Текст книги "Киллер на удалёнке (СИ)"

Автор книги: Ирма Хан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)

– Разве ты не пообедаешь со мной?

– Я просто хотела вымыть ванную и туалет…

– Успеешь ещё, – махнула рукой Анна Прокопьевна. – Поешь со мной. Вдвоём веселее. Да и отдохнуть тебе надо. За столько времени не присела ни разу.

Агата не стала спорить. На самом деле она успела не только устать, но и проголодаться пока приводила всё в порядок, поэтому была благодарна Анне за то, что та дала ей временную передышку.

Агата убирала посуду, когда Анна взяла её за руку:

– Сядь ко мне.

Девушка послушно села на кровать рядом с больной. Пожилая женщина взяла её за руку.

– Ты никогда не замечала вот это? – Анна Прокопьевна указала на странное переплетение линий на ладони своей помощницы.

– Никогда. – Честно призналась Агата. – Правда, был смешной случай…

– Расскажи.

– Знаете, цыганки на улице к прохожим пристают?

– Знаю, знаю… – улыбнулась Анна.

– Так вот. Однажды на Витебском вокзале ко мне подошла одна. Говорит: «Дай руку, погадаю». Я ей руку протянула, она глянула и давай креститься. «Иди, – говорит, с богом». Я хотела узнать, что она там увидела, но цыганка от меня чуть ли не побежала, представляете? А хиромантией я не увлекаюсь.

– А чем ты увлекаешься?

– Ну… – замялась девушка. – Мне часто больные говорили, что от моих рук исходит тепло. Я иногда снимала у людей боль наложением ладоней…

– Что ещё? – требовательно спросила Анна.

– Ещё у меня со школы бывали странные видения. Как-то с классом мы должны были ехать на экскурсию в Петергоф. Я подошла к автобусу, и вдруг ясно увидела, как в него врезается большая грузовая машина. Я отказалась ехать и стала отговаривать всех от поездки. Учительница тогда отругала меня, но я упёрлась. Сказала, что не поеду. Она пообещала мне двойку поставить, а я сказала, что лучше двойка, чем калекой остаться. Мои одноклассницы, Маша с Ирой, да и мальчишки некоторые только посмеялись над моими страхами, а подруги Оля и Света не поехали. Остались со мной. Был тёплый воскресный день, и мы решили прогуляться по Невскому проспекту. Сходили на выставку. Зашли в кафе. На следующий день пришли в школу и узнали, что автобус попал в аварию. Столкнулся с грузовиком. Несколько наших одноклассников погибли. Среди них была Ира, а Маша сильно пострадала.

– Это был единичный случай?

– Был ещё один. Пять лет назад, когда моя тётя собиралась покупать новое помещение для своего медицинского центра в Петергофе, я вдруг почувствовала жар. У меня горели ладони и лицо. Уж не помню, как мне это удалось, но я отговорила её от покупки, а через несколько дней тот дом, который она присмотрела, сгорел. Не весь, конечно, а именно то помещение, которое она собиралась купить. Там что-то было с проводкой. – Смущённо закончила Агата.

– Что сказала твоя тётя?

– Сказала, что у меня дар ясновидения и что благодаря мне она не разорилась, – улыбнулась Агата. – А почему Вы спрашиваете? И что это за линии?

– Выслушай меня внимательно. То, что я скажу, удивит тебя. Дело в том, что я потомственная ведьма. Мой земной путь подходит к концу, но я не могу уйти, не передав свои знания и свою силу приемнику. Я давно искала ученика или ученицу. И вот нашла. – Она погладила Агату по руке. – В жизни мага случайностей не бывает. Не просто так я попала под машину и не просто так оказалась именно в той больнице, где работаешь ты. Духи привели меня к тебе.

– Ко мне? – Агата отказывалась верить услышанному. Какая ведьма? Какие духи? – Почему ко мне?

– Потому что ты и есть моя ученица.

– Но как Вы это узнали?

– По твоей ладони. Смотри, – Анна Прокопьевна показала Агате свою руку. – Видишь? Линии совпадают. Значит, мы с тобой повязаны одной кровью.

– То есть, мы с Вами родственники?

– Да. Очень давние. Если посмотреть на пару веков назад, то мы обязательно найдём с тобой общего предка. Главное же заключается в том, что этот предок не только кровный, но и магический. Так что наши узы очень крепки. Мы связаны кровью и магией.

