Текст книги "Я назову твоим именем сына (СИ)"
Автор книги: Ирина Шолохова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)
– Как ты относишься к такому предложению? – он снова взял её за руки, поверх локтей, повернул к себе, пристально посмотрел ей в глаза.
– Не знаю, – ответила она бесцветным голосом и зябко повела плечами, – что значит – быть в отношениях?
– Не ходить с другими за ручку, не строить другим парням глазки, не качаться на качельках и так далее.
– Понятно! Эти условия для меня! А для тебя – какие условия? – её взгляд, вдруг, стал жёстким, – для тебя условия более демократичные? Тебе можно то, чего нельзя мне?
– Ну, что ты, крошка, конечно же, нет! Я – только с тобой и больше ни с кем.
Она резко поднялась:
– Проводи меня назад, в корпус.
– Да или нет? Ты не ответила.
Она пошла вдоль берега, в обратную сторону, туда, откуда он её привёл.
– Марго, ты не ответила! – он пошёл следом за ней.
Она на секунду остановилась, повернулась к нему лицом:
– Максим, я не буду с тобой спать! Сразу предупреждаю тебя, чтобы не было разочарований. Попробуй свои чары на другой девчонке.
– А с кем будешь?
– Ни с кем! Я без любви не вступлю в отношения. Тупой, бессмысленный секс – это не для меня.
– Как у тебя всё сложно! Я так понимаю, что прежде у тебя был не бессмысленный секс?
– Нет, – произнесла она и замолчала.
– Что нет?
– Не было, – ответила она просто, – не бессмысленного, ни со смыслом, не было ничего.
– Ты что «нецелованная»? У тебя ни с кем ничего не было? – он подумал, что она может не правильно истолковать «нецелованная», – ты девочка? У тебя никого не было?
– Не было, а если и будет, то только с любимым человеком.
– Меня это радует! Я и не думал, даже не предполагал, что… – он не успел закончить свою мысль.
– Я похожа на распутную девку?
– Почему сразу на распутную! Я этого не сказал, просто ты слишком хорошенькая, чтобы тебя до сих пор никто «не распечатал».
Она дёрнулась, ускорила шаг:
– Всё, Максим, забудем! Каждый останется при своём интересе. Ты – в поисках тупого, бессмысленного секса, я – в поисках любви!
– Получается, что ты противопоставляешь меня и себя! Я – тупой баран, у которого мозгов хватает только на бессмысленную случку, а ты – возвышенная, нежная и утончённая, и не посмотришь в мою сторону. Так?
– Да! Так! – резко ответила она, – иди к Милае, она ждёт тебя!
Максим скрипнул зубами:
– Значит, ты такой даёшь ответ!
– Да! А ты, что думал? Ты мне лапшу на уши вешаешь. А я сейчас растаю от нежных слов и расположусь прямо тут под луной, вся готовенькая! Ага! Сейчас! Размечтался!
– Я понял! – ответил он и замолчал.
Больше они не разговаривали, молча, дошли до её корпуса, встали у крыльца.
– Спокойной ночи! Спасибо за экскурсию! – она поднялась на крыльцо.
– Марго! – окликнул он её.
Она, на секунду, застыла.
– Марго! – произнёс он ещё раз.
Она обернулась: «Что? – безмолвно произнесла она взглядом, – что ты хотел?»
– Не уходи, – произнёс он, – получается, что мы как будто поссорились, выясняя отношения. Не рано ли? Ещё ничего не было, а мы уже выясняем отношения.
Она слегка передёрнула плечами:
– Выясняем отношения? Какая ерунда! Да и нет ни каких отношений, и выяснять-то нечего.
– Может, в комнате у тебя посидим?
– Что? – её глаза округлились от удивления.
– Просто посидим, поговорим. Обещаю не распускать рук. Сама понимаешь, места для этого было больше чем достаточно и, совсем не обязательно, для этого находиться в твоей комнате.
Она раздумывала принять его предложение или нет.
– Спокойной ночи, – грустным, потерянным голосом произнесла она. Зашла к себе в клетушку. Тихонько, стараясь не шуметь, притворила дверь, закрыла дверь на ключ. Не включая свет, скинула верхнюю одежду, натянула пижаму и нырнула под одеяло. Сна не было. Отчаяние вновь вцепилось когтистыми пальцами в её сердце – терзало и разрывало его в клочья, в хлам. Ну, почему, почему она ведёт себя как дура, как сумасшедшая или не вполне нормальная девчонка? «Максим мне нравится? задала она себе вопрос, – ну, конечно же, да! Да! И ещё раз да! Максим мне нравится! – произнесла она вслух шёпотом, сбросила одеяло и села на кровать, обхватив колени руками. – Он предложил дружбу, отношения. А она? Что она ответила: «Ищи тупой, бессмысленный секс!» А если бы ей кто-то сказал такие слова? Всё потому, – снова произнесла она шёпотом, – что он обжимался с рыжей, только поэтому. Если бы этого не было, возможно, всё пошло бы совсем по другому сценарию. Но, сейчас у них с Милкой ничего нет! Он даже не смотрит в её сторону. Недвусмысленно показывает всем, что ему нравится она – Рита, Марго – как он её называет. Вот и сегодня – вызвал на разговор – это о чём-то говорит! Значит, я ему нравлюсь? Я поняла! вдруг, беззвучно затряслась она от смеха, – я всё поняла, у него задето самолюбие: «Как так, МНЕ отказала обыкновенная, пусть и симпатичная девушка!» Вот и вся причина происходящего – у него, тупо, взыграло самолюбие! Ну, и пошёл ты!» – она упала на кровать, натянула одеяло до подбородка, крепко зажмурила глаза. Ей безумно хотелось забыться сном, освежающим, очищающим душу, приносящим безмятежность и спокойствие, обновление, но сна не было. Она снова и снова прокручивала в голове прогулку с Максимом, его слова: «Я же люблю тебя! Неужели ты не видишь?» «Врёшь? спросила она его мысленно. «Ну, что ты, крошка! Это правда! И ты это знаешь! Да?» она, почти явственно, увидела печальный взгляд его глаз. «Да! Знаю!» – ответила она на безмолвный вопрос. Села на кровать, спустив ноги на пол, немного посидела, поднялась, подошла к окну и, резким движением правой руки, отдёрнула штору. Он стоял поодаль от её окна, чуть правее. Тусклый свет луны, с трудом пробивавшийся сквозь клочья поднимавшегося тумана, нечётким контуром вырисовывал его фигуру: он стоял, засунув руки в карманы, покачиваясь с пяток на носки. Вынул руки из карманов, провёл по голове, как бы приглаживая волосы и, вдруг, резко обернулся в сторону её окна. Она растерялась оттого, что он увидел, её наблюдающую за ним из окна и не знала, что делать – задёрнуть штору? Или, может быть, вздёрнуть подбородок, сделав неприступное лицо, задёрнуть штору и отойти вглубь комнаты? Она не успела ничего решить, он подошёл ближе к окну и знаком показал, что зайдёт к ней. Она кивнула, сердце бухнуло, радостно ворохнулось: «Наконец-то, начинаешь совершать адекватные поступки!» Она заметалась по комнатушке – одеться за несколько секунд до его появления казалось нереальным. Она нашла выход из положения – накинула лёгкий, почти невесомый палантин из полупрозрачной ткани. В дверь тихонько стукнули. Дыхание прерывалось. Она открыла, отступила от двери, впуская его. Ей казалось, ещё чуть-чуть и она рухнет без чувств, на пол. Нет, этого не произошло. Он зашёл в комнату, осторожно закрыл дверь, повернул ключ в замке, широко шагнул в её сторону, резко, двумя руками обхватил её за спину и крепко прижал к себе. Во всём мире остались только они вдвоём – он и она! Две песчинки, затерявшиеся в просторах Космоса. «Между нами всё будет! поняла она, и приняла эту мысль, – но, не сегодня! Не сейчас! Сейчас я ещё не готова!» «Почему не сейчас?» – слышала она в стуке его сердца. Он поцеловал сначала в левый уголок её крепко сжатых губ. «Не сейчас! мысленно убеждал, уговаривал он себя, – позднее! Не надо торопиться! Иначе она может испугаться взбрыкнуть и вырваться. Не наседай! – приказал он себе, – больше нежности!» Он осторожно отпустил её:
– Сядем? – он огляделся, кроме кровати со смятой постелью, сесть было некуда.
Она послушно кивнула, отбросила смятое одеяло на край кровати и села, сжавшись в комочек, подобрав ноги под себя. Он сел рядом, но не вплотную к ней, чему она была безмерно благодарна. Он повернулся к ней, уперевшись локтем левой руки в стену. Она сидела, не шевелясь, уставившись в уютно расположившиеся на тёмном полу комнатушки, блёклые пятна лунного света, отважно прорвавшиеся сквозь поднимающиеся за окном, хлопья тумана.
– Марго! – он двумя руками бережно взял её маленькую ладошку правой руки, – всё нормально? Ты в порядке?
– Да! – прошептала она, не отнимая руки.
«Хороший знак, – мысленно отметил он про себя, – сейчас, самое главное, не спугнуть то хрупкое, только-только начинающее зарождаться между ними «нечто» – симпатия, страсть, любовь или всё вместе взятое». Они молчали, как бы оберегая, вынашивая это «нечто», неуловимо объединяющее два юных, в унисон бьющихся, сердца.
– Только ты и я! – повторил он снова, – ты согласна?
Она пожала плечами всё, также пристально всматриваясь в лунные отблески на полу, и произнесла, казалось с усилием. Так и было на самом деле – она заставила себя произнести эти слова:
– Давай попробуем, – прошелестела она еле слышно.
Он отпустил её руку, встал с кровати, пригладил волосы, прошёлся по комнатушке – несколько шагов до двери и обратно. Снова сел рядом с ней.
– А сейчас иди к себе, Максим! Хорошо?
Он резко кивнул, взял её левую ручку горячо и страстно поцеловал её чуть выше запястья. Она вздрогнула, затрепетала от жара его поцелуя. В глазах заплясали лунные отблески – те, что она так неотрывно рассматривала. Она опустила голову, устыдившись своей чувственности, что не укрылось от проницательного взгляда Максима.
– До завтра! – произнёс он, стоя уже в дверях, – закройся! – почти приказным тоном произнёс он.
– А если забуду закрыть дверь на ключ! Что произойдёт? – уже игривым тоном произнесла она, к ней вернулась способность нормально мыслить и разговаривать.
– Произойдёт то, что мне придётся всю ночь сидеть у твоей двери и сторожить тебя.
– От маньяков? – продолжила она тем же игривым тоном.
– От любых поползновений в сторону моей девушки.
Сердце Риты громыхнуло, ускорилось, непослушными ногами она подошла к двери. Он порывисто нагнулся, прижал её к себе и поцеловал пылким, горячечным поцелуем. Выпустил её и вышел, аккуратно прикрыв дверь. Она повернула ключ два раза. Подбежала к окну, через несколько секунд показался его силуэт, он обернулся, махнул ей рукой и быстрым шагом пошёл прочь. А она всё смотрела и смотрела ему вслед, до тех пор, пока туман не укрыл его плотной молочно-белёсой завесой. Она только сейчас увидела полупрозрачный палантин, соскользнувший с её плеч во время их страстного, жаркого поцелуя, распластавшийся на полу точно диковинная птица распустившая веером крылья.
ГЛАВА 5
На следующий день, через сорок минут после завтрака, состоялись соревнования среди отрядов – весёлые старты: «Бег в мешках» – ребята поочерёдно прыгали в мешках определённую дистанцию, кто быстрее, «Змейка» – с завязанными глазами пробежать вдоль расставленных змейкой кеглей, стараясь сбить их как можно меньше, «Стакан с водой» – игрокам команды даётся пластиковый стаканчик с водой, по очереди добежать до стойки, обежать её, вернуться к другим участникам и передать стаканчик следующему, выигрывает тот у кого в стаканчике осталось больше воды, «Капризная ноша», «Не болей», «Кенгуру» и так далее. Визг, хохот, толчея и, наконец, традиционное: «Победителей нет – победила дружба!» Рита в изнеможении «упала» на скамейку: «Я устала до чёртиков!»
– Ребята! До обеда у вас личное время! – сделав руки «рупором», прокричала она. «Похоже, что после нашего вчерашнего разговора, я Максиму стала неинтересна. На завтраке его не было, сейчас тоже нет. И, вообще, сегодня я его не видела». Тёплые ладони закрыли ей глаза. «Максим! – радостно ворохнулось сердце, но тут же разочарованно вздрогнуло, – нет! Это не он!»
– Ритуль! Привет! Это я! Не получается у нас с тобой встретиться нормально, поболтать, посплетничать. Давай сегодня после обеда, в тихий час, встретимся? У меня в личной жизни кое-какие изменения произошли, хочу тебе рассказать поподробнее.
– Видела я твою личную жизнь! На собрании. Это он – твоя личная жизнь?
– Ага, он! А у тебя как? Изменения есть?
Рита пожала плечами, грустно вздохнула:
– Не понятно!
– Ох, Ритка! Ритка! Любишь ты всё усложнять! Уж я-то тебя знаю!
– Не усложняю я ничего, Юль, не хочу я просто так, без любви! Ты же знаешь!
– Да уж, кто – кто, а я знаю! Короче, договорились! Во время тихого часа встретимся? Где?
– Может, у эстрады? – предложила Рита.
– Там открытое пространство, нас будет видно. Давай лучше в беседке, что стоит у питьевого фонтанчика?
Ритке сразу вспомнила откровения Ани – девчонки с тощими косицами, перекинутыми на грудь.
– В беседке нас могут услышать, разросшийся кустарник – хорошее укрытие для обладателей длинных ушей.
– Я тебя умоляю! Кому это надо!
– Потом расскажу, кому это надо! Есть такие – любопытствующие! Возьмём большие полотенца, наденем купальники и пойдём загорать, – Рита указала пальчиком на живописную зелёную полянку, находящуюся поодаль от них.
– О! Точно! Загорать – это дело! Договорились! Пока, Ритуль! До встречи на полянке!
– Пока – пока! – они чмокнули друг друга в щёчки и разбежались, каждая в свою сторону.
Рита , стараясь делать это незаметно, ещё раз осмотрелась по сторонам, Максима не было видно. «Ну, и ладно! Как будет – так и будет!» – решила она и пошла в свою комнатушку. Сейчас у неё тоже есть немножко личного времени. Прежде всего, надо привести мысли в порядок. «Итак, что вчера произошло, отчего у меня так неспокойно на сердце? Вчера он предложил мне быть его девушкой, и я ответила: «Давай попробуем». С моей стороны всё чётко и понятно – он предложил, я согласилась. Не сразу, конечно, но согласилась. Может быть, он подумал, что я специально ломаюсь – набиваю себе цену? А, что если вчера ночью он пришёл к себе – разозлился и решил прекратить отношения со мной? Нет, не думаю. Не похоже. Вчера он казался мне таким искренним, и я поверила, что нравлюсь ему. А, может быть, вчера ночью, после того как Максим возвращался от меня, его «выловила» рыжая ехидина и затащила на себя? С неё станется! Воображение Риты разыгралось: она живо представила как Милка караулит Максима в кустах, выходит к нему: «Какая неожиданная встреча! А я тут гуляю, дышу свежим воздухом, грибы, ягоды собираю, лютики – цветочки. Присоединишься? Пойдём прогуляемся в лесочек за цветами!» – недвусмысленно намекает она ему, улыбаясь губами кроваво-алого цвета. – А, пойдём, прогуляемся! Цветочки пособираем, – он легонько сжимает её за нахально выпирающие, из обтягивающей футболки, груди. Она скабрёзно хихикает, впивается кровавыми губами в его губы и вот они, перемазанные алой помадой, цинично ухмыляясь, удаляются вглубь леса, в буйно разросшийся кустарник. Кустарник трещит, охает от вторжения незваных, бесцеремонных гостей». Рита стряхнула охватившее её оцепенение. Ну, почему ей в голову всегда лезут дурацкие мысли? «Думай только о хорошем! Думай только о хорошем! – внушала она себе, – просто, у него есть другие дела, не может же он целыми днями крутиться около меня». Она вытащила огромную сумку с вещами из-под кровати. Поиски купальника и большого полотенца, на некоторое время, отвлекли её от, навязчиво лезших в голову, противных мыслей. Со дна сумки Ритка вытащила свой новенький любимый купальник нежно – голубого цвета с розовыми цветами на верхней части. А она ещё раздумывала брать его с собой или нет, когда собиралась сюда, в пионерлагерь, жаль было трепать красивый купальник на диком речном берегу. Как бы сейчас она обошлась без него? Позорилась бы в старом линялом купальнике. Рита надела новый купальник, поверх него ярко-голубой сарафанчик, в тон купальника. Всё – она готова. После обеда загонит ребят в корпус – отдыхать: «Можете не спать! – разрешала она ребятам, – пожалуйста, болтайте, рассказывайте анекдоты, можете «ржать» в конце-концов, но не громко, так чтобы вас не было слышно в «резиденции» заведующей лагерем. Короче, чтобы мне за вас не влетело! Ясно?» – «Ясно, Рита! Не волнуйся, будем вести себя тихо и скромно, в обиду тебя не дадим!» – «Договорились! У нас с вами действует закон – ты мне, я – тебе! Закон взаимовыручки, короче!»
– Да, всё ясно – понятно! – согласились ребята, – ты – нам, мы – тебе! Мы тебя не подведём, не беспокойся!
Во время обеда, в столовой, Рита потихоньку, стараясь делать это незаметно, искала глазами Максима – нет, его не было. Длинная худющая фигура жизнерадостно помахала Рите с противоположной стороны столовой, его отряд уже пообедал, они выходили из столовой строиться и идти в корпус. Он подошёл к Рите – нескладный, но такой радостный встрече с ней, что Рите стало немножко совестно того, что она не разделяет его симпатии.
– Марго, привет! Как дела?
– Привет, Максимилиан! Да всё в порядке!
– Чё вечером, может, встретимся? Погуляем?
– Не обещаю, Максимилиан! Не знаю.
– Ладно, вечером видно будет? Лады?
Она кивнула, слегка конфузясь, ну, не хотелось ей обижать Максимилиана. А что делать? Обнадёжить его? Разве это правильно?
– Макс! Макс! – торопили ребята из его отряда, – ты что там застрял?
– А ну замолчите? – рыкнул он на них, – не даёте с красивой девушкой поговорить!
– Макс! Её вчера Максим провожал и около её окна долго стоял! Я видел! – выкрикнул один парнишка и спрятался за головы других ребят.
– Чё правда? – Максимилиан побледнел.
– Да, правда! А, чё? Нельзя? – делая голос нарочито безразличным, передразнила она его.
– Так он же, это! С рыжей жамкается! Ты чё, простила его?
– Максимилиан, даже моему ангельскому терпению приходит конец! Я не обязана перед тобой отчитываться! Иди, тебя отряд ждёт, а я хочу поесть спокойно.
– Ну, и ладно! Чё! – долговязая фигура, ссутулившись зашагала в сторону нетерпеливо ждущих его ребят.
«Вместо ног, у него ходули», – Рита посмотрела вслед нескладной фигуре.
Максимилиан подошёл к ребятам, буркнул недовольным голосом:
– Пошли в корпус, если услышу хоть один звук во время тихого часа – заставлю отжиматься каждого, кто произнесёт этот звук, по сто раз! Усекли?– А девочек ты тоже заставишь отжиматься? – спросила одна из девчонок.
– Да!
– Максимилиан, а почему ты сегодня такой злой? – спросил всё тот же девчачий голос.
– А его Ритка бросила, к Максиму переметнулась, вот он и злится.
– Это кто здесь такой умный? Ты, Сашка? Сто отжиманий после тихого часа.
– За что? – заныл Сашка, – за то, что я правду сказал? Правда глаза колет?
– Щас договоришься! Ещё сто прибавлю. За то, чтобы научился язык за зубами держать. Понятно?
– Понятно! – заныл паренёк, – Макс, ну, пожалуйста, не надо сто отжиманий! Ты же добрый!
– Ладно, – смягчился Максимилиан, – повезло тебе, что я добрый, на первый раз прощаю. В следующий раз пощады не жди.
– Ага! – облегчённо вздохнул мальчишка.
Они подошли к корпусу, ребята разошлись по палатам, Максимилиан задержал Сашку:
– Ну-ка, отойдём в сторонку!
Сашка послушно подошёл – боялся расплаты за болтливость.
– Расскажи, чё знаешь!
– Про Ритку?
– Нет, про титьку! Чё непонятного!
– Ну! – паренёк переминался с ноги на ногу, – в туалет я захотел – поссать, – уточнил он, – ну, поссал, случайно глянул в окно, туман поднимался так необычно – клочьями. Я решил рассмотреть туман, подошёл к окну, вижу Максим стоит, около корпуса, где Ритка живёт и как будто ждёт кого-то. Смотрю Ритка в окно выглянула, он к ней подошёл, они о чём-то поговорили.
– Ну?
– Что ну?
– Дальше чё?
– Не знаю! Я спать хотел сильно, пошёл спать.
– Чё не мог посмотреть, чё дальше было?
– Не-а, говорю же, я умирал – спать хотел.
– Фиговый из тебя, Сашка, Шерлок Холмс получится.
– А кто это?
– Эх! Молодо – зелено! Сыщик был такой, давно очень жил в Англии, в Лондоне, работал в Скотланд Ярде, почитай, интересно!
– Я читать не люблю!
– Зря! Книги мозги развивают! Иди давай! Чё вылупился! В палату, говорю, иди.
– Иду! – Сашка вприпрыжку побежал к ребятам в палату.
«Думай теперь, было чё у них или нет, – раздумывал Максимилиан, – и этот Сашка, нормально не мог сказать чё видел. Максим, может, тоже за Марго подсматривал, когда она раздевалась. А, может, и вообще… чпокнулись! Эх, жизня!» – он с досадой сорвал былинку и нервно жевал её кончик.
– Тьфу-ты! – выплюнул он её, – гадость-то какая! И чё теперь делать? Чё – чё? Вести наблюдение! – Максимилиан задал себе вопрос и сам же на него ответил. – Думаю, не так уж всё плохо. Девка она – кремень! Сам это знаю. Может, он ей предложил или намекнул, или прямо сказал, у него «ума хватит»: «Разрешите Вам впендюрить?» Ну, она-то не из таких – пошлёт его куда подальше!» – решил Максимилиан, – да, наверное, так и было: она увидела его за окном и окликнула. Он подошёл, тупо предложил: «Пойдём перепихнёмся или займёмся любовью – как тебе больше нравится обозначить этот процесс!», – а она в ответ: «Да пошёл ты! Мне Максимилиан нравится, а не ты! И, когда я буду готова – дам ему знать. Поставлю букетик полевых цветов на подоконник. А сейчас проваливай от моего окна, да побыстрее!»
– Да! Точно! Так и было! – Максимилиан произнёс вслух эти слова и окончательно уверился в них.
После обеда Риткин отряд потянулся к корпусу – тихий час.
– Рита, а ты что будешь делать во время тихого часа? – протянула одна девчонка из её отряда, – тоже ляжешь спать?
– Я бы с удовольствием, легла спать, это вам почему-то не спится. Дел много, некогда мне спать. А вы, чтобы мне смирно себя вели! – она погрозила маленьким крепко сжатым кулачком.
– Да, ладно, Рита. Мы же тебе обещали, – послышалось с разных сторон.
– Все по кроватям! И чтобы мне тихо!
Она заскочила в свою комнатушку, схватила пакет с полотенцем и помчалась на поляну – в их с Юлькой распоряжении всего один час, а им так много надо рассказать друг другу и обсудить.
Юлька её уже ждала – выше Ритки на полголовы, чуть шире в бёдрах и в груди, смазливенькое личико с задорно вздёрнутым носиком, круглое лицо, светло-русые волосы. Сплошной купальник выгодно подчёркивал округлости её женственной, уже не девичьей фигурки. У Юльки, в отличие от Риты, уже было и даже не с одним парнем. «Если бы я знала, что это так приятно, я бы давно начала заниматься сексом. А ты когда развяжешь?» «Не начинай! – отвечала ей Рита, – ты знаешь моё мнение, – без любви я не рассматриваю отношения». «Я тоже по любви попробовала со своим первым парнем. Думаешь, только ты одна хочешь, чтобы твой первый раз был только по любви!» – обидчиво поджала губы Юлька при этом, давно уже состоявшимся между ними, разговоре. «Нет, что ты, что ты, Юлька! Конечно, я так не думаю!» «Но, сейчас, когда мы уже давно расстались с моим первым, – продолжила Юлька развивать, задевшую её за живое, тему, – я не ни в кого не влюблена, а секса хочется, что же мне теперь делать? Терпеть до тех пор, пока снова не влюблюсь? А, если я, вообще, никогда в жизни, больше не влюблюсь?» «Ну, не знаю!» – вздыхала Ритка. «Вот именно что не знаешь, а как ты можешь рассуждать о том, чего не знаешь?» У Ритки аргументов не было, поэтому она замолкала. Как говорится: «Крыть было нечем!» Сейчас ей вспомнился тот давний разговор с Юлькой. «Вот и Максим, точно также как Юлька...» – она запретила себе развивать эту мысль, – «Не буду думать об этом, не буду!» – уговаривала она себя.
Юлька расстелила полотенце, легла на него животом, надвинула на лоб кепку с длинным козырьком, укрывающим лицо от яркого солнца. Издали увидев Риту, вскочила на ноги, подпрыгивая на месте, сорвала кепку с головы и помахала, привлекая её внимание. Ритка тоже махнула в ответ и неторопливо подошла к подружке. Расстелила большое махровое полотенце рядом с ней и тоже «упала» на живот.
– Наконец, выбрали время поговорить, – Юлька внимательно посмотрела на подружку, – что случилось? Ты невесёлая! Замученная! Не нравишься ты мне, ну-ка, говори, что произошло.
– А, – отмахнулась Ритка, – у меня как всегда, нет определённости, наверное, это моя карма.
– Слов-то каких она нахваталась! А если попроще, есть у тебя кто-то на примете?
Ритка грустно кивнула:
– Не понятно, как будто да, а может, и нет.
– Ну-ка, ну-ка, давай по порядку излагай.
– А, – нехотя протянула Рита, – расскажи лучше о тебе, что у тебя с этим, она хотела сказать: «С этим белобрысым», но, решив, что Юлька может обидеться, произнесла, – с тем блондинистым парнем?
Юлька обрадовалась, ей нравилось рассказывать о себе, о своих душеных метаниях, о том, что было бы если бы она поступила так, а не иначе:
– Можешь себе представить, – она начала радостно докладывать Ритке о своей жизни, во всех подробностях. – Я только распихала своих архаровцев по комнатам, зашла свою комнатушку, у меня в комнате, представляешь, даже окна нет! – возмущённо воскликнула она. «У меня, слава Богу, есть окно!» – подумала Рита, не перебивая подружку. – Ну, вот, зашла к себе в комнатку, вещи распаковываю, вдруг стук в дверь: «Войдите!» – кричу, думала ребятам что-то от меня надо. Открылась дверь, и в щель просунулась голова парня, я думала ему лет 15 – 16 от силы, белобрысый до невозможности, – Юлька захихикала, покачивая головой из стороны в сторону. – Потом вошёл в комнату: «Меня Юрий зовут!», и молчит, ни здрасьте, ни до свидания. А я в позе «Зю», склонилась над чемоданом, между прочим, к нему «воронкой».
– Да ты что? – охнула Рита и живо представила, как Юлька стоит, склонившись над чемоданом, кверху попой, тут в дверь заглядывает парень и упирается взглядом в её задницу. – О-о-о! – сквозь смех, простонала Ритка, – ну, ты и насмешила.
– Ага! – вторила ей Юлька, – познакомился с моей пятой точкой! Ха-ха!
– Ну, я конечно, распрямилась, нисколько не смущаясь. Это ты бы у нас покраснела до кончиков ушей.
– Это точно! – согласилась Ритка.
– А я ему говорю: «Очень приятно, меня зовут Юлия, я тебя в отряде не видела. Ты, наверное, ошибся, тебе надо в старшую группу, где подростки? – представляешь! – Она толкнула Ритку левым плечом в правое плечо.
– Ха-ха! Ну, ты даёшь! Обидела мальчика, обозвала его малолеткой.
– Не специально же! – Юлька тоже смеялась, – умора! Как вспомню: он стоит весь красный, не знает, что мне ответить. Потом всё-таки взял себя в руки:
– Я воспитатель этого отряда, Юлия! С сегодняшнего дня, ты в моём подчинении.
– Что! Это розыгрыш? – я всё еще не поверила его словам.
– Нет, не розыгрыш! Пойдём! – он вывел меня за дверь и подвёл к другой комнате. На двери его комнаты висела табличка: «Воспитатель Юрий Матвеев».
– О! Юра, извини, пожалуйста, я не виновата, что ты так молодо выглядишь!
– Ладно, извиняю! – он мне в ответ, – но за это, после отбоя, мы с тобой погуляем.
– Вот как! По лесочку погуляем или в твоей комнате, в кроватке? – с издёвочкой, уточнила я.
– А, он? – вытаращила глаза Ритка, – ничего себе, поворотик!
– На этот раз он не смутился – обнаглел:
– Юлия! Я бы не отказался от последнего варианта, он мне больше нравится.
– Как-то ближе к сердцу? – уточнила я у него.
– Ну, да! – он расплылся в улыбке, – Юль, с тобой так легко общаться!
– Ещё бы! – ответила я, – только хотела бы уточнить один моментик!
– Уточняй! – он быстро – быстро заморгал так, будто ему в глаза попала соринка.
– Ближе к какому сердцу – верхнему или нижнему?
– К обоим, – ответил он, но руку, почему-то приложил к верхнему, а не нижнему. Ой, не могу!
Они с Риткой захохотали:
– Вечно у тебя приключения! – Ритка вытерла слёзы, навернувшиеся на глаза от смеха.
– Вот так и закрутилось! Теперь от меня не на шаг. Сама же видела! Да?
– Угу! – кивнула Ритка, – а сейчас как он тебя отпустил?
– Очень просто, сказала, что пошла с тобой загорать в тихий час. Он не может загорать, сразу же сгорает – кожа у него белоснежная, сама же видела!
– Ну! – согласилась Ритка и слегка замялась:
– И что, у вас с ним уже было?
– Ага! Счас! Разбежалась! Я его ещё помурыжу, а там посмотрим!
– Ты же сама говоришь: «Хочешь – не можешь!»
– Ну, милая моя! Это же не воздух, без глотка которого, сразу окочуришься. – Тут тактика нужна!
– Хорошо тебе, Юлька! Ты все эти штучки-дрючки знаешь, а я ничего не знаю!
– Сама виновата, практика нужна. У тебя-то что? Колись? Да поподробнее!
Ритка вздохнула и рассказала со всеми подробностями о Максимилиане, Максиме и даже не забыла упомянуть о Витьке, ставшим известным ей благодаря девчонке Аньке с тощими косицами.
– Ну, всё понятно! – подытожила она, выслушав подробный Риткин отчёт, – мне всё ясно!
– Что тебе ясно? Мне, например, ничего не ясно!
– Я могу высказать своё мнение, подружка? Ты не обидишься?
Ритка, закрыв глаза, помотала головой, она боялась – вдруг, Юлькино мнение будет для неё безумно неприятным.
– Нет, не обижусь! – пробормотала она.
– Мой ответ очень простой и краткий, кстати, я думаю, что ты и сама его знаешь.
– Ну, говори же, Юлька, не томи! Ты меня заставила волноваться!
– Я думаю, что Максимилиану ты нравишься по-настоящему, он, может быть, даже влюблён в тебя. А вот Максиму просто нужен секс в чистом виде, Милка его завела и «От ворот – поворот!». Хотя сейчас, может быть, и жалеет, судя по твоему рассказу. Его это взбесило и он решил тебе «мозги запудрить». «Люблю – не могу! Такой как ты во всём мире не найти! Ты самая лучшая! Ты самая красивая! И если ты мне сию же секунду не дашь, я пойду и утоплюсь! И моя смерть, молодого, красивого и сексуального мужчины, будет на твоей совести!»
– Ой, насмешила! – Ритка рассмеялась деланным смехом, но на самом деле ей было грустно, очень грустно, так грустно, что она вновь почувствовала, как угрожающе ворча, ураган, на время утихомиренный ей, вновь приподнимает голову, чтобы обрушиться на неё со всей накопленной и неиспользованной мощью! «Нельзя!» – крепко – накрепко, мысленно запретила она ему, и немного смягчила условия, чтобы утихомирить его, не дать ему разбушеваться. – «Мы побеседуем с тобой потом, позднее, ночью, когда останемся только втроём – ты, я и подушка».
– Ты шутишь или серьёзно так думаешь? – Рита очнулась от грёз, передёрнула плечами, как бы прогоняя прочь злобное ворчание поднявшего голову урагана.
– Какие шутки! Конечно, серьёзно! На твоём месте, я бы послала Максима куда подальше – к Милке, например, а сама закрутила бы с Максимилианом.
– Но, мне не нравится Максимилиан, Юля! Он, конечно, хороший и очень добрый парень, но не нравится! И что мне делать?
– Пересмотреть свои взгляды! – у Юльки на всё был готовый ответ. – Вот где он сейчас, твой Максим? Сама же говоришь, вчера хорошо поговорили, договорились обо всём. И где он сейчас?
Ритка не отвечая, пожала плечами и перевернулась на спину, подставляя солнцу грудь, живот и ноги. Юлька последовала её примеру. Она искоса взглянула на расстроенное лицо Ритки:
– Ладно тебе, не огорчайся! Если уж очень он тебе нравится, плюнь на всё и закрути с ним. Как будет – так и будет! По крайней мере, если что-то между вами и произойдёт, то хоть с парнем, который тебе нравится! То, что между вами будет секс, я это гарантирую, он всё равно добьётся того, что хочет! Да и, вообще, надо же когда-то начинать! Только не забудь о контрацептивах! Здоровье надо беречь! Есть они у тебя?
