Текст книги "Инструкция для секретарши (СИ)"
Автор книги: Ирина Пиняева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 18
Марина Глушкова
Вот так дашь слабину в разгар шторма, а потом тебя он же, шторм, и снесет на обочину жизни.
Держась за руки мы забежали в темное полуподвальное помещение, громкая клубная музыка сразу ударила басами по ушам.
В такие моменты отчетливо начинаешь ощущать прошедшее время.
Быть может, это издержки возраста или просто старые привычки уже не действуют, но так сразу захотелось уюта. Залезть в удобное кресло с ногами, укутаться в мягкий плед, взять в руки книгу и погрузится в чтение, а не все вот это. Держало здесь меня одно – крепкое мужское пожатие, ну и бандиты, шедшие по нашему следу. Они словно издевались. Дали нам фору в несколько минут, а затем бросились вдогонку. Мы едва успели скрыться в темном подъезде ближайшей девятиэтажки. Сердце в тот момент бомбило грудную клетку, воздуха не хватало, но я упорно всматривалась в темноту неосвещенных улиц.
Это был типичный ночной клуб. На первом этаже длинная барная стойка из темного лакированного дерева, за ней орудовал уставший бармен. Сквозь дергано двигающиеся фигуры на танцполе виднелись несколько занятых столиков, притаившихся во периметру помещения. На узких балконах с немым любопытством на всех вместе и каждого в отдельности смотрели завсегдатаи этого заведения. С неудовольствием заметила несколько знакомых по старым временам лиц. Быстрыми движениями смахнула несколько прядей на лицо и принялась рассматривать пол. Не очень хотелось бы попадаться на глаза. Алексей, кажется, чувствовал себя более уверенно в толпе, чем я.
– Как у тебя только совести хватило явиться сюда… Да и еще и не одна, – злой и знакомый голос раздался почти над ухом. Алексей среагировал тут же – притянул к себе и приобнял за плечи.
Зачем он это делает? С его травмами вообще не стоит двигаться.
В какой-то момент почувствовала себя пресловутой дворняжкой, которую пинает каждый, кому не лень. И так стало обидно, что я гордо вздернула подбородок и смело, даже нагло, посмотрела в лицо говорившему.
Глава 19
Интерлюдия 2
Июнь был знойным. Я уже успела пожалеть, что не послушалась Алиску и Марка – не взяла с собой солнечные очки. Вот и приходится теперь щуриться и смотреть на мир сквозь слезы, выступившие от ярких солнечных лучей. В отличии от меня Алиса щеголяла в легком платье, в широкополой шляпе, из-под которой выглядывали, покрашенные на этот раз, волосы розового цвета, на губах красовалась широкая улыбка, а быстрый лукавый взгляд легко вводил в смущение прохожих парней. Алиска любила играть, а главное – она знала, как это делается.
В отличии от меня.
Я сегодня надела свою самую гламурную футболку с принтованным котенком, у которого был очень гламурный хвост со стразами. Я со смехом перенесла эту гламурность на всю футболку; серые джинсы с завышенной талией и кеды, куда без них⁈ Алиска меня убалтывала нацепить на себя короткие шорты, и, возможно, это было правильным решение, но я безумно стеснялась своих белых коленей в синих синяках. Куда такая шалопайка, как я, и без синяков? Марк долго смеялся над моими заморочками, но все же мы уже встречались почти полгода.
Рядом шла Маруся, она же Маша, она же младшая сестра Марка.
– Что мы здесь делаем? – капризно надула губы Маруся, она старательно копировала поведение Алисы. Вот только, если у сестры это получалось естественно, то у Маруси нарочито. – Хочу в «Клуб». Там есть лимонад и мороженое.
– От мороженого и я бы не отказалась, – спокойно ответила, помахивая на груди футболкой. Потеть от невыносимой жары и любоваться природой оказалось выше моих сил и выше любви к живому.
– Решено – Марк подтянул меня к себе и громко поцеловал в губы. – Идем под кондюк.
