Текст книги "Миллионка.Хайшенвей 海参崴 Haishenwai.Книга третья (СИ)"
Автор книги: Ирина Мутовчийская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– Я только сейчас понял. Ты обманула меня? Почему ты сказала, что боишься, если ориентируешься в этом подземелье, как у себя дома?
– Но я действительно боюсь. Но боюсь не людей, которые здесь находятся. Я боюсь крыс. И если я потеряю сознание от страха, кто поможет мне прийти в себя? Если я останусь лежать в обмороке, крысы могут отгрызть мне нос… Гриш, что с тобой?
– Мне что-то стало душно. И закружилась голова. Но ты не обращай внимания. Рассказывай дальше.
– А я уже все сказала. Ой, погоди, я знаю, где сейчас японец с твоей сестрой!
– Откуда? Ведь рядом с нами никто не появлялся!
– Недалеко от нас, в новом тоннеле, большая группа людей. Один из них, наиболее опытный, Павел, кажется, – Лена к чему-то прислушалась, – да, его зовут Павел, пятнадцать минут назад он видел человека, который пробежал мимо их группы. В руках у человека было что-то объемное и тяжелое. Человек дышал тяжело. Павел не успел разглядеть лицо этого человека и то что он нес, но зато парень запомнил направление, в котором бежал мужчина.
– Это он! Бежим!
– Гриша, остановись! Нам его не догнать. Ты, видимо, невнимательно слушал меня. Этот человек пробежал мимо группы, которая находится в двадцати минутах ходьбы отсюда, пятнадцать минут назад!
– Но, Лена, что-то же надо делать?
– Все сделают без тебя. Я же сказала, что у меня здесь много друзей!
– И что же, мы так и будем здесь стоять?
– Нет, зачем же, мы можем подняться на поверхность и подождать там или…
– Что, или?
– Не знаю, понравиться ли тебе второй вариант, но я тебе все-таки скажу про него. Как я уже говорила, в двадцати минутах отсюда находится группа, которая открыла новый тоннель. Если ты не против, мы с тобой пойдем туда и подождем результат там. Ну что, ты согласен? Или помочь тебе подняться на поверхность?
– Я согласен, пойдем к твоим друзьям.
– Вот и хорошо. А по дороге к тоннелю, мне нужно вынуть кое-что из тайника.
– А эти.… Твои друзья… Они не будут против, если ты приведешь меня с собой?
– Они не совсем мои друзья…
– Как это? Ты же говорила…
– Ты опять меня не понял! Все, кто сейчас находятся здесь, внутри, связаны одной невидимой цепью. Мы можем не знать друг друга в лицо, но стоит прислушаться и сразу становиться понятно, знаешь ты этого человека или нет. Друг он тебе или лютый враг.
– Я начинаю что-то понимать, но… Но самое главное, чтобы эти твои друзья, которых, как ты говоришь, не знаешь в лицо… Самое главное, чтобы они помогли забрать мою сестренку у японца.
– Погоди минутку. Гриша, я хочу тебя попросить об одной вещи. Только не подумай, что я тебе не доверяю…
– О чем ты?
– Гриша. Сейчас мне нужно достать из тайника одну бумажку. От этой бумажки зависит жизнь многих людей. Я не хочу, чтобы ты видел, где находится тайник.
– Да я же и так ничего не вижу. Я, как слепой, который идет за своим поводырем.
– Хорошо, Гриша, но ты все-таки отвернись!
– Эх, ты, девчонка! Я тебе рассказал сокровенное! А ты так со мной…
– Гриша, ты не понимаешь! Может случиться так, что незнание сохранит твою жизнь. Твою и твоих близких. Не обижайся, Гриша! Ну, вот и все! Мы можем идти дальше.
– Куда?
– Павел говорит, что идти осталось совсем немного. Сейчас мы повернем к новому тоннелю. Представляешь, его открыли только позавчера. А до этого он стоял закрытый. Может даже… Сто лет! А может и больше!
– Я слышу голоса!
– Это они! Гриша, там что-то произошло! Пойдем быстрее!
– Ой, как светло. Они что, костер зажгли?
– Нет, это что-то другое! Костер не дает такой свет. И на свет фонарика это тоже не похоже!
– Сколько здесь людей!
– Их не так уж много! Это тебе после полной темноты кажется, что их много. Павел мне сказал, что их четыре человека. Он, какая-то девочка, и два японца.
