Текст книги "Сердце эльфа, огонь Дракона (сборник) (СИ)"

Автор книги: Ирина Алексеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

Хранители Алассара. Глава 5

Хранители Алассара. Глава 5

Воцарившуюся тишину нарушало только наше едва слышное дыхание и шорох перьев. Мы смотрели на Хранителя, а он с отстраненным видом стоял, скрестив на груди руки, и взгляд его слепых глаз, кажется, охватывал всех присутствующих.

Почему он явился один? По легенде духов никак не меньше тринадцати. Может, у нас слишком маленький круг? И почему он молчит? Разве он не должен что-то сказать? Спросить, зачем его призвали? Выслушать наши желания? И как их озвучивать? Вслух?

Мысли метались в голове с такой скоростью, что никак не получалось ухватиться ни за одну из них. Наверное, зря мы все это затеяли. Я же вообще не верила, что кто-то явится на наш призыв. Это же немыслимо. Рабочий ритуал в сборнике легенд? Как можно было такое допустить? Столько вопросов, и ни одного четкого ответа.

Мой взгляд невольно метнулся к Ронару. Эльф рассматривал нашего гостя со сдержанным любопытством и тоже, судя по всему, не торопился озвучивать свое заветное желание. Особенно в нашем присутствии. Почувствовав мой интерес, лесс Элланд усмехнулся, и я почувствовала себя трусихой. В самом деле, что эта древняя сущность нам сделает? В том, что это не дух, сомнений уже не осталось. Можно в любой момент уничтожить круг и отправить его назад, потому что узор телепорта, напитанный нашей совместной силой, все еще активен.

И все же, что мне пожелать? Возвращение родителей? Да, пожалуйста, пусть они окажутся живы. Потому что новое платье – это необходимо, но к хаффу бал, если есть возможность вновь обрести тех, кто действительно дорог. Или попросить снять с меня проклятие Драконов? Хотя, пока ни одного из них нет поблизости, печать никак не дает о себе знать, и я только со слов бабушки знаю, как это проклятие вообще проявляется.

«Твое желание услышано» – прозвучал незнакомый красивый голос, и я вздрогнула. Судя по тому, как побледнели и заозирались мои сообщники, это была не слуховая галлюцинация. Линии круга вспыхнули, и взметнувшаяся стена полностью скрыла Хранителя, унося его туда, откуда он прибыл. Мой щит развеялся, и почему-то сразу стало понятно, что от этого древнего шанара он бы нас не защитил. В память, что все случившееся было реальностью, к моим ногам спланировало крошечное черное перо. Я подняла его и сжала в пальцах, глядя, как гаснет круг, и рисунок будто впитывается в камни, не оставляя ни единого свидетельства проведенного ритуала.

Эльза отмерла первой.

– Кажется, мне надо выпить, – заявила она дрожащим голосом.

– Поддерживаю, – откликнулась я, потому что и сама была совсем не против как-то снять стресс. И пусть алкоголь для этого не самый лучший способ, но другие мне пока что недоступны.

– И когда это желание теперь исполнится? – спросила Меган, все еще глядя туда, где мгновение назад был Хранитель Алассара.

– Сегодня ночь исполнения желаний, – не очень уверенно ответила моя соседка. – Наверное, к утру исполнится.

– Что ж, посмотрим, – с сомнением протянула аристократка и направилась к выходу. Мы, избегая смотреть друг на друга, потянулись за ней. На душе почему-то было паршиво и как-то муторно, как будто мы не Хранителя призвали, а в грязи искупались. Интересно, часто его так призывают, загадывая свои глупые, низменные желания. И почему он вынужден их исполнять?

Разговаривать не хотелось, и, наверное, это к лучшему, потому что у подножия лестницы нас уже поджидал Драконище собственной персоной.

– И почему я не удивлен? – покачал головой декан под наш синхронный разочарованный вздох. – В мой кабинет. Живо.

* * *

– А рост? Выше среднего? – вопросы пошли по второму кругу, но мы терпеливо отвечали, не смея выказать недовольства. Усталость навалилась внезапно, и мне стоило большого труда не зевать открыто.

– Обычный рост, – ровным голосом ответил Ронар. – Не выше меня.

– И оба крыла? И оба черные?

– Черные.

– Но у шанар белые крылья, – декан прищурился.

– Значит, это был сам Саргатанас, не иначе, – устало пояснил Артур, чем вызвал недовольство декана.

– Скажите мне, адепт Грей, что мешает мне вас всех отчислить? Прямо сейчас. Вы хоть понимаете, что натворили? – вкрадчиво прошипел Драконище, разов растеряв все свое видимое благодушие.

Ответом ему послужила полная, но очень выразительная тишина. Обведя нас всех грозным взглядом, декан неторопливо поднялся со своего места.

– Пошли вон! – рявкнул он, и дважды повторять ему не пришлось. Нам и одного раза хватило выслушать все, что декан думает о наших умственных способностях, и в выражениях он при этом не стеснялся. Да и рычал так, что истинный Дракон мог бы позавидовать.

По дороге в общежитие Эльза где-то потеряла свое желание пить, да и в кабинете декана мы провели достаточно времени, поэтому, вернувшись в комнату, обе упали спать. Несмотря на богатый событиями и эмоциями день, я практически сразу провалилась в сон, потому что утром нам понадобятся силы для объяснения с ректором. Да и к возвращению родителей я должна быть готова как морально, так и физически. Я не думала, как именно это будет. Они просто войдут в дверь комнаты и примут меня в свои объятия? Или моя память изменится, и такого события, как гибель родных, там не будет? В любом случае, я все узнаю утром.

* * *

Первое, что я увидела, открыв глаза, загадочная улыбка Эльзы. Соседка сидела на постели и смотрела в окно.

– Что там? – хриплым после сна голосом спросила я.

– Снег, – она снова как-то странно улыбнулась. – Все сверкает.

– А желание? – спросила я, и мой взгляд неосознанно метнулся к двери. – Исполнилось?

– Не знаю, – эльфийка легкомысленно пожала плечами. – Вставай. Магистр Сильварион вернулся ночью и ждет тебя для воспитательной беседы. Декан тоже там.

На мой вопросительный взгляд Эльза пояснила:

– Он вызывает по одному. Я сразу после тебя.

Протяжно вздохнув, я сползла с кровати и отправилась умываться. Утро, как говорится, добрым не бывает. Даже если перед ним была ночь исполнения желаний.

Архимаг Солнечной Долины пребывал в самом мрачном настроении, мне его таким видеть еще не доводилось. Он кричал, не в силах совладать с бушующими эмоциями, угрожал, а под конец одарил таким уничижительным взглядом, что впору было провалиться в Элизиум прямиком из его кабинета. Из учебного корпуса мы с соседкой вышли ближе к обеду, но наказание нам, как ни странно, так и не назначили.

– Придумала, в чем пойдешь на бал? – без особого интереса спросила Эльза.

Я покачала головой, отчаянно роясь в собственной памяти, но воспоминания, как мне показались, не изменились. Смерть родителей отпечаталась там большими кровавыми буквами, и факт этот остался неизменным. А значит, желание не исполнилось.

– У меня нет ни настроения, ни возможности туда идти, – озвучила я свой ответ, потому что эльфийка на меня не смотрела и жеста моего не видела.

– Ну, как знаешь, – я наконец-то поняла, что привлекло ее внимание. У ворот Академии стоял лесс Ронар Элланд и, видимо, ждал курьера, которых на территорию заведения, как известно, не пускают.

Мысль пришла внезапно. Проверив карманы и обнаружив в плаще единственную серебряную монету, я свернула к воротам. Соседка этого маневра не заметила и продолжила идти к общежитию, готовиться к предстоящему зимнему балу.

– Сбегаешь? – эльф не смог промолчать, увидев меня. – Наконец-то отчислили?

– Если это и было твое желание, то оно не исполнилось, – ответила я, но эльфа мои слова, кажется, вовсе не расстроили. Он и без этого выглядел мрачным. – Иду проветриться.

– Заблудись по дороге, – пожелал мне враг, и я, шутливо отсалютовав ему, покинула двор Академии.

Как знать, Ронар, может, на этот раз тебе повезет.

Хранители Алассара. Глава 6

Хранители Алассара. Глава 6

Дорогие читатели. Эта история была написана в рамках новогоднего литмоба «Табльдот». «Табльдот» – таверна на перекрестке миров, попасть в которую можно только случайно, и только в определенный день, и повстречать внутри гостей из других миров. Или из других книг)

* * *

Чтобы обдумать и разложить факты по полочкам, мне хватило одного круга по району вокруг Академии, а потом у меня начали мерзнуть ноги. И уши.

Но возвращаться в общежитие не было ни смысла, ни настроения. На бал идти не в чем, да и не с кем. Раствориться в темноте и наблюдать за танцующими парами, в очередной раз убеждаясь, что мой удел – одиночество?

Не в этот раз.

Не то у меня настроение, чтобы предаваться жалости к себе. Подумаешь, не сбылось желание. Значит, не так сильно я этого и хотела.

Снег начал падать крупными хлопьями и, накинув на голову капюшон, я поежилась от попавших за шиворот снежинок. Стоять у ворот тоже бессмысленно, лучше пойти туда, где тепло и сухо. Но в Санктуарии, кроме Ария, скорее всего, окажутся и другие знакомые, решившие встретить главный зимний праздник вне стен дома.

Мой взгляд невольно остановился на ярко-освещенных окнах Академии. Там, уже совсем скоро, начнется зимний бал. Тряхнув головой, я упрямо сжала зубы и быстрым шагом направилась прочь от ворот. Нечего мне тут делать. Только душу травить. Можно было бы отсидеться в своей комнате – так ведь Эльза в первую очередь меня там искать будет.

И ведь найдет.

И не успокоится, пока я не явлюсь на это хаффово мероприятие, невзирая на настроение и свой внешний вид.

Дорога вывела меня к центральной площади, и я поспешила скрыться в переулке, чтобы не пробираться сквозь толпу празднующих. Привычно потянув на себя тьму, я скользнула в тень, чтобы остаться невидимой для случайных прохожих. И для неслучайных тоже. Я не знала свою конечную цель, просто шла, надеясь по дороге встретить питейное заведение, в котором можно провести несколько часов до нового года.

Напиться и забыться, как любят говорить адепты. Для этого я просто заверну в первую попавшуюся таверну, даже самую захудалую. Гномий горлодер везде примерно одинаковый.

Снег повалил сплошной стеной, и даже завеса тьмы не спасала меня от холода. Можно было бы развернуть вокруг себя щит, но он точно привлечет ко мне ненужное внимание. К тому же, впереди показалась подсвеченная гирляндой вывеска. «Табльдот» – прочитала я издалека. И что бы это значило? Подойдя к входу, рядом с дверью я обнаружила объявление: «Вход в таверну без трусов, но в маске».

Эээ…

В какой маске? Карнавальной? У меня ее нет, ровно, как и бального платья.

Уже развернувшись, чтобы уйти и поискать заведение с менее нелепыми правилами, я услышала льющуюся изнутри тихую мелодию. Видимо, в «Табльдот» заглянул менестрель с Сумеречного Континента, потому что только там так искренне и нежно любят песню про пьяного китолова[1].

А хафф с ними, с этими правилами.

Наличие на мне белья я никому не дам проверить. Кто рискнет, останется без рук.

Решительно толкнув дверь, я вошла внутрь. В нос мгновенно ударил неповторимый запах приготовленного на огне мяса, приправленного пряными травами. Желудок тут же требовательно напомнил, что ужин мы пропустили, так же, как и обед, но я безжалостно подавила маленький бунт. Напиваться лучше натощак, так быстрее.

К запаху мяса неожиданно примешивался свежий аромат зимних ягод. Оглядевшись, я заметила, что зал тут и там украшали оранжевые гроздья, а в самом центре с потолка свисали несколько веток остролиста. Считается, что встретившиеся под таким украшением непременно должны поцеловаться, и я поспешно миновала опасное место.

Свет в таверне был приглушен, но полумрак для меня не помеха, и я без труда нашла взглядом менестреля. К моему удивлению, это оказался вовсе не эльф, а, судя по всему, человек, сидящий прямо на столе и ласково перебирающий струны старой, потрепанной гитары. Привычно перейдя на магическое зрение, я усмехнулась. Маг. Воздух вокруг него едва не искрился от разлившейся силы, готовой в любой момент сорваться пульсаром с длинных ловких пальцев.

А менестрель не так прост.

На столе рядом с его бедром покоились парные мечи, длинные белые волосы были заплетены в две аккуратные косы, спадающие ему на грудь. Я никогда не видела никого похожего в Солнечной Долине. Наверное, он прибыл издалека.

Закончив петь, мужчина некоторое время сосредоточенно подкручивал колки, а затем, будто почувствовав мой взгляд, поднял на меня свои золотисто-желтые глаза. Совсем не человеческие. Поспешно отвернувшись, чтобы скрыть внезапное смущение, я вздохнула. Подумаешь, просто безумно красивый мужчина с завораживающим голосом исполняет одну из моих любимых песен.

Иди мимо, Кая. Ты здесь не за этим.

К тому же, рядом с ним, подперев голову ладошкой, за столом сидела юная черноволосая красотка, и интуиция мне подсказала, что поет он по большей части для нее, хоть и смотрит в другую сторону.

Помещение оказалось даже больше, чем я рассчитывала, и вокруг было полно пустых столиков, добротно сколоченных и тщательно выскобленных. Я приметила для себя место в углу, лицом ко входу. Там я смогу вовремя укрыться в тени, если зайдет кто-то знакомый. Но, не найдя взглядом ни одной подавальщицы, я сначала прошла к стойке, за которой, невозмутимо протирая стаканы, стоял, видимо, сам хозяин таверны.

После белокосого менестреля меня уже не удивил ни его юный возраст, ни густая шевелюра, выкрашенная в нежно розовый цвет, ни повязка, полностью скрывающая правый глаз, ни кроличьи уши на ободке, украшающие его голову. Возникло сомнение, человек ли передо мной, но магическое зрение не показало ничего необычного в его ауре, хотя инстинкт упорно настаивал, что не все так просто. А я своим чувствам привыкла доверять. Однако пока кроме внешности поводов для опасений особо и не было.

– Темного вечера, – пожелала я, скинув с головы капюшон. – Интересные у вас тут правила.

– Темного, лесса. Вы о чем? – взглянув на меня из-под длинной челки, поинтересовался он.

– О трусах и масках. На мне нет ни того, ни другого. Сойдет?

– Я не против, – усмехнулся хозяин заведения. – Что будете заказывать?

Я снова огляделась. В принципе, с этого места прекрасно просматривается вход в таверну. Забравшись на высокий стул у стойки, я положила на отполированную до блеска поверхность свою последнюю серебряную монетку.

– Гномий горлодер, – решительно ответила я. – Двойную порцию сразу.

Если он и удивился, то вида не подал. Улыбнулся хитро и развернулся к стеллажу с бутылками. Кроличьи уши качнулись в такт его движению. Я повозила монеткой по стойке, безуспешно пытаясь собрать мысли в кучу.

Белокосый менестрель тихо перебирал гитарные струны, не торопясь начинать петь, и в душе росло какое-то непонятное умиротворение. Хотелось прямо сейчас, в этом самом месте, отбросить все свои проблемы и просто насладиться моментом.

В конце концов, несмотря на проклятие и все трудности, которыми сопровождалась моя учеба в Академии, я жива, здорова и у меня есть целая серебряная монета, чтобы отметить приход Нового года так, как я того желаю.

[1] Drunken whaler

Хранители Алассара. Глава 7

Хранители Алассара. Глава 7

Поставив передо мной стакан с толстым донышком, хозяин таверны до середины наполнил его золотистой жидкостью. Решив не тянуть кота за яйца, я сделала большой глоток, и мне стоило большого труда не выплюнуть выпитое обратно. До этого дня мне ни разу не доводилось пить крепкий алкоголь. Только легкое эльфийское вино, а Арий с ворчанием и отеческим неодобрением изредка наливал мне светлого пива, которое варил сам, не доверяя местным пивоварам.

Содержимое стакана огнем опалило глотку и, покатившись вниз – прочие внутренности, а добравшись до желудка, растеклось там жидкой лавой. Я закашлялась с непривычки, на глаза навернулись слезы, и я поспешно вернула на голову капюшон и закрылась рукавом, чтобы хоть немного прикрыть свой позор. Я в курсе, что гномы при изготовлении горлодера не жалеют особого красного перца, и что это лучшее средство от простуды, потому что убивает напрочь всю заразу, но я и подумать не могла, что он настолько ядреный.

Проморгавшись, я украдкой огляделась и с удовлетворением отметила, что мой кашель практически не привлек внимания. Лишь за одним из ближайших столиков две девушки обернулись на меня и окинули таким взглядом, что впору было провалиться.

– Проклятые рудники, – хрипло пояснила я, надеясь, что лицо под капюшоном они в полумраке не разглядели.

Поджав губы, дамочки синхронно отвернулись. Видимо, мой ответ их полностью устроил.

– Не обращайте внимания, – наклонился ко мне хозяин таверны. В его руках снова появилась тряпка, которой он протирал и без того сверкающий стакан. – Впервые пробуете горлодер?

Я кивнула и с сомнением покосилась на свой стакан, уровень содержимого в котором, кажется, даже не убавился. А ведь мне показалось, что я сделала хороший такой глоток. Жжение в животе улеглось, и по телу растеклось приятное тепло. Может, заходит горлодер не очень мягко, но согревает мгновенно, а это стоит пары мгновений мучений.

– Может, предложить вам другой напиток? – хозяин склонил голову, и одно кроличье ушко трогательно повисло, тогда как второе продолжило торчать.

– Не стоит, – отказалась я. – Горлодер идеально подходит для моих целей.

– А что за цель, если не секрет? – заинтересовался мой собеседник, не перестав, однако, заниматься своим делом.

– Не секрет, – хмыкнула я. – Напиться и забыться.

Мужчина понимающе кивнул, его лицо, еще недавно почти мальчишеское из-за озорной улыбки, стало серьезным. Не прикрытый повязкой глаз сощурился, и на миг мне показалось, что он каким-то образом заглянул ко мне в душу.

– Расскажешь? – спросил он тихо, внезапно перейдя на «ты».

Почему нет?

Он меня не знает, я его тоже, и, скорее всего, больше наши пути никогда не пересекутся, уж я-то человека с такой приметной внешностью издалека замечу. Я кивнула и, зажмурившись, сделала еще один большой глоток напитка. Второй, к слову, зашел куда лучше, опалил внутренности, но слезу не выбил.

Менестрель, начавший что-то тихо напевать, как раз дошел до припева.

– Некроманту платите чеканной монетой, чеканной монетой, уооо, – душевно тянул он своим приятным баритоном, и я мгновенно забыла, о чем хотела рассказать, потому что тема в песне была затронута очень уж болезненная.

Кого в первую очередь преследуют храмовники? Некромантов.

Но кто при этом лучше всего избавляет мир от нежити?

Боевые маги, как я, способны только уничтожать последствия. Некроманты же зрят в корень проблемы, видят глубже, чувствуют сильнее. Спасают тысячи жизней, а плата за это – страх и лютая ненависть. И мне бы, наверное, не было никакого дела до такой несправедливости, если бы у меня самой в роду не было магов смерти. Да и сама я, с большой вероятностью, могу быть инициирована как некромант.

Вот и еще кого-то баллада задела за живое.

Высокий беловолосый мужчина одним плавным движением поднялся из-за дальнего столика и направился к менестрелю. Я, продолжая прятаться под капюшоном, украдкой наблюдала за развитием событий, в душе почему-то надеясь на хорошую драку.

Два таких разных мужчины, несмотря на одинаковый, снежный цвет волос. Один широкоплечий, мускулистый, обманчиво медлительный. Второй – поджарый, жилистый, на вид совершенно расслабленный, даже глаза прикрыл, выводя очередной куплет, но воздух между ними ощутимо задрожал от напряжения. И так сразу и не скажешь, кто выйдет победителем, доведись им сойтись в бою.

Девчонка, сидевшая рядом с менестрелем, куда-то пропала. Поравнявшись с исполнителем, беловолосый остановился и, окинув того долгим взглядом, положил на стол пригоршню мелких монет.

– Не Крыжовник, но сойдет, – бросил он, как мне показалось, одобрительно.

Я хмыкнула и улыбнулась, только сейчас заметив, что ждала, затаив дыхание. Менестрель кивнул, поблагодарив за оплату, и продолжил петь. Он проделал это с таким царственным видом, что я невольно восхитилась такой его самоуверенной наглости.

В этот момент в таверну, кутаясь в плащ, вернулась девчонка и со всего размаха налетела на того, в ком я уже без всякого сомнения определила мага. Пискнув от неожиданности, она уставилась на гиганта огромным испуганными глазами, но тот, взяв ее за плечи, аккуратно отодвинул препятствие в сторону и продолжил свой путь, так и не услышав поспешные, сбивчивые извинения.

– Думаю, наши коровы уже достаточно отдохнули, – проводив некроманта долгим взглядом, сказала девчонка. – Пора ехать дальше.

Коровы? Мне не послышалось⁈

Тихо тренькнула струна, когда белокосый менестрель оборвал песню, не допев до конца. С улицы послышался приглушенный шум, а потом ругательство, судя по всему, принадлежащее только что вышедшему некроманту.

– Плотва! – негодовал он. – Uparta klacz! Kurwa! – мужчина окончательно перешел на незнакомый мне язык, и мне осталось лишь догадываться, откуда он здесь такой появился.

Соскочив со стола, менестрель сгреб свое оружие и, взяв девчонку за руку, направился с ней к выходу. Монеты так и остались лежать там, куда их положил некромант. У самой двери маг обернулся и как-то хитро, по-свойски, усмехнулся хозяину таверны, после чего скрылся из виду. Обладатель розовой шевелюры хмыкнул, и уголки его губ дрогнули в улыбке.

Мда.

Спустя еще один глоток стакан, наконец, показал дно. В голове приятно шумело, но останавливаться на достигнутом я не собиралась. Хозяин таверны понял меня без слов, и уже через мгновение янтарная жидкость оказалась на прежнем уровне, а моя серебряная монета перекочевала под стойку. Видимо, именно там хранилась касса заведения.

– Итак, – мужской голос оторвал меня от размышлений. – Я весь внимание.