355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Калли Харт » Девиант » Текст книги (страница 1)
Девиант
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 18:52

Текст книги "Девиант"


Автор книги: Калли Харт



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)

Калли Харт
Девиант

Глава 1

Слоан

Когда я говорю, что я – призрак, то выражаюсь не буквально.

Я очень даже живая. По крайней мере, иногда я испытываю настолько сильную боль, что понимаю, что все еще существую. Нет, когда я говорю, что я – призрак, я имею в виду тот факт, что люди редко замечают меня. Я девушка из толпы. Обычный рост, обычный вес, обычный цвет волос – неудивительно, что ни один взгляд не останавливается на мне. Я тихо иду через спящий город, где проживаю серую жизнь, даже не улыбаясь. Где живу, не общаясь ни с кем на протяжении долгого времени. Так было последние шесть месяцев. Я редко разговариваю с незнакомцами, но когда это происходит, диалог получается неумелый и неуклюжий; люди на подсознательном уровне понимают, что я не настроена на общение с ними. И сегодня не исключение.

– Вот ваши ключи, мисс Фредрич.

Администратор отеля «Марриот», который располагается в самом в центре Сиэтла, передает мне пластиковую ключ-карту от номера, протягивая ее через мраморную стойку ресепшн. Только когда она отводит руку на безлопастное расстояние, я тянусь и беру ее.

– Спасибо.

С взглядом, обращенным к бумагам, она скрепляет мои документы, в которых зафиксирована информация об оплате.

– Так… вы к нам по делам или просто отдохнуть?

Теплота в ее глазах исчезает, когда она, наконец, смотрит на меня и замечает мой растерянный взгляд. Улыбка соскальзывает с ее лица, словно масло с горячего ножа.

– По делам, – отвечаю я четко, потому что это ни что иное, как правда.

– Хорошо, надеюсь, вы насладитесь пребыванием здесь.

Она отводит взгляд в тот момент, когда заканчивает с документами. Администратор не спрашивает, почему я останавливаюсь в ее гостинице без багажа, или почему я бронирую номер только на одну ночь, или почему я оставляю дубликат ключ-карты на столе для мистера Хансона. Она не спрашивает ничего из этого; но ей и не нужно этим интересоваться. Эли дал мне короткие инструкции того, как все будет происходить, и до сих пор все происходит так, как написано в письме. Я беру свою сумочку со стойки и направляюсь прямиком к лифту, поправляя пальто.

Двадцать два, двадцать один, двадцать, девятнадцать, восемнадцать...

Я смотрю на цифры, которые загораются поочередно. Каждая кнопка, размером с долларовую монету, загорается и гаснет в определенной последовательности, и лифт плавно скользит вниз, в то время как я продолжаю терпеливо ожидать, не моргая. Люди в холле ожидают такси. Если бы это было офисное здание или торговый центр, я бы воспользовалась лестницей. Закрытые пространства и я не очень ладим, но так как здесь сорок семь этажей, а мой номер на сорок втором, я вынуждена терпеть эти неудобства.

Двери лифта плавно разъезжаются, и я вхожу в помещение первой. Остальные постояльцы – четыре бизнесмена – становятся где-то посредине, поэтому я не хочу столкнуться с мужчинами, когда они будут выходить из лифта. Я бы назвала их «среднячками». Одинаковые костюмы, невзрачные стрижки. Их номера были оплачены бухгалтерской фирмой, а она не оплачивает пентхаусы. Оплачиваются двухместные номера, с доступом в тренажерный зал и ничего больше. Никакого мини-бара для вас, мистер Корпорэйт.

Двери лифта плавно закрываются, и я погружаюсь в себя, прижимаясь спиной к задней стенке лифта. Я закрываю глаза и выдыхаю через нос. Это скоро закончится, но сердце несется галопом в груди, намереваясь вырваться наружу. Страх быть пойманной, именно это я собираюсь позволить сделать с собой, напоминает мне свернувшуюся в клубок змею, которая притаилась и ожидает, чтобы в любую минуту напасть и разрушить без остатка мою душу.

– Эй, все в порядке? Вы выглядите слегка напуганной.

