355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Хорас Маккой » Скажи будущему - прощай » Текст книги (страница 7)
Скажи будущему - прощай
  • Текст добавлен: 21 октября 2016, 19:15

Текст книги "Скажи будущему - прощай"


Автор книги: Хорас Маккой



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА 1

Я сидел в её машине, стоявшей под кроной хлебного дерева неподалеку от того самого дома, где я её встретил, слушал музыку Берригана по радио и ждал её появления. Вот уже минут десять как лекция закончилась и слушатели удалились, кто пешком, кто на машине, но свет в окнах продолжал гореть. И никаких следов девушки с бледным лицом и черными волосами.

Мелодия Берригана кончилась, началась другая. Утонченные такты вступления только начали убаюкивать мой мозг, как идиот диктор проорал в микрофон, что мы прослушаем мелодию Магги Спейнера "У меня новая девушка", словно можно было не узнать то неповторимое вибрато в партии трубы… Да, этот твердолобый идиот, объявлявший по радио номера, просто бесподобен. Неужели он не способен отличить несравненное банджо Кондона от лирического тенор-саксофона Мецца на фоне фортепиано Салливана?

Свет в комнате погас, чего я и дожидался. Оставалось только протянуть руку и выключить радио на самой середине несравненного соло Салливана – и ещё мгновение в воздухе вибрировали сочные аккорды его фортепиано. Наконец-то она вышла на улицу. У меня перед глазами все ещё стояли Пинки Ли и другие наши ребята там, в том далеком двадцать восьмом (именно Пинки притащил эту запись), и фонограф, ручку которого мы крутили по очереди, и девушка из Моргантауна… Черт бы побрал это радио! Я просто хотел убить время, а вместо этого разбередил душу. Убирайтесь, призраки, прочь, увидимся позже…

Она снова была в одной блузке и без шляпки. В отблесках света, проникавшего сквозь крону хлебного дерева, я мог ясно видеть удивительную бледность её лица, эти темные волосы, и даже чувствовать запах её духов, который был исключительно плодом моего воображения, слабой галлюцинацией, вдруг исчезнувшей под напором других воспоминаний.

– Могу я вас подвезти? – услышал я свой собственный голос.

– Я и не знала, что вы меня ждете. Почему вы не зашли?

– У меня просто не было времени, я только пришел.

– В самом деле?

– Вы хотите сказать, что это плохо?

– Ну, с тех пор как вы разошлись с Мэтром во взглядах…

– Это не помешало бы мне зайти за вами, я не настолько ограниченный человек. Думаю, однажды это обязательно произойдет, мой приход никому не помешает, да и мне будет интересно.

– Конечно.

– Я хотел позвонить, но просто не знал куда.

– Я бы вам сказала, но вашему приятелю так не терпелось…

– Именно поэтому я пришел один.

Она улыбнулась и склонилась ко мне.

– Вы хотите повести машину сами?

– Нет, спасибо, – я уступил место за рулем и она нажала педаль стартера.

– Куда вас сегодня подвезти?

– Куда угодно. Я избавился от своего хмурого приятеля и не выстроил никаких планов.

– Похоже, я ему не понравилась… – улыбнулась она.

– У него голова была занята совсем другим, – сказал я. – Как прошла лекция?

– Неплохо. Я действительно хочу увидеть вас среди слушателей. Мы могли бы побеседовать насчет вашей теории о четвертом измерении.

Я покосился на нее.

– Это было сказано, чтобы поддержать разговор. О четвертом измерении я не знаю ничего…

– Ах, так, – очевидно она хотела сказать, что мне не следует слишком скромничать.

– Правда, где-то я читал об этом.

– Ну, выглядело все вполне квалифицированно…

– Это у меня от деда. Он всегда с видом знатока судил о вещах, с которыми был знаком только понаслышке. И умение напустить на себя апломб знатока я унаследовал от него… А в тот раз мне просто захотелось показаться непохожим на тех парней, которые попадались вам до сих пор. Потому я и избрал темой разговора нечто понятное лишь посвященным-под руку попалось четвертое измерение, и признайте – это сразу выделило меня среди остальных.

