Текст книги "Безжалостный наследник"

Автор книги: Иден О'Нилл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 23

Грир

Я сидела на кухонном столе в доме мамы и Бена, наблюдая, как мама готовит ужин для нас. В последнее время нам не удавалось пообедать вне дома, потому что они оба были без работы, и хотя получили выходное пособие, его хватило бы совсем ненадолго. Бен уже проходил собеседования для работы в полиции в других округах. В любом случае нам всем, вероятно, пришлось бы переехать после окончания семестра. Оплаченное до конца года общежитие не будет иметь большого значения, если я не смогу платить за учебу, и хотя я изучила стипендии и гранты, их распределение будет только в следующем году. Найт снова растоптал мою семью и меня, и я не только позволила ему это сделать, но и стала причиной. Он злился на меня за вмешательство в его жизнь, которое, возможно, даже не было обоснованным. Он знал ситуацию своей мамы гораздо лучше, чем я, так что какой у меня был смысл вмешиваться? А карьера в любой области, где требуется диплом, в наши дни казалась чертовски недосягаемой.

Мама нахмурилась, глядя на меня из-за сковороды, и поскольку я знала, что ей не нравится, когда я сажусь на столешницу, я слезла и оперлась бедром о кухонную стойку, чтобы почистить кукурузу. Я выбросила шелуху в мусорное ведро.

– Это просто кошмар. Ты в порядке?

Я уже несколько раз объяснила, как это было ужасно – не только уволить их обоих, но и уведомить так поздно. В один день у них была работа, а на следующий день уже нет, и это было полное дерьмо. Университет не имел права так поступать.

– Приливы и отливы случаются, букашка. Ты двигаешься вместе с ними, или тебя раздавит волной. – Мама придавила лопаточкой три котлеты для гамбургеров, слишком спокойно относясь к сложившейся ситуации. Она покачала головой. – Что сделано, то сделано.

Я хотела, чтобы она боролась за себя, что-то делала, но какое право я имела требовать этого. Во-первых, из-за меня их обоих уволили, что я держала в секрете из-за чувства вины. Тем не менее нельзя было отрицать тот факт, что Риды считали себя богами, когда вмешивались в нашу жизнь. Так же было и десять лет назад.

– Найт и его дедушка – засранцы.

В университете маме и Бену сказали, что их уволили из-за сокращения бюджета, но я знала правду и сказала, что Риды прекратили финансирование. Мама и Бен, конечно, отмахнулись от этого, сказав, что прямой связи нет, но, конечно, я знала правду.

Мама ответила:

– Когда ты перестанешь винить этого мальчика в том, что произошло? И что случилось? Я думала, вы двое…

Ее слова оборвались, и я сглотнула. В тот момент, когда Найт и его дедушка расправились с моей семьей, мама поняла, что между мной и Найтом что-то случилось…

Она просто была слишком мила, чтобы спросить об этом.

Она, по крайней мере, сложила два и два, что между мной и Найтом Ридом абсолютно ничего не происходит. По крайней мере, больше нет.

– Не имеет значения, что Риды делают со своими деньгами, – продолжала мама. – И даже если бы это было причиной, решения, которые принимает руководство университета, – только их решения. Я не виню Ридов, и даже если стоило бы, я бы не стала. Это их деньги, и они могут делать с ними все, что пожелают. Зачем мне судить их за это?

Как она могла стоять здесь и говорить такое? Как она могла продолжать защищать Ридов снова и снова? Я не понимала, совсем. Найт сидел за ее столом, ел их с Беном еду, и все равно она не расстраивалась.

– Это все какая-то шутка.

– Что именно?

Черт, она меня услышала. Я не собиралась произносить это вслух.

Я покачала головой.

– Ничего, мам.

– Никаких «ничего, мам». – Она перевернула бургеры, затем, отойдя от сковороды, вытерла руки кухонным полотенцем. – Что за шутка?

– Просто в твоих глазах Риды не могут поступить плохо. Найт не может поступить плохо.