– Вы это серьёзно? Я тоже, как и Вы, потомственная ведьма?

Анна Прокопьевна кивнула.

– Но это же шутка, да? Какие ведьмы? Их же не бывает! Ни простых, ни потомственных. К тому же, мои бабушки и дедушки, насколько мне известно, колдовством не промышляли.

– А прабабушки? А бабушки прабабушек? Или троюродные прабабушки? Что тебе о них известно?

– Ничего.

– Так что, милая, бывают ведьмы. И потомственные, и простые. И ты скоро сама в этом убедишься. Давай-ка я кое-что напомню тебе из твоей жизни. Карты подай. Вон там, на полке. В книжном шкафу лежат.

– Это карты Таро? – подала Агата колоду карт Анне.

– Они самые… Садись рядом. Разговор у нас с тобой будет долгий…

Часть 7 глава 3 продолжение.

Ученицей Агата оказалась толковой, благодаря своим дремавшим способностям. За полгода научилась такому, о чём только в сказках читала. Несмотря на то, что Анна была прикована к постели, дом её всегда был полон посетителями. Агата присутствовала при консультациях. Помогала проводить обряды. Варила любовные и остудные зелья. По совету Анны она поступила в институт, что бы освоить профессию психолога.

– Это тебе будет щитом, – улыбнулась Анна. – Всегда можно будет сказать, что ты практикующий психолог. И не только сказать, но и диплом предъявить. А то сама знаешь, как у нас к ведьмам да магам относятся…

Однажды тёплым летним вечером Анна позвала к себе Агату.

– Послушай меня, девочка. Сегодня ночью я покину этот мир. Ты многому научилась. Невозможного для тебя мало. Но есть кое-что, о чём я тебе сейчас поведаю. Дело в том, что ещё с прошлого века тянется вражда между нашим магическим кланом Весты и кланом Всемогущего Сэдда. Так уж сложилось, что их клан больше по чёрным делам, а мы по белым. Нет, ты не подумай, мы не насылали порчу друг на друга. Не строили магические козни. Не устраивали физических атак. Просто их клан убивал, а наш, по возможности, спасал. Открой верхний ящик моего бюро…

Агата открыла. Там лежала толстая тетрадь, ветхая от времени.

– Это дневник одной из наших предшественниц. В нём есть записи обрядов на смерть и как от этих обрядов защититься. Пока я жила, я противостояла последователям этого клана. Теперь этим будешь заниматься ты. Садись ко мне. Я проведу свой последний урок…

К тому времени, как Агата окончила институт, она уже была известным магом в Санкт-Петербурге.

– Это ученица самой Анны. – Передавая номер телефона из рук в руки, с уважением говорили о ней люди.

Возможность лечить людей иным способом, не медикаментозным, полностью увлекла её и из больницы она уволилась. Для родителей Агата была психологом, принимающим дома. Любимая тётя Лида правду знала, но молчала, прекрасно понимая, как её брат отнесётся к такому известию. Откуда отцу стало известно, что Агата никакой не психолог, она не знала, но однажды родительская суббота закончилась ссорой Агаты с отцом…

Часть 7 глава 4

– Дочка, тут до меня слухи дошли, что ты магией занимаюсь? – отец сурово посмотрел на Агату.

– Занимаюсь, – не стала она отпираться. – Давно и успешно.

– Успешно – что? Людей обманываешь? Да ты знаешь, что это мошенничество чистой воды? Поразвилось всякой нечисти: колдуны, ведьмы, маги, тьфу… А я-то думаю, почему ты из больницы уволилась. А ты вон чем промышляешь! Людей обираешь!

– Папа, я никого не обираю. Я помогаю людям решать их проблемы.

– Ты не проблемы помогаешь решать, а занимаешься духовным терроризмом. – Уверенно заявил Николай Анатольевич. – Ты же закончила факультет психологии, так? Вот и работала бы психологом, как нам с матерью говорила.

– Папа, психологов пруд пруди, а люди хотят чуда. Вот я и даю им это чудо. Помнишь, как говорил Грей в «Алых парусах»? – дочь решила перевести в шутку неприятный разговор.