Какое-то время она помолчала, обдумывая вопрос.

– И те разговоры по поводу названия моих духов, – тоже нарочно?

– Естественно, – рассмеялся я. – И разговоры о запахе ваших духов тоже, ведь я ничего не чувствовал, – но зато сейчас наслаждаюсь их запахом…

– Вы ужасный актер, с вами нужно быть настороже… – заметила она.

– Я просто хотел обратить на себя внимание…

– И это вам вполне удалось. Ваша теория была для меня совершенно незнакома и звучала убедительно.

– Ну и отлично.

Мы миновали аптеку, у которой в прошлый раз собирался выйти Джинкс, и неожиданно попали в интенсивный поток машин, большинство которых направлялось в город, – разноцветные огни центральных кварталов горели прямо перед нами.

– Вы уверены, что вам сегодня вечером абсолютно нечем заняться? поинтересовался я.

– Вполне.

– К которому часу вы должны вернуться?

– Я не слежу по вечерам за стрелками часов с тех пор, как стала взрослой и живу отдельно от родителей. А у вас есть предложения на сегодняшний вечер?

– Я здесь ещё не освоился и оставляю все на ваше усмотрение.

– Ну, тогда – что вы предпочитаете? Кино? Ужин? Музыку? Танцы?

– Музыку я уже слушал. По вашему приемнику, пока дожидался вашего появления. Вот по этому… – тут я коснулся рукой шкалы настройки. – Вот по этому каналу, одиннадцать тысяч…

– Это музыкальная станция, целыми днями они передают записи.

– Я знаю. И сегодня они как раз передали одну дивную мелодию. Надо будет заглянуть к ним и купить пластинку.

– Какую?

– Не думаю, что она вам знакома.

– Все может быть, я люблю музыку.

– "У меня новая девушка" в исполнении "Королей ритма из Чикаго".

– Первый раз слышу, – тут она остановила машину у светофора и подозрительно покосилась на меня. – Это вы придумали тоже для разговора?

– Боюсь, что у нас с вами не очень удачное начало.

– Но ведь такой записи нет, не так ли?

– Нет, – согласился я.

– И вы даже не включали приемник.

– Даже не дотрагивался.

– Знаете, как я догадалась об этом?

– Я неубедительно сыграл?

– Все гораздо проще, у меня есть куда более веские причины вам не верить, – рассмеялась она. – Мой приемник не в порядке. Звук пропал, – она протянула руку и включила радио. Сигналы автомобилей напоминали нам, что уже загорелся зеленый свет. Приемник тихо загудел, загорелась лампочка подсветки – и все. Она покрутила ручку настройки, стрелка пробежала по шкале, но в динамике по-прежнему раздавалось лишь тихое гудение. – Ну, убедились?

– Конечно убедился, – улыбнулся я в ответ. Это было чертовски забавно. – Вам бы обязательно надо его починить…

– Вы просто чудовище. Уж не знаю, чему можно верить…

– В то, что мы сейчас сидим в машине. Этому вполне можно верить.

– Да.

– Чертовски приятный вечер для прогулок в автомобиле – в это тоже можно верить.

– Вы абсолютно правы.

– Ну, – тут я пожал плечами, – а все, во что не верится, можно оставить на завтра, сгрести в кучу и поплакаться над ней.

– Неплохая идея. Мы сегодня прокатимся в авто. Вот только куда?

– Оставляю на ваше усмотрение. Я же говорил, что впервые в этом городе.

– У нас можно двигаться в четырех направлениях. Некий местный феномен. На север, на юг, на запад и на восток. Есть какие-нибудь предпочтения?

– Чем меньше будет вокруг нас машин, тем лучше, – ответил я.

Она свернула направо. Приемник по-прежнему тихо гудел, и я поспешил его выключить, пока он от тряски не заработал и не выдал моей правоты. Мы ехали по улице, густо обсаженной деревьями. В некоторых домах горел свет. Воздух стал влажным, и единственный запах, который я ощущал, был ароматом Huele de Noche.