Один из них обращается ко мне. Он думает, что моя паника связана с поездкой в лифте. Так и есть, но только частично. У него карие глаза, мягкого, теплого оттенка, напоминающего мне топленый молочный шоколад. У него ямочки на щеках. Парню около двадцати трех или чуть больше, в общем, он примерно моего возраста. Красавчик выглядит довольно привлекательно. Такой же милый, как и тот, с кем я встречалась однажды, до того... до того, как это все стало невозможным.

– Я в порядке, спасибо.

– Отлично, – парень с шоколадными глазами улыбается мне. – Техника глубокого дыхания иногда помогает моей сестре. Она тоже не в восторге от лифтов.

Он такой приятный. Намного приятнее того, что я заслуживаю. Особенно, учитывая ту причину, по которой я здесь нахожусь сегодня. Я награждаю его бесцветной улыбкой, он усмехается в ответ, и затем двери открываются и все четверо выходят. Я прячу руки в карманы, чтобы прекратить нервную дрожь. Я одна на восемнадцать этажей, что намного лучше, чем быть окруженной обществом четырех незнакомцев, но все равно это отстойно. Наконец, моя очередь выходить. Этот отель абсолютно идентичен тем, в которых я бывала. Единственное отличие, из-за которого это место надолго останется в моей памяти, это очень специфическая причина, по которой я здесь нахожусь – секс с абсолютно незнакомым мне человеком. Я напоминаю себе, что делаю это ради того, чтобы найти свою младшую сестру.

***

С тех пор как я внутри, и мое пальто висит на крючке за дверью, я вполне готова. Я одета так, как было приказано – в черное кружевное белье. Эли, частный детектив, которого я наняла для того, чтобы найти свою сестру, был более чем конкретен в этом. Именно он придумал весь этот план.

– Иногда денег недостаточно, чтобы достичь того, что ты желаешь, сладкая. Иногда надо отдать нечто большее, чтобы получить... разрешение на покупку подобной информации. Скажу тебе вот что. Я поделюсь с тобой тем, что знаю, в обмен на маленькую услугу.

– Какую услугу?

– Ты раздвинешь ножки перед состоятельным клиентом, и я расскажу тебе все, что тебе необходимо знать, – мерзкий ублюдок выдавил похотливую улыбку. – Да ладно тебе, мисс Ромера. Не смотри на меня таким осуждающим взглядом. Ты ведь хочешь найти свою сестру, или я не прав?

В конце концов, я согласилась. Он был прав; я хочу найти Лекс и сделаю все, чтобы достичь своей цели. Даже если я никогда не буду в состоянии смириться с тем, что произойдет и вести нормальную жизнь после этого.

Кроме нижнего белья, Эли сказал принести еще одну деталь, которая находилась в кармане пальто. Я достала ее и надела. Это была черная кружевная маска, которая по краю украшена алым кружевом, за счет этого я могла чувствовать себя еще более таинственно. Я включила свет в ванной и стала судорожно искать в сумочке единственную вещь, которая поможет мне сконцентрироваться на протяжении этого испытания: пузырек с Валиумом. Одно из преимуществ пятикурсника это то, что всегда есть тот, кто продаст любое нужное лекарство, не задавая вопросов. На рецепте даже не указано мое имя, так что это не появится в моей медицинской карте. Я приняла одну таблетку – этого достаточно, чтобы успокоиться, но не хватит, чтобы заснуть. Смотря в зеркало, я заправила застежку маски под волосы.

«Ты выглядишь дерьмово, Слоан».

Я говорю себе это каждый раз, стоя перед зеркалом в эти дни. Это правда и ложь одновременно. Я пялюсь на свое отражение так долго, что мой внешний вид уже не сильно волнует меня. Лекс всегда была более привлекательной из нас двоих. Я знаю, что у меня красивое тело. Эли говорит, что единственная причина, почему он взялся за мое дело – крутые буфера и потрясающая задница. «Твой рост заставляет многих парней чувствовать себя неуютно, но тут уже ничего не поделаешь». Я сосредотачиваюсь на черных кругах под глазами, повторяя, что это все временно. Не навсегда. В конце концов, я студентка-медик. Тело – это просто машина, состоящая из набора шестеренок и сложных механизмов, которые слаженно работают, чтобы мы двигались. Заниматься сексом – просто использовать эту машину правильно, ничего больше.

