Текст книги "Ядовитая пыль (ЛП)"

Автор книги: Ив Лангле

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 8

Проснувшись, Аксель сразу же осознал, что женщина лежит на нём, прижавшись щекой к его груди и закинув на него ногу. А он обнимал её, положив руку на нижнюю часть грудной клетки. Было бы так легко перевернуть Лауру и разбудить поцелуем. Или чем-нибудь более энергозатратным.

Сама мысль об этом поразила Акселя, и он выскользнул из постели, замерев, когда Лаура что-то пробормотала во сне. Она не проснулась, и он, схватив одежду, быстро убрался из комнаты. Нет, это не бегство. Он просто рано начал день, и заметил, что гул, который чувствовал рядом с Лаурой, рассеивался по мере того, как он удалялся от комнаты.

Аксель начал с холодного душа. Затем подкрепился холодным завтраком, и распорядился, чтобы горячий был доставлен Лауре. Также приказал Никки присматривать за ней, водить в туалет и, может быть, взять на прогулку по Хейвену. Эта договорённость длилась меньше половины утра.

Когда Аксель узнал, что Никки привязала Лауру к столу, заявив, что нянчиться с идиоткой ниже её достоинства, пошёл проверить пленницу и обнаружил, что та в ужасе и восхищении смотрит на что-то. Очень скоро он понял, что она смотрит на большой живот беременной Салли. Когда Аксель приблизился, Лаура пробормотала:

– Как она не лопнула?

– Потому что женщины вынашивают детей с самого начала нашего существования, – ответил он.

Лаура бросила на него быстрый взгляд и закусила губу.

– Они же могут взорваться! Удивительно, что мы всё ещё существуем.

Аксель усмехнулся.

– Никто не взрывается. – Он махнул Салли. Скоро понадобиться ещё она постель. Ему нужно больше места.

– В чём дело, босс? – с улыбкой спросила Салли, подходя ближе. – Кайли опять пристаёт к Лауре?

– О, я не возражаю против неё. С ней весело болтать, – заверила её Лаура.

Аксель указал на живот Салли.

– Лаура никогда раньше не видела беременную женщину. Думает, что ты можешь взорваться.

Салли усмехнулась.

– Порой я тоже так думаю.

Это Лауру не успокоило, судя по округлённым глазам.

– Она фигурально выразилась, – пояснил Аксель.

– И как ребёнок оттуда выйдет? – спросила Лаура.

Салли снова усмехнулась.

– Ребёнок появится через единственное достаточно большое отверстие.

– У нас нет достаточно большого отверстия. – Лаура покачала головой. – Если только у тебя не дюжина маленьких малышей внутри.

– Только один. И он появится отсюда, – Салли указала на пах.

Лаура стала ещё белее.

– Это невозможно.

– Там всё растягивается.

Лаура закашлялась. Аксель попытался не рассмеяться, а Салли покачала головой.

– У всех одинаковая реакция.

Лаура покачала головой.

– Ты лжёшь. Там нет ребёнка. Ты надо мной подшучиваешь.

– Ты намеренно пытаешься отрицать очевидное. – Аксель поймал её руку и положил на живот Салли, ставший публичным животом Хейвена – всем нравилось прикасаться к символу жизни, который он олицетворял. Салли уже привыкла и не возражала. Она даже поощряла тех, у кого было плохое настроение, прижимать к животу ладонь. Малышу нравилось двигаться – видимый признак вспышки волшебной надежды.

Выражение лица Лауры было упрямым. Она раздражённо нахмурила брови. Поджала губы. Сузила глаза. И тут почувствовала это. Её рука дёрнулась, когда ребёнок начал брыкаться.

– Оно живое, – пробормотала она. Ребёнок снова зашевелился. Лаура тяжело глотнула. – В её животе что-то живое.

Салли положила руки на живот.

– Ребёнок. Маленький брат или сестра Кайли.

– Кайли появилась оттуда? – взгляд Лауры поднялся от живота Салли к лицу.

– После почти целого дня родов. – Салли сморщила носик. – Я быстро оправилась, да и она хорошая малышка.

Лаура молча… даже задумчиво убрала руку. Аксель открыл рот, чтобы с ней поговорить, но тут же захлопнул. Дал самой переварить эту информацию. Она не его забота. Учитывая, что Никки ушла, Аксель оставил Лауру на попечение Дотти. Да что угодно, лишь бы не быть рядом с ней.