– Ты мне Грина в нос не тычь! – не принял подачу отец. – Люди хотят не чуда, а реальной помощи. Ты же их обманываешь. Вводишь в заблуждение. Да ещё и за деньги! – распалялся он. – Кому сказать, не поверят, что у подполковника полиции дочь мошенница. За такие дела статья полагается, если ты не в курсе.

– В курсе. УК РФ статья сто пятьдесят девять. Только мне и в голову не приходит с людей брать по сто двадцать тысяч и больше. В отличие от некоторых полицейских чинов, которые, кстати, на всех углах кричат про честь офицера.

– Что? – отец чуть не поперхнулся. – Это ты о чём?

– Ни о чём, а о ком. О друге твоём, Петре Павловиче. Сколько он дел закрыл за взятки, а? – Агата тоже начала закипать. – Так что не надо мне про мошенничество тут говорить! Ещё скажи, что ты не знал, что он крышует сборщиков налогов или как там называются бандиты, что дань с кафешек собирают? Вы же с ним друзья не разлей вода. Ты не мог этого не знать. И чем всё закончилось? Он просто написал заявление по собственному желанию. Всё! Занавес!

– Ты мне стрелки на Петра не переводи, – взял себя в руки Николай. – Сейчас речь не о нём, а о тебе.

– Сейчас речь о двойных стандартах. То есть, полицейским можно всё: и дела за взятки закрывать, и с простых граждан в три шкуры ни за что драть, и признания выбивать. Как там говорится? «Был бы человек, а статья найдётся»? Так, кажется? Не подскажешь, у кого там, в кабинете плакатик висит: «Кого хочу, того сажаю»? Для одних закон у нас не писан, а других под статью подгоняют. Да, папа? Терпеть не могу лицемерия. – Агата резко встала. – И уж никак не ожидала, что мой отец, который так кичится честью мундира, живёт по двойным стандартам. Спасибо за прекрасный семейный обед!

Она вышла из-за стола и направилась к дверям.

– Мама, всё было очень вкусно. Я потом тебе позвоню, – она послала матери воздушный поцелуй.

После того, как за ней захлопнулась дверь, Николай поинтересовался у жены:

– Это ты ей про Петра рассказала?

– Да.

– Зачем?

– Не надо было? – изобразив испуг, Марина Евгеньевна приложила руки к груди.

– Нет, – сквозь зубы ответил муж, не уловив иронии в её тоне.

– То есть, он может нарушать закон, потому что он власть, ты можешь его покрывать, потому что ты тоже власть и это будет нормально? Главное, что бы всё было шито-крыто, так? А то, что твоя дочка ничего не скрывая, помогает людям, а они её за это благодарят финансово добровольно, это преступление, по-твоему? – Марина сверлила взглядом мужа.

– Марина, мы говорим о разных вещах. То, чем занимается Агата – шарлатанство.

– А то, чем занимается Пётр, это взяточничество и вымогательство! И я полностью согласна со своей дочерью. Ты бессовестный, двуличный лицемер! И я не хочу сидеть с тобой за одним столом.

С этими словами Марина Евгеньевна с гордо поднятой головой покинула кухню.

– А что я, по-твоему, должен был делать? – бросился за ней в след Николай Анатольевич. Жену свою он очень любил и уважал, поэтому ссора с ней никак не входила в его планы. – Вот что? – он догнал жену у дверей комнаты и взял её за руку. – Стучать на него? Пойти и нажаловаться начальству? Так, по-твоему, я должен был поступить?

– Достаточно было просто не водить с ним дружбу. – Высвободила руку Марина. – И отказать от дома. Ты хоть понимаешь, что своим молчанием одобрял его действия? Ты, его друг, даже не попробовал остановить его ни разу.

– Да пробовал я, – уныло сказал Николай, – пробовал. Он мне ответил, что жить на одну зарплату не намерен. И очень удивлялся тому, что я его осуждаю. Он и в милицию-то пошёл для того, что бы властью своей пользоваться.

– Вот и надо было все отношения с ним прекратить. И если ты не можешь ему сказать, что его тут не ждут, то это сделаю я! А то повадился к нам шастать чуть ли не каждую неделю! – продолжала возмущаться она.

– Я скажу ему, Марина. Если честно, мне и самому не очень хочется его в нашем доме видеть.

– Тогда зачем привечаешь?

– Да как-то неудобно ему отказать… вот, скажет, пока служили, то дружили, а как уволился, так и дружба врозь…

– Какая разница, что он скажет… или… подожди… ты как-то с ним повязан?

– Как тебе такое в голову пришло, Марина! – теперь уже возмутился Николай.

– Тогда Петра в нашем доме больше не будет. И давай закончим на этом разговор.

– Хорошо, – согласился он. И добавил просящим голосом, снова взяв жену за руку:

– Пойдём кушать. Остынет всё.

Между родителями мир был восстановлен, а вот с Агатой отец наотрез отказался общаться.

– Пока она не перестанет заниматься обманом населения, я не буду с ней разговаривать, – отвечал Николай Анатольевич на все попытки жены помирить его с дочерью.

Агата тоже не спешила выкидывать белый флаг.

– Раз мой отец считает, что полицейским можно всё только потому, что они – власть, я не собираюсь с ним общаться! Пусть признает своё двуличие, тогда и поговорим! – парировала она.

Упрямством она пошла в Николая Анатольевича. Каждый из них считал себя правым, поэтому холодная война между отцом и дочерью затянулась. Родительские дни по субботам были заменены на дочерние дни по воскресеньям. Теперь Марина Евгеньевна приезжала к дочери на обед. Иногда они выбирались в кафе или кино. Пару раз ходили в театр. И даже побывали в зоопарке. Когда мать заговаривала о примирении с отцом, Агата только отмахивалась:

– Мама, ты же сама прекрасно понимаешь, что пока он считает меня мошенницей, ни о каком перемирии не может быть и речи. Я всё-таки надеюсь, что рано или поздно представится случай доказать ему, что я не шарлатанка, не обманщица, а магия существует на самом деле, хоть он в неё и не верит.

И вот такой случай представился… дааа… поганый, если честно, случай. Так что отцу звонить нельзя. Опять обзовёт её шарлатанкой. Да ещё отчитает за фантазии, что пришли ей в голову в такую рань.

Выход оставался один. Она пойдёт в полицию и… И что?.. Заявление у неё не примут, так как со дня исчезновения тёти не прошло трёх дней. Это она знала очень хорошо. Так же она знала, что, несмотря на такие порядки, в полицию всё равно пойдёт. Агата поняла, что заснуть, как ни старайся, не удастся, вздохнула и пошла на кухню. Варить кофе.

Часть 7 глава 5

– Ты понимаешь, что это чертовщина какая-то? – Караваев, заложив руки за спину, мерил прозекторскую большими шагами. – И отец, и сын умерли одинаково. У обоих вырвано сердце. Мы грешили на Клавдию. Так она мертва. Значит, что?

– Значит, убийца не Клавдия. – Илья полез за сигаретами. – Будешь? – подал он пачку Палычу.

– Клавдии нет, а кто-то продолжает её чёрное дело, – пуская дым в потолок, сказал Антон. – И вместе с этой почившей Клавдией у нас получается четыре трупа с необъяснимой причиной смерти.

– Я сегодня Горынычу доложу. Жаль старика. Только с больничной койки, а тут ему такой сюрприз…

Горынычем между собой опера называли начальника отделения Григория Геннадьевича Харинова. Подполковник был человеком знающим. Ещё стажёром он поступил на службу в их отделение и вот дослужился до начальника. Коллеги уважали его за умение разбираться в ситуации и знании розыскного дела. Перед Новым годом Харинов попал в больницу. Лёгкая простуда обернулась пневмонией, и он почти три недели провёл в больнице.

– Меня тут знаешь, какая мысль посетила? – прощаясь с Палычем, задумчиво сказал Илья.

– Пока нет.

– Надо поспрашивать у наших коллег с других районов. Может, у них тоже есть такие вот потерпевшие. В сводках о таких странностях вряд ли напишут. Мы ведь тоже с тобой скрываем истинную причину смерти.

– Это ты здорово придумал, – оживился Палыч. – Как я сам до такого не додумался?

Илья попрощался с Антоном и отправился в отделение.

…

Открыв дверь, он услышал, как дежурный препирается с какой-то девушкой в норковом полушубке. Остановился, что бы узнать причину спора и заодно полюбоваться стройными ногами посетительницы. Дамочка, похоже, не пешком пришла. Вряд ли она в полусапожках на изящном каблучке и в юбке по колено пробиралась по заснеженным тротуарам.

