Текст книги "Охота (ЛП)"
Автор книги: Ив Вон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)
Глава 5
– Да пошел ты, Хендриксон! Твой парень был также ответственен за прошлую ночь, как и мои братья.
Кольту потребовалась вся сила воли, чтобы не наброситься на этого напыщенного придурка.
Осмотрев результаты вчерашней драки в баре, Кольт был уверен, что его навестит Рольф Хендриксон, один из членов городского совета, отвечающий за соблюдение законов Серенити-Фоллс. Рольф не был поклонником семьи Блэк, и Кольт подозревал, что это было вызвано обидой, перенесенной с тех времен, когда его родители были еще живы.
Ходили слухи, что Рольф как-то причастен к смерти его родителей, но Кольт так и не смог это доказать. Кроме того, его приоритетом стали два младших брата.
Глаза Рольфа Хендриксона вспыхнули ярко-красным, и он обнажил свои удлинившиеся клыки.
– Но мой человек – мертв.
– Ты тот, кто настаивал на том, чтобы сделать эти вызовы законными. Ты говорил, что это сохранит мир, если все будет урегулировано так, как задумала природа. Ты сделал это, потому что твои парни безнаказанно потрошили жителей.
– Подожди минутку. Мои парни...
– Опасны. На самом деле, по городу ходят слухи, что Даррен планировал вызвать Лиланда на бой. Ты знаешь, мои братья теперь редко ходят в этот бар, но, как я слышал, они получили приглашение от одного из дружков Даррена о какой-то информации, которую он услышал о наших родителях.
Красный цвет покрыл все лицо Рольфа, дойдя до седых волос.
– Не вздумай лгать. Все в городе знают, что это твои братья с репутацией разрушителей. На них больше жертв, чем у кого-либо в Серенити-Фоллс.
– Каждая из этих смертей была результатом вызова. Знаешь, вызовы, которые ты и твои приятели в совете сделали законными. Ты знаешь городские правила так же хорошо, как и я. Ты можешь быть в совете, но это не значит, что ты и твоя семья получаете особые привилегии.
Рольф набросился на него и ткнул указательным пальцем в грудь Кольта.
– Мой парень не заслужил, чтобы его убили без причины.
Кольт, который был выше его почти на фут, многозначительно уставился на костлявый палец, прижатый к его груди. Он издал низкий рык, от которого все его тело завибрировало.
– Мне принять это, как вызов?
Огонь в его глазах и густые жесткие волосы, вылезшие из пор на коже, давали понять, что он очень близок к тому, чтобы высвободить ту сторону себя, которую так упорно пытался подавить.
Он не был необуздан, как Лиланд и Зик, но Кольт никогда не отступал от боя, если это касалось собственной защиты.
Рольф, возможно, был расчетливым пронырой, но он не был глупцом. И немедленно отступил с поднятыми руками.
– Никакого вызова не было. Но выслушай меня, Блэк, за то, что твоя семья сделала с Серенити-Фоллс, последует возмездие, помяни мои слова.
Кольт поднял бровь.
– Угрожаешь?
Другой мужчина сделал несколько шагов назад.
– Просто указываю на то, что карма имеет много форм. Кроме того, до меня дошло, что твои братья на грани одичания, если не найдут приемлемого куска мяса – я имею в виду, пару, в этом году. Будет обидно, если вся добыча будет съедена до того, как они смогут заявить права.
Рольф самодовольно ухмыльнулся и сунул руки в карманы, продолжая пятиться.
– Все мои ребята тоже участвуют в охоте. Удачи в этом году.
Когти Кольта вытянулись, а кровь прилила к ушам. Его десны зудели, когда резцы удлинились. Зверь внутри грозил вырваться на свободу, но он боролся, чтобы удержать его на расстоянии. Это было именно то, чего хотел этот придурок. Чтобы он потерял контроль.
Только когда Рольф уехал, Кольт смог успокоиться, делая медленные глубокие вдохи. Теперь это было яснее, чем когда-либо.
Инъекции больше не действовали.
Чудо, что они работали так долго. Если он поддастся своим животным инстинктам, то не пройдет много времени, как его братья последуют его примеру, и совет сможет заявить права на их землю.