«Ты сможешь сделать это, Слоан. Ты сможешь».

Не прошло и двух секунд...

«Лекс не хотела бы этого для тебя. Она не желала, чтобы тебя использовали и мучили, чтобы ты продавала свое тело ради такой мелочи».

Ненавижу этот голосок, который надоедливо крутиться в моей голове. Из-за него гораздо тяжелее оправдать то, что я собираюсь продать самую ценную свою часть. И делаю это не ради славы, как некоторые девушки. Даже не ради денег или наркотиков. Я делаю это ради любви. Моей любви к Лекс. Любая сестра поступила бы так же.

Прошло шесть месяцев, и я все еще ни на шаг не приблизилась к тому, где находится Лекс. И у меня возникает ощущение, что это действительно мой последний шанс найти сестру. Эли умен – он дает мне ровно столько информации, чтобы поддерживать мою надежду, но не более. И сейчас я безумно близка к тому, чтобы разорвать наше маленькое соглашение.

Тук, тук, тук.

– Твою ж...

Дверь. Я прикусываю нижнюю губу, и ругательство застревает между зубами. Время пришло.

Стук – это знак, что мистер Хансон забрал свой ключ у «приветливого» администратора внизу. Скоро я узнаю парня, с которым буду спать и которого должна ждать в ванной, пока он не придет за мной. Если я закроюсь здесь и откажусь выходить, сколько он будет ждать, после чего примет решение уйти? Хотя я даже не смогу сделать этого, Эли никогда не закончит сделку вот так и, кроме того, все это больше не имеет значения. Ничто из этого. Это лишь то, через что я должна пройти.

Я слышу тихий писк вставленной в дверь ключ-карты и то, как ее вытаскивают. Дальше тишина. Я впиваюсь ногтями в край раковины, потому что неустойчиво стою на месте, пошатываясь из стороны в сторону до тех пор, пока не осознаю, что не должна этого делать. Это против правил, даже если это только временно.

К счастью, наркотик начал действовать, накрывая меня волной спокойствия. Без него я была бы на грани побега, как только он постучит в дверь.

– Выходи. Только сперва выключи свет, – говорит властный голос.

Он грубоватый и сиплый, возможно, мужчина заядлый курильщик? Ну, просто супер. Если мне придется провести следующие два часа, целуясь с курильщиком, глубоко погружая язык в его рот, тогда после всего я вымою свой язык хлоркой. Я выключаю свет, открываю дверь и теряюсь, потому что ничего не вижу. Абсолютно ничего. Кромешная тьма.

– Не смог найти выключатель?

– Не трогай его. Просто иди сюда, – говорит мне голос.

Он звучит достаточно молодо, и я понимаю, что голос один. Не то чтобы я ждала больше одного парня. Эли поклялся, что тут будет только один мужчина. И это произойдет только один раз. Я осторожно захожу в комнату, ругая себя за то, что не обратила чуть больше внимание на расположение мебели в комнате, перед тем как зашла в ванную. И в этот секунду я ударяюсь большим пальцем ноги об какую-то хрень, шипя от боли, слышу:

– С тобой все в порядке?

Есть что-то в его голосе, что напоминает оттенок гнева. Серьезно, какой парень будет злиться на девушку, которая ударила палец?

– Ну... Я ничего не вижу, – раздраженно говорю я.

– В этом и весь смысл. Подойди ко мне.

Если бы я знала, что там находится, то, может, чуть меньше крутилась бы вокруг. Я пытаюсь снова подойти к нему и теперь ударяюсь о кровать и при этом, слава богу, не сталкиваясь ни с чем другим. Матрас прогибается под моим весом, когда я забираюсь на кровать, пытаясь понять, где он лежит. Я не ощущаю того страха, который я должна испытывать, находясь в комнате с незнакомцем, даже не зная какого хрена от него ожидать. На самом деле я испытываю лишь легкое головокружение.

– Сядь посредине кровати и заведи руки за спину, сцепляя в замок, – говорит он тихо, но властно.