– А я Вам в третий раз повторяю, гражданочка, что не могу принять у Вас заявление. Понимаете? По закону не могу. Это не мой каприз, уважаемая, – видя, как наполняются слезами глаза девушки, дежурный Курилов перешёл на просительный тон:

– Ну, поймите Вы меня, уважаемая. О! – радостно воскликнул он, увидев Карташова. – Товарищ капитан! Тут вот гражданочка… поговорите с ней.

– И о чём я должен поговорить с гражданочкой? – услышала Агата мягкий голос за спиной. Где-то этот голос она уже слышала…

– Я хочу заявление подать… – обернулась она и встретилась взглядом с высоким блондином в синем пуховике. Он смотрел на неё с лёгкой улыбкой. На его щеках играли ямочки. В волосах блестели снежинки. Она сразу узнала этого молодого мужчину и замерла на полуслове, глядя в его серо-зелёные глаза. «Совершенно такой», – пронеслось в голове, но она тут же одёрнула себя: «Тоже мне, новоиспечённая Ассоль!» И всё-таки привычка взяла верх над благоразумием.

– «Это Вы, поручик!», – невольно сорвалось у неё с губ.

– Поручик?.. Причём тут?.. Подождите… – в помещении тускло светила лампочка, и он в первое мгновение засомневался. – Вы?.. Это же Вы! Та самая девушка из пиццерии!

– Да. «Девушка из харчевни», – сказала Агата и тут же спохватилась: – Простите, дурная привычка цитировать отрывки из кино и книг, – смущённо проговорила она.

– Ну, это не книга. Это, если мне не изменяет память, песня Матвеевой. Так что Вы хотели? Подать заявление? – Карташов шагнул к ней.

– Да, только не принимают…

– Курилов! – Илья посмотрел на дежурного. – Почему не принимаешь заявление у гражданочки?

– Так трёх дней ещё не прошло с исчезновения её тётушки!

– Извините, но лейтенант прав.

– Да знаю я про эти три дня! – сказала Агата и даже ножкой в отчаянии притопнула. – Вы поймите, она не просто пропала. Её убили.

– То есть, Вы хотите заявить об убийстве? – Карташов, как говорят, принял стойку.

– Да… то есть… нет, то есть не совсем… – растеряно пробормотала Агата.

«Что-то мне это напоминает», – мысленно усмехнулся Илья, вспомнив Колбаскину, бормотавшую те же слова.

– Знаете что? В память о нашем мимолётном знакомстве и не выпитом кофе, предлагаю пройти ко мне в кабинет. И кофе попьём, и Вы мне всё про тётю свою расскажете.

– Спасибо Вам огромное, товарищ капитан, – Агата покусывала губу. – Вот уж точно не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь.

– В таком случае, прошу. Пройдёмте.

– Илья, ключ возьми. – Окликнул его Курилов.

– А где Васин?

– Умчался на происшествие. Какой-то чин из таможни богу душу отдал. Смерть, говорят, непонятная…

– Что-то последнее время у нас, что ни смерть, то непонятная, – пробормотал Илья. – Ну, умчался, так умчался. – Сказал он Курилову, беря ключ, и повернулся к Агате: – Пойдёмте со мной.

Они поднялись на второй этаж. Илья распахнул дверь в кабинет:

– Проходите.

Он скинул куртку и повесил её в шкаф.

– Может, разденетесь? У нас тепло.

– Простите, как Вас зовут?

– Илья.

– А по отчеству?

– Илья Иванович… хотя… можно и без отчества. А как зовут Вас?

– Агата. Агата Николаевна Сидякова.

– У Вас редкое имя. Почему Вы не раздеваетесь? Давайте я Вам помогу.

– Можно я не буду раздеваться, Илья Иванович?.. – неожиданно Агата улыбнулась. – Вас зовут, как Муромца…

– Надо же, какие у Вас познания, – слегка удивился Карташов. Он мало кому рассказывал, но отец действительно назвал его Ильёй в честь Ильи Муромца.

– Вот, Ильюшка, вырастишь и будешь людей защищать. Как твой тёзка. – Читая сынишке былины о русских богатырях, говаривал отец, надеясь, что Илья со временем пойдёт по его стопам. Сам отец дослужился в артиллерийских войсках до звания полковника и ушёл на пенсию с чувством выполненного долга.

Но Илью больше привлекало сыскное дело. Мальчишкой он зачитывался рассказами о Пуаро, отце Брауне и, конечно, Шерлоке Холмсе. А когда к нему в руки случайно попала редкая книга Станислава Родионова «Долгое дело», то образ одного из героев романа, Вадима Петельникова, настолько пришёлся ему по душе, что вопрос кем быть отпал сам по себе. Первое время он даже пытался подражать Петельникову, благо и внешностью обижен не был, и с юмором у него тоже было всё в порядке.

– Русские сказки и былины моя слабость, – снова улыбнулась Агата. – Только вот рассиживать времени нет.

– Вы куда-то торопитесь? – Илья внимательно посмотрел на неё. Глаза красные. Веки припухшие:

– Вы плакали?

– Что?.. Нет… Просто выдалась бессонная ночь. – Агата отвела глаза. – Понимаете…

При этих словах Илья совершенно неожиданно для себя ощутил лёгкий укол ревности.

– Простите, но подробности про Вашу бессонную ночь меня не интересуют. – Довольно сухо сказал Карташов. Ещё не хватало тут её излияния слушать, как и с кем она проводит эти бессонные ночи. – Давайте лучше вернёмся к Вашему вопросу.

– Какие подробности? – Агата удивилась столь резкой перемене в настроении капитана. Только что он был учтив и внимателен. Явно обрадовался неожиданной встрече. Разговаривал вежливо и вдруг… Что могло так повлиять на его настроение? Она посмотрела на его насупленный вид и чуть не рассмеялась, поняв, о чём он подумал.

– Ах, вот Вы о чём! Илья Иванович! Я провела бессонную ночь, вернее, половину ночи потому, что с моей тётей случилось несчастье. Как бы Вы себя чувствовали, если бы у Вас умер кто-то близкий? Явно от переживаний Вам было бы не до сна. Ведь так? – она слегка подалась к нему и заглянула в глаза.

Илья смутился под её пристальным взглядом, но быстро взял себя в руки:

– Откуда у Вас такая уверенность, что с Вашей тётей случилось несчастье?

– Просто знаю и всё. Понимаете, она очень ответственный человек. Если обещала приехать, то приедет обязательно. Тем более что она сама позвонила мне и договорилась о встрече. Сказала, что хочет что-то обсудить со мной. По-моему, у неё были неприятности.

Илья заметил, что произнося последние слова, Агата отвела взгляд в сторону. Стоит, вся натянутая, как струна. Губу прикусила. Руки в кулачки сжала.

– Агата Николаевна! Мне кажется, Вы что-то скрываете от меня.

– Послушайте, Илья Иванович! – почти взмолилась она. – Это же дело минут на тридцать! В крайнем случае, сорок. Я Вас очень прошу, давайте поедем в гостиницу «Москва». Тут ведь недалеко. Вам, как представителю власти, скажут, останавливалась у них моя тётя или нет. Я звонила сегодня утром туда. Мне отказались ответить. Сказали, что информацию о посетителях не дают. Если я ошибаюсь, и её там нет, можете назвать меня нервной особой с буйной фантазией. Пожалуйста, – Агата дотронулась до руки Карташова.

– Хорошо. – Илья положил свою ладонь на её маленькую ладошку. – Я пойду с Вами, но при одном условии… – он сделал паузу.

– Я должна рассказать, почему уверена, что с ней случилась беда?

Илья кивнул.

– Можно я расскажу потом. Боюсь, если вы узнаете причину моей уверенности, то просто никуда не пойдёте.

– Договорились. – Карташов слегка сжал её руку и направился за курткой. – Вы звонили своей тёте?

– Звонила и не раз. Ответ один и тот же: «Аппарат выключен или вне зоны действия», а тётя никогда не отключала свой аппарат.

– Всё-таки попробуйте позвонить ей ещё раз. Вдруг повезёт…

«Не повезёт», – подумала Агата, но спорить с капитаном не стала. Набрала номер Лидии и включила громкую связь.

– Понятненько, – проговорил Илья. – Пойдёмте, – указал на дверь.

Они вышли на улицу, и Илья направился к своему старенькому «Форду».

– Илья Иванович! – окликнула его Агата. – Предлагаю ехать на моей. – Сказала она, подходя к «Джипу». – Смотрите, какой снег валит. Дворники не успевают убирать.

– Серьёзная машина. – Илья с интересом осматривал автомобиль. – Шноркель есть… колёса тридцать седьмые… Что, и лебёдка имеется? – указал он на выступающий бампер.

– Имеется.

– Путешествуете часто? – устраиваясь рядом с Агатой, поинтересовался он.

– Не так, что бы часто, но путешествую. По местам силы. – Она дала поворотник и медленно поехала по заснеженной улице.

Часть 7 глава 6

Агата оказалась права. Стоило Илье показать удостоверение, как администратор Марина сразу же посмотрела список постояльцев за последние сутки.

– Так… Вот! Да. Есть такая. Лидия Анатольевна Сидякова. Номер четыреста пятьдесят второй.

– Она сейчас в номере?

– Да.

– Позвоните ей, пожалуйста.

Марина набрала номер и долго держала трубку у уха.

– Не отвечает… Может в ванной?..

– У Вас есть запасной ключ?

– Да.

– Тогда давайте поднимемся к ней в номер. Нам просто необходимо встретиться с Лидией Анатольевной. Она очень важный свидетель по одному делу и нам надо как можно быстрее с ней переговорить.

– Одну минуту.

Администратор отошла от них и позвонила кому-то.

– Сейчас к вам подойдёт Ольга Павловна, начальник смены, и проводит вас в четыреста пятьдесят второй номер.

***

Прежде, чем открыть дверь номера, Ольга Павловна несколько раз громко постучала.

– Открываем? – посмотрела она с сомнением на Карташова.

– Открываем, – кивнул тот.

Они вошли в номер. Сначала Илья, затем Агата и потом уже Ольга Павловна. Лидия лежала в комнате возле стола лицом вниз. Точно так, как увидела её Агата ранним утром. Вокруг головы расплылась огромная прозрачная лужа. Илья, глядя на тело женщины, задумался. Что-то знакомое… Точно! Именно такую картину описал ему Андрей Делин, внук бабы Клавы. Его бабку нашли в луже воды, а вода на поверку оказалась морская… «Господи! Неужели ещё одна загадочная смерть?!» – подумал Илья и выругался сквозь зубы.

– Лидуся! – бросилась было к женщине Агата, но Карташов успел схватить её за рукав:

– Стойте! Можете затоптать следы.

Потом повернулся к начальнику смены:

– Вызывайте полицию, Ольга Павловна.

– Сейчас, – испуганно пробормотала та и вынула телефон из кармана.

Агату била мелкая дрожь. Илья прижал её к себе. Она, оказавшись спиной к лежавшей на полу крёстной, уткнулась ему в грудь и заплакала. Вот, казалось бы, всё знала, а когда увидела, стало плохо. Карташов гладил её по волосам.

– Успокойтесь… ничего уже не изменишь… – негромко говорил он, понимая, что любые слова будут тут не к месту. – Ну, Вы как? Держитесь?

– Да… спасибо… – Агата отстранилась от него.

– Я сейчас, – Илья отпустил Агату и подошёл к потерпевшей. Дотронулся до руки.

– Холодная. Похоже, Ваша тётя умерла давно. Я не судмедэксперт. Точно сказать не могу, но думаю, она мертва со вчерашнего вечера. Пить хотите?

Агата кивнула.

– Минутку подождите. Только не трогайте тут ничего… – он вышел и постучал в соседний номер.

Агата слышала, что Илья разговаривает с каким-то мужчиной. Вскоре Карташов вернулся в номер с бутылкой минеральной воды. Открыл крышку. Подал Агате:

– Пейте.

Агата сделала несколько крупных глотков. Затем протянула бутылку Карташову.

– Спасибо…

– Оставьте себе. Агата Николаевна… Пока оперативная группа едет в гостиницу, может, Вы выполните своё обещание?

Агата с удивлением посмотрела на капитана.

– Вы обещали рассказать, откуда узнали о смерти тёти.

– А… да… я ведьма…

– Что, простите?

– Я ведьма.

– И?.. – Карташов не понимал, какая связь может быть между смертью женщины и тем, что её племянница ведьма.

– Сейчас… я расскажу всё по порядку… – Агата сунула бутылку с водой в карман. Сняла перчатки. Расстегнула шубку. Потёрла виски. – Я проснулась среди ночи от нехорошего предчувствия… нет, всё началось не так… Лида позвонила мне вечером…

– Лида?

– Да, я называла тётю по имени. Так вот… Лида собиралась приехать ко мне сегодня утром, что бы обсудить со мной что-то важное. Я проснулась среди ночи с ощущением… как бы так объяснить?.. беды, что ли… – Агата сглотнула комок в горле.

– Вы знали, что именно она собиралась с Вами обсудить?

– Лида хотела воспользоваться моими способностями, что бы предотвратить опасность, которая ей угрожает.

– Почему она решила, что ей что-то угрожает?

– Женская интуиция. И когда я посмотрела ситуацию на Таро…

– Что Вы сделали? – перебил её Илья.

– Таро… ну, карты такие. Гадальные. Может, слышали?

– Кто же про них не слышал!? Просто я немного удивился: ведьма и Таро… простите. Продолжайте.

– Так вот… когда я посмотрела ситуацию на Таро, то заволновалась не меньше её. Она не ошибалась. Ей действительно угрожала опасность. Смертельная опасность, понимаете?

– Не совсем…

Агата видела, что капитан смотрит на неё с подозрением.

– Я знаю… я говорю путано, но Вы поймите… смерть Лиды для меня такой удар… У неё были какие-то проблемы. Серьёзные проблемы. Я так поняла, что-то по бизнесу. Как я уже сказала, я проснулась от дурного предчувствия… снова посмотрела карты. Расклад был неутешительным… очень неутешительным, но надежда… Вы же понимаете…

– Понимаю. Надежда умирает последней, – сказал Илья и прикусил язык. Не удачное он выбрал сравнение…

– Заснуть я уже больше не смогла. Выпила кофе. Несмотря на ранний час, решила ей позвонить. Услышала эту ненавистную фразу: «Вне зоны действия». Я давно практикую магию. Могу подключаться к информационному полю. К энергетическим потокам. Если Вам, конечно, понятно, о чём я говорю…

– Понятно. Наслышался этой белиберды. С каждого утюга про эти самые потоки. То энергетические, то финансовые…

Он не к месту вспомнил свою бывшую жену, которая не раз говорила ему, что они не совпадают по энергетике, отсюда все их семейные неурядицы и торможения в финансах. Интересно, а с Агатой они совпадают энергетически? Он чуть было не спросил её об этом, но вовремя остановился.

– Да… для Вас это белиберда, но для меня, простите, профессия. Так вот… Свою тётю я знаю давно, поэтому найти её энергетический след в информационном поле мне не составило труда. Тем более что она говорила мне о встрече в этой гостинице.

Часть 7 глава 6 продолжение

– С кем она должна была встретиться? – Илья обернулся вслух.

– У неё появился какой-то поклонник… ну, Вы понимаете…

Вот этого Илья не понимал. Если бы ему понравилась женщина, он бы ни за что не повёл её в гостиницу. Как-то это… пошло, что ли… Хотя, скорее всего, предвзятое отношение к такому месту свидания у него сложилось благодаря профессии.

– Она называла как-то своего друга? Имя? Фамилия?

– Нет. Обещала рассказать всё по приезду. Так вот… Я подключилась к ней на энергетике и увидела… увидела вот эту картину… – указала Агата на тело Лидии. – Я сразу поняла, что Лида мертва, но до последнего не хотела в это верить… продолжала надеяться… – её глаза вновь наполнились слезами.

– Подождите… Почему Вы продолжали надеяться? Разве Вы не способны отличить энергетику живого человека от мёртвого? – проявил некую осведомлённость Карташов.

– Как бы Вам объяснить?.. Я просто не готова была принять её смерть… не хотела верить, что мою любимую тётушку убил какой-то сильный мастер при помощи магии… – увидев, как у Карташова брови поползи наверх от удивления, Агата заговорила быстрее. – Я уверяю Вас, что её убили при помощи магии. В противном случае я легко смогла бы увидеть преступника, а тут даже следа этого киллера не нашла…

Илья смотрел на женщину. Здорова ли она? Или она его специально дурачит, что бы скрыть свою причастность к смерти тёти? Может, сама тётушку убила и теперь морочит ему голову картами да информационными полями? Нет. Не похоже. Вон как расстроилась, когда труп увидела… И потом… Слишком симпатичная. Слишком добрая. Слишком искренняя. К тому же… «Чёрт! Карташов, включи голову! Эту Агату тебе само провидение послало! Вот с кем можно обсудить все загадочные смерти, произошедшие за последнее время!» – подумал он.