– Великолепно, – сказал я.

– Конечно, – согласилась она, еще не зная, что я имею ввиду.

Она снова повернула направо, эта улица была уже пошире, впереди мелькали огни проезжавших машин.

– Хочу выехать на бульвар, машины там редки…

– Ну…

Мы снова остановились на красный сигнал светофора, сразу после него повернули налево. По сторонам непрерывно тянулись магазины, бензоколонки, освещенные вывески и витрины, но примерно через милю все исчезло и мы оказались за городом. Нас окружала дикая природа и, казалось, что мы остались одни в этом мире.

– Здесь в это время машин почти не бывает. Это западный хайвэй, сказала она.

– Западный хайвэй? По этому шоссе ходят автобусы компании «Грейхаунд» в Аризону?

– Здесь только один путь в Аризону. Ты собираешься туда?

– Была такая мысль, но я уже передумал.

– Ты уже обосновался здесь?

– Да.

– Где?

– В центре.

– В центре? В отеле?

– Нет, на квартире.

– Чем занимаешься?

– Пока ничем, но есть несколько неплохих предложений…

Она бросила на меня быстрый взгляд.

– В какой части юга ты родился?

– А почему ты считаешь, что я с юга?

– Акцент.

– Акцент? У меня нет никакого акцента, – запротестовал я.

– Я тоже не сразу его заметила. Вот только сейчас.

– Да, некоторые слова выдают до сих пор, – рассмеялся я. – Впредь мне следует быть повнимательней…

– Ты стыдишься акцента?

– Не совсем…

– Тогда почему ты стараешься его скрыть?

– Трудно сказать…

– Не стоит стараться, мне нравится южный говор.

– Тут проблемы чисто деловые. Многие считают южан неповоротливыми и ленивыми, потому я и постарался избавиться от акцента…

– Не думаю, чтобы так и было на самом деле.

– Но многие деловые люди так считают, – настаивал я. – Мне хочется чего-то добиться в жизни, и я не хочу рисковать.

– Странный точка зрения.

– Может быть, но это скорее какая-то разновидность фобии или что-то в этом роде…

Неожиданно она вздрогнула и оглянулась. Полотно дороги темной лентой текло прямо на запад, освещенное неясным светом полной луны. Ветер свистел в ушах. Я услышал глухой щелчок и заметил, что она выжала педаль газа до самого пола, причем специально сделала это так, чтобы привлечь мое внимание. Свист усилился, казалось, стало слышно, как мотор жадно всасывал пары бензина. Мне стали понятны её намерения, но вот зачем? Если только… Но вряд ли. Не могла же она читать мысли по моему лицу.

Но она все же что-то почувствовала и по-прежнему выжимала педаль газа до пола. Да, она старалась показать свое превосходство. Хорошо, сестричка, действуй в том же духе. Я устроился поудобнее и старался не смотреть на стрелку спидометра – та действовала мне на нервы. Краем глаза я наблюдал за девушкой. Ее руки замерли на рулевом колесе, все внимание было сосредоточено на дороге, родстер мчался вперед во тьму, послушный её воле. Несколько раз раздавались легкие хлопки, я поднял глаза и увидел на ветровом стекле следы от разбившихся жуков.

– Посмотри, какие они большие! – прокричала она. – Неплохой урожай будет в этом году!

Я ничего не ответил, сосредоточенно наблюдая за педалью газа. Стрелка спидометра, должно быть, замерла на отметке девяносто-девяносто пяти миль в час. Снова послышались шлепки по ветровому стеклу, но я не обращал на них внимания. Возможно, она была разочарована – было слышно, как она включила «дворники», их монотонное щелканье походило на работу какого-то дьявольского метронома. Я достал сигарету, она сняла с руля правую руку и включила прикуриватель. Этот жест меня напугал. Да ты сумасшедшая, крутая девка с крутым будущим. Но какое к черту у тебя будущее, если твоя жизнь может оборваться в ближайшем кювете?

На спидометре, стрелка далеко перевалила за сто. Я вынул сигарету изо рта и швырнул её в темноту.