Я пытаюсь разгадать его мысли, может, он будет связывать меня. Это должно взволновать меня. Если честно, я всегда испытываю легкое волнение…

Эли предупредил меня, что я должна спросить.

– Тебе назвать мое имя?

Низкий, глубокий и гортанный смешок раздается в тишине комнаты, и я понимаю, что он смеется надо мной.

– Ты действительно собираешься назвать мне свое настоящее имя?

– Эли сказал, что это против правил.

– Тогда не надо.

Матрас прогибается еще раз. Он приближается ко мне. Его горячее дыхание касается моей шеи, затем он выдыхает:

– Мне не нужно называть тебя Мэлоди или Кэнди, или другим дурацким именем. Мы будем просто незнакомцами на время. Тебя это устраивает?

– Д-да, да я полагаю.

В темноте моя кожа ощущается более чувствительной. Другие ощущения тоже становятся острее. Я чувствую легкий запах ментола и свежесть океанского бриза. Неважно кто он – пахнет от него восхитительно. Не ощущаю запаха сигаретного дыма, что значит… тот голос был естественным. Он интересен мне.

– Ты делала это раньше? Тебе понравилось? – раздается его шепот.

– Никогда.

Воздух застревает в горле. В подобном положении я едва могу мыслить здраво, а отсутствие света заставляет мое сердце бешено колотиться. Наверное, из-за того, что этот парень может оказаться серийным убийцей. Он остался бы убийцей и при включенном свете, но тогда у меня был бы шанс рассмотреть угрозу в глубине его глаз и спастись бегством.

Мистер Загадка выдыхает, щекоча жарким дыханием мою грудь. Мои соски становятся твердыми словно камушки, хотя мне совсем не холодно. Я никогда не чувствовала такого ранее. Никогда. Возможно, из-за того, что никогда не была так близко к парню.

– Положи руки на колени, ладонями вверх.

Я делаю точно так, как он говорит. Дрожь проносится по телу, когда чувствую прикосновение его пальцев на моей ноге.

– Напугана?

– Нет.

Он смеется, и я слышу нотки жестокости и злобы в этом смехе. Он нежно проводит ладонью по моей ноге, чувствуя преграду в виде моей ладони, он крепко оборачивает пальцы вокруг запястья.

– Ты отважнее многих девушек.

– Ты делал это со многими?

– Да.

Хотя бы честен. Когда он снова притягивает к себе мою руку, мурашки покрывают мою кожу.

– Ты пахнешь цветами. Что за парфюм?

– «Афрезия».

– Он свежий. Не тяжелый. Мне нравится.

«Так рада твоему одобрению». Чувствую себя легко, будто хочу захихикать. Он снова вдыхает аромат духов с моего запястья, в следующую минуту я чувствую легкое прикосновение губ. Даже по тому, как он нежно прикасается губами к запястью, могу сказать про него многое. Его губы полные, и он нежно ласкает меня ими. Неожиданно. Я ерзаю на кровати, думая, как далеко это все зайдет. Где его губы окажутся в следующий раз.

– Ты когда-нибудь думала, каково это – быть слепым?

– Почему? Ты слепой?

– Нет. Отвечай на вопрос.

– Да. Иногда.

Он тянет мои руки к себе, раскрывая ладони. Его пальцы медленно прикасаются к моим. Я не могу остановить дрожь, что сотрясает тело. Он делает простые вещи, но то, как он это делает, настолько захватывает, что невозможно ожидать подобного от того, во что я себя втянула. Я задерживаю дыхание, когда он убирает свои ладони от моих. Я ощущаю его волосы и часть лица.

– Как думаешь, как я выгляжу? – рычит он.

Опуская руки, тянусь к его телу. Я слишком близко к нему, отчего мне приходится усесться на колени, для того, чтобы сохранись равновесие и не упасть. Тяну вторую руку к его лицу. У него короткие волосы, немного липкие от геля. Скульптурные черты лица. Подбородок квадратный, нос преимущественно ровный, кроме слегка сплюснутой части на переносице ближе к бровям. Ресницы длинные, а губы... я была права. Губы полные и намного мягче, чем должны быть у парня. Особенно у парня с таким голосом. Я касаюсь его лица кончиками пальцев и ощущаю, что у этого парня может быть лицо ангела. Он обладает такой варварской красотой, как те мужчины, которые сражались во времена Вавилона.