Достаточно того, что Лаура провела предыдущую ночь, снова его терзая. Аксель сам виноват. Он должен был оставить её там, где она устроилась на ночь, но всё же, лёжа в своей постели, не мог не думать о ней на холодном, твёрдом полу. Слышал, как она ёрзает и ворочается. Он оправдывал себя тем, что Лаура нужна ему в хорошем состоянии для возможной продажи, и даже отчасти поверил собственной лжи.

Аксель провёл день, разбираясь с делами Хейвена и в беспокойстве из-за отчёта о группе Анклава, рыскающей слишком близко к горбатым полям – так они называли холмы вокруг Хейвена. Скрытые здания были давно заброшены и заросли. Они обыскали почти их все в надеждах найти то, которое можно использовать для расширения места обитания. Ни одно из зданий для этой цели не подошло.

Даже Хилл-Хейвен столкнулся с трудностями из-за меняющейся обстановки. Несколько недель назад они впервые столкнулись с туманом – странным туманом, который поднимался от земли в рандомных местах. Он мог появиться средь бела дня. Утром. Ночью. Не пропадал от нескольких минут до пары часов. Он не вредил им своим касанием, к тому же никому не было позволено во время тумана выходить наружу. Было три печальных опыта, когда жители Пустоши попадали в туман и пропадали навсегда, включая Титана. Аксель надеялся, что его пропавший друг отправился на миссию найти им новое жильё. Но временами боялся, что произошло худшее. Этот туман добавил ещё один уровень опасности и причину, почему необходимо сменить дом. Но куда податься? Все годные развалины уже заняты. Оставался вариант попытаться что-то построить или отбить жильё у других. Если бы только истории о свободном королевстве оказались правдой.

В конце дня к нему с новостями вернулся Карлос.

– Я вышел на связь со своим связным.

Это означало, что Карлос прошёл достаточно далеко, чтобы поймать работающий сигнал, а затем прошёл через серию ретрансляторов, чтобы сообщить о том, что Хейвен продавал, и что они хотели взамен.

– Анклав очень заинтересован вернуть её.

– Почему?

– Этого я ещё не выяснил. Знаю только, что Лаура была во что-то вовлечена. Решение о том, чтобы её перевезти, приняли за сорок восемь часов.

Аксель присвистнул.

– Похоже, она чем-то привлекла их внимание. Это мне кое о чём напомнило. – Аксель сунул руку в карман. – Я нашёл это в грузовике.

– То есть ты сейчас передаёшь мне документы?

– Я забыл про них.

– Ну, конечно, – пробормотал Карлос. Забрав документы, он их прочитал, затем посмотрел на Акселя и снова принялся изучать бумаги. – Не думаю, что здесь что-то связано с ней.

Аксель хотел знать, что там написано, но не умел читать. И никакие уговоры Карлоса не убедили его взять уроки. Как ребёнок. У него не было на это времени.

– Думаю, на всякий случай тебе стоит это сохранить, – пробубнил Аксель, вернувшись к разговору о сделке. – Сколько она стоит?

Карлос выгнул бровь.

– Это жестоко даже для тебя. Она же человек.

– Который не хочет здесь быть. Сам у неё спроси. Она дождаться не может возвращения в купол. Поэтому я более чем счастлив её продать. Учитывая, что единственную вещь, которую мы получили в результате рейда – грузовик, надеюсь, Лаура стоит небольшого состояния.

– Как она может желать вернуться? – поморщился Карлос.

– Не все считают Анклав тюрьмой.

– А Никки с ней говорила?

– Ага. И ничего не изменилось. – Аксель не стал упоминать, что даже если бы её мнение поменялось, он бы всё равно её продал. Оставить её значит нажить неприятности. Себе.

Аксель всё ещё поверить не мог, что устроил Гуннеру взбучку за разговоры с Лаурой. Когда он прорычал:

– Держись от неё подальше.

То в ответ получил:

– Может, ты на неё злишься, потому что всем видно, как ты на неё запал.

Словно все думали, что он её хотел.

– Лаура очень ценная. – Карлос указал на бумагу, которую вытащили из грузовика, испещрённую линиями и точками.

Аксель даже не попытался прочитать.

– Перескажи мне суть.

– Она стоит гораздо больше, чем ожидалось. И это наводит меня на мысль, что Лаура поздно расцвела.