– Почему ты так говоришь? Это из-за того, что случилось, когда вы были детьми? – Вздохнув, она убрала волосы с лица. – Этот мальчик не виноват в том, что я потеряла работу.

– Как это? – Я уронила кукурузу в миску. – Парень сходит с ума, убивает собаку в одиннадцать лет. Я имею в виду, кто так делает? Он сумасшедший. Даже тогда был. А тут еще мистер Рид. Он замял случившееся, чтобы сохранить лицо после того, что сделал его сумасшедший внук. – Я застонала. – Он выгнал нас из дома, выкинул на улицу, и мы жили в машине, мам!

– Все было не так, и да, мы жили в машине, но это не было виной одиннадцатилетнего мальчика, и он не сумасшедший. Не называй его так.

– Чем еще это можно объяснить? Дети не убивают собак…

– Ну, он сделал это для тебя.

Ее слова пригвоздили меня к месту. Выдохнув, она прижала ладони к лицу, и я оттолкнулась от стойки, нахмурившись.

– Что, ты имеешь в виду, он сделал для меня?

– Именно это. Найт убил собаку из-за тебя. – Затем, потянувшись, она подняла мою штанину. – Или ты забыла, как у тебя появился этот шрам?

Я уставилась вниз на потускневший след от укуса. Конечно, я не забыла. Ведь меня укусила собака.

– Нет, не забыла.

Мама отпустила меня, вздохнув.

– Этот мальчик выследил собаку и убил ее ради тебя. Он видел, как она преследовала тебя.

Он сам пошел за ней с тем другом. Я забыла его имя.

– Ройал Принс? – У меня пересохло во рту, и мама кивнула.

– Да, он. Найт слышал, как ты кричала от ужаса. – Она подняла глаза. – Так что прости меня, если я не сержусь на мальчика, который спас мою дочь. Эта собака наводила страх на всех в округе. Все ее боялись, и очевидно, что взрослые ничего с этим не делали. Мистер Пибоди, сосед Найта, тоже был очень влиятельным человеком, как и Риды, и он бы никому не позволил что-то сделать с этой псиной. В итоге Найт разобрался с тем, что было не под силу большинству взрослых. Он взял дело в свои руки даже тогда, и спас тебя.

Я не могла поверить в то, что слышала. Найт охотился за собакой ради меня? Не может быть. Я покачала головой.

– Откуда ты знаешь, что он погнался за ней именно ради меня? – Эта собака преследовала всех, и, насколько я знаю, они с Ройалом пытались спастись сами. В тот день эта собака гналась за мной, как мне показалось, несколько миль.

Мама снова убрала волосы с лица, прежде чем выключить конфорку.

– Он рассказал все своему дедушке. Что пошел за собакой ради тебя, и после того, как он это услышал, да, меня уволили. Частично причина была в том, что да, Риды любят, чтобы в их жизни было как можно меньше драм, но главная из них была связана с тобой.

– Со мной?

Она нахмурилась.

– Его внук был готов убить собаку ради тебя, милая букашка, так что нет, я не виню мистера Рида. Я имею в виду, что между вами было какое-то напряжение. Как ты сказала, Найт был еще ребенком, и он сделал это. Нет нужды говорить, что маленький Найт Рид явно заботился о тебе. И до сих пор заботится, судя по тому, что я видела, когда мы пригласили его на ужин. Я видела его здесь, с тобой. – Она улыбнулась. – Как будто ты никогда не исчезала с его глаз, ни на мгновение, милая букашка. Я чувствовала притяжение между вами. Как в детстве.

Я не могла дышать, меня била дрожь. Должно быть, она неправильно истолковала факты. Найт Рид не заботился ни о ком, кроме себя.

– И его дедушка отпустил меня не с пустыми руками, – продолжала мама. – Он хорошо заплатил напоследок. Я просто не смогла обеспечить нам стабильность, работу и жилье, до того как закончились средства. Так что Риды тоже ни в чем не виноваты. Это была я и моя безответственность.

Я прикрыла глаза ладонью, почти не слушая в этот момент, и мама взяла меня за руку.