– Что думаешь? – спрашивает он.

– Я думаю, ты очень привлекательный, – соглашаюсь я.

Он издает рык.

– А что насчет тела?

Он слегка давит рукой на мое предплечье так, чтобы руки опустились на его грудь. Проводя пальцами по ней, я чувствую гладкую жесткость мышц. Когда я вожу пальцами вверх и вниз по груди, мышцы перекатываются от моих легких настойчивых касаний. Дальше я чувствую три горизонтальные линии на коже, которых не должно быть там, они находятся справа в нескольких миллиметрах друг от друга. Мои пальцы начинают нежно исследовать их, пытаясь узнать их историю и стараясь понять, откуда они взялись. Есть какая-то история их появления. Я уверена, что это связано с насилием, теперь они остались как память о произошедшем на его мускулистом теле. Он слегка вздрагивает, когда я невесомыми касаниям пальцев пытаюсь почувствовать его тело, беспорядочно прикасаясь к его рельефному прессу, и затем снова возвращаюсь к жестким мышцам груди. Он напрягается и резко выдыхает, когда я прикасаюсь к нему, что вызывает легкую улыбку на лице. Вообще-то, улыбка вовсю сияет на моем лице. Этот парень, скорее всего, боится щекотки. Он не смеется или говорит не прикасаться к нему там, но его тело напрягается, когда я провожу по этим местам, чтобы проверить теорию.

Я провожу руками по его мощным плечам, затем оборачиваю руки вокруг шеи. Он огромный, но я не боюсь его. Конечно, мне следовало бы, но этого не происходит. Валиум устранил мой страх и, кроме того, я представляла себе, что парень придет сюда, и сам начнет прикасаться ко мне. Я предполагала, что он будет трогать и исследовать каждый сантиметр моего тела, и он определенно больше всего захочет увидеть тот лакомый кусочек, за который он заплатил. До сих пор этот парень почти не прикасался ко мне, и это было мне на руку.

– Ну что? – продолжает он.

– Откуда взялись шрамы?

– Я был ранен.

Он не задумывается над тем, что говорит мне; он просто отвечает напрямую.

– Ты был близок к смерти?

– Да.

– Это было больно?

– О, да.

Я опускаю руки с его плеч и снова дотрагиваюсь до шрамов: первого, второго, третьего.

Они ощущаются рваными и ужасными под моими пальцами.

– Кто посмел сделать такое с тобой? – я выдавливаю из себя вопрос.

Мистер Загадка очень откровенен со мной с тех пор, как мы начали это странное тактильное общение, и я боюсь, что его ответ заставит меня ужаснуться от того, что с ним произошло.

– Он получил по заслугам, – говорит он уклончиво, но мягко.

Кровать поскрипывает от каждого следующего движения, по его телу проходит дрожь, когда я прикасаюсь к нему. Когда он дотрагивается до моих волос, запуская в них пальцы, я все еще пытаюсь понять, убил ли он того, кто оставил ему на память эти шрамы.

– Я очень четко говорю, чего хочу. Ты должна подчиниться без вопросов, так будет лучше для всех, хорошо? – я чувствую его горячее дыхание.

Поток адреналина, который мощной волной окатывает мое тело, наконец, достигает нервных окончаний, я думаю, что это правильная реакция при таких эротичных и опасных обстоятельствах. Зачем, черт возьми, я ввязалась в это? С Валиумом или без, я знаю, что это звучит как угроза. Я на полпути, чтобы окончательно слететь с катушек и ничего не могу с этим поделать. Алексис бы смогла. Алексис всегда могла.

– Хорошо, – шепчу ему.

– Отлично. Ляг на спину.

Я слушаю его и на мгновение, будто окунаюсь в самое сердце бурлящего океана без шанса на спасение. Разумная часть меня, которая все еще цепляется за чувство самосохранения, кричит и приказывает мне убираться отсюда и как можно скорее. Даже гнева Эли теперь недостаточно, чтобы удержать меня. Но стремления найти Алексис достаточно. Мои мышцы дрожат, когда я чувствую нежное прикосновение пальцев к моей правой лодыжке.

– Ты прикасалась к себе сегодня?

Какого хрена!?

– Ты о...

– Ты сегодня кончала? Ты трогала свою киску?

Мои щеки вспыхивают. Никто и никогда не спрашивал меня о таком.

– Н-нет, – отвечаю я, заикаясь.

– Прекрасно. Так ты будешь еще слаще.

Вместо того чтобы скользнуть рукой в мои трусики и спустить их, он просто сдвигает их в сторону. Я расслабляю ноги, когда чувствую его дыхание, которое обдувает мою плоть. Я не знаю, что мне делать с руками, я растеряна. Это для меня неизведанная территория, потому что у меня никогда такого не было. Обычно, когда парень хочет вылизать киску, это значит, что он в чем-то очень сильно провинился и так хочет загладить свою вину. Так говорит Пиппа, моя единственная подруга. Но у меня никогда не было парня, который мог в чем-либо провиниться, поэтому я никогда раньше не пробовала такого

– Ты хочешь, чтобы я вылизал твою сладкую киску?

Его голос немного хриплый, как будто он предвкушает сладкое действие.

– Я хочу все, чего хочешь ты.

Я задыхаюсь от ощущений, что нахлынули на меня. В конце концов, это то, за что он отдал деньги. Это то, что поможет вернуть мою Лекс обратно. Он крепко сжимает мое бедро, до боли впиваясь ногтями в кожу, пока слезы наполняют глаза.

– Мы не играем здесь в игры. Либо ты говоришь, как трахать тебя, либо я трахну тебя так, как хочу. И уж поверь... тебе это не понравится.

Дерьмо.

– Д-да, я хочу, чтобы ты вылизывал мою киску.

Он довольно выдыхает и мгновенно устраивается между моих ног. Когда он обрушивает язык на мою плоть, мои ноги напрягаются, острые чувства пронзают меня. Потрясающе. Это ощущается горячо и очень приятно. Что за хрень? Я не должна так реагировать.

Румянец окрашивает мои щеки. Что я за человек, если наслаждаюсь тем, что сейчас делает полностью незнакомый мне парень? Да еще и на таких условиях. Однако я все равно ничего не могу поделать, поэтому просто попытаюсь получить удовольствие. Все мое тело чувствует удовлетворение.

Его язык касается моих складочек, затем опускается на клитор, создавая небольшое давление, проводя вверх и вниз по моему влажному желанию, отчего приятные волны удовольствия окутывают мое тело, словно теплое одеяло. И в этот момент, я просто отпускаю ситуацию, что позволяет исчезнуть напряжению в теле. Его губы посасывают, покусывают, облизывает чувствительную часть меня, как будто я мороженное.

– Черт!

Парень яростно рычит, когда я выгибаю тело, в попытке насладиться ласками его рта. Я никогда не чувствовала подобное. Это... невероятно. Я задыхаюсь и издаю стоны, как похотливое животное, затем он резко отстраняется от меня, из-за чего я чувствую волну разочарования. Прикасаясь пальцами к внутренней стороне бедра, он ласково проводит подушечками пальцев до колен, посылая покалывания по коже, затем поднимается вверх и стягивает с меня кружевные трусики.

– Насколько жестко ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, прелесть?

Я здесь не потому, что хочу трахаться с ним, но он хочет, чтобы я заставила его думать именно так. Пока тонкая грань действительности и правды искажена, я шепчу ему:

– Очень жестко. Я хочу, чтобы ты трахнул меня самым жестким способом.

– Раздвинь для меня ножки, – приказывает он.

Я развожу их, не сомневаясь ни минуты, не задумываясь, что ждет меня впереди. Комната настолько погружена во тьму, что бессмысленно даже пытаться рассмотреть его образ, когда он двигается на кровати. Я слышу шуршание одежды, звук расстегивающейся молнии, затем шум металла, кажется, он расстегнул пряжку.

Я закусываю нижнюю губу и с тревожным любопытством ожидаю, когда он сделает что-либо, хоть что-то из того, что он думал сделать со мной. Сначала он подхватывает мою левую ногу, затягивая что-то жесткое вокруг нее, потом привязывает к столбику кровати. Дальше он берет правую ногу и делает то же самое с ней, затем также тщательно затягивает мои запястья. Я чувствую себя морской звездой, распятой и полностью уязвимой. Это не похоже на порно-шоу, что обычно крутят по телевизору; он связал меня таким образом, что освободиться самой нереально, не говоря о том, чтобы сбежать. Шесть месяцев назад, возможно, я бы начала молиться, обращаясь ко всем святым. Сейчас я просто хнычу, наполовину из-за страха, наполовину из-за охватившего меня предвкушения.

Он забирается на кровать, стоя на коленях около меня. Его дыхание все еще ощущается на моей коже. Я напрягаюсь и вздрагиваю, когда что-то холодное и тяжелое прижимается к моему животу.

– Ты еще не растеряла свою смелость, прелесть?

– Нет, – выдыхаю я.

Он даже не удосуживается ответить мне, что планирует делать дальше. Холодный, острый предмет скользит по моей коже, поднимаясь медленно вверх, пока не касается моей груди. Я задыхаюсь, потому что понимаю, что в его руках нож. Чертовски острый и опасный. Его пальцы приподнимают бюстгальтер по центру, а затем он делает резкий надрез и срывает все, освобождая грудь. Он перерезал лифчик! Это самая откровенная, необычная и возбуждающая вещь, которая со мной когда-либо происходила.

Мой мистер Загадка двигается, и материал его брюк грубо потирается о мою кожу. Холодное лезвие ножа касается правого соска, посылая волны страха через мое тело. Я лежу смирно, будто самая послушная игрушка. Затем он прикасается рукой к груди и слегка сжимает ее

– Ты так чертовски прекрасна, – выдыхает он. – Настолько покорная.

Затем он всасывает мой сосок, и это самая чертовски возбуждающая вещь, которую мне приходилось ощущать. Я выгибаю спину, приподнимаясь над кроватью, и он тихо смеется.

– Хочешь почувствовать мой член?

– Да.

– Ты уверена? Будь осторожна в своих желаниях.

Я желаю быстрой смерти. Я хочу боли и страданий, крови тех, кто забрал мою сестру. Желать все это опасно, но мне кажется при всей абсурдности ситуации, что на данный момент это желание самое безопасное. Он хочет владеть мной и, несмотря на то, что я связана и полностью уязвима и открыта для него, думаю, что он все еще желает этого. Я приготовилась к его реакции, но уповаю на то, что все же правильно все говорю.

– Сделай это. Трахни меня сейчас. Не заставляй меня ждать ни минуты дольше.

Нож исчезает с моей кожи. Он поднимается с кровати, и я слышу шуршание материала, будто он снимает брюки. Чувство паники проникает в мое тело.

– Пути назад нет. Готова?

– Я готова.

И он делает то, чего я совершенно не ожидала. Он затягивает еще один ремень на моем горле. Я испугана, вот теперь я точно попала.

– Открой рот.

– Я...

– Выполняй, не задавай вопросов, – его голос пропитан властью, но в нем также присутствуют нотки нежности. – Я понимаю, что звучит устрашающе, но доверься мне, – он проводит рукой по моему подбородку, лаская кожу, затем надавливает на него, заставляя приоткрыть рот.

Довериться ему? До сих пор я делала все, что он приказывал. Он резко входит рот. Я никогда не делала этого прежде, поэтому ни хрена не понимаю, что делать дальше. Он толкается сильнее, принуждая меня действовать, чувствую его солоноватый вкус на своем языке... он большой. Полностью не умещается у меня во рту. Он входит не во всю длину, а только до половины, упираясь в стенку горла.

– Черт! – он шипит, когда я начинаю посасывать.

Думаю, я делаю все правильно. Его бедра отстраняются, и он выскальзывает из моего рта с хлюпающим звуком.

– До сих пор уверена, что хочешь меня? – он понимает, насколько он большой.

Он, бл*дь, доволен этим. Это будет самая ужасная боль на свете, принять кого-то с таким размером, но я не хочу, чтобы он догадался, что я девственница. Даже Эли не знает этого. Я уверена, что он попросил бы намного больше у этого парня, если бы знал об этом, и это заводит меня.

– Да, – отвечаю я четко, – я хочу тебя.

