Текст книги "Вернуться домой. (СИ. Главы 1-19)"

Автор книги: Игорь Чужин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 20 страниц)

Посещение медблока поначалу полностью подтвердило мнение Камилы, но в кладовой, где должны были храниться расходники к реанимационным камерам, я обнаружил, десять контейнеров, размером с микроволновку, которые выглядели здесь чужеродными. В памяти моей нейросети ничего похожего я не обнаружил, но Камила уверено заявила, что это армейские стазис контейнеры высшей защиты для биологических объектов. В подобных контейнерах обычно перевозят корабельные ИскИны, и зародыши нейросетей для установки детям, родившимся в недавно колонизированных мирах. Если судить по маркировке на контейнерах, то этот груз предназначался для какой-то отдаленной колонии и попал на станцию случайно. Я вытащил один контейнер из кладовой и, протерев его от пыли, тщательно осмотрел. Похоже, древний девайс находился в рабочем состоянии, однако подробно изучать трофей нужно в более подходящих условиях, а не в разгромленном медицинском блоке.

Камила озадачила дроидов переноской контейнеров к шлюзу лифта, чтобы потом можно было без проблем перенести трофеи в жилую зону станции, а я решил обследовать ангар с аварийными челноками и патрульным фрегатом, который входит в штатное оборудование автономных космических станций. Приписанный к станции фрегат в основном используют как транспорт снабжения, и для связи с ближайшей базой флота, поэтому реальной боевой силой он не является, но это только по меркам Джоре. В данный момент времени боевой фрегат таларских ВКС настоящая 'вундервафля', которому мой крутой 'Венчур' даже в подметки не годиться.

Помимо патрульного фрегата, на каждой военной станции связи также имеется система спасения экипажа с аварийными челноками. Стандартные спасательные челноки рассчитаны на спасение двадцати пяти человек которые способны всего на один прыжок дальностью в пять светолет. Стандартный аварийный челнок представляют собой большой стазис контейнер с автономностью в двести лет. Экипаж военной станции размерности 'Приюта странника', обычно не превышает пятидесяти человек, поэтому челноков должно быть как минимум два.

Доступ к ангару с фрегатом и аварийным челнокам был возможен только из ЗКП, что исключало возможность эвакуации личного состава прямо с боевых постов обороны, так как солдат должен сражаться до победного конца, а не спасаться бегством. Как известно, генералы трепетно берегут лишь собственную шкуру и всегда цинично относятся к жизни своих солдат, считая их расходным материалом. По этой причине к тому моменту, когда поступает приказ об эвакуации личного состава, станция уже превращается в руины и возможность спастись становится чисто теоретической. Из краткого курса выживания полевого агента разведки, сохраненного в памяти моего меча, мне было известно, что в случае гибели станции аварийные челноки обычно остаются в своих катапультах в целости и сохранности, так как спасаться уже некому. Выходные люки катапульт обычно уже разбиты в хлам, поэтому челноки ценны лишь как объекты для мародерства. Аварийный челнок прост как утюг, а поэтому очень надежен, и если от солнечных батарей на поверхности станции или других долгоживущих источников питания на борт челнока поступает энергия, то он практически вечен. В стазис контейнере челнока могут сохраниться аварийные скафандры, оружие ИА также комплекты для выживания и другие полезные в хозяйстве вещи.

К моему большому сожалению оба спасательных челнока не пережили испытания временем и представляли собой лишь экспонаты для музея археологии, поэтому я сразу отправился в ангар с патрульным фрегатом. Правда и здесь я обнаружил только огромный окаменевший скелет живого корабля Джоре, пользы от которого было мало. Однако этот скелет предлежал кораблю размерности легкого крейсера, а не стандартному патрульному фрегату. Я начал искать в базах данных тип корабля, которому мог принадлежать подобный скелет, но меня опередила Камила, которая вывела на экран моей нейросети картинку с описанием дальнего разведчика Таларского союза типа 'Тень'. Видимо у погибшей станции имелось двойное дно, и она являлась базой для дальнего разведчика, а не только обычным пунктом связи. Я внимательно рассмотрел останки 'Тени' и на нескольких 'ребрах' скелета, заметил механические повреждения. Чтобы не ломать попусту голову я обратился за консультацией к ИскИну, чтобы прояснить, почему корабль не залечил подобную травму самостоятельно и в таком виде вернулся на свою базу. Камила немного задержалась с ответом и неожиданно заявила:

– На мой взгляд, для устранения подобных повреждений даже в условия полета требуется не больше недели. Скорее всего, корабль получил повреждения незадолго до прилета на станцию или повреждения оказались слишком серьезными. Возможно, по кораблю был нанесен ментальный удар и корабельный псион не смог его полностью отразить, а это значит вышла из строя часть системы управления системами ПКО. Если судить по повреждениям ребер скелета, то следом за ментальным ударом в корабль попала торпеда, и она пробила защиту отсека, где расположен главный ИскИн. Без главного корабельного ИскИна ремонт на ходу невозможен в принципе, поэтому кораблю потребовался срочный доковый ремонт. Если моя догадка верна, то именно 'Тень' привела за собой корабли противника, которые уничтожили станцию. Перед доковым ремонтом с корабля снимают все ценное оборудование, а также контейнеры с аварийными расходниками, упакованными в стазис контейнеры длительного хранения. Следовательно, все это добро должно сейчас лежать где-то в ЗКП. Типовое и громоздкое оборудование наверняка отправили на склад, где все давно рассыпалось в прах и с этим ничего поделать нельзя. Однако дальний разведчик типа 'Тень' напичкан секретным оборудованием, поэтому нам нужно найти сейф, предназначенный для хранения всего этого добра. Скорее всего, сейф находится в наиболее защищенном месте, а это помещение каюты командира станции.

Выслушав соображения Камилы, я сразу отправился разыскивать вход командирскую каюту, который должен находиться непосредственно в командном пункте. Как оказалось, в свое первое посещение центрального поста, я не заметил дверь в командирскую каюту, потому что ее скрывал шкаф с засохшей мумией главного ИскИна станции. На этот раз я был внимателен и практически быстро обнаружил нужную нам дверь. Дверь в каюту была бронированной, но кодовый замок на двери оказался стандартным и без изысков.

Мой офицерский меч давно стал для меня универсальной отмычкой к любому замку Джоре, а поэтому, он быстро открыл мне доступ в каюту командира станции. Каюта оказалась пустой, но я уже с порога каюты увидел на ее дальней стене дверь сейфовой комнаты. Над рукояткой открывания двери светился зеленый огонек сигнализации, который указывал, что оборудование сейфа находится в работоспособном состоянии.

Камила услужливо объяснила мне, что подобные сейфы могут быть снабжены автономными изотопными источниками питания с длительными сроками полураспада, поэтому они в состоянии пережить тысячелетия. У меня сразу появилась мысль, что большинство работоспособных артефактов Джоре было найдено в подобных сейфовых комнатах или стазис контейнеры, в которых они хранились, были снабжены изотопными источниками питания. Увы, но изотопы долгоживущих трансурановых элементов весьма дороги, поэтому такие источники питания очень редки, а значит, только мизерное количество артефактов дожили до настоящего времени.

Если войти в командирскую каюту, удалось войти без проблем, то взлом сейфового замка занял пять часов непрерывной работы. Мне трижды пришлось проходить процедуру генетического контроля, и только после этого дверь сейфовой комнаты открылась.

Сейф представлял собой двадцатиметровую комнату высотой в три метра и большую часть помещения занимали стазис контейнеры с различным оборудованием. Даже поверхностный осмотр указывал на то, что все они находятся в исправном состоянии.

– Это удачно я зашел! – хрипло заявил я, глядя на все это хозяйство, прекрасно понимая, что теперь про регулярный сон можно забыть.

Глава 13

'Приют странника' – бывшая военная станция связи PSU3145 ВКС 'Таларского союза', одного из давно канувших в лету государств Джоре.

Неожиданно богатые трофеи, обнаруженные нами в ЗКП 'Приюта странника' впечатляли, а заодно и заставляли задуматься о собственной безопасности. Только составление полного списка ништяков, которые мы с Камилой обнаружили в сейфовой комнате и хранилище расходников в медблоке, заняло почти сутки непрерывной работы. Наиболее ценной находкой являлся полный комплект спор ремонтных нанороботов для восстановления поврежденного оборудования ВКС Джоре, а также полная армейская библиотека учебных баз для повышения квалификации экипажей боевых станции и кораблей, вплоть до шестого ранга. Служба в 'Военно-Космических Силах', это не ежедневные космические бои и подвиги, а многолетние нудные дежурства на боевых постах станций и космических кораблей, поэтому командование флотом всячески поощряло военнослужащих желающих учиться. Солдат, занятый учебой не мается дурью от скуки, что весьма положительно сказывается на дисциплине и боеготовности. Например, каждый офицер проходил обязательную годовую переаттестацию и не мог получить повышение по службе, не изучив теоретический минимум для нового звания и должности с обязательной сдачей экзаменов. Требования к рядовому и сержантскому составу были ниже, но если у бойца мозги на месте, то он стремился получить бесплатные знания для будущей гражданской профессии, а не тратил жалование на шлюх и выпивку.

Знания, залитые в мою аварийную нейросеть были неполными, потому что перед 'временным' капитаном ставилась задача довести корабль до своей базы, а не воевать в составе флота. По этой причине упор делался на скорость обучения и практические навыки, а научные теоретические основы давались в минимальном объеме. В отличие от кастрированного комплекта баз, доставшегося мне вместе с живым ИскИном, найденная в 'Приюте странника' библиотека, содержала 'полные' учебные базы по всем военным специальностям, к томуже эти базы были свежее почти на полторы тысячи лет.

По существу в нашем с Камилой распоряжении оказалась энциклопедия практических знаний по основным направлениям науки и техники Джоре, достигнутым древней цивилизацией, перед началом войн темных тысячелетий.

Как только мы ознакомились с каталогом библиотеки, Камила по-женски закатила истерику и потребовала, срочно обновить свои знания, без которых она якобы не в состоянии функционировать. Скорее всего, непреодолимая тяга к знаниям была заложена в мозг ИскИна программно, и именно сейчас программная закладка проявила себя таким странным образом. Хотя мне была понятна причина поведения виртуальной дамы, но комизм ситуации отвлек от скорбных мыслей и вызвал улыбку.

Даже на первый взгляд было понятно, что объем учебных баз гигантский и чтобы все это подробно изучить, нужны годы, а то и десятилетия. Именно наличие обширной библиотеки учебных баз представляло главную опасность для моего физического существования, потому что за наследием Джоре ведется постоянная охота. Если посторонним станет известно, что я обладаю таким фантастическим богатством, то за мной только ленивый не станет гоняться как Раскольников с топором за бабульками.

После осмысления вновь возникших угроз, меня пробил холодный пот, и появилось огромное желание погрузить трофеи на 'Венчур' и удрать, куда глаза глядят. Наверняка, это был самый разумный выход из нынешней ситуации, но Камила обломала меня, заявив, что воспользоваться большинством свалившегося на нас богатства можно только находясь в 'Приюте странника'.

Как выяснилось, комплект ремонтных нанороботов, способных с нуля восстановить утраченное оборудование 'Приюта странника' и живого корабля Джоре, на генном уровне привязаны к погибшей станции связи и скелету дальнего разведчика. Такой способ защиты военных секретов широко применялся в ВКС 'Таларского союза', во времена, когда Камила была юным ИскИном и проходила обучение в биологическом центре.

В те стародавние времена обучением живого ИскИна занималась девушка приятной наружности – Камила Эрнирен, которая сама по вечерам училась в университете на псиона. По складу ума девица была непуганой блондинкой, к томуже падкой на халяву, поэтому она по полной программе использовала в личных целях дорогостоящий военный девайс. За такое своеволие военнослужащему ВКС грозил пятилетний тюремный срок, но девушка наивно считала, что устав и законы писаны не для нее. Живой ИскИн третьего ранга стоил миллионы и обладал весьма высокими техническими характеристиками, а ленивая студентка использовала навороченный военный девайс в качестве обычной флешки, хотя это все равно, что забивать электронным микроскопом гвозди. Блондинка загружала в память ИскИна информацию, скачанную из голонета целыми сайтами и библиотеками, а также хранила в нем личную переписку со своими подругами и кавалерами. Таким странным образом студентка искала необходимую для учебы информацию, хотя вычленить что-то конкретное из этой свалки мусора было практически невозможно.