– И? Почему вдруг так внезапно взлетела её ценность? – потребовал Аксель. – Она слишком взрослая, чтобы использоваться в качестве Матери.

– Она всё ещё в пределах допустимого возраста для воспроизведения потомства.

Аксель едва не вздрогнул от слова «воспроизведение». Было в этом что-то такое обезличенное и холодное.

– Так они внезапно посчитали, что её яйцеклетки особенные. И сколько же они захотят заплатить за её возвращение?

– Аккумуляторную батарею.

Услышав такую цену, Аксель какое-то время просто молчал.

– Полностью заряженную?

Карлос кивнул.

– Вот чёрт, – Аксель присвистнул. – С такой батареей мы обеспечим Хейвен энергией на три-четыре года. – И не придётся искать запасные батареи, которые постоянно ломались. Или охотиться за топливом для дымящегося генератора, когда отказывали батареи. Аккумулятор обеспечивал бы стабильный источник энергии и не испускал бы никаких выбросов, загрязняющих воздух.

– Я так понимаю, мы заинтересованы заключить сделку.

– Конечно. Как скоро они хотят забрать эту женщину? – Аксель боролся с горечью, которую оставили после себя эти слова.

– Как можно скорее.

– Как насчёт Долины в сумерках через три дня? – предложил Аксель. – Я с утра уеду, так что договорись со своим покупателем.

– Вам понадобится только добраться туда.

– Мне придётся ехать по живописному маршруту. – С патрулями Анклава, рыскающими поблизости, ему придётся быть особенно осторожным.

– Уверен, что хочешь это сделать? – спросил Карлос.

– Да. – Аксель отстранился от всех других эмоций.

Лаура для него ничего не значит.

Ничего.

Собираясь лечь спать, он был задержан Верой, которая отменила свою вылазку в лес из-за того, что Никки взбесилась. Ещё одного разговора он предпочёл бы избежать.

– Мне нужно с тобой поговорить, – заявила Вера.

– О чём?

– О Никки. И ты не можешь продать Лауру Анклаву, – внезапно выпалила она.

– Она сама этого хочет. – Сколько раз ему придётся это произнести, прежде чем он и сам в это поверит?

– Эта женщина понятия не имеет, чего хочет. Ей всю жизнь мозги промывали.

– Промывали и что? У неё было несколько дней, чтобы посмотреть, на что похожа свобода. Лаура продолжает настаивать на том, что хочет вернуться. Пойми, не все презирают жизнь в куполах.

– Она просто не понимает, что должно случиться. Лаура считает, что Никки лжёт.

– А Никки, в самом деле, объясняла ей, что произошло с ней в куполе Инкубаторе? – Когда Аксель спас Никки, её белые одеяния были покрыты кровью. И руки тоже.

– Эта чёртова идиотка с промытыми мозгами понятия не имеет, что такое изнасилование. Она утверждает, что никто насильно не станет принуждать к любодеянию.

– Она же ведь слышала, что такое бывает?

Вера покачала головой.

– Я могу быть не права, но мне кажется, эта женщина – просто девственница, которая не имеет ни малейшего представления о сексе.

На такое утверждение Аксель усмехнулся.

– Она должна знать порядок действий.

Всё остальное… нелепо, и всё же он видел промывание мозгов своими глазами. Убеждённость истинных последователей, игнорирующих любые доказательства, не соответствующие их узким правилам. Только то, что Лаура использовала слово «богодеяния» не означает, что она понимала, какие действия за ним стоят.

– А ты не спрашивал, что она думает по поводу того, что её новая работа за собой повлечёт? – Аксель прислонился к стопке шин, его тело устало, потому что он постоянно напрягался, осознавая, где должен спать сегодня.

– У неё лишь смутное представление. По словам Лауры, Матери помогают создавать детей. Она понятия не имеет, каким образом, и, тем не менее, вполне довольна тем, что у неё возьмут яйцеклетки, чтобы вырастить детей в гестационных резервуарах.

– Так создаётся большинство. – Анклаву требовалось огромное количество тел, чтобы подпитывать многочисленные задачи в куполах-спутниках. – Мы оба знаем, что у неё не только изымут яйцеклетку. – Вера расхаживала по помещению, и на её лице отражалось множество эмоций. – Красивыми пользуются члены Анклава. Те, кто у власти. Она – девственница, и из неё сделают шлюху ублюдки, которые даже не увидят в ней человека, а только утробу, которая могла бы стать для них разменной монетой. Особенно если окажется, что у Лауры правильная генетика.

– Я не знаю, что ещё можно сделать. Несмотря на предупреждения, она хочет вернуться.

– Ты обрекаешь её на насилие и мучения, – заявила Вера.

– Такое происходит не со всеми. – Наитупейшее заявление Акселя.

– Ты её видел? Она восхитительная.

– Не повторяй это при Никки.

– Никки первая это сказала. Вот к чему эти разглагольствования. Ты не можешь её продать.

– Чего ты от меня хочешь? – рявкнул Аксель. – А что если Лаура, в отличие от Никки, не возражает стать сексуальной игрушкой для властного представителя Анклава? Не все сторонятся возможности получить привилегии и власть.

Аксель заслужил пощёчину, которую Вера ему влепила.

– Никогда, слышишь, никогда не говори, что женщина сама этого хочет.

– Сделка уже в самом разгаре.

– Разорви её.

– Не могу.

– А если она тебя попросит? – сменила Вера тактику.

Аксель поджал губы и не ответил.

– Я отправляюсь в кровать. Увидимся на неделе, когда вернусь.

Оставив Веру, он отправился в свою комнату, по пути избегая всех, кто мог бы попытаться завести с ним разговор. Войдя в комнату, Аксель обнаружил, что Лаура уже спала в его кровати. Свет был включён, и он видел, как ресницы отбрасывали тени на её щёки. Руками она сжимала одеяло.

Его одеяло.

На его кровати.

Аксель мог столкнуть её на пол. Или поднять с кровати. Или держать в объятиях, как прошлой ночью. Но вместо этого развернулся и вышел.

На следующее утро Гуннер поиздевался над Акселем, найдя его спящим в позе эмбриона в кузове грузовика.

– Неужели Мать выперла тебя из собственной постели?

– Иди, собирай вещи, – с удовольствием рыкнул он. – Мы в течение часа выезжаем.

Глава 9

Лаура проснулась одна, и должна была этому радоваться, тем более зная, что Аксель так и не приходил на ночь. А это значило, что она проснулась, не обнимая мужчину. Без того уютного тепла, которое получала две ночи подряд.

Лаура только открыла глаза, как в комнату ворвалась Никки.

– Проснулась. Хорошо. Пошевеливайся. Тебе за полчаса нужно собраться.

– И куда я собираюсь?

– Тебе повезло. Босс нашёл на тебя покупателя и уже скоро ты вернёшься в свой Анклав.

Но радости, которой ожидала, Лаура не почувствовала. В желудке всё сжалось комом.

– Дождаться не могу, – ответила она, и эти слова казались горькими на вкус.

– Вот дура, – пропыхтела Никки и рванула из комнаты Акселя, а Лауре ничего не осталось, как последовать за ней.

Никки сначала отвела её в уборную, предложив принять душ в грязной воде, от которого Лаура всё ещё отказывалась. Одно дело – справлять нужду в таком месте, и другое дело душ. Обливать такой водой своё тело? Лаура не станет рисковать. Она обошлась питьевой водой, которую вылила на тряпку, засунутую в рукав, и обтёрла себя, как могла, всё равно ощущая грязь.

По крайней мере, накануне она выстирала одеяние. И продолжила она носить его лишь потому, что видела, как одеяние прошло через сушку, которая была настолько горячей, что точно убила все микроорганизмы.

И когда Лаура закончила процедуры, зашла Никки и сунула ей ворох одежды.

– Наверное, ты захочешь переодеться.

– Спасибо, но нет. – Лаура попыталась протиснуться мимо Никки, но та загородила путь и снова сунула одежду.

– Почему ты такая глупая? Возьми одежду. Дерьмово путешествовать в юбке. Возьми платье с собой и переоденься позже.

Логичное предложение и Лаура, по крайней мере, сохранит платье чистым.

– Ладно.

Она неохотно приняла одежду и переоделась, сунув скомканное платье подмышку. И когда вышла, почувствовала себя довольно заметной. Бёдра у Лауры шире, чем у Никки, и штаны облегали ноги. На торс она надела блузку и пиджак. А лучшим из всего были ботинки, которые ей дала Никки. Они были поношенными, но намного удобнее, чем крошечные тапочки, что были на Лауре и которые запачкались в хлам за два дня пребывания здесь.

– Ты почти похожа на жителя Пустоши, – заметила Никки, идя рядом.

Лаура поморщилась.

– Надеюсь, что нет, иначе стражи Анклава меня расстреляют. – И только когда слова вылетели из её рта, Лаура поняла, что сморозила.

Лицо Никки стало серьёзным.

– Некоторые люди, которых они пристрелили, были членами семьи и друзьями.

– Прости. – Но извиняться было уже поздно. Никки покинула ванную, и Лауре ничего не осталось, как последовать за ней. Она гадала, почему чувствует себя виноватой за свои слова, но решила использовать логику, чтобы побороть стыд. Не её вина, что в куполах защищали жителей. Если они не хотели быть расстрелянными как налётчики, то, возможно, не стоило на первое место ставить воровство.

Завтрак прошёл спокойно, по крайней мере, для Лауры. Никки за трапезу ни разу на неё не взглянула. Аксель всё ещё не пришёл. Люди вокруг занимались своими делами. Как и в Улье, на Лауру никто не обращал внимания. Единственная разница – здесь от неё никто ничего не ожидал. У неё не было работы.

В отличие от неё, видимо у всех остальных была своя цель. Задача Никки, похоже, состояла в том, чтобы неохотно охранять Лауру. И, вероятно, она очень обрадуется, когда та покинет это место.

К её удивлению, Лауру повели не к тому грузовику, на котором её сюда привезли, а к другому, шины которого были больше и толще, оставляющие глубокие следы. Корпус сделан из трубчатых прутьев, поверх которых приварены листы металла. Когда они подошли, Аксель наклонился, проверяя ходовую часть.

Он поднялся и вытер руки о тряпку.

– Она готова ехать?

– Да, а где остальные? – спросила Никки. – Я думала Гуннер, и близнецы едут с тобой.

– Они присоединятся перед самым отъездом. Собираются на байках объехать окрестности.

– То есть, поедешь только ты и Мать. – Никки перевела взгляд с Акселя на Лауру.

Из-за того, как было это произнесено, Лаура задумалась, в чём проблема. Особенно когда Никки добавила:

– Я должна поехать с тобой.

– Ты нужна здесь. Слишком много человек покидает Хейвен. Пока солдаты Анклава снуют вокруг, нужно как можно больше людей, которые могут присмотреть за ситуацией.

– В таком случае может тебе стоит остаться. Заключишь сделку позже.

Аксель посерьёзнел.

– Не хочу менять планы. – Он отвернулся от Никки и посмотрел на Лауру, скользя взглядом с головы до ног, и вернулся к её лицу. – Ты выглядишь как…

– Знаю, как настоящий налётчик. Но будь уверен, больше ничего не изменилось, – дерзко ответила она.

– Хорошо, потому что отступать некуда.

– Ты об этом пожалеешь, – сказала Никки, и Лауре показалось, что это она сказала ей.

Но ответил Аксель:

– Это её выбор. И нам нужен гемминар, который они обещали.

Целый гемминар? Насколько Лаура знала, это очень ценная штука. Приятно, что кто-то хочет её вернуть.

Никки удивила её, притянув в объятия и прошептав:

– Будь сильной. И знай, что даже если ты решила уехать, ты всегда можешь вернуться.

Как будто она когда-то добровольно покинет купол. Лаура планировала принять долгий очищающий душ, как только вернётся.

– Залезай, – сказал Аксель, когда Никки отпустила Лауру.

Она ощущала головокружение, сердце колотилось, и её наполнил трепет. Она ощущала головокружение, сердце колотилось, и её наполнил трепет. Она собиралась покинуть здание под землёй и выехать в Пустошь на автомобиле, кажущийся гораздо менее прочным, чем грузовик, с мужчиной, к которому она испытывала смешанные чувства, в место, о котором она почти ничего не знала.

А какая альтернатива?

Она забралась в это странное транспортное средство, и дверь за ней захлопнулась, запирая внутри. Через несколько секунд Аксель устроился на соседнем сиденье, его большое тело так и притягивало взгляд Лауры. Вокруг его шеи был намотан шарф, в котором было что-то металлическое. На голове очки, на руках – перчатки без пальцев, а в дверь он упёр оружие с длинным стволом.

– Готова? – спросил Аксель.

Лаура смогла на это только кивнуть.

– Прежде чем мы двинемся в путь, тебе нужно на глаза надеть это, – он передал ей шарф, похожий на свой.

– Зачем?

Аксель вздохнул.

– Потому что, во-первых, ты не можешь видеть расположение Хилл-Хейвен.

– А во-вторых?

– Дотти сегодня утром передала мне это и сказала тебе надеть.

Лаура посмотрела на ткань, вспоминая старушку, с которой провела день. Не так уж и много было сказано, пока она звенела спицами, но над этим узором Дотти работала накануне.

– Даже если я увижу? ещё не значит, что смогу найти дорогу назад.

– Ты сама его завяжешь или тебе помочь? – отрезал он.

– Понять не могу? как тебя с таким характером поставили здесь во главе, – проворчала Лаура, обмотав шарфом голову, оставив открытым нос и рот. – Доволен?

– Сколько я показываю пальцев?

– Бесполезный тест, учитывая, что я намеренно могу солгать.

– Твоя правда. Возможно, нам нужен другой тест.

Тихие слова прозвучали совсем близко. Лаура покачала головой из стороны в сторону, пытаясь понять? двигается ли он. Зачем ему так приближаться?

Лаура оставалась неподвижной. Напряглась. Застыла. Настолько напряглась, что когда ощутила, как Аксель кончиком пальца задел нижнюю губу, натягивая шарф ниже, ахнула.

– Не прикасайся ко мне. – Потому что не могла объяснить то тепло, которое разливалось между ног, когда он так делал.

– Не снимай шарф, пока не разрешу, – проворчал он.

Лаура ощутила, как он отодвигается, и гадала, почему не почувствовала, что он так близко.

Тепло тела Акселя исчезло, и Лаура сила, сложив руки на коленях, слушая нежное жужжание, когда он завёл двигатель, электрический вой, указывающий на то, что они уезжают. Было странно и страшно ничего не видеть и всё же понимать, что движешься. Аксель остановился лишь раз, и Лаура слышала, как он сказал:

– После того, как я уйду, не оставляй надолго дверь открытой.

– Уверен, что не хочешь подождать, пока я уйду? Мне не нравится, как выглядит земля, – произнёс голос, в котором она узнала Веру.

– Всё будет хорошо. Просто ночью был туман. Я сомневаюсь, что он вернётся так быстро.

Туман? Какой туман? Она хотела спросить, но не смогла дышать, когда сердце заколотилось. Это на самом деле происходит. Она ехала в Пустошь с незнакомцем. Убеждённым налётчиком. Возможно, Аномалией. Он не боялся того, что снаружи, а вот Лаура, наоборот, боялась.

– Успокойся. Дыши. – Приказ прозвучал медленно и размеренно. – Здесь нечего бояться.

– Воздух ядовитый.

– Только в определённых местах, которые мы будем избегать.

– Пустошь – опасное место. Люди умирают. – С малых лет ей говорили, что выход из купола равноценен смерти.

– Люди повсюду умирают. Внутри, снаружи. Когда твоё время придёт, от смерти не спрятаться.

– Не обнадёживает, – пробормотала Лаура, сжимая и разжимая пальцы. Внутри неё что-то слабо пульсировало. Боль в голове почти прошла, но всё равно у Лауры возникало ощущение, будто внутри что-то давило.

– Я не пытаюсь тебя обнадёжить. Жизнь тяжела. И ты когда-нибудь умрёшь.

– Ты веришь в то, что после смерти что-то есть? – спросила Лаура, цепляясь за голос Акселя, как за единственный якорь, удерживающий её в темноте шарфа.

– Нет. Но готов поспорить, ты веришь.

Если бы они были в Улье, а Аксель был дидактиком или поммэром, Лаура могла бы солгать. Но вздохнула и ответила правду.

– Нет, вообще-то нет. С чего бы быть загробной жизни, если и эта – сплошное разочарование?

Выплеск горькой правды заставил её замолчать. Аксель тоже замолчал и с минуту ничего не говорил. А потом тихо произнёс:

– Порой нужно иметь стоящую цель для того, чтобы жить.

– У меня была цель. Убирать за детьми и готовить их к поступлению в Академию.

– Тебе это нравилось?

– Никому это не нравится. – Не совсем правда. Некоторым из высоких рангов это очевидно нравилось. Но низшим… – Мы служим, потому что это наша обязанность.

– Перед кем?

– Перед Мэрр. Ульем. Нашими подопечными. Анклавом.

– Тебе действительно кто-то из них небезразличен?

Вопрос поставил Лауру в тупик.

– Причём тут это?

– При всём.

– Так вот почему ты отвечаешь за всех этих людей? – спросила она.

– Я отвечаю за всех этих людей, потому что эти засранцы считают себя забавными. Они и без меня прекрасно справляются, – проворчал Аксель.

Ей пришлось над этим задуматься. Она не видела его, но слышала. Узнавала. Акселя не только хорошо уважали, его практически почитали. Судя по тому, что Лаура слышала, он приложил руку к спасению многих из тех, кто жил в подземном бункере.

Аномальный герой. Хотя и с неохотой.

– Сколько мне сидеть в этом? – спросила она.

– Пока я не скажу снять.

Лаура откинулась на спинку сиденья, чувствуя беспокойство. Ещё больше беспокойства, чем накануне. И больше энергии. В отличие от летаргии, которую она испытала сразу после отъезда из купола и встречи, изменившей её жизнь. Как будто её накачали наркотиками, а сейчас всё прошло.

Лаура попыталась уснуть, мерный шум двигателя убаюкал, но резко проснулась, когда Аксель громко выругался:

– Вот чёрт.

– Что случилось?

– Что-то в тумане нас преследует.

– Что? – Лаура без разрешения сдёрнула с головы шарф и посмотрела в окно. С её губ сорвался испуганный вздох. – Это дым? – Он кружил вокруг них во всех направлениях.

– Не дым. Туман.

– И чем он вызван? – Она взглянула на Акселя. Его взгляд был настороженным, сосредоточенным на туманном мире снаружи.

– Никто не знает, почему он появляется. Просто появляется и всё.

– Вера предполагает, что он опасен.

– Так и есть. Он начал появляться несколько недель назад. Обычно туман появляется каждые несколько дней. И никогда не появлялся в течение нескольких часов.

От такого замечания Лаура обняла себя руками и посмотрела в боковое окно, пытаясь не вздрогнуть, когда туман прильнул к нему, образуя странные формы. У некоторых как будто были пальцы, скребущие по стеклу в поисках возможности проникнуть внутрь.

– Он ядовитый? – Лаура не думала, что это транспортное средство конструировали с учётом такой опасности.

– Насколько известно, нет. – Это заявление ужаснуло её, но Аксель ухмыльнулся. – Расслабься. Здесь мы в безопасности. Сам по себе туман не токсичный. Мы скоро должны доехать до места назначения.

Вот только это не произошло. Двигатель начал глохнуть и Аксель выругался, когда они замедлились.

– Почему мы остановились? – спросила Лаура.

– Потому что механизм, который мы используем для переключения с электрического двигателя на масляный, сломался.

Клубящийся туман внезапно стал гуще, окружая их крошечное транспортное средство и царапая его призрачными пальцами, словно пытаясь разорвать металлические листы.

Аксель толкнул рычаг и нажал кнопку. Ничего.

– Да чтоб тебя. – Аксель толкнул рычаг назад и вперёд и надавил на кнопку. И снова никакого успокаивающего урчания двигателя. – Рычаг переключения передач опять застрял. Мне придётся выйти и хорошенько по нему вдарить.

– Выйти наружу? – пропищала Лаура.

– Да, если не хочешь здесь торчать.

Лаура совсем не хотела.

– Поторопись.

Аксель не ответил, распахнул дверцу и вышел. Туман нетерпеливо просочился внутрь, и, несмотря на заявление Акселя, что он не токсичный, Лаура задержала дыхание, пока он не рассеялся. Однако он оставил после себя запах, резкий и землистый.

Сквозь ветровое стекло Лаура едва могла разглядеть Акселя, когда он поднял капот над двигателем. Раздался глухой стук, пока он пытался запустить двигатель.

– Попробуй завести, – крикнул Аксель.

Лаура посмотрела на кнопку. Довольно просто. Она нажала и вздохнула с облегчением, услышав мерное гудение двигателя.

– Работает, – крикнула она, хотя в этом не было необходимости.

Аксель закрыл капот и помедлил, не возвращаясь в машину. Его тело было довольно большим, чтобы Лаура могла видеть его сквозь туман. Цель для существа, которое набросилось на него.