– Я уверена, что Найт не идеален, букашка. Но на самом деле, кто идеален? Этому мальчику в жизни действительно выпал не лучший расклад, и его дедушка ничем не помог. Он всегда обращался с ним как с маленьким взрослым. Я немного шутила об этом с тобой и Беном, но на самом деле мне было грустно каждый день, когда я видела его. Это было похоже на то, что его дедушка так усердно воспитывал его. Я имею в виду, я понимаю это. Несчастный случай с его мамой, его отец умер прямо у него на глазах, а перед этим…

Мои губы приоткрылись.

– Что?

Ее взгляд нашел мой, выражение ее лица стало еще более печальным.

– Очевидно, это было до того, как мы с тобой приехали, но до несчастного случая с его мамой его отец умер. Мистер Рид объяснил мне все, когда меня принимали на работу, так что я была в курсе. До нашего приезда у него были трудные годы, он вел себя неадекватно и, да, был немного жестоким. Он постоянно дрался в школе…

– Что случилось, мам? – Я придвинулась к ней, и она отвела взгляд.

– Это был несчастный случай во время верховой езды, – сказала она. – Катание на лошади. Они с отцом поехали. Лошадь его отца взбрыкнула и затоптала его. Мужчина сломал шею.

Мое сердце сжалось.

– Прямо у него на глазах?

Она вздохнула.

– У него на глазах. Ему было не больше восьми.

На самом деле девять. Он сказал мне, что его отец умер прямо перед тем, как его мама впала в кому.

Господи.

Мама сжала мои плечи, притягивая меня к себе.

– Это просто показывает мне, как мне повезло. Нам. Я не могла представить, что оставлю тебя одну. Особенно в таком юном возрасте. Твой отец был неудачником, а до Бена ты была всем, что у меня было. Мне нужно было позаботиться о тебе.

И мне нужно было позаботиться о маме, мои руки обвились вокруг нее. Она поцеловала меня в макушку, и когда она двинулась, чтобы отпустить меня, я не дала ей этого сделать. Мама была права, нам повезло.

Я имею в виду, как легко можно отнять что-то подобное?

Грир

Я много думала о Найте в автобусе, когда возвращалась в общежитие. Я и понятия не имела, что он сделал все это для меня. Казалось, будто он просто сошел с ума. По коже побежали мурашки, я встала, когда приблизилась к своей остановке, дернула за шнур, чтобы меня выпустили в паре кварталов от общежития – это был самый близкий путь. Спустившись на землю, я в ступоре покинула автобус и направилась к дому. Если то, что мама сказала сегодня вечером, было правдой, это многое объясняло, говорило о характере Найта и о том, каким мужчиной он стал. Он был очень напряжен, пугающе агрессивен, и хотя я симпатизировала ему, он вселял в меня ужас в прошлом. И что же он сделал теперь? Причинил боль Бену и маме только для того, чтобы добраться до меня?

Я покачала головой, все это было ужасно сложно. Очевидно, что в его жизни было много боли, но это не оправдывает всего того, что он сделал с тех пор, как вернулся в мою. Он причинял мне боль неоднократно.

Когда мой телефон зазвонил всего в квартале от дома, я всерьез подумала, что меня преследует призрак. На экране высветилось имя Найта, а я как раз думала о нем.

Найт: Привет. Где ты?

Мое сердце сжалось. Он не имел права спрашивать, где я, но, несмотря на это, я решила ответить на СМС.

Я: Иду домой с автобусной остановки. Почему спрашиваешь?

Сообщение пришло быстро.

Найт: Ты одна?

Я: Да. Примерно в квартале от общежития. А что?

Найт: На каком перекрестке?

Я: Пятая и Главная. Что случилось?!!

Найт: Не двигайся, черт возьми. Я иду…

Через мгновение меня схватили и толкнули на землю. Телефон выпал из моих рук. Двое парней навалились сверху, один держал меня за руки, а другой пытался вырвать сумку. Они были в черных масках, темных толстовках и брюках, и тот, что был у меня за спиной, вдавил мое лицо в землю, оборвав крик. Я взвизгнула.

– Возьмите все! Мне плевать. Просто отвалите от меня!

Они легко забрали сумку, но тот, что удерживал меня на земле, не слез. Его рука обхватила мое горло, выдавливая весь воздух из легких. Он наклонился ко мне.

– Мы возьмем что-нибудь еще, если ты не возражаешь, милая.

Тот, что лежал на моей спине, ударил другого по груди. Парни с такими габаритами легко бы справились со мной.

– Кто бы мог подумать, что мы отправимся за такой милой задницей.

Другой засмеялся, и мой крик снова оборвался, когда парень на спине толкнул коленом мне между ног.

– Расслабься, сладенькая. Это не больно. Не слишком.

Парень на моей спине начал хватать меня за ногу, но другой держал его за плечо. Он покачал головой.

– Братан, нам просто заплатили, чтобы мы над ней поиздевались.

– А мы это и делаем, – сказал тот, кто явно был лидером. Он оглядел окрестности, мир потемнел, и тошнота поднялась от того, насколько одинокой я оказалась в этой ситуации. Здесь были только я и эти парни, эти двое, которые явно намеревались причинить мне боль. Парень, сидевший у меня на спине, прищурился, от него резко пахло алкоголем.

– Но раз уж никого нет рядом, может, поиграем с ней немного.

Другой парень прижался к моему лицу, явно соглашаясь, но пока они обсуждали, что бы со мной сделать, я сжала кулак.

Я крутанулась под парнем на моей спине, размахнулась и ударила ублюдка прямо в шею.

Он закашлялся, скатился с меня и схватился за горло. Второй спросил его, все ли в порядке, и я схватила его за плечи, ударив коленом по яйцам.

Он тут же разразился проклятиями, падая на землю, и, выскальзывая из-под них двоих, я сориентировалась и убралась оттуда к чертовой матери. Я никогда не была так рада тем приемам, которым научил меня отчим-полицейский.

– Держи ее, твою мать!

Обернувшись, чтобы посмотреть, кто это сказал, я врезалась в стену, и меня тут же обхватили крепкие руки.

– Грир? Какого хрена? – Найт с дикими глазами схватил меня за руки и потянул вверх. – Ты в порядке? Где те ублюдки, которые пришли за тобой?

Он знал, что на меня напали? В панике от недавнего нападения я не могла сформулировать слова в предложение, но, как оказалось, мне это и не требовалось. Взгляд Найта переместился с меня на парней, которые все еще приходили в себя после удара по яйцам и горлу. Эти засранцы буквально лежали на спине, и при виде этого глаза Найта широко открылись. Он повернулся ко мне.

– Это ты сделала?

Да, черт возьми, я это сделала.

Я кивнула.

– Бен показал мне кое-что. Он сказал, на всякий случай.

И слава богу, что он это сделал.

Рука Найта скользнула по моему лицу, и, очертив контур моего рта, он усмехнулся.

– Я никогда не был так благодарен Бену и твоему острому языку.

После этого он отпустил меня, сказав оставаться на месте и вызвать полицию. Не успела я опомниться, как он подошел к обоим парням, поднял их за шиворот, как будто они были чертовыми малышами.

Один из них сказал:

– Эй, мужик. Какого хрена…

За ударом в лицо последовал удар ботинком в живот, и мой обидчик упал на землю. После того как Найт уложил этого, он принялся за другого, снова и снова нанося удары в лицо.

– Ты большой крутой парень, да? – прорычал он, нанося очередной удар. – Путаешься с девчонками? Ты хочешь кого-нибудь ударить? Ударь меня, черт возьми.

Никому не удавалось нанести ни одного удара, так как Найт снова и снова переходил от одного к другому. Найдя свой телефон, я позвонила в полицию и быстро рассказала им, что случилось. После этого я подбежал к Найту.

– Стой. С ними покончено, ясно?

Он не остановился, охваченный слепой яростью, и, возможно, продолжил бы, если бы не сирены. Не успела я опомниться, как несколько вооруженных полицейских уже вышли из патрульных машин, Найта едва удалось оттащить, чтобы они могли сделать свою работу. Полицейские тоже начали наступать на Найта, пока я не вмешалась.

– Нет. Это были те парни в масках. Найт помогал мне.

Я положила руку ему на грудь, его сердце билось со скоростью взмахов крыла колибри. Глядя на меня, он обхватил меня рукой за талию и ухватился за мой комбинезон, как будто ему нужно было держаться за меня, чтобы не упасть. Он не отпускал, пока оба парня не были арестованы, и даже тогда Найт положил свою руку на мою. На ту, что покоилась поверх его сердца.

Глава 24
Найт

После того как полиция все уладила и взяла у нас показания, мы с Грир вернулись в ее комнату в общежитии. Я не мог позволить ей пройти остаток пути одной, и, к моему удивлению, она пригласила меня наверх, после того как я проводил ее.

– Хочешь что-нибудь выпить? – спросила Грир. Ее соседок по комнате не оказалось дома. Хотя, поскольку она написала им сообщение сразу после того, как мы вошли, стоило предположить, что они скоро придут. Они завалили ее сообщениями, даже больше, чем ее мама. Грир позвонила ей на месте происшествия, и оба ее предка вполне обоснованно вышли из себя. Это было чертовски неприятно, но в конце концов Грир удалось успокоить их. Они почти примчались на место происшествия, но Грир сказала им, что я провожу ее до общежития – единственная причина, по которой они смогли позволить ей остаться без их пристального надзора.

Я отказался от выпивки и сел на диван, но, заметив, как я сжимаю и разжимаю руку, Грир попросила меня показать, где болит.

– Ничего страшного, – сказал я, но показал ей, что костяшки разбиты и треснули в нескольких местах. Жжение в костях подсказывало, что травма была куда серьезнее, но мне было все равно. Я не собирался идти ни в какую больницу. Не нужно говорить, что теперь, когда речь заходила о врачах, у меня возникала куча сомнений. С этим ничего нельзя было поделать, учитывая ситуацию с моей мамой.

Я наблюдал, как Грир выходит из комнаты, задняя часть ее комбинезона испачкалась после того, как те ублюдки повалили ее на землю. Мне следовало бы отправиться в окружную тюрьму и закончить исправительную работу, которую я начал с теми козлами, которые напали на Грир. Слава богу, она смогла постоять за себя до моего прихода. Она вернулась в комнату с аптечкой. Откинула назад шелковистые светлые волосы и встала передо мной на колени на ковре. Я хотел дотронуться до ее локонов, до нее, пока Грир доставала из аптечки спирт для дезинфекции и ватные диски.

Она нахмурилась.

– Ты знал, что эти парни собирались напасть на меня сегодня вечером?

Проклятие слетело с моих губ, когда она промокнула костяшки пальцев. Челюсть сдвинулась.

– Почему ты так думаешь?

Тишина. Грир снова коснулась меня проспиртованной ваткой и, очистив, намазала костяшки пальцев мазью. После этого она прижала марлю к моей руке, обернув все это медицинским пластырем, который оторвала зубами. Она пожала плечами.

– Ты написал мне сообщение прямо перед появлением тех парней.

– И что?

Она нахмурилась еще больше.

– Это странно. Ты сказал, чтобы я ждала тебя, что ты придешь, как будто знал, что что-то произойдет.

Снова тишина. Грир держала меня за руки. Гордость не имела смысла в этой ситуации. Я не хотел говорить Грир правду. К черту ее. Но в конце концов, думаю, она заслужила это. На самом деле эта девушка заслуживала гораздо большего, чем я давал ей в прошлом и, возможно, смогу когда-либо дать. Я пошевелил пальцами, стянутыми марлей.

– Мне сообщили, что за тобой придут несколько парней. За это заплатил мой дедушка.

Она подняла брови.

– Что?

Насколько длинной и хреновой была эта история. Я вздохнул, проводя горящими пальцами по волосам.

– Мой дедушка пошел в братство в поисках добровольцев. Этих парней, Гаррета и Хантера, я знаю. Они куски дерьма, которые никому не нравятся и готовы сделать практически что угодно ради денег и развлечения на ночь. Некоторые другие ребята из братства, очевидно, знали о том, что они задумали, поскольку дедушка наводил справки и просил кого-нибудь проучить тебя. Парни позвонили мне и сообщили об этом. Очевидно, Гаррет и Хантер должны были просто напугать тебя, но, зная их, я очень засомневался, что тем все и ограничится.

Абсолютный ужас в глазах Грир заставил ее тяжело сглотнуть.

– Зачем твоему дедушке это делать? Зачем посылать людей за мной?

И вот вся правда выплыла наружу.

Грир все еще была бледной от ужаса, а мое тело била дрожь.

– Потому что ты была права. Права во всем. – Я тяжело дышал, опираясь на руки, и Грир присела рядом со мной на диване.

– Точно? – Она коснулась моего плеча, и я повернулся к ней лицом.

– Дедушка держал маму в коме, – сказал я, и рот Грир приоткрылся. – Он держал ее спящей все эти двенадцать лет. Она очнулась через восемь дней после несчастного случая, Грир. Восемь дней.

– Какого хрена?

Кивнув, я уставился вдаль.

– Дед сказал, что она пыталась забрать меня у него после смерти моего отца, что он пытался защитить меня, потому что мама была шлюхой. Кажется, мой отец женился на эскортнице, и дедушке это не понравилось. Он не думал, что она сможет стать достойным родителем после смерти отца.

Она закрыла лицо руками, задыхаясь.

– О, Найт.

– Последние несколько дней я пытался забрать ее из-под его опеки, но дед не собирается облегчать мне задачу. Есть много подводных камней, о которых я не знал, юридическое дерьмо. Я пытаюсь пробиться через него, но мама все еще в этой чертовой клинике. У деда есть доверенность, согласно которой он принимает решения касательно медицинского вмешательства. – Я не знал, смогу ли когда-нибудь вытащить маму, смогу ли спасти ее и вообще можно ли ее спасти. Теперь, когда мой дедушка знает, что я в курсе всей ситуации, он может убить ее. Закончить работу, которую начал до того, как у меня появится шанс заполучить ее. Я посмотрел на Грир. – Когда я узнал обо всем этом, упомянул твое имя. Я вскользь упомянул, что ты оказалась права во всем, и, хотя мой дед явно не мог вспомнить тебя, когда видел те несколько раз, он поспрашивал и узнал, что ты училась в Пембруке. Узнал, что ты ходила со мной в клинику. Твое имя было на чертовом листе регистрации.

Она покачивалась рядом со мной, глядя вдаль, и ее губы дрожали, когда она посмотрела на меня.

– Так он послал кого-то за мной?

– Вероятно. Потому что он верил, что защищает меня в своей больной поганой манере. Защищает от тебя и всего того хаоса, который ты приносишь. – Я закрыл лицо. – Слава богу, он не узнал, что ты была в братстве той ночью с Брайсом.

Дед бы уничтожил Грир, сделав это просто для того, чтобы доказать свою правоту. То, что она была проблемой, от которой мне следовало держаться подальше. Хаос сопровождал ее всякий раз, когда она появлялась в моей жизни, но это была не ее вина. Грир – всего лишь жертва, и в прошлом я сделал лишь так, что все стало гораздо хуже. Я причинил ей боль. Причинял ее столько раз и все еще продолжал это делать. Мой дедушка просто постеснялся нанести ей решающий удар этим вечером, и если бы Грир не смогла постоять за себя…

Я не хотел даже думать об этом, иначе бы обезумел до невменяемости. Маленькие ручки обхватили мой бицепс, потянули за него, и я понял, как сильно зажат.

Она коснулась моего лица.

– Из-за него ты мне угрожал. – Она осознала это только сейчас и съежилась. Ее глаза были влажными. – О боже, Найт.

Я привнес хаос в жизнь этой девушки и ничего хорошего за это не заслуживал. Я покачал головой.

– Я облажался, Грир. Облажался и причинил тебе боль.

– Нет…

Я убрал ее руки.

– Я, черт возьми, поступил паршиво, и у меня даже нет слов. Я сотворил слишком много зла…

Ее руки снова коснулись меня. И даже этого я не заслуживал. Она должна была бежать куда подальше, ведь я был таким же монстром, как и все остальные демоны, населявшие мой родной город. Теперь я могу добавить к этому списку своего деда, настоящего дьявола в овечьей шкуре. Возможно, у него были свои причины. Он считал, что цель оправдывала средства. Он был таким же жестоким, таким же больным, как и все остальные.

Пальцы Грир сомкнулись на моем подбородке, и я вздрогнул, взяв ее за руку. Я поцеловал ее.

– Мне так чертовски жаль.

– Просто остановись. Остановись, хорошо? Посмотри на меня.

Я так и сделал, съежившись.

– Как ты вообще можешь смотреть на меня после всего этого? – Потому что она смотрела, но не в ужасе, с которым должна была. В ее глазах было столько сочувствия, сопереживания. Она проявляла понимание, когда не должна была.

После этого она отпустила меня, но только для того, чтобы подвернуть штанину над лодыжкой. На ее бледной коже был шрам – жуткие остатки следа от укуса в хорошо известном мне месте. Туда ее укусила собака старика Пибоди – еще одна вещь, в которой я ее подвел. Ведь пес все же укусил Грир. Я должен был позаботиться об этой собаке раньше.

– Должна признать, – сказала она, слегка прикусив губу. – Тогда я ничего не понимала. Мне до сих пор тяжело осознать. – Она перестала мучить свои губы и коснулась моей челюсти. – Но сейчас мне это необходимо.

Ее губы коснулись моих, и я не мог дышать, моя рука обхватила ее и притянула ближе. Она не должна была позволять мне целовать ее. Не должна была позволять мне ничего, но я притянул ее к себе на колени, дразня приоткрытые губы своим языком.

Она вздохнула, ее руки обвились вокруг меня, ее тепло оживляло мое тело. У меня зазвонил телефон, и я хотел проигнорировать это, оставить все как есть и не отпускать Грир, но знал, что не смогу.

Я отстранил ее.

– Это могут быть адвокаты по поводу мамы, – сказал я, вытаскивая телефон. – Они пытаются помочь мне с бюрократической волокитой, связанной с дедушкой.

Они пытались дозвониться до меня, и Грир не только поняла это, но и подождала, пока я посмотрю на телефон. На экране было имя Найджела, водителя дедушки. Я мгновенно пришел в ярость. Мои ноздри раздулись.

Грир нахмурилась.

– Кто это?

– Водитель деда, – сказал я, прежде чем вздохнуть и нажать на кнопку, чтобы ответить на звонок. – Найджел, ты можешь передать моему дедушке…

– Я с ним в больнице, сэр.

Я выпрямился.

– В больнице?

Грир посмотрела на меня, снова нахмурившись. Она придвинулась ближе, но я не шевельнулся, телефон был прижат к моему уху.

– Да, сэр, – продолжал Найджел, его голос был хриплым, напряженным. – И я хотел бы сообщить вам лучшие новости, но…

Я слышал, как кровь стучит в ушах, зрение не фокусировалось, и взгляд бегал по всему вокруг. Я ждал, когда Найджел продолжит. Он так и сделал, и я едва не выпустил телефон из рук.

– Вы знаете, какое у него было сердце, – продолжил он с эмоциями в голосе. – Я быстро привез его в больницу, сэр, но… было уже слишком поздно.

– Найт, что происходит?

Я повернулся лицом к Грир, Найджел все еще говорил со мной. Я ничего не мог сказать ей. Ничего не мог сказать ему. Он сообщил, что дедушка умер.

Найджел рассказал, что у старика случился сердечный приступ.