– Слишком быстро, – прокричал я ей.

– Спидометр врет, он тоже не в порядке, – прокричала она в ответ.

– Плевать я хотел на спидометр! Ты слишком гонишь. Черт возьми, это уже чересчур.

Она снова положила руку на руль и скорость начала падать. Медленно поползла стрелка спидометра: девяносто пять, девяносто, восемьдесят… и замерла на пятидесяти…

– Ты знаешь, с какой скоростью мы ехали? Больше ста миль в час…

– Я же говорила, что спидометр барахлит…

– При чем здесь спидометр, просто у тебя слишком мощная машина.

Она убрала ногу с педали и ещё сбросила скорость.

– Зачем ты останавливаешься?

– Ты же хотел закурить, – спокойно сказала она.

– О, Господи, но для этого не надо делать остановку.

– Тогда веди машину сам, – она пожала плечами.

– Что ты стараешься мне доказать?

– Доказать? – переспросила она с невинным видом. – Ничего, я просто вела машину, а теперь её поведешь ты.

– Ну, хорошо, – я перегнулся через неё и потянул за ручку тормоза. Машина остановилась. Я обошел её спереди и открыл дверцу. – Подвинься.

Она уступила мне место за рулем.

– Ну, теперь тебе лучше?

– Гораздо лучше, – сказал я, захлопывая дверь и отпуская тормоз.

– Могу я закурить?

Я выудил сигарету из пачки и протянул ей. Она прикурила от прикуривателя и я почувствовал на себе её взгляд.

– Мне кажется, что за рулем ты получаешь больше удовольствия, чем я.

– Мне действительно больше нравится, когда я сам за рулем, – не стал я возражать.

– Я часто нервничаю, когда кто-то другой ведет машину. Но сейчас совсем другое дело.

– И я тоже абсолютно спокоен.

Неожиданно она тронула рукой мое колено и заглянула в глаза.

– Теперь я поняла. Ты подумал… – она рассмеялась. – Не может быть! Что за идея! Неужели ты решил, что я хотела тебя напугать?

– Как красиво ты умеешь врать!

– Ну почему… Даже вспоминать об этом глупо, – протянула она.

Я свернул на боковую дорогу, та была намного уже и вела на север. Она даже бровью не повела, никакой реакции. Через пару минут машина остановилась под кроной огромного дуба, я потушил фары и выключил зажигание. Мотор заглох и как-то неожиданно обнаружилось, что мир вокруг нас погружен в тишину.

Я повернулся к ней. В углу её рта была сигарета, обеими руками она распушила волосы.

– К чему все это? – спросил я.

– Что?

– Ты знаешь, о чем я.

– Скорость?

– Да.

– Ты хочешь сказать, что у меня для этого должны быть причины?

– Для этого – да.

– Ты ошибаешься, никакой особой цели не было. Просто иногда меня заносит…

– С такой скоростью?

– Иногда и побыстрее.

– Чушь, – отрезал я. – Чего ты боишься?

– Чего я боюсь? В самом деле…

Я забрал у неё сигарету, швырнул её через голову и заглянул ей прямо в глаза.

– Так что тебя пугает? – не отставал я.

– Не смотри на меня так…

Я обнял её, поцеловал полуоткрытые губы и ощутил её горячее дыхание. Она вздрогнула, замотала головой, но я буквально впился в нее, и вскоре она перестала сопротивляться – и тут я её отпустил, бросив:

– Убирайся.

Она смотрела на меня в упор. Я перегнулся и открыл дверцу с её стороны.

– Уйди.

Она даже не пошевелилась.

– Черт побери, да выходи же ты!

Девушка вышла из машины, я захлопнул дверцу, взял её под руку и повел её к дереву. Мы сели на траву и я привлек её к себе. Она оставалась абсолютно безучастной, даже любопытства не было.

– Ляг на спину, – попросил я.

Она опустилась на землю, скрестив руки на груди. Я развел их в стороны.

– Закрой глаза. Не шевелись и даже не дыши.