Кольт подозревал, что некоторые из безмозглых, зомбо-зверей, в клетках стали жертвами махинаций совета, но он не мог этого доказать. Под руководством Рольфа и его приятелей они уничтожат Серенити-Фоллс, позволив жителям разгуливать, чтобы остаться у власти.
Но как один из немногих жителей, которым было разрешено покинуть город, чтобы зарабатывать на жизнь во внешнем мире, помимо смотрителей, Кольт понимал, что если о существовании Серенити-Фолс узнают не те люди, то это будет означать конец всех, кто здесь жил.
Его родители вдалбливали ему в голову историю города с того момента, как он научился составлять слова. Харлен Блэк хотел, чтобы его старший сын особенно гордился этим наследием и был готовым возглавить семью, если с ним что-то случится.
Серенити-Фоллс был основан случайно, незадолго до Первой мировой войны, когда правительство хотело создать идеального суперсолдата. На добровольцах, которых правительство считало идеальными физическими образцами, проводились всевозможные эксперименты. Эксперименты проводились на секретной военной базе, которая была еще более секретной, чем Зона-51.
Их гены были скрещены с генами животных и им была введена специальная сыворотка, которая должна была сделать их сильнее и быстрее, но результат оказался не тем, что предполагали ученые.
Они создали настоящих монстров. Монстров, слишком сильных, чтобы их контролировать. Тысячи подопытных бродили по базе, дикие и свободные. Желая сохранить эти эксперименты в тайне, ответственные за проекты планировали уничтожить базу, разбомбив ее. Но этот план был сорван, когда страна вступила в войну, и они не могли позволить себе отдать драгоценные ресурсы на провалившийся эксперимент.
Если бы не группа ученых, врачей, медсестер и их семей, которые решили остаться на базе и стать опекунами тех, кого они тогда называли – людьми-зверями, эти эксперименты были бы запущены в ничего не подозревающий мир, который не смог бы с ними справиться.
В конечном итоге Серенити-Фоллс превратился в самодостаточный город с собственными предприятиями, ресторанами и школами. И он был полностью изолирован от остального мира. Единственными людьми, которые знали о нем, были люди с высоким уровнем допуска в правительстве. Даже президенту Соединенных Штатов не было позволено знать о нем.
Жителям разрешалось жить, пока несанкционированные лица не выходили за пределы города. В обмен на обеспечение необходимых им поставок, таким как топливо, электричество и сотовая связь.
А в некоторых случаях, когда правительство хотело уничтожить определенного человека, они оставляли его недалеко от Серенити-Фоллс, где люди-жнецы, такие как Отис Смит и Терри Вудс, патрулировали окрестности в поисках людей, которые оказывались слишком близко к их городу.
Серенити-Фоллс был живописным местечком для любого чужака, который на него натыкался, но жители были кем угодно, только не людьми. Около двух третей жителей выглядели как люди и могли маскироваться под среднестатистического человека, но в сообществе были также члены с уродствами, которые не позволяли им когда-либо покинуть город, не получив немедленного клейма мутантов.
Но помимо внешнего вида, большинство жителей управлялись своими животными инстинктами. Некоторые могли контролировать их лучше, чем другие, в то время как остальные стали тем, что Кольт и его брат назвали – зомбо-зверями. Зомби-подобные звери, которые не могли думать ни о чем, кроме того, чтобы пожирать свежее мясо.
А потом были такие, как Кольт и его братья, которые были в долгу. У них было то, что ученый назвал регрессией зверя, когда они в конечном итоге полностью поддавались своим животным инстинктам, если только не находили совместимое вещество, сделанное из крови, которое отменило бы последствия их состояния.
Кольт не понимал научного объяснения этого явления, но в жизненной сущности человека, например, в его крови и других телесных жидкостях, было что-то, что оказывало успокаивающее воздействие на животное, грозившее вырваться на свободу.
Состояние Лиланда и Зика быстро ухудшалось, в то время как он принимал инъекции, которые должны были помочь ему успокоиться. Но каждый раз эффект проходил быстрее, чем в предыдущий. Кольт боялся, что к концу году он станет одним из зомби-зверей, и его братья в конечном итоге последуют его примеру.
