Текст книги "Инструкция для секретарши (СИ)"

Автор книги: Ирина Пиняева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава 10

Марина Глушкова

Что-то произошло между нами, по сути, совершенно чужими людьми. Словно невидимая нить натянулась и больше не отпускала. Конечно, я могла все свалить на свою объемную фантазию, – и нить, и напряжение, – но чем больше мы проводили друг с другом времени, тем чаще я стала ловить на себе его долгие и вдумчивые взгляды.

А к вечеру у Алексея поднялась температура, и мы были вынуждены выбираться из своей, как оказалось, надежной норы и отправляться на поиски лекарств.

С машиной мне помог сосед, у которого в гараже пылилась старая «Волга». Василий Юрьевич был старожилой этого дачного поселка и, как многие местные жители, проживал здесь на постоянной основе.

Мне было лет девять, когда я впервые познакомись с ним. Ох, и долго ныло мое ухо после этого знакомства – Василий Юрьевич старательно мне его покрутил за ободранную яблоню. А Алиска стояла в стороне, нервно сминала края нежно-розового платья и скромно просила его: «Дяденька, отпустите Марину. Она не виновата. Это я. Я сломала ветку!» Но кто бы поверил этому маленькому ангелу с двумя огромными голубыми бантами и такими же голубыми глазами. А я? Я носила исключительно пацанские джинсы и заношеные до состояния марли футболки. Так что уши, как правило, трепали мне, а я в отместку трепала всем нервы. Но потом все помеялось местами. И злой сосед стал моим соратником на долгие годы юности. И от этого было еще тяжелей видеть разочарование в выцветших из-за прожитых лет глазах.

Помявшись на знакомом крыльце, все-таки постучала в дверь.

Где-то послышалось недовольное бормотание и скрип. Я, как на яву, представила Василия Юрьевича, который медленно поднимается с продавленного кресла, следом за ним на пол падает шерстяной плед, он разворачивается и, привычно прихрамывая на правую ногу, идет к двери, за которой замерла я.

– Долго же пришлось тебя ждать, – укоризнено, после минутной заминки, проговорил пожилой мужчина, и сразу отступил в сторону, пропуская меня.

И я прошла. Разные смутные чувства одолевали меня, что разбираться какое из них пребладает – попусту терять время. Я выбираю радость, пусь это будет она.

– Я говорил твоей тетке и теперь говорю тебе: не стоит винить себя во всех грехах.

Он прошел вперед к небольшому буфету и открыл дверцу доставая конфетницу с мармеладом, который я терпеть не могу.

– Не стой, – отвлекся он от своего занятия. – Щелкни чайник.

Я подскочила с места и понеслась исполнять поручение с такой скоростью, словно услышала выстрел спортивного пистолета на старте.

Чайник закипел быстро, все это время Василий Юрьевич расставлял на небольшом журнальном столике тарелочки с вареньем. Они все были настолько аккуратными, словно взяты из картины какого-то советского художника и выставлены на обозрение. Казалось, Василий Юрьевич только и ждал, что к нему кто-то придет, раз так быстро организовал стол.

Чаем я занялась самостоятельно. И это у меня получилось довольно ловко. Все лежало на своих привычных места, как и тогда, когда я почти поселилалась у этого нелюдимого мужчины.

Мы сели напротив друг друга и взяла в руки по чашке пускающего пар чая.

– Ну и где ты была, что не навещала старика? – укоризнено протянул Василий Юрьевич.

Я обомлела от такого вопроса. А он ждал, что я буду навещать? Никогда непокидающее меня чувство вины вновь напомнило о себе ядовитыми словами. Они, слова, были неоправданны и несправедливы, но настолько тяжелы, что удержать их в себе я не смогла.

– Не думаю, что меня здесь кто-то ждет. Мне было некогда, да и сейчас я довольно сильно тороплюсь.

– Все еще винишь себя в произошедшем?

Мои руки, в которых я держала чашку горячего чая, затряслись. Чай едва не выплюснулся на пол, едва не ошпарив меня.

– А разве я не виновата? – с вызовом посмотрела на мужчину, который, казазалось, завел этот разговор из праздного любопытства.

– Твоя вина в этом тоже есть.

«Тоже» – я едва не вскрикнула. Да она полностью на мне!

– Не заводись так, – спокойно произмес он.

Но меня уже было не остановить. Я подскочила на ноги и направилась к выходу. Какое же теперь чувство преобладало? Страх? Боль?

– Марина! Постой!

Я замерла у самой двери.

Василий Юрьевич подошел со спины и протянул мне зеленый кубик мармелада.

Осторожно забрала сладость.

– Я не хотел тебя обидеть или… что-то поставить в укор.

– Поняла.

А я не хотела звучать обиженой девочкой, но только горечь отчетливо прозвучала и осталась послевкусием на языке.

Василий Юрьевич усмехнулся:

– Знаю. Приходила-то что?

Я уже заснула мармелад в рот, он раздажающе лег сахаром на зубах – терпеть не могу мармелад.

– Машину попросить, – глухо произнесла, понимая насколько неуместно это звучит.

Василий Юрьевич ответил не сразу.

– Ты села за руль? – наконец, выдал он.

– У меня не было выхода, – произнесла с ощущением полной обреченности.

Потупила глаза. Странно и циклично проходит время. В моменты, когда моя жизнь находится на волоске – я всегда оказываюсь за рулем. Земля делает очередной круг – а я возвращаюсь к тому же, от чего бежала.

– Ну, и правильно. Будет в тебе толк, – кивнул он.

Рукой потянулся в ключницу, которая висела возле входной двери и имитирова часы с кукушкой, ловко выуживая оттуда ключ от «Волги».

– Возвращайся, Марин. Поговорим.

Сжав кркпко ключ я неуверенно кивнула, а затем так же неуверенно приобняла его за широкие плечи.

Глава 11

Марина Глушкова

Алексей дышал тяжело и глубоко, но упорно делал вид, что чувствует себя превосходно. Старался шутить, но это получалось у него из рук вон плохо. Я же была настроена серьезно и решительно и просто игнорировала больного.

– Давай пошустрей! Иди на выход и ложись на заднее сидение, чтобы тебя никто не видел.

Алексей медленно двинулся к выходу, я провожала его внимательным взглядом. Стоять может, – значит все не так плохо.

Сама принялась накручивать на голову небольшой пятнистый платок, который нашла в тетушкиных закромах, чтобы скрыть свою приметную шевелюру, остальная моя одежа состояла из черных лосин и широкой черной футболки, Алексею достался наряд из дядиного гардероба – темная футболка и видавшие лучшие времена брюки.

По мне, так мы смотрелись довольно органично – молодая семья дачников, не хватает только парочки шаловливых и вечно лезущих повсюду ребятишек.

Когда я вышла из дома, Алексей уже устроился на заднем сиденье. Места ему явно было мало, но потерпит. Бросила ему мягкий плед, пусть устраивается. Наше путешествие обещает быть недолгим и, возможно, неспокойным.

Мы, словно на катере по узкому руслу речки, плавно маневрировали между плотно жавшимися друг к другу домам. Машина шла ровно, но зная Василия Юрьевича, лучшего инструктора по вождению в прошлом, – иначе быть и не могло.

Алексей Строков

Плохое самочувствие преследовало меня где-то с полуночи. Легкое недомогание и озноб не давали нормально уснуть, приходилось прикладывать усилия, чтобы не издавать шум. Будить эту авантюристку не было никакого желания.

Если с самого начала она меня интриговала своей внешностью, затем раздражала своим взбалмошным характером, восхищала силой духа, то сейчас стала просто бесить.

Видеть ее не хотелось, от слова – совсем. Как можно быть такой…? Как можно вообще настолько любить деньги и не ценить себя. Или ценить себя, но в денежном эквиваленте. Да, второй вариант более правильный.

Мысль, что эта девчонка продалась, кружила голову не хуже, чем алкоголь. Злой и беспощадный. Я знаю много подобных историй, но еще ни одна не вызывала у меня такого бешенства. Быть может, от этой глуши я ожидал большего.

Перед самым рассветом я не выдержал и поднялся. Мокрая майка противно прильнула к телу, а в горле пересохло. Глоток воды казался наилучшим из благ.

Ноги отказывались слушаться, но я упорно шел к раковине. Искать в потемках кружку не было ни сил, ни желания – и я бросился к раковине.

Досадное шипение воздуха донеслось из крана, стоило лишь подставить под него ладони.

– Что ты делаешь? – донеслось возмущенное со спины.

В блеклом свете рассвета, который просачивался в дом сквозь тонкие занавески, возник силуэт мелкой фурии. Волосы торчали в разные стороны, растянутые вещи мешком висели на худых плечах.

– Погано выглядишь, – вынесла вердикт, после минутной заминки Марина. – Иди ложись, я принесу воды.

Маринка чем-то зашуршала в шкафах. У дивана мы оказались в одно время. Я – запыхавшийся и весь покрытый испариной, Марина с большим бокалом в одной руке и градусником в другой.

Стоило мне забрать бокал и сделать глоток, как я почувствовал будоражещие прикосновения, – ловкие девичьи пальчики пробежались по моей спине и торсу. Воду получилось проглотить – спасибо моей сдержанности, но пришлось сделать шаг назад, плюхнуться на диван и прикрыться покрывалом.

– Да ты весь пропотел!

Марина ловко выхватила опустевший бокал из рук, с глухим стуком отставила его в сторону на столешницу. И наклонилась ко мне. Тонкие руки скользнули по моей талии и обхватили полы футболки, дернули вверх.

Застряли…

Ее дыхание так явственно ощущалось на моей коже, упругие груди задевали мое плечо, – что я мысленно вознес хвалу всем богам, что сижу.

– Раз… – Марина дернула прилипшую майку, и теперь едва не свалилась полностью на меня.

– Черт! – вырвалось у нее, но она поспешно отпрыгнула от меня и, как-то зло, проговорила: – давай сам. Не маленький.

– Да я и не просил, – парировал и ловко стянул футболку сам.

А Глушковой уже и след простыл.

* * *

В следующий раз я заметил, как она быстро выбежала из дома, неаккуратно хлопнув входной дверью.

Глава 12

Марина Глушкова

Крадучись, по-другому не сказать, мы проехали весь путь от дачного домика до небольшого районного городка. Казалось, что удача наконец повернулась к нам лицом.

Я рискнула и рванула прямиком в аптеку, где когда-то работала моя одноклассница. Очень смышленая и безотказная девчонка. И на этот раз она не подвела.

И, самое главное, она по-прежнему работала в этой самой аптеке. И если раньше она была простой практиканткой, то сейчас она стала заведующей. Тот случай, когда человек сразу нашёл своё место.

– Боже! Марина! – воскликнула она. – Когда мы с тобой виделись в последний раз⁉ Сейчас и не вспомню.

Она немного отпрянула, словно страдая дальнозоркостью, щурясь, начала меня осматривать.

– Ну, ладно тебе, – растянула губы в ненатуральной улыбке.

– Да-а-а-а… Сколько лет, сколько зим! – она засмеялась грудным смехом.

Мне с самого начала показалось, что я зря сунулась к ней. Стоило ступить на порог, как в меня прилетел довольно высокомерный взгляд. О, думаю, зря я сюда явилась за помощью.

– Проходи, проходи… Я как раз планировала попить кофе.

Вика, наконец, выпустила меня из своих крепких объятиев и широким жестом развернула ко мне спиной.

– Вик, я же не просто так.

Она тут же сбавила обороты и даже немного покачнулась.

– Марин, если ты хочешь меня попросить о чем-то, то лучше не надо, – она развернулась ко мне и прямо посмотрела в глаза.

– Что… Что ты имеешь в виду? – запинаясь переспросила. В голове мучительно прокручивая варианты: как наши преследователи могли выйти на Вику?

Вика подхватила меня под локоть и потащила мимо витрин и стойки продавца прямо в небольшой кабинет, который был расположен в стороне от торгового зала в глухом коридорчике. Таблички на дверях не было, но когда мы попали внутрь помещения по обстановке стало понятно, что это кабинет. Вика меня усадила на небольшой диванчик, скромно приткнутый к стенке у окна, напротив плотно друг к другу стояли четыре стеллажа, в которых в неведомом для меня порядке помещалось бесчисленное количество разноцветных папок. Стеллажи традиционно для аптек были белыми со стеклянными дверцами. Ощущение, что я попала на ковер к директору школы, а не в гости к некогда близкой подруге накатило мгновенно, стоило только плюхнутся на жесткое и скрипящее сидение.

– Твоя тетя приходила ко мне, – донесся вкрадчивый голос Вики. – Она предупреждала, что…

Вика, обычно прямолинейная как натянутая струна, замялась. Мне же неожиданно стало очень любопытно, что же она пытается с таким трудом мне сказать.

Едва ли я могла скрыть горькую ухмылку, когда увидела испуг в глазах подруги. Платок, повязанный на голове, стал душить и я принялась нервными движениями развязывать узел под подбородком. Получилось наудивление споро.

– Вик, – поморщилась, – давай говори прямо. У меня очень мало времени.

– Доза. Ты пришла за дозой.

Ее голос теперь звучал привычно – размеренно и спокойно.

– И ты мне ее не дашь? – как же хотелось просто рассмеяться.

– Не дам.

– И это тоже тетя попросила? – я откинулась на жесткую спинку дивана, сразу скрестив руки и забросив нога на ногу.

– Твоя тетя просила тебя даже на порог не пускать и гнать как бешеную собаку, – она закатила глаза, словно припоминая все дословно.

– Отчего ж не прогнала?

Вика до этого стоявшая у окна, грациозным движением своего довольно грузного тела села рядом и положила руки на мои бедра. Ее ладони были всегда горячими, сколько я ее помню, но сейчас они казались обжигающими.

– Я же вижу, что тебе сейчас очень сложно. Как я могла так, да и кем бы я была после этого. Мы же дружили…

Она замолчала и, кажется на этот момент сказала все, что хотела.

Я тоже не знала, что сказать. Но у меня было совсем другое дело. А то, что Вика расковыряла дела давно минувших дней – я это уже пережила и даже мыслями не хотела в них возвращаться.

– Вик, не заморачивайся!

Теперь уже я накрыла ее ладони своими ледяными. Это были искусно смонтированные эмоции, но из настоящих во мне бушевали только негодование и обида. Я лгала сама себе, что все забыла, смирилась, но в глубине души негодовала: как так? В один момент все от меня отвернулись, даже те, кто ничего не знал. И Вика ничего не знала, но уже сделала свои выводы. Быть может, эти выводы и были правдивыми, но… мы же дружили. Разве можно так, раз, – и все перечеркнуть.

Люди вокруг мне доказали, что можно. А чем я хуже?

– Вика, – чуть сжала ее руки, – не переживай. Я пришла к тебе не за, как ты там сказала, дозой. Мой друг попал в очень неприятную ситуацию…

Подруга явно не ожидала такой резкой смены темы разговора и, кажется, в итоге облегченно выдохнула.

Этот короткий разговор измотал и ее и меня.

Строков старательно растягивал губы в улыбке, когда выбирался из автомобиля. Храбрился.

– Очень приятно познакомится с подругой Марины, – он принялся рассыпаться в вежливых словах так, что Вика покраснела до самых кончиков волос. А я силилась не закатить глаза. Хотя в чем-то он нам помог – немного разрядил обстановку.

У вас такие чуткие руки… Ой! – пискнул Алексей, когда тонкая игла воткнулась в вену на внутренней стороне локтя.

– Вот и молодец, – спокойно проворковала Вика.

Алексей, кажется, покорил ее полностью.

Я стояла в стороне, старательно удерживая каменное выражение на лице. Мне такие комплименты он не отвешивал, когда я тащила его от летящей в пропасть машины или когда кормила.

Да если бы не я…

Какой раствор Вика ему вводила не представляю, но через какое-то время Алексей начал нести откровенную чушь.

– Вика, а расскажите мне что-нибудь о Марине…

Он уже прикрыл глаза и с максимальным удобством расположился на том самом диване, на котором ранее сидела я. Одна его нога была согнута и свисала на пол, другая была задрана по подлокотник, Вика где-то нашла подушку и старательно, максимально удобно для пациента, подсунула ему ее под голову.

– О Марине? – она бросила на меня быстрый не читаемый взгляд. – Может, проще спросить ее саму.

– Да она ничего не рассказывает, лишь делится своими планами по завоеванию мира богатых мужчин.

– Пф… – это уже я не смогла сохранить спокойствие.

Алексей же так и лежал с закрытыми глазами, Вика сидела рядом на небольшом табурете с мягкой сидушкой и контролировала подачу раствора. Со стороны эта парочка была похожа на немую сцену: «я и доктор».

Вика, на мой взгляд, как-то излишне заботливо держала Алексея под руку, удерживая ее в правильном положении, он же как-то излишне расслабленно выглядел в этот момент.

Тьфу ты. Захотелось развернуть и выйти, оставить их одних. Так бы и поступила, если бы не их занятный разговор.

– Богатых мужчин? Не особо это на нее похоже, – к моему удивлению, Виктория с видимым интересом поддержала беседу. – Она скорее наоборот раньше любила сирых и убогих, – на последних словах она гортанно хохотнула.

– А-а-а… – протянул Алексей, а затем приоткрыл один глаз и, глядя из-под длинных ресниц, иронично спросил, теперь уже у меня напрямую. – Значит, Аркаша все же был в твоем вкусе?

– А как могло быть по-другому, – безразлично пожала плечами, хотя самой хотелось выдернуть подушку из-под его головы и придушить хорошенько, чтоб неповадно было лезть ко мне в душу.

Глава 13

«Интерлюдия 1»

– Алиска, кончай дурить голову, – я оторвалась уже на несколько метров. – Снимай каблуки и погнали!

Я ловко, прыгая на одной ноге, стянула мокасины и теперь пыталась приноровиться к прохладной плитке переступая с одной ноги на другую.

Мы катастрофически опаздывали на экзамен.

Алиса всю дорогу старалась, храбрилась, скрадывала хромату, но героически шла в своих адовых босоножках, которые состояли из тонкой подошвы, соломинки-каблука и жгутов. В общем, после часовой прогулки по парку перед экзаменом Алискины ноги были похожи на две палки обвязанной колбасы.

Я же, будучи человеком поступков, решила показать Алиске пример. Но она никак на мои старания не среагировала. В итоге я, как обычно, выглядела растрепанной неформалкой, а она очень привлекательной особой, пусть синие волосы были у нее, а не у меня. Синий цвет ей добавлял какой-то хрупкости, вызывая ассоциации с Мальвиной.

– Быстрей, – я крутанулась намереваясь еще ускорится, но тут же макушкой врезаюсь в твердую грудь высокого парня. Парень, ясное дело, не растерялся – нагло меня приобнял.

– Здрасте! – выпалила и, ловко вывернувшись из захвата, припустила дальше.

– Постой, – парень зачем-то решил меня догнать.

Я отчетливо слыша его тихие смешки и ускоряющиеся шаги позади себя.

– Я тороплюсь! – обернулась на парня, заодно заметив, что Алиска окончательно остановилась и, скрестив руки на груди, бросает на меня недовольные взгляды.

– Девушка, а как вас зовут? – парень все никак не отставал, а даже наоборот – нагнал и шел со мной вровень. – У вас что-то с обувью.

– У меня все хорошо с обувью, – я подвига пальцами по дорожной плитке. Она из натуральной кожи и почти не жмет.

У меня всегда было отвратительное чувство юмора, но парень заценил и довольно открыто рассмеялся.

Именно в этот момент я его заметила по-настоящему. Темноволосый, кареглазый с широкой открытой улыбкой и немного торчащими в разные стороны ушами, но эта лапоухость ему шла. Да, немного простила образ, из городского пижона превращала в деревенского паренька, – но шла.

– Я бы мог тебя подвести за… – он прищурился, еще раз обвел меня взглядом, – твое имя.

Пикапер кивнул в сторону. На ближайшей парковке, в тени от огромной березы стоял оранжевый мопед.

Я прищурилась и внимательно посмотрела на парня.

– Я – Марк, если что, – он вновь улыбнулся.

– 50 или 110? – что ж, настало мое время шутить по-настоящему.

После моего вопроса парень немного сбился со своего игривого настроя.

– У… Эмм… Не знаю.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнула, я уже успела подробно рассмотреть мопед. И знала, что они с завода идут объемом 50, но иногда владельцы их тюнингуют до большего объема двигателя.

– Скажу тебе свое имя, если поведу я.

Марк, видимо принял все за шутку и согласился.

– Ну, в таком случае имя и номер телефона.

– Ноу проблем. Пиши.

Мы быстро обменялись телефонами и только, имя я решила приберечь, пошли к обещанному транспорту.

Он был новеньким, с заводскими наклейками.

Не раздумывая ни секунды я запрыгнула на сидение, сбалансировала, убрала подножки и завела.

– Ох, ничего себе, – послышалось сквозь шум движка.

Я резко стартанула с места, петлей обогнула парковку и подъехала к Алиске.

– Садись, сейчас доедем с ветерком, – сквозь смех прокричала ей.

Та была и этому рада, быстро запрыгнула позади меня и застонала от облегчения.

– Девочки! – закричал Марк нам в спину. Догнать он нас не успевал.

– Если что, я – Алиса! Алиса Макарова, 2 курс. Искуство…веде…ния…

Закричала сердобольная сестрица бегущему за нами парню. Не знаю, что он мог услышать, я с усилием давила на педаль газа.

Оставшиеся девятьсот метров до университета мы проехали с комфортом. Мопед оставила припаркованным на студенческой парковке, под наблюдением видеокамер и охранника.

К тому же, Марк, как оказалось, довольно быстро умел бегать.

– Спасибо! – прокричала приближающемуся парню и неуловимо для него скользнула следом за прихрамывающей Алиской мимо пропускного пункта.

Сидя на экзамене я вдруг поняла, что свое имя ему так и не сказала.