Специально уточню, что Камила Эрнирен была все-таки блондинкой, а не идиоткой (многие часто путают эти понятия) и конечно собиралась почистить память ИскИна после завершения обучения, но из-за собственной лени не смогла этого сделать. Когда Камила Эрнирен находилась в учебном отпуске, ИскИн поместили в стазис контейнер с аварийной капитанской нейросетью как есть, что позволило мне спустя многие тысячелетия, беззастенчиво пользовался подарком доисторической блондинки.

Вот таким странным образом моя виртуальная Камила превратилась в настоящий кладезь информации эпохи Джоре, а также разнообразных полезных сведений, находящихся в те времена в открытом доступе. Помимо разнообразных научных знаний из университетского курса, я практически из первых рук получил представление о повседневном образе жизни народа Джоре, вплоть до слухов и сплетен. Женский менталитет не зависит от исторической эпохи и технологического уровня цивилизации, поэтому Камила Эрнирен проводила кучу времени в соцсетях, что типично для большинства молодых девушек.

К сожалению, у меня не было прямого доступа к наследию учителя моего ИскИна через нейросеть, так как эта информация была свалена в кучу в архивной папке, спрятанной среди системных файлов. Системный каталог также имел защиту от несанкционированного доступа и изменений, поэтому получить доступ к архивной папке можно было, только задав конкретный вопрос ИскИну, который вскрывал архив практически вручную. Камила по моему приказу пытался разгрести этот информационный Эверест, но эта работа была весьма далека от завершения, так как не являлась приоритетной и проводилась лишь в свободное время. ИскИн еще не успел составить даже каталог с кратким описанием архивных папок, и эта работа грозила затянуться надолго.

Правда, время от времени Камила буквально огорошивала меня важными на ее взгляд сведениями, обнаруженными при разборке информационных завалов, но критерии важности информации у нее были весьма своеобразными. Получив подобный подарок, я неоднократно отчитывал ИскИн за сокрытие от начальства критически важных знаний, но эти нотации приносили мало пользы. Камила в ответ на наезды руководства очень по-женски обижалась, и эти 'семейные' конфликты создавали весьма правдоподобную иллюзию человеческого общения. Увы, но 'иллюзия' виртуальной девушки выпила у меня крови не меньше чем живая подруга жизни, однако я прекрасно осознавал, что даже живой ИскИн это не человек. Как не крути, но на поверку, все эти 'семейные' скандалы были мне самому жизненно необходимы, чтобы выпустить пар и успокоить нервы, иначе можно свихнуться от одиночества.

Учет воинского имущества в ВКС 'Таларского союза' был стандартизован, поэтому каждый армейский стазис контейнер был снабжен встроенной картой памяти с описанием содержимого. Эту информацию можно было выяснить, не вскрывая контейнер, что значительно облегчало поиск необходимых нам ЗИПов и расходников для оборудования. Помимо этого, к каждому месту хранения или девайсу, прилагались автономные карты памяти с подробным техническим описанием и инструкцией по эксплуатации, но эти карты памяти находились внутри стазис контейнера.

Среди ништяков хранящихся в сейфовой комнате, я натолкнулся на пять контейнеров окрашенных в оранжевый цвет с нестандартной маркировкой. Прочитав перечень содержимого, я узнал, что в контейнерах хранятся споры нанороботов предназначенных для восстановления поврежденного оборудования станции и ремонта дальнего разведчика, скелет которого мы нашли в ангаре. Поначалу мы не поняли, что собственно это за хрень, так как не у меня, ни у Камилы, не было информации на эту тему. Однако флешка с подробной технической документацией, приложенная к содержимому контейнера, расставила все на свои места.

В файле с инструкцией по эксплуатации была по пунктам расписана последовательность запуска процедуры ремонта военных объектов, по тем или иным причинам не способных к самостоятельному восстановлению. Текст инструкции был написан простым языком в стиле 'включить' – 'выключить', потому что на разрушенном космическом корабле или станции, могли выжить члены экипажа с тяжелыми травмами, которым не до теоретических изысков.

Во времена обучения Камилы похожие технологии уже использовались, но ремонтными нанороботами управлял высококвалифицированный оператор, на корабельных верфях. В нашем же случае практически все восстановительные работы проводились в автоматическом режиме, а в качестве сырья использовался не дорогостоящие расходники, а скальная порода самого планетоида. Видимо за полторы тысячи лет технология ремонта была доведена до ума и стала обыденной.

Если не растекаться мыслью по древу, то для запуска процедуры активации, необходимо было залить стопку крови офицера с надлежащим допуском секретности или любого члена экипажа приписанного к кораблю, в контейнер с питательным раствором для спор. Если смешанный с кровью раствор пройдет генетический тест, то можно заливать питательный раствор в контейнер со спорами.

После помещения в питательную среду, споры должны выйти из спячки и через десять часов превратиться в колонию нанороботов готовых к ремонту. Каждый военный объект 'Таларского союза' имеет в наиболее защищенном отсеке приемную емкость, в которую необходимо залить раствор с нанороботами, после чего они самостоятельно начнут восстановление повреждений. В 'Приюте странника' подобная емкость находилась в каюте командира, поэтому поиски не заняли много времени. Снять одноразовую заглушку и перелить в единственное отверстие колонию нанороботов способен даже ребенок, а я пока еще не впал в детство, а поэтому легко справился с этой задачей.

В зависимости от уровня повреждений станции процесс ремонта может занять до трех месяцев, после чего функционирование аварийного объекта будет восстановлено до максимально возможного уровня, напрямую зависящего от тяжести полученных повреждений. Если главный ИскИн станции уничтожен и его нечем заменить, то для восстановления обороноспособности станции до уровня в 30 %, потребуется десять специализированных ИскИнов второго ранга и как минимум полсотни ИскИнов первого ранга.

Увы, но такого количества ИскИнов у меня в наличии просто не было, к томуже ИскИны нашего с Камилой изготовления не годились для ремонта станции в принципе. После уяснения данного факта мое радужное настроение сразу упало ниже плинтуса, потому что вместо планируемой феерической победы над обстоятельствами, меня поджидал очередной облом. Однако Камила более подробно изучила документацию с описанием процедуры ремонта и обрадовала меня ссылкой на файл с особыми случаями, в котором имелась методичка с примерами восстановления систем корабля, получивших критические повреждения в результате ментального удара.

Заголовок файла с описанием особых случаев был выделен жирным шрифтом и гласил:

– Нет абсолютно безнадежных ситуаций! Если экипаж корабля до конца борется за живучесть, то всегда есть шанс спастись, даже находясь в самой безнадежной ситуации!

В файле присутствовали несколько примеров из реальной жизни, когда экипажи фактически уничтоженных кораблей, буквально верхом на прыжковом двигателе добирались до своей базы или ухитрялись подать сигнал бедствия, с помощью самодельной антенны собранной 'на коленке', каким-то чудом синхронизировав в одном импульсе передатчики, пяти скафандров.

Здесь же я натолкнулся на описание случая, когда линкор 'Таларского союза' 'Беспощадный', попал под ментальный удар орбитальной крепости противника уничтоживший все ИскИны линкора и превратившего в инвалидов две трети экипажа. 'Беспощадный' ушел в прыжок на одноразовых прыжковых двигателях и сумел затеряться в поясе астероидов, а затем экипаж полгода восстанавливал системы управления, чтобы добраться до ближайшей таларской базы.

На начальном этапе ремонта капитан линкора задействовал вычислительные мощности выживших членов экипажа и заменил погибшие ИскИны живыми людьми. Для этого потребовалось положить в спасательные капсулы двадцать человек и напрямую подключить их мозг к сети корабля. Однако после этого боеготовность линкора не превысила 10 % от номинала, поэтому корабль оказался не в состоянии уйти в подпространство. Подать сигнал бедствия линкор не мог, потому что находился на вражеской территории, и экипажу пришлось выпутываться собственными силами.

Самой большой проблемой оказалось то обстоятельство, что человеческий мозг в состоянии выдерживать нагрузку корабельного ИскИна не дольше стандартного месяца, после чего люди начинают сходить с ума. На корабле имелся реаниматор с камерой для выращивания сложных биологических объектов, что теоретически давало возможность заново вырастить утраченное оборудование, но ИскИн реаниматора тоже был уничтожен ментальным ударом. Тогда капитан корабля напрямую подключил свой мозг к реаниматору и сумел вырастить медицинские ИскИны для корабельного медблока.

Восстановив корабельные реаниматоры, капитан подселил четверым членам экипажа зародыши ИскИнов второго ранга из аварийного комплекта, а затем поэтапно заменил людей штатными ИскИнами. Линкор практически восстановил свою боеспособность и сумел пробиться на свою базу. Капитан и весь экипаж линкора получили высшие правительственные награды 'Таларского союза', а вся эта эпопея вошла в анналы истории и учебники по выживанию. Если судить по пафосному стилю изложения событий, то капитан и экипаж линкора совершили великий подвиг, хотя в настоящее время такой способ управления кораблем является основным и никому из пилотов даже в голову не приходит, что он совершает героический поступок.

Случай с линкором 'Беспощадный' был очень похож на наш, поэтому я решил воспользоваться чужим опытом, а не городить огород по собственному разумению. На первый взгляд задача была невыполнимой, потому что в моем распоряжении не было продвинутых реаниматоров Джоре с инкубатором для выращивания ИскИнов. Однако после недолгого мозгового штурма я вспомнил о Леите, которая уже успешно исполняла роль живого инкубатора.

За всей этой чехардой с 'Приютом странника' я совсем забыл о предательнице, хотя недавно собирался стереть девушке память и отпустить на все четыре стороны. Увы, но в нынешней ситуации у меня просто не было выбора и Леите перестояло снова стать инкубатором для живых ИскИнов.

Так как я отказался от планов бегства из 'Приюта странника' то все оставшееся время до визита в поместье главы клана Илиндилов было посвящено усилению обороноспособности планетоида. Колонии ремонтных нанороботов не требовались прямые указания по ремонту, и повреждения восстанавливалась согласно отработанной боевым опытом процедуре.

На первой стадии ремонта нанороботы занялись восстановлением систем жизнеобеспечения экипажа станции, информационной сети, энергетикой, а также ремонтом боевого ментального излучателя ПКО. Колония нанороботов каждый час увеличивалась делением в два раза, поэтому скорость ремонта возрастала в геометрической прогрессии. В качестве расходников роботы использовали породу планетоида и прокладывали нервные волокна по прежним коммуникациям, что значительно ускоряло работу.

Уже через три часа на мою нейросеть поступил запрос на согласование каналов связи с центрального нервного узла, начавшей возрождение нервной системы станции. В дальнейшем к этому узлу должен быть подключен главный ИскИн, а пока нанороботы создали аналог живого контроллера связи, управляемого подобием твердотельного ИскИна, со скромными по стандартам Джоре возможностями. В нынешние времена такой ИскИн легко мог управлять станцией планетарной обороны, но по стандартам Джоре этот девайс считался ущербным.

Параллельно с этой работой в авральном порядке решалась задача энергообеспечения станции. Прежде на военной станция связи PSU3145 были установлены три стандартных реактора средней мощности, которые, к моему огромному сожалению, полностью вышли из строя и восстановлению не подлежали. Я в серьез опасался, что энергетический голод станет серьезным препятствием на пути восстановления наших боевых возможностей, но пока я ломал голову над этой проблемой, нанороботы самостоятельно подключились к нынешней энергосистеме 'Приюта странника', а затем в темпе вальса запустили два аварийных изотопных реактора.

В моей нейросети имелись лишь устаревшие на полторы тысячи лет знания о происходящих на станции процессах, поэтому я просто не знал о наличии подобной технологии у 'Таларского союза', а наука на месте не стоит. Изотопный аварийный реактор по существу аналог земных урановых атомных реакторов, в которых цепная реакция превращает воду в пар вращающий турбины. Правда Джоре упростили реактор до уровня кувалды и вместо топливных стержней полностью заполнили рабочую зону гранулами изотопов заключенными в оболочку из замедлителя нейтронов. Чтобы запустить реактор требовалось подать в рабочую зону биологическую кислоту, которая растворяла оболочку из замедлителя нейтронов, и реактор начинал выделять тепло. Превращение тепла в энергию происходило по принципу термопары, только этот способ был доведен учеными Джоре до совершенства, и КПД преобразования достигал 98 %.

Однако у изотопных реакторов имелись и серьезные недостатки. Изотопный реактор был одноразовым, как батарейка фонарика, и срок его службы не превышал двухсот лет. Трансурановые изотопы не встречаются в природе, поэтому их искусственно синтезируют а, следовательно, они довольно дороги. Если бы начинка рабочей зоны реактора фактически не состояла из отходов производства нейтридной брони (высокотехнологическая броня, состоящая практически из одних нейтронов) для станций планетарной обороны, то никто не стал бы заморачиваться производством изотопных реакторов. Это по меркам Земли двести лет эксплуатации запредельный срок, а Джоре жили в среднем около пятисот лет, и все производимое ими оборудование имело только гарантийный срок не меньше трехсот лет. По этой причине считалось, что изотопный реактор, слишком быстро выходит из строя и не соответствует стандартам надежности. Помимо этого 'недостатка' трансурановые изотопы сильно фонили радиацией а, следовательно, требовали тяжелой радиационной защиты. Утилизация реактора тоже была сложной и дорогостоящей, так как обычно отработанные реакторы сжигали в короне ближайшей звезды. По этим причинам реакторы данного типа использовались только на военных объектах в качестве аварийных источников энергии.

Меня все эти заморочки канувших в лету Джоре меня мало интересовали, а двести лет еще нужно суметь прожить, поэтому я радовался, словно малое 'дите', когда на вторые сутки оба реактора вышли на рабочий режим. Согласно отчетам, поступавшим от нейро-ИскИна, руководившего ремонтом, к концу недели будут восстановлены энергетический и силовой щиты планетоида, а через десять дней войдет в строй излучатель ментальной энергии. Правда ИскИн плакался, что боевые и защитные системы станции без управления штатного главного ИскИна будут эффективны только на 7 % от номинала и требовал ускорения работ по его установке, но я был не в состоянии выполнить это требование. Леита уже проходила курс реабилитации в реаниматоре и Камила обещала через двое суток подсадить в ее мозг два зародыша, но полноценный реаниматор Джоре в медблоке ЗКП станции войдет в строй только через две недели, а до этой поры придется обходиться тем, что есть в наличии.

Однако даже если оборонные системы станции надолго останутся в таком ущербном виде, то даже флоту 'Федерации Галанте' понадобиться не меньше месяца, чтобы проломить оборону 'Приюта странника'. За это время нанороботы должны вырастить новый ментальной излучатель ПКО и выковырять меня с планетоида станет практически невозможно. Ни один корабль 'Содружества' не имеет надежной защиты от ментального удара, а ментальный излучатель станции способен выпускать до десяти импульсов в секунду. В случае попытки штурма навалом, весь окрестный космос в течение минуты превратится в кладбище кораблей с мертвыми экипажами, поэтому стоит мне устроить показательное шоу для публики, то желающих добраться до моей тушки резко поубавится.

Помимо ментального излучателя на вооружении станции прежде стояли четыре тоннельных пушки стреляющих металлической картечью с эффективной дальностью поражения, вдвое превосходит прицельную дальность гауссовских орудий линкоров прорыва и станций планетарной обороны. Принцип работы туннельных пушек Джоре и гауссовских орудий 'Содружества' весьма схож, но уровень применяемых технологий несопоставим. Современное гауссовское орудие это допотопный 'карамультук' дикаря по сравнению со штучной снайперской винтовкой спецназа, снабженной всеми положенными прибамбасами. Поэтому, когда через пару месяцев первая тоннельная пушка войдет в строй, то на дистанцию открытия эффективного огня к 'Приюту странника' не сможет приблизиться ни один боевой корабль 'Содружества'.

Неделя до прибытия в гости Алаира Илиндила прошла, словно один день и когда Камила уведомила меня, что в зону контроля систем дальнего обнаружения вошла эскадра кораблей, я не сразу догадался, что это глава клана Илиндилов прилетел по мою душу, а не какие-то залетные джентльмены удачи. Однако входящий вызов на оговоренной для связи частоте сразу расставил все точки над 'i'.

Я оставил дела и поднялся в пункт связи станции, хотя я мог вести переговоры пряма из ЗКП, но пока решил шифроваться и не раскрывать всех своих козырей, однако вскоре мне пришлось наплевать на эти шпионские игры. На этот раз задержка сигнала была незначительной, поэтому переговоры велись в режиме реального времени, и стоило мне усесться перед объективом видеокамеры и ответить на вызов, как я увидел перед собой Алаира Илиндила.