Вот на это Рольф, наверное, и рассчитывал. Вот ублюдок.
Вот почему охота в этом году была важнее, чем когда-либо.
Входная дверь его дома открылась, и на крыльцо вышел голый по пояс Лиланд с сигаретой во рту.
– Мне показалось, что я слышу голоса. С кем ты разговаривал?
Кольт вздохнул, в отчаянии проводя пальцами по волосам.
– Рольф Хендриксон приехал в гости, как и ожидалось. Ты же знал, что он поднимет шум из-за смерти сына.
Лиланд фыркнул, держа зажигалку в руке, чтобы защитить пламя, пока он прикуривал сигарету. Парень прищурился, глубоко затянувшись, а затем выдохнул клубы дыма.
– Хм, он, похоже, не возражал, когда его парни уничтожили всю семью Джонсов в прошлом месяце, во имя самоплотности. Разве не удобно, что совет смог заявить права на землю Джонсов после этого и угадайте, кто там сейчас живет?
Кольт не упустил из виду, что двое старших сыновей Рольфа остановились на бывшей территории Джонса. Не было никаких сомнений, что он и его братья также стали объектом преследования.
– Да. Вот почему мы не можем дать ему и этим ублюдкам повод прийти за нами.
– К черту их.
Грудь и руки Лиланда были покрыты легким слоем рыжеватых волос. Но это не скрывало множество шрамов, покрывающих его тело из-за многочисленных драк, в которые он попадал в последнее время.
В последнее время его брата выводили из себя самые незначительные вещи. Некогда добродушный мальчик теперь был сварливым мужчиной, готовым драться по малейшему поводу. Пройдет немного времени, прежде чем он станет совсем диким.
– Я думал, ты бросил это дерьмо, – указал Кольт на сигарету.
– Это единственное, что успокаивает мои нервы в последнее время. Я тоже не большой поклонник, но есть причина, по которой это наркотик номер один в мире. К тому же, сигареты лучше, чем то дерьмо, которое ты себе колешь, – сказал Лиланд между затяжками.
Кольт вздохнул.
– Ты, наверное, прав. Она уже не работает так, как раньше. Я чуть не оторвал голову Рольфу.
– О, да?
Лиланд сделал последнюю затяжку, прежде чем бросить окурок на землю и раздавить его.
– Это избавило бы многих из нас от хлопот. В конце концов, он попадет и не сможет отговориться.
– Ему уже удавалось выпутываться из сложных ситуаций. Думаю, только время покажет.
Чем больше Кольт думал об этой занозе в заднице, Хендриксоне, тем сильнее закипала его кровь. Его зверь снова зашевелился, поэтому он быстро сменил тему.
– Ты сегодня пойдешь в магазин?
Лиланд засунул руки в карманы джинсов и прислонился к колонне.
– Я, возможно, зайду немного позже, чтобы закончить тот проект, над которым я работал для иногороднего заказа.
С самого детства Лиланд всегда был мастером на все руки. Он вырезал что-нибудь из дерева. Отец помог ему отточить свое мастерство, которое проявилось в изготовлении собственной мебели и изделий из дерева. Кольт помог ему наладить связи за городом, чтобы его вещи продавались.
Не в силах больше игнорировать слона в комнате, Кольт решил взяться за эту тему напрямую.
– Итак, вчера вечером…
Лиланд пожал плечами.
– А что? Они начали. Мы с Зиком закончили.
– До вас не достучаться, да? Вы же знаете, что у нас на спине мишень размером с планету. Вы не можете продолжать давать им поводы, чтобы усложнить нам жизнь.
Взгляд Лиланда сузился.
– Когда ты успел стать таким слабаком?
– Что?
– У тебя была худшая репутация в городе. Затевал драки, побеждал всех, кто бросал тебе вызов. Раньше ты был богом в этом городе. А теперь ты просто тень того человека, которым был. Эти инъекции украли твою мужественность.
Кольт сжал кулаки по бокам. Мышцы его челюсти напряглись, когда он стиснул зубы. Знакомый грохот в груди сжал его внутренности, и зверь внутри него боролся, чтобы вырваться на свободу. Он сделал несколько успокаивающих вдохов, прежде чем заговорить.
– Я знаю, что ты просто пытаешься меня спровоцировать, и это не сработает. Я делаю все возможное, чтобы уберечь тебя и Зика, и убедиться, что вы двое не разделите судьбу наших родителей.
Лиланд сошел с крыльца и медленно двинулся вперед. Его зрачки сузились, а глаза покраснели.
– Мы оба знаем, почему умерли наши родители, их убили. Ты предпочитаешь прятать голову в песок и притворятся, что этого не произошло, но весь город знает, что эта змея сделала с мамой и папой. Но никто ничего не делает, потому что они дали совету слишком много власти.
Кольт остался на месте, не желая обострять то, что быстро перерастало в спор.
– Я согласен, но ничего не изменится, если мы не будем действовать разумно.
Лиланд раздул ноздри.
– Тогда что ты предлагаешь нам делать? – спросил он сквозь стиснутые зубы.
– Нам придется устранить вдохновителя. Но мы должны действовать разумно.
Зрачки Лиланда снова стали круглыми, а радужки – зелеными.
– Ты имеешь в виду Хендриксона?
Кольт фыркнул.
– Он – проблема, но он – марионетка. Здесь происходит что-то гораздо более зловещее, но, как я уже сказал, нам нужно быть умными. И самое главное, нам нужно быть осторожными.
– Что ты имеешь в виду?
– Завтра охота. Вероятно, она будет моей последней. Инъекции уже не помогают, и на этот раз мне нужно найти идеальную пару, иначе я потеряю остатки человечности.
– Бля, ты уверен?
– Уверен. Я держусь на волоске.
– Тебе вообще не следовало начинать эти чертовы инъекции.
– Они помогали мне так долго. Но больше всего я боюсь, что вы с Зиком идете по тому же пути даже быстрее, чем я. Вот почему Хендриксон и его дружки пытаются спровоцировать вас на каждом шагу. Они знают, что каждый раз, когда вы поддаетесь своим низменным инстинктам, они могут подтолкнуть вас ближе к превращению в одно из тех безмозглых чудовищ, которых они держат за решетками. Я не хочу этого для вас двоих.
– Тогда, полагаю, завтрашняя охота важна для нас троих.
Кольт поднял бровь, услышав спокойствие брата. Как будто Лиланд знал что-то, чего не знал он.
– Ты не выглядишь таким уж обеспокоенным.
Уголки его губ изогнулись.
– Когда я вчера вечером шел домой, что-то было не так.
– О чем ты говоришь?
Лиланд повернулся и направился обратно в дом.
– Вот почему тебе не следовало начинать делать эти чертовы уколы. Они притупили твои чувства.
– О чем, черт возьми, ты говоришь? – снова потребовал Кольт.
Лиланд поднял голову к небу и вдохнул.
– Отис вчера вечером привез свежую партию мяса.
– И?
Лиланд оглянулся и облизнул губы.
– И пахнет вкусно.
Глава 6
– Нет сотовой связи? Вы что, шутите? Что это за захолустный городишко? – потребовала объяснение Брианна.
Несмотря на враждебность, исходящую от ее несчастного гостя, легкая улыбка оставалась на губах Труди.
– У нас в городе есть сотовая связь, но большинство операторов здесь не работают. У нас частная система. Но у меня есть стационарный телефон, которым вы можете воспользоваться. Я могу дать вам номер механика. Уверена, что как только вы объясните свои обстоятельства, они будут рады обслужить ваш автомобиль как можно быстрее.
Калия вздрогнула. Она мирно болтала, наслаждаясь неторопливым завтраком с Труди. Пока Брианна не сбежала вниз по лестнице, злая на то, что у нее до сих пор нет сотовой связи.
Честно говоря, Калия не беспокоилась об отсутствии связи, потому что она давно не была так расслаблена. К тому же, ей не с кем было созваниваться. Ее родители, вероятно, не ответили бы, потому что были заняты своими собственными делами. А если бы кто-то из них ответил, они бы сделали вид, что слушают, в течение нескольких минут, прежде чем поспешно отшить ее под предлогом занятости.
Единственный раз, когда она разговаривала с кем-то из своих братьев или сестер по телефону, был, когда кто-то из них хотел получить от нее одолжение. Что касается друзей... ну, вчера вечером она узнала, что у нее их нет. Как печальна была ее жизнь.
Теперь, как никогда, она была полна решимости изменить все, когда вернется домой. Она начнет искать новую работу, может быть, что-то отдаленное, что позволит ей заниматься своими увлечениями. И она встретит людей, которые действительно ее оценят.
Да, именно так она и сделает.
– Эй! Ты слушаешь?
Калия подпрыгнула и поняла, что Николь стоит у ее стула и машет рукой перед лицом.
– Ой, извини, я не заметила, как ты спустилась.
Николь закатила глаза и скрестила руки на груди.
– Ясно.
Она оглядела столовую.
– Ты здесь одна?
Калия заметила, что Брианна и Труди вышли из комнаты, пока Калия предавалась мечтам.
– Брианна спустилась несколько минут назад. Но я думаю, Труди показывает ей, где находится телефон.
Николь сморщила нос, словно учуяла что-то нехорошее.
– Думаю, в таком месте должен быть стационарный телефон. Мне не удалось поймать сотовую связь. А тебе?
– Я не проверяла, но если вы с Бри не поймали, то и я, вероятно, не смогу.
Она громко фыркнула и села за стол.
– Ну, по крайней мере завтрак выглядит съедобным.
Николь схватила одну из тарелок и навалила на нее блинов, яиц и бекона.
Труди вернулась одна.
– Ваша подруга разговаривает по телефону с механиком. Надеюсь, он сможет как можно скорее починить вашу машину. А пока я только что сварила свежий кофе. Или, если хотите, у меня есть горячая вода для чая.
– Если это дешевый растворимый кофе, то он не для меня. А из чая я делаю только чай латте, и сомневаюсь, что в таком захолустном местечке его можно найти.
– Николь, – резко сказала Калия, не в силах игнорировать грубость девушки. – Труди любезно предлагает нам жилье и еду, самое меньшее, что ты можешь сделать, это быть вежливой.
– Э-э, ты можешь быть еще большей неудачницей? Это ее работа.
Николь набила рот блинами.
– Неважно, ее работа это или нет, Труди была доброй и заслуживает достойного обращения. Так что, если ты не можешь быть милой, может, тебе просто стоит заткнуться нахрен.
Освободившись от страха перед тем, что подумают о ней эти «подруги», Калия не побоялась поделиться своим мнением.
Николь уронила вилку, и ее рот открылся, обнажив комок пережеванной пищи.
– Я знаю, что ты не разговариваешь со мной.
Еда вывалилась из ее рта.
– А если я так поступлю, ты ничего не сделаешь, потому что ты болтаешь. Ты всю поездку вела себя со мной отвратительно, а я тебе ничего не сделала. Так что с этого момента, как насчет того, чтобы ты оставила меня в покое, и с моей стороны будет то же самое.
– Сука, я буду...
– Ничего. Ты ничего не сделаешь.
Калия посмотрела ей прямо в глаза, отказываясь отрывать взгляд. Она больше не будет запугана этой девицей.
Николь несколько мгновений смотрела на нее, а потом фыркнула и отвернулась.
– Ты такая раздражающая.
Она оттолкнулась от стола и выбежала из столовой.
– О, мне нужно пойти и проверить ее, – сказала Труди, выходя из столовой вслед за Николь.
Калия сказала бы ей не беспокоиться, но хозяйка уже ушла. Когда она снова осталась одна, Калия выдохнула, не осознавая, что затаила дыхание.
Было приятно наконец постоять за себя. Ей нужно было делать это чаще.
К тому времени, как Труди вернулась с подносом в руке, Калия уже закончила завтракать.
– Я подумала, что пойду и принесу тебе чаю. Он поможет успокоить твои нервы. Это моя особая смесь.
Она поставила перед Калией чашку с цветочным чаем.
– Спасибо, Труди. Не нужно было.
– О, нет, это я это делаю с удовольствием, дорогая. Мне просто жаль, что ты и твои попутчицы не ладите.
Калия отпила немного из чашки, прежде чем ответить. Чай имел горьковатый привкус, но сладость делала его терпимым.
– Все в порядке. Думаю, после того, как мы расстанемся, я больше не буду их видеть. На самом деле, я думала, может, мне стоит остаться в гостевом доме еще на несколько дней, а потом найти ближайшую железнодорожную станцию, чтобы вернуться домой. Мне бы не помешало немного тишины и покоя, и, судя по тому, что я видела в этом городе, я думаю, что он был бы идеальным местом отпуска для меня.
Труди улыбнулась.
– Я была бы рада, если бы ты осталась еще на некоторое время. Я знаю, что остальные люди в городе тоже были бы рады тебя видеть. Такая хорошенькая штучка, как ты, определенно привлекла бы здесь внимание.
Калия рассмеялась.
– Это очень мило с твоей стороны, и я здесь определенно не для этого. Но я бы хотела немного изучить город. Я бы хотела увидеть водопад.
– Я могу это устроить.
Труди посмотрела на свою чашку.
– Допивай свой чай, дорогая. Как я и сказала, это моя особая смесь. Она расслабит тебя и полезна для пищеварения.
Калии вкус не очень понравился, но она не хотела показаться грубой, поэтому сделала еще глоток.
Поскольку Труди выжидающе смотрела на нее, она почувствовала себя обязанной выпить еще, пока чашка не опустела почти полностью.
– Теперь ты почувствуешь себя намного лучше. Дай-ка я уберу эти тарелки. Не думаю, что кто-то еще будет есть этим утром.
Труди выкатила тележку.
На столе было так много еды, что Калия была уверена, что она предназначалась для всех гостей гостевого дома. Ели только она и Николь. Брианна не ела, а Саша еще не спустилась, так что было странно, что Труди сейчас все убирает.
С другой стороны, Брианна и Саша могли постоять за себя.
– Позволь мне помочь тебе с этим.
Она встала, и комната тут же начала вращаться. Калия пошатнулась и схватилась за стол, чтобы не упасть.
Труди появилась рядом с ней и крепко взяла ее за руку.
– Сядь, дорогая.
Она повела Калию обратно на ее место.
– Просто дай чаю сделать свое дело. Я разберусь с этими тарелками.
– Пусть чай… чтоо...
Труди погладила Калию по затылку.
– Я же говорила, что это моя особая смесь, что-то, что поможет тебе расслабиться. Знаешь, когда ты сказала, что хочешь остаться на некоторое время, это меня так обрадовало. Немногие чужаки ценят красоту этого места. Хотя большинство из них тоже не задерживаются надолго. Но у меня хорошее предчувствие на твой счет.
Ее сердце забилось быстрее, и на мгновение к ней пришло ясное понимание.
– Ты... что-то... подсыпала в чай.
Труди продолжала гладить ее по голове, словно она была любимым питомцем. Калия попыталась отстраниться, но ее тело отяжелело, и она не могла поднять конечности. Ей ничего не хотелось, кроме как положить голову на стол.
Что происходит? Зачем Труди дала ей наркотики? Она казалась такой милой.
– Конечно, я это сделала. Тебе понадобится отдых на завтрашнюю ночь. Я хочу дать тебе шанс на борьбу.
– Бо… борьба… шанс?
– Да, дорогая. На завтрашнюю охоту. Ты упомянула, что ты и другие дамы посещаете какой-то фестиваль Хэллоуина. Ну, тебе повезло, у нас есть свой праздник Хэллоуина. Некоторые называют его охотой на кроликов. Другие называют его мясным рынком, но в любом случае это большое городское событие. Я не могу сказать того же о тех других дамах, с которыми ты была, но я болею за тебя, дорогая.
Яркие пятна плясали перед ее глазами, когда свет погас, а мысли смешались. Когда Калия опустилась на стул и закрыла глаза, ее осенило, что она и есть тот самый кролик.
Неужели они наткнулись на город, полный сумасшедших каннибалов?
