затем мгновенно её лукавый взор упал на меня. Она словно сканировала меня, препарировала мою душу, отчаянно пытаясь понять, что же твориться в моей голове.
– Впервые слышу, чтобы так грубо выражался в отношении девушки.
Невольно помотал головой. Утвердительно мне ей было ответить нечего.
– Неважно. Считаю, что тебе стоит её уволить. Мой внутренний голос. Не знаю, – немного замешкался. – Интуиция, подсказывают, что ей здесь не место. Она грубая. Невоспитанная. Совершенно не умеет себя вести.
Никогда не был мстительным человеком, тем более не враждовал со своими бывшими любовницами, но эта нахалка заслуживала наказание. Она посмела бросить мне вызов. Дрянь. Сука. Не успела выпрыгнуть из моей постели, как сломя голову, понеслась к другому.
Б… ь! И сколько же коварства в её сердце. Даже представить не мог, что Мария окажется такой распутной дрянью. Изображала из себя чистую, невинную девушку, для которой слово «любовь» не пустой звук, а в результате оказалась лживой предательницей.
Озлобленно оскалился. И как удачно ей подвернулся под руку этот Невский. А может, он всегда был? Запасной вариант. Не удивлюсь, что Машка пудрила нам обоим мозги. У неё каждый шаг просчитан.
– А почему, собственно, я должна увольнять Машу?
Бабушка резко взмахнула подбородком, выражая свирепое негодование.
– Что такого она сделала? Она прекрасно справляется со своими обязанностями. Иван, у меня ещё никогда не было такой весёлой, заботливой помощницы. Мария – очаровательная, непосредственная, честная девушка.
Несправедливый восторг и искреннее восхищении наглой девице страшно раздражало меня. Как же жестоко заблуждается бабушка. Мария её буквально околодовала.
Заносчиво рассмеялся. Эта девица – удивительная девушка! Поразительно, она работает несколько месяцев у сварливой и временами чересчур требовательной бабушке, а уже умудрилась заслужить её доверие. Эта Маша самый настоящий хамелеон, безупречно играет свою роль.
– Ты считаешь нормальным, что твоя прислуга в рабочее время крутит шашни с мужиками? Как ни в чём не бывало сидит в саду и соблазняет внука твоего хорошего друга, – выдвинул вполне разумный аргумент, бабушке очень сложно будет мне что-либо возразить. – Бабушка, у нас приличный дом. Тебе самой непротивно?
Лариса Ивановна всегда трепетно соблюдала правила приличия, она уважала прислугу, но выходить за рамки никогда не позволяла.
– Мария и Сергей вовсе не флиртовали. И совершенно не нарушали никаких правил, – тактично поправила она меня. – Маша была против, но я настояла, чтобы она позавтракала с Сергеем. Он прекрасный парень. Воспитанный и очень вежливый, – неприкрытый укор в мою сторону, ловко был брошен Ларисой Ивановной. – Считаю, что все твои упрёки неуместны. Иван, я тебя не узнаю, ты словно ревнуешь.
– Кого? – У меня глаза на лоб полезли.
Бабушка хитро хохотнула.
– Сергея Невского, – съязвила она.
Гневно поморщился.
– Очень смешно. Ты всё переводишь в плоскость шутки, а я ничего смешного не наблюдаю.
Пи… ц! От избытка чувств у меня из головы все аргументы выветрились.
– Они прекрасная пара. Просто очаровательная.
– Что?
– Что слышал, внук, – более грозно проговорила бабушка и, неторопливо поднявшись на ноги, не отрывая от меня осудительного взгляда, подошла ко мне почти вплотную.
Я был почти на две головы выше, чем Лариса Ивановна, но мне казалось, что передо мной стоит огромная, страшная гора, а я совершенно маленький и беззащитный, бабушка, как всегда, давила своим моральным авторитетом. Кому угодно мог противостоять, только не ей.
– Ты думал, что никто тебе ничего не скажет, – разгневанно произнесла она. – Так, ты ошибся. Думаешь, что можешь просто так взять поиграть с невинной девушкой, а потом выкинуть её. Иван, ты надеялся, что Мария будет ночами и днями лежать в кровати и плакать, – грозно протрубила она. – Маша – красивая, умная, добрая девушка. У неё огромное количество поклонников. Её мир совершенно не крутится вокруг тебя. Одного единственного и такого незаменимого.
Ошарашенно округлил глаза. Постепенно начал догадываться, что Маша рассказала бабушке о наших отношениях. Молодец! Хорошо подготовилась. Настроила бабушку против меня. Жертву из себя изобразила.
Снисходительно ухмыльнулся. Мир точно не крутится вокруг меня, он просто на просто перевернулся с ног на голову. Удивительно! Лариса Ивановна даже, не выслушав моё мнение, мгновенно встала на сторону лживой девушки. Нет, нужно срочно избавляться от этой вероломно-прозорливой служанки.
– Не слушай её. Разве не понимаешь, что её цель – нас поссорить. И пока она успешно справляется с поставленной задачей. Бабушка, остановись.
Лариса Ивановна разочарованно осмотрела меня сосредоточенным взглядом, а затем, печально усмехнувшись, произнесла, – ты поспорил на неё?
Замер. Совершил подлый поступок. Не следовало спорить на невинность Марии. Но и она хороша! Я же извинился, попытался загладить вину. А эта дрянь побежала к бабушке, всё ей растрепала, а после на утреннее свидание поскакала с новым, богатым дурачком.
– Иван, это подло. Мария – живой человек. Добрая девочка. Она лишь с виду такая дерзкая, бойкая, но на самом деле хрупкая и ранимая. Мне стыдно за тебя, – и вновь пресловутое разочарование засквозило в её голосе. – Оставь её в покои. Дай ей возможность построить своё счастье с достойным молодым человеком. Который не боится бросить вызов обществу и готов женится на девушке, несмотря на её униформу.
И вновь упрёк отразился в её голосе.
Снисходительно кивнул.
– Эта девушка не заслуживает нормального отношения. Она спит и видит, как бы побыстрее снять свою униформу и выскочить замуж за богатого дурака, – яростно объявил свои мысли вслух. – И знаешь, что, бабушка, мне жаль тебя разочаровывать, но униформу она очень быстро сбрасывает при виде обеспеченного мужика. И только, что она это доказала. Ты совершаешь ошибку. Поговори с Невским. Для его же блага, ему нужно как можно дальше держаться от этой Марии. Ничего хорошего она ему не принесёт.
