Текст книги "Незримый клинок"

Автор книги: Илона Эндрюс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

– Да, ещё…

Он снова лизнул, и она заурчала. Мели была влажной, горячей и податливой. Ей казалось, что с каждым ласковым движением его языка она понемножку умирает. Селино провёл руками вдоль её спины, скользнул под лёгкие брюки и тонкие трусики и обхватил ягодицы. Сжав их ладонями, Карванна нежно толкнул Мели назад, на подушки. Она подчинилась.

Он зарычал, как голодный зверь, и сорвал с неё одежду. Мели лежала перед ним на подушках: грудь вздымается, ноги раскинуты… Он уставился на неё, как будто до конца не веря, что всё это в его распоряжении.

Она приподнялась и схватила его за чёрную рубашку:

– Снимай, – выдохнула Мели. – Всё, до последней нитки.

Селино обнажил грудь, будто бы вырезанную неистовым скульптором. Каждая мышца свидетельствовала о годах, посвященных изучению боевых искусств. Гладкий, безволосый торс в мягком свете казался сделанным из золотистого янтаря. И когда Мели прикоснулась к нему, её пронзил электрический разряд. Она поцеловала твёрдый рельефный пресс Селино, расстегнула его брюки и, проскользнув рукой внутрь, нашла твёрдый член. Карванна застонал и подался вперед. Мели опустилась ниже, провела языком по головке и нежно обхватила её губами.

Селино отскочил и поспешно избавился от обуви и штанов. Его желание вызвало у Мели трепет удовольствия и радостный смех. Улыбка не успела сойти с губ, как Карванна схватил Мели и снова бросил на подушки, накрыв собой. Он завладел её ртом, и смех превратился в низкий гортанный стон. Она обняла Селино, чувствуя каждый сантиметр прижатого к ней, напряженного от страсти тела. Он, не останавливаясь, целовал её губы и шею, пока Мели не забыла обо всём на свете, кроме него. Она желала его, нуждалась в нём, а он всё дразнился, пока её терпению не пришёл конец. Наконец, твёрдое бедро Селино оказалось у неё между ног, раздвигая их. Он прижал её руки к подушке и толчком вошёл в горячее влажное лоно.

Наслаждение молнией пронеслось по телу Мели, став почти невыносимым. Она едва могла дышать, но он не дал ей времени привыкнуть к новым ощущениям. Карванна снова и снова брал её глубокими сильными толчками, каждый из которых приближал её к кульминации, пока удовольствие взрывной волной не пронеслось по телу. Мели засмеялась, не в силах сдержать свой восторг. Открыла глаза и увидела, что в тот же миг как её лоно сжало его член, Селино кончил. Экстаз от пережитого оргазма светился в его глазах.

Карванна вышел из неё, и она свернулась рядышком, положив голову ему на грудь. Он провёл рукой по спине Мели и покрепче прижал к себе. Долгое время они просто лежали, обнявшись, она слушала биение его сердца, пока не заснула.

Ночью Селино разбудил её, потому что снова хотел заняться любовью. А потом ещё раз. В предрассветных сумерках Мели обвинила его в ненасытности, а он только рассмеялся и соблазнил её на ещё один страстный раунд.

Утром, несмотря на то, что уже опаздывал, Селино остался на завтрак. Мели разлила по маленьким чашечкам кофе, не скупясь на сахар, и подала его вместе с красными ягодами арны на веточке и сладким пряным хлебом.

Карванна едва прикоснулся к еде. Взгляд его серых глаз светился теплом, останавливаясь на Мели. Селино взял её руку в свои и поцеловал.

Его нежность застала Мели врасплох. Она ждала быстрого прощания, но казалось, что Карванна не хочет её отпускать. Строя свои планы, она не рассчитывала на его привязанность и не представляла, какое удовольствие ей это доставит. Даже если реагировать так было глупо.

– Ты заставляешь меня сомневаться в своих кулинарных способностях, – сказала Мели. – Тебе не понравилось?

– Переезжай ко мне.

Она покачала головой:

– У меня своя жизнь, у тебя – своя.

Отблеск прежней холодности отразился в глазах Селино:

– Так что же, этим всё и закончится?

Она поцеловала его, и сама удивилась этой ласке:

– Мне будет плохо в твоей башне из слоновой кости. Я буду ждать тебя здесь. Приходи вечером.

Он притянул Мели к себе на колени:

– Я умею убеждать.

Она улыбнулась:

– Ах, да, сила страсти… Может, у тебя и получится. Но зачем стараться, если знаешь, что я этого не хочу?

– Чтобы ты находилась в полном моём распоряжении.

– Сегодня вечером я и так буду в твоём распоряжении.

Он поцеловал её в шею и Мели задрожала.

– Пообещай держать дверь запертой, пока меня не будет.

– Обещаю. – Она прошептала ему на ухо код для входной двери.

– Скажи хотя бы своё имя.

– Мели.

* * *

Селино понял, что в глайдере посторонний, в ту же минуту, как закрыл входную дверь дома Мели. Поднялся люк, и показалось бледное лицо Маркуса.

– Мой господин, ещё немного, и я бы отправил отряд на ваши поиски, – тихо сказал англиканец, пока Селино усаживался на водительское место.

– И испортил бы одну из лучших ночей в моей жизни, подписав себе смертный приговор. Ты же знаешь, каков я в гневе. – Карванна поднял глайдер в воздух, влился в транспортный поток и позволил автопилоту перехватить управление. – Узнал что-нибудь?

– Много всего, но ничего стоящего. Дом числится за некой Мели Ассоль-Грей.

– Имя не настоящее.

Ассоль и Грей – это персонажи повести Александра Грина «Алые паруса». Дурацкая книженция с древней планеты. Сейчас упоминание о ней можно встретить, разве только изучая Седьмое Возрождение Романтизма, когда она считалась квинтэссенцией основных идей эпохи. Селино познакомился с творениями этого периода лет в двенадцать-тринадцать. И терпеть его не мог.

– Она получила великолепное образование, – заметил Селино.

Маркус кивнул:

– По этому имени ничего не прослеживается. Госпожа Ассоль-Грей будто возникла из ниоткуда восемь лет назад. Ни глайдера. Ни медицинской карты. Живёт скромно, в пределах трёх тысяч в месяц. Средства на счёт поступают регулярно из закрытого фонда в Колониальном банке. Остальная информация засекречена. Взламывать систему безопасности банка рискованно, потребуется много времени и денег.

– Займись этим. Дом принадлежит ей?

– Нет. Она арендует его у того же банка за разумную цену.

– Купи дом. Через «Фонтен».

Маркус замялся:

– Скорее всего, она из потомков. Вариантов два: или она в бегах, и не хочет, чтобы её нашли, или отреклась от семьи.

Селино нахмурился. Отречения случались редко. Иногда все связи с семьёй разрывались по доброй воле, порой по настоянию родственников, благополучию которых угрожал изгоняемый. Отрёкшийся потомок теряет право на наследство, защиту и деньги рода. Серьёзный шаг, без причин на него не идут. В своё время, чтобы добиться свободы и утвердить свою власть, Селино угрожал семье разрывом. Он долго думал, прежде чем так рисковать.

Мели оказалась загадкой, восхитительной головоломкой. Ни разу Карванна не встречал женщину, которая радостно смеялась бы, когда он доводил её до оргазма. Он хотел снова услышать этот смех.

Иногда отрекались и в интересах семьи: чтобы остальных её членов невозможно было в чем-либо обвинить. Так делали величайшие воры и убийцы. Тайно служа родственникам, ответственность изгои несли в одиночку. Селино ещё раз обдумал эту гипотезу.

Прошлой ночью Мели легко могла его убить. Он пришел к ней уверенный, что в случае необходимости в состоянии защитить себя. Не ожидал, что так сильно увлечётся. Его внимание принадлежало Мели безраздельно. Он заснул, обнимая её. И спокойно спал всё то недолгое время, что было отдано сну.

Почти невероятно, чтобы у убийцы не нашлось ни одного имплантата, используемого этой братией для работы.

– Копай дальше, – сказал Карванна, намереваясь заняться своим собственным изысканием. Сегодня ночью.

Он провёл её у Мели. Как и следующую ночь.

На утро третьего дня Селино перестал бороться с собой и в первый раз за последние пять лет позволил себе отменить все дела до конца недели.

Целый день они бездельничали. Просматривая книги на ридере Мели, Селино оценил её превосходный вкус, но тут – как того и следовало ожидать – ему на глаза попались «Алые паруса».

– Идиотская повесть, – прокомментировал он.

Она улыбнулась:

– А мне нравится.

Он открыл рот, чтобы возразить, но она прикоснулась пальцами к его губам:

– Я не прошу тебя изменить мнение. Просто признай, что у нас могут быть разные вкусы.

Они любили друг друга в её кровати, а после, Мели, положив голову ему плечо, попросила:

– Расскажи мне о своих женщинах.

– Их было много и все незапоминающиеся. Ни одной похожей на тебя.

– Чем я отличаюсь?

– Соврать не получится?

– Нет.

– Наверное, это и есть ответ на твой вопрос.

Она пихнула его кулачком в рёбра, и Селино рассмеялся.

– Не увиливай.

– Мужчины об этом не говорят.

Она приподнялась на локте и положила голову ему на грудь:

– Всё равно расскажи.

– Я схожу по тебе с ума, – произнёс он. – Когда ты наливала мне суп у себя на кухне, я изо всех сил боролся с желанием перемахнуть через стол и зацеловать тебя. Но это чувство мне знакомо, иногда я испытывал его к почти незнакомым женщинам. С тобой же мне спокойно. Звучит прозаично, но для меня это ощущение бесценно. С тобой легко.

– Почему? – тихо спросила Мели.

– Ты похожа на меня: умная, сообразительная и практичная. И в то же время непохожа. Я хладнокровный беспощадный подонок, а ты – само счастье и добросердечие. А ещё ты очень нежная, – он провел руками по её груди, – и красивая.

Селино подразнил её сосок:

– Очаровательная, притягательная…

– Ты забыл…

Он поцеловал её и прошептал Мели на ушко:

– И вся моя…

– Не вся, – ответила она и выскользнула из кровати.

– А твои любовники? – спросил Селино позже, когда они сидели в саду и потягивали купленное им розовое вино. – Сколько их было до меня?

– Несколько.

– Слишком много.

– Почему ты так решил?

– Больше нуля – это уже слишком много.

Она рассмеялась.

– Расскажи мне о них.

– Их было двое. Первого я выбирала очень тщательно. Ему тогда почти исполнилось сорок, а мне – всего двадцать один. Он был очень добрым и улетал с планеты через несколько дней. Я хотела, чтобы всё прошло безукоризненно, чтобы мне не пришлось ни о чём волноваться.

– И как?

– Воспоминания остались приятные. Он был опытным, но я слишком стеснялась, и нам не хватало страсти.

– А второй?

– Числился в криминальном розыске. Этакий неотразимый негодяй. – Она отпила вина. – Мы были вместе почти год. Ты знаешь меня с одной стороны, а он знал – с другой, с той, о которой я больше не хочу вспоминать.

Острая стрела ревности пронзила грудь Селино.

– У тебя опять этот ледяной взгляд, – заметила она.

– Что он знал о тебе такого, чего не знаю я?

– Пусть это пока что будет моей тайной. Тебе не о чем волноваться. Тот мужчина мёртв. Он и правда оказался негодяем, и жадность довела его до могилы.

Мели нахмурилась.

– Что тебя тревожит?

– Мои чувства к тебе. – Она посмотрела на него. – Я счастлива. Мне нравится быть рядом с тобой.

– И почему это тебя беспокоит?

– Боюсь, что пропаду.

– Не понял.

– Поймёшь, – кивнула она. – Когда придёт время.

Селино пообещал себе, что рано или поздно узнает всё её секреты. Нужно только время и терпение.

Они занимались любовью в каждом уголке её дома. Обсуждали книги и ели стряпню Мели. Она удивила его глубоким пониманием происходящего в экономике, а он её – своими познаниями о георгинах. Карванна тайно заказал ожерелье из кроваво-красных ониксов, стоящее дороже роскошного глайдера последней модели. Когда украшение доставили, Мели отказалась его принять; зато пришла в восторг от приготовленной Селино еды.

Он никогда не встречал женщины настолько умной, жизнелюбивой и щедрой на душевное тепло. Она отдавала ему всю себя, без остатка. Селино был невероятно счастлив.

Так пролетело три дня. На четвертый произошел взрыв на заводе в Огавии.

* * *

Мели стояла перед монитором.

– Я вернусь завтра, – сказал Карванна. – Дождись меня, пожалуйста.

Её губы ещё хранили вкус его прощального поцелуя.

Пора. Другого шанса не будет. Мели чувствовала: сразу по возвращении Селино развернёт кампанию по её окончательному завоеванию. И сомневалась, что сможет устоять. Она влюбилась в Селино Карванна.

Надо или безжалостно покончить со всем сейчас, или навсегда забыть о мести. Когда в самом начале операции Мели пообещала себе довести дело до конца, несмотря ни на что, она заметно недооценила собственное сердце.

Было бы так легко уступить. Просто позволить Селино взять на себя все заботы, жить с ним рядом. Он никогда бы ничего не узнал.

Она напомнила себе о двенадцати годах, в течение которых чувствовала себя отвергнутой, сломленной. Непрестанная тихая боль и ощущение потери чего-то жизненно важного сопровождали Мели повсюду. Столько лет кипел её гнев, не находя выхода.

Буря чувств, бушевавшая внутри, раздирала Мели на части.

Она расплакалась, а когда рыдания стихли, умылась и вернулась к экрану.

На лжи счастья не построишь. Мели очень хорошо знала Селино, а вот он совсем не знал её.

Она должна положить этому конец.

* * *

Селино был в бешенстве. В первый раз он не обратил внимания на то, что Мели проигнорировала его звонок. Подумал, что она принимает душ или ушла на рынок. Карванна стоял среди дымящихся руин и ждал, когда рабочие отроют реактор. С трудом получилось урвать несколько секунд, чтобы попробовать связаться с ней.

Когда и вторая попытка не увенчалась успехом, Селино позвонил своему человеку, оставленному присматривать за домом Мели, и обнаружил, что коммуникатор наблюдателя перевёден в режим «Не беспокоить».

Селино начал волноваться. Вполуха слушая инженеров-экспертов, он выкроил минутку драгоценного времени, чтобы вывести на свой коммуникатор изображение с видеокамеры, установленной им в саду у Мели. Увидел, как она прошла внутри, за сеткой двери. Попытался связаться ещё раз и наблюдал, как его вызов снова проигнорировали.

Соглядатай внутри? Мели пригласила его в дом? В свою кровать?

Судя по тому, что вдруг разговоры вокруг затихли, эти мрачные мысли отразились на лице Селино. Стоило ему двинуться, и окружающие предпочли по-быстрому убраться с его пути, заметив обещающий смерть взгляд.

Час спустя, завершив расследование и вернувшись на глайдер, Карванна обнаружил, что ему пришло сообщение. Однако, когда он, заперев люк, собрался просмотреть запись, на экране появилось предупреждение: «Сохранение запрещено». Что бы там ни было, он увидит это только однажды. Пересмотреть не получится.

– Воспроизвести, – процедил Карванна сквозь зубы.

На дисплее появилась Мели: волосы собраны сзади, серый бронежилет поверх рубашки того же цвета. Селино не знал, что подобная «одежда» есть у неё в гардеробе.

– Наблюдатель на кухне. Сейчас он под действием транквилизаторов, но должен очнуться к тому времени, как твои ребята доберутся сюда. А я ухожу.

Селино накрыла волна боли.

– Всё кончено. Мы больше не увидимся. Один человек как-то сказал мне, что, даже встретив самую изысканную и утончённую женщину на планете, он бы всё равно не связал себя узами брака, потому что гораздо выше ценит свободу. На этот раз я сама не хочу никаких уз. После стольких лет я наконец-то свободна от тебя.

Боль когтями рвала его на куски, но он заставил себя сосредоточиться на словах Мели. Они казались ужасно знакомыми. Только вот никак не получалось вспомнить: принадлежала ли эта фраза ему самому или кому-то другому. Но он точно знал, что слышал её прежде.

– Спасибо тебе за это. Я постараюсь тебя забыть. Прощай.

Экран погас. Селино чувствовал себя странно спокойным. Пустым. Холодным. Он сидел перед темным монитором и терпеливо ждал хоть проблеска эмоций. Хоть чего-нибудь.

Наконец вспыхнула слабая искра какого-то чувства. Через некоторое время Карванна понял, что это было. Яростный, ослепляющий гнев.

Меньше чем за час Селино преодолел путь, на который обычно требовалось вдвое больше. Двигатель глайдера чуть не взорвался. Ждавшие на посадочной площадке перед домом Мели подчинённые не решились приблизиться к боссу, когда он выскочил из кабины после чересчур лихой посадки. Исключением стал Маркус. На вопросительный взгляд Селино телохранитель покачал головой. Мели исчезла.

Дом выглядел выпотрошенным. Белье, подушки – всё как сквозь землю провалилось, каждый клочок. Из ниши в стене пропал терминал связи. Кухня после полной санитарной обработки казалась пустой.

Селино нашёл биотехника:

– Что-нибудь обнаружили?

Женщина покачала головой:

– Дом стерильно чист. Она всё проверила, я думаю, с помощью биосканера. Никаких биочастиц за исключением растений в саду.

Селина зарычал. Он сознательно не воспользовался ни одной из бесчисленных возможностей получить образец ДНК Мели. Решил, что узнает её тайны из одних только разговоров. Хотел показать, какой он умный. Тогда вот и не подозревал, что времени может не хватить.

И теперь Мели уничтожила все следы и испарилась.

Он найдёт её. И выяснит, почему она так поступила.

Тут Селино вспомнил, как три дня назад соблазнил Мели на мягкой травке в саду. Перед глазами пронеслись образы: её лицо, освещенное солнцем, роскошное тело на зелёном покрывале, её улыбка. Снова приступ боли.

Карванна прошел в сад и опустился на колени в траву. Любые жидкие следы секса давно испарились. Селино внимательно осмотрелся – гнев обострил его зрение – и увидел длинный волос, обвитый вокруг стебля георгина. Промашка Мели. Растительный фон снизил чувствительность биосканера, и волос остался незамеченным.

Селино очень осторожно, будто драгоценность, распутал свою находку и передал её биотехнику:

– Проверь по базе данных потомков.

Карванна стоял рядом с гудящим анализатором, который сравнивал обнаруженный образец с ДНК всех известных родов.

– Аппалачи – три процента, – доложила биотехник. – Пейтел – семь целых, две десятых. Виноградовы – четыре процента…

«Не то, ерунда всё это», – зло подумал Селино.

– Галдес – семьдесят девять целых и одна десятая процента.

Он собрался. ДНК внутри семей варьируются, и совпадение на семьдесят и больше процентов говорило о несомненном родстве.

В голове Селино мелькнула ужасная догадка. Однако он хотел доказательств.

Карванна крутанулся в сторону Маркуса:

– Мне нужен доступ к файлам Галдесов. Меня не волнует, чего это будет стоить и как ты это сделаешь, главное, сделай.

Три часа спустя Селино стоял за спинами двух своих лучших хакеров, изучая информацию на трёх мониторах. Внушать подчинённым страх в таком состоянии ему удавалось даже слишком хорошо. Они сумели в рекордно короткий срок обойти систему безопасности и получить доступ к секретной информации семьи Галдес.

С изгоями могли поддерживать связь только глава семьи и его доверенные лица.

– Мне нужны все записи исходящих звонков Лиона, Азара и Энджела с десятого по семнадцатое. – Неделя до того, как Селино впервые встретил Мели.

На экранах возник длиннющий список.

– Исключить номера, принадлежащие Галдесам.

От списка осталась пятая часть.

Они нашли нужную запись через час. Когда Мели появилась на дисплее, Селино не сразу понял, что они обнаружили то, что искали.

– … сложное задание, —произнёс Энджел.

Взгляд Мели ничего не выражал:

– Больше никакой работы. Я удалилась от дел.

– Это личная просьба отца, Мели.

Карванна наблюдал, как она закрыла глаза. Мели продолжила разговор, но сама замерла в ожидании чего-то.

Гладкий диск перехватчика выскользнул из коридора позади неё. Глаз она не открывала.

Робот приблизился, его дуло повернулось в её сторону.

Прозрачная зелёная лента вылетела из запястья Мели на огромной скорости. Перехватчик рухнул на пол дымящейся грудой хлама.

– Боже мой, —прозвучало восклицание Энджела.

– Мелдер, – прошептал Маркус, его глаза округлились. – Я позволил вам войти в дом мелдера без охраны.

– Ты не знал.

– Я…

– Я не виню тебя, – прорычал Селино. – Ты не мог знать.

Он повернулся лицом к экрану:

– Повторите последние десять секунд.

Карванна наблюдал, как Мели разрезала смертельно опасного робота пополам. Аккуратно. Элегантно. Не делая лишних движений. Она была великолепна.

И все же она оставила Селино в живых. Несколько дней он был в её власти, но Мели ни разу не попыталась напасть. Увидев её в действии, он не сомневался, что она легко смогла бы убить его.

Что же её остановило?

– Сравнить сетчатку с изображениями из архивов Галдесов второй степени секретности и выше, – оцепенело произнёс он.

На экране появились глаза Мели. Компьютер начал обрабатывать информацию: персональные файлы из архива сменяли друг друга на левом мониторе. Наконец совпадение было найдено. На второй половине центрального дисплея высветилось изображение совсем молоденькой девушки. Не старше восемнадцати. Её глаза ярко светились надеждой. Гнев Селино потух, превратившись в глыбу льда.

– Полное имя, – сказал Карванна, с трудом узнав собственный голос.

– Имельда Анара Галдес. Дочь Лиона Галдеса, сестра…

– Достаточно.

Селино закрыл глаза и потер переносицу пальцами. Он вспомнил, где слышал сказанные Мели слова. Он сам бросил их ей в лицо двенадцать лет назад.

– Мы нашли скрытые файлы с этим именем, – произнес один из хакеров.

Карванна заставил себя открыть глаза:

– Покажите.

На дисплее появились две папки: «Помолвка» и «Отречение».

– Оставьте меня одного.

Все с радостью покинули комнату. Кроме Маркуса.

– Оставь меня, – повторил Селино.

Англиканец поклонился и вышел. Карванна сел в кресло.

– Помолвка, – сказал он угрюмо.

На мониторе появилась фотография его самого в юности. Селино нетерпеливо прокрутил страницу ниже. Дальше шел перечень прочитанных им книг: каждое название сопровождал комментарий. Мели добавила и своё мнение. «Селино – понравилось, но главным героям не хватает дисциплинированности; Мели – согласна». Следующая книга. «Селино – ерунда, не дочитал. Мели – скучное начало, но дочитать бы стоило». Рядом с «Алыми парусами» он написал: «Сопли в сахаре», а она прокомментировала: «Селино, ты идиот».

Примечания к списку голографических фильмов выглядели точно так же: сначала его мнение, потом – её. Селино нашел кучу своих школьных заметок. Мели изучала его, как будто он был древним философом, а она – его ярым последователем. Судя по тому, что записи попали к ней в руки, ей помогал кто-то из семьи Карванна.

Селино стал смотреть дальше и наткнулся на собрание рецептов. Среди них нашлись и сладкие рожки, в углу стилусом была сделана приписка: «Мели, не забудь про цедру!». Мелкий почерк мамы. В сговор против Селино вступила его собственная мать.

Неудивительно, что он чувствовал себя с Мели так легко. Она очень хорошо его знала. Можно сказать, заглянула к нему в голову, прочитав заметки и всяческий вздор его сочинения. Зачем? Вдруг пришло шокирующее озарение – чтобы они вдвоём смогли жить счастливо. Мели предполагала, что выйдет замуж за Селино, и понимала, что он будет враждебно к ней настроен, поэтому старалась не стать ему обузой.

Он прокрутил свои школьные записи и увидел финансовые расчеты – их она тоже проанализировала. Рядом с планом по приобретению «Ромиан» Мели приписала: «Гениально. Доказательство того, что Бейвейни может засунуть себе свой „Менеджмент от А до Я“ туда, где никогда не светит солнце».

Остальные документы тоже сопровождались её комментариями.

«Всё так же не хватает терпения».

«Не верю, что он пошёл на это».

«Он или гений от бизнеса, или безжалостный грабитель, которому всё по барабану. А может, и то, и другое».

Очарованный, Карванна хотел продолжить чтение, но важнее было найти Мели:

– Расписание Лиона на эти сутки.

Взять в плен Лиона Галдес и обоих его сыновей оказалось на удивление легко. Они просто не ожидали такого нахального нападения посреди белого дня на улице рядом с рестораном «Кантина». Селино сам руководил группой захвата. Пленников, связанных и с кляпами во ртах, запихнули в бронированный глайдер, который потом спокойно отчалил.

Поднявшись в воздух, Карванна ослабил кляп Энджела:

– Где твоя сестра?

– Не знаю, – прорычал младший Галдес. – Она должна была убить тебя. Почему ты ещё жив?

– Именно это я и хочу узнать.

Селино допросил всех пленников по очереди. Потом, дабы убедиться в их правдивости, подержал Энджела вверх ногами над открытым люком на трехсотметровой высоте. Они не представляли, куда делась Мели.

Карванна спрятал Галдесов в своём особняке. С того момента, как Мели отправила сообщение, прошло тридцать часов. Селино не спал и не ел всё это время, и до сих пор понятия не имел, где она.

Надо думать, как она. Куда бы он направился на её месте?

Наконец он догадался. Взяв новый глайдер из гаража, Селино вылетел в Далию.

* * *

В старом тренировочном зале, тускло освещённом фонариками, парили четыре робота-перехватчика. Мели, в футболке и в шароварах, стояла в центре. Глаза её были закрыты.

Селино остановился рядом с чертой, ограничивающей зону сражений. Он не знал, как Мели удалось обойти охрану, но уже ничему не удивлялся.

Она открыла глаза и посмотрела прямо на него. Сенсоры на перехватчиках засекли Мели, и роботы рванули к ней с четырех сторон.

– Я и не думала убивать тебя, – произнесла она.

Прозрачная зелёная лента на невероятной скорости вылетела из её запястья, и все четыре робота рухнули на пол грудами металлолома.

– Просто хотела, чтобы ты на своей шкуре ощутил то же, что и я. А информация Энджела всегда верна, грех было не воспользоваться такой возможностью.

– Я был жесток, – сказал он. – И я не изменился.

– Знаю. – Мели подошла к первому перехватчику, подняла его и выкинула в мусорное ведро. Она двигалась всё с той же грацией, которая сводила Селино с ума. Он последовал за Мели, не пересекая черту на полу.

– Зачем ты пришёл? – спросила Мели.

– Ты завладела моим сердцем. Куда я пойду без него?

– Домой.

– Нет, пока не верну то, что принадлежит мне.

Она остановилась и подняла на Карванну свои бархатные глаза:

– Я никогда не была твоей.

– Неправда, была, когда смеялась во время оргазма, когда засыпала в моих объятьях или улыбалась моим шуткам, когда прикасалась ко мне.

– Ты принял за любовь отголоски умирающей страсти. У тебя вообще есть гордость? Ты и правда считаешь…

– …что мольбы смогут изменить моё решение? – закончил он, пересёк линию на полу и скользящей походкой приблизился к Мели. Селино чувствовал себя хищником на знакомой территории – он знал каждый сантиметр старого спортзала. Когда между ними осталось всего пара шагов, Мели напряглась. – Я пришел сюда не умолять. Хочу получить то, что было мне обещано.

Она вздохнула:

– Я давно простила тебя за то, что ты разорвал помолвку. Ни за что не прощу наши семьи, втравившие нас во всё это, но тебя я простила. Ты боролся за свою свободу. Я это уважаю.

– Зачем же наказываешь?

– Потому что ты не стал меня тогда слушать. Если бы ты согласился на брак, а на следующий день развёлся, то я бы тоже была свободна. Не осталось бы сомнений в том, что я не нужна тебе. Вот о чём я хотела попросить тем вечером. Об одном дне. Тебе бы не пришлось заниматься со мной сексом. Ты мог бы даже не приходить на венчание. Просто расписался бы на проклятой бумажке, а через сутки черканул бы ещё на одной. И я бы тоже обрела свободу, смогла бы выбрать спутника жизни, выбрать будущее.

– Ты и так могла бы сделать всё это, – произнёс он озадаченно.

– Я была никому не нужна, Селино! – Эне-лента, стрелой вылетев из руки Мели, порубила ближайшего перехватчика на мелкие кусочки. – Все боялись, что однажды ты передумаешь и объявишься на пороге, требуя компенсацию за украденную невесту. Ты даже не женился. Пусть другие семьи и не ждали, что ты предъявишь на меня права, но такая возможность всегда оставалась. Собственно, сейчас ты пытаешься ею воспользоваться.

Наконец, Карванна понял – его независимость куплена ценой её свободы.

– Об этом я не подумал.

Мели повернулась к нему:

– Я надеюсь, ты на самом деле любишь меня и тебе сейчас очень больно.

– Очень, я и представить себе не мог, что бывает так больно.

Она расстегнула браслет мелдера, опустилась на пол и позволила оружию соскользнуть вниз.

– Селино, уходи.

– Не могу. Если бы для твоего счастья мне потребовалось вырвать своё сердце и отдать тебе, я бы ни секунды не колебался. Я совсем не ангел, скорее хладнокровный, жестокий ублюдок, но с тобой я чувствую себя человеком, и я знаю, что тебе тоже хорошо со мной. Не бросай меня, Мели. Клянусь, что сделаю всё возможное ради твоего счастья. Стану тебе защитой, тихой гаванью. Со мной ты сможешь быть самой собой.

Она безразлично покачала головой:

– Ты ничего обо мне не знаешь.

– Я знаю, ты считаешь, что у «Мести мадьяра» скучное начало, но концовка всё окупает. По-твоему, я сглупил, остановившись на первых главах. Я в курсе, что ты терпелива, но периодически забываешь, что стандартный коэффициент рентабельности на планете равен 4,58, а не 4,56. Поэтому твои расчеты краха «Поглощения Парсона» отличаются от моих.

Перелет в Далию занял восемь часов, которые Селино провёл за изучением заметок, предварительно вколов себе стимулятор, чтобы не заснуть.

Мели посмотрела на него:

– Ты взломал базу данных Галдесов. Я думала, эти файлы давно уничтожены.

– Взломал, и, как видишь, всё цело. Я знаю подробности всех твоих убийств. Семья просила о шестнадцати, но ты согласилась только на одиннадцать, ставших возмездием за причиненный Галдесам вред. Кстати, я считаю, что в деле Гарсии ты пошла на неоправданный риск. – Он встал рядом с ней на колени. – А ещё я похитил твоего отца и братьев. И не постеснялся бы пытать их, если бы решил, что им известно, где ты.

Она тихо и невесело рассмеялась:

– Странный способ понравиться девушке.

– Я никогда не притворялся добрым или благородным. Но с тобой я буду таким. – Он обнял её, притянув к себе, прижав спиной к своей груди. Мели попыталась вырываться, но не смогла. Не физическая сила, а меткость была её основным преимуществом. Селино легко удержал Мели на месте. – Я люблю тебя. Я не любил шестнадцатилетнюю девочку, но сейчас я люблю тебя. И я очень сожалею, что разрушил твою жизнь, но вместе мы можем построить новую. Останься со мной.

– Отпусти.

Он разочарованно зарычал:

– Ради чего ты обрекаешь нас обоих на страдания, Мели? Разве мало тебе было мучений? Я всю оставшуюся жизнь буду стараться сделать тебя счастливой, пусть это станет моим наказанием.

– Отпусти, Селино.

– Не могу, – прошептал он и поцеловал её волосы.

Селино напрягся, застыл. Раз она не хочет, нельзя, невозможно заставить её, привязать к себе. С трудом справившись с собою, он зарычал и выпустил Мели из объятий. Она встала:

– Ты сломал меня тогда, Селино, лишил будущего. Больше десяти лет я жила с этим. Близкие обращались со мной, как с прокаженной. Я отреклась от рода, только чтобы не видеть их жалости. Такое не исправишь, проведя ночь за чтением старых заметок.

Мели вышла из зала. Его сердце снова было разбито.

Наутро Селино Карванна сложил с себя полномочия главы рода.

* * *

С ридером в руке Селино сидел на балконе, опоясывающем второй этаж. Рядом стоял стакан чая со льдом. Внизу цвели георгины. И через два года Селино всё ещё не мог видеть их без боли – они напоминали о ней. Он заставлял себя смотреть на них время от времени. Уж не начал ли он получать удовольствие от страданий?