Текст книги "Дерзкая попаданка для императора (СИ)"

Автор книги: Инна Дворцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 21. На все четыре стороны

Гио

Я иду петляющими коридорами дворца. Специально выбрал самый длинный путь, мне необходимо время подумать о делах моих скорбных.

Вот почему, как только на горизонте замаячат серьёзные отношения, как всё многократно усложняется.

Не готов я сейчас сделать предложение. Умом понимаю, что Лиля подходит мне по всем параметрам – красивая, умная, честная, как ни странно, с сильным магическим потенциалом, и опять же из другого мира. Вдруг она та самая, которую я давно жду.

Лиля, ну, дай же мне время узнать тебя лучше.

Когда я вижу её, мой разум отказывается работать. Чтобы ясно мыслить мне нельзя касаться Лили. Просто поговорим. Только бы она не вывела меня из себя, иначе я сам её придушу.

Подхожу к распахнутой двери и подпираю её плечом.

– Санна, ты забываешь, что мне мало, что говорит фамилия императора. Серый волхв – это, конечно, красиво звучит, но у нас в мире такие колдуны редкость и очень слабы. Меня, как бы не впечатляет, – говорит Лиля и продолжает рассказывать про свой мир.

Дальше слушать уже неинтересно.

– Значит, я тебя не впечатляю, – пугаю я их своим вторжением, – ну что ж. Санна, оставь нас.

Лиля пытается задержать её. Что за ребячество. Я шепчу Санне, пробегающей возле меня:

– Подожди меня возле кабинета.

Не спеша иду к Лиле. На её лице проступают все эмоции. Мне не нужно уметь читать чужие мысли. Её мысли чётко проступают на лице.

– Нет, Лиля пока не поговорим никаких поцелуев, – отвечаю на её невысказанные мысли.

Веду её к дивану в гостиной. Хорошо бы перевести наш разговор в горизонтальную плоскость. Тогда, я уверен, смог бы её убедить.

Усаживаю её на диван и прошу ещё раз обдумать решение покинуть дворец. Не удержался, чтобы не дотронуться до неё. Тщательно расправляю её платье.

– Мне здесь больше делать нечего, – с тоской в голосе артачится она. До чего упрямая девица.

– Наоборот, именно сейчас тебе здесь место. Сама судьба привела меня в тот день в парк, – я не выпускаю её руку, поглаживаю пальцем. Полуоткрытые губки, затуманенный взгляд, как же мне хочется ответить на её непрямой призыв. Еле сдерживаю себя.

Лиля опять завела свою шарманку про то, как я её обманул. Ну, где обман? Просто скрыл кое-что. Обман был бы, если бы я сказал, что не император. Я аж сбился с заданного ритма, я ведь так и сказал.

– Не буду скрывать, да я хотел развлечься с красивой ведьмочкой из Лилля. Что в этом плохого?

Лиля сейчас строит из себя поруганную добродетель. Да, она смогла остановить меня. Смогла сказать нет, но и не надо отрицать, что получала удовольствие от нашей близости не меньше, чем я.

– Послушай, Лиля. У женщин нет, означает да. Многие, да и ты в том числе обиделись бы, остановись я, как ты того желала, – убеждаю я её. Сам знаю, что даже те, кто сопротивляется, посылают призывные взгляды.

Но когда начинаются обвинения на пустом месте в изнасиловании, мне проще согласиться, что перегнул палку, чем что-то доказывать.

– Ты слишком хороша, чтобы я смог остановиться самостоятельно. Знаешь, сколько сил мне сейчас требуется, чтобы не поцеловать тебя? – заливаю я ей в уши речи, которые она хочет слышать.

Но Лилю так просто не остановить. Она опять начинает старую песню на новый лад. Я уже устал переливать из пустого в порожнее.

С какой лёгкостью она способна перевернуть всё с ног на голову. Я запускаю пальцы в волосы, растрепав их.

– Для меня важно, что понравился тебе не император, а простой парень Гио, – объясняю я ей. Как же она этого не понимает? Вокруг императора всегда много женщин готовых на всё ради выгоды. А мне хочется, чтобы любили меня, как мужчину, а не как императора.

Согласен, это сложнее. Но, возможно же. Лиля смогла увлечься простым парнем Гио.

Она смотрит на меня и улыбается так, будто я вывалял её в грязи. Обманул в лучших чувствах. Растоптал её мечты.

– Лиль, не надо так смотреть и улыбаться, – говорю я ей. – Мне тоже тяжело.

– А кому сейчас легко? – улыбается она так, словно уже проходила через всё это.

Спрашиваю её напрямую, было ли предательство в её жизни. Я и без ответа знаю, что было. И в моей было. Хочу стать к ней немного ближе. Раскрываю душу. Делюсь самым сокровенным – изменами своей жены.

Она не знала удержу. Даже магическая клятва не сдерживала её влечение к мужскому полу.

– Алисия нарушала магическую брачную клятву и сошла в могилу, – Лиля во все глаза смотрит на меня, словно не верит. – Я здесь ни при чём. Она знала о последствиях.

– Ты заметил, что всегда ни при чём? – этот вопрос вообще ставит меня в тупик.

Я не собираюсь оправдываться в каких-то мифических преступлениях. Если не верит, значит, так тому и быть. Надоело уже!

Я встаю с дивана и мерю комнату шагами. Как ей объяснить, что просто не в состоянии уследить за всем. У меня повышенное чувство ответственности и ничего с этим поделать нельзя. Как мне донести до неё, что я не привык к праздному времяпровождению.

– Я император огромной страны. Так получилось, – разводит он руками. – Единственный сын с огромным перечнем обязанностей с пелёнок. Когда все дети играли на улице в войнушку, я изучал тактику и стратегию ведения войн. Тренировался с гвардией. Анализировал ведение военных кампаний соседей и своих предков. Бывает так, что в один день я могу посетить разные уголки своей империи. Кого-то из властителей тех земель поддержать, кого-то, наоборот, научить родину любить.

Как донести до неё, что моё так называемое вольное поведение с ведьмами это способ снять напряжение. Но Лиля не понимает. Её аура вспыхивает едким зелёным цветом. Я ухмыляюсь про себя. Мне льстит, что она ревнует

– Не ревнуй, Лилечка, – я подхожу к ней, чтобы обнять, а она вырывается. Пытается казаться независимой и усмехаться. Но у неё плохо получается.

– Вот ещё! Не обольщайтесь, ваше императорское величество, – выплёвывает она мне в глаза. Я меня это только веселит. Ревнуй, ревнуй моя ведьмочка.

Каждое чувство должно быть дозированным. Нужно как-то приглушать ревность Лили.

– Каждый снимает колоссальное напряжение по-разному: пьют, принимают стимулирующие вещества, играют. У меня женщины. Были. До встречи с тобой, – пытаюсь говорить как можно убедительнее.

Вижу, как её лицо озаряется радостью. Я мысленно хвалю себя за правильно выбранную тактику.

– Зачем ты Санну ко мне приставил? Следишь за мной? – такой вопрос слишком предсказуем, чтобы я растерялся.

Я не только слежу за тобой, моя ведьмочка, я ещё и охраняю тебя. Но сказал я ей лишь про охрану, что Санна лучший телохранитель в империи, даже среди мужчин.

– Лиля, императорский отбор невест не самое безопасное место в мире. Девушки интригуют, подставляют друг друга и да, убийства тоже бывают, – пытаюсь донести до неё элементарные истины. Неужели так сложно понять, что стоит на кону?

Я даже не о своей персоне говорю. Моя-то тушка рассматривается в последнюю очередь. На кону стоит безграничная власть и ради неё пойдут на многое.

Лиля же опять начала обвинять меня, что Санна плохо работает. Тут я признаю, никто не думал, что начнут убирать конкуренток ещё до отбора. Но раз она жива, то Санна свою миссию выполнила.

Я стою и слушаю весь словесный поток ведьмы. Теперь я виноват в том, что лично не слежу за ней. Не оберегаю и отгоняю мошек опахалом.

Понимаю её эмоции. Девочке страшно оттого, что её хотят убить.

– Мне страшно в твоём мире. Я хочу домой, – Лиля ноет, как ребёнок.

– Лиля, не уходи, – мне так становится её жаль, – Нам стоило огромных трудов сделать этот призыв. Ты единственная, кто отозвался на него.

Видимо, я что-то сказал не так. У Лили такой вид, будто её предали. Она как-то странно реагирует на мои слова. Начинает нести какой-то бред, что она не одна могла попасть в наш мир. Так это я и сам знаю.

То она напрямую обвинила Розу и Артура в предательстве. Это уже ни в какие рамки не лезет. То умиляется, какой романтичный Артур, что полез за розой в портал.

Я стою возле двери и готов уйти. Не могу больше слушать эту ахинею. Устал от постоянных доказательств своей искренности и невиновности.

– Насильно мил не будешь. Хочешь уходить – уходи. Я тебя не держу, – ставлю точку я в нашем разговоре.

Захочет уйти – пусть уходит.

– А куда я пойду? – Лиля вдруг испугалась. Неужели она думала, что мной можно манипулировать. Не дождётся.

– Ты же говорил, что любишь меня и так просто отпускаешь? – Лиля пускает в ход баллисту.

У меня даже слов не хватает, чтобы выразить всё, что чувствую сейчас.

– Я никогда не говорил, что люблю тебя, – жёстко пресекаю я любые попытки давить на чувства.

Любовь слишком сильное слово. Она мне была интересна в подростковом возрасте. Браки же строятся на трезвом расчёте, а не на эмоциях.

– Спасибо, что сразу и честно сказал, – её голос полон боли.

Мне тоже больно, когда мне не верят, обвиняют непонятно в чём. В конце концов, каждый делает свой выбор, мы свой сделали.

Почти уверен, что она опять предпримет попытку остаться. Мне же сейчас выгоднее, чтобы она убралась из дворца.

Только я Санну с ней отправлю. Пусть поможет, поддержит. Кто бы ни придумал избавиться от неё, поймёт, что я опять свободен и отстанет. Лиля будет жива.

Отдам последние распоряжения Санне и пусть катится на все четыре стороны.

Глава 21. Неожиданная поддержка

Санна подхватывает меня под руку, и мы бредём с ней к воротам дворца.

– Барышня, зачем вы ушли из дворца? Император переживает, – таким странным способом Санна решила поднять мой дух.

Говорить я пока не могу. Положа руку на сердце, и не хочу. Что говорить? О новом разочаровании в мужчинах. О страхе, который не отпускает и за каждым кустом мерещится убийца. Или о том, как больно на душе из-за пропажи Молли Бу. Я даже подумать не могу, что тот изверг, который пытался убить меня, убил мою кошечку.

Гио, который обещал защитить и не отдавать меня никому, просто отошёл в сторону. Он не решает мои проблемы, он их создаёт.

Выходим с Санной из дворца на широкую, освещённую фонарями улицу. Интересно, как они работают? С помощью магии, что ли?

– Куда пойдём, барышня? – спрашивает Санна, а я лишь пожимаю плечами.

Только сейчас замечаю мой узелок с вещами в руках девушки. Не могу расспросить её, почему он отпустил меня? Считает ли воровкой?

– Тогда пойдёмте ко мне. В тесноте, да не в обиде, – Санна улыбается.

Я благодарно смотрю на неё и обнимаю за талию, уткнувшись лицом ей в рёбра. Санна обнимает меня в ответ. Так и стоим несколько минут.

– Я живу с мамой. Отец умер четыре года назад. Ещё с нами живут две сестры и младший брат, – я удивлённо смотрю на неё. У них столько народа в доме и ещё я свалюсь как снег на голову. – Домик хоть и маленький, но и вам найдётся местечко. Тем более что моя сестра скоро выходит замуж.

Про замужество сестры сказано с тоской в голосе. То ли сестра недовольна предстоящим замужеством, то ли сама Санна. А что, бывает же так, что сестра выходит замуж за твоего любимого. И любовь к жениху сестры бывает платонической. Сколько же скелетов хранится в шкафу у Санны?

Обнявшись, мы бредём к её дому. Чем дальше от дворца, тем уже улицы и меньше фонарей. Пока не пришли, нужно разобраться, что так огорчает Санну. Не из любопытства, а чтобы не попасть впросак или каким-нибудь вопросом не обидеть хозяев.

– Ты недовольна замужеством сестры вообще или конкретно с этим мужчиной? – спрашиваю я.

– Всё так сложно, барышня, – Санна останавливается. – У нас в империи женщины живут только под покровительством мужчины.

Я киваю, мол ты уже рассказывала об этом.

– Женщина, когда выходит замуж, переходит в род мужа и он заботится о ней и их детях, даже когда муж умрёт, – с тоской в голосе говорит Санна.

– Не так уж и плохо, согласись? – делюсь своими мыслями я. – Семью не оставляют без поддержки.

Я вспоминаю законы своего мира, где женщине приходится выживать одной.

– Может быть, кому-то и хорошо, но наш глава рода бесчестный ублюдок, – Санна закрыла рукой рот и оглянулась, не услышал ли их кто. Её трясёт от негодования. – Вместо того чтобы поддерживать семью брата. Он обирает нас, обрекая на существование в проголодь. Забирает почти всё, что я и сестра зарабатываем.

– Так, из твоего рассказа, я поняла, что глава рода брат твоего отца, правильно? – она кивает.

– Я не пойму тебя. Ты работаешь в императорском дворце. Общаешься с Гио с глазу на глаз и не пожаловалась на своего дядю? – я, видимо, до конца не понимаю местный колорит и традиции.

– Ну, что вы, – она замахала руками, как ветряная мельница, – жаловаться нельзя.

– Нельзя по закону или нельзя потому, что хуже будет? – любопытствую я, а Санна смотрит на меня с таким безмерным удивлением.

– Так, никто не делает, – убеждает она меня.

– Санна, ты меня убиваешь. Что значит никто не делает? Значит, будь первой, кто сделает. Какого чёрта терпеть притеснения какого-то ублюдка и даже не пытаться исправить положение. Ты же единственная из семьи можешь это сделать. Подумай об этом.

Она в растерянности кивает. Сегодня, похоже, ночь открытий для Санны. Она выглядит так, словно на неё снизошло божественное откровение. Стоит и хлопает глазами.

Какие прелестные законы и традиции в империи. Вся власть принадлежит мужчинам. Даже Санна, которая вполне самостоятельно может себя прокормить должна подчиняться какому-то мужику. У меня в голове не укладывается такая ситуация.

– С замужеством, что не так-то? – возвращаюсь я к теме нашего разговора. – Сколько ей лет?

– Эми недавно исполнилось восемнадцать, – с нежностью говорит Санна и лицо её озаряет гордостью за сестру. – Она лучшая вышивальщица в империи.

Интересная картина получается. Девушка – лучшая вышивальщица, а семья влачит жалкое существование.

Меня так и тянет сделать революцию в отдельно взятой семье. Недаром же я встретилась с Санной, а сейчас бреду к ним домой.

– Эми встречалась с парнем. Он старше неё немного, но небогат. Служил в гвардии императора. И чтобы заработать на свадьбу, подался в наёмники. Отец обещал, что не будет выдавать Эми замуж пять лет, до его возвращения.

– Резонно, – тихо говорю я. – Ей сейчас восемнадцать, в девятнадцать ещё не старая дева и вполне может составить хорошую партию.

– Да, барышня так и есть, – соглашается Санна. – Пять лет ещё не прошло. Дядька выдаёт её замуж за своего богатого соседа, старше Эми на тридцать лет. Да, он старше даже дяди.

– А как же слово, которое дал твой отец другому парню? – я почему-то сочувствую незнакомому человеку.

– Дядя сказал, что тот договор умер вместе с отцом, – Санну при упоминании дяди начинает трясти от злости. – Ему заплатили за сестру хорошие деньги. А Эми похудела, боюсь, как бы чего не сделала с собой. Мама не спускает с неё глаз.

Да, ситуация патовая. Должна же быть на таких му… ой чудаков управа, в конце концов. Творится полнейший беспредел. Куда смотрят власти.

– Санна, а что, если тот парень погиб? – спрашиваю я. – Не смотри на меня так. Профессия наёмника не самая безопасная.

– Он не погиб. Я слышала, что он был в отряде герцога Ренделла. И даже говорят его правой рукой. А когда герцог ушёл, то оставил ему свой отряд.

– Откуда ты знаешь? – любопытствую я. Если есть такие подробные сведения, то может есть и возможность послать весточку о предстоящем замужестве любимой девушки.

Правда есть вариант, что он нашёл себе новую любимую девушку. Шальные деньги портят людей.

– Слышала во дворце, – говорит она. – Вот мы и пришли.

Рассмотреть в темноте, куда я попала сложно. Маленькая калитка, которая скрипит, когда Санна её открыла.

– Это дом дяди, а в нашем доме теперь живёт он и его семья.

Определённо нужно что-то делать с законами империи, которые хороши в целом, но не работают в частности.

Если бы я была императрицей, то занялась бы вопросами бесправия женщин. Можно было бы привлечь Розу. Стоп, шальная императрица. Ты сейчас сама на птичьих правах.

Обустраивайся Лиля самостоятельно и помоги как можешь, семье Санны за то, что тебя приютили.

Кажется, я поторопилась с выводами о том, что нашла приют. На слабоосвещённом крыльце дома возвышается мужской силуэт.

– Кого это ты притащила в мой дом? – раздаётся громоподобный рык. Санна сжимается, а у меня сердце уходит в пятки.

Вот откуда он узнал, что я приду сюда?

Глава 23. Неприятное знакомство

Мы подходим ближе к дому, и я начинаю различать обладателя столь зычного голоса.

Среднего роста, настолько толстый, что похож на шарик. Волосы на голове остались в прошлом, как и манеры.

– Я повторяю, кого ты притащила в мой дом, бесстыжая девчонка, – его голос гремит, как иерихонская труба. Наверно весь квартал уже прильнул к окошкам, чтобы посмотреть, кого же притащила Санна.

Представляю, как много «добрых» пожеланий он получит от поднятых среди ночи соседей.

Бесстыжая девчонка, которая выше его на голову, и зарабатывает наравне с мужчинами, робко подходит к нему.

– Дядя, это по работе, я же говорила вам, что сейчас работаю в императорском дворце, – взволнованно говорит Санна, надеясь, что он перестанет орать, как потерпевший.

Я открываю рот, чтобы поучаствовать в дискуссии, но благоразумие побеждает на этот раз, и я его захлопываю.

– Идите спать, утром поговорим, – милостиво разрешает он и мы шмыгаем в небольшую дверь дома.

Санна ведёт меня к широкой низкой кровати, по типу топчана. Я с облегчением снимаю обувь, чулки, пояс и ложусь. Раздеваться до нижнего белья не решаюсь. Санна выходит в другую комнату и возвращается уже переодетой в ночную одежду. Подаёт мне лёгкое светлое платье.

– Это ночное платье моей сестры Эми, вам, барышня будет как раз, – я облегчённо вздыхаю, не люблю спать в одежде и иду переодеваться.

Когда мы с Санной устроились вдвоём на одной кровати, я тихо спрашиваю:

– Тебя же со мной Гио послал?

– Нет, конечно, с чего вы взяли? – она совсем не умеет лгать.

– С таким дядей, как у тебя ты ни за что не оставила бы работу, – говорю я сквозь сон. Я так устала, глаз просто слипаются. Кажется, я даже недослушала ответ Санны, как уснула.

В носу что-то мешает, щекочет, отмахиваюсь рукой, переворачиваюсь на другой бок, чтобы доспать. Но противный дискомфорт перемещается на щёку. Открываю глаза и упираюсь в выкрашенную бледно-голубой краской стену.

Переворачиваюсь. Опять закрываю глаза. Померещится же такое.

– Открывай глаза, соня. Уже два часа по полудни, – говорит до боли знакомый голос.

– Ты, что здесь делаешь? – с надеждой спрашиваю я.

– Принёс тебе Молли Бу. Она нашла меня вчера во дворце и успокоилась, пока я не привёз её к тебе, – голос у него весёлый и одет, как простой горожанин.

– Значит, говоришь, о кошке моей позаботился, спасибо тебе большое, – запальчиво говорю я. Обида подступает к горлу. Но если я сейчас снова сорвусь, то могу потерять Гио навсегда.

– Не злись, тебе не идёт. Я принёс тебе кое-что из вещей, более подходящее твоему новому жилищу, – делает попытку к примирению Гио.

Заботливый какой, даже вещички прихватил. Давлю в себе обиду. Может всё-таки лучше высказать ему всё, что думаю?

– Прости, что не поверил тебе, – первым идёт на уступки Гио.

– И ты прости, – делаю шаг навстречу. – На меня с момента перехода столько всего навалилось. Не каждый день тебя пытаются убить.

– Поэтому я не возражал, чтобы ты ушла из дворца. Там всегда найдётся лазейка, чтобы сделать ещё одну попытку.

Он дотрагивается до моего лица, тыльной стороной ладони проводит по щеке.

– Я не спал всё ночь, переживал, куда ты пошла

– Санну не ты за мной послал? – напрямую спрашиваю я и замираю в ожидании. Скажи, что ты, скажи. Я буду знать, что беспокоишься, переживаешь, чтобы я не пропала в этом мире.

– Только пойми всё правильно, – начинает он. – Ты постоянно передёргиваешь и не даёшь объяснить причину моих поступков.

От нетерпения я сажусь на кровати и его взгляд тут перемещается на мою грудь, кажется, он уже забыл, что хотел сказать. Я опускаю взгляд на свою ночную одежду. Мне не удалось разглядеть её ночью. Да, она слегка просвечивает. Натягиваю одеяло до груди, чтобы не отвлекать Гио ненужными мыслями.

– Ты мне хотел сказать, что послал со мной Санну, – возвращаю я его к теме разговора.

– Ты не лилия, ты лиса, – улыбается он и наклоняется, чтобы поцеловать. Я закрываю губы ладошкой.

– Не хочу, чтобы ты отвлекался, – улыбаюсь я, раздумывая как бы мне умыться поскорее.

– Она сама захотела пойти с тобой, облегчив мне задачу, – признаётся он. – Учитывая, что она отдаёт заработанные деньги семье, я ей заплатил.

Он ловким движением усаживает меня на колени. Я даже охнуть не успела. Наклоняется к губам.

– Санна, негодная девчонка, ты решила устроить в моём доме притон? – раздаётся зычный рёв главы семейства. Он стоит в дверях, его жирная туша трясётся от праведного гнева, изо рта брызгает слюна. Мерзкое зрелище.

Я даже рада, что он появился сейчас. Может быть, Гио поймёт, что безраздельная власть губительна. Вот дядюшка Санны, оставил семью без средств к существованию, и для империи это нормально, никто не привлечёт его к ответственности.

– Чего вы так надрываетесь, уважаемый? – подливаю я масла в огонь, не давая Гио повернуть голову. Вдруг этот истеричный хозяин жизни видел портрет императора и даже может сопоставить некоторые вещи. – Вам что Санна не все деньги отдала или вы хотите больше?

Появляется Санна, красная от смущения. Я делаю ей знаки, чтобы не вздумала говорить, кто сейчас перед ним.

– Ах, ты негодяйка, сейчас же выметайся из моего дома, – брызжа слюной вопит высокоморальный дядюшка. У меня аж в глазах потемнело от злости. Гад какой!

– Так может, я тогда пойду в дом Санны, а вы останетесь в своём доме? – раззадориваю я его. – Я гостья Санны и не вам выгонять меня из дома.

Я встаю с кровати, а точнее, с колен Гио, заслоняя его собой.

– А вы как узнали, что я приду с Санной? И ещё поджидали нас здесь ночью? – после трёх покушений на мою, в сущности, ничем не примечательную особу я стала крайне подозрительна.

Своё первое похищение, когда я только вступила на землю империи, я тоже отношу к покушению. Вот только Гио не знает об этом происшествии.

– Барышня, простите, я была обязана поставить дядю в известность, что вы будете жить у нас какое-то время, – голос у Санны виноватый.

– А, что у нас сегодня на завтрак? – спрашиваю я, зная, что раз Гио заплатил за моё проживание, то он и о питании позаботился. Пусть полюбуется на зарвавшегося нахала. – Я ужасно хочу есть. Не ела с прошлого обеда.

Санна становится малинового цвета.

– У нас на завтрак обычно молоко и хлеб, – выдавливает она из себя.

Я, конечно, всё понимаю. Дядя – глава семьи, отнимает у тебя деньги. Но неужели мозгов не хватает, не называть точной суммы заработка. Отдавать половину. А на другую половину хотя бы еду нормальную покупать.

– Да, ты вообще останешься без еды. Давай одевайся и выметайся из моего дома. Больно нужна ты императору, что он выгнал тебя из дворца, – гаденько смеётся он. Гио уже несколько раз порывался встать, но я держу его, опершись попкой на его спину. – Я уже договорился, отработаешь эту ночь и о жилье не надо будет думать. Ты девка красивая, не пропадёшь.

– Дядя, как ты мог продать барышню. За неё заплатил император. Я отдала тебе все деньги до последнего талана. Император заплатил золотом, а ты его невесту в рабство продал? – на Санну страшно смотреть, как она волнуется.

Вот что это за телохранитель, который ставит своего дядю выше работы? Странные законы в империи. Я разворачиваюсь к Гио.

– Лучше бы ты мне нанял мужчину телохранителя, – говорю я. – Посмотри, она же не может возразить этому ублюдку. Какая же тут охрана? А может, они вообще в сговоре?