Она затаила дыхание, грудь перестала подниматься и опускаться. Я отодвинулся от нее, стараясь найти такую точку, чтобы белизна её кожи сильнее контрастировала с цветом волос, воспоминания детства снова захлестнули меня… О, Господи, ведь этого просто не может быть! Я не мог поверить, чтобы со мной могли твориться такие вещи. Но от этого никуда не уйдешь, мне снова было только четыре года…

Тьму нашего убежища прорезал яркий луч света. Девушка вздрогнула, мое видение исчезло. Я приподнялся с колен и увидел, что к нам по дороге медленно приближаются два мотоцикла с включенными фарами. Она попыталась встать на ноги, но я увлек её назад.

– Тс-с! – прошептал я на ухо. – Может быть, это просто дорожная полиция.

Мы снова легли на поросшем травой покатом склоне, прижавшись друг к другу, и у меня было такое чувство, что ей хочется вскочить на ноги и бежать отсюда без оглядки. Я приложил палец к её рту, стараясь удержать от необдуманных действий и призывая соблюдать тишину. Сноп света теперь ярко освещал машину, оставленную на обочине. Мотоциклисты сбросили газ и, не заглушая моторов, остановились. Я представил себе, как они спешились и подошли к машине. Рука автоматически скользнула в карман за оружием.

– Это та самая машина, – заговорил один из полицейских.

– Проверь номер.

– Радиатор просто кипит, – отозвался напарник.

– Резина ещё горячая. Ее только что поставили.

– Ты думаешь…

– Еще не знаю. Давай посмотрим вокруг.

– Ну лихачи! Они из неё выжали не меньше ста миль в час!

Послышался звук открываемой двери. Один из патрульных присвистнул от удивления.

– Эй, Ник… Смотри…

Теперь уже и Ник удивленно свистнул.

Девушка резко вскочила на ноги и, прежде чем я успел её остановить, побежала к машине.

– А ну уберите ваши лапы! – кричала она на бегу. – Как вы смеете!

О, Господи! Я привстал и, не убирая пистолета, укрылся за стволом дерева. Отсюда мне было видно, как они осветили её фонарями.

– Уберите свет!

– Вы Маргарет Добсон? – послышался голос копа, которого звали Ник.

– Предъявите права, – потребовал второй, отводя фонарик в сторону от её лица.

– Я ничего вам предъявлять не собираюсь. Садитесь на свои тарахтелки и убирайтесь отсюда…

– Послушайте, мисс… Если вы не хотите неприятностей…

– Вы не назовете номер вашего полицейского значка? – холодно спросила она.

– Пожалуйста, только к чему все это… – с этими словами он осветил свою бляху. – Смотрите сами.

– Один-восемь-два-два, – прочитала она вслух.

– По-моему я задал вам вопрос, мисс, – снова заговорил Ник. – Ваше имя действительно Маргарет Добсон? Это ваша машина?

– Да, вы угадали, это действительно моя машина. А что вам взбрело в голову?

– Послушайте, мисс Добсон, – сказал Ник, – не надо скандалить. У нас есть дюжина свидетелей, утверждающих, что вы мчались со скоростью сто миль в час. Это очень опасно, и прежде всего для вас самих. Мы не хотели бы, чтобы дочь Эзры Добсона разбилась насмерть на нашем участке, не так ли, Дэмон?

– Нет… – отозвался второй.

Мне чуть не стало плохо. Ведь копы извинялись перед ней и явно её боялись. Теперь мне стало ясно, почему она все время вырывалась, когда я пытался удержать её.

– Вот ещё что, мисс Добсон, – продолжал Ник. – Вам не следует в такое время оставаться в этом глухом месте. Лучше отправляйтесь домой…

– Когда мне захочется, именно так я и поступлю.

– Ну хорошо, – не сдавался Ник, – все равно вам лучше отправиться домой…

Он осветил фонариком окрестности, пытаясь обнаружить её спутника, и я опять спрятался за ствол дерева.

– Со мной все в порядке, и я вас не задерживаю.

