Текст книги "Поверь в любовь"
Автор книги: Ирина Надеждина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 35
Ника расслабилась только когда села в машину. Владислав с улыбкой посмотрел на неё и спросил:
– Ну, явно тебя озадачило моё дитятко?
– Хорошее дитятко! – Ника рассмеялась. – Для начала, сколько у него росту?
– Сто девяносто два. До моих двух с маленьким хвостиком не много осталось. А в остальном?
– Влад, твой ребенок для своего возраста слишком развит.
– Это хорошо или это плохо?
– Хорошо. Он задает взрослые вопросы и ведет себя, как взрослый.
– Ника, не забывай, что ему семнадцатый год.
– И всё равно, очень не детские и не подростковые взгляды и вопросы.
– Это наследственное. Всегда все говорили, что у нас с Валиком взгляд такой, как у зрелых мужиков. Это было ещё в школе.
– Не обижайся, но у тебя и сейчас очень старый взгляд. Ты выглядишь молодо, но, глядя тебе в глаза, можно сказать, что ты прожил лет шестьдесят, а то и больше.
– Обижаться нечего. Всё так и есть. Душа у меня уже старая, котенок. Слишком много я видел в этой жизни, – он сказал это уже без улыбки и как-то устало. – Кстати, я не особенно в восторге оттого, что и у Альки это появляется.
– Вообще-то это называется мудростью.
– По неволе позавидуешь, тем, у кого её нет. Это тяжелый груз.
– Соломон просил мудрости у Бога.
– Что он сказал после всего, когда получил мудрость? Ты книгу Екклесиаста читала?
– Так, просматривала. А что?
– Многая мудрость таит много печали и, умножающий познания, умножает скорбь. Всё суета сует и томление духа.
– И любовь?
– Нет. Кроме неё. Так что, единственное, что в этой жизни меня ещё и держит, это любовь – к Альке, к Дану, теперь и к тебе.
– С тобой страшно говорить, – Ника поежилась. – Такое ощущение, что заглядываешь в другой мир.
– Всё, больше не буду, – он устало улыбнулся. – Давай о чем-нибудь веселом. Так я и не понял, понравился тебе Алька или нет?
– Понравился. А почему он спросил, есть ли у меня воспитательные наклонности?
– Сегодня он спросил, когда, наконец, я женюсь. Это было до разговора о тебе. Я ответил, что если ему мало одного воспитателя, то хоть завтра. Потом я сказал о тебе. Вот он и решил выяснить, как у тебя с воспитательными наклонностями. Ты ему понравилась.
– Я думала, что это шутки.
– Он такими вещами не шутит. У него манера говорить своеобразная.
– Влад, а что Серегу ты снова отправил, он Дан Санычу тебя не сдаст?
– Не волнуйся. У Сереги барышня есть, и ему это как-то на руку.
– А Андрей и Леша?
– С теми посложней. Андрей женат и предан своей половине, как собака. Леха, как когда. Если надо налево сходить, сам придет проситься. Андрей мужик хороший, но больно уж обязательный. Лишнего Дану не наболтает, но и не скроет. Сама понимаешь, старика лишний раз тревожить жаль, вот меня хлопцы, другой раз, и прикрывают. О чем-то смолчат совсем, о чем-то расскажут не до конца.
– Тебе часто плохо бывает?
– Нет. Не бойся.
– Я не боюсь. Просто я хочу знать. Не думай, что…
– Я ничего не думаю, – он успокаивающе улыбнулся.
Глава 36
Гости разошлись. Отец, вернувшись из театра, сидел на кухне и курил. Алик навел в комнате порядок и пришел к нему. Он сел напротив и спросил:
– Как съездили?
– Нормально.
– Что смотрели?
– «Жиды города Киева». Неплохо. Хочешь, съезди завтра с Катюшкой.
– С Генчиком?
– Алик, сколько раз можно повторять, что только с Генчиком.
– Я не против, – Алик улыбнулся. – Я о нем беспокоюсь.
– С Генчиком, заботливый ты мой, – повторил Владислав. – Считай, что Генчик – это твоя тень.
– Спасибо. Только не особенно удобно, с тенью за спиной, целоваться.
– Мал ещё.
– Па, ну не будь занудой. Вас с Вальком, во сколько лет испортили?
– В четырнадцать с половиной. Ничего хорошего я в этом не вижу. Я не хочу быть ханжой, но и подгонять тебя не собираюсь.