– Идем! – кивнула и мы дружно развернули в сторону клуба, который принадлежал родителям Марка.
19.
Марина Глухова
– Ну? – Маруся стояла словно ферт, балансируя на высоких каблуках.
До меня долетали слухи, что их родители уже отошли от дел и теперь всем здесь заправляет она. Марк? А Марк бросил все и уехал. Трус.
– Девушка, вам чем-то помочь? – Строков плавным движением вышел из-за моей спины, тем самым отодвигая меня в сторону.
– Мне? – почти выкрикнула Маруся. – Мне помочь?
Ее пухлые губы задрожали от возмущения, и она принялась жадно рыскать по помещению глазами.
– Маша, мы немного отдохнем и ты меня больше не увидишь. Дай нам полчаса.
Мой голос прозвучал на удивление спокойно, хотя у меня тряслись поджилки от варианта, что нас могут выбросить на улицу прямо под ноги к Стасу. Быть может, у меня обострилось чувство страха, но я буквально спиной чувствовала, что Они где-то рядом. Если мы выберемся из этой переделки живыми – придется раскошелиться на антидепрессантах.
– Полчаса? – взревела она и бросилась на меня с кулаками. Алексей едва ли успевал меня прикрыть, а я увернуться. От нее явно пахло сладкими алкогольными коктейлями и яблоками.
В какофонии звуков и вспышек света происходящее казалось чем-то иррациональным. Я почувствовала, как ноготь Маши задел мое плечо, но разве это могло меня удивить или обеспокоить. Такая мелочь.
– Маруся, пожалуйста! – выкрикнула я. – Пожалуйста, не надо.
Я бросилась к ней на встречу, что есть сил обхватила поперек талии и крепко прижала к себе.
– Не надо. Пожалуйста… Я не хотела…
В какой момент она прекратила вырываться и смиренно опусти руки вдоль тела.
– Не надо… – слюна во рту стала словно вата, с трудом получалось выдавить из себе звуки.
– Идем.
Подняла взгляд на Марусю – она смотрела не на мена, а на Алексея. Словно что-то уловив в этом взгляде, посмотрела на Алексея. Он стоял согнувшись и натужно ловил ртом воздух, словно его захлестнул приступ удушья. Через мгновение удобно устроилась у него подмышкой, все так же хлюпая наверняка опухшим носом.
– Идем.
Даже не знаю, что подвигло Машу успокоиться, мои слезы или удручающее состояние моего… Алексея, но она отвела нас в сторону, где можно было спокойно перевести дыхание.
Спустя пятнадцать минут нам предоставили аптечку, бутылку водки и закуску с селедкой.
Глава 20
Маруся ловко забросила в каждую стопку по дольке лимона, залила водкой и, не дожидаясь нас, – выпила.
– Нервы ни к черту!
Она стала внимательно следить за нами с таким вниманием, что я инстинктивно подалась ближе к Алексею. Эх, это раньше мне было не занимать уверенности, а сейчас?
Вздернула подбородок и забросила нога на ногу.
– Я нормально, – тихо проговорил Алексей, и у меня стразу отлегло от сердца.
Поймав на себе оценивающий взгляд Маруси, ухмыльнулась одними губами и тоже закинула в себя обжигающий напиток. На голодный желудок не самое лучшее решение, но какое есть.
– И зачем ты к нам пожаловала? – Маруся вновь взялась за бутылку.
В моей памяти она осталась девушкой – подростком, а сейчас передо мной сидит взрослый человек, словно и не она.
Интерлюдия 3.
– Ненавижу тебя! Это все ты! – Маруся бросилась ко мне, со злостью вцепившись в ворот футболки, послышался треск рвущейся ткани.
Я не шевелилась, смогла сделать лишь единственный шаг назад. Кто-то, кажется, местный санитар силой ее оттащил от меня и держал, пока она не успокоилась.
Тетя и бабушка на все это смотрели остывшими, потускневшими глазами. В них не было ненависти, даже злобы, но эти потухшие глаза словно забивали гвозди в крышку моего гроба. Они не простят, да и я себя не прощу.
Нога болела, по шее, щекоча, стекала тонка струйка крови из потревоженных ран. Осознание произошедшего еще не пришло. В голове играла мелодия из словно замершего мгновения жизни.
Скорость была большой, но я ее не чувствовала, мимо смазанными картинками мелькали дома, деревья, светофоры…
– Мариш, ты прости нас! – ласково сказала Алиса так, словно весь мир за пределами салона автомобиля не существовал. Она сидела рядом на пассажирском сидении и ласково поглаживала мою руку на уровне локтя.
Я рвано дернулась, сбрасывая ее ладонь.
– Не трогай меня больше.
Так сказала, словно больше не слова вырывались из моей глотки, а звериный рев. И Алиса послушалась.
– Марин, ну с кем не бывает! Ну правда! – вступил в разговор Марк с заднего сидения.
– С кем ни бывает! – отвратительно истерично прокричала. – Со мной такого не было.
Взор застелила пелена, пришлось моргнуть и я почувствовала, как две крупные соленые капли прочертили ровные дорожки по щекам. Машина вильнула.
В груди горело так, словно туда засунули раскаленую железку и поставили клеймо со словом «предана» прямо на сердце.
Больше года длился наш роман с Марком, я получала от него столько внимания и заботы, сколько никогда не видела всю свою недолгую жизнь. Мы… Я строила мир вокруг нас. Устроилась работать в мастерскую к Василию Юрьевичу, начала зарабатывать на квартиру, в тайне от всех взяла академический отпуск.
Просто уже не тянула все разом.
Доучиться можно и потом…
Просто… Я была счастлива и не видела дальше своего носа.
Просто… нашла кольцо в кармане…
Просто нарядилась, как последняя дура на свидание, куда пригласил меня Марк.
Бросила все, одолжила без спроса машину, чтобы после отвезти моего… Марка не на мопеде, а с комфортом, встретить рассвет где-нибудь на берегу.
«Мы с Алисой теперь вместе. Прости, что тянул с этим разговором, но у нас с тобой нет ничего общего…»
Он взял небольшую паузу, но, видимо ему действительно было, что мне сказать, и он продолжил:
«Ты что-то делаешь и это меня угнетает. Я перестал мечтать. Понимаешь? Если бы не Алиса… Неверное и меня бы уже не было…»
Он говорил что-то еще, но я уже не смогла это слушать.
Оглушенная поднялась и, привычно крутанув на пальце брелок с ключами, покинула кафе.
На крыльце ко мне кинулась Алиса:
«Сестричка, прости!»
Я уже села за руль завела мотор и невидяще уставилась перед собой, покорно сложив руки на руле.
Через мгновение Они уже залезли в салон.
Ну, почему я их не прогнала⁈ Почему⁈
«У нас с Мариком будет малыш…»
Закрыла лицо руками и присела на пол. Зачем мне дальше существовать? Зачем!
Одна вспышка и весь мир разрушен.
Марина Глушкова
Смахнула с себя непрошеные воспоминания. Я уже думала, что достаточно пережила те мгновения, но, видимо, это мой персональный котел, в котором я должна вариться пока не попаду в настоящий ад.
В какой-то момент поняла, что повторила за Машей и сейчас жую лимон, противно отдающий водкой.
– Я долго думала о произошедшем… – задумчиво начала Маруся, но словно одернула сама себя, недовольно поджав губы. – Алиску и ее малыша не вернуть, но не стоило вешать на тебя весь груз ответственности… я чувствую свою вину… за свой юношеский максимализм. Я не знаю как бы поступила в той ситуации, оказавшись на твоем месте.
Я открыли и тут же закрыла рот, не найдя слов. Все во мне кричало: «НО ТЫ НЕ НА МОЕМ МЕСТЕ!»
– Мария, – впервые подал голос Алексей, – раз у нас такой благожелательный настрой – не могли бы вы оказать нам небольшую поддержку. Предоставить возможность укрыться.
«Ну и наглая морда!» – подумала я.
Маша несколько секунд всматривалась в мое лицо, я вызывающе вздернула подбородок.
– Идемте.
Девушка встала и направилась куда-то в сторону. Все же за то время, что я здесь не появлялась, многое изменилось.
Алексей Строков
Мы попали в небольшую, уютно обустроенную комнату. Музыка здесь звучала приглушенно, но все равно в воздухе летала атмосфера беззаботного веселья, которая творилась за этими стенами.
– Располагайтесь.
Мария покинула помещение, спокойно прикрыв за сбой дверь. Я с наслаждением завалился на мягкий и, как оказалось, безумно удобный диван с множеством подушек.
Современный стиль комнаты только подчеркивал приглушенный свет двусторонних светильников, которые загадочно подсвечивали своими лучами темные обои, темную мебель и пятнистые подушки, которые были разбросаны в совершенно непонятном порядке.
Увлекшись ощущением уюта и осмотром помещения не сразу обратил внимание на состояние Марины. Она стояла чуть в стороне, обняв себя руками. Я не смог рассмотреть выражение ее лица, она отвернулась к стене и вся словно словно скукожилась.
«Чертовы бабы! В вечных рефлексах!» – раздраженно мелькнула у меня привычная мысль, постфактум удивившая меня самого, ведь в отношении Маринки она возникла впервые.
– Марин.
– Я нормально, – хлюпнула она носом, но поворачиваться не спешила. Наоборот принялась быстро стирать слезы с лица, а затем и направилась к боковой стене.
Я с удивлением заметил скрытую дверь, за которой пряталась ярко освещенная ванная комната.
– Зайди сюда, пожалуйста, – через долгие пятнадцать минут послышалось приглушенное.
Тяжело поднялся, все тело ныло, словно меня били. Ах, да, еще и стреляли.
– Что случилось?
Пока привыкал к яркому свету, Марина принялась расстегивать на мне рубашку, неловко опуская голову, чтобы я не рассмотрел ее заплаканные и покрасневшие глаза, зато мне отчего-то были хорошо видны припухшие покусанные губы. А когда ее пальчики пробежались по моему прессу пришлось, от греха подальше, отступать и ловить ее руки в свои.
Глава 21
Алексей Строков
– Я бы на твоем месте не рисковал, – неуверенно попытался отшутиться и тут же поймал ее задумчивый взгляд.
Она усмехнулась и продолжила теперь с нагловатой улыбочкой на слегка припухших губах расстегивать пуговицы. Снизу вверх.
Что за тараканы в голове у этой женщины?
Я уже не мог скрыть свою заинтересованность, она вполне четко демонстрировала себя, сквозь мягкую ткань штанов.
Эта чертовка бросила на меня еще один лукавый взгляд – все она видела, – и прикусила губу, затем, хватившись за ворот рубашки притянула к себе и прильнула всем тело. Я так явно ощутил все изгибы ее тела, что пришлось прочистить горло прежде чем наклониться и прошептать.
– Мне уже гораздо легче… Еще парочку таких волшебных прикосновений, и я буду абсолютно здоровым.
Она мне ничего не стала отвечать, лишь ее руки потянулись к шнуркам на брюках. Они были связаны намертво и ей пришлось повозиться. Почувствовал, как начал дрожать от любовного перенапряжения.
Осторожно обхватил плечи девушки, с удивлением отметил, что она так же дрожит.
Она прижалась сильнее, задрала свой острый подбородок. Мне ничего не стоило нагнуться и ее поцеловать, но я отчего-то оттягивал этот момент, пока она не поцеловала меня сама.
Это было очень напористо. В какой-то момент я вывалился из этой реальности и провалился в омут с ощущениями.
От девушки пахло мылом, ее волосы мокрыми спиралевидными сосульками холодили лицо и шею.
Ее вещи поддавались на удивление легко, словно сами скатывались с аппетитных форм, пока она не осталась в тонкой свободной маячке.
Мы медленно отступали к стене, где-то в стороне шумела вода в душевой кабине, воздух от этого становился влажным и парким. Капли влаги прилипали и к и без того влажной коже.
Толчок, и я едва не взвыл оказавшись под ледяными струями воды. Как только пришел в себя увидел хохочущую девушку за пределами водяных струй.
– Тебе надо освежиться, – сквозь смех выдавливала из себя слова эта провокаторша.
Нащупал ручку крана и чуть отрегулировал температуру, теперь струи казали обжигающими. Раны щипали, но не критично.
– Иди сюда! – резкий выпад и она оказывается под одним душем со мной.
Удачно это, что в этом клубе есть такая комната, где можно укрыться от всех невзгод.
Маринка не перестала смеяться только теперь поплотнее прижалась ко мне, прячась от воды.
Наш общий смех теперь слился.
Стоило нам немного отпустить ситуацию, как веселье стало казаться неуместным и само по себе угасло. Поймал себя на том, что уже несколько минут просто стою и поглаживаю кончиками пальцев Маринку по спине.
Можно так простоять вечность, уютную вечность.
Но эта неугомонная вновь не дала насладится этим умиротворяющим моментом – засуетилась. Принялась стаскивать с меня оставшуюся одежду. Делала это очень медленно, осторожно и эротично. Ткань ее одежды намокла и облепила контуры тела так, что я не мог оторвать взгляда от маленькой, но задорно торчащей груди. Кажется она вся бы поместилась мне в рот… А тонкие белые хлопковые трусики казались намного откровенней любого кружева. Жар ударивший в голову после этой визуальной фантазии уже не мог затмиться ничем.
Бок ныл, мышцы болели, правую руку мне было тяжело поднимать, но разве я мог сейчас думать об этом.
Марина Глухова
Руки тряслись, когда я медленно стягивала его одежду.
Где он получил столько синяков. Правое плечо было почти черным. Левый радовал, выглядел более-менее здоровым и еще множество ушибов и порезов.Захотелось сесть и заплакать, пришлось закусить губу и продолжать свое дело.
Со штанами получилась заминка: никак не получалось справиться с намокшими шнурками. Не долго думая, наклонилась и попробовала развязать узел зубами. Только в процессе, когда шнурок уже поддался, поняла в каком положении очутилась.
Резкий рывок вверх и я оказываюсь прижата к сильному телу, без шанса на отказ. Да и разве я хотела отказываться⁈
Куда делась моя маячка – не заметила, но откинулась на плитку от волнами пробегающих по телу мурашек.
Алексей старательно втягивал мою правую грудь в рот, а левую перекатывал между большим и указательным пальцем. Я лишь могла приглушать стоны, закусив губа и неловко ерошить его волосы или судорожными пальцами сжимать влажные плечи.
Хватит! – вскрикнула я, уже после нескольких мучительно приятных минут.
Алексей не сразу оторвался от груди, чтобы посмотреть на меня. Его ловкие пальцы все же не прервались, а продолжили ласкать меня между ног прямо сквозь промокшую ткань трусиков.
Мне остановиться? – Алексей удивленно поднял брови. Его зрачки были широкими, и весь он был…ум… сам секс.
– Хватит заниматься ерундой!
Быстро наклонилась и потянула его на себя и горячо поцеловала.
Он попробовал приподнять меня на руки, но тут же зашипел от боли и опустил.
Я притворно печально вздохнула:
– Что поделать с вами, с инвалидами…
Стянула трусики, она упали на пол странной скрученной тряпочкой, и развернулась к застывшему Алексею. Потерлась об его выпирающее достоинство попой.
Почувствовала, как его руки прошлись вверх от поясницы вдоль спины и остановились на шее, довольно сильно притягивая меня к себе.
Все ощущения были обострены. я чувствовала его полностью.
– Я так тебя хорошо чувствую, – прошептал он и поцеловал меня за ухом.
Глава 22
Неловкость! Какая глупость!
Мы с Алексеем сидели полуобнявший на диване, перебирая пальцы друг друга. Я осторожно опиралась на его здоровое плечо.
Справедливости ради, надо отметить, что мы уже были одетыми и слегка разморенными после нашего недолгого( не в укор Алексею, тут скорее я торопилась), но умопомрачительного секса. Хотела бы я повторить? Этот вопрос крутился у меня в голове на репите. Черт возьми, да! Да! Да! Да!
Прикрыла глаза, чтобы немного успокоиться и прогнать нахлынувшие, теперь уже фантомные, ощущения, от которых поджимались пальцы на ногах. Собственно, только ими я и не побоялась пошевелить.
– Это было только раз… – тихо и максимально уверенно проговорила. – Меня по-прежнему не интересуют менеджеры среднего звена.
Ласки Алексея на мгновение прекратились, послышался смешок, но затем он продолжил все также нежно поглаживать мою кисть.
– Да, только раз. Меня тоже мало интересуют девицы в поисках состоятельных папиков.
Отчего-то после его слов стало немного обидно, что пришлось приложить усилия, чтобы остаться на месте.
А что я собственно переживаю? Эти правила игры мы приняли оба. И нас это устраивает.
– Хочешь я заберу тебя с собой, устрою к нам в офис.
Его голос звучал глухо, так, что у меня не получилось понять: какие эмоции он испытывает.
– Думаешь эта ситуация так просто разрешиться? – я осторожно подняла на него глаза.
– Думаю, да. Немного отдохнем, а затем попробую еще раз дозвониться до службы безопасности. Пусть поднимают этот город на уши сами. А нам и здесь неплохо, верно?
Он нагнулся ко мне, подхватив двумя пальцами за подбородок, и легко поцеловал в губы. Не ожидая такой нежности – замерла, глядя ему в глаза.
К нам осторожно постучали, вырывая меня из наваждения.
– Входите, – крикнула и, выпутавшись из мужских объятий, села прямо. Независимо.
– Я вам поесть принесла.
В комнату прошла молодая официантка и осторожно поставила на приземистый журнальный столик поднос с разными закусками.
– Спасибо, – я улыбнулась незнакомой девушке.
– Напитки там, – она указала на встроенный шкаф.
– Спасибо, – на этот раз ответил Алексей. – Подскажи, как тебя зовут?
– Соня, – подсказала девушка.
– Соня, можно ли взять телефон?
– Я могу свой дать, – девчонка быстро достала из кармана смартфон и передала его Алексею.
– Вот спасибо тебе, – улыбнулся он, взяв телефон, прошел в ванную комнату и прикрыл за собой дверь.
Через какое-то время время к нам долетел его приглушенный голос. Неужели у нас… у него все получится.
На тарелках лежали типичные закуски: гренки, сыр, мясная нарезка. Взяла одну сырную палочку и бросила взгляд на мнущуюся у порога девушку.
– Присоединяйся.
Девчонка не стала отказываться и подсела, подхватив одну из гренок, забросила ее в рот.
– Так набегалась за день, – пробормотала она.
– Вот и отдохнешь.
Строков вышел из ванной комнаты довольный, с улыбкой на все лицо.
– Маринка, я дозвонился. Еще немного потерпим, и весь этот кошмар закончится.
Я с трудом растянула губы:
– Как здорово!
Алексей удивленно вздернул брови и, кажется, что-то хотел спросить, но его перебила Соня.
– А можно мне телефон, а то меня там, наверное, потеряли.
– Держи. Спасибо тебе.
Девушка забросила в рот еще один сухарик и, помахав мне рукой, покинула помещение.
– Садись перекуси.
Алексей все такой же довольный собой плюхнулся на сиденье и тут же поморщился.
– Нет, так я еще не могу, – он хохотнул, держась за бок, и удобно вытягивая длинные ноги.
Мое же настроение упало ниже плинтуса. Все же хорошо. Нас спасут.
Сжала кулаки и подняла с писклявым возгласом: «Ура!»
Алексей прищурился всматриваясь в мое лицо:
– Все хорошо?
Пришлось выдохнуть и выдавить из себя вымученную улыбку.
– Все хорошо. Просто устала.
