Текст книги "Джо 4 (СИ)"

Автор книги: Харитон Мамбурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Волшебники просто ретировались, оставив меня с четким убеждением, что теперь у Гильдии Магов не будет никаких ненужных вопросов к её скромному Мастеру Гремлинов. Сам Сорквурст, выдув со мной в таверне литра два пива, также отошел от предыдущих впечатлений, зато проникся новыми, сообщив, что сам прецендент запротоколирован, так что теперь волшебники от некоторых вещей не отвертятся, всё, что давным-давно должно быть урегулировано – будет урегулировано!

– Только так, чтобы архимаг меня не долбанул чем-нибудь по башне, – предупредил я его, – А то помру и будет печально.

– Безусловно, – решительно кивнул гоблин, а затем спросил, – Еще по одной?

– Нет, – отказался я, – И так меня в Мифкресте не любят, так еще пора и заняться тем, чем грозился. Этому миру нужен новый бог.

– А он… – Сорквурст неожиданно и очень сильно замялся, – Не сможет быть, ну… нашим богом?

– Вашим, в смысле волшебных рас? – получив кивок, я медленно покачал головой, – Увы, мой друг, там всё происходит совсем иначе. Призвание не выбирают. Но вы можете создать его сами. Со временем.

– Эх, если бы! – горько вздохнул старый гоблин, – «Мы». Одно название. Наоборот, я мечтал о том, чтобы он создал нас.

– Только не идите по пути Сопротивления, – хмыкнул я, вставая, – Он тупиковый. Нельзя верить из выгоды.

Настало время возвращаться домой, чтобы сотворить нового бога. Я немного слукавил, рассказав Страдивариусу, что запасенная в хриобальдовых накопителях магия требуется Вермиллиону для расчетов, те были закончены еще позавчера. Она требовалась призрачному архимагу для его отделения от башни, потому что божественная башня – это не тот феномен, который нужен хоть кому-нибудь, учитывая, что пришлось бы в Бруствуд тащить паломников и прочих верующих. Нет, Верму следовало дать пинка под зад так, чтобы он наконец-то стал свободным, так что… мы натащили чертову прорву накопителей!

– А не рванет? – осторожно осведомился Санс, когда его жена уже переместилась в Дестаду.

– Не должно, – я вяло помахал рукой с зажатым в ней Игорем, – Но, если что – запомните меня молодым и красивым!

– Насчет красоты, ты, конечно, завернул, – ухмыльнулся гоблин, – Выживешь. Куда ты денешься. Только сам это… не вознесись. Такого бога как ты нам точно не надо!

– Удивительный вывод для пиратского кока, – ухмыльнулся я, шлёпнув своего зеленого друга по плечу, – Не волнуйся, этого в планах нет. Всё, вали, а я – освобождать кота!

Шайн унылил в той же клетке, что и раньше, только теперь огражденной пачкой заклятий. Лунный кот сам попросился внутрь, когда пришёл в сознание и мы залечили ему все переломы – сказал, что хочет разобраться с пятью постояльцами, которые его так подло обманули. Мы, конечно, не поняли, как он хочет с ними разобраться, но возвращение доброго старого двуглазого кота, пусть пока и почти полностью белого с какой-то стати, приветствовали. С оглядкой, разумеется.

– Ну что, готов к труду и обороне, мелкий волосатый предатель? – ласково спросил я фамильяра, подходя к клетке.

– Готов как никогда, мой капитан! – бодро подскочил на месте Шайн, верноподданно пуча глаза, – Знаешь, как они визжат⁈ Ооо, я бы слушал эти панические крики вечно!

– А ты и будешь их слушать, эти придурки теперь в твоей башке навсегда останутся, – улыбнулся я.

– Но без силы, – справедливо возразил мне потягивающийся кот, – Совершенно без силы! Они больше никогда не станут тем, кем мечтали! Потому и орут! А я с ними потом так развлекусь…

Впервые вижу существо, злорадствующее тому, что с ним навсегда останутся пять дебилов в голове. Ну не дебилов, но что-то около.

– Только одна вещь, друг мой ситный… – вытащив кота за шкирку из клетки, я пристально уставился на него, – Дай мне хоть один повод не возвращать тебя в клетку… или Лючии. Весь этот бордель – твоих лап дело!

– Джо! Джо! – испуганно завращался кот, – Ты же знаешь, что Лючия меня подставила! Я бы не стал её кусать!

– А меня ты за борт вышвырнул сам!

– Хватит!! – грянул голос с потолка, – Потом разберетесь! Время пришло! Звезды встают в нужную позицию! Апостол ждёт вас!!

Кажется, Вермиллион сильно нервничает…

– Ладно, Верм, воплощайся! – хмыкнул я, потрясая Шайном и Игорем, – У меня уже всё с собой. Только облик нормальный себе сочини, ты же не хочешь… ааа… хочешь.

Да, архимаг начал конденсироваться в воздухе в виде синеватой четырехметровой фигуры с восемью руками и четырьмя лицами. Магия застонала, собираясь в образе чистого разума, облекая его прозрачной псевдоплотью. Действо шло быстро, почти буднично, но у меня аж селезёнка ёкала, пока представлял, какое количество притащенной из волшебного мира магии сейчас уходит лишь на то, чтобы сделать этот разум невозмущенный переносной формой, которой, тащем-та, надо только выйти за пределы башни.

Такого количества бы хватило, чтобы вызвать над Дестадой бурю, которая снесет нафиг весь этот город!

– Аккуратнее соси! – жалко вякнул я, когда контролируемая буря магии, уходящая потоками в призрака, стала сносить бумаги, канделябры и мелкие вещи. И мотылять кота в моей длани, – Мне накопители еще в Пазантраз возвращать!

– Спокойствие… – как-то чересчур благодушно прогудел голос архимага, – Только спокойствие…

– Ты смотри, какой он радостный, – желчно вставил ремарку болтающийся у меня в руке кот, – Как будто у мужика рождество.

– Скорее воскрешение, – поправил кота я, закидывая недовольно вякнувшее животное за плечо, – Идём, а то меня тут продует магией.

На улице всё было тихо и спокойно, прямо как будто бы мы в пасторальном краю самого мирного уголка мира на свете. Зеленела травка, гудели шмели, дул ветерок, колыхающий простые белые одежды на ожидающей нас Саломее. Та была такой же хмурой, как и в Мифкресте, да еще и зыркала на меня недовольно, но терпеливо ждала, вертя в воздухе руками. Ну, типа по-божески.

Мы встали около неё, а Шайн тут же начал перепалку, пытаясь обвинить богиню во всех смертных грехах. За это огрёб по башке женской ладошкой и был обозван скотиной, которая сама была во всем виновата, так как выкидывать Джо с корабля лишь за то, что он кота погладил – было само по себе вопиющим идиотизмом. Когда Лунный кот попытался заорать, что это наши с ним отношения, то огреб вторично, что, почему-то, вернуло ему естественный окрас, но при этом вынудило комично скосить глаза и обмякнуть.

Затем из башни медленно и величаво выплыл Вермиллион, тут же двинувшись к нам. Архимаг подлетел к нашей парочке, зависнув над ней четырехметровым столпом, а затем, коротко оглянувшись по сторонам с явным удовольствием на всех лицах, оповестил о том, что он – готов.

– Зато я не совсем готова… – пробурчала Саломея, чьи глаза загорелись присутствием богини, – Знаешь, в чем затруднение, архимаг?

– В чем? – тут же нахмурился он.

– В том, что нет больше силы бога несчастий, – со вздохом поведала ему апостол, – Природа Джо уже начала влиять на эту мощь. Теперь она, если так подумать, скорее сила несчастных совпадений. Он же рассказывал тебе, как у него вышло с этим Сопротивлением, с карлами, да хоть и с магами сегодня? Ну, с магами прошло всё почти естественно, а вот карлы и волшебные существа пострадали именно из-за трансформирующейся силы Джо. С одной стороны, мне сейчас будет легче, так как тьмы в этой силе убавилось, с другой стороны…

– Влияние Святого куда менее однозначное, чем сила неудач, – кивнул нахмурившийся архимаг, – Но отступать нам поздно. Приступим.

///

Две энергетические бури, контролируемые, сжатые и страшные, объединили трех разумных в единую систему. Темно-фиолетовая энергия, жуткая и нестабильная, выходила рваным потоком из молодого волшебника, удерживающего страшно шевелящуюся метлу, а затем впитывалась без остатка в фигуристую девушку с развевающимися золотыми волосами. Из последней же бил устойчивый и ровный поток бело-серой энергии, врезающийся в напряженного синего призрака высокого роста. Тот стоял, запрокинув все свои четыре лица, их бороды развевались под тугими струями ветра.

Однако, наблюдателя мало волновало происходящее. Его полный смертельной ярости взгляд не отрывался от спины волшебника, убийственное намерение переполняло тело мстителя, затаившегося под сотнями сплетенных вместе маскировочных фейных накидок. В зубах у существа, ждущего своего часа, сиял остро отточенный клинок, покрытый рунами и волшебными знаками.

Час был близок.

Пугнус по имени Аргиовольд был готов. Его серую тушу, собранную сейчас в единый комок мускулов, облегал уникальный в своем роде латный доспех, сделанный из всех сокровищ погибшей армии Сопротивления. На голове был шлем, почти полностью закрывающий морду осла. Это, правда, были сущие мелочи для мстителя, куда интереснее было то, что у него внутри! Лучшие эликсиры, лучшие целительные зелья, всё, что он смог забрать у спасших его гоблинов!

Да, они выкопали его из груды хлама, сломанного и разбитого, да, они отпоили его, надеясь, что Аргиовольд поведет их дальше, но… он не собирался. Он заставил их одеть его, обвесить амулетами и талисманами, а затем убил своих спасителей. В сердце пугнуса, прекрасно понимающего, что всему пришел конец, царила только жажда мести.

Сейчас она будет удовлетворена. Еще немного, когда мощь, излучаемая из тела этого Джо, пойдет на спад, он, Аргиовольд, нанесет свой удар! За сломанные мечты, за Генерала, за Сопротивление! Ему хватит трех прыжков, чтобы настигнуть свою цель, а затем смахнуть с поганых узких плеч эту насмешливую голову!

Наконец, молодой волшебник начал пошатываться, а исходящая из него сила истончаться. Девушка и призрак стояли с закрытыми глазами, напряженные до предела и совершенно не замечающие ничего вокруг, момент был просто идеален! Лучшего и представить себе было нельзя! А потом… да к Ветрам Магии потом! Он жил легендой, он умрёт легендой!

Аргиовольд восстал, позволяя маскировочной сети сползти с него. Он позволил себе встать в полный рост, с мечом в зубах, гордо! Маленькая, буквально секундная задержка перед рывком, убийством и вечной славой! Крошечная…

– МУ.

Пугнуса тут же парализовало от холки и до копыт. Звук, раздавшийся из-за его зада, снился ему в кошмарах, мучавших осла каждую ночь. Но сейчас, залитый по самую макушку эликсирами и снадобьями, одетый в броню, готовый к бою… он неожиданно понял, что может дать отпор! Готов дать отпор! ХОЧЕТ ДАТЬ ОТПОР!

ПУСТЬ ПРОЛЬЕТСЯ КРОВЬ!!!

Аргиовольд развернул голову к своему самому первому врагу и… оцепенел от ужаса вторично. Огромный черный бык, разглядывающий его тыл (!!) с неподдельным счастьем в своих глазах, был сам одет в броню!! Даже огромные рога этого воплощения кошмара были закованы в металл! И по ним, только что, пробежала молния!

Пугнус не выдержал этого зрелища, громко и обреченно пукнув, что заставило Кума прищуриться, вглядываясь, а затем буквально просиять от радости еще сильнее.

Он его узнал!!

– МУ! – повторил бык, наклоняя голову и начиная энергично рыть копытом землю.

Он нашел себе достойного соперника! Более того, он даже знал, что сделает с ним потом!

Эпилог

– Это было страшно, на самом деле страшно, – докладывал Шайн, обгладывая вареную рыбу, лежащую перед ним, – Вы вот знаете, почему камбала плоская? Джо, молчи!

– Нет, – честно призналась Наталис, сидящая с кубком вина в руке и качающая левой ногой.

– Потому что её кит трахнул! – похабно оскалился измазанной в рыбьем жире пастью котяра, – А теперь представьте, что кит в броне, а камбала чего-то приняла, от чего восстанавливается прямо сразу! Аж броня скрипит! А Куму, то есть киту, вообще насрать! Он заново лупит, бодает, валяет, ну и… любит, в конце-то концов! А потом всё заново! Осел орёт, бык мычит, я чуть совсем не поседел! Но оторваться не мог, смотрел. Этот Аргивольд такой скотиной был…

– Был? – строго уточнила Аранья, нимало не смущенная тем, что распивает алкоголь прямо на глазах своих маленьких детей, радостно угукающих на коленях у Зеленого рыцаря.

– Был, – уверенно кивнул кот, – Да вы сами останки видели, там, правда, сложно всё опознать было. Голова, жопа, хвост, всё размазано… Страшная смерть, в натуре. Но так ему и надо, скотине. Он Джо зарезать хотел. Мечом.

– А ты, значит, смотрел, – ехидно взглянул я на кота.

– У меня лапки! – состроила скотина растерянную морду лица.

– Угу, только ты колдовать умеешь теперь, сволочь…

– Упс!

– А ну вернись, скот!

Мы праздновали успешный успех вообще всего, сразу и здесь. Счастливый конец истории, в которой было слишком много слишком опасных созданий, которым сильно не повезло наткнуться на бедолагу Джо, в котором бродила сила несчастий, постепенно меняющая полюс на силу совпадений. Можно сказать, что я, сам того не ведая, стал стеной, об которую все убились, а у Аргиовольда даже получилось несколько раз. Ну так, если вспомнить, по нему очень хорошо попало, аж на десяток метров подбросило. То есть, с ним случилось ну очень большое несчастье. Так ему, в принципе, и надо.

С Сопротивлением всё было понятно, его попросту не стало одним днем. Взрыв накопителей уничтожил большую часть лидеров, собравшихся возле захлебнувшегося Генерала, предательство Аргиовольда окончательно подкосило выживших, взрыв, уничтоживший Долину Несчастий, деморализовал оставшихся. Они разбрелись, перестав представлять из себя хоть что-то. Вопрос, конечно, представляли ли они раньше, но похищенные эльфы и волшебники (не будем вспоминать, кем были похищены последние) говорили сами за себя. Ничего хорошего из этой организации, отвергающей сотрудничество с пользователями магии, не вышло бы. При живом Генерале. А так получилось, как получилось.

– Впрочем, – задумчиво пробормотал я, чокнувшись кубками со всеми присутствующими, – Генерал как раз и делал довольно полезное дело, консолидируя вокруг себя изгоев. Как я понял, всё, что его волновало – это поддерживать свои запасные тела, а вся авантюра с Дестадой, кстати, очень успешная и масштабная, была идеей Аргиовольда.

– Однако, – покачал головой Санс, утирающий рот после нескольких глотков, – Выходит, что осёл был настоящей угрозой?

– Год-два в Дестаде, и они могли бы закупаться волшебными предметами у Гильдии в больших объёмах, – подумав, кивнул я, – Последствия были бы труднопредсказуемыми. Кто знает, чему бы волшебные существа научились, постоянно контактируя с преступниками?

За карлов мы тоже подняли тост. Соурбруды, проснувшиеся под запах горелого Архива, сначала пытались организоваться в совершенно темной цитадели, но, разумеется, быстро проверили сокровищницу, которая была относительно полна, мы её не тронули, как я и хотел. Но это мы, честные экспроприаторы хриобальда. Некоторые карлы же, пронзительно ясно понимая, какие беды на их клан навлечет пропажа архива, решили немного помочь себе в этой самой сокровищнице, что было замечено другими карлами. На фоне общей побритости, полной упадка духа, отсутствия света и прочих печальных вещей, произошел свирепый и быстрый разлад и чуть ли не внутренняя война, после которой их деловым партнерам даже некому стало что-то предлагать.

– Это можете тебе аукнуться, Джо, – проговорил Освальд Озз, тощий и грустный, которому только что дала по рукам одна блондинка, когда он потянулся к графину с вином, – Карлы не будут молчать о произошедшем, они будут склонять твоё имя направо и налево.

– Пусть, – пожал я плечами, – Первое, что сделают другие – это обратятся в Гильдию Магов, а там им популярно расскажут, за что отхватили Соурбруды.

– Ты забываешь про хриобальд! – не стала молчать и Мойра, сидящая рядом со своим пытающимся нализаться сердечным другом, – К тебе могут прийти за ним, Джо. Интересоваться в Гильдии они не будут, это карлы.

– От этого нас прикроет граф, – парировал я, – Караминскому очень не понравилось, откуда дует ветер, когда карл-дипломат оскорбил его при личном разговоре, поэтому у повелителя местных земель развилась своеобразная антипатия и предубежденность к этому народу. Своей точкой зрения граф теперь делится при дворе своего сюзерена, а также грозится наведаться в столицу. Учитывая, что он в самом ближайшем времени станет главным производителем консервов, которые всеми карлами были чрезвычайно высоко оценены, ссориться с ним сильнее они не рискнут.

– А граф не будет ссориться с тобой, потому что гремлины в Обсерватории штампуют ему консервы, – салютовал мне кубком ухмыляющийся кок.

– Именно! – протянув руку, я чокнулся с гоблином.

– Достойнейше! – присовокупился к нам сэр Бистрам, – Вы хитроумны и отважны, господин Джо!

Разумеется, мы не стали обсуждать при Зеленом Рыцаре такие материи, как вознесение Вермиллиона, тем более что с этим была задержка. После того, как мы перелили всю божественную мощь Скарнера, очищенную от гадости, в призрака, тот, застыв на денек, потом испарился в воздухе. Саломея, выглядевшая тогда, как с дикого бодуна, сделала также сразу (подозреваю, что ушла блевать различной темнотой, оставшейся после «очистки» силы. Теперь же мы сидели, не зная, что там у них, у богов, происходит.

– А где, кстати, барон Бруствуд? – поинтересовалась эльфийка, рассеянно гладящая обнявшего ей плечи Игоря.

– Убыл с наследником в столицу, – ответствовал ей вассал барона, – Господин был чрезвычайно горд сыном, но ответил, что тому теперь нужно некоторое время пожить в цивилизованных местах. Он оставил меня на хозяйстве, попросив господина Джо помочь в случае чего. Наш радушный хозяин, надеюсь, не откажет?

– Нет, конечно, – пожал я плечами, – Обращайтесь.

– Но лучше не надо, – хмыкнула Аранья, – Наш Джо вам такого наворотит, сэр рыцарь, что барон потом за голову схватится. Оставьте зло мирно спать в этой башне!

– Да какое мы зло⁉ – тут же возмутился Шайн, но, когда на нем скрестились взгляды всех присутствующих, поджал хвост и ретировался.

Праздник продолжился. В кои-то веки мы гуляли без оглядки на завтра, потому то сегодня было на редкость хорошим. Мир спасен от темного бога, мы спасены от злобных фей и злобных карлов, Вермиллион спасен сам по себе и теперь не будет канифолить нам мозги и требовать магии, Шайн спасен, хоть и теперь часто замыкается в себе, чтобы дать просраться тем пяти уродам, которые так подло обманули котика. И да, он же хотел стать главным? Вот теперь он главный.

– Одна я, как дура, болтаюсь на твоей шее, – пробурчал амулет у меня на груди, – И обнять некому!

– Щас допью, – пригрозил покачивающийся я, штурмующий ступеньки, – И обниму.

– Ты пьян, – уныло прогундела Лилит, – Ты уснешь…

– Я пьян, – покладисто соглашался я, – Усну. Но обниму.

– Сделай мне уже тело! Я же полезная, я умная, я преданная! Я гораздо лучше этой Эпплблум! И эльфийки этой твоей деревянной! И…

– Шиш тебе, коварный демон. Ты только о двух вещах думаешь – о сексе и о свободе.

– А о чем мне еще думать?!! – завопила суккуба.

– О любви ко мне! – провозгласил я, значительно подняв палец и заходя так в свою спальню, – Чистой, беззаветной и преданной.

– Да куда уж чище-то! Я только твоя, любимый!

– Угу, расскажи мне эту сказку еще сто раз, и я поверю. Нефиг так шумно дышать при виде Игоря!

– Это в моей природе! – отчаянно защищалась суккуба.

– Точно-точно, – рассеянно кивал я, раздеваясь и мучаясь внезапно напавшей икотой, – Именно потому мы твою природу и исправляем.

– А…

Неизвестно, чего хотела сказать суккуба, потому что мир треснул напополам, грохотнуло, пространство привычно раздрыжлось, а там, где ничего не было, теперь были хмурые Лючия и значительно уменьшившийся в размерах Вермиллион, поменявший колер с синеватого цвета, на металлически-сероватый.

– Опа! – задрал брови я, мучительно икнув, – А вы на пьянку опоздали. Но рад видеть всё равно. Верм, старина, замечательно выглядишь!

– Вот скотина, он пьян! – сделала потрясающее наблюдение богиня, выглядящая хорошо, но как-то не так.

– Да, всё удалось. Благодаря тебе, – сухо кивнул бывший архимаг, тут же нахмурившись еще сильнее, – Но! Благодаря тебе же, Джо, у меня теперь полные руки проблем. Я ушел их решать, а вы теперь тут сами…

Бац, и его нет. Не понял?

– Какие проблемы могут быть у свежеродившегося бога? – озадаченно заморгал я, глядя на приближающуюся Лючию, выглядящую прямо как жена, встречающая мужа из командировки.

Бац! Мне прилетело по морде. Не сильно, но искры из глаз посыпались.

– Такие! – рявкнула Лючия, вставая со мной нос к носу, – Он теперь меня замещает! Знаешь, почему⁈ Потому что я – беременна!

Испуганно икнуть в этой ситуации было единственным, на что я оказался способен.

Конец четвертого тома.