– Ты Генчика для этого и держишь?
– Не болтай глупостей. Ты прекрасно знаешь, для чего я его держу. Генчик такой друг, что сам тебя по бабам потянуть готов. Только рано тебе ещё. И, когда ты с Катюшкой целуешься, он за спиной не стоит.
– Всё равно. Если я вместо дискотеки решу с ней куда-нибудь рвануть, он же с нами будет, а там… – Алик сделал красноречивую паузу.
– Во-первых, ты, друг мой, Катерину побереги, это ты всегда успеешь. Во-вторых, можешь никуда вместо дискотеки не бегать, дома над душой никто не стоит, а меня почти весь вечер дома нет. В-третьих, повторю, Товариани такой, что сам тебя научит и, того и гляди, сам кого-нибудь приведет.
– Научит, – Алик поморщился. – Он поет ту же песню, что и ты. В Болгарии пока были, не то чтоб меня отпустить, сам шаг в сторону не сделал.
– В смысле? – Владислав повернулся и удивленно поднял брови.
– Штаны трещат, глаза как у блудного кота и ничего дальше. На него там бабы кидались, а он всё импотентом прикидывался.
– Видишь, я не одинок. Не спеши, – Владислав закурил и выпустил дым кольцами.
– Па, – Алик улыбнулся, – сигарету можно?
– Можно, – Владислав улыбнулся. – Откровение решил мне устроить?
– А ты в курсе, что я курю? – Алик слегка смутился. – Это Генчик сдал?
– Нет, это я без Генчика обошелся. По-твоему, я похож на склеротика?
– Почему? – не понял Алик.
– Я для чего по дому пять открытых пачек сигарет оставляю? Мне просто было интересно, как скоро ты расколешься? Уже года полтора смотрю. А Генчик в курсе?
– Да. Я думал, что он меня сдаст.
– Напрасно. Молчит. Он вообще ничего лишнего о тебе не рассказывает. Меня интересует твоя безопасность, а не его доклады. Я не чужой человек тебе, чтобы чего-то не заметить.
– И много ты замечаешь?
– Гораздо больше, чем ты представляешь. Будут свои дети, поймешь.
– Да уж, – Алик вздохнул. – Не сильно-то от тебя и спрячешься. Хотя, честно сказать, нужды прятаться я не вижу. Только мне всё-таки не ясно, почему вы оба меня так оберегаете в плане секса. Я ведь не девица, невинность блюсти.
– Тебе что, как некоторым, сделать подарок, снять девицу? – Владислав встал и достал из холодильника бутылку колы. – Будешь? Ты попробуешь, а остановиться будет трудно.
– Нет. Я не про всех девиц. Я про Катю. Вся беда в том, что хочу я по большей части её.
– Тогда мы не тебя оберегаем, а Катю.
– А если я люблю её?
– Любишь или хочешь? Разберись в себе. Чего больше любви или желания затащить её в постель?
– Я люблю её.
– Вот и не торопись. Ты знаешь, что от большой любви бывают маленькие дети? По биологии проходили?
– Проходили, – хмуро бросил Алик. – Не говори со мной таким тоном.
– Хорошо. Если ты её любишь, захочешь ты сделать ей больно?
– Конечно, нет.
– А больно будет. Притом очень больно, как бы ты не старался. О детях я тоже не шучу. Масса народа влетает с первого раза. Травиться гормонами в шестнадцать лет глупо, спираль ставить ещё и не безопасно. Из личного опыта, по началу лучше всё-таки без резинок. Делай выводы.
– У нас полкласса трахаются без резинок, таблеток, спиралей и не влетают.
– Зато некогда я и Зося влетели. Результат – ты. Ей было семнадцать неполных, а мне двадцать один. Тоже был уверен, что всё обойдется. Я теперь очень рад, что так вышло, но тогда у нас обоих был просто шок.
– Тогда с абортами проблемы были.
– Не туда, сынок, клонишь. Проблемы бывают ещё и после абортов.
– Ну, а если у нас всё-таки что-нибудь случиться? – он исподлобья посмотрел на отца.
– Рано или поздно случается у всех, но торопиться не стоит. Понял?
– Да.
– Алик, у меня завтра масса дел. Если тебе нужны деньги, я пару соток оставлю. Можешь заниматься завтра, чем хочешь, к Дану съезди. Я приеду часов в девять-десять.
– Один?
– Не знаю. Скорей всего. Сейчас я иду спать и тебе советую сделать тоже. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи. Я, как послушный ребенок, иду спать.
Глава 37
Алик проснулся среди ночи, оттого, что захотел пить. Он сходил в кухню, напился и вернулся к себе в комнату. Сон больше не шел. Мысли вернулись на прежний круг воспоминаний.
После того, как появились деньги, отец, Валентин и Дан стали ездить в Штаты по несколько раз в год. Отец объяснил ему, что ездят они по делу. Из поездок ему привозили кучу подарков. Раз в год приезжала Джейн со своим мужем Полом. Тогда они казались Алику очень забавными и интересными со своим русским языком и нерусскими привычками.
Всё было очень хорошо. Валик стал постоянно встречаться со Светой. Это была единственная проблема, которая омрачала жизнь Алика. Свету он невзлюбил с первого раза. Детским умом он ещё не мог понять, почему так не любит её, и почему она вызывает в нем только отвращение. В спальне у Валентина стояла фотография его погибшей жены – Оксаны, и Алик все время пытался себе представить, какой она была хорошей в сравнении со Светланой. Светлана ничего плохого ему не сделала, наоборот она старалась всячески завоевать его привязанность к себе, но у неё из этого ничего не выходило. Алик относился к ней совершенно равнодушно, если не враждебно. Он перестал ходить с Валентином на прогулки, которые так раньше любил, потому что обязательно с ними шла Светлана. Валентин это заметил, и после очередного отказа, под каким-то предлогом позвал Алика к себе в комнату и спросил:
– Алена, что происходит, что ты не хочешь идти со мной никуда?
– С тобой хочу, а с твоей Светочкой – нет! – хмуро ответил Алик.
– Почему? – удивился Валик. – Она ведь очень хорошо к тебе относится. Ты же никогда раньше не возражал, если на прогулку со мной или с папой шел кто-нибудь из наших знакомых.
– А с ней не хочу, – упрямо повторил Алик.
– Почему?
– Не хочу и всё. Я её терпеть не могу! Она противная и всё врет.
– Что же она тебе соврала? – Валентин был очень удивлен.
– Не знаю, но всё она врет, – Алик подошел к комоду и показал на фотографию Оксаны. – Она хорошая была, все твои подружки нормальные были, а эта противная.
Глаза Валентина стали грустными. Он подошел к Алику, присел перед ним на корточки, взял его за плечи и внимательно посмотрел на него. Отец и Валик всегда, когда хотели сказать что-то очень важное, говорили с ним, из-за своего роста, сидя или присев.
– Ты прав, малыш, – сказал Валик, – лучше неё никого не было и не будет. Но её нет, а жить – живым. Ты просто боишься, что я женюсь?
– Совсем нет! Ты ничего не понял! Женись на ком-нибудь другом. Почему ты не женился на Лене?
– Света мне нравится больше.
– Ну, и женись на ней! А гулять я с вами не пойду всё равно! И на свадьбу на вашу не приду! – Алик даже ногой топнул.
– Алинька, да что с тобой? – Валентин не на шутку встревожился.
– Ничего! Отпусти меня! – Алик стряхнул с плеч его руки и убежал в свою комнату.
Когда Валентин со Светланой ушли, Алик посмотрел им в след в окно и расплакался. С ним такого никогда не бывало, но он не мог отделаться от чувства беспричинного отвращения к этой женщине и исходящей от неё опасности.
Вернувшись с работы, отец застал его заплаканным и несчастным. Он забеспокоился.
– Что с тобой, Алинька?
– Зачем Валик со Светкой встречается?! – Алик снова расплакался.
– Нравится она ему, – отец непонимающе смотрел на него. – А что случилось? Она тебя обидела?
– Нет. Просто она плохая! Неужели вы все этого не видите?
– Постой, постой, – отец усадил Алика к себе на колени. – Почему ты решил, что она плохая?
– Не знаю, – Алик действительно не мог объяснить своей неприязни. – Плохая и всё. И гулять я с ними больше не пойду. Она всё время ко мне подлизывается, а сама гадкая…
– Хорошо, хорошо, успокойся. Никто тебя с ними гулять не посылает. В конце концов, Валик взрослый человек и вправе сам решать с кем ему встречаться. Ведь так?
– Так. Только всё равно, она плохая! Злая… вот… – Алик шмыгнул носом.
– Алик, у тебя ничего не болит? – отец пощупал его лоб.
– Нет. Просто вы, взрослые, ничего не понимаете. Валёк сегодня меня уговаривал идти с ними гулять, ты уговариваешь, что она хорошая.
– Я не говорю, что она хорошая. Я просто хочу выяснить, почему она плохая и злая. Ты же сам говоришь, что плохого она тебе ничего не сделала.
– Нет.
– Тогда почему?
– Не знаю, – Алик вздохнул и пожал плечами. – Плохая и злая. Я не люблю её. До этого у вас все подружки были хорошие, а эта гадкая, как жаба. Мне Валика жалко.
– Ладно, малыш, успокойся. Валик большой, сам разберется. Договорились?
– Договорились.
Вечером Алик слышал, как отец разговаривал с Валентином. Они оба были озабочены и так ничего и не поняли.
– Валек, что с Алькой сегодня случилось? – спросил отец.
– Понятия не имею. Я сам хотел с тобой поговорить. Хотел его сегодня с собой взять, а он не захотел. Не пойму, что ему в Светяшке не нравится?
– Может простая детская ревность? Я пришел домой, а он зареванный. Твердит, что она плохая и гадкая.
– На детскую ревность это мало похоже. Он ни на кого так не реагировал.
– Вообще-то да. Тогда я ничего не понимаю. Кажется, из всех наших баб, она больше всех стремится понравится ему, а реакция совершенно обратная. Мне даже показалось, что он её боится.
– Мне тоже. Что делать будем?
– Валек, ты взрослый человек и тебе жить. Алена вырастет и не станет у тебя и у меня спрашивать, нравятся ли нам его девочки. Пройдет.
– Ты думаешь? – с сомнением спросил Валик.
– Надеюсь.
– Ладно, жениться я пока на ней не собираюсь. Посмотрим.
Настоящим шоком было для Алика знакомство с братом Светланы – Вадимом. Он пришел как-то раз в гости вместе с сестрой. Как и в случае со Светланой, Алик никак не мог объяснить своей неприязни, и никак не мог от неё избавиться. Ему казалось, что Вадим прямо таки излучает угрозу. Помня свой первый опыт, он не стал делиться своим мнением со взрослыми.
Отец, Валентин и Дан открыли фирму. Идея фирмы исходила от отца и Валика, занимался ней Дан и крестный отец Алика, друг отца и Валентина – Илья. Чем занимается фирма, Алика тогда мало интересовало, он знал только, что там работают врачи. Дан тоже был врачом. Отец и Валик продолжали работать в больнице и дежурить по ночам. Временами Алик оставался у Дана, особенно, когда оставалась ночевать Светлана. Он ничего больше не говорил Валентину и отцу, и они решили, что в тот раз были обычные детские капризы. К большой радости Алика Валентин не спешил жениться на Светлане, и Алик втайне лелеял надежду, что он скоро с ней расстанется.
Когда Алику исполнилось восемь лет, отец познакомился с Диной. Впервые он узнал о её существовании из разговора Валика и отца. Отец стал задумчивым, из женщин у него никто не появлялся. О Дине он упоминал не часто, но всегда на его лице появлялось особенное выражение. Это было очень интересно и заманчиво. Когда отец или Валик дежурили, из школы его забирал Дан. С ним Алик любил посекретничать.
– Дед, – Алик называл его, когда Даном, а когда дедом, – а кто это, Дина?
– Какая Дина? – не понял Дан.
– Про которую папа с Вальком шепчутся?
– Наверное, папина знакомая, – Дан улыбнулся.
– А ты её знаешь?
– Нет. Так, слышал.
– Ты как думаешь, папа в неё влюбился?
– Может быть.
– Это его подружка?
– Не знаю, Алик. Он этого не говорил.
– Интересно, почему она к нам не приходит? Все папины и Вальковы подружки приходят, а иногда, и ночевать остаются, если допоздна засидятся.
– Действительно, не идти же им домой по темноте, – Дан говорил это с серьезным лицом, а глаза так и искрились смехом.
– А Дина, почему никогда не приходит? – снова спросил Алик.
– Это ты у папы спроси.
Алик вечером спросил у отца, кто такая Дина. Валик в это время сидел и смотрел телевизор. Отец почему-то смутился, а Валик заулыбался и сказал вместо отца:
– Это хорошая папина знакомая.
– Почему она не приходит к тебе в гости?
– Я просто её ещё не приглашал, – всё ещё смущенно ответил отец.
– Почему? – удивился Алик. – Все твои и Вальковы знакомые в гости приходят.
– Мне сейчас некогда, но попозже обязательно приглашу.
Вскоре после этого, играя в теннис, отец сильно подвернул ногу и не мог никуда ходить. Он сидел дома хмурый, несчастный и курил сигарету за сигаретой. В один из таких дней, накануне которого он оставался у Дана, а привел его из школы Валентин, Алик увидел отца снова веселым. Они о чем-то пошептались с Валиком. Алик услышал только последнюю фразу, сказанную Валиком:
– Я же тебе говорил, что всё будет отлично. Во сколько?
– В шесть.
Алику очень интересно было, что будет в шесть часов. Валик куда-то срочно уехал, а отец положил в холодильник бутылку шампанского. Это значило, что сегодня у них будут гости.
– Алена, – обратился к нему отец, – ты в тарелке так долго не ковыряй, а ешь быстрее. У тебя времени, для того, чтобы сделать уроки всего четыре часа.
– Это почему же? У нас гости будут?
– Будут, – отец улыбнулся.
– Дядя Илья или Светка Валькова? Если Светка, то я лучше к деду поеду сегодня ночевать. Бабушка Неля пирожные печь собиралась.
– Не Илья и не Светка. Хотел, чтоб Дина в гости пришла?
– Хотел. Она придет?
– Да, сегодня. В шесть.
– Тогда я потороплюсь, – Алик решительно взялся за вилку. – А торт будет?
– Обязательно.
Алик покончил с обедом, вымыл за собой посуду и ушел к себе в комнату делать уроки. То и дело он отвлекался, пытаясь представить себе, какая она, эта загадочная Дина. В полшестого он, наконец, закончил делать уроки. Валик куда-то снова уехал и вернулся через полчаса с женщиной. Алик вышел в комнату, как раз в тот момент, когда услышал, как Валик сказал:
– Я сейчас, только малого нашего позову.
– Привет, – сказал отец, обнимая Дину и целуя её.
– Привет, – она тоже поцеловала отца и смутилась.
Она была с виду чуть-чуть старше отца. У неё была короткая, почти как у мальчика, стрижка, большие темные глаза и, как все знакомые женщины отца и Валика, она казалась на их фоне очень хрупкой и маленькой. Увидев Алика, она совсем смутилась и покраснела. Отец тоже слегка смутился и сказал:
– Знакомься, Дина, это мой сын – Алик. Алик, а это – Дина, моя знакомая.
– А, ты уже здесь, – в комнату вошел Валик. – Я тебя ищу. Дина, как тебе наш малый?
– Чудесно, – Дина улыбнулась. – Мы подружимся?
– Конечно, – Алик обрадовался. – А почему вы у нас раньше никогда не бывали?
– Папаня твой раньше связки на ногах не рвал, – с улыбкой сказал Валик.
– Валек, – отец показал ему кулак, – просто Дине некогда было.
Дина пробыла у них довольно долго, часов до десяти. Она уделила немного внимания отцу и Валентину, а потом сидела весь вечер с Аликом, будто пришла в гости именно к нему. Не смотря на разницу в возрасте, у них нашлась масса общих интересов. Ещё Дина удивительно рисовала и пообещала научить рисовать Алика. К восьми часам они перешли на «ты» и расставались полными друзьями. Она была совсем не такая неприятная, как Светлана, и очень добрая. В полдесятого отец отправил Алика купаться и спать. Ему очень не хотелось идти, но заставлять отца повторять дважды, при Дине, тоже не хотелось, и он послушно пошел. Когда он влез под одеяло, то слышал, как от дома отъехала машина, это уехал на дежурство Валентин. В комнату вошел отец и спросил:
– Ты не спишь ещё?
– Нет. Только свет потушил.
– Я зашел пожелать тебе спокойной ночи.
– Спокойной ночи, папа. Пап, а Дина завтра приедет?
– Не знаю. А что?
– Так, ничего.
– Понравилась?
– Да, очень. Пап, а ты на ней женишься?
– Почему ты решил? – голос отца прозвучал слегка смущенно.
– Ты же с ней целовался. Я видел. А когда целуются, потом всегда женятся.
– Не всегда. Подглядывать не хорошо, между прочим.
– Я не специально. Так женишься или нет?
– Может быть, но не завтра. Спи. Спокойной ночи.
Дина стала бывать у них довольно часто, даже потом, когда отец поправился. Они часто шли гулять и брали с собой Алика. Ему это очень нравилось. Однажды утром, это было воскресенье, Алик проснулся рано и, войдя в комнату к отцу, увидел Дину, спящую рядом с ним. Из своей комнаты вышел Валик и, прижав в знак молчания палец к губам, поманил Алика. Алик пошел к нему. Валентин закрыл дверь и, присев перед Аликом на корточки, тихо сказал:
– Алена, не буди их. Пусть спят. Ты что-то хотел?
– Папа обещал, что мы пойдем сегодня щенка покупать. Помнишь?
– Конечно, помню. Рано ещё.
– Валик, а папа с Диной поженятся?
– Может быть. Я не знаю. Да, вот ещё что, не говори Дине, что ты видел её у отца в комнате. Хорошо?
– Хорошо. А почему?
– Она стесняется. Мы вчера все засиделись, заболтались… Не все люди легко воспринимают то, что пришлось остаться ночевать вне дома. Боятся доставить лишние хлопоты.
– Твоя Светочка не боится.
– Светлана есть Светлана, а Дина есть Дина. Характеры у всех разные. Сделай вид, будто решил, что она только что приехала.
Алик тогда ещё свято верил, что подружки остаются ночевать из-за позднего времени.
Дина понравилась всем: и Дану, и бабушке Неле, и дяде Илье с его женой, и даже Зое. Алик был от неё просто без ума. Отец смотрел на неё как-то особенно и очень радовался, когда видел её. Хотя, очень редко, на этом безоблачном небе появлялись тучки. Отец и Дина, к большому удивлению Алика, иногда ссорились. Причины этих ссор он не знал долго. После них обычно Дину он не видел по несколько дней, отец становился хмурый и задумчивый, и весь вечер пытался ей дозвониться, а она вешала трубку. Когда Алик спрашивал, почему отец не веселый, он грустно улыбался и ссылался на усталость и головную боль. К Дине он привязывался всё больше и больше. Она стала практически членом их семьи, чего нельзя было сказать о Светлане. Иногда Алику казалось, что Валик лучше относится к Дине, чем к Светлане.
О причине ссор отца и Дины, он узнал случайно. Он играл во дворе, а они были в доме. Алик вошел, чтобы напиться воды и услышал, как в кухне разговаривают отец и Дина. Почему-то он остановился и решил послушать, чего никогда раньше не делал.
– Дина, я не пойму причины твоего отказа, – голос отца был упавший, грустный. – Чем я тебя не устраиваю?
– Влад, я уже устала говорить, что я старше тебя на семь лет.
– Ну и что? Какая разница? Тебя это пугает? Ты выглядишь всё равно моложе своих лет.
– Через несколько лет я стану старухой, а ты всё ещё будешь молодым. Ты не представляешь, как тебе будет тяжело со мной.
– Не будет, – в голосе отца послышались упрямые нотки. – Позволь мне решать, что будет со мной.
– А со мной что будет? – Алику показалось, что она плачет.
– Ты будешь моей женой.
– Женой! Я только это и слышу. Влад, ты не понимаешь, что говоришь! Пройдет год, два, три, всё переменится. Ты устанешь от меня, тебе захочется нормального брака, молодой жены, детей, потому что Алик подрастет. Что будет со мной? Я буду старая, не интересная, детей у меня никогда не будет.
– Дина, ты же прекрасно знаешь, что я останусь с тобой навсегда.
– Тем хуже. Чувство порядочности не даст тебе уйти, и ты будешь мучаться со мной.
– Это ведь не так! Ты же знаешь, что я люблю тебя! – отец слегка повысил голос.
– Влад, это сейчас тебе так кажется…
– Не кажется! Просто я начинаю подозревать, что становлюсь для тебя мальчиком, с которым стоит поиграть, не больше!
– Ты тоже знаешь, что я люблю тебя! Не играю я с тобой! Мне просто уже сейчас все мои знакомые твердят, что я для тебя старуха… – теперь она точно плакала. – Ты не представляешь, как это давит!
– Перестань, не надо, – голос отца прозвучал более примирительно.
– Оставь меня…
– На тебя не давит то, что ты моя любовница, но давит то, что можешь стать моей женой. Ты никогда не задумывалась, что твои подруги просто завидуют тебе?
– Нет! Оставь меня, Влад! Не трогай!
– Скажи лучше честно, что пожалела меня, поиграла и всё!
– Да что ты понимаешь, мальчишка?! Зачем ты мне умереть тогда не дал?! Сделай милость, не звони мне больше и не приходи!
Дина быстро вышла из кухни, на ходу вытирая слезы, и столкнулась с Аликом. Он, слушая этот разговор, понял, что сейчас, как и отец, может потерять Дину навсегда. Алик внимательно посмотрел ей в глаза и робко сказал:
– Дина, не уходи, нам с папой плохо без тебя будет. Мы тебя любим. Пожалуйста.
– Но… – у Дины дрожали губы.
– Я всё слышал. Я знаю, что подслушивать не хорошо, но так вышло. Ты совсем не старая. Не уходи, лучше поженитесь с папой. Я тебя никогда огорчать не буду. Я тебя буду, как маму, любить.
– Не отказывай ему, у него никогда матери не было, – глухо сказал отец, выходя из кухни. – А у тебя есть шанс иметь сына. Подумай последний раз…
Дина обняла Алика и расплакалась ещё сильнее. Алик совершенно растерялся, не зная, что ему делать. Он беспомощно посмотрел на отца, у которого был не менее беспомощный вид.
– Не плачь, Дина, мы тебя любим, – повторил Алик.
Дина с отцом вернулись в кухню. Дина в тот день так и не ушла. Через несколько дней весело отпраздновали помолвку отца с Диной и Валентина со Светланой. Последний факт, правда, несколько омрачил радость Алика, но он ещё раз вспомнил слова отца о том, что Валик уже взрослый и вправе сам решать. Алику исполнилось десять лет.
Всё было очень хорошо до двадцать четвертого мая. Свадьбы отца с Диной и Валика со Светланой должны были состояться через неделю, а потом все вместе, взяв с собой Алика, собирались ехать отдыхать в Крым. Это были дни, наполненные для взрослых приятными хлопотами, а для Алика ожиданием большого веселья.
Вечером двадцать четвертого мая приехал Дан. Он посидел, порешал с отцом и Валиком какие-то деловые вопросы, Валик собрался ехать на дежурство, а отец к Дине.
– Алена, едем к нам, – предложил Дан. – Я тебя завтра в школу отвезу. Бабушка пирог испекла.
– Едем, – согласился Алик. – Пап, ты завтра придешь на последний звонок?
– Конечно, малыш. Мы с Диной вместе придем. Во сколько?
– В полдесятого.
Алик простился с отцом и с Валентином и поехал с Даном. В машине его охватило странное чувство, что он не увидит больше Валика. Обычно, когда он бывал у Дана, время шло незаметно. Сегодня вечер был бесконечно длинным, бабушкин пирог не казался вкусным. Алик не мог дождаться времени, когда можно будет лечь спать. Его состояние заметил Дан и спросил:
– Что ты маешься, Алинька?
– Не знаю, – пожал Алик плечами. – Скучно.
– Скучно? – удивился Дан. – Возьми мультики посмотри. Кассету заехали взяли, ты даже не притронулся.
– Не хочется. Завтра.
– Ты в порядке, Алик? – забеспокоился Дан. – Ничего не болит?
– Да нет же. Просто скучно.
Улегшись в постель, он почему-то долго не мог уснуть. То же, по-видимому, происходило и с Даном. В квартире было тихо, и Алик слышал, лежа у себя в комнате, как он несколько раз вставал курить, а потом Неля Викторовна спросила:
– Данюша, что случилось? Почему ты не спишь?
– Не знаю. Так мерзко на душе, как перед бедой.
– Неприятности на работе?
– Нет, в порядке всё. Вообще всё вроде бы в порядке, а мне выть охота. И Алька что-то скучный. Не случилось бы чего.
– Не бери дурного в голову. Мальчики через неделю женятся, внуков скоро у нас прибавится.
– Хорошо бы, чтоб всё так и было. Ладно, Нелечка, спи.
Утром настроение у Алика не улучшилось. Когда в середине ночи ему всё-таки удалось уснуть, ему начали сниться страшные сны. Он проснулся подавленный и какой-то уставший.
Ещё больше настроение испортилось, когда отец не приехал на последний звонок. Без настроения Алик получил свою похвальную грамоту. Рядом с ним не было отца и радость разделить, так как с ним было не с кем. Стоя среди одноклассников, Алик несколько раз обернулся, чтобы посмотреть на Дана. Он заметил, что Дан чем-то озабочен, дважды куда-то звонил по сотовому телефону и хмурился, а потом всё также, хмурясь, говорил о чем-то с Нелей Викторовной. Алик еле дождался конца торжественной линейки. Ему очень хотелось попасть домой и поскорее увидеть отца и Валентина. Было похоже, что этого же хочется и Дану.
В машине он почти всю дорогу молчал. Уже недалеко от дома он спросил:
– Дан, а почему папа не приехал?
– Не знаю, Алик, – хмурясь, сказал Дан. – Я не дозвонился ни на один из телефонов.
Всё понятно стало, когда они подъехали к дому. Напротив двора стояли несколько незнакомых машин, две милицейские машины, с воем отъехала «Скорая помощь», еще одна осталась стоять. У открытой калитки стояли несколько человек соседей и какие-то незнакомые люди. Алику стало страшно. Он увидел в зеркале напряженное и побледневшее лицо Дана.
– Дан, что случилось?! – вскрикнул он.
– Не знаю, – Дан резко остановил машину. – Неля, останьтесь здесь!
Дан подошел к стоящим возле калитки людям и о чем-то с ними заговорил. Затем они быстро пошли в дом. Алик не выдержал и, выскочив из машины, побежал к дому. Он не знал что, но понял, что что-то страшное произошло с его отцом и Валиком. Он не помнил, как прорвался через людской заслон и вбежал в дом. Здесь, в коридоре, он столкнулся ещё с какими-то чужими людьми.
– Откуда здесь ребенок?! – громко спросил один из них. – Уберите ребенка! Выйди отсюда, мальчик!
– Пустите меня! Там мой папа!!! – закричал Алик, отталкивая мужчину, преградившего ему путь.
Он свернул в маленький коридорчик перед кухней и замер. Столько крови он не видел никогда. Кровь была везде: на полу, на стенах, на столе и на диване. На полу лежал кто-то накрытый простыней, тоже испачканной кровью. Дан сидел сгорбившись и обхватив голову руками. Пахло чем-то ужасно противным и резким. Кто-то попытался взять Алика на руки, но он вырвался. Из-под простыни виднелась кисть руки с часами и печаткой, как у отца или Валика. Алик рванулся и отбросил край простыни. Под ней лежал Валентин с открытыми невидящими глазами и застывшей на приоткрытых губах удивленной улыбкой. Стекавшая из уголка губ тонкая струйка крови начала запекаться, и казалась черной. Дан поднялся и, подхватив Алика на руки, закрыл ему глаза ладонью и вышел из кухни. Алик начал вырываться и закричал:
– Где мой папа?!!
– Алик, Алик… – Дан встряхнул его. – Алик, с папой всё хорошо… Папа жив, успокойся…
– Где папа?!!! – продолжал кричать Алик. Слезы градом катились по лицу.
– В больнице папа, успокойся… Ну, ну…
– Я к папе хочу!!!
В комнате откуда-то появилась Неля Викторовна и, взяв Алика на руки, прижала к груди.
– Неля, иди с ним в его комнату и попробуй успокоить, – попросил Дан.
Алик так плакал, что никто его не мог успокоить – ни Неля Викторовна, ни Дан, ни приехавший дядя Илья. Потом пришел мужчина в белом халате, сделал ему какой-то укол, и Алик уснул.
Спустя четыре года он однажды спросил у Дана, как смог прорваться через такое количество взрослых.
– Ты тогда так рванул, что тебя и схватить не успели, – вздохнув, ответил Дан. – Неля ведь следом бегом бежала.
– Странно, – пожал плечами Алик. – Мне показалось, что всё было не так быстро.
– Тебе показалось.
Проснулся Алик тогда дома у Дана. Он поднялся с кровати и пошел в комнату, откуда слышались голоса. На улице уже стемнело, в комнате горел свет. Здесь было, несмотря на открытые окна, сильно накурено, и довольно много народа – Дан, Неля Викторовна, дядя Илья, несколько человек с папиной работы, Зоя, дядя Костя и ещё какой-то незнакомый мужчина. Они о чем-то негромко переговаривались. У Зои и Нели Викторовны были заплаканные глаза, мужчины все были хмурыми и усталыми. Первая увидела Алика Зоя. Она взяла его на руки, поцеловала и спросила:
