Текст книги "Алая роса (СИ)"
Автор книги: Ивина Кашмир
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 20 страниц)
Щеки горели, губы пылали, а в голове полнейший бардак. Как же я себя ненавидела в этот момент.
Если бы Анарэль отправился вслед за мной – меня бы накрыла истерика. Слишком противоречивые чувства возникли у меня в момент нашего поцелуя. Но, к счастью, в этом саду я была совершенно одна. Несколько минут я потратила на то, чтобы прийти в себя. Однако гнев, поднявшейся из-за фривольного поведения принца, совершенно не желал покидать меня.
***
Пробежка по ночному парку ненадолго привела мои мысли в порядок, и я тут же поспешила в общежитие, надеясь, что друзья не сильно обозлились на меня из-за срыва миссии.
По словам Марисы, Эрейэль ждал меня минут двадцать прежде, чем осознал, что я не появлюсь. Как только эльф покинул место встречи, Мариса, Ленард и ведьмочки, недоумевая по поводу моего отсутствия, вернулись к себе в комнаты.
Я, в свою очередь, поведала о встрече с принцем, дословно пересказав весь наш разговор. Не рассказала я лишь о поцелуе. О нем я запретила вспоминать даже себе.
К концу моего рассказа лица присутствующих побледнели и вытянулись. Никто из друзей не ожидал, что у эльфов есть покровитель, считающий, что выкачивать магию вполне милое и безобидное действие, которое, вдобавок, считалось у эльфов еще и традиционным.
В общем, нам всем нужно было время, чтобы переварить полученную информацию и придумать новый, более действенный план. Хотя, судя по выражению лиц моих собеседников, энтузиазм у них знатно поубавился. Одно дело пытаться припереть к стене адептов академии, совершающих запрещенные действия, другое – вступать в открытую конфронтацию с самим эльфийским принцем.
Раздосадованные ведьмочки покинули нас первыми, а следом и мы с Ленардом. Разговор с принцем посеял в моей душе странный, необъяснимый страх, поэтому я с радостью согласилась на предложение друга проводить меня до комнаты.
Вернувшись к себе, я долго сидела на кровати, буравя взглядом маленькую выемку в белой стене. Я ощущала себя физически уставшей и морально истощенной. Несмотря на это, спать совершенно не хотелось. События сегодняшнего вечера потрясли настолько, что придали, казалось, заряд бодрости на ближайшие пару суток. Как же гадко от осознания своей беспомощности перед тем, кто считал грязные дела, совершаемые кучкой зарвавшихся эльфов, нормальным явлением. Но больше всего я злилась на себя. Как можно было ответить на поцелуй того, кто своими руками перекрывает воздух таким, как я, кто покрывает Эрейэля и его шайку, и выступает инициатором ряда экспериментов над магами? Он чудовище, по-другому не скажешь. И больше всего на свете я жалела за то, что проявила слабость там, где не следовало…
Боги, мне еще никогда не было так стыдно. Однако надо признаться самой себя, что, каким бы не был дроу, он вызывал во мне противоречивые чувства, задевая какие-то неведомые струны в моей душе. И это, откровенно говоря, подвергало меня в неописуемый ужас. Мне оставалось надеяться, что запретные чувства, которые, к моему разочарованию, я питала к принцу, недолговечны. Когда он успел залезть мне в голову? Увы, на этот риторический вопрос я была не в силах ответить.
В эту ночь я так и не смогла сомкнуть глаз. Радовало то, что впереди два выходных дня. Первым делом я привела себя в порядок, приняв ледяной душ. Когда в зеркале снова отражалась прежняя я, разве что с темными кругами под глазами и с грустным выражением лица, я начала собираться: надела теплое синее платье и собрала сумку со своими скудными пожитками. Сидеть два дня в пустом общежитие и корпеть над книгами – больше не прельщало. Отправлюсь домой. Надеюсь, лорд Бэкшот не в отъезде. Перед отъездом отпрошусь у магистра Дровуса, покидать академию не предупредив того, кто на меня рассчитывает, было бы невежливо.
Желая поскорее сбежать из академии, в столовую я не пошла, решив, что поем уже дома.
Глава 14
Утро, как назло, было чудесным: яркое солнце, заливающее зеленый сквер у входа в общежитие, теплый ветерок, ласково треплющий мои распущенные волосы, и, конечно же, радостные адепты, покидающие академию в предвкушении долгих выходных в кругу семьи. В эту картину не вписывалась только одна я – угрюмая, измотанная адептка с полным душевным раздраем. Я не знала, что меня больше всего злило, моя беспомощность против творившегося в академии зла или осознание того, что жизнь, несмотря на все мои невзгоды, идет своим чередом.
Тем не менее все, чего я хотела в данный момент, сбежать отсюда. Немного поразмыслив над тем, где в такую рань искать магистра Дровуса, решила, что разумнее будет оставить записку, воткнув ее в двери сарая. Надеюсь, магистр воспримет мою краткую объяснительную с понимаем, терять работу совсем не хотелось.
Выходила за ворота академии с тяжелым сердцем. Казалось, что, покидая пределы учебного заведения, мои надежды на новую, счастливую жизнь окончательно рухнули. Я была рада сбежать из лап слишком заботливого опекуна в стены академии, полагая, что здесь мой новый дом. А что теперь? Новая жизнь, еще не успев толком начаться, уже разочаровала, и теперь я снова бегу, но на этот раз домой. Вместо учебных будней, наполненных знаниями и веселым общением с ровесниками, я получила пренебрежительное к себе отношение, а также занятия, больше похожие на уроки выживания. Но самое ужасное во всей этой истории то, что я и вправду чувствовала себя песчинкой, не способной на что-либо влиять. Мне нужно время, чтобы собраться с мыслями.
Поудобнее перекинув сумку на плече, решительно зашагала в сторону городка.
Поместье опекуна располагалось неподалеку от деревни, которая, в свою очередь, была в ста километрах от небольшого эльфийского города Акинэр. Слава тем магам, кто придумал портал. Да, портал – удовольствие не из дешевых, но, если бы не эта сложная конструкция, переносившая людей в любую точку миру в считанные секунды, мне бы пришлось добираться до дома не меньше трех дней.
Я воспользуюсь услугами портальщиков, чтобы переместиться до Акинэра, а вот до деревни, в виду отсутствия в ней благ цивилизации, придется нанимать экипаж.
Заплатив орку, вбившего нужные координаты, шагнула в сияющее марево портала. Не прошло и минуты, как я вышла в портальный зал Акинэра, который, к слову, был переполнен толпами эльфов, людей, спешащих перенестись по своим делам. Желая поскорее покинуть душный зал, поспешила на выход и почти сразу наняла извозчика, дежурившего у входа в поисках клиентов.
Уже сидя в экипаже, я упорно боролась со сном. Два часа в мерно покачивающейся двуколке показались мне пыткой. Когда извозчик оставил меня около одноэтажного парадного здания, служившего в этой глухой деревне чем-то вроде ратуши, я тяжело вздохнула. Теперь предстоит идти пешком.
Лорд Бэкшот всегда был против, чтобы около нашего дома пролегала общественная дорога, поэтому поместье находилось в глухой местности, до него даже экипажам нельзя было добраться. К слову, это досадное явление причиняло неудобства не только мне, но и тем, кто работал в поместье. На все эти доводы лорд Бэкшот невозмутимо отвечал, что он выбрал дом в уеденном месте для того, чтобы растить ребенка в тихой и спокойной обстановке, вдали от крупных городов. Зачем идти на такие жертвы я никогда не понимала, но стоило проучиться некоторое время в академии, и до меня начало потихоньку доходить, что имел в виду опекун.
Бодро шагая по тротуару, который постепенно сменялся узкими пыльными тропинками, не учла одного – погодных условий. И тогда, когда грянул гром, а за ним начался проливной дождь, застав меня врасплох, я смачно выругалась, и зашагала вдвое быстрее. В общем, километров через пять, когда вдали показалась ярко красная крыша поместья, я заскрежетала зубами, откинув со лба мокрую липкую прядь.
Дэр Элинс – кучер, конюх, и по совместительству садовник лорда Бэкшота, проживающий в этом поместье с самого моего рождения, не сразу узнал меня. Наверное, я бы тоже не узнала себя, сейчас я была похожа на бродячего лохматого пса, промокшего до нитки. Когда, наконец, старичок, подслеповато прищурившись, распознал, кто перед ним, перед моим носом мгновенно отворили калитку.
Сипло поблагодарив, я вошла на деревянных ногах во двор, остановилась и принялась озираться. Возникло такое чувство, будто меня не было дома целую вечность.
Небольшая каменная полянка, расположенная сразу за трехметровыми воротами, имела несколько узеньких мощённых дорожек, которые вели к главному дому, конюшне, летнему домику, лаборатории лорда Бэкшота и многочисленным сараям. Да, поместье, в котором я провела всю свою сознательную жизнь, было огромным. Здесь могло бы с комфортом расположиться огромное семейство, но так уж сложилось, что в этом гигантском доме, не считая тех, кто работал на лорда Бэкшота, жили только мы: я и опекун. В детстве я как-то об этом не задумывалась, но став старше постоянно ловила себя на мысли, что это было более, чем странно. Но на все мои вопросы опекун лишь отмахивался, дескать, он может себе позволить жить с комфортном, поэтому и огромный дом, который он собственноручно возвел и поддерживает, ничто иное, как демонстрация подобных возможностей.
– Леди, вы в порядке? – недоуменно вопросил старичок Элинс, заметив, что я застыла соляным столбом.
– Да, господин Элинс, – кивнула я, сворачивая на ту дорожку, которая вела в дом.
«Главный дом» – как его любовно называл лорд Бэкшот, представлял собой трёхэтажное здание, состоящее из десяти спален, двух гостиных, зала для фехтования, кабинета, двух библиотек, столовой и подвала. Помимо меня, лорда Бэкшота и старичка Элинса, в доме жили еще и экономка Бабета Эшоу, и горничная Винсли. Бабета Эшоу, дородная дама пятидесятилетнего возраста, служила в поместье больше двадцати лет. Она появилась тогда, когда лорд Бэкшот принес в дом сверток с новорожденным, то есть со мной.
Обе женщины, стоило мне оказаться на пороге, тут же радостно подоспели ко мне. Узрев мой внешний вид, госпожа Эшоу охнула, приложив ладонь к губам, и тут же начала пытаться привести меня в порядок.
– Деточка, вы заболеете! – забирая у меня сумку, пророкотала она. – Почему не воспользовались магией?!
– Хотелось прогуляться под дождем, – надсадным голосом ответила я. Не говорить же ей о том, что я была слишком измотана, чтобы держать бытовой щит, съедающий дармову кучу сил, целых пять километров.
Словив ошарашенные взгляды женщин, стянула обувь и тут же уточнила: – Деда у себя?
– Лорд Бэкшот в отъезде. Уехал позавчера, – пояснила госпожа Эшоу, разглядывая, со смесью ужаса на лице, мою насквозь промокшую одежду.
– А когда вернется? – едва слышно прошептала я. Кажется, простуды не избежать. Не удивительно, учитывая часовой моцион под ледяным дождём.
– Завтра.
Я кивнула и почапала босыми ногами в гостиную, оставляя мокрый след на блестящем паркете. Надеюсь, камин уже разожгли.
– Ну и куда ты? – недобро спросила экономка. – Тебя надо привести в божеский вид и отогреть. Винсли, приготовь травяной чай.
Четверть часа спустя, я нежилась в теплой ванне, вдыхала аромат цитруса, бергамота, и, попивая горячий травяной чай, щурила от удовольствия глаза. После моего небольшого, но тяжелого путешествия в родные пенаты, горячая ванна – лучшее вознаграждение.
Я была не в силах спускаться вниз, поэтому ужин госпожа Эшоу заботливо принесла мне в комнату. Вдоволь наевшись, тут же завалилась спать.
А ночью у меня поднялся жар. «Теперь можно будет взять больничный» – мстительно подумала я, даже и не думая воспользоваться бытовыми заклинаниями, которые способны на ранней стадии простуды блокировать распространение инфекции. Решив, что все должно идти своим чередом, перевернулась на правый бок и снова заснула.
Следующее мое пробуждение случилось ранним утром и было не столь радужным. Горло нещадно саднило, голос пропал, тело ломило, а голова раскалывалась от боли так, словно ее сжимали в тиски. Возле меня сидела экономка и обеспокоенно вглядывалась в мое лицо. Узрев, что я больше не сплю, она соскочила со своего места, подхватила колбу с зеленым нечто и начала вливать его мне в рот. От горькой, пряной жидкости начало еще больше саднить горло, но на то, чтобы сопротивляться, не было абсолютно никаких сил. Когда я снова начала уплывать в беспамятство, краем глаза заметила, как госпожа Эшоу стремительно бледнеет, и мне вдруг стало очень стыдно за то, что я утроила ей целый квест по выхаживанию нерадивой девицы, которая, к слову сказать, могла бы и предотвратить свое заболевание. Однако сейчас болезнь ослабила меня настолько, что я не могла поднять даже собственной руки, о том, чтобы как-то помочь себе – и речи идти не могло.
К вечеру ситуация не изменилась, мне было все также плохо, но к разбитому состоянию добавилась еще и высокая температура. А лорда Бэкшота, который был неплохим целителем и мог бы подлечить меня, все не было. На моей бедной госпоже Эшоу уже не было лица. Она поила меня, меняла повязки на лбу, протирала мои ледяные конечности и отдавала распоряжения суетившейся Винсли. Однако не смотря на все то, что делала госпожа Эшоу, мне не становилось лучше. Я уже начала жалеть, что вообще приехала домой и обрекла домочадцев на возню со мной. Все-таки не стоило пренебрегать собственным здоровьем. Непреложная истина такова, что начинаешь ценить себя, свое здоровье и возможности только тогда, когда лежишь практически бездыханным телом в кровати. Мне настолько было плохо, что уже стало все равно и на вселенское зло, и на эльфов, заполонивших академию, как тараканы. Желание было одно – скорее встать на ноги. Так, размышляя о себе, я снова погрузилась в небытие.
Ночью меня разбудили чьи-то громкие голоса, которые, казалось, раздавались у меня за дверью. С трудом разлепив глаза, чувствуя, как дрожат от холода руки несмотря на то, что я была укрыта большим теплым одеялом, попыталась прислушаться, но все было тщетно. В моем нынешнем состоянии я едва слышала себя, не то, что творилось там, за пределами комнаты. Может, лорд Бэкшот вернулся?
Когда с силой распахнулась дверь, являя мне разъяренного мужчину, я подумала, что у меня, на фоне высокой температуры, начались галлюцинации.
Лорд Артэнтри, облаченный в длинный черный плащ, некоторое время вглядывался в мое лицо. Его большие глаза недобро сузились, а на чётко очерченных скулах ходили желваки. Кажется, дракон разъярён. Точно глюки. Как ни странно, позади дракона мельтешила экономка и что-то возмущенно говорила ему.
– Кайниэль в критическом состоянии, – ледяной голос лорда Артэнтри заставил вздрогнуть. – Если вы и дальше будете препятствовать мне, боюсь, я не успею оказать ей необходимую помощь, – добавил он, метнув убийственный взгляд на экономку. Госпожа Эшоу, сглотнув, тут же отступила, бросив на меня напряженный взгляд.
И тут до меня постепенно начало доходить, что никакие это не галлюцинации, а вполне реальная картина с ректором в главной роли. Мой воспаленный мозг судорожно перебирал причины его появления в моем, казалось, недоступном для посещения посторонних, доме, но ничего умного, кроме как того, что дракон меня преследует, не пришло.
Когда мужчина, стремительно отбросив на соседний стул свой плащ, начал закатывать рукава, неотрывно следя за мной, я сглотнула, но сил на то, чтобы возмутиться, не было. То, что произошло дальше, удивило не только меня, но и лорда Артэнтри, бросившегося к моей кровати. Я снова потеряла сознание.
Увы, долго пребывать в небытие мне не позволили. Сильные, горячие руки дракона от которых исходило приятное тепло я ощущала на своем лице, шее и конечностях. Боль, окутавшая меня с ног до головы, словно удав, постепенно начала отступать. Дыхание выровнялось, температура тела снизилась, а боль в горле притупилась. Я распахнула глаза, тут же поймав взгляд желтых глаз. Лорд Артэнтри, который в это время проводил ладонями над моим бедром, улыбнулся. Я невольно сглотнула, ощутив все прелести больного горла.
– Вам не следует сейчас говорить, Кайниэль, – хриплым голосом пояснил ректор, – поберегите свое горло.
Я заерзала на своем месте. Под прожигающим взглядом дракона, который в данный момент «лечил меня», я ощутила жуткую неловкость. Помимо этого, меня мучали вопросы, главный из которых звучал так: что он здесь забыл?
– Лорд Артэнтри, – прошептала я, поморщившись. Дракон хмуро воззрился на меня. – Что…что вы здесь делаете?
– Молчите, Кайниэль, – недобро зыркнув на меня, произнес он. – Дайте закончить, а потом я все поясню.
С досадой поджав губы, я откинулась на подушки и прикрыла глаза. А что еще оставалось делать? Я постаралась расслабиться и ни о чем не думать.
Наверное, прошло минут десять, когда я почувствовала, что, благодаря манипуляциям дракона, и боль в горле отступила.
– Спасибо большое за лечение, – произнесла я, отметив, что говорю своим нормальным голосом.
Дракон промолчал.
Поудобнее положила подушку и, рывком подтянув ноги, села. Но когда осознала, что все это время я лежала перед лордом Артэнтри в смятой, прозрачной ночнушке, которую, по всей видимости, надела на меня экономка, мне захотелось провалиться сквозь землю. К тому моменту, когда лорд Артэнтри подошел к окну, мое лицо, казалось, просто пылает от стыда. Какой позор, представь перед главой академии в столь непотребном виде. Мысль, что лорд Артэнтри в каком-то роде целитель, немного успокоила меня. Не думаю, что, когда этот мужчина врачевал, его интересовали мои прелести. Я вперила в ректора, который стоял ко мне спиной и разглядывал пейзаж за окном, осторожный взгляд. Он, словно почувствовав, что на него смотрят, резко обернулся, пройдясь по мне каким-то хищным взглядом. Мои надежды на то, что меня не разглядывали, рухнули в одночастье. Этот мужчина рассмотрел если не все, так многое – мрачно подумала я.
– Итак, – стараясь не показывать волнение, произнесла я, – что вас привело к нам?
Я скрестила на груди руки, пытаясь хоть как-то прикрыться. Куда подевалось одеяло? Даже накрыться нечем.
– Пришел побеседовать с вашим опекуном, – невозмутимо ответили мне.
– Его нет, – сказала я то, что он и без меня прекрасно знал.
– Я знаю, – усмехнулся ректор.
Я опустила взгляд, судорожно размышляя над тем, чтобы сказать. Спрашивать о том, что ему понадобилось от моего опекуна, не было необходимости. Очевидно же, что он заявился сюда, чтобы говорить с лордом Бэкшотом об экспериментах надо мной.
Чтобы нарушить тишину, возникшую в комнате, спешно пролепетала: – Я передам, что вы были у нас. Как только лорд Бэкшот вернется, он обязательно свяжется с вами.
– А вы, стало быть, остаетесь здесь? – с издевательской улыбкой на лице произнес он.
– Выходные, – я нервно пожала плечами, похолодев. Не нравится мне, куда он клонит.
– К вашему сведению, адептка, занятия начнутся уже завтра утром.
– У меня есть время…
– Учитывая то, как вы добиралась сюда, – перебил он, – у вас времени нет. Вам стоит вернуться в академию со мной.
Я невозмутимо выдержала его взгляд, в глубине которого плескались смешинки. Для дракона его полета пререкаться с адепкой это, как минимум, весело. А вот мне было не до смеха. Возвращаться в серпентарий я не желала. Из-за простуды я провалялась все выходные в кровати, не поговорила с опекуном и не привела мысли в порядок. А явление главы академии напрочь лишило меня возможности взять больничный. Ректор-то сам лично вылечил меня. И что делать, спрашивается?
К тому моменту, когда я придумала более-менее адекватный ответ, дверь безцеремонно распахнулась, являя нашему взору разъярённую госпожу Эшоу. Увидев ее, и то, как она недобро зыркнула на рядом стоящего мужчину, я облегченно вздохнула.
– Вы закончили? – нервно вопросила она, приблизившись к моей кровати. Охнув, она тут же выудила невесть откуда простынь и прикрыла меня.
– Да, адептка Бриггит полностью здорова, – довольным голосом произнес лорд Артэнтри.
Услышав его слова, я едва не заскрежетала зубами.
– Деточка, ну и напугала же ты меня, – ласково произнесла госпожа Эшоу.
– Который час? – сипло вопросила я, смотря на то, как лорд Артэнтри снова смотрит на пейзаж за окном. Как бы от него избавится?
– Время близится к ужину, – поправляя подушку, произнесла госпожа Эшоу.
– Будьте добры накрыть на две персоны, – произнесла я. – Лорд Артэнтри, вы отужинаете со мной? – натянуто улыбнувшись, спросила я у дракона.
– С удовольствием, – ответил чешуйчатый.
– Идемте, лорд, – произнесла госпожа Эшоу, обращаясь к мужчине. – Я провожу вас в гостиную. Леди нужно одеться, – она двинулась к двери.
Когда они удалились, я бессильно откинулась на подушки. Вечер обещает быть долгим.
***
Как вести себя с главой академии, безцеремонно появившегося на пороге моего дома, я не знала. Нет, я была благодарна за то, что он поставил меня на ноги, вылечив от простуды, но, учитывая все, что я узнала о нем за последние дни, лорд Артэнтри не тот персонаж, с кем стоит лебезить, ведя сахарные беседы. Мне по-прежнему неизвестно, что из себя представляет этот мужчина. С момента нашей первой встречи, на которой лорд Артэнтри показался мне амбициозным властным лордом, мало что изменилось. Разве что к этой скудной характеристике добавилось еще и то, что он экспериментатор. А обо всем остальном, в том числе и то, какие он преследует в жизни цели – так и оставалось для меня тайной. Не то чтобы мне хотелось узнать тайны дракона, но, знай я хоть немного больше информации о нем, могла бы предположить, чем сулит мне общение с ним.
Мой план отлежаться с неделю дома с треском провалился, и я была вне себя от злости. Тем не менее в данный момент передо мной стояла задача выпроводить лорда Артэнтри за дверь и выкроить для себя хоть немного времени, чтобы побыть в стенах родного дома.
С этими мыслями я рывком поднялась, и, отмечая легкость во всем теле, возникшую после «драконьего лечения», поплелась в душ. Быстро приведя себя в порядок, надела черный брючный костюм, служивший, скорее, пижамой, чем повседневным одеянием, собрала волосы в высокий хвост и вышла из комнаты.
Лорд Артэнтри обретался в одной из гостиной первого этажа. Он, сцепив за спиной руки, лениво разглядывал, как и тогда в моей комнате, ничем не примечательный пейзаж за окном.
Немного помявшись у входа, словно решая, идти или не идти, я, сделав глубокий вдох, все же зашла. Дракон резко обернулся, вперив в меня горящий взгляд.
– Видеть вас в этой одежде непривычно, – задумчиво произнес он.
Я поджала губы, не зная, что ответить на столь фривольное замечание. От пристального, изучающего мужского взгляда хотелось съежиться.
– Я думал, что вы отдаете предпочтение платьям, – невозмутимо продолжал он.
– Платья я не люблю, – отрезала я и, хотела было добавить, что обсуждать женские наряды – это неприлично, но промолчала, проглотив слова. Хамить все же не следует. Этот человек, точнее дракон, помог мне.
Наше молчание прерывала Винсли, робко постучав в дверь и оповещая о том, что ужин подан.
Столовая, в которой госпожа Эшоу накрыла стол, была гордостью лорда Бэкшота.
Светлое просторное помещение, с ярко золотистой вычурной мебелью, гигантской хрустальной трёхуровневой люстрой, огромными витражными окнами, над которыми висели тяжелые золотые портьеры – моментально вызвало резь в глазах. В отличие от опекуна, я никогда не любила обедать здесь. Лорд Артэнтри, при виде этого золотистого-блестящего нечто, если и был удивлен, то ничем не выдал свое удивление.
Отыскав глазами экономку, стоящую с правой стороны от резных дверей, кивнула в знак благодарности, а затем, с видом полноправной хозяйки, прошла к столу. Нет, я никогда не считала себя хозяйкой этого дома, всегда зная, что я здесь временный гость, но почему-то сейчас, видя этого безупречного мужчину, хотелось чувствовать себя леди, коей я никогда не являлась.
Присев на золотистый стул, обратила свой взор на лорда Артэнтри. Он последовал моему примеру, сев напротив. Госпожа Эшоу тут же удалилась, оставляя меня с этим загадочным мужчиной наедине.
Скосив взгляд на стол, набитый различными закусками, от которых исходил изумительный аромат, с досадой поджала губы. Зачем было так стараться?
Признаться, я жутко хотела есть. С выздоровлением появился и аппетит, вот только принимать пищу под пронизывающим взглядом лорда Артэнтри было не самым приятным действом.
На дракона я старалась не смотреть, приступив к еде. Какое-то время мы молчали, поглощенные трапезой. Но если я ела жадно и быстро, поочередно пробуя каждое блюдо, то Лорд Артэнтри наоборот, медленно и с неохотой. Он больше внимания уделял мне, чем работал приборами. Его изучающий взгляд, скользящий по мне, жутко нервировал.
Первой нарушила тишину я, решив, что нужно брать ситуацию в свои руки.
– О чем вы хотели поговорить с лордом Бэкшотом? – как можно равнодушнее вопросила я, потянувшись к стакану с соком. Вопрос был, конечно же, риторическим. Я уверена, что он прибыл говорить с опекуном на тему той самой процедуры по извлечению кусочка ауры. Только вот, как объяснить то, что его приезд был в ночное время?
Лорд Артэнтри не спешил отвечать.
Оторвав взгляд от золотой тарелки, все же посмотрела на него. Желтые глаза в обрамлении густых черных ресниц были немного прищурены, на чувственных губах растянулась загадочная улыбка. Вкупе с немного взъерошенными волосами, казалось, что я ужинаю не с главой академии, а с нахальным мальчишкой, имеющим на меня виды. Иначе как объяснить этот раздевающий взгляд, намертво впившийся в меня? Что-то в его ко мне отношении явно изменилось. Но что?
Спешно отведя взгляд, нервно потянулась к бокалу с живительной влагой. Но стоило мне сделать глоток, как ректор соизволил ответить:
– Пришел просить вашей руки.
Я поперхнулась соком прежде, чем успела осознать то, что он сказал. Фонтан вишневого напитка брызнул из моего рта на золотистый пушистый ковер, я закашлялась, чувствуя, как жидкость затекла в дыхательные пути, а слезы брызнули из глаз. Хрустальный бокал, который я сжала с силой, треснул. Мучаясь от удушья, я начала оседать на пол. Однако почти сразу меня подхватили сильные руки одного наглого, сумасшедшего дракона. Кашлять я начала втрое сильнее, и, ощущая, что его горячие руки поглаживают меня по спине, успокаивая, искренне возжелала потерять сознание. Обморок, которым часто злоупотребляли романтичные особы с тонкой душевной организацией, был бы самым лучшем решением в нынешней ситуации. Увы, моим желаниям не суждено было сбыться. Лорд Артэнтри сделал пасс рукой, и мне внезапно стало лучше. Откашлявшись, я откинулась на спинку стула и попыталась выровнять дыхание.
Мужчина, осознав, что моей жизни больше ничего не угрожает, тактично отступил, снова сев на свое место.
– Вы издеваетесь?! – надсадным голосом произнесла я, широко распахнув глаза. Это же надо было так пошутить.
– Нет, – с улыбкой сумасшедшего ответил он.
Мне снова поплохело. Казалось, какой-то тошнотворный ком подступил горлу.
– Как это понимать? Что значит эта ваша фраза? – холодеющим голосом спросила я.
– То и значит. Я хочу жениться на вас, – невозмутимо и, я бы даже сказала, хладнокровно, пояснил лорд Артэнтри. И у меня закрались кое-какие подозрения на этот счет.
– Зачем это вам? Хотите ставить на мне эксперименты без препятствий? – я сузила глаза, поддавшись вперед.
– Нет, – ответил он, притворно вздохнув.
– А что тогда? – не унималась я.
– Скажем так, у меня есть свои мотивы, – просто, безэмоционально, словно зовет не замуж, а предлагает выпить с ним чашечку кофе, сказал тот, кто начал вызывать во мне леденящий душу ужас.
Я была настолько ошеломлена, что не находила слов, чтобы описать все то, что чувствую. К счастью, ступор продлился недолго. Смотря в это красивое породистое лицо, на котором застыло упрямое выражение, захотелось выбить из него правду. И стало совершенно не важно, что мы в разных весовых категориях.
– Знаете, – пространно начала я, сжав до боли вилку, и с трудом сдерживаясь, чтобы не запустить ею в чешуйчатого, – вы напрасно пришли. Решение, когда, а главное за кого выходить замуж, принимает не лорд Бэкшот, а я. А мой ответ, – я с силой сжала зубы, – отрицательный.
Я ожидала от него всего, вплоть до того, что он, оскорбившись, молниеносно вылетит из столовой, громко хлопнув дверью, но точно не того, что дракон, в ответ на мои слова, разразиться громким смехом. Я мгновенно стушевалась, смотря на то, как мужчина, откинув голову назад, заливисто смеется. Его лицо мгновенно преобразилось, хищные черты лица разгладились, являя моему взору умопомрачительного юношу. Боги, сколько же ему лет? Я не знала об этом мужчине абсолютно ничего… Я зависла на некоторое время, разглядывая его. Будь я не той, кем являюсь, и не в том положении, в которое загнана сейчас, я бы, наверное, была бы только рада стать невестой такого красивого, знатного и магически одаренного мужчины. К счастью для себя, я прекрасно осознаю, что меня хотят просто-напросто использовать. Романтикой здесь и не пахнет. Тем более я ведь ни словом, ни делом – не давала основания считать, что он меня привлекает, как мужчина. Видя в нем лишь главу академии, я всегда держала субординацию.
Обидно то, что лорд Артэнтри ничуть не сомневался, будто я, обольстившись на столь щедрое предложение, прыгну к нему в объятия. Как же плохо он меня знает…
– Кая, – отсмеявшись, хриплым голосом произнес он. – Я прекрасно знаю, что решение – выходить замуж или нет, принимаете вы. Но, понимаете, традиции таковы, что я должен был сначала попросить руки у вашего опекуна, – медленно, с расстановкой, словно несмышлёному маленькому дитю пояснил дракон.
От такой наглости я снова впала в ступор. Но я была слишком возмущена, чтобы молчать.
– Прежде чем заявляться сюда и просить моей руки, вам нужно было спросить меня – хочу ли я выходить замуж. Так вот – не хочу.
Улыбаться перестал.
– Вы не в том положении, чтобы отказывать мне, – в голосе лорд Артэнтри начали прорезаться ледяные нотки.
Даже так?
– С чего вы…, – начало было я, однако мне не позволили, бестактно прервав:
– Вы маг крови.
Я едва не заскрежетала зубами. Снова это пресловутое «маг крови». Как же я ненавижу предрассудки.
– И? – спросила я, насмешливо взглянув на него. Интересно послушать, как он будет убеждать меня.
– Вы всегда будете объектом для экспериментов. Точнее до того момента, пока не станете вне закона, – припечатал он, пройдясь по мне пристальным взглядом.
– А вы, стало быть, как только женитесь, станете тем единственным, кто будет ставить на мне эксперименты? – с сарказмом вопросила я, скрестив на груди руки.
– Я предлагаю вам защиту.
– Какую?
– Став моей…, – он сделал запинку, но быстро взял себя в руки, – вы будете неприкосновенной.