– А-а-а… – начал было, но я поторопилась скрыться в ванной комнате.
Включила воду в надежде, что ее шум меня немного взбодрит.
– Ну, что ты!
Побрызгала в лицо прохладной водой, похлопала по щекам.
В голове крутилась одна мысль, что все закончилось.
В зеркале напротив отражалось бледное, осунувшееся лицо, с впалыми щеками и огромными уставшими глазами. Сама себя не узнала, если честно. Еще раз, посильнее, растерла и пощипала щеки. Теперь на них виднелись нездоровые красные пятна.
– Черт!
Сильно стукнула ладонями по краю раковины.
– Марин, все хорошо? – Алексей аккуратно постучал в двери.
Ну, что ему неймется?
– Все отлично, – нарочито задорно ответила.
Оторвалась от раковины, энергично расправила волосы, кончиками пальцев подпушила у корней и, задрав подбородок, с улыбкой открыла дверь.
Строков не ожидал такого напора – отшатнулся.
– Ну, – протянула. – И когда к нам нагрянет помощь?
– Четыре часа… К утру будут здесь.
– Отлично! – бросила легкомысленно и быстро прошла мимо к дивану. – Успеем поспать.
Подняла с пола одну из подушек, подсунула под голову, свернулась калачиком и прикрыла глаза.
Голова немного кружилась. Немного кружились мысли и чувства. Мне не нравились эмоции, которые мной завладели. Я словно паниковала и боялась одновременно. Отвратительное состояние.
"– Ты… ты… во всем виновата, – кричала тетя.
Они с бабушкой стояли прижавшись друг к другу возле свежей могилы. Мерзлая земля вперемешку с опавшими листьями, на краях рытвин покрытая первым инеем хрустела под моими ботинками. Я хотела придти после всех, чтобы проститься в одиночестве. Мне не с кем было разделись свою скорбь.
Две ссутулившиеся темные фигуры почти слились с местностью.
Они меня заметили.
Тетушка резко дернулась, но бабушка ее удержала на месте, меня коснулись лишь эти несколько болезненных слов.
Неожиданно фигуры тети и бабушки начали испаряться, а я стала плавно приближаться
– Ты… ты… во всем виновата, – кричала тетя.
Они с бабушкой стояли прижавшись друг к другу возле свежей могилы.
Мерзлая земля вперемешку с опавшими листьями, на краях рытвин покрытая первым инеем хрустела под моими ботинками. Я хотела придти после всех, чтобы проститься в одиночестве. Мне не с кем было разделись свою скорбь.
Две ссутулившиеся темные фигуры почти слились с местностью.
Они меня заметили.
Тетушка резко дернулась, но бабушка ее удержала на месте, меня коснулись лишь эти несколько болезненных слов.
Неожиданно фигуры тети и бабушки начали испаряться, а я стала плавно приближаться
к могиле.
Меня ослепил свет фар.
– Я забрала твою жизнь, а ты отняла мою.
Повернула голову и уставилась на Алису. она была призрачно бледной с посиневшими губами.
– НЕТ!"
Подскочила на месте, не сразу понимая, где очутилась.
– Марина? – Алексей коснулся моей руки, я машинально выдернула.
По коже еще бегали мурашки, а руки дрожали.
– Все… все… хорошо! – прошептала и осторожно села на место.
Зажала ладони коленями, стараясь их согреть. Ощущение одиночества вновь накрыло с головой. Меня бил озноб.
– Ну чего ты?
Алексей подсел рядом и положил горячую ладонь поверх моих ледяных рук. Я перевела на него удивленный взгляд.
Все никак не получалось сбросить с себя послевкусие кошмара.
– Сон плохой, – я поежилась.
– Ну чего ты? Я же рядом.
Он подсел ко мне еще ближе и приобнял за плечи, прижав к себе крепко.
Моя голова удобно устроилась на его плече.
Верить мужским обещаниям – наивно и глупо.
– Рядом, – повторила его слова. – Просто сон неприятный приснился.
Прикрыла глаза, но спать больше не хотелось.