– Японцы? Пусти меня! Я сейчас…
– Это не те японцы. Это мальчик и его дядя. Дядя – ученый, археолог.
– Я вижу только двоих.
– Их трое. Девочка в обмороке. А еще один… Он внизу.
– Что? Разве можно спуститься еще ниже?
– Давай спросим у Павла. А то, таким образом, я скоро разучусь говорить по– человечески! Здравствуй, Павел! Я Елена, а это Гриша. У него похитили сестру!
–Здравствуйте! А мы тут… Извините, там что-то с Токагавой произошло! Гриша, если можешь, помоги нам удержать эту веревку.
– Токагава, что происходит? – прокричал вниз Кенрю.
– Я не знаю. Прошлый раз я легко поднял книгу, а сегодня не могу этого сделать.
– Не свети мне в лицо своей ненормальной рукой, а то я ослепну! Говори дальше!
– Что, дальше? В какой-то момент рука, прикрепленная к книге…Помнишь, я тебе говорил об этой руке?
– Да, помню, помню! Рассказывай дальше!
– Эта рука схватила меня за запястье! Я попытался ее стряхнуть, а она повисела, повисела, а потом отвалилась и рассыпалась в прах. А я начал тянуть книгу за цепь. Но книга вдруг стала ужасно тяжелой! Поэтому, помогайте мне!
– Сейчас, попробуем! – вклинился в разговор Павел. – Тут еще двое ребят пришли. Вместе мы, наверное, справимся!
– А кто там, наверху?
– Парень и девчонка.
– Пусть помогает только парень. Девочке нельзя… Получается! Помогите мне еще чуть-чуть! Ура! Пошло!
– Что? Что там происходит?
– Спускайтесь сюда! Книга исполняла роль крышки люка! И теперь этот люк открыт. Спускайтесь сюда, не бойтесь!
–Все?
–Да! Здесь, в земле, вернее, ниже того уровня, где я стою, какой-то город! Дядя, ты уже здесь? Наклонись, посмотри, ты видишь то же, что вижу я? Город! Сколько же веков он здесь стоит?
– Много, Токагава! – восторженно ответил Кенрю, вглядевшись в неведомый город. – Судя по всему, это таинственный город Чжень. Тайная столица Чжурженьского государства. Его ищут уже много столетий, а он здесь, под ногами у людей.
– Я знаю эту девочку, – вдруг закричала наверху Лена, – ее зовут Си. Она живет в соседнем доме. Вернее, жила, теперь в их квартире живет Васька-морфинист, он только неделю назад переехал из Докторской слободы. Это врач, который…
– Врач? Вот о ком говорил Колька! – встрепенулся Гриша и чуть не выронил веревку, – он просто адрес перепутал! А я на него… Впрочем, чем моей сестренке может помочь сейчас врач? Сначала надо вырвать ее из рук этого…
– Ну, чего же вы ждете, – перебил его Токагава, – неужели вам неинтересно узнать, что там внизу! И кончайте уже тянуть веревку! Вы меня на половинки разрежете!
– Лена? – удивилась Си, придя в себя, – что ты здесь делаешь? А я думала, что это подземелье мне приснилось!
– Нет, мы все здесь. Но здесь не так уж плохо!
– Лена, как там мой папа? Он, наверное, ругает меня? Я все знаю, к нам домой с обыском приходила полиция, а все из-за этого проклятого платья! Вот оно! Показать тебе его? Кто кормит моего папу? Он, наверное, все эти дни сидит голодный?
–Бедная Си, ты же ничего не знаешь!
– Что? Что-то страшное случилось с моим папой?
– Что-то страшное случилось с тобой! Твой папа бросил тебя! Когда пришли с обыском, обнаружилось, что его уже давно разыскивают душеприказчики умершего в Петербурге дальнего родственника и что ему причитается наследство. Недолго думая, твой папа продал вашу квартиру и подался на большую землю.
– Лена, признайся, ты все это придумала? Это все неправда?
– Си, зачем мне говорить тебе неправду? Мы никогда не были с тобой врагами!
– Но и подругами никогда не были!
– Это потому что дорожки наши никогда не пересекались! А ведь мы вполне можем дружить!
– О чем ты говоришь, – горько разрыдалась Си, – как я теперь буду жить? И где я теперь буду жить?
– Давай подумаем об этом, когда выберемся отсюда! А сейчас пошли, посмотрим, что там нашел твой японский друг. Надо посоветовать ему кричать потише. А то еще обвал начнется!
– Лена, – позвал Гриша, спустившийся вниз, – идите сюда! Здесь здорово! Фонарики можете не брать!
– Си, ты как, ногами передвигать можешь?
– Могу, только кушать очень хочется! Все это время мне удавалось кое-что тибрить, когда я ненадолго поднималась на поверхность…
– Ну что же ты молчала? У меня есть с собой хлеб! Правда, немного, и он черствый, но тебе сейчас… Ты сколько дней уже голодная?
– Почти три дня.
–Ну, тогда тебе можно пока лишь чуть-чуть! На, ешь! Через полчаса дам еще!
– Лена! Что с вами случилось? Может кому-то из нас подняться к вам?
– Нет. Мы справимся сами. Через пять минут мы будем с вами внизу.
Токагава спустился на третий подземный уровень первым.
Город был великолепен. Казалось, что его жители уехали куда-то лишь несколько дней назад, и поэтому пустынные улицы только и ждут своих хозяев. Расстояние от второго уровня до мостовой, было очень большим. Веревки не хватало, и поэтому Толи пришлось прыгать. Мостовая была сделана из какого-то пружинящего материала, и поэтому мальчик не ударился. Его только лишь подбросило вверх. Ощущения были не из приятных. Приземлившись, Токагава попытался докричаться до друзей, но купол над городскими домами, как не странно, глушил все звуки, доносящиеся сверху. Успокоившись, Толи начал различать какие-то голоса. Направив руку-фонарь на друзей, которые замешкались наверху и что-то обсуждали, Толи понял, что голоса друзей звучат у него в голове. Удивительно, но когда Толи обратился мысленно к дяде, тот помахал ему рукой и в ответ тихо, но внятно, объяснил ситуацию, сложившуюся на втором уровне. Дело было в том, что кто-то должен был остаться наверху. Но никто не хотел. Тогда решили оставить Лену и Си. Лена бурно возмущалась, но доводы, приведенные мужчинами, в конце концов, убедили ее.
Спуск остальных членов команды прошел благополучно. Посовещавшись, решили держаться вместе и не отходить далеко друг от друга. Дома имели коническую форму и были похожи на юрты. Но юрты величины необыкновенной. Размером, примерно, с огромный храм. Кенрю заикнулся, было, о сходстве домов с пирамидами, но с ним никто не согласился. Двери как таковой не было. Был клубящийся сумрак, закрывавший дверной проем. Впрочем, сумрак тут же отступал, стоило кому-то из людей приблизиться к двери вплотную. Так как фонарики здесь почему-то не работали, единственной надеждой хоть что-то разглядеть был Токагава, вернее, его рука. Немного поспорили, в какой дом войти. Дома, имея одинаковую форму, были все же не похожи друг на друга. Наконец, выбор пал на дом, над входом у которого были выбиты иероглифы, отдаленно напоминающие те, которыми был исписан лист из книги. Убранство дома разочаровало. Посреди огромного зала стоял столик на коротких ножках. А на столе лежала книга. Открыть книгу не смог никто. Хотя пытались все по очереди. Остальные двери были закрыты. Как не пытались-открыть не смогли. Однако было достаточно и той комнаты, в которой была книга. Пространство комнаты подавляло. Выйдя из дома, обнаружили, что руки у всех стали светиться. Свет был не таким интенсивным, как у Токагавы, но постепенно набирал силу. Минут через пять руки у всех налились очень ярким светом.
Путешественники осмелели. Кто-то, кажется Павел, предложил разделиться и осматривать дома по одному. Четыре дома осветились светом, идущим от рук исследователей. Восемь рук потянулись к корешкам книг, лежащих на столе. Четыре рта исторгли вздох разочарования, когда у рук ничего не получилось. Один дом ничем не отличался от другого. Разными были только книги. Разнились они: величиной, цветом, а также рисунком, выдавленным на обложке.
Но едины книги были в одном; не желали раскрываться перед путешественниками.
– Ребята, вы там еще долго? – раздался в голове у Гриши голос Лены, – мне нужно возвращаться назад! Моя мама в большой опасности! Я обещала принести карту быстро, а прошло уже часа полтора!
– Что будем делать? – спросил Гриша у остальных. – Си одну оставлять наверху нельзя. Да и мне нужно что-то решать с сестренкой! Догнать я похитителя не смог, поэтому придется все-таки идти в полицию!
– У нас у всех наверху остались дела, – согласился Павел, – нужно все решить, а потом опять вернемся сюда!
–Я согласен с Павлом, – сказал Кенрю. – Беспокойство твоей мамы, Токагава, чувствуется даже здесь, на расстоянии!
– Ну что же, – расстроено сказал Толи, – раз все решили единогласно, мне ничего не остается, как подчиниться! Но я бы хотел…
– Ребята, – закричала Лена, – да поднимайтесь же быстрей! Тут что-то с Си происходит! Как только я заговорила о том, что надо возвращаться, она вскочила и попыталась спрыгнуть на второй уровень. Я ее оттащила от провала, но она очень сильная, и держать я ее долго не смогу! Поднимайтесь быстрей!
– Мы поднимаемся! – прокричал Павел. – Держись!
– Ой, нет! Ребята, она вырвалась из моих рук и прыгнула вниз. Что мне делать? Си! Си! Подожди меня там внизу, я иду к тебе! Ну что же ты делаешь? Ребята, она собирается спуститься на третий уровень, я уже не успею ее задержать!
– Лена, успокойся, -медленно сказал Павел, – не спускайся вниз! Мы попытаемся встретить и успокоить Си.
Когда девочка спустилась, ее окружили взволнованные друзья.
– Анастасия, ну что же ты делаешь? Мы тут чуть с ума не сошли от беспокойства!
– Си, ты не ушиблась?
– Девочка, нельзя так бездумно рисковать своей жизнью!
– Да кому теперь нужна моя жизнь, – грустно пропела девочка, – у меня на земле оставался один родной человек, да и тот меня бросил, как ненужную вещь!
– Си, ты… Но куда ты идешь?
– Вы наверно подумали, что я сошла с ума, когда решила прыгнуть сюда?
– Что-то похожее пришло нам в голову, но…
– Я абсолютно нормальная! Просто вот уже около часа я слышу, как кто-то меня зовет! А когда вы завели речь о том, чтобы вернуться на поверхность, голос который меня звал, начал плакать. Да так жалобно, как маленький ребенок. Так плакала сестренка, которая умерла, когда ей исполнилось полтора года.
– И куда же ты идешь сейчас?
– К голосу, который меня зовет! Источник голоса находиться вон там, в самом маленьком на этой площади доме! Вы можете пойти со мной, а можете остаться снаружи. Как бы вы ни решили, я зайду в дом и… Какая странная в этом доме дверь!
– Не бойся, Анастасия, заходи!
– Я не боюсь, мне просто неприятно! Может, все-таки, кто-нибудь пойдет вместе со мной?
– Мы все пойдем с тобой! Но не удивляйся, когда увидишь, что там внутри никого нет.
– Как нет? Ведь кто-то звал меня?
– Ну, хорошо! Пойдем с нами. Сейчас сама во всем убедишься!
Путешественники считали, что их здесь, в подземном городе уже ничего не сможет удивить, но они ошиблись. Как только они подошли к дому, туманная завеса, закрывающая дверной проход вдруг осветилась и исчезла. Си вздохнула с облегчением. Путь был открыт. Она даже хотела попросить друзей оставить ее одну, но, поразмыслив, передумала.
Как только они зашли в дом, со всех сторон открылись невидимые раньше заслонки, и зал осветился разноцветными огнями. Си остановилась пораженная.
– Как же здесь красиво! Но кто же меня звал? Я не вижу здесь ни одного человека, кроме нас. Только комната, стол и книга.
– В тех домах, куда мы заходили, все было так же, за исключением того, что там мы были незваные гости. А тебя здесь как будто бы ждали!
– Я думаю, ребята и дядя Кенрю согласятся, если мы не пойдем дальше, – сказал Токагава. – Путь к книге-это только твой путь. И по нему ты должна пройти одна.
– Но вы же не уйдете? – взволнованно пропела Си.
– Нет, мы будем стоять здесь, у входа, – успокоил ее Гриша.
– Ребята, я хочу тоже к вам! – послышался голос Лены. – Но мне надо возвращаться обратно! Кто-нибудь поднимитесь сюда наверх! Я нужна моей маме, а посторожить веревку может кто-то из вас.
Услышав призыв Лены, все неохотно переглянулись, но делать было нечего. Девочка была права. Там, наверху, на земле, она может принести больше пользы, чем здесь в роли сторожа. Прошло несколько томительных секунд, наконец, Гриша сказал:
–Пойду я.
И попросил Павла подсадить его, чтобы дотянуться до веревки. Но помощи Павла не понадобилось. Как только Григорий сформулировал свое желание и поднял обе руки, какая то сила мгновенно подхватила его, и он оказался на первом уровне.
Теперь Лена могла идти, но что-то держало ее здесь.
– Гриша, как бы я хотела, чтобы мы вместе вернулись наверх, но в данный момент, видимо, это невозможно!
– Нет, так дело не пойдет, если тебе грозит опасность, я пойду с тобой. Вот только сейчас передам ребятам, что бы кто-нибудь поднялся сюда, наверх!
– У тебя осталось незавершенное дело, ты же помнишь об этом?
– Не забываю об этом ни на секунду, но ты же убедила меня, что…
– Правильно. Ты должен оставаться здесь и ждать, когда мои друзья сообщат тебе какую-либо информацию о человеке, похитившим твою сестру. Поэтому ты не можешь подняться со мной наверх.
– Но, Лена…
– Не волнуйся, я справлюсь! Мы встретимся очень скоро! И ты расскажешь мне обо всем! А потом мы снова вернемся сюда. И я своими глазами… Все, мне надо идти! До свидания, Гриша.
– До свидания, Лена. Подожди еще секунду! А как я узнаю, что происходит с моей сестрой?
– Не волнуйся! Я предупредила друзей! Когда придет время, они тебе обо всем сообщат!
– Но почему же так долго?
– Один из друзей, который уже полчаса идет за похитителем, ждет походящего момента. Он боится, как бы японец не навредил чем-нибудь девочке.
– Иди, Елена. Ты нужна наверху.
– До встречи.
С тяжелой душой девочка пошла к выходу. Ей не было нужды идти к тому месту, где они с Гришей спустились. Она знала выход, который находился буквально в пяти минутах от того места, где она попрощалась с Гришей. Выбравшись наверх, она тут же заслонилась рукой. Лучи заходящего солнца ослепили глаза. Уши тут же оглушил гомон веселящейся толпы. Праздник Юаньсяо подходил к концу. Пока Лена бежала домой, несколько раз ей преграждала путь толпа, с жадностью смотревшая на представление. Настала кульминация праздника и здесь было все, что бывает на новый китайский год: тайпингу и танцы с фонарями в виде огненного дракона, танец львов, представление на ходулях, танец «лодки на суше».
Лена знала, что вечером люди будут любоваться волшебно красивыми фонарями и многоцветным фейерверком. Многие в этот праздник достают и используют запасы петард, сохраненные с прошлого праздника Весны. В толпе перешептывались, что градоначальник разрешил устроить в этот вечер красочный фейерверк. В ночь на праздник Юаньсяо должно было наступить первое полнолуние в новом году по лунному календарю. Огни фейерверка и зажженных фонариков на фоне круглой луны на небосводе приобретут особое очарование.
Но все это нисколько не занимало Лену. Она думала о том, как объяснить маме причину задержки. И как внушить недоверчивому родственнику, что карта эта подлинная.
Как только Лена вошла в квартиру, ее поразила нехорошая тишина, царящая в комнатах. Но как только она вошла в гостиную, все разъяснилось. Вокруг круглого стола сидели все домочадцы тети Нины, включая и Елизавету. Пьяный Андрей злобно зыркал налитыми кровью глазами и держал пистолет у виска…Сяй – Линь.
– Что ублюдок офицерский, – заорал пьяный, увидев Лену, – обдурить меня вздумала? Всех порешу! Никого не пожалею! Заговор?!!! Вы все…
– Папаня, – вклинился в монолог пьяного Петька, – я за тебя! Не убивай меня!
– Молчи, крысёнок! Знаю я тебя! Кто привел сюда эту Линьку? Сестра твоя, Катька! А ты что мне сказал? Боязно! Иуды вы все! И мать твоя, и ты… Продадите меня, за медный грош, – Андрей заплакал пьяными слезами. – Только и есть у меня верный человек, доча, Катька! Доча, иди сюда, – обратился он к двоюродной сестре Елены, – подержи пистолет у головы этой инородки, а то мне страсть как хлебнуть надо!
– Андрей, может, хватит тебе уже! – подала голос молчавшая до сих пор Нина.
– Ты, дрянь, молчи! До тебя очередь еще дойдет! Это ты во всем виновата!
– Отпусти, Сяй-Линь, – сказала Елена, – я принесла карту.
– Нет. Пока бумажка не будет в моих руках, пистолет будет там, где я сказал! Давай сюда карту.
– Только в обмен на пистолет.
– Дура! Да я тебя придушу без всякого пистолета! Кто ты есть против меня? Пигалица тонкошеяя! И не забывай, здесь еще твоя мамка! А ну-ка, Лизка, подойди сюда, ко мне!
– Мама, не слушай его! Сиди, где сидишь!
– Не слушай его! – передразнил Лену Андрей. – А кого слушать, тебя, дуру? Дуру, которая всю эту кашу заварила.
– Все, мое терпение кончилось, – поднялась со своего места Нина, – Елена, дай мне карту, а ты Катерина – пистолет. Надо заканчивать с этой историей, пока все живы.
– Ты…Ты, выблядок офицерский, как ты, смеешь не слу… шать меня? Я… – Андрей попытался сделать несколько шагов, но сполз на пол там же, где стоял.
– Катя, дай пистолет, – вытянула руку в направлении дочери Нина.
– Нет. Папаня не велел. А ты мне не указ.
– Катерина, я что тебе сказала?
– На, на, подавись, – закричала, девочка, почти швырнув пистолетом в мать, -одного не понимаешь, они теперь будут богатеями, а не мы! Ты посмотри, в чем я хожу! Эта китайка, и то лучше меня одета! А ты все разрушила! Ты специально папаню подзуживала, чтобы он напился! Знаешь же, что он всегда делает тебе наперекор. Пошли, Петька, из дому! Как только батя проснется, он нас всех прибьет!
– А, ты, Елена, – не обращая внимания на вопли дочери, продолжила свою мысль Нина, – давай сюда карту! И марш отсюда, чтобы духу вашего вшивого не было! И китайку свою заберите! Стой! А где клад-то искать? Только не вздумай врать! Я не Андрей, из-под земли тебя достану, если соврешь!
– На острове Попова. Вот, здесь отмечено! Возле этой бухты.
– Ну, смотри, коли врешь…
– Не вру. Мама, одевайся, мы уходим отсюда!
– Что же Нина, – подала голос Елизавета, – мы так и расстанемся врагами?
– А ну, шуруй отсюда, пока цела! К Ленке у меня злости нет, а вот ты…Как подумаю, за кого свою жизнь положил мой брат. … Не забывай, у меня в руках пистолет, и в отличие от Андрея и детей, я знаю, как им пользоваться. Я все-таки дочь и сестра офицера. Так что иди, пока я не осерчала совсем!
– Ну что же, – грустно подвела итог Лиза, – Пусть господь разберется в том, что произошло! А я ни в чем перед тобой не виноватая!
– Пошли вон, попрошайки, – вдруг заорала Нина, и в этот момент стало видно на кого похожа ее дочь, – пошли вон, и больше чтобы ноги вашей здесь не было!
– Мама, ты чего застряла, – вернулась с полдороги Лена, – мало погостила?
– Все, Леночка, я иду!
Улица встретила их мягким весенним вечером. Гулом веселой и хмельной толпы и запахом моря.
– Сяй-Линь, – обратилась, наконец, Лена к подруге, – ты как здесь оказалась?
– Пришла хозяйская дочь, Катерина, и сказала, что ты срочно меня зовешь!
– И тебя не удивило, что пришла не я, а…
– Удивило, а моя мама даже спросила, почему за мной послали Катерину?
– Ну, а она что ответила?
– Что ты занемогла и просишь срочно придти к ней и захватить с собой карту.
– А ты что?
– А я удивилась! Но вида не показала. Я же знаю, что карту ты унесла с собой! И подлинник и две копии.
– На что это ты засмотрелась?
– Сегодня же юань сяо. А я и забыла, целый день училась рисовать иероглиф означающий новый год. Подожди, я хочу отгадать загадку. Ага, я знаю ответ!
– Лена, – удивилась Лиза, – чему это так радуется Сяй-Линь?
– Мама, ты столько лет живешь на Миллионке и не знаешь, что в праздник Юаньсяо можно отгадывать загадки. И некоторые из них проясняют твое будущее. Если, конечно, ты правильно отгадаешь загадку, которую хозяин привешивает к дну фонарика. Но если ты знаешь ответ, то можешь сразу сорвать бумажку и сверить с отгадкой.
– А если правильно отгадал загадку, то получишь небольшой подарок! – захлопала в ладоши Сяй-Линь, – я отгадала. Сейчас хозяин даст мне подарок. Сейчас, сейчас, только разорву бумажный пакетик! Ой, какой красивый треугольничек! Подождите, под одной гранью треугольничка что-то написано. Только мелко очень, не могу разобрать!
– Дай мне, – Елена взяла игрушку из рук Сяй-Линь, – я попробую прочитать. Написано по-русски, я уже сейчас вижу. Да, действительно мелкие буквы. Но… Все, прочла. Это стихи: «Твой дом, ты будешь в нем. А когда уйдешь, силу обретешь!».
– Ничего не поняла. А ты?
– Что-то про дом…Но дом, в котором я живу, совсем не похож на эту пирамидку.
– Что ты сказала? Пирамиду?
– Вообще-то я сказала, пирамидку, но если хочешь, пускай будет пирамида!
– Что же я сегодня уже слышала про пирамиду? Совсем недавно! Вспомнила! Дома, как пирамиды! На третьем уровне дома, как пирамиды! Но этого не может быть. Ты же никогда…
– Да что случилось? Что я такого сказала?
– Сяй-Линь, ты когда-нибудь была в подземелье?
– Только в тот раз, позавчера. Когда тот матрос…
– Нет. Я не про тот случай. Сама ты когда-нибудь спускалась туда? Ну, без меня!
– Ты что? Мне и голову не могло такое прийти! Там так страшно.
– Подожди! Эй, манза, скажи, что это такое ты написал на игрушке?
– Белая госпожа! Пусть Юаньсяо принесет вам… Какой игрушке? О чем речь?
– Сяй-Линь отгадала загадку, и вы вручили ей вот этот маленький подарочек!
– Этот? Но этого не может быть? Я собственноручно укладывал подарки в бумажные мешочки! Ничего похожего среди подарков не было!
– Кто велел тебе написать на пирамидке стишки на русском языке?
– Госпожа, поверьте! Я не умею писать на русском! Говорить могу, но писать…
– Ты лжешь!
– О, Будда! Да что же это такое? Повторяется утренняя история! Только утром стишки были написаны на четырех языках, а сейчас только на русском!
– Мама, Сяй-Линь, пойдемте! С этим китайцем что-то не то!
– Ну что же, Сяй-Линь, дальше наши пути расходятся, но я надеюсь, что ненадолго! Ты понимаешь, что маме о том, что произошло в доме моей тети, рассказывать не надо?
– Иногда молчанье золото. Так говорит моя мама!
– Мудрая женщина твоя мама. Ну, так мы пошли?
– Прости, Лена, я не успела выразить тебе соболезнования в связи с тем, что сгорел ваш дом! А где вы теперь будете жить?
– На улице Посьетской.
– Значит, мы больше не увидимся?
– А ты хотела бы этого?
– Конечно. А еще мне интересно, чем закончиться эта история с картой!
– Для китаянки ты смелая девочка!
– Ты забываешь, что я лишь наполовину китаянка!
– Прости! Значит тебе интересно, чем закончиться эта история? – задумалась Елена.
– Да. Мне очень интересно.
– Ну, хорошо. Давай завтра встретимся возле театра Тяо Миняно.
– А во сколько? – закричала девочка, потому что китайский оркестр, расположившийся рядом с тем местом, где разговаривали девочки, грянул мелодию с утроенной силой.
– В полдень. Все, Сяй, моя мама еле держится на ногах, а нам еще идти и идти. До завтра.
До улицы Посьетской добрались, когда уже почти стемнело. Как и предполагала Елизавета, погорельцев встретили радушно. Двоюродная сестра Лизы долго не уходила из той половины дома, которую выделили для Лизы и ее дочери. О том, чтобы поселить погорельцев в сарайчике, никто даже не стал слушать. Наконец, когда все успокоилось, Лиза впервые за весь день осталась наедине со своими мыслями и с Еленой. Впрочем, Елену, которую поселили в соседней комнате, уже давно не было слышно. Лиза несколько раз позвала дочь, но та не отзывалась. Встать и подойти к дочери не было сил, и Лиза решила все разговоры оставить на завтра.
Если бы у матери оставалась хоть толика сил, и она зашла бы в ту комнату, которую выделили для Елены, то обнаружила бы, что ее дочь и не собирается ложиться спать. Более того, она обнаружила бы, что ее дочери просто-напросто нет в комнате. Лена улизнула из дома через окно уже давно. Но усталость все же брала свое. И поэтому путь от Посьетской до Пограничной показался Елене очень долгим.
Была ночь. Но казалось, что жители Миллионки и не собираются ложиться спать. Веселье только начиналось. Торговцы, разносчики, парикмахеры, все, у кого не было днем возможности принять участие в празднике, вышли на улицы города.
Подходя к входу в катакомбы, Лена понимала, что вряд ли ее друзья до сих пор там, внизу. Так и оказалось. В подземном городе никого не осталось. Все ушли пятнадцатью минутами раньше. Особенно тяжело было увести Си. Она упиралась, плакала и только обещание Токагава, что завтра они снова вернутся сюда, заставило ее покинуть подземный город.
Но вернемся к тому моменту, когда Елена рассталась с Гришей и поднялась на поверхность.
Си сделала несколько шагов по направлению к книге. Тут же появились и выстроились в две линии светящиеся шары. Си не могла повернуть ни в вправо, ни влево. Впрочем, она и не пыталась. Вполне вероятно, что если бы девочка передумала и повернула бы назад или в сторону, то шары бы расступились. Но Си шла вперед. Шары мерцали и переливались в такт шагам девочки. Чем ближе подходила девочка, тем больше они наливались силой и увеличивались в размере. Ребятам, остановившимся около входа, становилось трудновато разглядеть девочку в прорехах между мерцающими шарами. Наконец, Си подошла к книге, и рост шаров остановился. Также прекратилась вибрация. Обложка книги была мертва и безмолвна, но только до того момента, как девочка дотронулась до нее. Тонкие пальчики потянули за корешок книги, и книга ожила. Девочка ничего не успела сделать. Книга все сделала за нее. Она распахнулась на первой странице. Си впилась глазами в то, что увидела на странице, а книга сама решала, что читать Си, а что нет. Что она готова воспринять, а что еще нет. Иногда книга пролистывала целый веер листов. Пять, десять, двадцать листов пролетали перед глазами Си, и только на двадцать первой странице книга останавливалась, успокаивалась и давала Анастасии возможность рассмотреть иллюстрации и прочитать текст. Девочка даже не заметила, когда успела выучить алфавит, на котором была написана книга. Казалось, что это знание было в крови Си, и она знала язык, на котором была написана книга, всегда. Только лишь забыла. А вот теперь вспомнила. Прошло пять минут, десять, пятнадцать. Ее спутники устали стоять неподвижно и стали проявлять нетерпение. Токагава окликнул Си, но она его не услышала. Тогда он попытался подойти к девочке. Шары тут же перегруппировались и сплошной стеной загородили дорожку к Си и книге. Толи был вынужден отступить. За ним попытку прорваться к Си сделал Павел, а потом Кенрю, но их ждало такое же разочарование. Прошло еще минут пятнадцать, как вдруг в голове у ребят раздался вопль Гриши:
– Они нашли ее. Японец связан. А Сонюшку несут ко мне, сюда!
Крик Григория был такой силы, что у путешественников чуть не вылезли из орбит глаза, а шары, висящие в воздухе и чувствительные к малейшим колебаниям воздуха, попадали на пол. Некоторые шары взорвались. Книга захлопнулась, и Си пришла в себя.
–Ребята, – пропела она, – я столько узнала! И все же книга показала мне так мало. Сейчас я попрошу книгу показать мне то, что она пропустила в первый раз! Мне тогда многое было непонятно, а теперь…
– А теперь мы поднимаемся наверх. – Сказал Павел
– Ты, наверное, пошутил? – неуверенно сказала Си. – Как это я могу уйти, когда узнала так мало? Я только в самом начале пути.