– Хорошо, но сначала это.

Он хватает мои волосы и накручивает на кулак, оттягивая назад голову. Затем он снова входит в мой рот, толкаясь членом как можно глубже, нежно сжимая затылок. Я извиваюсь на кровати, удивляясь тому, как его власть и контроль возбуждают меня. Я подчиняюсь, и он затягивает ремень. Я в его власти.

Даже в темноте я вижу яркие вспышки, что проносятся перед глазами. Я не могу дышать из-за того, что ремень крепко затянут на горле, плюс он глубоко толкается, не сбавляя темпа.

– Будь в сознании, будь со мной, хорошо? – рявкает он.

Страх и волнение бурлят в моем животе. Это то ощущение, которое я испытывала, будучи ребенком, ожидая поездки на американских горках, несмотря на то, что была там уже тысячи раз. Но это в тысячи раз страшнее. Я ощущаю горячую пульсацию между ног, когда он жадно толкается в рот, подаваясь вперед и ритмично отстраняясь, при этом, не сбавляя давления вокруг горла, но все же, позволяя мне делать крошечные вдохи. Он вздрагивает всем телом, член набухает и пульсирует, я понимаю, что он близок к оргазму. Но он останавливается. Тяжело дыша, он отстраняется, просовывая пальцы между шеей и ремнем, немного ослабляя его. Его лицо так близко ко мне, что я могу почувствовать его взгляд на себе. Я до сих пор ничего не вижу, но, наверное, он видит в темноте лучше, чем я.

– Твой рот прекрасен, – рвано выдыхает он.

Затем он делает две вещи, которые удивляют меня. Сначала он смахивает влажные волосы со лба, затем бережно прикасается губами ко лбу.

– За то, что была хорошей девочкой, я награжу тебя, – выдыхает он.

Дрожь предчувствия проходится по моей коже, и он усмехается.

– Ты очень хорошая девочка.

Он снова располагается между моих ног, просовывая ладони под мои ягодицы и притягивая меня к себе. Это положение крайне неудобно, так как мои лодыжки все еще привязаны к кровати, но я забываю о дискомфорте, когда он начинает приникать к моему клитору в поцелуе.

– Аххх!

Это ощущается слишком хорошо. Я приподнимаю бедра чуть выше, пытаясь полностью насладиться тем, как он ласкает мою киску. Нежное покалывание проходит по моему телу, когда он начинает немного жестче терзать клитор... Я кричу. Не понимаю почему. Сомневаюсь, что незнакомец одобрит то, что я делаю. Не знаю, кто этот парень и не знаю, разрешено ли мне кричать. Я просто кричу, и тысячи фейерверков взрываются в моей голове, бушующее пламя облизывает мою кожу, полностью выжигая все мысли, оставляя меня немного опустошенной. Я расслабляюсь, вздрагивая всем телом, чувствуя его нападки на мой клитор снова и снова. Лижет, посасывает, ласкает, ударяет языком по клитору.

– Прекрати, пожалуйста, прекрати, – я издаю гортанный стон.

– Ммм, как эгоистично, – он дует на мою чувствительную киску, заставляя мышцы сжаться. – Не забывай – моя очередь.

Он отстраняется на секунду. Презерватив? Я надеюсь, что это презерватив. Затем он хватает мои бедра и медленно входит в меня... О... мой...

Боль практически невыносима. Ужасное чувство дискомфорта охватывает промежность, давление усиливается. Он замирает.

– Что!? – он глубоко дышит. – Как ты могла скрыть это от меня? – говорит он мягко.

Это звучит словно раскаяние, что вызывает во мне много смешанных чувств.

– Ты готова? – шепчет он.

– Да, – отвечаю я тихо.

– Попробуй расслабиться.

Он входит одним толчком во всю длину. И начинает медленно двигаться. Медленней, чем я ожидала от него. Боль затихает, сменяясь чувством всепоглощающего удовольствия. Я чувствую возрастающее напряжение с каждым толчком. В конце концов, его желание вырывается наружу, и он начинает вдалбливаться в меня словно сверхскоростной поезд – быстро и с жесткой необходимостью получить все удовольствие без остатка. Он напрягается, и из его горла вырывается рык.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю