Текст книги "Сила Чести (СИ)"

Автор книги: Иван Щукин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 5

– А вот у меня нюхательный хомячок был!

– Это как?

– Ну, мы им в общаге водку занюхивали.

Анекдот

В столкновении двери с Каменевым последний не пострадал. Чего нельзя сказать о двери. В щепки она не рассыпалась, видимо сделана на совесть, но вот трещиной во всю длину обзавелась. Теперь если её на место приладить, то можно будет за нами подглядывать из коридора.

Эти не особо уместные в данный момент мысли промелькнули в голове за долю секунды. А в следующее мгновение я, крутнувшись, чуть подпрыгнул и, исполнив классический удар с разворота, впечатал свою ногу в лицо старшака, который забежал в комнату вслед за дверью.

Удар вышел что надо. Меня по инерции аж обратно развернуло. И приземлился на ноги я практически в таком же положении, с которого и начал движение.

Старшаку повезло меньше. А если точнее, то обоим старшакам. Просто первый, которому и прилетела нога в лицо, уже успел ворваться в комнату. А второй только-только появился в дверном проёме.

В итоге широкоплечий крепыш пролетел пару метров и врезался в своего более рослого товарища. После чего они оба покинули нашу комнату. Правда, не по своей воле. Вылетев из комнаты старшаки, всё так же по воздуху, пересекли не такой уж и широкий коридор, и врезались в дверь напротив.

Дверь такого издевательства не пережила и упала внутрь комнаты. А сверху на ней разлеглись старшаки.

Но почти сразу же из комнаты напротив раздался сдвоенный девичий визг, и невезучие старшекурсники, что только и успели подняться на ноги, отправились в обратный полёт.

Правда у незнакомых мне пока соседок с глазомером похоже дела обстоят куда хуже чем у меня. Так как один из старшаков в проём нашей двери не попал, врезавшись в стену рядом с ним. Да с такой силой, что у меня даже промелькнула мысль о более широких дверях в нашу комнату.

Второму, невысокому и широкоплечему, повезло меньше. Он отправился в полёт ровнёхонько в обратном направлении. Но в это время в нашем дверном проёме уже стоял взбешённый Каменев. Который и встретил летуна ударом «Каменного кулака».

– Дела-а… – протянул я, с удивлением рассматривая учинённый погром. Прошёл какой-то жалкий десяток секунд, а в минусе две входных двери и парочка оглушённых старшекурсников.

А, нет! Они оказывается в сознании. Крепкие заразы! Неспешно поднимаются на ноги, злобно при этом матерясь.

– Конец вам, мальки! – прорычал широкоплечий, что первым принял вертикальное положение.

Но Богуслав, который всё ещё пребывал в бешенстве, с этим высказыванием был категорически не согласен. Что и подтвердил, снова зарядив старшаку «Каменным кулаком» в голову. А затем, недолго думая, пнул и второго.

В итоге старшекурсники снова улетели. На этот раз, правда, не в чью-то дверь, а вдоль коридора.

– Это что за уроды⁈ – спросила появившаяся из своей комнаты соседка напротив.

Бросив на неё взгляд, я чуть было не присвистнул. Среднего роста голубоглазая брюнетка. Красивая. А фигура вообще отпад! И особенно это было заметно сейчас. Почему? Да потому что девушка, видимо, собиралась спать и из одежды на ней имелась только миленькая пижамка. Которая состояла из коротких шортиков и не менее короткого топика. И всё такое кружевное, полупрозрачное. Явно не предназначенное для чужих глаз.

– Пьянь какая-то подзаборная, – ответил я ей. – Наверное, как-то случайно смогли в академию через охрану пробраться.

Кстати, к этому времени коридор уже был полон народу. На шум драки некоторые ученики повыскакивали из своих комнат и сейчас удивлённо переглядывались.

– Пьянь, говоришь? – смерила меня оценивающим взглядом брюнетка. – Возможно, возможно. Правда, на территорию академии они не проникали. Живут тут. По крайней мере вон того, который уже на ноги встал, я знаю.

– А меня Богуслав зовут! – вдруг представился Каменев. А затем, не переставая восхищённо пялиться на соседку, попытался задвинуть меня себе за спину. За что и получил несильный удар по почкам. – Ох!

– Ольга, – хмыкнула брюнетка. И сразу же уточнила: – Вы мальки что ли?

– Мальки, вы покойники! – словно в ответ на её вопрос, раздался бешеный крик из конца коридора.

Переведя взгляд в ту сторону, я обнаружил, что оба старшака уже на ногах. И, кажется, заметно протрезвели. А ещё они были в ярости. Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Вместо того, чтобы покуражиться и погонять младшекурсников, они на пару огребли по морде, полетали из комнаты в комнату и по коридору, а затем ещё и валялись, потирая ушибы, на потеху всем жителям общаги.

– Пётр, долбани их! – приказал своему товарищу тот старшекурсник, что повыше. Пётр согласно кивнул, и вскинул перед собой руки.

Я, на всякий случай, перешёл на магическое зрение. Интересно же, что этот придурок собирается сотворить.

– Ложись! – тут же во всё горло заорал я, одновременно с этим уронив на пол Богуслава и Ольгу. Потому что придурок и в самом деле идиот. Я не понял, какую технику он создал, но вот Силы в неё вбухал до фига!

А в следующую секунду над нашими головами, с неприятным гудением, пронеслась «Воздушная волна». Ну, или что-то в этом роде. Убить такая не убьёт. А вот кости может переломать влёт. И, похоже, именно так и получилось. Коридор ведь был забит учениками. И кроме нас троих на пол упасть никто не успел.

В итоге весь этаж наполнился криками боли, матом и громкими возмущениями.

Но старшаков это не остановило. Видимо тот факт, что мы с Богуславом умудрились поднырнуть под «Волну», их разозлил ещё пуще прежнего.

– Бей их! – заорал всё тот же старшак, став за плечом своего товарища. Сам он, похоже, рукопашник. Вот и решил Стихийника в качестве дальнобойного оружия использовать.

Бросив взгляд на этих двух дебилов, я офигел окончательно. Сроду не думал, что кто-то в стенах академии будет использовать во время обычной драки летальные техники. А о том, что Стихийник готовит что-то убийственное, говорило количество Силы и сложность техники, которую он начал кастовать.

– Богуслав, стену ставь! – заорал я в ухо своему соседу.

Он аж подпрыгнул с перепугу, так как даже лёжа продолжал пялиться на Ольгу. Впрочем, там было на что посмотреть, так что и осуждать соседа вроде как не за что. Особенно сейчас, когда её невесомый полупрозрачный топик задрался выше всяких приличий.

И видимо так Каменеву не хотелось отвлекаться от такого увлекательного занятия, что он, практически не глядя, вытянул руку, и коридор перегородила стена. К сожалению, не каменная, на что я рассчитывал. Земляная. Но на вид довольно крепкая.

И стена действительно выдержала, когда в неё прилетела техника старшекурсника. Разве что чуть содрогнулась.

– Охренеть! – ошеломлённо воскликнул Богуслав, глядя на собственноручно созданную стену. Даже от Ольги взгляд отвёл наконец-то. – Я её поставил!

– Поставил, поставил, – покивал я, поднимаясь на ноги и подавая руку девушке. – Только не радуйся раньше времени. Сейчас эти придурки её ломать начнут. Сударыня, вам я бы посоветовал пока вернуться в комнату.

Последние слова адресовались Ольге, которая круглыми от удивления глазами наблюдала за развернувшимся в общежитии самым настоящим сражением. Ну, почти настоящим. Если бы нам грозила реальная опасность склеить ласты, то я бы старшаков попросту поубивал. Страшные техники не только они в людей кидать умеют.

Но в данный момент я вообще не особо хотел во всё это влезать. Всё ещё свежи в памяти были слова Целительницы о том, что я вот-вот прорвусь на пятый ранг. И тогда, насколько я понял, энергетика моего организма пойдёт в разнос. В принципе, есть вариант, что Жива мне поможет и всё выправит. А если нет? Да и можно ли будет откатить назад изменения? Тут же не физиология – Искра во всём виновата. А чем таким эта самая Искра является, я так до сих пор и не разобрался. Как, впрочем, и с Источником Силы Стихийников.

– Я как-нибудь без мальков разберусь! – довольно резко ответила мне девушка. – Эти кретины совсем что ли мозги пропили?

– Охренеть! Поставил! – продолжал удивляться Богуслав.

– Да ты задолбал, малёк! – отчего-то окрысилась на него Ольга. Правда, сам Каменев внимания на её слова не обратил.

– Маркус! Я поставил! А раньше не получалась она у меня! – наконец-то пояснил причину своей радости сосед.

– А что это вы тут делаете? – спросил зевающий Клим Зорин. Как он оказался рядом, я не заметил. Зато теперь увидел и выглядывающего из их комнаты Калугина. Оба парня, похоже, крепко спали. А сейчас проснулись и, не одеваясь, выскочили из своей комнаты.

– Воюем, – пояснил я. – И, кстати, твоя помощь будет не лишней.

– Клим, я стену поставил! – радостно сообщил ему Каменев.

– Я вижу, – ещё раз заразительно зевнув, ответил ему Зорин. И посмотрел на меня. – Надо – поможем. А с кем воюете?

– Старшаки с ума посходили.

– Меч брать? – с деловыми интонациями уточнил Клим.

– Мальки, а вы чего такие наглые⁈ – вдруг спросила всё так и стоявшая рядом Ольга. – Какой ещё воюем? Какой ещё меч? Ваше дело прятаться и стражу академии ждать!

Мы все четверо удивлённо уставились на неё. Хотя нет, удивлённо уставились трое. Подошедший к нам Калугин пялился на девушку так же, как совсем недавно это делал Богуслав. Восхищённо.

– Чего это с ней? – негромко спросил меня Каменев, косясь на соседку с опаской. Так на буйных психов смотрят обычно. А вдруг прыгнет!

– Да головой, походу, ударилась, когда падала, – пожал я плечами.

– Бам-м! – врезалось что-то в стену с той стороны.

– Держит! – радостно воскликнул Каменев.

– Сударыня! – подтянув трусы, галантно поклонился Ольге Калугин. – Позвольте узнать ваше имя?

Чёрт! Да он кажется тоже датый. Как и Зорин, кстати. Правда по Климу это не так заметно. Тут вся общага, что ли, бухала сегодня? Кроме нас с Богуславом?

– Мальки, вы совсем что ли ничего не боитесь? – спросила девушка, ошалело обводя взглядом нашу компанию.

– Бам-м!

– Держит! Держит же!

Стена и в самом деле держала. Правда с каждым ударом меняла цвет на более бледный. И, видится мне, что надолго её не хватит. Радует тот факт, что наши противники тоже студенты, а не взрослые бойцы. Да ещё, судя по всему, не самые сильные.

– Психи! – недовольно высказалась Ольга и, резко развернувшись, зашла в свою комнату. Думаю, она бы и дверью хлопнула. Но такой возможности, увы, не было. Дверь, хоть по виду и не особо пострадавшая, всё ещё лежала на полу. Девушка хмуро на неё посмотрела, затем перевела взгляд куда-то вглубь комнаты и, снова округлив глаза, воскликнула: – Сонька, ты спишь что ли⁈

Кстати, пострадавшие от техники старшака студенты, тоже куда-то рассосались. То ли по комнатам разбрелись, то ли в больничку побежали. Думаю, что оба варианта верны. А ещё Ольга упоминала стражу академии. Которая, по идее, тоже скоро будет здесь.

– Так, Клим, Илья! – привлёк я внимание парней. – Идите в свою комнату. Тут без вас справимся.

– Да ты чего, Маркус⁈ – тут же возмутился Зорин. – Что мы, друзей должны бросить⁈

– Ага, – поддакнул Калугин. Правда он при этом, пытался заглянуть в комнату Ольги. За что чуть не лишился носа. Девушка как раз перестала возмущаться поведением своей соседки, рывком подняла с пола дверь, и с силой воткнула её в дверной проём. А затем, судя по звукам, чем-то её подпёрла.

– Сейчас стража прибежит, – тихо пояснил я. – А вы пьяные.

– Да мы выпили-то совсем чуть-чуть, – ещё сильнее возмутился Клим. – Трезвые совсем.

– Ага, – согласился с ним Илья. Он в это время как раз примерялся к двери Ольги. Ну как примерялся? Встал в стойку и, походу, собрался снова её вынести. С ноги!

– Стоять! – поймал я его, за мгновение до удара. Не хватало ещё обвинение в проникновении к девушкам получить. Оттащил от двери и зло зашипел: – Быстро в комнату! Оба! Вылететь хотите из академии⁈

– А вы как же? – недовольно нахмурился Зорин. Но уже не так уверенно.

– А мы не пили! В комнату, я сказал! – зарычал я, и буквально силой запихнул обоих в их комнату и захлопнул дверь.

– БУМ-М! – ударило что-то в стену особенно сильно. А следом, почти без паузы, на неё посыпались более слабые, но очень частые удары. – Бум, бум, бум!

– Чёрт! – выругался я, когда стало понятно, что стена скоро развалится. – Богуслав, у тебя Сила на «Кольчугу» осталась?

– Осталась, – слегка удивившись, ответил он.

– Мне драться нельзя! – с досадой произнёс я. – Что-то с Искрой не так. Целительница сегодня сказала, чтобы ни в коем случае.

– Не волнуйся друг, – вдруг улыбнулся Каменев и положил мне руку на плечо. Тут же его с ног до головы окутала «Кольчуга», сделав похожим на земляного голема. – Я только что ранг взял из-за этой стены. Гридень теперь. Так что размотаю обоих.

– Поздравляю, – негромко сказал я, думая, что же делать. В то, что он их реально размотает, я не верил. Всё же чему-то их тут два года учили. Но и драться рядом с Богуславом мне тоже нельзя. Хотя… – Слушай! Как они стену сломают, то ты рукопашника вырубай. А я в это время пока Стихийника отвлеку. Побегаю от него.

– Тогда точно размотаем! – ещё сильнее воодушевился Каменев.

Как раз в этот момент стена не выдержала и осыпалась крупными земляными комьями. И мы оказались лицом к лицу с двумя взбешёнными старшаками.

Впереди, ближе к нам, стоял рукопашник. Шагах в трёх за ним, чтобы иметь простор для дальнобойных атак, Стихийник.

– Сюда иди, летун! – поманил рукой рукопашника Богуслав.

И тот пошёл. Да так быстро, что его силуэт буквально размазался в воздухе, чтобы через мгновение оказаться рядом с Каменевым. Мой сосед даже руку ещё опустить не успел, а на его «Кольчугу» уже обрушился град ударов.

Стихийник пока не вмешивался. Видимо опасался задеть товарища. Я тоже стоял сзади-справа от Каменева.

– Силёнок не хватает? – хмыкнул мой сосед, глядя на злого старшака.

Тот раздражённо мотнул головой, встал в стойку и на секунду прикрыл глаза. А когда открыл, то очень недобро оскалился. А его кулаки стали едва заметно светиться.

Интере-есно! Такого я ещё не видел! А раз не видел, то не умею. Это тут в академии любого так делать учат?

Додумать мысль не успел, так как рукопашник снова сорвался с места и обрушил на Каменева серию быстрых-быстрых ударов. Сомневаюсь, что мой сосед их даже заметить смог. А вот я всё видел!

Четыре сильнейших удара в корпус, два в голову и «Кольчуга» с Богуслава слетела, как и не было. Я только и успел, что дёрнуть его на себя, тем самым убрав с траектории очередного удара. Причём, вполне возможно, что смертельного.

Но соседу и так досталось. Даже с учётом активированной «Кольчуги». Он скривился от боли и начал медленно заваливаться вправо.

Что же, значит не судьба мне в сторонке отсидеться!

Я сбил рукой очередной удар старшака, отвёл в сторону следующий, и толкнул его открытой ладонью в грудь. Толкнул не просто так, а правильно! Из-за чего его отбросило шага на четыре назад. На ногах рукопашник, правда, удержался. Но удивился сильно.

– Тебя я точно убью! – прошипел он, не сводя ненавидящего взгляда. Реально какой-то очень уж злобный тип.

– Попробуй, – спокойно кивнул я, встав в стойку.

– А ну замерли все! – раздался рёв с другой стороны коридора. А в следующую секунду я получил настолько сильный электрический разряд в спину, что тут же рухнул на пол рядом с Богуславом и задёргался, словно в припадке.

Трясло меня минуты две. Хотя, может и больше. Боль была такая, что мозг практически не работал. Была только одна мысль – скорее бы всё закончилось!

Затем всё прекратилось. Но толком соображать всё равно не получалось. Краем сознания отметил лишь тот факт, что меня куда-то тащили, схватив под руки с двух сторон. А рядом вроде как несли бесчувственного Каменева.

Насколько далеко несли, я тоже не понял. Просто в какой-то момент осознал себя лежащим на чём-то жёстком. Поморщившись, принял сидячее положение и осмотрелся.

Камера! Две кушетки, на одной из которых лежит Каменев, большая железная дверь, с закрытым сейчас окошком, отхожее место в углу и страшненький умывальник.

К умывальнику я и направился, так как пить хотелось невыносимо. Вода оказалась невкусной, да ещё и довольно тёплой. Но я всё равно выхлебал не меньше литра.

– Где это мы? – послышался из-за спины слабый голос Богуслава.

– В тюрьме, похоже, – хмыкнул я, оборачиваясь.

– Давно? – уточнил сосед, сев на своей кушетке и потирая челюсть. – И чего всё так болит?

– Тебе там слегка по голове настучали. Вот ты и вырубился. А давно ли мы тут – я не знаю. Сам только очнулся. Меня стража электричеством приголубила.

– То есть, мы проиграли? – отчего-то расстроился Каменев.

– Скорее – ничья.

– Понятно, – ещё сильнее пригорюнился он. Но затем вдруг аж подскочил. – Я же Гридня взял! Взял ведь⁈

– Взял, – улыбнулся я.

– А почему тогда я Силу не чувствую? – удивлённо округлил глаза Богуслав.

И я только после его слов осознал, что было не так. Слабость! Она была настолько непривычной. Или даже нетипичной. Я ведь рукопашник четвёртого ранга! А сейчас чувствую себя обычным человеком.

Сам не заметил, как перешёл на магическое зрение и осмотрелся.

Ну да, так и есть! Искра почти потухла! Как и Источник и Каменева. А в стены нашей камеры были вплетены десятки всевозможных плетений.

– Это из-за камеры, – пояснил я соседу, пока он не начал паниковать. И я его вполне понимаю. Сам через такое проходил, когда впервые очнулся в этом мире в теле Маркуса Дёмина, и обнаружил, что от моей магической силы остался гулькин нос. – Блокирует способности. И, кстати, я теперь понимаю, почему мне все советовали в академию поступать! Если у них в тюрьме такая хрень имеется, то и специальные тренировочные залы должны быть.

– А, точно, – расслабился Богуслав. – Слышал про такое. Правда, они как раз для рукопашников полезны. Для нас, Стихийников, толку от таких комнат никакого. Мы по-другому развиваемся. И ты не прав. Не только в академии такие залы есть. Некоторые бояре и князья себе их тоже заказывают. Правда, вроде как всего пара-тройка родов артефакторов этим занимается. Секрет жуткий!

– Дорого, наверное?

– Да уж точно не дешёво, – хмыкнул сосед. – Моему роду однозначно не по карману.

– Кстати, раз уж мы бесплатно тут сидим, то надо пользоваться моментом, – хохотнул я. И, приняв упор лёжа, начал отжиматься.

Семнадцать раз! Твою же белку! Всего семнадцать раз я смог отжаться, прежде чем силы кончились окончательно! Это уже не перекос в развитии! Это натурально издевательство какое-то! Я таким слабым не был даже в первый день в этом мире!

– А я лучше подремлю, – поглядев на мою обессиленную тушку, покачал головой Каменев. И снова развалился на кушетке.

Но подремать ему не дали. Буквально через минуту за дверью послышались шаги, кто-то загрохотал замком, отпирая, и на пороге нашей камеры показался стражник. Кстати, мне знакомый. Тот самый шутник, что требовал документы в моё первое посещение академии.

– Очнулись, хулиганы? – хмыкнул он, глядя на нас. – Тогда за мной ступайте.

К счастью, конвоировать нас никто не стал. Мы действительно просто шли за стражником. Миновали два коридора и оказались в просторной, практически пустой комнате, где уже находились оба драчливых старшекурсника. А ещё – Горислав Михайлович Елецкий. Директор академии. И был он, мягко говоря, зол.

– Ну вот, все в сборе, – недовольно пробурчал Елецкий. – Понравилось в камерах? Нет? А что так? Ладно, обойдёмся без лирики. Кто мне расскажет, что произошло ночью? Зарубин? Салтыков? Каменев? Молчите? Может тогда Северский изволит что-нибудь сообщить?

– Да тут и рассказывать особенно нечего, Горислав Михайлович, – пожал я плечами. Скрываться что-либо я не собирался. А уж выгораживать старшаков, у которых от пьянки окончательно крышу снесло, тем более. – Эти двое среди ночи сломали дверь к нам в комнату. За что и огребли.

– Это кто ещё огрёб⁈ – возмутился рукопашник. Насколько я понял после слов директора – это именно он Зарубин.

– Не так всё было! – присоединился к возмущениям Стихийник Салтыков. – Он разговаривал неуважительно и перед нами дверь захлопнул.

– Мда. А ты, я гляжу, не шибко умный, да? – хмыкнул я. – Ну тогда расскажу так, как было. Они требовали, чтобы мы с другом в столовую метнулись. А то у них закуска закончилась. Мы отказались. Дверь я действительно захлопнул перед ними. Им это не понравилось. Ну а дальше вы знаете.

– Пили, значит? – задумчиво протянул Елецкий, глядя на повесивших нос старшекурсников. – Это я ещё понять могу. Не в первый раз. Да и не в последний. Не дети всё же. Но то, что вы устроили потом – недопустимо. Одно дело честная драка! Мы вас тут именно этому и учим! Но кидаться смертельными техниками в месте, полном сонных студентов! Это выходит вообще за все рамки!

– Они не смертельные, – тихо произнёс Салтыков.

– Мы уже провели расследование и всех опросили, – покачал головой директор. – Да и разбитые стены в коридоре говорят сами за себя. Да что там стены! Четыре перелома! Семь серьёзных ушибов! Два сотрясения мозга! Этого тебе мало, Салтыков? Про материальный ущерб я вообще не говорю!

– Не подумал, Горислав Михайлович, – покаялся Стихийник. – Случайно получилось.

– То, что не подумал – верю. Думать тебе особо и нечем! Но вот случайно ли? Скажи мне, Салтыков, сколько у тебя уже предупреждений?

– Два, – еле слышно ответил старшекурсник.

– Два, – согласно кивнул Елецкий. – И вы, все четверо, получаете ещё по одному предупреждению, за сегодняшний беспорядок. И получается, что у тебя, Салтыков, уже три предупреждения. А это что значит? Не слышу⁈ Молчишь? Ладно, тогда отвечу сам. Это значит, что с сегодняшнего дня, ты больше не являешься студентом моей академии!

– Но Горислав Михайлович! – испуганно вскинулся Салтыков.

– Молчать! – рявкнул директор так, что мы все аж отшатнулись. – Решение окончательно! Теперь что касается остальных. Зарубин, у тебя уже второе предупреждение. Что будет после третьего – ты только что видел. Каменев и Северский. Вы умудрились побить все рекорды. Заработали по первому предупреждению в первую же учебную неделю. Поздравляю вас! Ах да, чуть не забыл! Со всех четверых штраф по десять золотых рублей. За драку. А тебе Салтыков я позже пришлю счёт. Как только подсчитаем ущерб от твоих техник. Сейчас же можешь идти собирать вещи.

Директор ещё раз обвёл всех нас взглядом, и пошёл к выходу. Но уже на пороге обернулся.

– Северский! Жду тебя через полчаса в своём кабинете!

И наконец-то ушёл.

– Офигеть! – выдохнул Богуслав, проводив директора взглядом.

– Есть такое, – согласился я.

– Северский! – заорал вдруг Салтыков, развернувшись ко мне лицом. – Ты труп! Понял⁈

– Не горячись, Петь, – придержал его за плечо Зарубин. – Не надо сейчас с плеча рубить.

– Да пошёл ты! – скинул его руку Стихийник. – Из-за тебя всё это! Кто кричал – Бей? Я и бил! И что теперь? Не друг ты мне больше, понял⁈

Зарубин даже на шаг назад отошёл от его напора, непонимающе хлопая глазами. А Салтыков снова повернулся ко мне.

– А ты Северский труп! Я, боярич Салтыков, объявляю тебя врагом рода! И не только тебя, но и всех твоих родных и близких! Вы все покойники! Мы найдём каждого, кто тебе дорог!

Отчего-то после его слов я сразу подумал об Эльзе. И такая злость взяла, что захотелось свернуть шею этому наглому щенку! Но ещё я вспомнил, что я не просто студент, а боярин. И, кажется мне, что не стоило об этом вообще забывать. Не дадут мне побыть беззаботным студентом.

– Ты хорошо подумал, Салтыков? – процедил я, вскинув подбородок и расправив плечи. – И можёшь ли ты говорить за свой род?

– Я могу говорить за свой род! – буквально выплюнул слова Стихийник. – И уже сказал! Ты покойник!

– Услышал тебя! Что же, клянусь честью, я этого не хотел! Я, боярин Северский, объявление войны от рода Салтыковых услышал и принимаю. Бойся, Петя!