– Конечно, мисс Добсон, – согласился Дэмон. – Напомните обо мне своему отцу. Меня зовут Стер, Дэмон Стер. А что касается номера бляхи моего напарника, то давайте забудем об этом, ладно?

– Все будет зависеть от того, насколько быстро вы исчезнете отсюда, – предупредила она.

– Мы уже уходим. Доброй ночи, мисс Добсон, – сказал Ник.

Она холодно промолчала в ответ. Полицейские направились к своим мотоциклам. Когда они скрылись за поворотом, я вышел из укрытия и спрятал пистолет в карман.

– В следующий раз, когда мы с тобой куда-нибудь поедем, я возьму с собой запасной комплект нервов, – нарушил я тишину ночи.

– Прости… – смутилась она.

– За что? Все было великолепно. Только так и нужно обращаться с этими ублюдками. Да, кстати, кто же ты в таком случае?

– Не стоит забивать голову.

– И все-таки, ты разбудила во мне любопытство, – не сдавался я. – Кто твой отец? Комиссар полиции?

– Нет… – она направилась к тому месту, где мы ещё несколько минут назад тихо лежали в густой траве.

Что за черт, кто же она? Когда я подошел, она уже растянулась на земле. Я тихо присел рядом.

– Кто ты?

– Хватит об этом, – попросила она. – Вернемся на несколько минут назад. Смотри… – она раскинула руки, затаила дыхание и замерла как статуя, как…

Я просто сидел и смотрел.

– Что с тобой? – тихо спросила она.

– Секундочку, – попросил я, стараясь вернуться в свои мысли, но не смог. В голову лезла всякая чушь вроде полицейских, мотоциклов и прочей ерунды.

– Еще секунду, – я пытался воскресить свои воспоминания…

ГЛАВА 2

Я ещё только начал просыпаться, даже не открывал глаз, но уже понял что-то не так. Тело, лежавшее рядом со мной в кровати, было мне неприятно, а воздух в комнате затхлый и прокисший. Наконец открыв глаза, я обнаружил, что дверь в спальне закрыта, окно заперто на задвижку, а в постели рядом со мной лежит Джинкс. Мне ничего не оставалось, как быстро подняться и открыть настежь окно. Комната сразу наполнилась свежим воздухом и гулом просыпающегося города. Я вернулся и стащил с парня одеяло, но даже это его не разбудило. Он только поежился и перевернулся на бок, подобрав колени. Когда я стал трясти его за плечи, Джинкс вздрогнул и открыл глаза.

– Что…что… – пробормотал он, роняя слюну на подушку.

– Сколько раз я просил тебя не закрывать окно?

Потирая глаза, он уселся на постели.

– Оно было открыто, когда я ложился, – бормотал он, позевывая. – Я и не думал закрывать, должно быть ветер захлопнул створки.

– При чем тут ветер, оно было заперто на задвижку.

– Ты уверен?

– Черт побери, я же говорю тебе, что окно было заперто.

– Тогда это не я, – процедил он. – Наверное, Холидей.

– Конечно. Это на неё похоже. У неё мозги только в этом направлении и работают. Это она уложила тебя в постель?

– Ну. Все так и было. Из-за твоей отлучки она вчера вечером просто взбесилась…

– Теперь это касается и меня, – бросил я на ходу, направляясь в гостиную.

Холидей лежала на диване, укрывшись простыней, и курила. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять её намерения. Она уже успокоилась, на её лице блуждала нахальная ухмылка, и было видно, что она давно не спит (если только вообще спала этой ночью), поджидая, когда я проснусь, обнаружу закрытое окно и Джинкса в своей постели. В её облике было что-то от охотника в засаде, поджидающего на рассвете дичь. Все было так очевидно, что не почувствовать этого было просто невозможно. А раз уж я понял, то сразу сказал себе: "Стоп. Если она так себя ведет, здесь что-то не так."

Это совсем не в её духе – позволить мне спать. Уходя, я предупредил её и Джинкса, что вернусь через пару минут, собираясь немного проветриться на свежем воздухе, а вместо этого отправился к дому доктора Грина на свидание с девушкой, которое затянулось часов на пять, не меньше. И вернувшись обнаружил квартиру пустой, что мне было абсолютно безразлично. Со спокойной душой я лег в постель, понимая, что как только Холидей появится, она первым делом разбудит меня и закатит истерику. Это было бы на неё похоже и именно этого от неё следовало ожидать. Но ничего подобного не случилось. Почему? Ответа я не знал. Но мне было легко догадаться, чего она ждет от меня. Ну хорошо, сучка, посмотрим кто кого.

– Доброе утро… – сказал я как можно приветливее.

– Доброе утро… – отозвалась она, недоумевая, с какой стороны ей ждать подвоха.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она тем же ровным, спокойным голосом.

– Прекрасно… – ответил я и задумался, стоит ли тратить на эту комедию силы и нервы. – Пожалуй, я бы выпил чашечку кофе. Как ты на это смотришь?

Тень разочарования промелькнула по её лицу, сразу куда-то пропала нахальная ухмылка. Холидей сбросила простыню и свесила ноги с дивана, скромно запахивая полы халатика, в котором спала.

– Минуточку, я приготовлю…

– Да я и сам справлюсь. Не стоит беспокоиться… – сказал я уже по дороге в кухню, оставив её таращиться мне вслед, нерешительно переминаясь с ноги на ногу посреди гостиной.

Я налил воду в кофейник и отмерил кофе. Тут на кухню вошла Холидей с новой сигаретой во рту. Она сладко потянулась, стараясь подчеркнуть аппетитные округлости своих форм.

– Как спалось?

– Просто великолепно, – заверил я её, зажигая конфорку плиты. – В самом деле…

– Никакой простуды? Горло не болит?

– У меня?

– Да, именно у тебя.

– Нет, – я покачал головой. – Никаких признаков простуды, ни кашля, ни насморка. Да и с какой стати?

– Вот и хорошо. Ведь я как раз вовремя закрыла окно. Часа в два поднялся сильный ветер, в комнате был такой сквозняк, а мне не хотелось, чтобы ты простудился.

– Ну, уж простуда-то мне не грозит, можешь не волноваться. Этой радости у меня последние лет двенадцать не было…

– Иногда очень легко подцепить простуду. Особенно если утомлен, а ты выглядел таким усталым прошлой ночью. На тебе просто лица не было.

– Могу себе представить, я даже не слышал, как ты заходила.

– Ты даже не почувствовал, как Джинкс залез в твою кровать, – рассмеялась она. – Просто живой труп.

– Да, трудно было не услышать такое. Это убедительно доказывает, как я смертельно устал.

– А уж раз ты сам не можешь за собой присмотреть, кто-то должен был за тобой поухаживать. Ведь могло быть и похуже обычной простуды – воспаление легких например… А мне этого совсем не хотелось. Что мне делать, если ты серьезно заболеешь?

– Ну, за тебя-то я спокоен. Что-нибудь придумала бы.

– Трудно сказать… – отозвалась она. Холидей бросила окурок в раковину и на её губах снова заиграла нахальная улыбка. – Тебе следует быть осторожнее, ведь ты отвык от таких длительных прогулок. Если бы я знала, ни за что бы тебя не отпустила. Ты же сказал, что хочешь прогуляться всего несколько минут…

– Меня задержали.

– Это было приятно?

– Очень. «Гранд-отель». Первая картина, которую я увидел за последние три года.

– Кино? – деланно удивилась она. – А я слышала, у неё «кадиллак»…

Ну вот! Маска сброшена, маскарад окончен. Конец двусмысленной беседе и неумеренным заботам. Вот что гложет её душу – другая девушка. А узнала она от Джинкса. Но что он мог рассказать? Только то, что какая-то мисс подвезла нас на своем" кадиллаке". Вряд ли Джинкс мог знать о нашем свидании, это все из области догадок, я намеренно больше ни разу не упоминал при нем о ней. Так что доказать они ничего не смогут.

– О чем это ты? Какой "кадиллак"? – я изобразил недоумение.

– О той странной особе, которую вы с Джинксом встретили прошлым вечером. Разве у неё не «кадиллак»?

– Понятия не имею, какова марка её машины. Я видел её единственный раз в жизни, и ничего о ней не знаю: ни кто она, ни имя, ни адреса. Если бы я и захотел найти эту девушку, это вряд ли удалось бы.

– Для тебя такое дело – раз плюнуть. Ты же у нас голова, большой человек, хозяин. А она шикарная девочка, хотя и со странностями…

– То, что кажется Джинксу, и то, что считаю я – это совсем разные вещи, уж будь уверена. А я тебе уже сказал, что вчера вечером ходил в кино и не был ни на каком свидании.

Она обиженно поджала губы и пронзила меня испепеляющим взглядом.

– Если у тебя больное воображение, – это уже твои проблемы и можешь придумывать все, что заблагорассудится…

– Лживый сукин сын! – она резко повернулась и сбила кофейник с плиты, тот покатился по полу, выливая свое содержимое на линолеум. Она была вне себя от ярости и уже не скрывала этого. Когда Холидей повернулась ко мне, её лицо перекосилось от злобы.

– Ты шляешься с какой-то дамочкой, а я должна тут переживать, сукин сын…

Она схватила со стола жестяную банку с кофе и швырнула её в меня. Та раскрылась и окатила меня коричневым, пахучим порошком. Я подскочил к ней, тряхнул за плечи и опрокинул на раковину. Полы её халата распахнулись, обнажив грудь. Схватив двумя руками за горло, я с наслаждением стал их сжимать.

– Я ходил в кино, ты слышала, я ходил в кино, – повторял я. В горле у неё что-то булькнуло. Холидей попыталась сопротивляться, но я крепко зажал её ноги между своими, а мои пальцы крепко сжимали горло: она едва могла пошевелиться.

– Я ходил в кино. А ну повтори. Скажи, что я ходил в кино… – я слегка ослабил хватку, чтобы дать ей говорить.

– Ты ходил в кино… – прохрипела Холидей.

– Вот так-то лучше, – назидательно сказал я, отпустил её и сделал шаг назад. Она выпрямилась, запахнула халат. Нахальная улыбка исчезла, но глаза по-прежнему горели злобой. Я повернулся и вышел с кухни…

Из ванной появился Джинкс.

– С этой минуты держи язык за зубами, – посоветовал я. – Это ты разболтал Холидей о моей вчерашней встрече.

– Ничего подобного.

– А откуда она знает про «кадиллак»?

– Я сказал ей только об этом, но больше ни слова. Кажется, Мэндон догадался…

– Мэндон? – удивился я.

– Это была его идея, а не моя.

– И где же вы с ним встретились?

– Здесь. Прямо здесь.

– Что ему здесь было нужно?

– Холидей звонила…

– Зачем?

– Она очень переживала, думала, что тебя забрали в полицию…

– Это ещё раз доказывает её непроходимую глупость. Идиотка, да копы меня теперь и пальцем не тронут.

– Да и Мэндон был очень расстроен. Около двенадцати мы отправились купить что-нибудь поесть, и он сказал, что если мы не застанем тебя дома, когда вернемся, то он начнет тебя разыскивать. Но ты к тому времени уже вернулся…

– Конечно вернулся, – разозлился я. – А чего вы хотели? Сукины дети! Стоит мне только отлучиться, как у вас начинается паника. Я сам знаю, что мне делать.

– Наверное это так и есть, – бросил он уже через плечо.

Я открыл кран с холодной водой и увидел в зеркале, как Холидей подошла к Джинксу. У неё в руках был мой пиджак, который я оставил вчера в гостиной. Она что-то показывала ему, не подозревая, что мне прекрасно видно всю эту пантомиму. Я закрыл кран и вышел из ванной.

– Смотри… – сказала Холидей, поворачивая ко мне пиджак спиной, чтобы стали видны прилипшие сухие травинки. – Замечательное кино…

Я вернулся в ванную и хлопнул дверью. Даже шум воды, лившейся из открытых до отказа кранов, не мог заглушить её победоносного хохота…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю